Апелляционное постановление № 22-206/2025 от 9 февраля 2025 г. по делу № 1-28/2024

Председательствующий: Орёл А.А. 22-206/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Омск 10 февраля 2025 года

Омский областной суд в составе председательствующего судьи Мазо М.А.,

при секретарях Гатиной А.В., Синициной А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Тундыкова М.А., осужденного ФИО1, на приговор Знаменского районного суда Омcкой области от <...>, которым

ФИО1, <...> года рождения, уроженец <...>, не судимый

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами исчислен с момента отбытия основного наказания.

Определен порядок следования ФИО1 в колонию-поселение за счет государства самостоятельно. Срок отбывания наказания исчислен со дня прибытия в колонию – поселение.

Зачтено время следования ФИО1 к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено не отменять до вступления приговора в законную силу.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации причиненного морального вреда <...> рублей.

Наложен запрет на регистрационные действия, на принадлежащий ФИО1 автомобиль «<...> государственный регистрационный знак № <...> регион для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска.

Приговором определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав мнение осуждённого ФИО1 и адвоката Тундыкова М.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Мамичева Р.Ю., просившего приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено <...> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Тундыков М.А. в интересах осужденного ФИО1, выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным, слишком суровым, указывает, что сумма компенсации морального вреда – несоразмерна моральным и нравственным страданиям потерпевшей Потерпевший №1, а также, что суд не в полной мере оценил все обстоятельства, установленные в уголовном деле.

Поясняет, что ФИО1 характеризуется с положительной стороны, принес извинения потерпевшей, оказал материальную помощь, имеет ряд заболеваний, кроме того ФИО1 оказал помощь потерпевшему С.В.В. сразу после ДТП, содействовал следствию. Указывает, что потерпевшая просила не лишать ФИО1 свободы.

По мнению автора жалобы, суд, взял за основу заключение эксперта, которое назначено органами предварительного следствия в рамках доследственной проверки до возбуждения уголовного дела, однако стороной защиты заявлялось ходатайство о проведении повторной или дополнительной экспертизы, вместе с тем, в ее проведении было отказано, кроме того сторона защиты была лишена права ознакомиться с постановлением о назначении экспертизы, чем были нарушены права ФИО1

Ссылается на необоснованность заключения эксперта № <...> от <...>, выводы которого основаны на предположениях, поскольку эксперту были предоставлены материалы дела на основании которых установить место столкновения транспортных средств относительно границ проезжей части в момент начала контактирования не представилось возможным, следователем не были представлены для исследования точные размеры проезжей части, ширина полос движения, не указана высота снежного покрова обочин. Кроме того, эксперт пришел к выводам в заключении на основании исследованного протокола осмотра места происшествия, согласно которому следов шин автомобилей <...> и <...> которые бы характеризовали движение транспортных средств до момента столкновения обнаружено не было, на схеме к протоколу осмотра места происшествия указано место столкновения со слов ФИО1 При этом существенное значение имеет установление того, на чьей полосе произошло столкновение.

В судебном заседании эксперт пояснил, что не может установить место, где произошло столкновение.

Полагает, что судом первой инстанции не учтено, что согласно выводов судебно-медицинского заключения у потерпевшего С.В.В. обнаружены повреждения механизм образования которых может свидетельствовать о том, что в момент столкновения потерпевший С.В.В. не был пристегнут ремнем безопасности в нарушение правил п.2.1.2 ПДД РФ, о чем в судебном заседании указывал и осужденный, в связи с чем необходимо было провести ситуационную судебно-медицинскую экспертизу, данные существенные обстоятельства судом первой инстанции установлены не были.

Кроме того, полагает, что судом первой инстанции не учтено, что согласно выводам заключения эксперта Ч.Ю.И. причиной дорожно-транспортного происшествия явилась неосторожность самого потерпевшего.

Кроме того, потерпевший не имел право на управление данным транспортным средством, так как не имел полиса <...> выехал на полосу встречного движения, за что был привлечен к административной ответственности по ч.2 ст.12.24, ч.1 ст.12.15 КоАП РФ, постановления о привлечении к административной ответственности были отменены только <...>.

Приводит показания осужденного, из которых следует, что именно потерпевший выехал на полосу встречного движения.

Полагает, что органами предварительного следствия не решался вопрос о наличии у осужденного технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия.

Просит приговор отменить, поскольку вина ФИО1 не нашла своего подтверждения.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 также выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным. Полагает, что его вина не доказана, предварительное и судебное следствие велось с обвинительным уклоном, по уголовному делу имеется ряд противоречий, отсутствует трасологическая экспертиза, автотехническая и судебно-медицинская экспертизы проведены не в полной мере.

Суд отказал стороне защиты в ходатайстве о проведении автотехнической экспертизы, судебно-медицинской экспертизы мотивировав свое решение тем, что материалы дела позволяют с достаточной полнотой дать юридическую оценку действиям подсудимого. Однако в деле фигурирует экспертиза эксперта С.С.В., который сделал свои выводы на основании видеозаписи изъятой из видеорегистратора, который он добровольно передал сотрудникам ГИБДД. В автотехнической экспертизе отсутствуют сведения о втором водителе (С.В.В.), о его скоростном режиме, о техническом состоянии автомобиля, мог ли он управлять автомобилем, какое расстояние до места столкновения, мог ли он (ФИО1) предвидеть, выезжая из-за поворота аварию и какова была его скорость. В имеющейся в деле судебно-медицинской экспертизе нет сведений о том, остался бы жив потерпевший С.В.В., если бы был пристегнут ремнем безопасности.

Стороной защиты было приобщено заключение специалиста Ч.Ю.И., который также был предупрежден об уголовной ответственности. Из данного заключения следует, что столкновение автомобиля под его (ФИО1) управлением и автомобиля под управлением С.В.В. произошло на его (ФИО1) полосе движения.

Указывает, что виновником ДТП являлся потерпевший С.В.В. о чем свидетельствуют материалы уголовного дела, а именно протокол осмотра места происшествия и постановления о привлечении С.В.В. к административной ответственности. Постановления о привлечении к административной ответственности С.В.В. были отменены только перед вынесением приговора.

Не соглашается с гражданским иском, так как суд не исследовал его материальное положение, степень нравственных страданий потерпевшей, не соблюдены требования разумности и справедливости.

Просит приговор отменить, в виду его несправедливости.

На апелляционные жалобы государственным обвинителем Авдеевым М.Ю. подано возражение.

Выслушав стороны, проверив доводы апелляционных жалоб, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вина осужденного в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре, подтверждается доказательствами, которые собраны в период предварительного следствия и проверены в судебном заседании.

Суд дал оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, положенным в основу обвинительного приговора в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ, признав их допустимыми, достоверными, относимыми и в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела и постановления приговора.

При постановлении приговора суд мотивировал свои выводы о виновности ФИО1 в совершении указанного преступления так, как того требует уголовно-процессуальный закон. Никаких оснований для иной оценки доказательств не усматривается.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении указанного преступления является обоснованным и подтверждается совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств, в том числе: показаниями свидетелей Свидетель №4, Свидетель №5, эксперта С.С.В., письменными материалами дела.

Оснований не доверять данным показаниям, которые согласуются как между собой, так и с иными исследованными судом доказательствами, не имеется.

Обстоятельств, которые свидетельствовали бы о наличии у свидетелей, эксперта - оснований для оговора осужденного ФИО1 по делу не имеется.

Согласно заключению судебно-автотехнической экспертизы № <...> от <...> анализ сведений о повреждениях транспортных средств и повреждений, просматриваемых на фотоснимках, с учетом информативности, как текстового описания, так и фотоизображений, а также их сопоставление по форме, размерам и месту расположения свидетельствует о том, что в начальный момент автомобиль <...> своей левой передней частью контактировал с передней левой частью автомобиля <...> Продольные оси транспортных средств располагались под углом около 15 градусов. Анализ видеозаписи, с учетом механизма взаимодействия транспортных средств при столкновении, позволяет сделать вывод о том, что в рассматриваемом случае в процессе сближения транспортных средств (непосредственно перед столкновением) автомобиль <...> начал смещаться на встречную полосу движения. Смещение автомобиля <...> на встречную полосу подтверждается взаимным расположением транспортных средств в момент первоначального контактирования. В противном случае (автомобиль <...> двигался по своей стороне), автомобиль <...>» должен был бы возвращаться со встречной полосы движения, что отчетливо не просматривается на видеозаписи с места происшествия. Отсутствие на проезжей части места происшествия следов колес транспортных средств, обуславливает невозможность определить экспертным путем более точные координаты места столкновения автомобилей <...> и их взаимное расположение, относительно границ проезжей части. С технической точки зрения, для обеспечения безопасности движения водители транспортных средств, в соответствии с требованиями п.9.4 абзаца 1 должны были вести их по возможности ближе к правому краю проезжей части, а также требованиями п.9.10 ПДД РФ, в части соблюдения безопасного бокового интервала при встречном разъезде.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № <...> от <...> в отношении С.В.В., учитывая морфологические признаки повреждений, указанных в экспертизе, их характер и локализацию, они причинены в результате ударов либо соударений с тупыми твердыми предметами (которыми могли послужить части салона автомобиля) при дорожно-транспортном происшествии.

Оснований сомневаться в выводах всех экспертов по проведенным в рамках расследования данного уголовного дела экспертизам, у суда не имелось. Судебные экспертизы проведены в строгом соответствии с положениями гл. 27 УПК РФ. Заключения экспертов научно обоснованы, изложены полно и ясно, содержат мотивированные ответы на поставленные вопросы, в полной мере отвечают требованиям, предусмотренным ст. 204 УПК РФ. В заключениях экспертов не содержится противоречий, которые бы ставили под сомнение правильность сделанных экспертами выводов. У суда апелляционной инстанции нет оснований сомневаться в их правильности, они подробно исследовались в судебном заседании с участием сторон.

Оснований для признания указанных выше судебно-медицинской и судебно-автотехнической экспертизы недопустимыми доказательствами не имеется.

Кроме того, вопреки доводам жалобы, выводы судебно-автотехнической экспертизы в судебном заседании подтвердил эксперт С.С.В., проводивший указанную экспертизу.

Кроме того, судом первой инстанции с участием сторон непосредственно была исследована и видеозапись на которой зафиксировано движение автомобиля осужденного до момента дорожно-транспортного происшествия и сам момент дорожно-транспортного происшествия, которой суд первой инстанции дал надлежащую оценку и которая, по мнению суда апелляционной инстанции, подтверждает выводы указанной выше судебно-автотехнической экспертизы, что в процессе сближения транспортных средств (непосредственно перед столкновением) автомобиль <...>» начал смещаться на встречную полосу движения.

По мнению суда апелляционной инстанции, невозможность определения экспертным путем более точных координат места столкновения автомобилей, с учетом изложенного выше, не опровергает выводы суда о доказанности вины осужденного.

Вопреки доводам жалобы, судебная экспертиза была обоснована назначена в соответствии с ч.4 ст.195 УПК РФ до возбуждения уголовного дела.

Не основаны на материалах дела доводы жалоб о нарушении процессуальных прав ФИО1 при назначении, производстве и ознакомлении с указанными выше заключениями экспертиз. Согласно материалам дела, после возбуждения уголовного дела, стороны были ознакомлены, как с постановлениями о назначении всех экспертиз, так и с заключениями экспертов. Стороне защиты была предоставлена возможность заявить ходатайство о назначении повторной экспертизы.

Доводы стороны защиты о неправомерном отказе в назначении повторной экспертизы, также не свидетельствуют об обоснованности жалоб.

Согласно ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств при условии соблюдения положений ст. ст. 75 и 89 УПК РФ. Если после возбуждения уголовного дела стороной защиты или потерпевшим будет заявлено ходатайство о производстве дополнительной либо повторной судебной экспертизы, то такое ходатайство подлежит удовлетворению.

Сторона защиты, в том числе, полагает, что в силу указанной нормы в ходатайстве о назначении повторной либо дополнительной экспертизы не могло быть отказано, так как указанные выше экспертизы назначались до возбуждения уголовного дела.

С данным доводом суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Положения ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ не исключает действия других норм уголовно-процессуального закона, которыми установлено, что ходатайство лица, которое его заявляет, а также судебное постановление должны быть обоснованными (ч. 1 ст. 271, ч. 4 ст. 7 УПК РФ), а дополнительная и повторная экспертизы могут быть назначены лишь при наличии оснований, предусмотренных ст. 207 УПК РФ. Следовательно, вопреки доводам жалоб, одно лишь обращение стороны защиты с ходатайством о назначении дополнительной либо повторной экспертиз, при отсутствии оснований для их назначения, предусмотренных ст. 207 УПК РФ, не влечет удовлетворение ходатайства стороны защиты в обязательном порядке. Иной подход, при котором принятие процессуального решения целиком и полностью зависело бы только от формального условия - обращения стороны защиты с соответствующим ходатайством, противоречил бы также ч. 1 ст. 8 УПК РФ, в силу которой правосудие по уголовному делу в Российской Федерации осуществляется только судом.

По мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для назначения по делу повторной или дополнительной судебно-автотехнической и судебно-медицинских экспертиз с приведением надлежащих доводов по заявленным ходатайствам оснований не согласиться с которыми не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, каких-либо объективных доказательств, что потерпевший в момент дорожно-транспортного происшествия не был пристегнут ремнем безопасности, в материалах дела не содержится, из показаний самого осужденного следует, что он не мог видеть был ли потерпевший пристегнут в момент происшествия, видел, что потерпевший не был пристегнут, когда подошел к автомобилю потерпевшего уже после дорожно-транспортного происшествия. При этом, по мнению суда апелляционной инстанции, в судебном заседании было достоверно установлено, что указанные в приговоре последствия наступили именно вследствие нарушения осужденным правил дорожного движения.

Вопреки доводам жалоб, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о критическом отношении к заключению специалиста Ч.Ю.И. № <...> от <...>. Противопоставленное стороной защиты заключению эксперта заключение специалиста не ставит под сомнение виновность осужденного в указанном преступлении, не является основанием для его оправдания, поскольку указанный специалист к участию в уголовном деле привлечен не был и в силу требований уголовно-процессуального закона полномочиями по оценке заключения эксперта не наделен. В связи с чем заключение специалиста, как доказательство, подвергающее сомнению результаты исследования эксперта, обоснованно отвергнуто судом, а показания специалиста в судебном заседании опровергаются совокупностью исследованных и приведенных судом доказательств.

По мнению суда апелляционной инстанции, несогласие стороны защиты с данной оценкой не свидетельствует о допущенных судом при оценке доказательств нарушениях уголовно-процессуального закона, повлиявших на правильность установления фактических обстоятельств дела.

Доводы осужденного, что вина потерпевшего установлена протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия, представляются необоснованными, так как в судебном заседании было достоверно установлено, что место дорожно-транспортного происшествия было определено только со слов осужденного, до проведения экспертизы и просмотра видеозаписи.

Доводы стороны защиты, что виновность осужденного опровергается тем, что в отношении потерпевшего после ДТП были вынесены постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении по ч.2 ст.12.24, ч.1 ст.12.15 КоАП РФ, в связи с его смертью, представляются необоснованными, так как решениями от <...> в указанные постановления по протесту прокурора, учитывая, что данные постановления были вынесены до проведения экспертизы, внесены изменения, в соответствии с которыми производство по делу об административном правонарушении было прекращено в отношении Потерпевший №1 в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Доводы стороны защиты об отсутствии у потерпевшего полиса <...> также не опровергают обоснованные выводы суда о доказанности вины осуждённого, так как данные действия потерпевшего не находятся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст.273 - 291 УПК РФ с соблюдением принципов всесторонности, полноты и объективности исследования фактических обстоятельств уголовного дела. Уголовное дело рассмотрено судом объективно и беспристрастно.

Как видно из материалов дела, в том числе из протокола судебного заседания, судом соблюдался установленный уголовно-процессуальным законом порядок рассмотрения дела, принцип состязательности и равноправия сторон, которым предоставлялась возможность исполнения их процессуальных функций и реализации гарантированных законом прав на представление доказательств, заявление ходатайств, а также иных прав, направленных на отстаивание своей позиции и реализации права на защиту.

Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе о назначении экспертизы, суд разрешил в полном соответствии с положениями статей 256, 271 УПК РФ и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела с принятием по ним должных решений и их убедительной мотивацией. Права сторон на стадиях предварительного следствия и судебного разбирательства, в частности, право осужденного на защиту и представление доказательств, соблюдены. Отказы в удовлетворении ходатайств не свидетельствуют о нарушении права на защиту, а несогласие стороны защиты с принятыми судом по ходатайствам решениями не является основанием для отмены состоявшегося по делу итогового судебного решения.

Согласно протоколу и аудиозаписи судебного заседания все доказательства, положенные судом в основу приговора, являлись предметом исследования суда первой инстанции.

В описательно-мотивировочной части приговора судом, как это предусмотрено ст.307 УПК РФ, приведены мотивы, по которым в основу выводов суда положены одни доказательства и отвергнуты другие, оснований не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не находит.

Согласно п.9.1. ПДД РФ количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом, стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двустороннем движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств);

Согласно абзацу 1 п.9.4. ПДД РФ вне населенных пунктов, а также в населенных пунктах на дорогах, обозначенных знаком 5.1 или 5.3 или где разрешено движение со скоростью более 80 км/ч, водители транспортных средств должны вести их по возможности ближе к правому краю проезжей части. Запрещается занимать левые полосы движения при свободных правых;

Согласно п.9.10. ПДД РФ водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движение;

Согласно п.10.1. ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил

Вопреки доводам жалобы, судом достоверно установлено, что ФИО1, управляя автомобилем, допустил нарушение вышеуказанных правил дорожного движения, что привело к дорожно-транспортному происшествию и наступившим последствиям, при этом, учитывая изложенное выше, доводы стороны защиты о не установлении наличия технической возможности у осужденного предотвратить дорожно-транспортное происшествие, не ставят под сомнение правильные выводы суда о доказанности вины осужденного.

При таких обстоятельствах, действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Доводы адвоката, что, участвовавший в судебном заседании помощник прокурора Соловьев С.С. является родственником судьи своего объективного подтверждения не нашли.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости исключения из описательно-мотивировочной части приговора как излишне указанной ссылки на нарушение ФИО1 п.1.3., п.1.4., п.1.5., абзаца 1 п.8.1. Правил дорожного движения РФ, поскольку они содержат общие требования ко всем участникам дорожного движения и их нарушение не находится в причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием. Исключение из обвинения указанных норм не затрагивает существо описываемых событий и объем наступивших последствий.

Кроме того, из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению указание суда, что осужденный двигался на автомобиле со скоростью более 94 км/ч, так как скорость движения автомобиля осужденного достоверно установлена не была, сведения о скорости имеющиеся на записи видеорегистратора достоверно не отражают скорость движения, что в судебном заседании подтвердил и эксперт, нарушение скоростного режима осужденному не вменялось.

По мнению суда апелляционной инстанции, внесение указанных изменений не ставит под сомнение доказанность вины осужденного.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора приведены мотивы решения вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.

Судом при назначении наказания правильно учтено наличие ряда обстоятельств, смягчающих наказание, а именно: оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, а так же иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, выразившееся в том что ФИО1 после совершения ДТП доставал потерпевшего из поврежденного автомобиля, при рассмотрении уголовного дела в суде передал <...> рублей потерпевшей, с принесением извинений последней, состояние здоровья и имеющиеся у подсудимого и его супруги заболевания.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необоснованными выводы суда об отсутствии оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, так как из представленных материалов, следует, что осужденный предоставил органам следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, а именно добровольно указал, что у него в автомобиле находится видеорегистратор, на котором имеется видеозапись момента ДТП, данная видеозапись впоследствии была положена в основу, проведенной по делу экспертизы. При этом то, что видеорегистратор был изъят сотрудниками полиции в ходе осмотра места происшествия, в данном случае не имеет правового значения, так как у осужденного имелась реальная возможность сокрыть указанную видеозапись.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает необходимым признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ со смягчением назначенного наказания в виде лишения свободы, не находя оснований для смягчения дополнительного наказания, размер которого является справедливым.

Отягчающих наказание обстоятельств судом обоснованно не установлено.

При назначении наказания судом обоснованно учтены положения ч.1 ст.62 УК РФ.

Суд не нашел оснований для назначения иного вида наказания, применения положений ч.6 ст.15, ст.64, ст.73 УК РФ, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

В силу положений пункта 7.1 части 1 статьи 299 УПК РФ при постановлении обвинительного приговора суд обязан разрешить вопрос о том, имеются ли основания для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном статьей 53.1 УК РФ.

Вместе с тем, данные положения закона судом выполнены не были.

Суд первой инстанции, определяя ФИО1 наказание в виде лишения свободы в колонии-поселении, не привел в приговоре конкретных данных, которые позволили ему сделать вывод о возможности исправления ФИО1 только в условиях изоляции от общества в исправительном учреждении.

При таких обстоятельствах, с учетом обстоятельств совершенного преступления, характера и степени его общественной опасности, а также личности осужденного, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в местах лишения свободы и полагает возможным заменить осужденному наказание в виде лишения свободы принудительными работами с назначением указанного в приговоре дополнительного наказания.

Оснований, ограничивающих возможность назначения наказания в виде принудительных работ, предусмотренных ч.7 ст.53.1 УК РФ в настоящее время не имеется. В суде апелляционной инстанции установлено, что осужденному назначена страховая пенсия по старости, вместе с тем, инвалидности он не имеет, нетрудоспособным не признавался, продолжает свою трудовую деятельность.

При этом при назначении указанного наказания суд апелляционной инстанции принимает во внимание мнение потерпевшей, просившей в суде первой инстанции не назначать осужденному наказание, связанное с лишением свободы, а также дополнительно представленные в суд апелляционной инстанции сведения о состоянии здоровья супруги осужденного.

Учитывая, что по смыслу закона при замене наказания в виде лишения свободы принудительными работами назначение вида исправительного учреждения не требуется, указание о назначении вида исправительного учреждения подлежит исключению из приговора.

По мнению суда апелляционной инстанции, суд при разрешении гражданского иска правильно руководствовался требованиями ст. 151, ст.1099 и ст.1101 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции обоснованно учитывал характер причиненных потерпевшей нравственных страданий, материальное положение осужденного (в том числе, с учетом обстоятельств, дополнительно установленных в суде апелляционной инстанции), вопреки доводам жалобы, определенный судом размер компенсации морального вреда потерпевшей Потерпевший №1, утратившей своего сына, соответствует требованиям разумности и справедливости.

При таких обстоятельствах оснований не согласиться с указанным в приговоре размером компенсации морального вреда у суда апелляционной инстанции не имеется.

Каких-либо нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не усматривается.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Знаменского районного суда Омской области от <...> в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на нарушение ФИО1 п.1.3., п.1.4., п.1.5., абзаца 1 п.8.1. Правил дорожного движения РФ, на скорость движения автомобиля осужденного более 94 км.ч.

Указать о признании в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание - активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Исключить из приговора указание о возможности исправления осужденного только в условиях изоляции от общества, об отбывании наказания в колонии-поселении.

Смягчить, назначенное по ч.3 ст.264 УК РФ наказание до 1 года 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев заменить принудительными работами сроком на 1 год 6 месяцев с отбыванием в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы с удержанием в размере 10% из заработной платы осужденного в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

В соответствии с ч.1 ст.60.2 УИК РФ определить порядок следования ФИО1 к месту отбывания принудительных работ за счет государства самостоятельно.

Срок принудительных работ исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

В остальной части данный приговор - оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Тундыкова М.А. и осужденного ФИО1 – удовлетворить в части.

Апелляционное постановление может быть обжаловано через суд постановивший приговор в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Копия верна

Судья