Апелляционное постановление № 22-1176/2025 22-43/2026 от 8 февраля 2026 г.

Судья Репринцева О.П. Дело № 22-43/2026 год

№22-1176/2025 год


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курск 9 февраля 2026 года

Курский областной суд в составе:

председательствующего судьи Афонченко Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Соловьевой А.С.,

с участием:

прокурора Солдатовой А.Ю.,

осужденного К.С.В.,

защитников-адвокатов Кириченко И.Ф., Коваленко А.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного К.С.В. (основной и дополнительной) и апелляционному представлению государственного обвинителя – заместителя Щигровского межрайонного прокурора Москалевой Е.М. на приговор Щигровского районного суда Курской области от 10 ноября 2025 года, которым

К.С.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный по адресу: <адрес>, д.Русановка, фактически проживающий по адресу: <адрес>, <адрес>, женатый, имеющий на иждивении двоих малолетних детей: дочь К.Е.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и дочь К.Е.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работающий директором дилерского центра ООО АВТОПРЕМИУМ», военнообязанный, состоящий на воинском учете в военном комиссариате <адрес>, несудимый,

осужден по ч.5 ст.264 УК РФ к 4 годам лишения свободы, с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Срок отбывания наказания исчислен со дня прибытия К.С.В.в колонию-поселение, или задержания в случае конвоирования для отбывания наказания в колонию-поселение, с зачетом времени следования к месту отбывания наказания из расчета один день за один день.

Частично удовлетворен гражданский иск потерпевшей К.Н.С.: постановлено взыскать с К.С.В. в пользу К.Н.С. компенсацию морального вреда в размере 1 400 000 (один миллион четыреста тысяч) рублей, из них 1 000 000 (один миллион) - компенсация морального вреда, причиненного гибелью К.Н.Н.; 400 000 (четыреста) тысяч рублей - компенсация морального вреда, причиненного К.Н.С. в результате ДТП.

Признано за потерпевшей (гражданским истцом) К.Н.С. право на компенсацию причиненного в результате ДТП материального ущерба, а его разрешение передано на рассмотрение в рамках гражданского судопроизводства;

разрешена судьба вещественных доказательств,

Заслушав доклад судьи Афонченко Л.В., объяснения осужденного К.С.В. и его защитников – адвокатов Кириченко И.Ф., Коваленко А.С., прокурора Солдатовой А.Ю., проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления (основных и дополнительных),

установил:

по приговору суда К.С.В. признан виновным и осужден за нарушение правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц и причинение тяжкого вреда здоровью двух человек, совершенное при обстоятельствах, изложенных в приговоре, которым установлено, что

ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 15 часов 22 минуты, К.С.В., управляя легковым автомобилем марки «Шкода Октавия» государственный регистрационный знак <***> регион, осуществлял движение по участку 43 километра 400 метров автомобильной дороги «Курск-Воронеж-Борисоглебск» Р-298 «Каспий», проходящему вне населенного пункта по территории <адрес>, со стороны <адрес> в направлении <адрес>, со скоростью примерно 70-75 км/час, в дневное время суток, и, проявляя преступную небрежность, нарушил пункты 1.4, 1.5, 10.1, 9.1.1. Правил дорожного движения РФ, утратил контроль за движением управляемого им транспортного средства, в результате чего, не справившись с управлением, пересек линию горизонтальной дорожной разметки, разделяющую транспортные потоки противоположных или попутных направлений на участках дорог, где перестроение разрешено только из одной полосы, допустил выезд на полосу встречного движения, находясь на которой допустил столкновение с движущимся по встречной полосе во встречном направлении в сторону <адрес> легковым автомобилем марки «Фольксваген Джетта» государственный регистрационный знак <***> регион под управлением К.С.Н., в салоне которого в качестве пассажиров находились: Р.А.С., К.Н.Н., К.Н.С., М.Н.В.

В результате столкновения транспортных средств водитель легкового автомобиля марки «Фольксваген Джетта» К.С.Н. и пассажир К.Н.Н. погибли на месте дорожно-транспортного происшествия, а потерпевшим К.Н.С. и Р.А.С. причинены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Смерть К.С.Н. наступила от тупой механической сочетанной травмы тела. Смерть К.Н.Н. наступила от тупой сочетанной травмы тела (головы, туловища), осложнившейся массивным наружным и внутренним кровотечением.

В судебном заседании суда первой инстанции осужденный К.С.В. вину в совершении инкриминируемого преступления признал частично.

В апелляционном представлении (основном и дополнительном) государственный обвинитель – заместитель Щигровского межрайонного прокурора М.Е.М., считая приговор в отношении К.С.В. незаконным, необоснованным и несправедливым, просит его отменить, направить материалы уголовного дела на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Ссылаясь на требования уголовного и уголовно-процессуального законов, а также разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 №55 «О судебном приговоре», отмечает, что описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать, в том числе, описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием способа его совершения и наступивших последствий преступления, то есть обстоятельства, подлежащие доказыванию.

Однако в постановленном в отношении К.С.В. приговоре, в описании преступного деяния, в нарушение требований закона не указаны конкретные причиненные потерпевшим К.Н.С. и Р.А.С. телесные повреждения, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью.

Кроме того, отмечает, что суд первой инстанции необоснованно в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ признал оказание К.С.В. помощи потерпевшим после совершения преступления, а именно оказание реанимационных мероприятий пострадавшим, а также извлечение пострадавших из салона автомобиля, поскольку данные действия осужденного не привели к предотвращению или минимизации преступных последствий. А, кроме того, из материалов дела следует, что осужденный не оказывал помощь в извлечении пострадавших из автомобиля, а медицинская помощь последним была оказана врачами скорой медицинской помощи.

Указанные обстоятельства повлекли назначение К.С.В. по ч.5 ст.264 УК РФ необоснованно мягкое наказание, без учета характера и степени общественной опасности деяния, конкретных обстоятельств дела, влияния назначенного наказания на исправление осужденного.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный К.С.В. выражает несогласие с приговором суда, который считает незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, с направлением дела в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе со стадии судебного разбирательства.

В обоснование своих доводов отмечает, что как в ходе судебного разбирательства, так и на предварительном следствии вину в нарушении п. 9.1.1 не признавал, поскольку на полосу встречного движения не выезжал, а столкновение его автомобиля с автомобилем под управлением водителя К.С.Н. произошло после того, когда автомобиль стал неожиданно для него неуправляемым, а затем ударился в отбойник; дальнейших событий не помнит. При этом предполагает, что в результате сильного дождя произошло аквапланирование, наличие на дороге ямки с водой, куда въехало колесо его автомобиля, и не исключает наличие дефектов в трансмиссии его автомобиля.

Обращает внимание, что свои показания подтвердил в ходе проверки показаний на месте 14 сентября 2023 года, и указанный протокол был оглашен судом, но его содержание в приговоре не изложено, а, следовательно, не дана судебная оценка ни протоколу, ни его показаниям в целом.

Кроме того, отмечает, что в ходе осмотра показал следователю место, где его автомобиль после заноса дважды ударился об отбойник, показал следы на нем, все было зафиксировано, но версия осталась непроверенной на следствии, а суд не принял это во внимание.

Отмечает, что его версия не опровергнута доказательствами по делу, включая исследованное судом заключение автотехнической экспертизы № 587 от 26 апреля 2024 года, согласно выводам которого «отсутствие в материалах дела объективной информации о следах и перемещении транспортных средств до столкновения лишает возможности экспертным путем установить механизм их сближения до столкновения». А суд в нарушение требований закона не дал оценки всем исследованным доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим его, и сослался на доказательства, опровергающие его версию об обстоятельствах совершения ДТП, при том, что его показания подтвердил в суде свидетель ФИО1, показаниям которого оценка не дана.

Указывает, что в подтверждение выводов о его виновности суд сослался на показания потерпевших Р.А.С. и К.Н.С., которые фактически не видели всех обстоятельств происшедшего, а именно до момента столкновения если и видели его автомобиль, то только за несколько секунд до столкновения, потому как все произошло в доли секунд. В связи с этим полагает, что воспроизвести события 28 июля 2023 года им помогли на следствии, учитывая, что содержание показаний данных потерпевших совершенно идентично; а, кроме того, они являются близкими родственниками, в связи с чем их показания могут быть необъективными, чему суд также не дал оценки.

Также обращает внимание, что суд первой инстанции не мотивировал в приговоре свое решение о признании доказательством по делу показаний свидетелей Д.С.В. и Д.О.В., которые являются противоречивыми; и считает, что никакого доказательного значения по делу не имеют показания свидетелей С.С.Н. и Р.Д.С., которые очевидцами происшествия не являлись, а в показаниях высказали предположения.

Обращает внимание, что отвергая его доводы о том, что именно попадание колес его автомобиля в яму и его последующий отброс из ямы в сторону послужили причиной дальнейшего неконтролируемого движения, которое он не мог и не должен был предвидеть, суд сослался на показания свидетелей К.Р.В., С.С.Н. и Р.Д.С. - сотрудников дорожной организации ООО «Вектор», обслуживающей данный участок автодороги, а, следовательно, лиц, имеющих прямую заинтересованность в исходе настоящего уголовного дела, так как установление прямой причинной связи между наличием ямы и произошедшим ДТП может полностью исключать его уголовную и гражданскую ответственность за наступившие в результате ДТП общественно опасные последствия, поскольку лицом, ответственным за причинение вреда, будет являться их работодатель ООО «Вектор», наличие же возможной косвенной причинной связи между названными обстоятельствами может повлечь распределение гражданской ответственности между ним и ООО «Вектор» в долях, что также имеет существенное значение для дела.

При этом утверждает, что разрешение вопроса о том, послужило либо могло ли послужить наличие данной ямы на автодороге, с учетом траектории движения, скорости, загруженности и других особенностей его автомобиля, а также установленных судом дорожных условий, причиной произошедшего ДТП, требует специальных познаний в области автотехники и не могло производиться путем допроса заинтересованных в исходе дела свидетелей, не обладающих познаниями в этой сфере, а должно было осуществляться следователем и судом путем назначения и проведения соответствующей судебной экспертизы, чего по делу не было сделано.

Считает, что стороне защиты было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о признании протокола осмотра места происшествия от 28 июля 2023 года недопустимым доказательством, поскольку участвовавший в качестве понятого Н.С.А. пояснил суду, что прибыл на место происшествия как сотрудник пожарной охраны и понятым не был, а подписал протокол по просьбе следователя; второй же понятой З.А.А. фактически в одно время принимал участие в двух процессуальных действиях, а об обстоятельствах своего участия в осмотре места происшествия пояснить суду ничего не смог; то есть формальное участие указанных понятых в осмотре места происшествия свидетельствует о грубом нарушении следствием ст.60 УПК РФ. Кроме того, с места происшествия следователем не произведена выемка колеса, принадлежащего автомобилю «Джетта», где оно находилось и где оно обнаружено следствием не установлено, но это колесо в дальнейшем стало предметом изучения экспертов при проведении судебной авто-технической экспертизы от 25 августа 2023 года и повлекло их выводы о месте столкновения автомобилей, с которыми автор апелляционной жалобы не согласен.

Полагает, что в нарушение ст. 271 УПК РФ судом фактически не было рассмотрено ходатайство защиты об исключении из доказательств по уголовному делу оглашенного в судебном заседании 11 июня 2025 года протокола допроса свидетеля С.Е.А., поскольку разрешая его суд указал, что данный протокол составлен уполномоченным лицом и отвечает требованиям УПК РФ, в то время как в ходатайстве шла речь о нарушениях судом ст. ст. 278, 281 УПК РФ, а также п. 4 Постановления Верховного суда РФ от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», в том числе о нарушении судом его права на защиту.

Более того, утверждает, что судом необоснованно не было учтено в качестве смягчающих наказание обстоятельств на основании ч.2 ст.61 УК РФ частичное признание вины в совершенном преступлении, что в соответствии с п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» подлежало безусловному учету.

Отмечает, что поскольку судом было установлено наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, назначенное ему основное наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года и дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев фактически по своему размеру близки к максимально возможным, что свидетельствует об их несправедливости вследствие чрезмерной суровости, а также об их несоответствии тяжести преступления, относящегося к категории неосторожных преступлений средней тяжести, и его личности.

Считает установленным в ходе судебного разбирательства факт нарушения потерпевшим-водителем автомобиля «Джетта» К.С.Н. п. 2.1.2 ПДД РФ, обязывающего водителей управлять автомобилями с пристегнутыми ремнями, посколькуон не только сам не был пристегнут ремнями безопасности, но и не обеспечил безопасность своих пассажиров; все, кроме пассажира Р.А.С., были не пристегнуты.

Вышеуказанные обстоятельства согласно разъяснениям постановления Пленума Верховного суда РФ от 09 декабря 2008 года «О судебной практике о преступлениях, связанных с нарушениями Правил дорожного движения РФ», могут быть учтены судом как смягчающие наказание, чему суд не дал никакой правовой оценки.

С учетом перечисленных выше обстоятельств, утверждает, что у суда имелись основания для назначения ему основного и дополнительного видов наказания в гораздо меньшем размере, и применения к назначенному основному наказания в виде лишения свободы положений ст.73 УК РФ либо положений ст.53.1 УК РФ о замене лишения свободы принудительными работами, но суд первой инстанции никак не мотивировал в приговоре невозможность применения указанных положений закона, и не привел обстоятельств, не позволивших их применить.

Кроме того, отмечает, что суд фактически не учел влияние назначенного ему наказания на условия жизни его семьи, поскольку он является единственным кормильцем в семье, в состав которой входятнесовершеннолетний ребенок в возрасте 14 лет и малолетний в возрасте 8 лет, обучающиеся в школе и не имеющие собственных доходов, супруга, не имеющая собственных доходов, поскольку была вынуждена уволиться с работы в связи с необходимостью постоянного ухода и воспитания двух детей, его престарелые родители, нетрудоспособные в силу возраста, имеющие незначительные доходы в виде получаемых минимальныхстраховых пенсий и нуждающиеся в оказании финансовой и иной помощи с его стороны.

Просит учесть, что после ДТП в период с 2023 года по 2025 год все незначительные накопления своей семьи он израсходовал на возмещение вреда, причиненного потерпевшим в указанном ДТП, и с этой же целью взял дополнительные кредиты на свое имя в банках; общая сумма возмещенного им вреда составила 4 300 000 рублей. В связи с этим, находясь в местах лишения свободы, длительное время не сможет осуществлять оплату кредитов и выплату потерпевшей К.Н.С. взысканной с него в ее пользу приговором суда компенсации морального вреда в сумме 1 400 000 рублей, а также его семья окажется в крайне затруднительном материальном положении.

Более того, отмечает, что его участие в жизни своей семьи не ограничивается одним лишь материальным обеспечением, поскольку именно он занимается решением всех основных социально-бытовых вопросов в семье, включая постоянное сопровождение детей в школу, детские кружки, организацию доставки детей и нетрудоспособных родителей в больницу для оказания им медицинской помощи, посещение магазинов и приобретение товаров первой необходимости, в связи с чем назначение ему наказания в виде реального лишения свободы, повлечет для оставшихся пятерых членов его семьи, четверо из которых являются нетрудоспособными в силу своего возраста, несоразмерное и неоправданное ухудшение условий их жизни, включая невозможность обеспечения необходимого уровня физического и психического развития малолетних детей.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный К.С.В. и его защитники-адвокаты Кириченко И.Ф. и Коваленко А.С. поддержали апелляционную жалобу (основную и дополнительную) осужденного по изложенным в ней доводам, просили её удовлетворить; возражали против удовлетворения апелляционного представления (основного и дополнительного);

прокурор Солдатова А.Ю. поддержала доводы апелляционного представления (основного и дополнительного), возражала против удовлетворения доводов апелляционной жалобы (основной и дополнительной).

Выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности К.С.В. в нарушении при управлении автомобилем правил дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть двух лиц и причинение тяжкого вреда здоровью двух лиц, при изложенных в приговоре обстоятельствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности собранных по делу и исследованных в суде первой инстанции доказательств.

Так, в основу обвинительного приговора судом правомерно положены показания потерпевшего Р.А.С. о том, что 28 июля 2023 года в ходе поездки в г.Старый Оскол на автомобиле «Фольксваген Джетта» под управлением К.С.Н., в котором он находился на переднем пассажирском сиденье, а на заднем сиденье - К.Н.Н., К.Н.С. и М.Н.В., по автомобильной трассе «Курск-Воронеж-Борисоглебск» по направлению в г. Воронеж, примерно в 16 часов, на расстоянии около 100 метров от передней части легкового автомобиля К.С.Н. он увидел легковой автомобиль «Шкода Октавия», который, двигаясь во встречном для них направлении, выехал на полосу их движения и стал двигаться по диагонали на автомобиль К.С.Н., который это увидел и стал ругаться, пытаясь избежать возможного столкновения, стал тормозить, но автомобиль «Шкода Октавия» продолжал стремительно двигаться навстречу по их полосе движения, и произошло столкновение. Он самостоятельно выбрался из салона автомобиля и помог выбраться К.Н.С. и М.Н.В.; К.Н.Н. и К.С.Н. находились без сознания и были зажаты автомобилем; что потерпевший подтвердил в ходе проведения очной ставки с осужденным К.С.В.;

потерпевшей К.Н.С., из которых следует, что 28 июля 2023 года в ходе поездки г.Старый Оскол с целью приобретения автомобиля с мужем К.Н.Н., а также Р.А.С. и М.Н.В. на автомобиле «Фольксваген Джетта» под управлением К.С.Н. по автодороге «Курск-Воронеж-Борисоглебск», примерно в 15 часов 20 минут, на расстоянии около 100 метров от передней части легкового автомобиля К.С.Н. она увидела легковой автомобиль, как ей позже стало известно, марки «Шкода Октавия», который двигался во встречном направлении, по их полосе движения, навстречу автомобилю К.С.Н. со скоростью не менее 100 км в час. К.С.Н., увидев встречную машину, стал ругаться, чтобы избежать столкновения тормозил, значительно снизив скорость. Однако автомобиль «Шкода Октавия» продолжал стремительно двигаться по их полосе движения, не пытался уйти от столкновения или затормозить, в результате на их полосе движения произошло столкновение автомобилей, после чего она потеряла сознание;

потерпевшей К.Т.Е. – супруги погибшего К.С.Н. о том, что 28 июля 2023 года последний на своем легковом автомобиле марки «Фольксваген Джетта» вместе с братом К.Н.Н., его супругой К.Н.С. и двумя знакомыми М.Н.В. и Р.А.С. поехали в г. Старый Оскол с целью приобретения автомобиля для К.Н.С.; от сотрудников полиции узнала, что легковой автомобиль под управлением ее супруга попал в дорожно-транспортное происшествие, столкнувшись с легковым автомобилем «Шкода Октавия» под управлением К.С.В. на автомобильной дороге «Курск-Воронеж-Борисоглебск», в результате которого супруг и его брат К.Н.Н. скончались на месте;

потерпевшего К.Ф.Н. – брата погибших К.С.Н. и К.Н.Н., которому о произошедшем дорожно-транспортном происшествии стало известно 28 июля 2023 из телефонного звонка супруги; впоследствии он узнал, что К.С.В. на своем автомобиле «Шкода Октавия» выехал на полосу встречного движения и столкнулся с автомобилем брата;

потерпевшей М.Е.С. - дочери погибшего К.С.Н., которой о случившемся ДТП и смерти отца стало известно 28 июля 2023 года от супруги последнего К.Т.Е.; впоследствии от следователя узнала, что в автомобиле под управлением ее отца в момент дорожно-транспортного происшествия находились также К.Н.Н., К.Н.С., Р.А.С., М.Н.В.

Вопреки доводам осужденного оснований не доверять показаниям потерпевших у суда не имелось; Р.А.С. и К.Н.С. в момент дорожно-транспортного происшествия находились в одном автомобиле, являлись очевидцами случившегося, давали показания в условиях предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. То обстоятельство, что они являются родственниками, само по себе не дает оснований сомневаться в правдивости их показаний, поскольку существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела не установлено и не приведено в суде апелляционной инстанции.

В связи с изложенным доводы апелляционной жалобы об обратном состоятельными признаны быть не могут.

Выводы о виновности осужденного также подтверждаются показаниями свидетеля ФИО2, осуществлявшего движение 28 июля 2023 года, примерно в 15 часов, на своем автомобиле «КИА КАРЕНС» с пассажиром ФИО3 по автомобильной дороге «Курск-Воронеж-Борисоглебск» по направлению г.Воронежа за легковым автомобилем марки «Фольксваген Джетта», который двигался со скоростью около 80 километров в час. Согласно его показаниям, примерно в 15 часов 20 минут он увидел, как со встречной полосы движения на их полосу выехал автомобиль «Шкода Октавия» и совершил столкновение с легковым автомобилем «Фольксваген Джетта», при этом сильный удар пришелся на левую сторону автомобиля, который съехал в кювет, а автомобиль «Шкода Октавия» после удара отбросило на металлический отбойник, расположенный вдоль дороги слева, о который тот ударился и откатился назад. Он позвонил в диспетчерскую службу «112» и с Д.О.В. начал оказывать помощь пострадавшим. Затем к ним подошел водитель автомобиля «Шкода Октавия» и также пытался оказывать реанимационные мероприятия пострадавшим мужчинам; о причинах ДТП этот водитель сообщил, что его автомобиль в какой-то момент стал неуправляемым, его закрутило и выбросило на полосу встречного движения;

которые согласуются с показаниями свидетеля Д.О.В. о том, что 28 июля 2023 года, примерно в 15 часов, в пути следования по направлению в г. Воронеж по автодороге «Курск-Воронеж-Борисоглебск» за автомобилем марки «Фольксваген Джетта» она услышала, как Д.С.В. сказал, что автомобили столкнулись, а, посмотрев в окно, увидела справа в кювете автомобиль «Фольксваген Джетта», кузов которого был сильно поврежден, а на проезжей части автомобиль «Шкода Октавия». Они стали оказывать помощь пассажирам; подошедший водитель автомобиля «Шкода Октавия» также пытался оказывать реанимационные мероприятия пострадавшим мужчинам, а на вопрос о причине ДТП сообщил, что его автомобиль стал неуправляемым, его закрутило и выбросило на полосу встречного движения;

свидетеля С.Е.А., оглашенными в судебном заседании с соблюдением требований закона, о том, что 28 июля 2023 года, примерно в 15 часов 30 минут, осуществляя движение на своем автомобиле «ЛАДА ВЕСТА» по автодороге «Курск-Воронеж-Борисоглебск» по направлению в г.Воронеж, увидел поврежденный легковой автомобиль марки «Шкода Октавия», государственный регистрационный знак <***> регион, стоявший на проезжей части на центральной разметке дорожного полотна по диагонали, передней частью в сторону металлической отбойника, расположенного вдоль дороги слева, относительно движения в сторону г.Воронежа, а на обочине справа задней частью в сторону автомобильной дороги находился автомобиль «Фольксваген Джетта» с сильно поврежденным кузовом, около него находились люди, оказывающие помощь пострадавшим, среди них был и осужденный, сообщивший, что его автомобиль стал неуправляемым и выехал на полосу встречного движения;

свидетеля М.Н.В., из которых следует, что 28 июля 2023 года в автомобиле «Фольксваген Джетта» под управлением К.С.Н. он осуществлял движение в г.Старый Оскол и находился на заднем пассажирском сиденье; при этом рядом с водителем впереди сидел Р.А.С., а К.Н.Н. и К.Н.С. находились рядом с ним на заднем сиденье. Примерно в 15 часов они выехали на автомобильную трассу «Курск-Воронеж-Борисоглебск» и направились по ней по направлению в г.Воронеж, в дороге он дремал, а очнулся уже после столкновения. Выйдя из салона, увидел, что автомобиль находится в кювете; ему сообщили, что произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого в автомобиль под управлением К.С.Н. въехал другой автомобиль. Он получил телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью;

свидетеля К.Р.В. - главного инженера ООО «Вектор» ОП ДЭП-99, обслуживающего автомобильную дорогу федерального назначения «Курск-Воронеж-Борисоглебск» Р-298 «Каспий», а именно с участка 9+200 км по 152+595 км включительно, согласно которым 28 июля 2023 года, примерно в 16 часов 30 минут, ему стало известно о дорожно-транспортном происшествии с пострадавшими, произошедшем на участке 43+400 км вышеуказанной автомобильной дороги, куда были направлены начальники участков Р.Д.С. и С.С.Н., сообщившие о столкновении автомобилей «Шкода Октавия» и «Фольксваген Джетта». Кроме того, из показаний свидетеля следует, что дорожное покрытие на данном участке дороги ровное, без ям и выбоин, без наслоений; которые согласуются с показаниями свидетелей С.С.Н. и Р.Д.С. - сотрудников ООО «Вектор», выезжавших по поручению главного инженера К.Р.В. на место дорожно-транспортного происшествия для выяснения обстоятельств произошедшего, из которых следует, что на месте ДТП находились все специализированные службы; автомобиль «Фольксваген Джетта» находился в левом кювете относительно движения в сторону г.Курска, а «Шкода Октавия» - диагонально на центральной линии разметки проезжей части; преимущественная часть осыпи пластика и пятна ГСМ находились на левой полосе движения относительно направления в г. Курск; кроме того, свидетели пояснили, что на правой полосе движения участка 43+400 км автомобильной дороги «Курск-Воронеж-Борисоглебск» Р-298 «Каспий» на расстоянии 161,8 м от дорожного знака «Прекращение зоны действия обгон запрещен», установленного на левой обочине, относительно движения на г.Курск, имелось повреждение дорожного покрытия с нарушением целостности длиной 42,5 см, шириной 8,5 см, глубиной 3 см, которое не могло спровоцировать дорожно-транспортное происшествие и не является опасным для участников движения согласно ГОСТу № 50597-2017, а относится к допустимым и не несет никакой угрозы для участников движения; является трещиной, а не ямой;

свидетеля К.А.Н. - тестя К.С.В., который вместе с супругой осужденного прибыл на место происшествия примерно через 1,5-2 часа после случившегося, из которых следует, что К.С.В., у которого имелись телесные повреждения, сообщил, что в ходе движения его занесло; машина осужденного находилась посреди дороги на сплошной линии, передней частью направлена в сторону г.Воронежа; автомобиль «Фольксваген Джетта» находился справа в кювете; дефектов, ям на дороге не было. Он фотографировал машины, отбойник, находящийся по всему повороту на обочине по направлению из г. Воронежа в сторону г. Курска справа, который был погнут, краска на нем была поцарапана, а на его стойке отсутствовали болты. Отбойник был деформирован изгибом. Повреждения на отбойнике находились примерно на расстоянии 3-1 метр от автомобиля К.С.В.

свидетеля Е.П.В. - понятого при проверке показаний осужденного на месте, где следователь в присутствии его и К.С.В. производила замеры, с которыми он был согласен и подписал протокол.

Вопреки доводам осужденного и стороны защиты, не доверять показаниям указанных лиц, включая свидетелей Д., у суда оснований не имелось, поскольку они логичны, последовательны, непротиворечивы, даны в условиях предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний; оснований для оговора осужденного с их стороны не усматривается, равно как и какой-либо заинтересованности в исходе дела.

Свидетели С.С.Н. и Р.Д.С. – сотрудники ООО Вектор, хотя и не являлись непосредственными очевидцами ДТП, но прибыли на место непосредственно после случившегося, являлись сотрудниками организации, занимающейся обслуживанием участка автодороги, где произошло дорожно-транспортное происшествие; их показания, оспариваемые осужденным, о наличии на дороге допустимой нормами ГОСТа трещины глубиной 3 см, шириной 8,5 см и длиной 42,5 см, не несущей угрозы для участников дорожного движения и отсутствии на дорожном покрытии каких-либо повреждений, способных спровоцировать дорожно-транспортное происшествие, вопреки доводам апелляционной жалобы согласуются с данными протокола осмотра места происшествия, зафиксировавшего обстановку но месте ДТП, включая состояние дорожного покрытия; а также с нормами ГОСТа №50597-2017 о том, что повреждение дорожного покрытия глубиной до 5 см не является опасным, допустимо и не несет угрозы для участников дорожного движения.

Кроме того, показания потерпевших и свидетелей по делу согласуются как между собой, так и с иными письменными доказательствами по делу, исследованными судом первой инстанции, а именно, сведениями, содержащимися:

в протоколе осмотра места происшествия от 28 июля 2023 года со схемой и фототаблицей - участка 43 км+400 м автомобильной дороги «Курск-Воронеж-Борисоглебск» Р-298 «Каспий», где было совершено дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей «Фольксваген Джетта» и «Шкода Октавия», которым зафиксировано качество дорожного покрытия – ровное, мокрое, без ям и выбоин, отсутствие уклона дороги и наслоения; расположение и состояние автомобилей-участников ДТП, в том числе отсутствие в передней части автомобиля «Шкода Октавия» силового агрегата (двигателя), который находился на правой обочине, а на расстоянии 44 метров от правого переднего колеса автомобиля «Шкода Октавия» в кювете слева относительно движения в г.Курск, на трех колесах (отсутствовало переднее левое колесо) находился легковой автомобиль «Фольксваген Джетта» в направлении лесополосы; следы трения на асфальтовом покрытии, след повреждения в виде царапин металлического барьерного ограждения, след колеса на обочине, след повреждения лакокрасочного покрытия в виде зачесов слева вдоль кузова легкового автомобиля «Шкода Октавия»; осыпь пластика и горюче-смазочных материалов общей протяженностью 17 метров на участке левой полосы движения в направлении г.Курска, на расстоянии 5,5 метров от заднего правого колеса автомобиля «Фольксваген Джетта» и на расстоянии 34,5 метров от правого переднего колеса автомобиля «Шкода Октавия»;

протоколе осмотра места происшествия с фотоиллюстрационной таблицей к нему от 13.09.2023 - участка 43+400 км автомобильной дороги «Курск-Воронеж-Борисоглебск» Р-298 «Каспий», проходящей вне населенного пункта по территории Щигровского района Курской области., вдоль центральной линии разметки в виде сплошной и прерывистой белых линий, на расстоянии 161,8 метров от дорожного знака «Прекращение зоны действия обгон запрещен», установленного на левой обочине, относительно движения на г.Курск, обнаружено повреждение дорожного покрытия с нарушением целостности. Длина указанного повреждения – 42,5 см, ширина – 8,5 см, глубина в самой глубокой части – 3 см, которое, как следует из вышеприведенных показаний свидетелей Р.Д.С. и С.С.Н. - работников ООО «Вектор» ОП ДЭП-99 п. Горшечное Курской области, не могло спровоцировать дорожно-транспортное происшествие и не является опасным для участников движения,

протоколе осмотра предметов - автомобилей «Шкода Октавия», государственный регистрационный знак <***> регион и «Фольксваген Джетта», государственный регистрационный знак <***> регион, имеющих деформационные повреждения кузовных панелей, элементов отделки салона автомобиля, функциональных элементов конструкции силовой установки, рулевого управления, тормозной системы;

справке ФГБУ «Центрально-черноземное управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» от 8 августа 2023 года о состоянии погоды на 28 июля 2023 года по данным наблюдений метеорологической станции: температура воздуха от 18,3° до 23,0°, относительная влажность воздуха от 78% до 99%, скорость ветра от 1 до 12 м/с, метеорологическая дальность видимости от 2 до 10 км; атмосферные явления: дождь с 12ч. 28мин. до 13ч. 40мин.; с 14ч. 32мин. до 15ч. 18мин., дымка с 14 ч. 40 мин. до 15 ч. 30 мин., количество осадков 1,2 мм;

в выводах проведенных по делу экспертных исследований, а именно, автотехнической экспертизы №5а – 318/з от 25.08.2023 года, согласно которым место столкновения автомобилей – участников происшествия расположено на участке 43 км + 400м автомобильной дороги «Курск-Воронеж-Борисоглебск» Р-298 «Каспий», проходящей вне населенного пункта по территории Щигровского района Курской области, на стороне дороги, предназначенной для движения транспортных средств в направлении города Воронежа;

повторной автотехнической экспертизы №587 от 26.04.2024, согласно которым автомобиль «Шкода Октавия» выехал на полосу движения автомобиля «Фольксваген Джетта»; анализируя результаты исследования следов, зафиксированных на месте дорожно-транспортного происшествия, эксперт отмечает, что они образовались поврежденными частями автомобиля «Фольксваген Джетта» после столкновения, то есть место их начала является признаком места столкновения автомобилей, которое располагалось в непосредственной близости от начала следов первой группы на полосе движения в сторону г.Воронежа, а также характеризует перемещение автомобиля «Фольксваген Джетта» к месту остановки; после столкновения транспортных средств произошел разворот автомобиля «Фольксваген Джетта» и отброс в сторону правой (относительно движения в г. Воронеж) обочины к конечному положению. Перемещение по обочине осуществлялось левым боком; автомобиль «Шкода Октавия» после столкновения был отброшен в сторону правой обочины (по направлению движения в г. Курск) с разворотом автомобиля, после чего перемещался левой передней частью по обочине с наездом на барьерное ограждение. В результате наезда на ограждение автомобиль «Шкода Октавия» отбросило влево к месту конечного положения;

автотехнической экспертизы №5а-317/з от 25.08.2023, согласно которым рулевое управление, рабочая тормозная система, внешние осветительные приборы автомобилей – участников ДТП «Шкода Октавия» и «Фольксваген Джетта» на момент осмотра находятся в неисправном состоянии по причине аварийных повреждений и смещения деталей и узлов, которые носят аварийный характер, образовались в процессе происшествия и не могли послужить его причиной; колеса и шины автомобилей находятся в неисправном состоянии по причине аварийных повреждений переднего левого колеса, образовавшихся в процессе рассматриваемого происшествия и не послуживших его причиной; автомобили имеют деформационные повреждения кузовных панелей, элементов отделки салона автомобиля, функциональных элементов конструкции силовой установки, рулевого управления, тормозной системы;

заключениях судебно-медицинских экспертиз в отношении потерпевших, а именно №0033 от 17.08.2023, согласно выводам которой смерть К.С.Н. наступила в результате тупой механической сочетанной травмы тела, компоненты которой оцениваются только в совокупности, как составляющие единого патоморфологического комплекса и патофизиологического процесса, квалифицирующейся как причинившая тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни и находящейся в прямой причинной связи с наступлением смерти;

судебно-медицинской экспертизы № 0032 от 16.08.2023 о том, что смерть К.Н.Н. наступила от тупой сочетанной травмы тела (головы, туловища), осложнившейся массивным наружным и внутренним кровотечением, компоненты которой должны рассматриваться только в совокупности, а не изолированно друг от друга, как составляющие единого патофизиологического процесса и патоморфологического комплекса – тупой сочетанной травмы тела, и квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинной связи со смертью К.Н.Н.;

судебно-медицинской экспертизы №205 от 09.09.2023 и дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 185 от 13.10.2025, согласно выводам которых К.Н.С. получила телесное повреждение в области туловища в виде разрыва задне-диафрагмальной поверхности селезенки в поперечном направлении, длиной до 4 см с наличием крови в брюшной полости (по данным операции), которое оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; а также иные телесные повреждения, причинившие средней тяжести и легкий вред здоровью;

судебно-медицинской экспертизы №204 от 09.09.2023 дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 184 от 11.10.2025, согласно выводам которых у Р.А.С. имеются телесные повреждения в области головы и туловища в виде закрытых переломов 8-11 ребер слева с повреждением левого легкого и осложненные развитием левостороннего пневмо-гемоторакса, пневмомедиастинума, обширной межмышечной эмфиземы лица, шеи и грудной клетки, которые оцениваются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; а также иные телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью;

и иных письменных материалах дела, исследованных судом и приведенных в приговоре.

При этом сам К.С.В., частично признавший вину, излагая обстоятельства произошедшего в собственной интерпретации, не отрицал, что его автомобиль выехал на полосу встречного движения, где произошло столкновение с встречным автомобилем.

Вопреки доводам осужденного, суд первой инстанции привел мотивы, по которым дал критическую оценку его показаниям о том, что он не выезжал на встречную полосу движения, его автомобиль колесом въехал в яму с водой, отчего он услышал посторонний звук, характерный металлическому в районе трансмиссии, автомобиль стал неуправляемым, «поймал» аквапланирование, в результате чего дважды произошло столкновение с отбойником, расположенным с правой стороны проезжей части дороги относительно движения в сторону г.Курска, признав их недостоверными, поскольку они опровергаются данными протокола осмотра места происшествия, показаниями вышеприведенных непосредственных очевидцев произошедшего дорожно-транспортного происшествия - свидетеля Д.С.В. и потерпевших Р.А.В. и К.Н.С. о том, что автомобиль «Шкода Октавия» не пытался уйти от столкновения или тормозить, он пересек разделительную полосу и стал быстро двигаться по их полосе движения, в сторону автомобиля К.С.Н.; свидетеля С.Е.А., которому сам осужденный на месте ДТП сообщил, что его автомобиль в какой-то момент стал неуправляемым, его потянуло влево, на полосу встречного движения, где навстречу двигался автомобиль.

Ни одно из доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, каких-либо сомнений в своей достоверности у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ проверил и оценил их с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал достаточными для разрешения уголовного дела.

В соответствии со ст.75 УПК РФ недопустимыми являются доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона. То есть, доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона (недопустимыми), если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией РФ права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом, либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Таких нарушений, вопреки доводам жалобы осужденного, при сборе и оценке доказательств не установлено. Кроме того, данный довод был предметом рассмотрения в суде первой инстанции с указанием мотивов принятого решения.

Основания для признания недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия от 28.07.2023, составленного уполномоченным на то лицом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, у суда первой инстанции отсутствовали, не имеется таковых и у суда апелляционной инстанции.

При этом в данном протоколе зафиксированы обстановка места происшествия с отображением действий, производимых следователем, с фиксацией предметов, изъятых в ходе данного процессуального действия, расположение автомобилей – участников ДТП, в том числе предметов, являющихся деталями транспортных средств, состояние дорожного покрытия.

Пояснения Н.С.А. о том, что он не являлся понятым, на что указывает автор апелляционной жалобы, опровергаются не только его же показаниями о нахождении на месте ДТП, где он видел все действия, производимые следователем в ходе осмотра места происшествия, расписывался в документе, представленном следователем, признал, что в протоколе осмотра места происшествия стоит его подпись в качестве понятого; но и показаниями свидетеля З.А.А., выезжавшего 28 июля 2023 года на место ДТП в составе пожарного расчета, где он и второй сотрудник МЧС Н.С.А. принимали участие в качестве понятых при осмотре места происшествия; а также показаниями следователя И.М.В., подтвердившей, что при осмотре места происшествия 28 июля 2023 года на 43 км+400 м автомобильной дороги «Курск-Воронеж-Борисоглебск» Р-298 «Каспий» принимали участие в качестве понятых сотрудники МЧС; свидетеля К.Д.В., приехавшего в составе СОГ со следователем И.М.В. на место ДТП, где им совместно со следователем был произведён осмотр места происшествия, в котором принимали участие двое понятых, в их присутствии были произведены замеры с помощью рулетки, криминалистической линейки с применением фотокамеры; свидетеля З.Е.А., принимавшего участие в осмотре места происшествия на автодороге «Курск-Воронеж-Борисоглебск», а именно, оказывавшего содействие следователю, участвовавшего при производстве замеров.

Кроме того, из показаний следователя И.М.В. следует, что с места происшествия изымались все фрагменты от автомобилей, которые оставались целыми и невредимыми, все было собрано в эти же автомобили и доставлено на стоянку для хранения, в том числе и колесо автомобиля «Фольксваген Джетта», являющееся его частью, что согласуется с содержанием протокола осмотра места происшествия со схемой и иллюстрационной таблицей (т.1 л.д. 13-36), содержащего фотоизображения – иллюстрации № 4,5,6,26, 27, 28, на которых запечатлено переднее левое колесо автомобиля «Фольксваген Джетта», место его расположения на данном участке автодороги «Курск-Воронеж-Борисоглебск» Р-298 «Каспий», а также сам автомобиль без данного колеса; и заключения автотехнической экспертизы №5а-319/3, согласно которому в распоряжение эксперта был предоставлен полностью автомобиль «Фольксваген Джетта», включая левое колесо в сборе с элементами узла подвески, располагавшееся отдельно, что в судебном заседании подтвердил эксперт П.Д.В.; автотехнической экспертизы № 5а-317/з, согласно которому в распоряжение эксперта также было предоставлено транспортное средство - автомобиль «Фольксваген Джетта», осмотр которого произведен по месту его хранения по адресу: <...>; при этом левое переднее колесо в сборе находилось вместе с автомобилем.

Какие-либо неустраненные противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности осужденного и требующие толкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Вопреки доводам апелляционной жалобы в судебном заседании всесторонне и полно проверялась выдвинутая в защиту осужденного версия об аквапланировании, которая своего подтверждения не получила и была опровергнута совокупностью доказательств, признанных судом достоверными и положенными в основу приговора, включая показания допрошенных в судебном заседании специалистов В.М.Ю. и Д.А.В., данные протокола осмотра места происшествия, выводы проведенных экспертных исследований. Выводы об этом убедительно изложены в обжалуемом судебном акте, с чем согласен и суд апелляционной инстанции.

При таких данных ссылки осужденного на показания свидетеля К.А.Н., который очевидцем столкновения автомобилей не являлся, знает о случившемся со слов самого К.С.В., не ставят под сомнение вывод суда о виновности последнего и основанием для отмены решения суда служить не могут.

Указание осужденного К.С.В. о неверном определении экспертом П.Д.В. угла ДТП суд находит несостоятельным, поскольку заключение эксперта № 5а-319/з от 28 августа 2023 года выполнено в соответствии с требованиями действующего законодательства, компетентным и правомочным лицом, оно последовательно, непротиворечиво, содержит мотивированные выводы и полно отражает ответы на поставленные вопросы.

Вопреки мнению стороны защиты, изложение показаний эксперта П.Д.В. в протоколе судебного заседания и в обжалуемом приговоре существенных противоречий не содержит.

В соответствии с ч. 4 ст. 80 УПК РФ показания специалиста - сведения, сообщенные им на допросе об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также разъяснение своего мнения в соответствии с требованиями ст. ст. 53, 168 и 271 УПК РФ.

Судом первой инстанции правомерно положены в основу приговора показания допрошенных в качестве специалистов В.М.Ю. и К.Д.В., поскольку указанные лица в силу профессионального образования и опыта работы обладают специальными познаниями, их показания получены в условиях предупреждения об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, оценены судом в совокупности с иными доказательствами. Суд апелляционной инстанции, вопреки доводам осужденного, не усматривает оснований для признания указанных показаний специалистов недопустимыми.

С учетом собранных доказательств, конкретных обстоятельств дорожно-транспортного происшествия суд обоснованно пришел к выводу о виновности К.С.В. в совершении инкриминируемого преступления - нарушении пунктов 1.4, 1.5, 9.1.1, 10.1 Правил дорожного движения, что состоит в прямой причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями - смертью двух лиц и причинением тяжкого вреда здоровью двух лиц по неосторожности, дав содеянному им, с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» № 25 от 9 декабря 2008 года правильную юридическую оценку по ч.5 ст.264 УК РФ, что должным образом мотивировал в приговоре.

Нарушение осужденным вышеуказанных пунктов Правил дорожного движения РФ подтверждено исследованными доказательствами, включая показания вышеуказанных потерпевших К.Н.С. и Р.А.С., свидетелей Д.С.В. о выезде осужденного на полосу встречного движения, сведения, содержащиеся в протоколе осмотра места происшествия и выводах проведенных по делу экспертиз, в том числе, № 587 от 26 апреля 2024 года о выезде автомобиля «Шкода Октавия» на встречную полосу движения, где произошло столкновение автомобилей и «Фольксваген Джетта» развернуло и отбросило в сторону правой относительно движения в г.Воронеж обочины, поскольку водитель К.С.В. в результате проявленной преступной небрежности, управляя автомобилем в условиях пасмурной погоды при наличии таких атмосферных явлений как дождь, дымка, метеорологическая дальность видимости от 2 до 10 км, мокрого дорожного покрытия, нарушил правила дорожного движения, избрав скорость движения, хотя и не превышающую установленное ограничение вне населенного пункта, но и не обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, не учел дорожные и метеорологические условия, утратил контроль за движением управляемого им транспортного средства, в результате чего, не справившись с управлением, пересек линию горизонтальной дорожной разметки и совершил выезд на полосу встречного движения, где допустил столкновение с движущимся по встречной полосе во встречном направлении в сторону г. Воронежа легковым автомобилем «Фольксваген Джетта», в результате чего водитель автомобиля К.С.Н. и пассажир К.Н.Н. погибли на месте дорожно-транспортного происшествия, а потерпевшим К.Н.С. и Р.А.С. причинены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Установленные судом фактические обстоятельства дела указывают на то, что именно конкретные действия осужденного по несоблюдению и нарушению приведенных в приговоре пунктов правил дорожного движения состоят в прямой причинной связи со столкновением транспортных средств и, как следствие, с наступившими последствиями в виде причинения смерти двум лицам и тяжкого вреда здоровью двум лицам.

Каких-либо существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, ущемляющих права осужденного, влекущих отмену судебного решения, по делу не допущено; приговор суда постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы, нарушений при оглашении в порядке ч.2 ст.281 УПК РФ показаний неявившегося в судебное заседание свидетеля С.Е.А., приводы которого в суд осуществлены не были, судом первой инстанции не допущено.

Как следует из материалов уголовного дела, в ходе предварительного следствия и при выполнении требований ст.217 УПК РФ сторона защиты не заявляла ходатайств о проведении очной ставки с указанным свидетелем.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, председательствующим по делу были созданы необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Все заявленные участниками процесса ходатайства были рассмотрены судом с приведением мотивов принятых решений, в установленном законом порядке, в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, подвергать сомнению которые у суда апелляционной инстанции оснований нет.

Несогласие осужденного с результатами рассмотрения заявленных ходатайств не свидетельствует о нарушении прав участников процесса и необъективности суда.

Доводы апелляционной жалобы, в которой защитником приводится собственная оценка доказательств в обоснование несогласия с выводами суда о совершении осужденным преступления, за которое он осужден, направлены на переоценку доказательств и не являются основанием для изменения или отмены судебного решения в апелляционном порядке.

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на исход уголовного дела, но не установленных или в недостаточной степени учтенных судом первой инстанции, в апелляционном представлении, апелляционной жалобе и в суде апелляционной инстанции не приведено.

Суд первой инстанции, назначая К.С.В. наказание в виде реального лишения свободы, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, а также данные о личности виновного, который на учете у врачей - психиатра и нарколога, не состоит, положительно характеризуется по месту жительства и по месту работы, имеет заболевание - псориаз обыкновенный, работает, преступление совершил впервые.

Кроме того, в достаточной степени учтены судом и смягчающие наказание обстоятельства, как предусмотренные ч.1 ст.61 УК РФ, так и признанные таковыми на основании ч.2 ст.62 УК РФ, а именно, наличие на иждивении двоих малолетних детей: К.Е.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и К.Е.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, оказание помощи потерпевшим после совершения преступления, а именно, реанимационных мероприятий пострадавшим, а также извлечение пострадавших из салона автомобиля; совершение преступления впервые, положительные характеристики с места жительства и работы, состояние здоровья, материальное положение, наличие кредитных обязательств, оказание физической помощи родителям, возмещение вреда потерпевшим К.Т.Е., К.Ф.Н., Р.А.С., М.Е.С., что при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств позволило назначить наказание не в максимально возможном размере, с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ.

Довод апелляционного представления о том, что К.С.В. не оказывал помощи в извлечении пострадавших из салона автомобиля, не основан на материалах дела, поскольку сам осужденный как в ходе предварительного, так и судебного следствий, показывал, что участвовал в извлечении пострадавших из салона автомобиля, при этом никем из очевидцев происшествия данное указание не опровергнуто.

При этом вопреки утверждениям апелляционного представления прокурора оказание помощи потерпевшим после совершения преступления, а именно, оказание реанимационных мероприятий, что подтверждено как показаниями потерпевшего Р.А.С., свидетелей Д., так и самим осужденным, правомерно судом признано в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п.«к» ч.1 ст.62 УК РФ, поскольку возможность признания обстоятельства смягчающим не может быть поставлена в зависимость от наступившего от действий лица результата.

Также являются необоснованными основанные на неверном толковании закона доводы осужденного о необходимости безусловного учета на основании ч.2 ст.61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства – частичного признания им вины, что является правом суда, а не его обязанностью.

При таком положении каких-либо иных, не учтенных судом обстоятельств, которые могли бы обусловливать необходимость смягчения назначенного осужденному наказания, не выявлено.

Вопреки доводам жалобы осужденного, оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства того факта, что потерпевшие К.С.Н., К.Н.Н., К.Н.С. не были пристегнуты ремнями безопасности, не имеется, поскольку с достоверностью установлено, что К.С.В. выехал на полосу встречного движения, в результате чего произошло столкновение автомобилей, между его действиями, связанными с нарушением требований правил дорожного движения и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь. Данных о том, что причиной данного ДТП явилось неправомерное поведение потерпевших, выразившееся в нарушении ими ПДД, не имеется.

Вывод суда о необходимости назначения К.С.В. дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортным средством, мотивирован и соответствует требованиям действующего законодательства.

Невозможность назначения осужденному иного наказания, чем реальное лишение свободы, мотивирована в приговоре, с приведением оснований, по которым суд не счел возможным применить положения ст. 73 УК РФ, 53.1 УК РФ, а также ч.6 ст.15 УК РФ и изменить категорию совершенного преступления на менее тяжкую.

Обоснованно судом не усмотрено законных оснований для применения при назначении наказания К.С.В. положений ст.64 УК РФ, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, а также иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не установлено.

Такое наказание, вопреки доводам осужденного и стороны защиты, соответствует как требованиям ст.ст.43, 60 УК РФ, так и разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», потому считать его как чрезмерно строгим и несправедливым оснований не имеется, как и не усматривается таковых для его смягчения.

Местом отбывания наказания осужденному верно, на основании п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ, определена колония-поселение.

Решение по заявленному потерпевшей гражданскому иску о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, принято в соответствии с требованиями действующего законодательства, с учётом положений ст.ст.151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определен исходя из характера причиненных потерпевшим физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда, принципов разумности и справедливости; он соответствует требованиям разумности и справедливости, с таким решением соглашается и суд апелляционной инстанции.

Принимая во внимание отсутствие возможности рассмотрения исковых требований потерпевшей о взыскании с осужденного материального ущерба, причиненного в результате ДТП без отложения судебного разбирательства, судом обосновано в соответствии с требованиями закона признано за потерпевшей право на возмещение компенсации материального ущерба, с передачей иска на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

С учётом изложенного оснований для отмены приговора суда не имеется, и апелляционная жалоба осужденного по изложенным в ней и в суде апелляционной инстанции доводам удовлетворению не подлежит.

В то же время приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В силу ст.389.15 УПК РФ, основаниями отмены либо изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения по делу установлены.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Исходя из требований закона и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должна содержать описание преступного деяния, как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора, суд, изложив обстоятельства совершенного К.С.В. преступного деяния, а именно нарушение им при управлении транспортным средством Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть К.Н.Н. и К.С.Н. от тупой сочетанной травмы тела, а также причинение тяжкого вреда здоровью К.Н.С. и Р.А.С., не указал конкретные телесные повреждения, повлекшие указанные последствия в виде тяжкого вреда здоровью.

В то время, как согласно выводам судебно-медицинских экспертиз К.Н.С. причинено телесное повреждение в области туловища в виде разрыва задне-диафрагмальной поверхности селезенки, Р.А.С. – в области головы и туловища в виде закрытых переломов 8-11 ребер слева с повреждением левого легкого, осложненные развитием левостороннего пневмо-гемоторакса, пневмомедиастинума, обширной межмышечной эмфиземы лица, шеи и грудной клетки, причинивших каждому из них тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

При таком положении описательно-мотивировочная часть приговора подлежит дополнению указанием о причинении потерпевшим указанных телесных повреждений.

Иных оснований для изменения приговора не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 398.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

п о с т а н о в и л:

приговор Щигровского районного суда Курской области от 10 ноября 2025 года в отношении К.С.В. изменить:

указать в описательно-мотивировочной части приговора, при описании преступного деяния, о причинении телесных повреждений потерпевшим:

К.Н.С. – в области туловища в виде разрыва задне-диафрагмальной поверхности селезенки, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

Р.А.С. – в виде закрытых переломов 8-11 ребер слева с повреждением левого легкого и осложненных развитием левостороннего пневмо-гемоторакса, пневмомедиастинума, обширной межмышечной эмфиземы лица, шеи и грудной клетки, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционные представление и жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

В случае обжалования апелляционного постановления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий судья ФИО24