Приговор № 1-38/2018 от 20 сентября 2018 г. по делу № 1-38/2018

Дело № 1-38/2018


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Ковдор 21 сентября 2018 года

Ковдорский районный суд Мурманской области

в составе председательствующего судьи Толстовой Т.В.,

при секретаре Решетниковой К.В.,

с участием государственных обвинителей Андреева А.Н. и Бельских Д.Н., защитника Цыдыка И.В., потерпевших ФИО1 и ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО3, <дд.мм.гг> года рождения, уроженца <адрес>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, <данные изъяты>, судимого

23 декабря 2011 года Апатитским городским судом Мурманской области по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 № 26-ФЗ), ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 № 26-ФЗ), ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 № 26-ФЗ), ч. 1 ст. 158 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 № 26-ФЗ), п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 № 26-ФЗ), на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима. Освобожден 20 февраля 2016 года по отбытию срока наказания,

08 июня 2016 года Ковдорским районным судом Мурманской области по ч. 1 ст. 161 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима,

30 июня 2017 года Ковдорским районным судом Мурманской области по ч. 2 ст. 306 УК РФ, ч. 2 ст. 306 УК РФ, в силу ст. 70 УК РФ с приговором от 07 июня 2016 года к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима,

17 октября 2017 года Ковдорским районным судом Мурманской области по ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 306 УК РФ, ч. 1 ст. 306 УК РФ, в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ с наказанием по приговору от 30 июня 2017 года к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

07 декабря 2017 года Ковдорским районным судом Мурманской области по ч. 2 ст. 306 УК РФ, в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ с наказанием по приговору от 17 октября 2017 года к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима,

22 января 2018 года Первомайским районным судом города Мурманска по ч. 1 ст. 161 УК РФ, в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ с наказанием по приговору от 07 декабря 2017 года к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 306 УК РФ, ч. 1 ст. 306 УК РФ, ч. 1 ст. 297 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 дважды совершил заведомо ложный донос о совершении преступления, а также неуважение к суду, выразившееся в оскорблении участников судебного разбирательства при следующих обстоятельствах.

Так, ФИО3 в период времени с 00 часов 00 минут до 23 часов 59 минут <дд.мм.гг> находясь в <адрес>, на почве неприязненных отношений к А. и Б., собственноручно составил заявление, в котором указал заведомо ложные сведения о том, что якобы в <дд.мм.гг>, но не позднее <дд.мм.гг>, А. совместно с Б., находясь по месту работы В. в <адрес>, похитили принадлежащее последнему имущество, а именно: мобильный телефон, планшетный компьютер и * рублей, то есть совершил заведомо ложный донос о совершении А. и Б. преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Указанное заявление о преступлении, ФИО3 через администрацию <адрес>, направил в орган, уполномоченный осуществлять уголовное преследование лиц от имени государства – отдел полиции по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский», где <дд.мм.гг> оно было зарегистрировано в книге учета заявлений (сообщений) о преступлениях, об административных правонарушениях за <№>.

Продолжая реализацию преступного умысла, направленного на совершение заведомо ложного доноса о совершении преступления, в период времени с 18 часов 15 минут до 19 часов 10 минут <дд.мм.гг> ФИО3, находясь в <адрес>, будучи предупрежденным заместителем начальника ОУР МО МВД России «Полярнозоринский» Д. под его личную подпись об уголовной ответственности за заведомо ложный донос о совершении преступления по ст. 306 УК РФ, осознавая противоправный характер своих действий, связанный с незаконным уголовным преследованием А. и Б., сообщил Д., являющемуся должностным лицом органа уполномоченного осуществлять уголовное преследование лиц от имени государства, заведомо ложные сведения о том, что якобы в <дд.мм.гг>, но не позднее <дд.мм.гг>, А. совместно с Б., находясь по месту работы В. в <адрес>, похитили принадлежащее последнему имущество, а именно: мобильный телефон, планшетный компьютер и денежные средства в сумме * рублей, то есть сообщил о совершении А. и Б. кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенного группой лиц по предварительному сговору, то есть заявил о преступлении, предусмотренном п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, которое законодательством Российской Федерации отнесено к категории преступлений средней тяжести и за которое уголовным законодательством Российской Федерации предусмотрено наказание до 5 лет лишения свободы.

Указанное заявление ФИО3 было оформлено Д. протоколом принятия устного заявления о преступлении, который ФИО3 собственноручно подписал и подтвердил правильность изложенных в нем сведений.

Протокол принятия устного заявления о преступлении <дд.мм.гг> был зарегистрирован оперативным дежурным отдела полиции по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский» в книгу учета заявлений (сообщений) о преступлениях, об административных правонарушениях и происшествиях за <№>.

По вышеуказанным заявлениям ФИО3 в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ проведена процессуальная проверка, по окончании которой <дд.мм.гг> принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

В результате заведомо ложного доноса о совершении преступления, совершенного ФИО3 было нарушено нормальное функционирование деятельности правоохранительного органа, в результате которого были задействованы силы и средства отдела полиции по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский» по раскрытию не имевшего места преступления, а также потерпевшим А. и Б. причинен моральный вред.

Кроме того, в период времени с 00 часов 00 минут до 23 часов 59 минут <дд.мм.гг>, ФИО3, находясь в <адрес>, на почве неприязненных отношений к А. и Б., собственноручно составил заявление, в котором указал заведомо ложные сведения о том, что якобы в <дд.мм.гг>, но не позднее 14 часов 35 минут <дд.мм.гг>, А. совместно с Б., находясь по месту жительства В. в квартире <адрес>, похитили принадлежащее последнему имущество, а именно: мобильный телефон марки «<данные изъяты>», планшетный компьютер марки «<данные изъяты>» и денежные средства в сумме * рублей, то есть совершил заведомо ложный донос о совершении А. и Б. преступления предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Указанное заявление о преступлении, ФИО3 через администрацию <адрес>, направил в орган, уполномоченный осуществлять уголовное преследование лиц от имени государства – отдел полиции по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский», где <дд.мм.гг> оно было зарегистрировано в книге учета заявлений (сообщений) о преступлениях, об административных правонарушениях за <№>.

Продолжая реализацию преступного умысла, направленного на совершение заведомо ложного доноса о совершении преступления, в период времени с 18 часов 15 минут до 19 часов 10 минут <дд.мм.гг> ФИО3, находясь в <адрес>, будучи предупрежденным заместителем начальника ОУР МО МВД России «Полярнозоринский» Д. под его личную подпись об уголовной ответственности за заведомо ложный донос о совершении преступления по ст. 306 УК РФ, осознавая противоправный характер своих действий, связанный с незаконным уголовным преследованием А. и Б., сообщил Д., являющемуся должностным лицом органа уполномоченного осуществлять уголовное преследование лиц от имени государства, заведомо ложные сведения о том, что якобы в <дд.мм.гг>, но не позднее 14 часов 35 минут <дд.мм.гг> А. совместно с Б., находясь по месту жительства В. в квартире <адрес>, похитили принадлежащее последнему имущество, а именно: мобильный телефон марки «<данные изъяты>», планшетный компьютер марки «<данные изъяты>» и денежные средства в сумме * рублей, то есть сообщил о совершении А. и Б. кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенного группой лиц по предварительному сговору, то есть заявил о преступлении, предусмотренном п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, которое законодательством Российской Федерации отнесено к категории преступлений средней тяжести и за которое уголовным законодательством Российской Федерации предусмотрено наказание до 5 лет лишения свободы.

Указанное заявление ФИО3 было оформлено Д. протоколом принятия устного заявления о преступлении, который ФИО3 собственноручно подписал и подтвердил правильность изложенных в нем сведений.

Протокол принятия устного заявления о преступлении <дд.мм.гг> был зарегистрирован оперативным дежурным отдела полиции по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский» в книгу учета заявлений (сообщений) о преступлениях, об административных правонарушениях и происшествиях за <№>.

По вышеуказанным заявлениям ФИО3 в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ проведена процессуальная проверка, по окончанию которой <дд.мм.гг> принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

Продолжая реализацию преступного умысла, направленного на совершение заведомо ложного доноса о совершении преступления, в период времени с 00 часов 00 минут до 23 часов 59 минут <дд.мм.гг> ФИО3, находясь <адрес>, будучи предупрежденным страшим оперуполномоченным <данные изъяты> И. под его личную подпись об уголовной ответственности за заведомо ложный донос о совершении преступления по ст. 306 УК РФ, осознавая противоправный характер своих действий, связанный с незаконным уголовным преследованием А. и Б., сообщил И., являющемуся должностным лицом органа, уполномоченного осуществлять уголовное преследование лиц от имени государства, заведомо ложные сведения о том, что якобы в <дд.мм.гг>, но не позднее 14 часов 35 минут <дд.мм.гг> А. совместно с Б., находясь по месту жительства В. в квартире <адрес>, похитили принадлежащее последнему имущество, а именно: мобильный телефон марки «<данные изъяты>», планшетный компьютер марки «<данные изъяты>» и денежные средства в сумме * рублей, то есть сообщил о совершении А. и Б. кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенного группой лиц по предварительному сговору, то есть заявил о преступлении, предусмотренном п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, которое законодательством Российской Федерации отнесено к категории преступлений средней тяжести и за которое уголовным законодательством Российской Федерации предусмотрено наказание до 5 лет лишения свободы.

Заявление ФИО3 было оформлено И. протоколом принятия устного заявления о преступлении, который ФИО3 собственноручно подписал и подтвердил правильность изложенных в нем сведений.

Протокол принятия устного заявления о преступлении был направлен по территориальности в орган, уполномоченный осуществлять уголовное преследование лиц от имени государства – отдел полиции по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский», где <дд.мм.гг> был зарегистрирован в книге учета заявлений (сообщений) о преступлениях, об административных правонарушениях и происшествиях за <№>, и <дд.мм.гг> приобщен к материалам процессуальной проверки по КУСП <№> отдела полиции по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский» от <дд.мм.гг> по аналогичному заявлению ФИО3, по которым <дд.мм.гг> в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

В результате заведомо ложного доноса о совершении преступления, совершенного ФИО3 было нарушено нормальное функционирование деятельности правоохранительного органа, в результате которого были задействованы силы и средства отдела полиции по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский» по раскрытию не имевшего места преступления, а также потерпевшим А. и Б. причинен моральный вред.

Кроме этого, <дд.мм.гг> в зале судебного заседания № 1 Ковдорского районного суда Мурманской области, расположенного по адресу: <...>, состоялось судебное заседание по рассмотрению уголовного дела <№> в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ.

ФИО3, участвуя в судебном заседании в качестве подсудимого, в период времени с 14 часов 56 минут до 17 часов 30 минут <дд.мм.гг> во время допроса потерпевшей А. в присутствии других участников уголовного судопроизводства, а также сотрудников конвойной службы и службы судебных приставов, нарушая установленный уголовно-процессуальным законом Российской Федерации порядок ведения судебного заседания, тем самым мешая суду всесторонне, полно и объективно исследовать имеющие значение для правильного разрешения дела обстоятельства, демонстрируя явное неуважение к суду, имея умысел на унижение чести и достоинства участника судебного разбирательства А., публично высказал в ее адрес слова и выражения в грубой, нецензурной и циничной форме, оскорбляющей и унижающей честь и достоинство, означающие <данные изъяты>, то есть отрицательно характеризующие личность А., как человека. Непристойные и нецензурные слова и выражения ФИО3 были восприняты А. как унизительные и оскорбительные, подрывающие ее авторитет и унижающие честь и достоинство, как участника судебного разбирательства, в связи с чем ФИО3 своими действиями совершил неуважение к суду, выразившееся в оскорблении участника судебного разбирательства.

В судебном заседании ФИО3 свою вину не признал, от дачи показаний отказался.

Из показаний подсудимого ФИО3, оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ, следует, что в <дд.мм.гг> его брат В. по телефону сообщил ему о том, что А. и Б. из его, В. кабинета, находящегося в <адрес>, похитили мобильный телефон, планшетный компьютер и деньги в сумме * рублей. Кроме этого, В. в телефонном разговоре рассказал ему, что А. и Б. с места жительства В., расположенного по адресу: <адрес>, похитили принадлежащий тому мобильный телефон, планшетный компьютер и деньги в сумме * рублей. После этого, в телефонных разговорах его брат В., а также супруга В. - Г., подтвердили факты краж имущества В. Кроме того, В. просил его обратиться с соответствующими заявлениями о совершенных в его отношении преступлениях. В судебном заседании <дд.мм.гг> он вел себя адекватно, никого не оскорблял, в адрес А. оскорблений не высказывал, нецензурной бранью в ее адрес не ругался (л.д. 10-14 т. 2).

Вместе с тем, несмотря на приведенную позицию подсудимого, его вина в совершении указанных выше преступлений подтверждается показаниями потерпевших, свидетелей, а также иными исследованными судом доказательствами.

Так, по эпизоду совершения заведомо ложного доноса <дд.мм.гг>, вина подсудимого установлена следующими доказательствами.

Потерпевшая А. суду показала, что последний раз, до заключения ее под стражу, встречалась со своим братом ФИО3 около шести лет тому назад, не общалась. Со своими братьями В. и В. родственных связей не поддерживает, не общается. Б. ей не знакома. Краж принадлежащего В. имущества не совершала, место работы В. ей не известно.

В целом аналогичные показания потерпевшая А. изложила в протоколе очной ставки (л.д. 141-146 т. 1).

Из показаний потерпевшей Б. как данных суду, так и оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ следует, что знает ФИО3 по уголовному делу по факту хищения последним принадлежащего ей мобильного телефона. А. знает только визуально, лично не знакома, каких-либо отношений между ними нет. С В. лично не знакома, знает его только как <данные изъяты>, мобильный телефон, планшетный компьютер и денежные средства у того никогда не брала (л.д. 118-120 т. 1).

При проведении очной ставки с подсудимым ФИО3 потерпевшая Б. подтвердила данные ею показания (л.д. 121-126 т. 1).

Показания потерпевших А. и Б. полностью согласуются с показаниями свидетеля В., как данных суду, так и оглашенных на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ согласно которым, планшетный компьютер и денежные средства у него никто никогда не похищал, а со своим братом ФИО3 и сестрой А. он не общается, писем не пишет, телефонные звонки не осуществляет (л.д. 163-165 т. 1).

В целом аналогичные сведения свидетель В. сообщил в ходе проведения очной ставки с подсудимым ФИО3 (л.д. 166-171 т. 1).

Свидетель В. показал, что со своим братом ФИО3 не общается, писем ему не пишет, по телефону не звонит.

Показания свидетеля В. полностью согласуются с его показаниями, данными в ходе очной ставки с подсудимым ФИО3 (л.д. 158-162 т. 1).

Свидетель Г. показала, что с братом своего супруга В. - ФИО3 не общается, по телефону не звонит.

Показания свидетеля Г. полностью согласуются с ее показаниями, данными в ходе очной ставки с подсудимым ФИО3 (л.д. 150-154 т. 1).

Факт доведения ФИО3 до сведения правоохранительного органа заведомо ложной информации о не имевшем место в действительности преступном поведении А. и Б. подтвержден содержанием осмотренного в ходе предварительного следствия вещественного доказательства – материала процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг>, которое изложено в протоколе осмотра документов от <дд.мм.гг> (л.д. 188-197 т. 1).

Осмотренные материалы процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг>, приобщены к делу в качестве вещественного доказательства (л.д. 198-200 т. 1).

Свидетель Е. в судебном заседании подтвердила факт добровольной выдачи материала процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг>, в ходе выемки, из архива штаба ОП по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский» (л.д. 184-187 т. 1).

Результаты материалов процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг> согласуются с показаниями свидетеля Д. заместителя начальника отдела уголовного розыска МО МВД России «Полярнозоринский» который показал, что в <дд.мм.гг> в отдел полиции поступило заявлении от ФИО3 о том, что у его брата В. по месту работы была совершена кража телефона, планшетного компьютера и денег в сумме * рублей его сестрой А. совместно с Б. По данному заявлению им была проведена процессуальная проверка, в ходе которой указанная Жмуриком информация не подтвердилась. Когда ФИО3 доставили в <адрес>, им у Жмурика было принято устное заявление, где тот изложил все обстоятельства данной кражи, при этом Жмурик им был предупрежден об ответственности по ст. 306 УК РФ.

Поскольку приведенные доказательства, как каждое в отдельности, так и все в совокупности, подтверждают установленные обстоятельства преступного деяния, суд признает их относимыми к исследуемым событиям. Все они добыты в полном соответствии с нормами уголовно-процессуального закона. На этом основании суд приходит к выводу об их соответствии требованиям допустимости.

Логическая взаимосвязь приведенных доказательств и установленное судом отсутствие оснований для оговора у допрошенных по делу лиц, свидетельствует о достоверности этих доказательств, а вину подсудимого установленной и доказанной.

Действия подсудимого ФИО3 по доведению до сведения правоохранительных органов заведомо ложной информации о преступном поведении А. и Б. суд квалифицирует по ч. 1 ст. 306 УК РФ, как заведомо ложный донос о совершении преступления.

При этом, преступление подсудимым совершено с прямым умыслом, о чем свидетельствуют материалы процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг>, в частности протокол принятия устного заявления о преступлении, согласно которому ФИО3, несмотря на предупреждение об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, просил привлечь к уголовной ответственности А. и Б., которые совершили хищение имущества В., а также результаты процессуальной проверки заявления ФИО3 изложенные в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела (л.д. 188-197 т. 1).

Свидетель Д. проводивший указанную выше процессуальную проверку по заявлению ФИО3 утверждал, что в ходе процессуальной проверки указанная Жмуриком информация не подтвердилась.

Показания свидетеля Д. согласуются с показаниями потерпевших А. и Б., утверждавших в судебном заседании, что хищения имущества с рабочего места В. они не совершали, что также согласуется с показаниями свидетеля В. утверждавшего, что у него никогда не похищали мобильный телефон, планшетный компьютер и денежные средства.

При этом, свидетели В. и Г. утверждали, что А. сведений о факте совершении хищения имущества В. в телефонных разговорах не сообщали.

Из анализа показаний потерпевших и свидетелей обвинения, приведенных в приговоре, следует, что их показания последовательны, не имеют существенных противоречий, дополняют друг друга, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу. Все неточности и противоречия в показаниях потерпевших и свидетелей были устранены путем оглашения их показаний, данных на предварительном следствии, правдивость которых они подтвердили в судебном заседании. Неточности в показаниях в судебном заседании потерпевшие и свидетели объяснили, истечением длительного периода времени. Эти объяснения суд признает убедительными.

Все доводы защиты об оговоре подсудимого со стороны А., Б., В. и Г. суд признает неубедительными, а приводимые ими для обоснования наличия причин для такого оговора обстоятельства носят надуманный характер. Таким образом, оснований не доверять показаниям свидетелей обвинения у суда не имеется.

Поскольку состав преступления, предусмотренного ст. 306 УК РФ, является формальным и считается оконченным с момента получения ложного сообщения о совершении преступления, органом, имеющим право возбудить уголовное дело в отношении лица или лиц указанных в нем, мотив которым руководствовался ФИО3 при совершении преступления, не имеет значения для квалификации содеянного.

В силу проанализированных обстоятельств суд находит несостоятельным вывод стороны защиты о том, что подсудимый подлежит оправданию ввиду отсутствия в деле достаточных доказательств обосновывающих его виновность в инкриминируемом преступлении. При этом, суд не доверяет показаниям подсудимого, данным им в ходе предварительного расследования и судебного следствия, в части непризнания вины в совершении вышеуказанного преступления, так как считает их выбранной формой защиты, с целью избежать наказание за содеянное.

Кроме этого, вина ФИО3 в совершении заведомо ложного доноса <дд.мм.гг>, установлена следующими доказательствами.

Потерпевшая А., суду показала, что со своим братом ФИО3 не общалась до заключения ее под стражу. Б. ей не знакома. Краж принадлежащего В. имущества она не совершала, место жительство В. ей не известно.

В целом аналогичные показания потерпевшая А. изложила в протоколе очной ставки (л.д. 141-146 т. 1).

Из показаний потерпевшей Б. как данных суду, так и оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ следует, что со ФИО3 и А. лично не знакома, каких-либо отношений между ними нет. В. ей известен только как директор ООО «КЖКС», место его жительства ей не известно, мобильный телефон, планшетный компьютер и денежные средства у того никогда не брала (л.д. 118-120 т. 1).

При проведении очной ставки с подсудимым ФИО3 потерпевшая Б. подтвердила ранее данные ею показания (л.д. 56-59 т. 1).

Показания потерпевших А. и Б. полностью согласуются с показаниями свидетеля В., как данных суду, так и оглашенных на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ согласно которым, мобильный телефон, планшетный компьютер и денежные средства у него никто никогда не похищал, а со своим братом ФИО3 и сестрой А. он не общается, писем не пишет, телефонные звонки не осуществляет (л.д. 163-165 т. 1).

В целом аналогичные сведения свидетель В. сообщил в ходе проведения очной ставки с подсудимым ФИО3 (л.д. 166-171 т. 1).

Свидетель В. показал, что со своим братом ФИО3 не общается, писем ему не пишет, по телефону не звонит.

Показания свидетеля В. полностью согласуются с его показаниями, данными в ходе очной ставки с подсудимым ФИО3 (л.д. 158-162 т. 1).

Свидетель Г. показала, что с братом своего супруга В. - ФИО3 не общается, по телефону не звонит.

Показания свидетеля Г. полностью согласуются с ее показаниями, данными в ходе очной ставки с подсудимым ФИО3 (л.д. 150-154 т. 1).

Факт доведения ФИО3 до сведения правоохранительного органа заведомо ложной информации о не имевшем место в действительности преступном поведении А. и Б. подтвержден содержанием осмотренного в ходе предварительного следствия вещественного доказательства – материала процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг>, которое изложено в протоколе осмотра документов от <дд.мм.гг> (л.д. 188-197 т. 1).

Осмотренные материалы процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг>, приобщены к делу в качестве вещественного доказательства (л.д. 198-200 т. 1).

Свидетель Е. в судебном заседании подтвердила факт добровольной выдачи материала процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг>, в ходе выемки, из архива штаба ОП по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский» (л.д. 184-187 т. 1).

Результаты материалов процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг> согласуются с показаниями свидетеля Д. заместителя начальника отдела уголовного розыска МО МВД России «Полярнозоринский» который показал, что в <дд.мм.гг> в отдел полиции поступило заявлении от ФИО3 о том, что у его брата В. по месту жительства была совершена кража телефона, планшетного компьютера и денег в сумме * рублей его сестрой А. совместно с Б. По данному заявлению им была проведена процессуальная проверка, в ходе которой указанная Жмуриком информация не подтвердилась. Когда ФИО3 доставили в <адрес>, им у Жмурика было принято устное заявление, где тот изложил все обстоятельства данной кражи, при этом Жмурик им был предупрежден об ответственности по ст. 306 УК РФ.

Поскольку приведенные доказательства, как каждое в отдельности, так и все в совокупности, подтверждают установленные обстоятельства преступного деяния, суд признает их относимыми к исследуемым событиям. Все они добыты в полном соответствии с нормами уголовно-процессуального закона. На этом основании суд приходит к выводу об их соответствии требованиям допустимости.

Логическая взаимосвязь приведенных доказательств и установленное судом отсутствие оснований для оговора у допрошенных по делу лиц, свидетельствует о достоверности этих доказательств, а вину подсудимого установленной и доказанной.

Действия подсудимого ФИО3 по доведению до сведения правоохранительных органов заведомо ложной информации о преступном поведении А. и Б. суд квалифицирует по ч. 1 ст. 306 УК РФ, как заведомо ложный донос о совершении преступления.

При этом, преступление подсудимым совершено с прямым умыслом, о чем свидетельствуют материалы процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг>, в частности протокол принятия устного заявления о преступлении, согласно которому ФИО3, несмотря на предупреждение об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, просил привлечь к уголовной ответственности А. и Б., которые совершили хищение имущества В., а также результаты процессуальной проверки заявления ФИО3 изложенные в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела (л.д. 188-197 т. 1).

Свидетель Д. проводивший указанную выше процессуальную проверку по заявлению ФИО3 утверждал, что в ходе процессуальной проверки указанная Жмуриком информация не подтвердилась.

Показания свидетеля Д. согласуются с показаниями потерпевших А. и Б., утверждавших в судебном заседании, что хищения имущества из квартиры В. они не совершали, что также согласуется с показаниями свидетеля В. утверждавшего, что у него никогда не похищали мобильный телефон, планшетный компьютер и денежные средства.

При этом, свидетели В. и Г. утверждали, что А. сведений о факте совершении хищения имущества В. в телефонных разговорах не сообщали.

Из анализа показаний потерпевших и свидетелей обвинения, приведенных в приговоре, следует, что их показания последовательны, не имеют существенных противоречий, дополняют друг друга, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу. Все неточности и противоречия в показаниях потерпевших и свидетелей были устранены путем оглашения их показаний, данных на предварительном следствии, правдивость которых они подтвердили в судебном заседании. Неточности в показаниях в судебном заседании потерпевшие и свидетели объяснили, истечением длительного периода времени. Эти объяснения суд признает убедительными.

Все доводы защиты об оговоре подсудимого со стороны А., Б., В. и Г. суд признает неубедительными, а приводимые ими для обоснования наличия причин для такого оговора обстоятельства носят надуманный характер. Таким образом, оснований не доверять показаниям свидетелей обвинения у суда не имеется.

Поскольку состав преступления, предусмотренного ст. 306 УК РФ, является формальным и считается оконченным с момента получения ложного сообщения о совершении преступления, органом, имеющим право возбудить уголовное дело в отношении лица или лиц указанных в нем, мотив которым руководствовался ФИО3 при совершении преступления, не имеет значения для квалификации содеянного.

В силу проанализированных обстоятельств суд находит несостоятельным вывод стороны защиты о том, что подсудимый подлежит оправданию ввиду отсутствия в деле достаточных доказательств обосновывающих его виновность в инкриминируемом преступлении. При этом, суд не доверяет показаниям подсудимого, данным им в ходе предварительного расследования и судебного следствия, в части непризнания вины в совершении вышеуказанного преступления, так как считает их выбранной формой защиты, с целью избежать наказание за содеянное.

Вина ФИО3 в оскорблении участника судебного разбирательства, установлена следующими доказательствами.

Потерпевшая А., суду показала, что в ходе судебного заседания где ее брат ФИО3 был подсудимым, а она потерпевшей, последний обругал ее нецензурной бранью в присутствии других участников процесса, что ее оскорбило.

В целом аналогичные обстоятельства преступления совершенного в ее отношении потерпевшая изложила в своем заявлении начальнику Отдела судебных приставов Ковдорского района УФССП России по Мурманской области, требуя привлечь ФИО3 к уголовной ответственности (л.д. 15 т. 2).

Показания потерпевшей А. полностью согласуются с показаниями свидетеля Ж., судебного пристава по ОУПДС ОСП Ковдорского района УФССП России по Мурманской области который показал, что <дд.мм.гг> во второй половине дня обеспечивал безопасность в судебном заседании по уголовному делу в отношении ФИО3 Во время судебного заседания, когда велся допрос потерпевшей А. председательствующим по делу судьей Фадеевой Г.Г., ФИО3 стал высказывать оскорбительные слова и нецензурную брань в адрес А., которые унижали ее честь и достоинство. При этом, как он, так и председательствующий по делу, неоднократно делали Жмурику замечания, но тот не реагировал на них.

Из показаний свидетеля З. как данных суду, так и оглашенных на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ следует, что <дд.мм.гг> в период времени с 14 часов 00 минут до 17 часов 00 минут она принимала участие в качестве секретаря судебных заседаний Ковдорского районного суда Мурманской области в судебном заседании по рассмотрению уголовного дела по обвинению ФИО3 в совершении преступления предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ, где потерпевшей была А. В ходе судебного заседания во время допроса потерпевшей А. ФИО3 дважды высказывал оскорбительные слова и нецензурную брань в адрес А., при этом председательствующий по делу и судебный пристав Ж. делали Жмурику неоднократно замечания, но тот на них не реагировал (л.д. 57-58 т. 2).

В ходе выемки у свидетеля З. была изъята копия протокола судебного заседания от <дд.мм.гг> (л.д. 61-62 т. 2).

Факт оскорбления ФИО3 в судебном заседании потерпевшей А. подтвержден содержанием осмотренного в ходе предварительного следствия вещественного доказательства – копии протокола судебного заседания от <дд.мм.гг>, которое изложено в протоколе осмотра документов от <дд.мм.гг> (л.д. 63-67 т. 2).

Осмотренная копии протокола судебного заседания от <дд.мм.гг>, приобщена к делу в качестве вещественного доказательства (л.д. 68 т. 2).

О том, что высказанные ФИО3 в ходе судебного заседания потерпевшей А. выражения содержат лингвистические признаки унижения и являются неприличной формой выражения, свидетельствует заключение эксперта от <дд.мм.гг><№> (л.д. 32-36 т. 2).

Поскольку приведенные доказательства, как каждое в отдельности, так и все в совокупности, подтверждают установленные обстоятельства преступного деяния, суд признает их относимыми к исследуемым событиям. Все они добыты в полном соответствии с нормами уголовно-процессуального закона. Показания свидетелей не вызывают сомнения в своей достоверности, поскольку полностью согласуются между собой, взаимно дополняя друг друга, а также согласуются с другими материалами уголовного дела. Оснований для оговора подсудимого со стороны свидетелей судом не установлено.

Логическая взаимосвязь приведенных доказательств, научная обоснованность заключения эксперта и установленное судом отсутствие оснований для оговора у допрошенных по делу лиц, свидетельствует о достоверности этих доказательств. На этом основании их совокупность суд находит достаточной, а вину подсудимого в совершении указанного преступления установленной и доказанной.

Действия ФИО3 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 297 УК РФ, как неуважение к суду, выразившееся в оскорблении участников судебного разбирательства.

При совершении деяния подсудимый действовал с прямым умыслом, поскольку ФИО3 осознавал оскорбительный для суда и участников процесса характер своих действий и желал совершить такие действия.

Избранные ФИО3 для выражения своего отношения к личности потерпевшей лексические обороты, являются, согласно заключению эксперта-лингвиста, оскорбительными и облеченными в неприличную форму (л.д. 32-36 т. 2). Такого рода высказывания неприемлемы в общении между людьми, тем более в ходе судебного разбирательства, где их использование оскорбительно не только для конкретных лиц, против которых они направлены, но и для суда, призванного обеспечивать порядок в судебном заседании. Вопреки доводам стороны защиты, подсудимый ФИО3, неоднократно принимавший участие в судебных заседаниях, не мог не понимать значения порядка в зале судебного заседания и поддержания атмосферы уважительного отношения к суду и участникам судебного процесса.

Подтверждением умышленного характера действий ФИО3 и, соответственно, наличия в этих действиях состава неуважения к суду является и то, что в ходе судебного заседания ему председательствующим и судебным приставом по ОУПДС неоднократно делались замечания по поводу нарушения порядка, что было подтверждено в судебном заседании показаниями свидетелей Ж. и З., однако он их игнорировал, доведя эти нарушения до непосредственного оскорбления потерпевшей.

В силу проанализированных обстоятельств суд находит несостоятельным вывод стороны защиты о том, что подсудимый подлежит оправданию ввиду отсутствия в деле достаточных доказательств обосновывающих его виновность в инкриминируемом преступлении. При этом, суд не доверяет показаниям подсудимого, данным им в ходе предварительного расследования и судебного следствия, в части непризнания вины в совершении вышеуказанного преступления, так как считает их выбранной формой защиты, с целью избежать наказание за содеянное.

Осмысленные и целенаправленные действия ФИО3 в момент совершения им преступлений свидетельствуют о том, что он отдавал отчет своим действиям и руководил ими.

Данный вывод подтверждается и заключением комиссии судебно-психиатрических экспертов <№> от <дд.мм.гг>, в соответствии с которым ФИО3 в период инкриминируемых ему деяний мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО3 способен осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, понимать характер и значение уголовного судопроизводства, своего процессуального положения, а также самостоятельно осуществлять действия, направленные на реализацию указанных прав и обязанностей (л. 6-9 т. 3).

Приведенные выводы экспертов научно обоснованы и не вызывают сомнений в их правильности, с учетом этого, суд признает ФИО3 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Назначая наказание, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных подсудимым преступлений, данные о его личности, в том числе обстоятельства, отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, а также обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущих наказаний на ФИО3 оказалось недостаточным.

ФИО3 совершил умышленные преступления, направленные против правосудия, которые относится к категории небольшой тяжести.

При этом он ранее судим, отбывает наказание в виде лишения свободы в <адрес>, откуда характеризуется отрицательно, так как неоднократно допускал нарушения установленного порядка отбывания наказания, к административной ответственности не привлекался, по месту регистрации не проживал, на специализированных учетах в медицинских учреждениях не состоит.

Обстоятельств, смягчающих наказание, судом не установлено. Поскольку ФИО3 ранее осуждался приговором от <дд.мм.гг> и от <дд.мм.гг>, судимости по которым не сняты и не погашены, в его действиях согласно ч. 1 ст. 18 УК РФ содержится рецидив преступлений.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ рецидив преступлений суд признает обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3

Таким образом, исходя из установленных характера и степени общественной опасности преступных деяний, обстоятельств их совершения, личности подсудимого, очевидной недостаточности ранее назначавшегося ФИО3 за совершение умышленных преступлений уголовного наказания для предупреждения совершения им нового преступления, суд приходит к выводу, что исправление подсудимого возможно лишь в условиях временной изоляции его от общества, и назначает ему наказание в виде лишения свободы по эпизодам совершения заведомо ложных доносов и в виде обязательных работ по эпизоду совершения неуважения к суду.

Оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ, и замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами не имеется.

Судом не установлены обстоятельства, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности совершенных преступлений и давали бы основания для применения к назначенному подсудимому наказанию положений статьи 64 УК РФ, а также для применения положений статьи 73 УК РФ и ч. 3 ст. 68 УК РФ.

При назначении наказания ФИО3, суд применяет положения ч.2 ст. 68 УК РФ.

С учетом назначения ФИО3 наказания в виде реального лишения свободы, а также того, что ФИО3 совершил преступления при рецидиве, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, для отбытия наказания осужденному следует определить колонию строгого режима.

В связи с назначением подсудимому наказания в виде реального лишения свободы, избранную в отношении ФИО3 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, следует изменить на заключение под стражу.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вопрос о вещественных доказательствах по делу суд разрешает в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

По делу имеются процессуальные издержки в виде средств, затраченных на оплату труда адвокатов, представляющего интересы ФИО3 по назначению следствия и суда, в сумме 25 036 рублей.

Учитывая то, что ФИО3 является трудоспособным лицом, иждивенцев не имеет, вследствие чего суд, учитывая положения п. 1 ч. 2 ст. 131, ч. 1 ст. 132 УПК РФ, не находит оснований для его освобождения от уплаты процессуальных издержек и приходит к выводу о взыскании с него 25 036 рублей в доход государства.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО3 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 306 УК РФ, ч. 1 ст. 306 УК РФ, ч. 1 ст. 297 УК РФ и назначить ему наказание:

по ч. 1 ст. 306 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 год,

по ч. 1 ст. 306 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 год,

по ч. 1 ст. 297 УК РФ в виде обязательных работ на 480 часов.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 7 месяцев.

В силу ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Первомайского районного суда города Мурманска от 22 января 2018 года, назначить ФИО3 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет 6 (шесть) месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО3 исчислять с <дд.мм.гг>. Зачесть в этот срок время его содержания под стражей в порядке меры пресечения с <дд.мм.гг> до вступления приговора суда в законную силу, и отбытие наказания по приговору от <дд.мм.гг> в период с <дд.мм.гг> по <дд.мм.гг> включительно.

Меру пресечения ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу. Взять его под стражу в зале суда.

Взыскать с осужденного ФИО3 процессуальные издержки по делу, в сумме 25 036 (двадцать пять тысяч тридцать шесть) рублей 00 копеек в доход государства.

Вещественные доказательства по уголовному делу, хранящиеся при деле – материал процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг>, материал процессуальной проверки КУСП <№> от <дд.мм.гг> – возвратить в ОП по обслуживанию Ковдорского района МО МВД России «Полярнозоринский»

Вещественное доказательство по уголовному делу, хранящееся при деле – копия протокола судебного заседания – оставить в материалах уголовного дела на весь срок его хранения.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Мурманский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным в тот же срок – со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции (о чем осужденный должен указать в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса), а также поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий Т.В. Толстова