Решение № 2-484/2019 2-484/2019~М-481/2019 М-481/2019 от 15 декабря 2019 г. по делу № 2-484/2019

Дело № 2-484/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

16 декабря 2019 года г. Пласт

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Данилкиной А.Л.,

при секретаре Долгополовой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплат при увольнении, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» (далее - АО «ЮГК») и с учетом уточнения просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 863 976 руб. 88 коп., компенсацию за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с 01 января 2008 года по 31 октября 2017 года в размере 224 678 руб. 70 руб., компенсацию за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с 01 декабря 2017 года по 13 июля 2019 года в размере 3 779 руб. 39 руб., незаконно удержанную сумму за спецодежду в размере 9 920 руб. 40 коп., компенсацию морального вреда в связи с нарушением его трудовых прав в размере 10 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя 12 000 руб. и оплату судебный экспертизы в размере 26 780 руб. (л.д. 3 том 1, л.д. 9, 89 том 2).

В обоснование иска истец указал, что он с 01 января 2008 года по 31 октября 2017 года и с 01 декабря 2017 года по 13 июля 2019 года он непрерывно работал в АО «ЮГК» в должности водитель автомобиля БелАЗ на транспортировке горной массы в карьере «Светлинский». При увольнении он не получил компенсацию за неиспользованный отпуск. За период работы он ни разу не был в отпуске. В соответствии со Списком производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, утвержденным Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22, водителю автомобиля в карьере при транспортировке горной массы в технологическом процессе дополнительно полагается 12 дней отпуска в год (позиция 137 Списка). Таким образом, его основной и дополнительный отпуск ежегодно должен составлять 40 дней в год. Размер компенсации за неиспользованный отпуск за период его работы с 01 января 2008 года по 31 октября 2017 года составляет 1888,10 руб. \ день. За весь первый период его работы ему полагается 396 дней отпуска. Поскольку он не был ни в одном отпуске за весь период работы, то компенсация за отпуск за данный период составляет 747 687 руб. 83 коп. (1888,20 руб. / день х 396 дн.). За второй период работы с 01 декабря 2017 года по 13 июля 2019 года ему полагается 65 дней отпуска. Следовательно, ему полагается 122 726 руб. 54 коп. (1888,10 руб. / день х 65 дн.). При увольнении ему начислили компенсацию в размере 6437,48 руб., следовательно, к выплате полагается 122726,54 руб. – 6437,48 руб. = 116289,06 руб. В июле 2019 года с него незаконно без его согласия удержали сумму за спецодежду 9920 руб. 40 коп., он свое согласие на это удержание ответчику не давал. Поскольку ответчик несвоевременно выплатил ему компенсацию за неиспользованный отпуск за период его работы с 01 января 2008 года по 31 октября 2017 года, он не получил на руки сумму за минусом налога на доходы физических лиц 650 488 руб. 41 коп., следовательно, подлежит начислению компенсация за период с 01 ноября 2017 года по 17 декабря 2019 года в размере 224 678 руб. 70 коп. В связи с несвоевременной выплатой компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с 01 декабря 2017 года по 13 июля 2019 года, подлежит начислению компенсация с 16 июля 2019 года по 17 декабря 2019 года в размере 3 779 руб. 39 коп. В связи с нарушением его трудовых прав ему причинен моральный вред, который он оценивает в 10 000 руб. Также он понес расходы на представителя в размере 12 000 руб. и на проведение судебной экспертизы в размере 26 780 руб.

Истец ФИО1 при надлежащем извещении в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 87, 88 том 2).

Представитель истца Горбенко С.В. в судебном заседании исковые требования поддержал, по доводам, изложенным в исковом заявлении и заявлении об уточнении исковых требований.

Представитель ответчика АО «Южуралзолото Группа Компаний» ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом (л.д. 77 том 2). В письменных возражениях на исковое заявление просил в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01 января 2008 года по 31 октября 2017 года отказать в связи с истечением срока исковой давности; по требованию о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01 декабря 2017 года по 13 июля 2019 года отказать, поскольку истцу произведены все выплаты при увольнении, за спецодежду удержали, поскольку истец ее не возвратил (л.д. 15-16 том 2).

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и представителя ответчика.

Заслушав представителя истца, исследовав материалы дела, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право: на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; на отдых, обеспечиваемый установлением нормальной продолжительности рабочего времени, сокращенного рабочего времени для отдельных профессий и категорий работников, предоставлением еженедельных выходных дней, нерабочих праздничных дней, оплачиваемых ежегодных отпусков.

В силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст. 114 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

На основании ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Согласно ч. 1 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с п. 28 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных Народным Комиссариатом Труда СССР 30 апреля 1930 года № 169 (с последующими изменениями), при увольнении работника, не использовавшего своего права на отпуск, ему выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ходе судебного разбирательства установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 01 января 2008 года принят на работу в ОАО «Южуралзолото Группа Компаний» водителем автомобиля КамАЗ (автокран), условия работы – вредные (приказ № 23357 от 01 января 2008 года л.д. 26 том 1).

С работником заключен трудовой договор, согласно которому условия труда указаны вредные (п. 7), режим рабочего времени – суммированный учет рабочего времени (п. 8), работнику предоставляется основной ежегодный отпуск в количестве 28 календарных дней, дополнительный отпуск не предоставлен (п. 9) (л.д. 24-25 том 1).

10 января 2009 года ФИО1 на основании приказа № 14 от 10 января 2009 года переведен водителем автомобиля, занятым на транспортировании горной массы в технологическом процессе (2 сп.), установлена тарифная ставка 36, 36 руб. + надбавка 1,45 руб. (л.д. 27 том 1).

Согласно приказа № 80324 от 31 октября 2017 года трудовой договор с истцом расторгнут по инициативе работника с 31 октября 2017 года (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 28-44 том 1).

Из трудовой книжки истца следует, что 01 декабря 2017 года ФИО1 вновь принят на работу в АО «ЮГК» на должность водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе (л.д. 14 том 1).

15 июля 2019 года трудовой договор с истцом расторгнут по инициативе работника на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (приказ № 909 от 15 июля 2019 года л.д. 54 том 1).

Согласно расчетному листку за июль 2019 года из заработной платы истца удержана сумма за спецодежду в размере 9 920 руб. 40 коп. (л.д. 62 том 1).

В соответствии со ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

Только для этой группы удержаний из зарплаты работника законодатель предусмотрел (в изъятие из общих правил об обязательных взысканиях, связанных с иными группами удержаний) особый порядок взыскания с работника его задолженности работодателю, наделив последнего дискреционными полномочиями.

Для всех перечисленных в части 2 ст. 137 случаев Трудовым кодексом Российской Федерации на работодателя не возложена обязанность заблаговременно до удержания каких-либо сумм из зарплаты работника извещать его об их взыскании.

Удержания, произведенные из заработной платы истца, за спецодежду в ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации не названы, его согласие на удержание конкретных сумм отсутствовало.

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что истец не давал согласия на взыскание с него стоимости средств индивидуальной защиты, при увольнении готов был возвратить спецодежду, однако ее не приняли; с приказами и положениями об удержании за стоимость спецодежды истца не знакомили.

В связи с вышеизложенным, законные основания для удержания из заработной платы работника стоимости средств индивидуальной защиты у работодателя отсутствовали, следовательно, требование истца о взыскании незаконно удержанных с него денежных средств в размере 9 920 руб. 40 коп. подлежат удовлетворению.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

В силу ст. 116 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 28.12.2013 N 421-ФЗ) ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда.

Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней.

Согласно ст. 122 Трудового кодекса Российской Федерации оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

В соответствии со ст. 123 Трудового кодекса Российской Федерации очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее, чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника.

О времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее, чем за две недели до его начала.

Истец, ссылаясь на Постановление Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день», считает, что ему полагается 12 дней дополнительного отпуска.

Вместе с тем, Постановление Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день», на которое ссылается истец, не может быть принято во внимание, поскольку ч. 1 ст. 423 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что впредь до приведения законов и иных нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с настоящим Кодексом законы и иные правовые акты Российской Федерации, а также законодательные и иные нормативные правовые акты бывшего Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и порядке, которые предусмотрены Конституцией Российской Федерации, Постановлением Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 года N 2014-1 "О ратификации Соглашения о создании Содружества Независимых Государств", применяются постольку, поскольку они не противоречат настоящему Кодексу.

В п. 9 трудового договора от 01 января 2008 года, заключенного с ФИО1, дополнительный отпуск не установлен, вместе с тем, в трудовом договоре указано, что условия труда – вредные (л.д. 24-25 том 1).

Таким образом, минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работника ФИО1 должна составлять 7 календарных дней.

Доказательств, свидетельствующих о большей продолжительности дополнительного отпуска, материалы дела не содержат, сторонами не представлены.

Доводы представителя ответчика АО «ЮГК» о применении к требованиям истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01 января 2008 года по 31 октября 2017 года срока исковой давности суд находит несостоятельными и не основанными на доказательствах, ввиду следующего.

Согласно ч. ч. 1, 2, 4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что ФИО1 все время непрерывно работал в АО «ЮГК» в одной и той же должности, на том же рабочем месте, истец не знал, что его в октябре 2017 года уволили и принимали на работу в ООО «Транс-Альянс», заявления об увольнении в октябре 2017 года и о приеме его в ООО «Транс-Альянс» он не писал, с приказом об увольнении в октябре 2017 года истца не знакомили, трудовую книжку истец в октябре 2017 года не получал.

В обосновании своих доводов стороной истца было заявлено ходатайство о проведении судебной почерковедческой экспертизы.

Для проверки доводов истца судом по делу назначена почерковедческая экспертиза, проведение которой было поручено эксперту ЧЭУ «Челябинский центр судебных экспертиз» К.В.Г.

Согласно заключению экспертная № 28/79 от 28 ноября 2019 года установление лица, выполнившего подпись в графе «С приказом (распоряжением) работник ознакомлен (личная подпись) в приказе АО «Южуралзолото Группа Компаний» № 1752/2 от 31 октября 2017 года (форма № Т-8) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения (вопрос 1).

Подпись от имени ФИО1 в графе 10 «С приказом (распоряжением) работник ознакомлен. Личная подпись работника. Дата» в приказе АО «Южуралзолото Группа Компаний» № 80324 от 31 октября 2017 года (форма № Т-8а) о прекращении (расторжении) трудового договора с работниками (увольнением), а также рукописные записи «ФИО1 Прошу уволить по собственному желанию» в заявлении от имени ФИО1 от 31 октября 2017 года об увольнении по собственному желанию и подпись от имени ФИО1 в данном заявлении выполнены не ФИО1, а другим лицом с подражанием почерку и подлинным подписям ФИО1 (л.д. 52-73 том 2).

Таким образом, принимая заключение эксперта в качестве надлежащего доказательства, поскольку экспертиза была назначена и проведена в соответствии с нормами действующего законодательства, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеет соответствующий стаж работы и образование, не заинтересован в исходе дела, заключение является последовательным и мотивированным, указанное заключение основано на представленных документах, противоречий не содержит, суд приходит к выводу, что истец не писал заявление об увольнении и не знал о том, что был уволен 31 октября 2017 года.

В дополнительных возражениях на исковое заявление представитель ответчика указывает, что в материалах дела имеются иные доказательства, подтверждающие увольнение истца из АО «ЮГК», в том числе приказы о приеме на работу в ООО «Транс-Альянс», и приказ об увольнении из ООО «Транс-Альянс» от 30 ноября 2017 года, выписка из банка о состоянии вклада, подтверждающая выплату заработной платы от ООО «Транс-Альянс» (л.д. 82-83 том 2).

Доводы представителя ответчика о наличии иных доказательств увольнения истца 31 октября 2017 года суд считает несостоятельными, поскольку они противоречат выводам экспертного заключения.

В соответствии со ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.

По смыслу ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающей общий (единый) порядок и условия расторжения по инициативе работника, как срочного трудового договора, так и трудового договора, заключенного на неопределенный срок, право работника прекратить трудовой договор до истечения срока его действия по собственной инициативе не связано с наличием у него уважительных причин. Работник вправе расторгнуть по собственному желанию любой трудовой договор в любое время.

Письменная форма заявления об увольнении обязательна. Устное заявление работника о расторжении трудового договора не может являться основанием для издания работодателем соответствующего приказа об увольнении.

Согласно ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

В соответствии с разъяснениями в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник вправе в любое время расторгнуть трудовой договор по собственной инициативе, предупредив об этом работодателя заблаговременно в письменной форме. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по собственному желанию должно являться добровольным и должно подтверждаться исключительно письменным заявлением работника.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию, которое может быть подтверждено только письменным заявлением самого работника, и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

При таких обстоятельствах, суд считает, что без письменного заявления ФИО1 его увольнение из АО «Южуралзолото Группа Компаний» 31 октября 2017 года являлось недопустимым, нарушающим трудовые права работника.

Поскольку истец заявление об увольнении его по собственному желанию в октябре 2017 года не писал, трудовую книжку работнику работодатель в связи с его увольнением 31 октября 2017 года не выдавал, истец после октября 2017 года и до 13 июля 2019 года продолжал работать на том же рабочем месте, заявления вновь его принять на работу в АО «ЮГК» с 01 декабре 2017 года истец не писал, такое заявление в материалы дела ответчиком не представлено, суд считает, что требования истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск необходимо исчислять за весь период работы работника с 2008 года по 2019 год.

Таким образом, оснований для применения срока исковой давности за период работы истца с 01 января 2008 года по 31 октября 2017 года, у суда не имеется, поскольку бесспорных доказательств увольнения истца в октябре 2017 года ответчиком не представлено, истец был уволен фактически 15 июля 2019 года, а обратился в суд 25 июля 2019 года, в связи с чем срок для обращения в суд с требованием о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск истцом не пропущен.

Ответчиком АО «ЮГК» в подтверждение предоставления отпуска истцу за все время его работы с 2008 года по 2019 год предоставлено приказов о предоставлении ФИО1 ежегодного оплачиваемого отпуска всего на 33 дня (л.д. 83-112 том 1).

Исследовав, представленные в материалы дела приказы и заявления о предоставлении работнику отпуска, суд приходит к выводу, что работодателем АО «ЮГК» порядок предоставления отпусков работнику не соблюден и фактически дни отпуска истцу не предоставлялись, поскольку ко многим приказам заявления работника о предоставлении ему отпуска отсутствуют, в иных заявлениях отсутствуют сведения о периодах работы, за которые предоставляется отпуск, количество дней предоставляемого отпуска, дата написания заявления; некоторые приказы о предоставлении отпуска изданы за день-два до предоставления отпуска, либо в день предоставления отпуска, либо намного дней позже предоставляемого отпуска; в приказах отсутствует подпись руководителя работодателя.

Кроме того, график отпусков за период работы истца в АО «ЮГК» ответчиком не предоставлен.

В соответствии с п. 7.1 Основных положений о вахтовом методе организации работ, утвержденных постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС и Минздрава СССР от 31 декабря 1987 года № 794/33-82 (с изменениями), ежегодный отпуск работникам, занятым на работах вахтовым методом, предоставляется в установленном порядке после использования дней отдыха (отгулов).

Таким образом, ежегодный отпуск работнику, занятому на работе вахтовым методом не мог предоставляться в период междувахтового отдыха (отгулов).

При таких обстоятельствах суд считает, что за период работы ФИО1 в АО «ЮГК» ему должно было быть предоставлено 405 дней отпуска (основного 28 дней и дополнительного 7 дней ежегодно). При увольнении истцу начислена компенсация за 3 дня отпуска (л.д. 62 том 1), следовательно, подлежит начислению компенсация за 402 дня неиспользованного отпуска.

Суд считает принять расчет среднего заработка за 1 день для расчета компенсации при увольнении, исходя из данных, представленных АО «ЮГК», согласно которым средний заработок ФИО1 за 1 день составляет 1887,823 руб. (л.д. 82 том 1). Компенсация за 402 дня неиспользованного отпуска составляет 758 904 руб. 85 коп. (402 дн. х 1887,823 руб.). При этом из указанной суммы подлежит удержанию налог на доходы физических лиц.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Установив нарушение трудовых прав истца, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с работодателя компенсации за нарушение сроков выплаты причитающихся истцу денежных средств при увольнении.

Невыплаченная сумма составляет 660 247 руб. 22 коп. (758904,85 руб. (компенсация за неиспользованный отпуск) - 13% (с учетом вычета налога на доходы физических лиц). Компенсация за нарушение срока, установленного для выплаты всех причитающихся сумм при увольнении, составила 20 467 руб. 67 коп. из следующего расчета:

с 16 июля 2019 года по 28 июля 2019 года (13 дн.) в сумме 4291,61 руб. (660247,22 руб. х 7,5 % х 1/150 х 13 дн.);

с 29 июля 2019 года по 08 сентября 2019 года (42 дн.) в сумме 13 403 руб. 02 коп. (660247,22 руб. х 7,25 % х 1/150 х 42 дн.);

с 09 сентября 2019 года по 17 сентября 2019 года (9 дн.) в сумме 2773 руб. 04 коп. (660247,22 руб. х 7 % х 1/150 х 9 дн.).

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

С учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, поскольку в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, судом были установлены неправомерные действия ответчика в отношении истца. В остальной части взыскания компенсации морального вреда необходимо отказать.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалы дела истцом представлены соглашение на оказание юридической помощи № 028 от 25 июля 2019 года, квитанции об оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 2 000 руб., за участие адвоката Горбенко С.В. в качестве представителя истца при рассмотрении гражданского дела в размере 10 000 руб. (л.д. 5, 6 том 1).

При определении размера подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает категорию и сложность спора, степень участия представителя истца Горбенко С.В. при рассмотрении дела, количество судебных заседаний, а именно: представитель участвовал при подготовке к делу 22 августа 2019 года, в судебном заседании 17 сентября 2019 года, 23 сентября 2019 года, 08 октября 2019 года, 15 октября 2019 года, 16 октября 2019 года, подготовил в суд исковое заявление, заявление об изменении исковых требований, а также объем и характер оказанных представителем услуг.

Таким образом, с учетом разумности суд считает возможным удовлетворить требования истца о возмещении указанных расходов частично, взыскав с ответчика в его пользу 10 000 рублей.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика расходов, понесенных им связи с проведением судебной экспертизы, в размере 26 780 руб. (л.д. 89 том 2).

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судебная экспертиза была назначена по ходатайству представителя истца, определением суда обязанность по оплате экспертизы была возложена на истца ФИО1

В материалы дела представлен чек-ордер № 92 от 20 ноября 2019 года в подтверждение внесения ФИО1 в счет оплаты экспертизы денежных средств в сумме 26 7801 руб. 00 коп. (л.д. 90 том 2).

Так как требования истца удовлетворены частично, то судебные расходы на проведение экспертизы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Подпункт 1 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает освобождение от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, истцов – по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Согласно подпункту 8 пункта 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Размер государственной пошлины с учетом удовлетворенной части исковых требований составляет 11 092 руб. 93 коп. и подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 758 904 (семьсот пятьдесят восемь тысяч девятьсот четыре) рубля 85 копеек (в том числе налог на доходы физических лиц), удержанные при увольнении денежные средства за средства индивидуальной защиты в размере 9 920 (девять тысяч девятьсот двадцать) рублей 40 копеек, компенсацию за нарушение установленного срока выплаты расчета при увольнении в размере 20 467 (двадцать тысяч четыреста шестьдесят семь) рублей 67 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей 00 копеек, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 (десять тысяч) рублей 00 копеек, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 26 780 (двадцать шесть тысяч семьсот восемьдесят) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 11 092 (одиннадцать тысяч девяносто два) рубля 93 копейки.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий: