Решение № 2-2828/2019 2-2828/2019~М-2216/2019 М-2216/2019 от 1 августа 2019 г. по делу № 2-2828/2019

Дело №2-2828/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 августа 2019 года г. Старый Оскол

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Темниковой А.А.,

при секретаре судебного заседания Воротынцевой Т.С.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2 (доверенность от ДД.ММ.ГГГГ), истца ФИО3, поддержавших заявленные требования, представителя ответчиков ФИО4, ФИО5, ООО «Альфа-Спираль» - ФИО6 (доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ)

в отсутствие истца ФИО1, ответчиков ФИО4, ФИО5, извещенных надлежащим образом о дате, времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО3 к ФИО4, ФИО5, обществу с ограниченной ответственностью «Альфа-Спираль» о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 и ФИО3 обратились в суд с иском, в котором просили, взыскать солидарно с ответчиков в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 01.07.2018 по 31.11.2018 в размере 125000 рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере в размере 15125 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей; в пользу ФИО3 задолженность по заработной плате за период с 01.09.2018 по 24.01.2019 в размере 100000 рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере в размере 9500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей.

Иск мотивирован тем, что трудовой договор не заключался, заработная плата, не выдавалась.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, суд признает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.

Статьей 37 Конституции РФ гарантируется право на труд и защита трудовых интересов.

В силу ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом РФ.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно ст.56 ТК РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснено, что судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 ТК РФ возлагается на работодателя - физическое лицо, являющегося индивидуальным предпринимателем и не являющегося индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям. При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Пленум Верховного Суда РФ, в п. 21 разъяснил, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

При рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 ТК РФ, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из объяснений истца ФИО1 следует, что в газете «Оскольский курьер» он прочитал объявление о том, что на ферму требуется управляющий, позвонил по указанному в нем телефону и пришел по адресу: <адрес>. Его встретила ФИО4, показала ферму, обозначила его обязанности, они согласовали график работы (ежедневно, без выходных, ненормированный рабочий день). И с 01.07.2019 он был допущен к работе ФИО4 В его обязанности входило: поиск кормов, закупка зерна и сена для кормления скота, завоз проб животноводческой продукции в ветеринарную станцию, руководство персоналом, общее руководство на ферме. Оплата труда была установлена в размере 25000 рублей в месяц, которая должна была выплачиваться 1 числа следующего месяца, за отработанный.

Истец ФИО3 в судебном заседании пояснил, что в газете «Оскольский курьер» он прочитал объявление о том, что на ферму требуется пастух с заработной платой от 12000 до 20000 рублей, позвонил по указанному в нем телефону и пришел по адресу: <адрес>, дождался ФИО4, с которой договорились о том, что его заработная плата будет составлять 20000 рублей за 26 отработанных дней и 03.06.2018, с ведома ФИО4, приступил к работе. В его обязанности входило: выпас коз, очистка сараев, уход за курами и выполнение иных работ по распоряжению ФИО4

В обоснование заявленных требований истцами представлены газеты «Курьер» от 25.06.2018 и от 15.10.2018, в которых размещены объявления. В частности, в газете от 25.06.2018 на стр. 14 имеются объявления следующего содержания: «фермерскому хозяйству требуется доярка, пастух, помощница по кухне, заработная плата 12000-20000 рублей, по <адрес>, тел. №»; фермерскому хозяйству требуется управляющий, наличие личного автомобиля. Заработная плата договорная, тел. №». В газете от 15.10.2018 на стр. 13 имеется объявление следующего содержания: «Требуется доярка, оплачиваемое обучение. Заработная плата при собеседовании. Срочно! Тел. №».

Кроме того, истцами представлены фотокопии журнала учета рабочего времени, а также журнала выдачи заработной платы.

Истец ФИО1 пояснил, что до сентября 2018 он вел график учета рабочего времени, а потом ФИО4 забрала у него данный журнал.

ФИО3 указал на то, что работая на ферме, он успел сфотографировать журнал учета рабочего времени и журнал выдачи заработной платы, потом эти журналы пропали.

Истцы ФИО3 и ФИО1 поясняли, что данные журналы были в подлинном виде, в журнале учета рабочего времени точка означает присутствие на рабочем месте, буква «В» - выходной день. Когда выдавалась заработная плата, расписывались в журнале, ставили дату, сумму и расписывались за получение денежных средств.

Пояснения истцов были подтверждены в судебном заседании показаниями допрошенных в качестве свидетелей ФИО16 и ФИО15

В частности ФИО16 в судебном заседании пояснила, что по объявлению в газете в 2018 году устроилась на работу в качестве доярки коз на ферму, по адресу: <адрес>. Когда она устроилась на работу, ФИО3 уже работал, а ФИО1 пришел на работу через месяц после того, как она устроилась. На ферме было две доярки она и ФИО15, она работала по пять дней в неделю с 07 часов утра до 18 часов, а ФИО15 работала по два дня, когда у нее были выходные на другой работе. ФИО3 она видела постоянно на работе, он пас коз, а ФИО1 был управляющим, он закупал зерно и комбикорм для животных, возил молоко в ветеринарную станцию. Пояснила, что на ферму ФИО1 ее не принимал. В сентябре 2018 года она уволилась с фермы, потому что не платили заработную плату. Размер ее заработной платы составлял 15000 рублей, по ее мнению заработная плата ФИО3 была такая же. Заработную плату по ее просьбе ей выдавала ФИО4 При увольнении ей так и не заплатили 10000 рублей. Свою подпись в фотокопии журнала выдачи заработной платы она опознала.

ФИО15. пояснила, что в 2018 году в газете «Оскольский курьер» увидела объявление о том, что ферме требуются доярки, позвонила по телефону, указанному в объявлении, пришла на собеседование по указанному адресу (в настоящее время точный адрес не помнит), ее встретила ФИО4 и ее мама ФИО21. После собеседования она приступила в мае 2018 года к работе, где работала по два дня в неделю в свои выходные дни. Когда она устроилась на работу, ФИО3 уже работал на ферме, он убирал за козами, очищал помещения, в которых они находились, подметал двор, кормил животных, выводил их на пастбище. На ферме был график учета рабочего времени, который сначала вела ФИО21, а потом на ферму взяли управляющего и он вел табель учета рабочего времени. При получении заработной платы все расписывались в тетради, записывали свою фамилию, дату, сумму и подпись. Уволилась она с фермы в сентябре 2018 года из-за того, что там не своевременно платили заработную плату. При увольнении ей остались должны около 7000 рублей. Свою подпись в фотокопии журнала выдачи заработной платы она опознала.

Не доверять показаниям свидетелей у суда оснований нет, так как они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания являются последовательными и подтверждаются иными доказательствами по делу.

Согласно ответу ОГБУ «Межрайонная ветстанция по Старооскольскому и Чернянскому районам» от 04.07.2019 № 321, специалистами Старооскольской городской участковой ветеринарной лечебницы проводились противоэпизоотические мероприятия в ЛПХ ФИО4, проживающей по адресу: <адрес>. В период времени с 01.01.2017 по 01.11.2018 поголовье коз составляло 40 голов.

Из письменных возражений на исковое заявление ФИО5 следует, что в его собственности никогда не было животноводческой фермы и животных. По адресу: <адрес> располагалась животноводческая ферма, принадлежащая его маме ФИО23 Начиная с 2017 года документальную часть по ЛПХ вела его знакомая ФИО4, в связи с чем, в ветеринарной службе животные были записаны именно на нее. В судебном заседании 17.07.2017 ФИО5 пояснял, что ФИО4 нашла управляющего на ферму, которым был ФИО1, ему передали стадо коз на сохранение, а он в свою очередь, набирал работников на работу и он должен был платить им заработную плату, когда работники перестали работать, часть коз было отдано в аренду в с. Роговатое, а часть коз зарезали.

ФИО4 в судебном заседании 17.07.2019 поясняла, что по просьбе ФИО5 она давала объявления в газету «Оскольский курьер», чтобы помочь ФИО21 в дальнейшем стадо коз передалось ФИО1, она не принимала на работу ни ФИО1, ни ФИО3, считает, что задолженности по выплате заработной платы у нее перед истцами нет, поскольку у нее нет личного подсобного хозяйства.

Доводы ответчиков ФИО5 и ФИО4 опровергаются показаниями свидетелей ФИО16. и ФИО15., которые поясняли, что при приеме их на работу, на ферме уже работал ФИО3, а после того, как они приступили к работе, через определенное время на работу был принят управляющий ФИО1, в связи с чем, доводы ответчиков суд расценивает как способ самозащиты и желание уйти от ответственности.

Суд считает несостоятельными доводы представителя ответчиков о том, что собственником стада является индивидуальный предприниматель ФИО23. – мать ФИО5, поскольку из представленной стороной ответчиков выписке следует, что ИП ФИО23 ликвидирован 10.05.2017. Распечатки с Интернет- сайта «Белгородские известия» и «Путь октября» о рассказе ФИО23 о козах, суд не может принять в качестве доказательств того, что собственником стада на момент рассмотрения дела является ФИО23, поскольку интервью ФИО23 давала 17.06.2013 и 01.01.2015, т.е. на момент ее регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

Кроме того, доводы стороны ответчиков о том, что с ФИО1 был заключен договор безвозмездной аренды с целью сохранения стада, также не являются убедительными, поскольку ссылаясь на указанный договор, сторона ответчиков не сослалась на норму права, регулирующую данные правоотношения.

Не основаны на нормах действующего законодательства доводы представителя ответчиков о том, что требования истцов не подлежат удовлетворению, в том числе и потому, что ими не ставятся требования об установлении факта трудовых отношений, поскольку при рассмотрении требований о взыскании заработной платы, суд не лишен возможности устанавливать обстоятельства фактического допущения работников к работе.

Так как, если работник, с которым трудовой договор не оформлен, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Помимо указанной презумпции, при решении в порядке ст. 67.1 ТК РФ вопроса о лице, допустившем работника к работе (является ли такое лицо уполномоченным на допуск к работе от имени работодателя), действует и презумпция осведомленности работодателя (ответчика) о работающих у него лицах, их количестве и выполняемой ими трудовой функции. По смыслу статей 2, 15, 16, 19.1, 20, 21, 22, 67, 67.1 ТК РФ все неясности и противоречия в положениях, определяющих ограничения полномочий представителя работодателя по допущению работников к трудовой деятельности, толкуются в пользу отсутствия таких ограничений.

Объем доказательств в подтверждение факта трудовых отношений законом не ограничен, это могут быть любые доказательства, названные в ч. 1 ст. 55 ГПК РФ. Как разъяснено в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 15 к таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами ТК РФ возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Учитывая вышеизложенные правовые нормы и положения ст. 56 ГПК РФ, доказательства отсутствия трудовых отношений должны быть представлены в первую очередь ответчиком, поскольку в спорных правоотношениях работник является более слабой стороной.

Доводы представителя ответчиков о том, что истцами представлены недопустимые доказательства по делу, а именно фотокопии журнала выдачи заработной платы и графика учета рабочего времени, суд не принимает во внимание, поскольку допрошенные в качестве свидетелей подтвердили факт ведения на ферме графика учета рабочего времени и ведения журнала выдачи заработной платы, кроме того, свидетели подтвердили наличие своих подписей в фотокопии журнала выдачи заработной платы.

Из пояснений сторон, показаний свидетелей и представленных письменных доказательств, суд приходит к выводу о том, что истцы, ФИО4 фактически были допущены к работе, заработная плата ФИО3 составляла 20000 рублей, заработная плата ФИО1 составляла 25000 рублей. За период с сентября 2018 по 24 января 2019 истцу ФИО3 не выплачена заработная плата в размере 98461 рубль 53 копейки, в том числе: за сентябрь 2018 года в размере 20000 рублей, за октябрь 2018 года в размере 20000 рублей, за ноябрь 2018 года - 20000 рублей, за декабрь 2018 года – 20000 рублей, за январь 2019 года – 18461 рубль 53 копейки (за 24 отработанных дня). За период с июля 2018 года по ноябрь 2018 года истцу Клочкову не выплачена заработная плата в размере 1250000 рублей, в том числе: за июль 2018 года в размере 25000 рублей, за август 2018 года в размере 25000 рублей, за сентябрь 2018 – 250000 рублей, за октябрь 2018 года - 25000 рублей, за ноябрь 2018 года - 25000 рублей.

В соответствии с абз.5 ч.1 ст.21 ТК РФ, работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы. Данному праву работника корреспондирует соответствующая обязанность работодателя (абз.7 ч.2 ст.22 ТК РФ), который обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с Трудовым кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В силу ч.6 ст.136 ТК РФ, заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором.

При прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника, в соответствии со ст.140 ТК РФ.

В нарушение требований ст.140 ТК РФ окончательный расчет ответчиком с заявителем в день его увольнения не был произведен.

Поскольку от ответчиков не поступило контррасчета истребуемой суммы заработной платы, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ФИО4 задолженности по заработной плате в пользу ФИО3 в размере 98461 рубль 54 копейки, в пользу ФИО1 – 125000 рублей.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Доказательств, подтверждающих выплату истцам заработной платы, ответчиком ФИО4 суду представлено не было.

Таким образом, требования истцов о взыскании заработной платы с ФИО4 подлежат удовлетворению в полном объеме. Требования о взыскании заработной платы с ФИО5 и ООО «Альфа-Спираль» подлежат отклонению, поскольку истцами не доказан факт того, что именно с данными лицами истцы состояли в трудовых правоотношениях.

Главой 27 ТК РФ регламентировано предоставление работникам гарантий и компенсаций, связанных с расторжением трудового договора.

В силу ст.ст.22, 56, 136, 142, 236 ТК РФ на работодателе лежит ответственность за соблюдение законодательства.

В соответствии со ст. 236 ТК РФ, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Исходя из того, что заработная плата должна была выплачивать первого числа следующего месяца за отработанный месяц, в соответствии со ст. 236 ТК РФ, компенсация за нарушение срока выплаты ФИО3 заработной платы за период времени с 02.10.2018 по 02.08.2019 составляет 12331 рубль 67 копеек, ФИО1 за период с 02.08.2018 по 02.08.2019 года составляет 19380 рублей 83 копейки.

При указанных обстоятельствах, с учетом положений ст. 196 ГПК РФ, суд полагает необходимым взыскать с ФИО4 денежную компенсацию в пользу работника ФИО3 в размере 9500 рублей, в пользу работника ФИО1 в размере 15125 рублей.

Согласно абз. 14 ч. 1 ст. 21 и ст. 237 ТК РФ, подлежит удовлетворению требование истцов о компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями работодателя по невыплате заработной платы, нарушившими имущественные права истцов.

В соответствии со ст.237 ТК РФ, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный ответчиком истцам, выразился в нравственных страданиях последних относительно лишения их средств к существованию.

Таким образом, суд полагает разумным и справедливым определить компенсацию морального вреда для взыскания с ФИО4 в пользу истцов в размере по 1000 рублей каждому.

В силу ст.103 ГПК РФ, п.п.8 п.1 ст.333.20 и п.п.1 п.1 ст.333.19 НК РФ, учитывая, что истцы освобождены от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика ФИО4, не освобожденной от уплаты судебных расходов, подлежит взысканию государственная пошлина пропорционально удовлетворенным требованиям в сумме 5680 рублей 87 копеек за рассмотрение судом требований имущественного характера и в сумме 600 рублей – за неимущественного характера, а всего в сумме 6280 рублей 87 копеек в доход местного бюджета.

Руководствуясь ст.ст.194–199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1, ФИО3 к ФИО4, ФИО5, обществу с ограниченной ответственностью «Альфа-Спираль» о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, - удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 125000 рублей, компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 15125 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, в удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 задолженность по заработной плате в размере 98461 рубль 54 копейки, компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 9500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, в удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с ФИО4 в бюджет Старооскольского городского округа Белгородской области государственную пошлину в сумме 6280 рублей 87 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья А.А. Темникова

Решение в окончательной форме принято 07.08.2019