Апелляционное постановление № 22-0029/2021 22-29/2021 22-3997/2020 от 18 января 2021 г. по делу № 1-178/2020

Судья Баков Н.Н. Дело № 22-0029/2021

Докладчик Хандусенко М.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

19 января 2021 года город Архангельск

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе председательствующего Хандусенко М.В.

при секретаре Туркиной С.В.,

с участием прокурора Комарь Е.Н.,

потерпевшего, гражданского истца ФИО1,

представителя потерпевшего – адвоката Куликова Е.В.,

осужденного ФИО2,

защитника - адвоката Котова А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе потерпевшего Ю. на приговор Соломбальского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осуждён по ст.138.1УК РФ к 6 месяцам лишения свободы, по ч.2 ст.167 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы, на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний окончательно к 2 годам 3 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года с возложением обязанностей, указанных в приговоре.

Гражданский иск Ю. удовлетворён частично. С ФИО2 в пользу Ю. взыскано 346 400 рублей в счёт возмещения материального ущерба, причинённого преступлением.

Гражданский иск Ю. о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда оставлен без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Хандусенко М.В., кратко изложившей содержание приговора, существо апелляционной жалобы и возражений на нее, выступления потерпевшего Ю. и его представителя – адвоката Куликова Е.В., поддержавших изложенные в апелляционной жалобе доводы об отмене приговора и возвращении дела прокурору, мнения осуждённого ФИО2, адвоката Котова А.А. и прокурора о законности и обоснованности приговора, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО2 осужден за незаконное приобретение в <адрес> в период с 1 по ДД.ММ.ГГГГ специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации; а также за умышленное повреждение ДД.ММ.ГГГГ путем поджога принадлежащего Ю. автомобиля, с причинением значительного материального ущерба в размере 521 300 рублей.

В апелляционной жалобе потерпевший Ю., выражая несогласие с приговором, считает его незаконным. По мнению автора жалобы, преступление, предусмотренное ч.2 ст. 167 УК РФ, ФИО2 не мог совершить из личных неприязненных отношений, поскольку они ранее не знакомы, в связи с чем данное преступление совершено осуждённым из хулиганских побуждений. Ссылается на то, что предварительное следствие по делу проведено неполно; наряду с ФИО2 к уголовной ответственности за поджог автомобиля должен быть привлечён П. ; в уголовном деле имеется ходатайство следователя перед судом о производстве обыска в жилище П. , в котором имеется ссылка на наличие оперативно-розыскной информации о причастности его к преступлению, однако материалы оперативно-розыскной деятельности в отношении П. в уголовном деле отсутствуют, а суд необоснованно отказал в допросе следователя по вышеуказанным обстоятельствам. Проанализировав все исследованные в судебном заседании доказательства по предъявленному ФИО2 обвинению по ст.138.1 УК РФ, считает, что его действия должны быть дополнительно квалифицированы по ч.1 ст. 137 УК РФ, поскольку, установив скрытую камеру напротив квартиры З., ФИО2 собирал сведения о частной жизни З., З.Т. и Б.Т. без их согласия. Считает причастным к этим преступлениям П. , который не был привлечён к уголовной ответственности. Как указывает потерпевший, ФИО2 получил камеру для скрытного наблюдения от П. , З. и Б.Т. необоснованно следователем не признаны потерпевшими; следствием не принято во внимание нарушение конституционного права З. и Б.Т. на неприкосновенность частной жизни; сведения, сообщённые ФИО2 о причастности к преступлениям, после того, как его доставили в отдел полиции, не являются явкой с повинной и не могут учитываться в качестве смягчающих наказание обстоятельств, так как добровольно ФИО2 в отдел полиции не являлся, неоднократно менял свои показания и в последующем отказался от своих признательных показаний. Отмечает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении иска о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда, поскольку после совершенного осужденным поджога автомобиля он (Ю.) и его семья испытывали сильный стресс и душевные волнения. Полагает, что уголовное дело подлежит возвращению прокурору для квалификации действий обвиняемого по более тяжким преступлениям, которые он совершил в соучастии с иным лицом; в ходе предварительного следствия и в судебном заседании допущены многочисленные нарушения прав лиц, потерпевших от противоправных действий. Просит приговор отменить, уголовное дело возвратить прокурору.

В письменных возражениях государственный обвинитель Федотов Д.Р. считает приговор законным и обоснованным, а апелляционную жалобу - не подлежащей удовлетворению.

В письменных возражениях адвокат Котов А.А. в защиту интересов осуждённого ФИО2 также находит апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Проверив материалы дела, обсудив доводы сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

По факту незаконного приобретения специального технического средства.

Согласно показаниям ФИО2 на предварительном следствии он в период с 10 по ДД.ММ.ГГГГ около <адрес> в <адрес> приобрёл техническое устройство для негласного получения информации. Данное устройство он использовал в личных целях, установил на лестничной площадке в электрощите <адрес>, направив видеокамеру на входную дверь квартиры, в которой проживали Б.Т. и З. Данные люди его не интересовали, но через них он хотел найти женщину, с которой они могли общаться. Раз в неделю он доставал из указанного устройства флеш-карту и просматривал её на своём телефоне. Видеокамера не фиксировала изображение и звук из квартиры, где проживали З. и Б.Т. Информацию об их личной жизни он не собирал (т.3 л.д. 96-101, т.4 л.д. 181-183).

Из протокола личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у ФИО2 изъяли техническое устройство, которое согласно заключению эксперта является видеорегистратором, приспособленным для негласного получения информации (т.3 л.д. 50, л.д.71-83).

Свидетель З. показал, что в ДД.ММ.ГГГГ. он, родственники и коллеги стали получать изображения с камеры видеонаблюдения, установленной в подъезде <адрес>, где он проживал. На изображениях были он (З.) и Б.Т., входящие и выходящие из квартиры. В этот период времени он в подъезде встретил ФИО2, который что-то делал в электрощите (т.3 л.д.107-112).

Из показаний свидетеля Б.Т. усматривается, что ей и З. на телефон приходили изображения со скрытно установленной в подъезде камеры, на которых она и З. входили и выходили из квартиры (т.3 л.д. 130-131).

Оценив по вышеуказанному преступлению каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все их в совокупности - с точки зрения достаточности для разрешения дела, суд пришёл к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО2 в совершении незаконного приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации.

Исследованные в судебном заседании показания ФИО2 согласуются с показаниями свидетелей З. и Б.Т., подтверждаются заключением эксперта.

Всем вышеуказанные доказательства получены в соответствии с УПК РФ, поэтому обоснованно признаны достоверными.

Самооговора осуждённого или оговора его со стороны свидетелей судебная коллегия не усматривает.

По указанным в приговоре основаниям действия ФИО2 по преступлению, связанному с незаконным приобретением специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации, правильно квалифицированы по ст.138.1 УК РФ.

По факту умышленного уничтожения имущества Ю.

Согласно показаниям ФИО2 на предварительном следствии он от П. , с которым поддерживает дружеские отношения, узнал, что к его жене приходил Ю. и устроил скандал. У него (ФИО2) возникла неприязнь к этому человеку. В середине декабря 2018 года он катался на автомобиле с П. , и тот показал на принадлежащий Ю. автомобиль «<данные изъяты> В ночь на ДД.ММ.ГГГГ он (ФИО2) из неприязни к Ю. поджог его автомобиль (т.2 л.д.110-122, т.3 л.д. 110-122).

При проверке показаний на месте ФИО2 подтвердил показания о месте, времени и способе поджога автомобиля Ю. (т.2 л.д.110-122).

Потерпевший Ю. подтвердил, что ДД.ММ.ГГГГ у <адрес> подожгли принадлежащий ему автомобиль «Шкода Рапид». В совершении преступления он подозревает П. , у которого имелись неприязненные отношения к нему (Ю.) из-за того, что он разговаривал с женой П.

Из заключения эксперта установлено, что вследствие уничтожения принадлежащего Ю. автомобиля ему причинён материальный ущерб в размере 521 300 рублей (т.1 л.д.202-234, т.2 л.д. 1-40).

Потерпевший Ю. выдал запись с видеокамеры, при просмотре которой видны обстоятельства совершённого ФИО2 поджога автомобиля, принадлежащего Ю. (т.2 л.д.178-200).

Свидетель П. показал, что у него ранее были дружеские отношение с Б.Т., а после прекращения отношений возникла конфликтная ситуация. Ю., родственник Б.Т., приходил к его (П. ) супруге, вёл себя аморально, высказывал угрозы. Об этом он (П. ) рассказал ФИО2, которому в дальнейшем при поездке по городу показал принадлежащий Ю. автомобиль. В последующем от ФИО2 узнал о совершенном им поджоге автомобиля Ю.

Все вышеперечисленные по преступлению в отношении Ю. доказательства были тщательно исследованы, проанализированы, проверены и оценены судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а собранные доказательства в совокупности – с точки зрения достаточности для постановления приговора.

Также в приговоре приведены иные доказательства, исследованные в судебном заседании.

При этом в приговоре полно и правильно изложено содержание всех исследованных по делу доказательств, приведены касающиеся проверки и оценки каждого доказательства выводы, которые судом надлежащим образом мотивированы, приведенные аргументы убедительны, сомнений в своей объективности и правильности у судебной коллегии не вызывают.

Суд в приговоре указал, почему одни показания потерпевшего и лиц, допрошенных в качестве свидетелей, признал достоверными и положил их в основу приговора, а другие отверг как недостоверные.

Оснований для оговора осуждённого потерпевшим и свидетелями стороны обвинения, а так же самооговора осуждённого судом не установлено.

Мотивом совершения ФИО2 поджога автомобиля Ю. являлись личные неприязненные отношения к потерпевшему, о чём суд подробно указал в приговоре. Оснований не согласиться с выводами суда в этой части у судебной коллегии не имеется.

Юридическая оценка действиям осужденного по ч.2 ст.167 УК РФ дана правильная.

Выводы суда, касающиеся квалификации действий ФИО2, убедительно мотивированы в приговоре, данная судом юридическая оценка его действиям основана на исследованных обстоятельствах дела.

Совершение умышленного уничтожения чужого имущества из хулиганских побуждений является квалифицирующим признаком ч.2 ст.167 УК РФ, который осуждённому не вменялся, поэтому суд рассмотрел дело в объёме предъявленного ФИО2 обвинения, с соблюдением норм уголовно-процессуального закона.

При назначении наказания суд учёл положения ст.ст.6,43,60 УК РФ, общественную опасность и тяжесть содеянного, личность виновного, обстоятельства, влияющие на назначение наказания, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, суд признал по каждому преступлению явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание вины, а по ч.2 ст.167 УК РФ - принесение извинений потерпевшему как иные действия, направленные на заглаживание вреда.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

При назначении наказания суд обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ч.3 ст.15, ст.ст. 53.1, 64 УК РФ, назначив осуждённому справедливое наказание с применением положений ст. 73 УК РФ.

Судебное разбирательство проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований УПК РФ и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а сторонам судом были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, которыми они реально воспользовались. Стороны не были ограничены в праве задавать вопросы допрашиваемым лицам и непосредственно исследовать доказательства.

В ходе судебного разбирательства обеспечено соблюдение принципа состязательности и равноправия сторон. Данных о заинтересованности судьи в исходе дела, а также о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято, а суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается, а утверждения потерпевшего и его представителя об ином голословны.

В судебном заседании всесторонне, полно и объективно исследовались показания самого осужденного, свидетелей, потерпевшего, в том числе по ходатайствам сторон оглашались показания названных лиц, данные ими в ходе предварительного следствия, выяснялись причины противоречий в этих показаниях и путем полного и объективного исследования доказательств по делу в их совокупности эти противоречия устранялись.

Утверждения автора апелляционной жалобы о непроведении следователем по делу следственных и процессуальных действий, указанных им в апелляционной жалобе, являются несостоятельными, так как направление и ход расследования по делу, принятие решений о производстве следственных и иных процессуальных действий, целесообразность и необходимость проведения следственных действий определяются непосредственно следователем в соответствии с положениями, предусмотренными ст. 38 УПК РФ.

Доводы потерпевшего о том, что наряду с ФИО2 к уголовной ответственности за совершённые преступления должен быть привлечён П. , а также о дополнительной квалификации их действий по ст. 137 УК РФ, оценке судебной коллегией не подлежат, так как согласно ч. 3 ст.15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, поэтому не наделён полномочиями по возбуждению уголовных дел и назначению проверок. В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

При рассмотрении дела положения ст. 252 УПК РФ судом соблюдены.

Кроме того, постановлением следователя <данные изъяты> ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела в отношении П. по сообщению о совершении им преступлений, предусмотренных ч.2 ст.167, ст.138.1, ч.ч.3,4,5 ст.33. ч.2 ст.167, ч.ч. 3,4,5 ст.33, ст.138.1 УК РФ, отказано на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В судебном заседании не установлено фактических обстоятельств, указывающих на наличие оснований для квалификации действий ФИО2 как более тяжких преступлений. Поэтому оснований для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ у суда первой инстанции не имелось, не находит таких оснований и судебная коллегия.

Суд дал оценку доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства в их совокупности, провёл анализ доказательств, и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией потерпевшего, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене приговора.

Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от значения их для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений. Решения суда по этим ходатайствам сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают. Несогласие с результатами рассмотрения ходатайств не может свидетельствовать о нарушениях прав участников процесса и необъективности суда.

Все имеющие значение обстоятельства, по которым потерпевший выражает несогласие с приговором, исследованы полно, всесторонне, объективно и получили надлежащую оценку при постановлении приговора.

По смыслу положений пункта 1 статьи 151 ГК РФ гражданский иск о компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинён потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.).

ФИО2 совершено преступление против собственности Ю., в связи с чем суд обоснованно гражданский иск потерпевшего о взыскании с осуждённого компенсации морального вреда оставил без удовлетворения.

Вместе с тем приговор подлежит изменению на основании п.3 ст.389.15, п.1 ч.1 ст.389.18 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона.

В соответствии с п.1 ч.2 ст. 75 УПК РФ к недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде.

Согласно ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ лицам, участвующим в производстве процессуальных действий при проверке сообщения о преступлении, разъясняются их права и обязанности, предусмотренные УПК РФ, в том числе пользоваться услугами адвоката.

Как следует из протокола явки с повинной ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.д.52), он дал пояснения по факту незаконного приобретения специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации. Между тем право пользоваться услугами адвоката при составлении данного протокола ему не разъяснялось, и в судебном заседании данную явку с повинной он не подтвердил.

Поэтому судебная коллегия считает необходимым исключить из числа доказательств, отражённых в описательно-мотивировочной части приговора, протокол явки с повинной ФИО2 (т.3 л.д.52), так как он является недопустимым доказательством.

В то же время исключение из описательно-мотивировочной части приговора ссылки на указанный протокол явки с повинной не влияет на выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, поскольку его виновность подтверждается совокупностью других приведенных в приговоре доказательств, исследованных в судебном заседании.

Оснований для исключения явок с повинной из числа смягчающих наказание осуждённому обстоятельств не имеется.

В остальной части приговор является законным и обоснованным, отмене или изменению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

п о с т а н о в и л а:

Приговор Соломбальского районного суда г. Архангельска от 15 октября 2020 года в отношении ФИО2 изменить.

Исключить из числа доказательств по преступлению, предусмотренному ст.138.1 УК РФ, протокол явки с повинной (т.3 л.д.52).

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу потерпевшего Ю. - без удовлетворения.

Председательствующий М.В.Хандусенко