Апелляционное постановление № 22-1448/2024 22-32/2025 от 11 февраля 2025 г.

Судья Телегина О.И. №22-32/2025 (22-1448/2024)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курск 12 февраля 2025 года

Курский областной суд в составе:

председательствующего судьи Павловской В.Н.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем Дацких З.И.,

с участием прокурора Потаповой М.П.,

осужденного ФИО2,

его защитника – адвоката Ишутина И.А.,

представителя гражданского ответчика <данные изъяты> - ФИО27

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (основную и дополнительную) осужденного ФИО2, апелляционную жалобу (основную и дополнительные) представителя гражданского ответчика <данные изъяты> – ФИО27 на приговор Промышленного районного суда г. Курска от 05 августа 2024 года, которым

ФИО2, <данные изъяты>,

осужден по ч.1 ст.199 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 200 000 рублей в доход государства.

В соответствии с п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности ФИО2 освобожден от отбывания назначенного наказания.

Исковые требования прокурора САО г.Курска удовлетворены, с <данные изъяты> взыскан в доход федерального бюджета причиненный преступлением ущерб в размере <данные изъяты> рубля.

Арест на имущество <данные изъяты>»: денежные средства, изъятые в офисе <данные изъяты> в размере <данные изъяты> руб., транспортное средство марки (модель) <данные изъяты>, <данные изъяты> года выпуска, регистрационный знак <данные изъяты>, рыночной стоимостью <данные изъяты> руб., а также дебиторскую задолженность <данные изъяты> в размере <данные изъяты>, постановлено сохранить до исполнения решения суда в части гражданского иска, после чего арест снять.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Изучив материалы дела, содержание приговора, существо апелляционных жалоб и дополнений к ним, имеющихся возражений, выслушав мнение осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Ишутина И.А., представителя гражданского ответчика <данные изъяты> - М,М.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, выступление прокурора Потаповой М.П., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором ФИО2 признан виновным и осужден за уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговые декларации и иные документы, представление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах является обязательным, заведомо ложных сведений, в крупном размере. Обстоятельства совершенного преступления подробно изложены в приговоре, из которого следует, что ФИО2, являясь директором <данные изъяты> достоверно зная о том, что возглавляемая им организация является плательщиком налога на добавленную стоимость, уклонился от уплаты данного налога путем включения в налоговые декларации и иные документы заведомо ложных сведений за периоды с 01.01.2017г. по 31.03.2017г., с 01.04.2017г. по 30.06.2017г., с 01.07.2017г. по 30.09.2017г., с 01.10.2017г. по 31.12.2017г., 01.01.2018г. по 31.03.2018г., с 01.04.2018г. по 30.06.2018г., с 01.07.2018г. по 30.09.2018г., с 01.10.2018г. по 31.12.2018г., 01.01.2019г. по 31.03.2019г., с 01.04.2019г. по 30.06.2019г., с 01.07.2019г. по 30.09.2019г., с 01.10.2019г. по 31.12.2019г. С целью придания законности финансово-хозяйственным операциям и применения неправомерного вычета сумм НДС при исчислении его к уплате в бюджет приискал подложную первичную финансово-хозяйственную документацию: счета-фактуры с выделенными суммами ДНС <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, ИП ФИО3 №3 отразил в книге покупок <данные изъяты> содержащиеся в этих счетах фактурах недостоверные сведения о сделках <данные изъяты> с указанными организациями, включил недостоверные сведения в налоговые декларации по НДС, подписал электронно-цифровой подписью и предоставил их в ИФНС по <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>.

Таким образом, в указанные периоды ФИО2 занизил, не исчислил и не уплатил налог на добавленную стоимость с организации в бюджетную систему РФ на общую сумму <данные изъяты> рубля, которая за период трех финансовых лет подряд превышает восемнадцать миллионов семьсот пятьдесят тысяч рублей, что в соответствии с примечанием к ст.199 УК РФ (в ред. ФЗ от 06.04.2024г. №79-ФЗ) образует крупный размер.

В судебном заседании осужденный ФИО2 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный ФИО2 считает приговор несоответствующим требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, постановленным с существенными нарушениями уголовно – процессуального закона, без учета разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016г. №55. Выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не подтверждены доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда. Суд не проверил собранные по делу доказательства, не выразил свое мнение о доказательствах, на основании которых пришел к выводу о его виновности, не привел мотивы, на основании которых одни доказательства признал достоверными, а другие отверг. Отмечает, что одни и те же доказательства, содержание которых в приговоре не раскрыто (выписки из книг покупок и книг продаж, платежные поручения, приемо-сдаточные документы, сведения, представленные кредитными (банковскими) учреждениями, налоговыми органами по месту учёта 8-ми хозяйствующих субъектов – контрагентов <данные изъяты>) признаны судом достоверными, при том, что именно на них он /Новиков/ ссылается, как подтверждение факта отсутствия события преступления и своей невиновности. Стороной обвинения не представлено доказательств непоступления денежных средств в бюджет РФ по результатам исполнения сделок. В ходе судебного следствия государственный обвинитель представлял письменные доказательства путем перечисления названия документов со ссылками на тома дела, не раскрывая содержание данных доказательств, не указывая, какое доказательственное значение, несет в себе документ, что свидетельствует о нарушении принципов гласности и непосредственности судебного разбирательства, состязательности сторон.

Обращает внимание на отсутствие в приговоре указания способа, времени и места совершения преступления, а также сведений о том, что имело место быть само событие преступления, что препятствует осуществлению им своего права на защиту от предъявленного обвинения и надлежащей юридической квалификации его действий, отмечая, что текст обвинительного приговора с 1 по 19 стр. аналогичен содержанию обвинительного заключения, постановлен без учета результатов судебного разбирательства. Считает, что рапорта ст. о/у <данные изъяты> от 19, 20 июля 2022 года, как и протокол обыска от 07 октября 2022 года не могут быть признаны доказательствами по делу, поскольку дата прекращения деятельности <данные изъяты> 23 сентября 2021 года, <данные изъяты> 15 августа 2019 года, <данные изъяты> 27 января 2022 года, <данные изъяты> 29 августа 2019 года, <данные изъяты> 14 марта 2019 года, в связи с чем служебные помещения данных Обществ не могли и не должны были находиться по рассматриваемым адресам по состоянию на дату составления рапортов и протокола обыска.

Отмечает, что им были заявлены ходатайства о направлении запросов в адрес третьих лиц, назначении и проведении дополнительной судебной экспертизы, о назначении и проведении новой судебной экспертизы (в части эпизодов, связанных с правовой и иной оценкой финансово – хозяйственной деятельности <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, ИП ФИО3 №3), о возращении уголовного дела прокурору, об исключении документов из числа доказательств (протоколов допросов свидетелей, заключений экспертов, протокола обыска, протоколов осмотра, рапорта от 18 августа 2022 года об обнаружении признаков преступления), о проведении судебного разбирательства в его отсутствие, но с участием его защитников, об изменении меры пресечения, о направлении запросов о предоставлении прокуратурой сведений о результатах рассмотрения его жалоб от 06 марта 2023 года и иные ходатайства. Однако в приговоре не приведены сведения о результатах рассмотрения ходатайств, как и в протоколе судебного заседания (включая протокол предварительного слушания) не указаны заявленные ходатайства и результаты их рассмотрения, отказано в удовлетворении ходатайств без приведения мотивов принятых решений, либо мотивировка принятого судом решения не соответствует разъяснениям Конституционного Суда, указанным в Определении от 28 февраля 2023г. №466-О, указаны сведения о рассмотрении ходатайств, однако отсутствуют процессуальные решения.

По мнению автора жалобы, основаниями, подтверждающими реальность сделок <данные изъяты> с участием 8-ми хозяйствующих субъектов-контрагентов - <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, ИП ФИО3 №3, является наличие у лиц, действующих от имени данных субъектов - контрагентов, электронно – цифровых подписей, наличие документально подтвержденных фактов открытия и ведения банковских расчетных счетов организациями – поставщиками и фактов проведения в отношении них, как владельцев этих счетов, банковского контроля со стороны кредитных учреждений, наличие фактов государственной регистрации и постановки на учет организаций, являющихся поставщиками товаров, и участия в нотариальных и регистрационных процедурах лиц, числящихся согласно ЕГРЮЛ, их руководителями, наличие конкретных действий лиц, являющихся согласно ЕГРЮЛ, руководителями организаций по управлению ими, декларирование со стороны организаций – контрагентов результатов выполнения сделок и факты включения сведений о движении товаров (работ, услуг) в собственные регистры налогового учета и бухгалтерской отчетности, наличие фактов последующей реализации организациями – контрагентами ранее поступивших им товаров или продуктов переработки в адрес иных третьих лиц, проведение в отношении организаций – контрагентов <данные изъяты> мероприятий по проверке их правоспособности и наличия у лиц, действующих от их имени, соответствующих полномочий.

Считает, что судом необоснованно отказано в ознакомлении с протоколом судебного заседания по частям до вынесения судом приговора, который изготовлен раньше по времени, чем протокол судебного заседания. Отмечает, что копия приговора вручена сторонам 15 августа 2024 года, протокол судебного заседания вручен только 09 октября 2024 года, ходатайство об ознакомлении с материалами дела, направленное в суд 18 октября 2024 года, удовлетворено судом лишь 05 декабря 2024 года, а о рассмотрении судом замечаний на протокол судебного заседания ему и представителю ответчика стало известно 09 и 11 декабря 2024 года в ходе ознакомления с материалами дела.

Просит приговор суда отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительных) представитель гражданского ответчика <данные изъяты> - ФИО27 излагает доводы, аналогичные приведенным в жалобе и дополнении к ней осужденного ФИО2 Кроме того, указывает, что доводы <данные изъяты>, содержащиеся в отзыве на исковое заявление прокуратуры, а также в дополнениях к нему, судом во внимание не приняты и в приговоре не указаны.

Приводит содержание хозяйственных операций с участием <данные изъяты>, ИП ФИО3 №3, информацию о количестве платежей, полученных от <данные изъяты>, 8-ю хозяйствующими субъектами – контрагентами и о количестве произведенных ими отгрузок товарных ценностей для <данные изъяты>, о периоде «деловой активности» хозяйствующих субъектов – контрагентов <данные изъяты>, о получении от <данные изъяты> платежей, лицами, числящимися в ЕГРЮЛ, руководителями указанных хозяйствующих субъектов – контрагентов, о количестве отгрузок в <данные изъяты> товарных ценностей, о банковских счетах 8-ми хозяйствующих субъектов – контрагентов, о процессах декларирования собственных налоговых обязательств хозяйствующими субъектами по результатам исполнения ими сделки, совершенной совместно с <данные изъяты>, сведения, полученные в ходе проведения выездной налоговой проверки в отношении собственных контрагентов хозяйствующих субъектов <данные изъяты>.

Кроме того, приводит общие сведения об <данные изъяты>, ИП ФИО3 №3, как о юридическом лице и о налогоплательщике, изложенные в акте выездной налоговой проверки, указывает документы, подтверждающие правоспособность хозяйствующих субъектов – контрагентов <данные изъяты>, а также содержание бухгалтерских справок о финансово – хозяйственных взаимоотношениях <данные изъяты> с 8-ю хозяйствующими субъектами – контрагентами и о дальнейшей реализации поступившего в <данные изъяты> товара, сведения о хозяйственной деятельности субъектов – контрагентов <данные изъяты>.

Отмечает, что в ходе ознакомления с материалами дела было установлено отсутствие в нем ходатайств ФИО2, поданных в суд, начиная с 31 мая 2023 года, и судебных решений об их рассмотрении, расхождение материалов в деле по состоянию на разные даты и периоды времени, указывая, что по состоянию на 05 декабря 2024 года судебное дело не было сформировано в полном объеме.

Просит отменить приговор суда в части удовлетворения искового заявления прокуратуры о взыскании с <данные изъяты> в доход федерального бюджета суммы в размере <данные изъяты> руб., как ущерба, причиненного преступлением, отказать в удовлетворении исковых требований прокуратуры.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО2, представителя гражданского ответчика <данные изъяты> - ФИО27 помощник прокурора САО г. Курска Гончарова О.В. считает приговор суда законным, обоснованным и справедливым, который просит оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционных жалобах и дополнениях к ним, имеющихся возражениях, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам жалоб выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.199 УК РФ, при обстоятельствах, установленных судом и отраженных в приговоре, основаны на согласующихся и взаимно дополняющих друг друга допустимых и достоверных доказательствах, исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре, в частности

показаниях свидетеля ФИО3 №1, согласно которым ИФНС по <адрес> проведена выездная налоговая проверка в отношении <данные изъяты> по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01 января 2017 по 31 декабря 2019 гг. При проведении проверки было установлено уклонение <данные изъяты>» от уплаты налогов путем неправомерного принятия НДС к вычету по операциям приобретения металлорежущего и слесарно-монтажного инструмента у контрагентов <данные изъяты> которые фактически не осуществляли поставку товаров. <данные изъяты> в проверяемом периоде осуществляло приобретение продукции у реальных поставщиков напрямую, при этом реализация продукции от проблемных контрагентов производилась со значительной торговой наценкой, а движение денежных средств происходило через расчетные счета указанных контрагентов, в связи с чем формировалась налоговая экономия в виде суммового выражения наценки на товар в размере от 30% до 220%.

показаниях свидетеля ФИО3 №2, согласно которым в ходе выездной налоговой проверки и дополнительных мероприятиях налогового контроля установлено, что <данные изъяты> в целях уменьшения налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в бюджет, преднамеренно использовались документы, составленные от имени организаций, не осуществляющих финансово-хозяйственную деятельность, при том что денежные средства за поставленную продукцию в адрес проблемных контрагентов фактически были выведены путем обналичивания средств с расчетных счетов проблемных контрагентов в значительном размере, путем вывода денежных средств в виде заключения договоров беспроцентных займов в адрес взаимозависимых и аффилированных по отношению к нему организаций и физических лиц;

показаниях свидетелей ФИО8, ФИО3 №13, ФИО3 №6 ФИО3 №8, ФИО3 №5, ФИО3 №15, согласно которым функции директоров <данные изъяты> (ФИО3 №10), <данные изъяты> (ФИО3 №13), <данные изъяты> (ФИО3 №8, ФИО3 №5), <данные изъяты> (ФИО3 №15) они никогда не выполняли, о том, что являлись директорами данных организаций не знали, кто осуществлял регистрации обществ на их имя, им не известно, директор <данные изъяты> ФИО2 им не знаком;

показаниях свидетелей ФИО3 №6, ФИО3 №17, ФИО3 №4, ФИО3 №3 о том, что по просьбе знакомых за денежное вознаграждение они зарегистрировали на свое имя ФИО3 №6 – <данные изъяты>, ФИО3 №17 – <данные изъяты>, ФИО3 №4 – <данные изъяты>, ИП ФИО3 №3, однако фактически к деятельности данных организаций никакого отношения не имеют, распорядительных функций не выполняли, документов по финансово-хозяйственным отношениям с <данные изъяты> никогда не подписывали;

показаниях свидетеля ФИО3 №16, согласно которым в 2017 году он по своей инициативе образовал <данные изъяты>, никого из директоров не назначал, вид деятельности общества был ремонт компьютерной техники и комплектующих. <данные изъяты> ему не известно, ФИО1 ему не знаком;

показаниях свидетелей ФИО3 №25, ФИО3 №24, являвшихся бухгалтерами <данные изъяты>, о том, что проверкой налоговой отчетности занимался директор ФИО2 и после утверждения электронно-цифровой подписью налоговые декларации отправлялись по ТКС в ИФНС России по <адрес>. Им известно, что согласно документам <данные изъяты>, ИП ФИО3 №3, <данные изъяты> осуществляли финансово-хозяйственную деятельность с <данные изъяты>. Им знаком только директор <данные изъяты> ФИО3 №22, остальных директоров они не знали;

показаниях свидетеля ФИО3 №19, являвшейся главным бухгалтером <данные изъяты>, согласно которым директор ФИО3 №22 предоставлял ей список с номерами счет-фактур, которые давал указание включить в книги покупок и продаж, однако никаких финансово-хозяйственных отношений между <данные изъяты> и <данные изъяты> не осуществлялось;

показаниях свидетелей ФИО3 №11, ФИО9, ФИО3 №9, ФИО3 №18, ФИО3 №20 о фактическом отсутствии <данные изъяты> по указанным в ЕГРЮЛ адресам;

письменных материалах, содержащих сведения о регистрации <данные изъяты> ИП ФИО3 №3, <данные изъяты> их учредителях; сведения <данные изъяты>, согласно которым <данные изъяты> не доставляло грузы получателю <данные изъяты> от отправителей <данные изъяты>;

акте налоговой проверки №21-27/13 от 11.08.2021, согласно которой в ходе проведения выездной налоговой проверки установлено умышленное искажение <данные изъяты> в период с 01.01.2017 по 31.12.2019 фактов финансово-хозяйственной жизни;

заключениях судебных экспертиз, установивших, что сумма не исчисленного и подлежащего уплате НДС в бюджетную систему РФ <данные изъяты> за период с 01.01.2017 по 31.12.2019 при условии исключения из состава исчисленного налога и в состав налоговых вычетов сумм НДС с реализованных и приобретенных товаров по операциям с контрагентами составила <данные изъяты> рубля;

налоговых декларациях <данные изъяты> и книгах покупок о недостоверных сведениях о приобретении и реализации товаров между <данные изъяты> и контрагентами; протоколах следственных действий и других доказательствах по делу, которыми подтверждены обстоятельства, указанные в описательно-мотивировочной части приговора.

Суд правомерно использовал в качестве доказательств по делу заключения проведенных по делу экспертиз, проверив их на предмет допустимости, достоверности и относимости; учитывал при этом полноту проведенных исследований и заключений экспертов, логичность и непротиворечивость проведенных исследований и сделанных выводов, взаимосвязь с другими доказательствами по делу; руководствовался при этом также положениями ч. 2 ст. 17 УПК РФ, согласно которой никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. При этом суд нашел заключения экспертов обоснованными и достоверными, поскольку исследования проведены компетентными лицами в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а выводы экспертов мотивированны, научно аргументированы, подтверждаются совокупностью иных доказательств. Заключения экспертов отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе заверенные подписями экспертов записи, удостоверяющие то, что им разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Представленные на исследование материалы дела были достаточны для ответов на поставленные перед экспертами вопросы. Суд оценивал результаты экспертных исследований во взаимосвязи с другими фактическими данными, что в совокупности позволило правильно установить виновность ФИО2 в совершении инкриминированного ему преступления.

Вопреки доводам апелляционных жалоб предусмотренных ст.207 УПК РФ оснований для назначения дополнительных или повторных экспертиз у суда первой инстанции не имелось.

Доказательства, положенные в основу выводов суда о виновности ФИО2, собраны с соблюдением требований ст. 86 УПК РФ и сомнений в достоверности не вызывают.

Показания свидетелей являются последовательными, логичными, согласуются с исследованными по делу доказательствами и противоречий, влияющих на правильность установления фактических обстоятельств дела, не содержат. Оснований не доверять этим показаниям у суда не имелось. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора ФИО2 не выявлено.

Все доводы и версии, выдвигавшиеся стороной защиты о невиновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления, об отсутствии в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 УК РФ, реальном характере финансово-хозяйственных отношений с контрагентами, фигурирующими в предъявленном ему обвинении, аналогичные указанным в апелляционных жалобах, являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции, подробно проанализированы в приговоре и мотивированно отвергнуты, как основанные на неверном толковании требований закона и не соответствующие совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, согласующих между собой.

К показаниям ФИО2, отрицавшего свою вину, а также свидетеля ФИО3 №22 об осуществлении реальной финансово-хозяйственной деятельности с <данные изъяты> суд обоснованно отнесся критически, поскольку они не соответствуют установленной судом объективной картине произошедших событий. Критическое отношение суда к такой позиции осужденного является верным, его показания признаны неубедительными с приведением в приговоре подробных доказательств, с изложением мотивов принятого решения, не согласиться с которыми оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судом на основе исследованных доказательств достоверно установлено, что <данные изъяты> не могли поставлять товар в силу отсутствия у них необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности и использовались для создания <данные изъяты> схемы незаконного предъявления к вычету НДС посредством формирования фиктивного документооборота.

Неустранимых существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, которые требовали бы их истолкования в пользу осужденного, не имеется.

Анализ, положенных в основу приговора доказательств, а равно их оценка, подробно изложены судом в приговоре, при этом суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими, поэтому доводы стороны защиты о том, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Данных о том, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, не установлено.

Изложенные в жалобе доводы фактически сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

Предусмотренный ст.171 УПК РФ порядок привлечения ФИО2 в качестве обвиняемого соблюден. Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, в нем приведено существо предъявленного ФИО2 обвинения, место и время совершения инкриминированного деяния, способ, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору, в том числе для прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ, о чем ходатайствовала сторона защиты, не имелось.

Вопреки доводам стороны защиты, в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации №33-П от 18.07.2022г. на момент принятия следователем решения, наряду с указанием о возможности несмотря на возражения обвиняемого по истечении срока прекратить по нереабилитирующему основанию уголовное дело в течение двух месяцев, содержалась лишь рекомендация законодателю о необходимости введения в действующее правовое регулирование изменений, вытекающих из настоящего Постановления, с учетом требований Конституции РФ и правовых позиций Конституционного Суда РФ, тогда как сама правовая норма (ч.2.2 ст.27 УПК РФ), при направлении уголовного дела в суд отсутствовала.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. При этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, процессуальных прав осужденного во время рассмотрения дела, либо обвинительного уклона допущено не было.

Все ходатайства, заявленные сторонами, судом разрешены в ходе судебного разбирательства в соответствии с требованиями закона, по ним приняты мотивированные решения. Нарушений принципа состязательности сторон, неполноте судебного следствия, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. 259 УПК РФ, замечания на него рассмотрены председательствующим судьей в соответствии с положениями ст.260 УПК РФ.

Вопреки доводам жалоб изготовление и подписание протокола судебного заседания происходит после вынесения приговора, поскольку в протокол вносятся данные об оглашении приговора и разъяснении порядка его обжалования.

Тот факт, что протокол судебного заседания не был предоставлен ФИО2 по частям до вынесения приговора и был изготовлен по истечении времени, установленного ст.159 УПК РФ, не является нарушением его прав. Осужденный лично участвовал в судебных заседаниях, имел возможность делать записи и следить за ходом судебного заседания, при этом закон не возлагает на суд обязанности предоставить копию протокола судебного заседания и аудиопротокола до окончания судебного разбирательства.

Доводы жалоб о том, что материалы уголовного дела были предоставлены стороне защиты для ознакомления в не прошитом и не пронумерованном виде, опровергаются расписками представителя гражданского ответчика ФИО27 и защитника Ишутина И.А. об ознакомлении с материалами дела, которые подписаны ими без замечаний.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, в том числе периоды неуплаты налогов, суд пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО2, являясь фактическим руководителем <данные изъяты>, состоящего на налоговом учете, с целью уклонения от уплаты налогов с организации, для придания законности финансово-хозяйственным операциям и применения неправомерного вычета сумм НДС при исчислении его к уплате в бюджет, самостоятельно приискал подложную первичную финансово-хозяйственную документацию, в том числе счета-фактуры с выделенными суммами НДС, и отразил в книгах покупок за 1, 2, 3, 4 кварталы 2017 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2018 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2019 года и книге продаж за 3 квартал 2017 года недостоверные сведения о сделках с <данные изъяты>, ИП ФИО3 №3, которые включил в составленные им налоговые декларации по НДС за указанные кварталы, подписал их с использованием электронно-цифровой подписи, чем подтверждал достоверность указанных в декларации сведений и посредством телекоммуникационных каналов связи направлял их в налоговый орган. При указанных обстоятельствах ФИО2 в обозначенные периоды занизил, не исчислил и не уплатил налог на добавленную стоимость, тем самым умышленно уклонился от уплаты НДС, подлежащего уплате организацией на общую сумму <данные изъяты> рубля.

Действия ФИО2 правильно квалифицированы судом по ч.1 ст.199 УК РФ как уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговые декларации и иные документы, представление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах является обязательным, заведомо ложных сведений, в крупном размере.

Сумма налогов, от уплаты которой осужденный уклонился, установлена на основании совокупности собранных и изложенных в приговоре доказательств, при этом крупный размер ущерба, причиненного бюджету РФ, правильно определен в соответствии с примечанием 1 к ст.199 УК РФ в редакции Федерального закона от 06 апреля 2024 года № 79-ФЗ.

Оснований для иной правовой оценки действий ФИО2 суд апелляционной инстанции не усматривает.

Наказание ФИО2 назначено в соответствии со ст.ст.6, 43 и 60 УК РФ, исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, смягчающего наказание обстоятельства в виде наличия малолетнего ребенка у виновного, привлечения к уголовной ответственности впервые, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Мотивируя вид и размер наказания, суд пришел к обоснованному выводу о возможности достижения целей наказания при назначении ФИО2 наказания в виде штрафа и не нашел оснований для применения ст.64 УК РФ.

В связи с истечением срока давности уголовного преследования за преступление, предусмотренное ч.1 ст.199 УК РФ, осужденный от назначенного наказания освобожден.

Вопросы, касающиеся рассмотрения гражданского иска, сохранения ареста на имущество, судьба вещественных доказательств разрешены правильно.

Разрешая гражданский иск прокурора в интересах Российской Федерации и принимая решение о взыскании с <данные изъяты>» материального ущерба, причиненного преступлением, суд установил факт умышленного неисполнения ответчиком <данные изъяты> в лице директора ФИО2 возложенной на него законом обязанности по перечислению налогов, наличия причинно-следственной связи между действиями последнего и наступившими последствиями в виде материального ущерба бюджету Российской Федерации в размере <данные изъяты> рубля, правильно взыскав указанную сумму с <данные изъяты>, как действующей организации.

Вместе с тем, суд считает, что приговор подлежит изменению в связи с необходимостью уточнения во вводной части даты рождения осужденного ФИО2, которое суд ошибочно указал «<данные изъяты> год рождения», в то время правильным следует считать «<данные изъяты> год рождения», что подтверждается наличием в материалах дела копии паспорта на имя ФИО2

Каких-либо существенных нарушений норм УПК РФ, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного решения, по делу допущено не было, в связи с чем оснований для отмены или изменения приговора не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Промышленного районного суда г. Курска от 05 августа 2024 года в отношении ФИО2 изменить:

уточнить вводную часть приговора, указав год рождения осужденного ФИО2 «<данные изъяты> г.» вместо «<данные изъяты> г.».

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и представителя гражданского ответчика - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения.

Разъяснить осужденному его право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.Н.Павловская