Апелляционное определение № 22-786/2026 от 27 апреля 2026 г.

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


28 апреля 2026 года г. Симферополь

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Михальковой Е.А.,

судей Школьной Н.И., Караваева К.Н.,

при секретаре Зиннатовой Ф.С.,

с участием государственного обвинителя Супряга А.И.,

потерпевшего Куца К.Ю.,

осужденного ФИО3 и его защитников – адвокатов Одинкина А.Н. и Фомича С.В.,

осужденного ФИО5 и его защитника – адвоката Подставнева А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – старшего помощника прокурора г.Феодосии ФИО12 и апелляционной жалобе представителя потерпевшего Куца К.Ю. – адвоката ФИО11 на приговор Феодосийского городского суда Республики Крым от 26 июня 2025 года, которым

ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года в с.Новогригорьевка Нижнегорского района Крымской области УССР, гражданин РФ, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, ул.<адрес>, несудимый,

осужден по п.п.«а»,«в»,«г» ч.2 ст.163 УК РФ к лишению свободы на срок 4 года со штрафом в размере 250 000 рублей.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 4 года с установлением следующих обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться для регистрации в указанный орган 2 раза в месяц в установленные им дни.

Мера пресечения ФИО3 в виде запрета определенных действий до вступления приговора в законную силу изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

ФИО6, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года в г.Феодосии Крымской области, гражданин РФ, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, несудимый,

осужден по п.п.«а»,«в»,«г» ч.2 ст.163 УК РФ к лишению свободы на срок 4 года со штрафом в размере 250 000 рублей.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 4 года с установлением следующих обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться для регистрации в указанный орган 2 раза в месяц в установленные им дни.

Мера пресечения ФИО6 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена прежней.

Разрешен вопрос относительно вещественных доказательств по делу.

Заслушав выступления участников судебного разбирательства, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 и ФИО6 признаны виновными и осуждены за вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, права на имущество, совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия, уничтожения и повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего, совершенное группой лиц по предварительному сговору с применением насилия, в крупном размере.

Преступление совершено осужденными в период с 8 июня 2022 года по 13 июня 2023 года в г.Феодосии Республики Крым при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – старший помощник прокурора г.Феодосии ФИО12, ссылаясь на неправильное применение уголовного закона и несправедливость приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания, просит приговор изменить, действия осужденных переквалифицировать с п.п.«а»,«в»,«г» ч.2 ст.163 УК РФ на п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ, назначить ФИО3 и ФИО6 наказание каждому в виде лишения свободы на срок 7 лет 6 месяцев со штрафом в размере 500 000 рублей с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

В обоснование своих доводов указывает, что суд первой инстанции переквалифицировал действия осужденных с п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ на п.п.«а»,«в»,«г» ч.2 ст.163 УК РФ, поскольку такой квалифицирующий признак вымогательства, как его совершение в целях получения имущества в особо крупном размере, не нашел своего подтверждения. Однако данный вывод суда не основан на законе. В частности, согласно п.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2015 года №56 «О судебной практике по делам о вымогательстве (ст.163 УК РФ)» вымогательство является оконченным преступлением с момента, когда предъявленное требование, соединенное с указанной в ч.1 ст.163 УК РФ угрозой, доведено до сведения потерпевшего. Невыполнение потерпевшим этого требования не влияет на юридическую оценку содеянного как оконченного преступления.

Как утверждает государственный обвинитель, факт высказывания осужденными в адрес потерпевших требований передачи им денежных средств в особо крупном размере, сопряженных с применением насилия, установлен судом из совокупности представленных доказательств, в том числе аудиозаписей их телефонных переговоров. Самостоятельное уменьшение осужденными своих требований не свидетельствует об их добровольном отказе от преступления.

Помимо этого государственный обвинитель считает, что вопреки требованиям ст.6 УК РФ, при назначении осужденным наказания с применением положений ст.73 УК РФ судом не в полной мере учтена общественная опасность преступления, способ его совершения и отношение осужденных к содеянному. Обращает внимание, что осужденные вину не признали, не раскаялись, меры по заглаживанию вреда не приняли, извинения потерпевшим не принесли, несмотря на то, что требования к потерпевшим о передаче им денежных средств носили длительный характер, более одного года и сопровождались неоднократными угрозами жизни и здоровью, применением насилия. Данные угрозы носили агрессивный характер, сопровождались нецензурной бранью, унижающей честь и достоинство потерпевшего.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего Куца К.Ю. – адвокат ФИО11, также ссылаясь на неправильное применение уголовного закона и несправедливость приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания, просит приговор изменить, квалифицировать действия ФИО3 и ФИО5 по п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ и назначить каждому из них максимальное наказание в виде лишения свободы в пределах санкции данной статьи без применения положений ст.73 УК РФ.

Указывает, что на основании представленных стороной обвинения доказательств достоверно установлено, что первоначально выдвинутые требования ФИО3 и ФИО5 превышали сумму в 1 000 000 рублей. Таким образом, с учетом положений п.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2015 года №56 «О судебной практике по делам о вымогательстве (ст.163 УК РФ)», их действия суду надлежало квалифицировать по п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ. Вывод суда о том, что осужденные добровольно отказались от преступления, является необоснованным, не соответствует правовой позиции Конституционного Суда РФ в виду того, что преступные действия осужденных были пресечены сотрудниками правоохранительных органов. Осужденные самостоятельно и добровольно не пытались отказаться от совершения преступления, напротив, уже 14 июня 2022 года совершили оконченное преступление, предусмотренное п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ.

Также, по мнению представителя потерпевшего, являются не мотивированными выводы суда в части применения к осужденным условного осуждения. Считает, что суд формально отразил данные о личности виновных, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, при этом не указал суждений о том, каким образом эти обстоятельства повлияли при выборе наказания в виде условного осуждения, при отсутствии признания вины, раскаяния в содеянном, а также каких-либо мер по возмещению вреда, причиненного преступлением. Отмечает, что в результате длительных преступных действий осужденных была дестабилизирована и нарушена нормальная и спокойная жизнедеятельность потерпевших, к ним применено насилие, что не было учтено судом при назначении наказания.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционную жалобу представителя потерпевшего Куца К.Ю. защитник осужденного ФИО3 – адвокат Одинкин А.Н. просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционное представление и апелляционную жалобу без удовлетворения. При этом указывает, что в ходе судебного следствия обстоятельства вымогательства в особо крупном размере не нашли подтверждения, в связи с чем, суд правильно квалифицировал действия осужденных по п.п.«а»,«в»,«г» ч.2 ст.163 УК РФ. В судебном заседании ФИО3 фактически признал себя виновным частично, не отрицал изложенные в обвинении обстоятельства, однако был не согласен с квалификацией инкриминируемого ему преступления, поскольку ФИО6 и ФИО14 действовали на основании выданной ФИО19 доверенности, а он, в свою очередь, также пытался урегулировать возникшие между потерпевшими и ФИО19 гражданско-правовые отношения, что потерпевшие восприняли как вымогательство. При разрешении вопроса о наказании ФИО3, суд верно исходил из необходимости исполнения требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, при этом обоснованно учел исключительно положительные данные о личности ФИО3, его активную общественную и благотворительную деятельность. Обращает внимание, что за весь период проведения СВО ФИО3 оказал материальную помощь воинским подразделениям и участникам СВО на сумму свыше 10 000 000 руб., за что неоднократно отмечен грамотами и благодарностями.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционную жалобу представителя потерпевшего Куца К.Ю. защитник осужденного ФИО5 – адвокат Подставнев А.В. просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционное представление и апелляционную жалобу без удовлетворения. Указывает, что по настоящему делу осужденные самостоятельно уменьшили свои требования, выдвинутые потерпевшим, до 1 000 000 рублей и потерпевшие обратились в следственные органы с заявлением о вымогательстве именно этой суммы. Таким образом, суд верно пришел к выводу, что требования осужденных были направлены на получение путем вымогательства 1 000 000 рублей, расценил их действия как добровольный отказ от преступления в части и квалифицировал их по п.п.«а»,«в»,«г» ч.2 ст.163 УК РФ. Также считает, что суд первой инстанции достаточно мотивировал свое решение о применении положений ст.73 УК РФ, ссылаясь на положительные данные о личности ФИО5, его активную общественную деятельность.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, а также возражений на них, судебная коллегия приходит к следующему.

Вывод суда о виновности ФИО3 и ФИО5 в совершении преступления при обстоятельствах, установленных судом и приведенных в приговоре, который в апелляционном порядке не оспаривается, является обоснованным и подтверждается совокупностью исследованных судом и приведенных в приговоре доказательств.

Так, в судебном заседании в суде первой инстанции осужденный ФИО3 свою вину признал частично, показал, что в июле 2022 года он, как авторитетный бизнесмен, согласился выступить гарантом договоренностей в финансовом конфликте между потерпевшими Куц К.Ю. и Потерпевший №1 с их бывшим компаньоном ФИО19, который хотел получить половину стоимости приобретенной ими камеры акустической заморозки в связи со своим выходом из совместного бизнеса. В ходе дальнейших обсуждений стороны сошлись на том, что Куц К.Ю. выплатит ФИО19 1 500 000 рублей, а еще через некоторое время они окончательно установили сумму долга в размере 1 000 000 рублей, которую Куц К.Ю. обязался выплатить в течение 3 месяцев. В дальнейшем Куц К.Ю. заявил, что ничего ФИО19 выплачивать не будет и отказался от своих обещаний. Его возмутило такое поведение Куца К.Ю., и он стал настойчиво требовать от него выполнить взятые на себя обязательства по выплате оговоренных денежных средств, в том числе используя нецензурную брань и оскорбления. Лично ФИО7 он не угрожал, передать имущество в свою пользу не требовал. Принесенные ему ФИО7 13 июня 2023 года денежные средства являются частью от суммы в 1 000 000 рублей, которые он должен был передать ФИО19 Полагал, что такие его действия должны квалифицироваться по ч.2 ст.330 УК РФ.

Осужденный ФИО6 в судебном заседании суда первой инстанции свою вину в совершенном преступлении также признал частично, показал, что летом 2022 года по предложению своего знакомого ФИО14 он согласился принять участие в разрешении имущественного конфликта между ФИО19 и ФИО7, связанного с разделом совместного бизнеса по эксплуатации камеры акустической заморозки. Он взял на себя активную роль в переговорах с ФИО7, поскольку имеет высшее образование и опыт работы в органах муниципальной власти. В ходе первой встречи они дали потерпевшему понять, что ему в любом случае придется рассчитываться с ФИО19 При этом разговор проходил на повышенных тонах, и для убедительности требований ФИО7 было заявлено, что камера акустической заморозки уже принадлежит им. Спустя некоторое время они выдвинули потерпевшему требование: либо Куц К.Ю. возвращает половину стоимости камеры акустической заморозки, либо они от имени ФИО19 заходят в данный бизнес в качестве партнеров. В дальнейшем он лично звонил ФИО7 с целью выяснить его решение по выдвинутым требованиям. В ходе последующей встречи с ФИО7 и Потерпевший №1, требуя возврата долга, он мог высказать в адрес потерпевших угрозу уничтожения имущества, а именно слова о том, что он «порежет камеру». Данные высказывания являлись его эмоциональной реакцией на провокационное поведение потерпевших, отрицавших наличие долга. В ноябре 2022 года на территории СТО в ходе выяснения отношений он нанес удар Потерпевший №1, но только после того, как тот ударил его. Также ему было достоверно известно о подключении к данному вопросу ФИО3 и о том, что в ходе встреч с последним Куц К.Ю. признал сумму долга за долю в бизнесе в размере 1 500 000 рублей, о чем Потерпевший №1 написал расписку. Сумма долга впоследствии была уменьшена до 1 000 000 рублей. Узнав от ФИО3, что Куц К.Ю. перестал выходить на связь и уклоняется от исполнения обязательств по выплате указанной суммы, он отыскал Куца К.Ю. и привез его к ФИО3, где на эмоциях высказал потерпевшему возмущение его поведением и потребовал ответить за свои поступки и выполнить обещания по выплате долга. Также как и ФИО3, ФИО6 полагал, что его действия подлежат квалификации по ч.2 ст.330 УК РФ.

Такие показания осужденных относительно правомерности выдвинутых ими требований суд первой инстанции обоснованно признал несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, подробно изложенных в приговоре, которые согласуются между собой и не противоречат объективной истине по делу.

Так, обстоятельства совершенного преступления установлены из показаний потерпевшего Куца К.Ю., который в судебном заседании утверждал, что никаких долговых обязательств перед ФИО19 он не имел, камеру акустической заморозки стоимостью 4 500 000 рублей для ведения бизнеса приобрел в 2020 году исключительно за счет собственных и заемных средств, стать своим партнером предложил Потерпевший №1 После выявления факта недобросовестных действий со стороны ФИО19, в апреле 2021 года, их сотрудничество было прекращено путем взаимозачета в счет имевшегося у ФИО19 личного долга перед ним в размере более 1 000 000 рублей. Однако в мае-июне 2022 года с ним связался ранее ему незнакомый ФИО6, который, действуя якобы в интересах ФИО19, стал требовать от него передачи доли в размере 50% в бизнесе либо выплаты половины стоимости морозильной камеры. Данные требования ФИО6 сопровождал угрозами демонтажа, вывоза, а впоследствии физического уничтожения имущества, угрожал «порезать» камеру, что воспрепятствует работе их цеха. Вскоре к процессу вымогательства подключился ФИО3, в офисе которого с лета 2022 года стали проходить регулярные встречи. Несмотря на то, что он категорически отрицал наличие долга, осужденные продолжали оказывать на него давление. Давление носило систематический характер и постоянно возрастало. 21 июля 2022 года ФИО6, приехав в цех и отключив камеры видеонаблюдения, угрожал ему применением физического насилия и вывозом оборудования. 20 августа 2022 года в ходе встречи в офисе ФИО3, в ответ на отказ признавать долг, последний вел себя агрессивно, кричал и высказывал ему угрозы физической расправы, изнасилования и совершения иных действий, унижающих честь и достоинство. Данные угрозы он воспринимал реально. 12 ноября 2022 года в ходе конфликта на территории СТО ФИО6 нанес ему удар кулаком по лицу, а также избил его партнера Потерпевший №1 При этом ФИО6 прямо заявил, что данные действия связаны с тем, что он не закрыл вопрос с ФИО3 и не отдал ему деньги. Избиение сопровождалось угрозами изнасилования с использованием посторонних предметов и последующим распространением позорящих фотографий. Сумма незаконных требований варьировалась от 3 500 000 рублей до 1 500 000 рублей, после чего была окончательно зафиксирована осужденными в размере 1 000 000 рублей, которые он должен был передать ФИО3 13 марта 2023 года в своем офисе ФИО3, разозлившись на его отказ платить, вновь стал угрожать ему изнасилованием, после чего применил физическое насилие – ударил его кулаком в грудь и схватил за ухо, потребовав передать 1 000 000 рублей или эквивалент рыбной продукцией. 26 мая 2023 года ФИО3 при очередной встрече в офисе, требуя написать расписку на 1 000 000 рублей, нанес ему удар ладонью по лицу. Опасаясь за свои жизнь и здоровье, он был вынужден подчиниться требованиям и под видеозапись, сделанную ФИО3, пообещал отдать деньги до 5 июня 2023 года. Не выдержав систематического давления, угроз и физического насилия со стороны осужденных, 7 июня 2023 года он обратился с заявлением в УФСБ России по Республике Крым и г.Севастополю. 13 июня 2023 года, действуя в рамках оперативно-розыскных мероприятий, он прибыл в офис ФИО3, где передал ему часть требуемой суммы в размере 150 000 рублей, после чего противоправная деятельность осужденных была пресечена сотрудниками правоохранительных органов.

Также вывод суда о виновности осужденных в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах подтверждается показаниями потерпевшего Потерпевший №1 в судебном заседании, согласно которым примерно в 2020 году Куц К.Ю. предложил ему вести совместный бизнес по заморозке рыбной продукции, на что он согласился. Ему было достоверно известно, что камера акустической заморозки приобреталась за 4 500 000 рублей исключительно на средства Куца К.Ю., а все финансовые разногласия с ФИО19 были урегулированы еще в 2021 году путем прощения последнему долга в 1 300 000 рублей. Несмотря на это, примерно в феврале 2022 года, в их цех приехали ФИО2 и ФИО14, которые заявили, что камера принадлежит им в счет долга ФИО19, сообщили, что действуют по поручению некого «ФИО4». В дальнейшем они стали регулярно приходить в цех, блокировать въезд, препятствовать работе, а также угрожать уничтожением оборудования, физической расправой и изнасилованием. В один из таких визитов ФИО6 и ФИО14 вынудили Потерпевший №1 написать расписку о том, что он обязуется закрыть вопрос с долгом за Куца К.Ю. В ходе первой встречи в офисе ФИО3, проходившей с участием ФИО5 и ФИО14, осужденные выдвинули конкретное требование о передаче ФИО3 2 500 000 рублей либо половины доходов от бизнеса. При этом ФИО3 проигнорировал их доводы об отсутствии долга, дал на поиск денег ровно один месяц и стал угрожать, что в противном случае они не смогут вести бизнес, а принадлежащую им камеру разрежут или вывезут. На протяжении последующего года они приходили в офис к ФИО3 около пяти раз. В процессе этих визитов осужденные снизили сумму незаконных требований с 2 500 000 рублей до 1 000 000 рублей, требовали отдать долг рыбной продукцией. При этом ФИО3 постоянно угрожал им физическим насилием и изнасилованием, заявляя, что снимет процесс сексуального насилия на видео и распространит в сети Интернет, а также неоднократно применял к ФИО7 физическое насилие, нанося ему удары. 12 ноября 2022 года в ходе конфликта ФИО6 нанес ему удар головой в область переносицы, от чего у него пошла кровь, а затем нанес удары по голове ФИО7 Данное избиение сопровождалось прямыми требованиями ФИО5 вернуть долг ФИО3 и угрозами, что будет продолжение. В мае 2023 года ФИО6 и ФИО14 вновь приехали в цех разыскивать Куца К.Ю. Длительное время они не обращались в правоохранительные органы и за медицинской помощью исключительно потому, что были сильно запуганы. Осужденные на протяжении почти года создавали им невыносимые условия для жизни, и они с ФИО7 реально опасались приведения в исполнение угроз сексуального насилия, расправы и унижения их чести и достоинства. Осознав, что угрозы не прекратятся, ими было принято решение обратиться с заявлениями о преступлении в правоохранительные органы.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО17 следует, что он является отцом потерпевшего Куца К.Ю. Для покупки камеры акустической заморозки в октябре 2020 года он лично передал сыну в долг 1 900 000 рублей. Кроме того, ему достоверно известно, что недостающую сумму в размере 2 600 000 рублей Куц К.Ю. занимал у Свидетель №2 и в впоследствии он полностью ему ее вернул (т.3 л.д.25-27).

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №2 подтвердил, что осенью 2020 года он дал ФИО16 в долг на приобретение морозильной камеры денежные средства на общую сумму 2 650 000 рублей, так как хорошо знает и доверяет его отцу. Именно ФИО10 написал ему долговую расписку. ФИО19, который присутствовал при встрече, денег в долг он не давал, поскольку не был с ним знаком, и никаких расписок от него не получал. Впоследствии вся сумма займа была полностью возвращена ему лично ФИО7

Из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО19 следует, что осенью 2020 года они с ФИО7 решили заняться совместной предпринимательской деятельностью по заморозке рыбной продукции, при этом каких-либо документов, регулирующих их финансовые отношения, не заключали. Ранее в связи с финансовыми трудности он брал у Куца К.Ю. крупные суммы в долг. Денежные средства на покупку камеры акустической заморозки передавались продавцу лично ФИО7 в наличной форме. С января 2021 года он занимался подготовкой арендованного помещения в г. Феодосии, вкладывая в ремонт свои личные и заемные средства. Весной 2021 года он начал процесс регистрации юридического лица ООО «Антарес» на свое имя. Узнав об этом, Куц К.Ю. сообщил ему, что уличил его в обмане, и отстранил от участия в совместной деятельности. Он попытался привлечь третьих лиц для влияния на Куца К.Ю., но безуспешно, после чего был вынужден уехать. В этот период он познакомился с ФИО14, которому рассказал о своей проблеме с ФИО7, а затем официально выдал на его имя нотариальную доверенность на представление своих интересов по всем вопросам, связанным с камерой акустической заморозки. Примерно в апреле-мае 2021 года он обратился к ФИО3, хотел заручиться его поддержкой, чтобы разрешить конфликтную ситуацию. Впоследствии, после активного вмешательства ФИО3, в июне-июле 2022 года он лично присутствовал на встречах с ФИО7 в офисе осужденного. В ходе этих переговоров, проходивших с участием ФИО3, ФИО5 и ФИО8, первоначальная сумма требований была снижена сначала до 1 500 000 рублей, а затем окончательно зафиксирована в размере 1 000 000 рублей. Поскольку вопрос возврата денег так и не решился, осенью 2023 года он обратился в Октябрьский районный суд г.Краснодара с исковым заявлением к ФИО7 о взыскании компенсации за упущенную прибыль и возмещении части средств на покупку камеры, однако в удовлетворении его гражданского иска было отказано.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО18 показал, что выполнял строительные работы по обустройству рыбного цеха по найму ФИО19 Примерно в апреле 2021 года, после знакомства с ФИО7 и Потерпевший №1, в ходе обсуждения стоимости выполненных работ он понял, что ФИО19 намеренно завышал стоимость ремонта, пытался обмануть Куца К.Ю., оформив бизнес на себя. При этом фактическим собственником дорогостоящей морозильной камеры являлся Куц К.Ю. Весной 2022 года он лично сообщил ФИО6 информацию о том, что камера принадлежит ФИО7 Однако после этого ФИО6 и ФИО14 начали регулярно приезжать в цех, препятствовать работе и открыто угрожать разобрать и забрать оборудование. В середине июня 2022 года в ходе совместной встречи в кафе в присутствии осужденных он публично озвучил реальную стоимость проделанных ФИО19 работ, тем самым опровергнув обоснованность финансовых претензий к потерпевшим. В ноябре 2022 года в ходе конфликта на территории СТО драка между ФИО5 и потерпевшими происходила исключительно на почве разногласий по выплате долга ФИО19 При этом ФИО6 в процессе нанесения ударов потерпевшим постоянно акцентировал внимание на невыполнении ими обещания по выплате денежных средств.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО20 показал, что он является учредителем <данные изъяты>», которое занимается сдачей в аренду помещений, расположенных по адресу: <адрес>. Изначально предварительные договоренности об аренде велись с ФИО19 Однако весной 2021 года от потерпевших ему стало известно, что ФИО19 тайно от них попытался зарегистрировать по адресу цеха собственное юридическое лицо <данные изъяты>», и не отчитался за потраченные денежные средства. Уличив его в обмане, потерпевшие отстранили ФИО19 от управления. После чего официальный договор аренды был заключен напрямую с ИП ФИО10 Начиная с лета 2022 года на территорию базы стали регулярно приезжать ФИО6 и ФИО14, которые начали предъявлять потерпевшим финансовые претензии от имени ФИО19 Кроме того, ФИО3 в личной беседе с ним поднимал вопрос о финансовых претензиях к потерпевшим. Весной 2023 года он лично присутствовал на встрече осужденных и потерпевших в кафе, где по их просьбе объективно изложил историю взаимоотношений сторон и фактические незначительные суммы, затраченные ФИО19 на организацию работы цеха.

В судебном заседании свидетель ФИО21 показал, что Потерпевший №1 является его родным братом, также он хорошо знаком с ФИО7 – другом Потерпевший №1 Об обстоятельствах покупки дорогостоящего оборудования он знал со слов самого Куца К.Ю. Последний рассказал ему, что приобрел камеру акустической заморозки за 4 500 000 рублей за счет собственных средств, а ФИО19 привлекался лишь как дилер для настройки оборудования. Подтвердил, что весной 2021 года, когда он приехал в г.Феодосию, ФИО19 был отстранен потерпевшими от работы, так как выяснилось, что он тайно пытался оформить чужое оборудование и бизнес на свое имя. С весны 2022 года в цех стали регулярно приезжать ФИО6 и ФИО14, которые требовали возврата вымышленного долга перед ФИО19, угрожали забрать или уничтожить камеру. Конфликт 12 ноября 2022 года спровоцировал он сам. Однако прибывший туда ФИО6 перевел его в плоскость вымогательства, поскольку начал требовать от Куца К.Ю. и Потерпевший №1 возврата долга, после чего применил к ним физическое насилие, избил их.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО22 показала, что проживает совместно с Потерпевший №1, летом 2022 года она приехала в г.Феодосию, где стала помогать Потерпевший №1 и ФИО7 в организации работы цеха по акустической заморозке рыбы. В период с лета 2022 года по лето 2023 года на территорию цеха приезжали ФИО6 и ФИО14, препятствовали работе предприятия, угрожали повреждением камеры акустической заморозки и физической расправой в адрес Куца К.Ю. и Потерпевший №1, при этом поясняли, что действуют по указанию ФИО3 Также она лично присутствовала на встрече в гостинице, в ходе которой ФИО6 требовал от Потерпевший №1 передать в счет оплаты долга автомобиль «Газель». После того как потерпевший отказался отдать автомобиль, ФИО6 потребовал написать расписку, что Потерпевший №1 был вынужден сделать. Относительно событий ноября 2022 года показала, что при самом избиении потерпевших ФИО5 не присутствовала, однако видела видеозапись произошедшего с камер наблюдения, а впоследствии лично видела следы телесных повреждений на лице Потерпевший №1

Как следует из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО23 и ФИО24, 7 июня 2023 года в их присутствии Куц К.Ю. заявил сотрудникам ФСБ о вымогательстве и добровольно выдал подтверждающие документы и диск с аудиозаписями. Также 13 июня 2023 года они участвовали в оперативно-розыскных мероприятиях, присутствовали при личном досмотре Куца К.Ю. и вручении ему денежных средств в сумме 150 000 рублей. В тот же день у офиса ФИО3 они наблюдали, как Куц К.Ю. зашел в здание и вернулся через 5-10 минут, после чего внутрь зашли оперативные сотрудники. При осмотре кабинета ФИО3 они лично видели факт обнаружения и изъятия прямо со стола бумажного свертка с ранее врученными ФИО7 денежными средствами, а также мобильного телефона. Все протоколы ОРМ и следственных действий были составлены в их присутствии и подписаны ими без каких-либо замечаний.

Помимо указанных показаний, вывод суда о виновности ФИО3 и ФИО5 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах подтверждается совокупностью иных доказательств, которые суд исследовал и обоснованно указал в приговоре, а именно:

- протоколом осмотра, пометки и выдачи денежных купюр от 13 июня 2023 года, в соответствии с которым сотрудниками УФСБ России по Республике Крым ФИО7 были выданы 30 денежных купюр достоинством по 5 000 рублей каждая на общую сумму 150 000 рублей для использования их в рамках ОРМ «оперативный эксперимент» (т.1 л.д.146-155);

- протоколом осмотра места происшествия от 13 июня 2023 года, в ходе которого в офисе ФИО3, расположенном по адресу: <адрес>, ранее выданные ФИО7 денежные купюры достоинством 5 000 рублей в количестве 30 штук были изъяты (т.1 л.д.10-19);

- протоколом исследования предметов и документов от 14 июня 2023 года, в ходе которого сотрудниками УФСБ России по Республике Крым и г.Севастополю было произведено исследование оптического диска с аудио и видео файлами, на которых зафиксирован факт передачи ФИО7 денежных средств ФИО3, а также состоявшийся между ними разговор относительно необходимости передачи остальной денежной суммы (т.1 л.д.166-170);

- протоколом осмотра от 18 июня 2023 года изъятых в офисе ФИО3 денежных купюр (т.4 л.д.154-156);

- протоколом исследования предметов и документов от 7 июня 2023 года, в ходе которого были исследованы файлы, содержащиеся на оптическом диске, представленном ФИО7 в ходе проведения ОРМ «Опрос», а также протоколом осмотра предметов от 27 июня 2023 года, в ходе которого с участием потерпевшего Куца К.Ю. был осмотрен данный DVD-R диск с аудиофайлами. На файлах зафиксированы разговоры между ФИО7, Потерпевший №1, ФИО3, ФИО5, в ходе которых под предлогом принадлежности камеры акустической заморозки осужденным в адрес потерпевших поступают конкретные угрозы ее повредить или уничтожить, в случае не передачи им денежных средств в размере половины стоимости камеры либо 50 процентов доли в бизнесе, а также угрозы применения насилия и распространения сведений порочащих их честь и достоинство (т.1 л.д.86-133, т.3 л.д.184-233);

- заключениями судебных фоноскопических экспертиз № от 21 марта 2024 года № от 28 мая 2024 года, согласно выводам которых в файлах, расположенных на оптическом диске DVD-R, предоставленном потерпевшим ФИО7, неситуационных изменений не выявлено (т.6 л.д.3-79, 109-175);

- протоколами выемки и осмотра предметов от 22 июня 2023 года, в ходе которых у Куца К.Ю. был изъят флеш-накопитель, а затем осмотрены, в том числе с участием Куца К.Ю., содержащиеся на нем видеозапись и фотографии конфликта от 12 ноября 2022 года на территории цеха, расположенного по ул.<адрес>, а также фотографии потерпевших Куца К.Ю. и Потерпевший №1 с повреждениями кожного покрова лица и шеи (т.3 л.д.139-141, 142-162, 163-182);

- заключением судебной фототехнической экспертизы № от 8 сентября 2023 года, согласно выводам которой в представленных 22 июня 2023 года ФИО7 файлах признаки фотомонтажа изображений не выявлены (т.5 л.д.153-156);

- заключением судебной фоноскопической экспертизы № от 15 июля 2024 года, согласно выводам которой, на предоставленном оптическом диске DVD-R, в фонограмме аудиофайла с именем «(21) Готово. Встреча ДД.ММ.ГГГГ.m4а», в следующих речевых границах: начиная со слов: «Сядь (рядом с ним).» и заканчивается словами «... ты слышишь меня внимательно?»; начиная со слов «... хочу, я еще раз хочу чтоб ты услышал.», и заканчивается словами «Хочешь - давай рассчитайся так, я не против.»; начиная со слов «... я хотел чтоб ты Артем услышал.», и заканчивая словами «... ты услышал меня?», имеется голос и речь ФИО3, образцы голоса и речи которого записаны на предоставленном на экспертизу оптическом диске «DVD-R» в аудиотреке видеофайла с именем «13.06.2023 - Видео.аvi» и аудиофайле с именем «13.06.2023 - Звук.тр3», в текстовых репликах, обозначенных как «ШАВ» (согласно предоставленному на экспертизу протоколу исследования предметов и документов от 14 июня 2023 года) (т.6 л.д.208-234);

- протоколом осмотра документов от 2 июля 2023 года, в ходе которого были осмотрены выданные ФИО7 документы, подтверждающие факт ведения им предпринимательской деятельности совместно с Потерпевший №1, займа денежных средств у ФИО25, а также приобретения камеры акустической заморозки у ФИО26 (т.4 л.д.166-208);

- протоколом обыска от 16 июня 2023 года, в ходе которого по месту проживания ФИО5 по адресу: <адрес>, был обнаружен в том числе блокнот с номером телефона ФИО3 (т.4 л.д.229-238);

- протоколом осмотра предметов от 24 июня 2023 года, в ходе которого изъятый по месту проживания ФИО5 блокнот был осмотрен и между его листами был обнаружен лист бумаги с пояснительной надписью в виде расписки о выплате денежных средств в сумме 1 500 000 рублей, написанной от имени Потерпевший №1 (т.4 л.д.239-245).

Кроме того, в основу приговора обоснованно положены и другие доказательства, подробно изложенные в приговоре, которые суд признал допустимыми, полученными в соответствии с требованиями УПК РФ.

Все доказательства суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст.ст.87,88 УПК РФ, сопоставил их между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора. Не согласиться с приведенной в приговоре оценкой доказательств у судебной коллегии оснований не имеется.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст.73 УПК РФ, по данному уголовному делу установлены судом в полном объеме и верно.

Причин не доверять показаниям потерпевших Куца К.Ю., Потерпевший №1 и свидетелей обвинения у суда не имелось, поскольку они последовательны, непротиворечивы и согласуются как между собой, так с другими представленными доказательствами, в том числе с аудиозаписями разговоров между потерпевшими и осужденными. Каких-либо противоречий в показаниях потерпевших и свидетелей, повлиявших на выводы суда о доказанности вины осужденных в содеянном, не усматривается. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора ФИО3 и ФИО5, не выявлено.

Протоколы следственных действий составлены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, их достоверность у судебной коллегии сомнений не вызывает. Каких-либо замечаний при производстве данных следственных действий от их участников не поступило.

Заключения фототехнической и фоноскопических экспертиз получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, каких-либо нарушений, влияющих на законность, мотивированность и обоснованность данных заключений, не установлено, они даны экспертами, имеющим соответствующее образование, научно обоснованы, а их выводы надлежащим образом мотивированны и убедительны.

Вместе с тем, в соответствии с положениями ст.240 УПК РФ в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию. Приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Как усматривается из протокола судебного заседания, протоколы осмотра предметов, содержащиеся в т.4 л.д.1-43, 44-94, 95-143, 144-151, судом первой инстанции не исследовались, однако в приговоре суд сослался на них как на доказательства виновности осужденных. При таких обстоятельствах ссылки на указанные доказательства подлежат исключению из приговора. При этом исключение данных доказательств не влияет на общие выводы суда о виновности осужденных, поскольку она объективно подтверждается иной достаточной совокупностью исследованных в суде доказательств.

Судебное следствие по делу проведено полно, всесторонне и объективно, с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе, принципов состязательности и равноправия сторон в процессе, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации процессуальных прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей.

Приговор отвечает требованиям ст.307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, мотивах, целях, действиях осужденного и наступивших последствиях.

Доводы осужденных ФИО3 и ФИО5 в судебном заседании суда первой инстанции о необходимости квалификации их действий по ч.2 ст.330 УК РФ надлежащим образом были проверены судом при постановлении приговора и обоснованно признаны несостоятельными со ссылкой на разъяснения п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2015 года №56 «О судебной практике по делам о вымогательстве».

Сам по себе факт наличия у соучастника преступления – иного лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство в связи с его розыском, нотариальной доверенности от ФИО19 не легализует действия осужденных.

Как достоверно установлено судом первой инстанции, никаких законных оснований для истребования у потерпевших Куца К.Ю. и Потерпевший №1 денежных средств, доли в бизнесе либо камеры акустической заморозки у осужденных не имелось. Камера акустической заморозки находилась у потерпевшего Куца К.Ю. на законных основаниях, была приобретена им за счет личных и заемных денежных средств, что подтверждено показаниями свидетелей ФИО9 и Свидетель №2, а также самого ФИО19, подтвердившего, что камера акустической заморозки была приобретена не за его денежные средства. Объективное отсутствие у ФИО19 каких-либо имущественных прав на данное оборудование и отсутствие у потерпевших перед ним долговых обязательств дополнительно подтверждается вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г.Краснодара от 19 марта 2024 года, которым ФИО19 было отказано в удовлетворении гражданского иска к ФИО7 о возмещении ущерба и упущенной выгоды (т.7 л.д.67-71).

При таких обстоятельствах действия осужденных квалифицированы как вымогательство обоснованно, а правовых оснований для применения положений ст.330 УК РФ у суда не имелось.

Квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору полностью нашел свое подтверждение, о чем свидетельствуют совместные, согласованные и взаимодополняющие действия ФИО1 и ФИО2, которые заранее объединились для совершения преступления, выполняли запланированные действия для реализации общей цели, то есть были объединены единым умыслом, что подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

Факт применения к потерпевшим ФИО7 и Потерпевший №1 со стороны осужденных насилия в ходе выдвижения ими требований передачи чужого имущества, права на имущество, совершения других действий имущественного характера, достоверно установлен в ходе судебного разбирательства, поскольку подтверждается показаниями потерпевших, видеозаписью и фотографиями конфликта от 12 ноября 2022 года, фотографиями потерпевших с повреждениями кожного покрова лица и шеи, а также показаниями свидетелей ФИО18, ФИО21 и ФИО22

Вместе с тем, судебная коллегия находит необходимым изменить приговор по доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы представителя потерпевшего Куца К.Ю. ввиду неправильного применения уголовного закона по следующим основаниям.

В соответствии со ст.389.18 УПК РФ неправильным применением уголовного закона является, в частности, применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенности части УК РФ, которые подлежали применению.

Обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо по жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей (ч.1 ст.389.24 УПК РФ).

В силу положений п.2 ч.1 ст.389.26 УПК РФ при изменении приговора в апелляционном порядке суд вправе усилить осужденному наказание или применить в отношении него уголовный закон о более тяжком преступлении, в том числе о тяжком и особо тяжком преступлении (в частности, вернувшись к предъявленному органами предварительного следствия обвинению).

Как видно из обжалуемого приговора, суд первой инстанции верно установил фактические обстоятельства совершенного ФИО3 и ФИО5 преступления, оценив которые пришел к выводу о квалификации их действий по п.п.«а»,«в»,«г» ч.2 ст.163 УК РФ ввиду отсутствия квалифицирующего признака вымогательства «в особо крупном размере», предусмотренного п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ, с которым судебная коллегия согласиться не может.

В частности, квалифицируя действия осужденных по п.п.«а»,«в»,«г» ч.2 ст.163 УК РФ, суд первой инстанции мотивировал свое решение тем, что в процессе совершения преступления осужденные снизили размер требуемых денежных средств до 1 000 000 рублей, расценив данные действия как добровольный отказ от совершения вымогательства в особо крупном размере в порядке ст.31 УК РФ.

Судебная коллегия находит данный вывод суда первой инстанции основанным на неправильном применении уголовного закона (ч.1 ст.389.18 УПК РФ).

По смыслу закона, добровольным отказом от преступления в соответствии со ст.31 УК РФ признается прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца. Таким образом, добровольный отказ возможен исключительно на стадии неоконченного преступления.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2015 года №56 «О судебной практике по делам о вымогательстве», вымогательство является преступлением с формальным составом и признается оконченным с момента, когда предъявленное требование о передаче имущества, подкрепленное угрозой, доведено до сведения потерпевшего.

Как достоверно установлено судом на основании показаний потерпевших Куца К.Ю. и Потерпевший №1, а также аудиозаписей разговоров между потерпевшими и осужденными, первоначально осужденные предъявляли потерпевшим требования, подкрепленные угрозами и насилием, о передаче имущества в особо крупном размере.

Так, в ходе встреч и телефонных разговоров, состоявшихся в период с 8 июня 2022 года до марта 2023 года, осужденные, выдвинули потерпевшим требования о передаче половины стоимости камеры акустической заморозки, общая стоимость которой составляла 4 500 000 рублей, или денежных средств в размере 50% от полученного в ходе осуществления предпринимательской деятельности дохода, а получив отказ, высказали в адрес потерпевших угрозы применения насилия, уничтожения и повреждения принадлежащего им имущества, а также распространения сведений, порочащих их честь и достоинство. Данные требования осужденные выдвигали, в том числе и в период времени с 19 час. 01 мин. 12 ноября 2022 года до 00 час. 25 мин. 13 ноября 2022 года при встрече с потерпевшими на территории промышленной базы, расположенной по адресу: <...>, в ходе которой, помимо угроз, они применили к потерпевшим насилие, выразившееся в нанесении ФИО7 и Потерпевший №1 не менее двух ударов руками в область туловища и лица.

При этом требования к потерпевшим о передаче денежных средств в размере 1 000 000 рублей осужденные сформулировали только в один из дней марта 2023 года.

Согласно п.4 примечаний к ст.158 УК РФ особо крупным размером признается стоимость имущества, превышающая один миллион рублей.

Следовательно, с момента первоначального предъявления потерпевшим незаконных имущественных требований на суммы, превышающие 1 000 000 рублей, соединенных с угрозами, преступление, предусмотренное п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ, было окончено. С этого момента применение положений ст.31 УК РФ о добровольном отказе от преступления являлось недопустимым в силу закона.

Последующее снижение осужденными размера требуемой суммы до 1 000 000 рублей в процессе длительного оказания психологического и физического давления на потерпевших обусловлено не добровольным и окончательным отказом от доведения преступления до конца, а активным несогласием потерпевших с выдвинутыми требованиями, их категорическим отказом признавать вымышленный долг и стремлением осужденных получить от них хотя бы часть требуемых средств. Данные действия охватывались единым продолжаемым умыслом на вымогательство имущества потерпевших и являлись способом реализации преступного умысла, а не отказом от него.

При таких обстоятельствах, исключение судом первой инстанции квалифицирующего признака «в особо крупном размере» со ссылкой на ст.31 УК РФ противоречит фактическим обстоятельствам дела и нормам Общей и Особенной частей УК РФ.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения приговора и переквалификации действий ФИО3 и ФИО5 каждого с п.п.«а»,«в»,«г» ч.2 ст.163 УК РФ на п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ, как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, права на имущество, совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия, уничтожения и повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в особо крупном размере.

При назначении наказания осужденным ФИО3 и ФИО6 по п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ судебная коллегия в соответствии со ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, личности виновных, их семейное положение, состояние здоровья, смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Согласно данным о личности осужденного ФИО3, он является гражданином РФ, ранее не судим, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, не женат, имеет на иждивении двух малолетних детей, а также обучающегося в высшем учебном учреждении сына, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имеет статус многодетного отца, является индивидуальным предпринимателем, по месту жительства и работы характеризуется положительно, имеет ряд благодарностей от воинских подразделений за помощь участникам СВО, от председателя Феодосийского городского совета за значительный вклад в социально-экономическое развитие города, от управления образования за благотворительную помощь школам и детским садам, диплом за участие в конкурсе «Народный Бренд», многочисленные благодарственные письма за вклад в развитие детского спорта, помощь МУП «ЖЭК №4» и «ЖЭК №5», помощь реабилитационному центру для несовершеннолетних, грамоты от политической партии «Единая Россия», медаль «За содействие СВО», а также благодарность за помощь в ликвидации последствий чрезвычайной ситуации в г.Феодосии.

Согласно данным о личности осужденного ФИО5, он является гражданином РФ, ранее не судим, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, женат, имеет на иждивении малолетнего ребенка, а также обучающуюся в высшем учебном учреждении дочь, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, трудоустроен в <данные изъяты>», по месту жительства и работы характеризуется положительно, также положительно зарекомендовал себя по предыдущему месту работы в качестве руководителя <данные изъяты>», имеет высокие спортивные достижения, является мастером спорта по регби, игроком сборной Республики Крым и чемпионом, характеризуется как надежный деловой партнер со стороны КФХ «Крымагрокомплекс», состоит в местной самообороне и Народном ополчении при организации «Ветераны Афганистана и других локальных войн», состоит в добровольческом отряде <данные изъяты> в должности командира отделения, награжден грамотой Госсовета Республики Крым за обеспечение безопасности населения, имеет благодарность за мужество при ликвидации ЧС и тушении пожаров, а также благодарность от Главы Республики Крым за защиту государственных интересов.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного ФИО3, судебная коллегия, как и суд первой инстанции, в соответствии с п.«г» ч.2 ст.61 УК РФ признает наличие малолетних детей у виновного, а в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – частичное признание им вины, наличие на иждивении сына-студента, <данные изъяты>, на момент совершения преступления являвшегося несовершеннолетним, статус многодетного отца, наличие на иждивении престарелой матери ФИО27, активное занятие благотворительной деятельностью, оказание материальной помощи участникам СВО, а также положительные характеристики.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного ФИО5, судебная коллегия, как и суд первой инстанции, в соответствии с п.«г» ч.2 ст.61 УК РФ признает наличие малолетнего ребенка у виновного, а в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – частичное признание им вины, наличие на иждивении дочери-студентки, <данные изъяты>, на момент совершения преступления являвшейся несовершеннолетней, участие в добровольческом подразделении <данные изъяты>», положительные характеристики и отсутствие судимости.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденных ФИО3 и ФИО5, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

С учетом обстоятельств совершения преступления, характера и степени его общественной опасности, а также характера и степени фактического участия каждого из осужденных в совершении преступления и значения этого участия для достижения цели преступления, которые фактически были равнозначными, судебная коллегия приходит к выводу о том, что справедливым и способствующим достижению целей наказания будет назначение наказания ФИО3 и ФИО6, каждому, в виде лишения свободы с назначением дополнительного наказания в виде штрафа.

При определении размера штрафа судебная коллегия учитывает тяжесть совершенного преступления, имущественное положение осужденных и их семей, наличие на иждивении малолетних детей, а также возможность получения осужденными, находящимися в трудоспособном возрасте, дохода.

Принимая во внимание фактические обстоятельства содеянного, длительный и систематический характер оказания давления на потерпевших, судебная коллегия, соглашаясь с апелляционными доводами, приходит к выводу, что исправление осужденных и достижение иных целей уголовного наказания невозможно без реального отбывания лишения свободы в условиях изоляции от общества. Оснований для сохранения назначенного судом первой инстанции условного осуждения и применения положений ст.73 УК РФ судебная коллегия не усматривает.

Вместе с тем, оценивая вышеприведенные данные о личностях ФИО3 и ФИО5, их активную общественную, благотворительную и волонтерскую деятельность, направленную на поддержку государственных интересов и помощь нуждающимся, наличие на иждивении детей, судебная коллегия признает установленную совокупность смягчающих обстоятельств исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности совершенного преступления. Данное обстоятельство дает судебной коллегии основания для применения положений ст.64 УК РФ и назначения ФИО3 и ФИО6 основного наказания в виде лишения свободы на срок ниже низшего предела, предусмотренного санкцией п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ.

Исходя из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, оснований для назначения более мягкого вида наказания, чем предусмотрен данной статьей, а также для применения положений п.6 ст.15 УК РФ при назначении наказания ФИО3 и ФИО6 судебная коллегия не находит.

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ наказание в виде лишения свободы ФИО3 и ФИО6, как лицам, осужденным за совершение особо тяжкого преступления, следует отбывать каждому в исправительной колонии строгого режима.

При разрешении вопроса о зачете в срок отбывания наказания времени содержания осужденных под стражей и времени применения к ним иных мер пресечения судебная коллегия руководствуется положениями ст.72 УК РФ и п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ.

В частности, на основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы ФИО3 подлежит зачету время его содержания под стражей в период с 13 июня 2023 года до 15 августа 2023 года из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. Также на основании ч.3.4 ст.72 УК РФ и п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ в срок лишения свободы ФИО3 следует зачесть время его нахождения под домашним арестом в период с 15 августа 2023 года до 17 октября 2023 года, а также время применения к нему запрета определенных действий, предусмотренного п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ с 17 октября 2023 года по 20 марта 2025 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом и запретом определенных действий за один день лишения свободы.

На основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы ФИО5 подлежит зачету время его содержания под стражей в период с 16 июня 2023 года до 15 августа 2023 года из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. Также на основании ч.3.4 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы ФИО5 следует зачесть время его нахождения под домашним арестом в период с 15 августа 2023 года по 11 июня 2024 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

В остальной части судебная коллегия находит приговор суда законным и обоснованным, каких-либо существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, а также иных оснований для изменения приговора, не усматривает. С учетом изложенного, апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора г.Феодосии ФИО12 и апелляционную жалобу представителя потерпевшего Куца К.Ю. – адвоката ФИО11 следует удовлетворить частично.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.19, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Феодосийского городского суда Республики Крым от 26 июня 2025 года в отношении ФИО3 и ФИО5 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на протоколы осмотра предметов от 29 июня 2023 года, 14 июня 2024 года, 18 июля 2024 года, 30 июня 2023 года, содержащиеся в т.4 на л.д.1-43, 44-94, 95-143, 144-151, как на доказательства виновности осужденных.

Переквалифицировать действия ФИО3 и ФИО5 с п.п.«а»,«в»,«г» ч.2 ст.163 УК РФ на п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ.

Назначить ФИО3 наказание по п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ с применением положений ст.64 УК РФ в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года со штрафом в размере 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Назначить ФИО6 наказание по п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ с применением положений ст.64 УК РФ в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года со штрафом в размере 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Исключить из приговора указание на применение к ФИО3 и ФИО6 положений ст.73 УК РФ и возложение на них обязанностей в связи с условным осуждением,

Меру пресечения ФИО3 и ФИО6 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении каждому изменить на заключение под стражу. Взять ФИО3 и ФИО5 под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО3 и ФИО6 исчислять со дня вступления приговора в законную силу, то есть с 28 апреля 2026 года.

На основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть ФИО3 в срок лишения свободы время его содержания под стражей в период с 13 июня 2023 года до 15 августа 2023 года из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч.3.4 ст.72 УК РФ и п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ зачесть ФИО3 в срок лишения свободы время его нахождения под домашним арестом в период с 15 августа 2023 года до 17 октября 2023 года, а также время применения к нему запрета определенных действий, предусмотренного п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ, с 17 октября 2023 года по 20 марта 2025 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом и запретом определенных действий за один день лишения свободы.

На основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть ФИО6 в срок лишения свободы время его содержания под стражей в период с 16 июня 2023 года до 15 августа 2023 года из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч.3.4 ст.72 УК РФ зачесть ФИО6 в срок лишения свободы время его нахождения под домашним арестом в период с 15 августа 2023 года по 11 июня 2024 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Реквизиты для уплаты штрафа: УФК по Республике Крым (ОМВД России по г.Феодосии), л/с: <***>; ИНН: <***>; КПП: 910801001; БИК: 013510002; ЕКС: 40102810645370000035; КС: 03100643000000017500; ОКТМО: 35726000; КБК: 18811603121010000140; УИН: 18858223011220005106.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии приговора, вступившего в законную силу.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи:



Суд:

Верховный Суд Республики Крым (Республика Крым) (подробнее)

Судьи дела:

Школьная Надежда Игоревна (судья) (подробнее)


Судебная практика по:

Самоуправство
Судебная практика по применению нормы ст. 330 УК РФ

По кражам
Судебная практика по применению нормы ст. 158 УК РФ

По вымогательству
Судебная практика по применению нормы ст. 163 УК РФ