Апелляционное определение № 22-1530/2026 от 19 марта 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение составлено 20 марта 2026 года

Председательствующий Зиннурова Е.М. Дело № 22-1530/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 марта 2026 года г. Екатеринбург

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Смагиной С.В., судей ОсинцевойН.А., ЦупакЕ.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи РюминымД.А.,

с участием защитника – адвоката Фень О.Н. по соглашению,

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Митиной О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора г. Первоуральска Ильиных А.Н. на приговор Первоуральского городского суда Свердловской области от 19 декабря 2025 года, постановленный с участием присяжных заседателей, которым

ФИО1, родившийся <...>, несудимый,

оправдан по ч. 4 ст. 111 УК РФ на основании п. п.1, 4 ч. 2 ст.302 УПК РФ в связи с неустановлением события преступления.

За оправданным ФИО1 признано право на реабилитацию.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить.

Процессуальные издержки отнесены за счет средств федерального бюджета.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Осинцевой Н.А., выступления защитника – адвоката Фень О.Н., просившего приговор оставить без изменения, прокурора МитинойО.В., поддержавшей доводы апелляционного представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором суда на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей ФИО1 оправдан по обвинению в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего в связи с неустановлением события преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - помощник прокурора г. Первоуральска Ильиных А.Н. просит приговор отменить, направить дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства. В обоснование доводов указывает, что при рассмотрении уголовного дела допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона и принципы уголовного судопроизводства. Отмечает, что защитник в ходе допроса эксперта фактически высказывался о недопустимости заключения судебно-медицинской экспертизы, задавал эксперту вопросы, которые фактически не были связаны с проведенным исследованием и выходило за рамки исследования. Указывает, что стороной защиты в ходе судебного следствия доводилась до коллегии присяжных заседателей информация о сути процессуальных ходатайств, которые заявлены стороной защиты после удаления присяжных в совещательную комнату, сведения о нарушениях, допущенных судебно-медицинскими экспертами, критиковались выводы их экспертизы, ставилась под сомнение процедура получения доказательств в ходе предварительного следствия, при этом допускались высказывания, содержащие недопустимую эмоциональную окраску. Обращает внимание, что подсудимым ФИО1 в ходе его допроса уточнялись обстоятельства, которые характеризовали его как личность, а также потерпевшего, а именно, то, что П. злоупотреблял алкоголем и неоднократно находился на улице в состоянии опьянения, в том числе и прибыл на участок в день происшествия в таком состоянии. По мнению автора апелляционного представления, выступая в прениях сторон, адвокат Фень О.Н., обращаясь к присяжным заседателям, ссылался на не исследованные в судебном заседании доказательства, делал упор на личность погибшего, что в своей совокупности вызвало предубеждение присяжных заседателей к стороне обвинения, дало возможность усомниться в объективности предъявленного обвинения, повлияло на формирование их мнения и отразилось на содержании ответов на поставленные перед ними вопросы при вынесении вердикта, повлияло на объективность вынесенного решения.

В возражении на апелляционное представление защитник - адвокат ФеньО.Н. просит приговор оставить без изменения, апелляционное представление- без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражений на него, судебная коллегия приходит к выводу, что приговор в отношении ФИО1 постановлен судом в соответствии с оправдательным вердиктом коллегии присяжных заседателей, основанном на всестороннем и полном исследовании материалов дела, и оснований для отмены настоящего приговора не имеется.

В соответствии со ст. 389.25 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 42.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2005 года № 23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей» обращено внимание судов на то, что по смыслу ч. 1 ст. 389.25 УПК РФ существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств, могут быть признаны совершенные при отсутствии предусмотренных законом оснований и с нарушением порядка, установленного УПК РФ: признание недопустимыми доказательств, представленных стороной обвинения, и исключение их из уголовного дела; отказ в исследовании представленных стороной обвинения доказательств; отказ в удовлетворении ходатайств стороны обвинения о вызове новых свидетелей, экспертов и специалистов, об истребовании вещественных доказательств и документов; нарушение права потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на участие в судебном заседании.

Иные существенные нарушения уголовно-процессуального закона могут быть признаны основанием для отмены оправдательного приговора лишь в случае, если судом апелляционной инстанции будет установлено, что они повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов. К таким нарушениям может быть отнесено, например, оказание на присяжных заседателей незаконного воздействия. При этом суду необходимо установить, что в результате таких нарушений присяжные заседатели не могли быть объективными и беспристрастными при вынесении вердикта.

Таких нарушений закона судом первой инстанций по данному делу не допущено.

Как видно из протокола судебного заседания, формирование коллегии присяжных заседателей было проведено с соблюдением требований ст. ст. 327, 328 УПК РФ. Сторонам разъяснялось право заявления отводов кандидатам в присяжные заседатели и предоставлена возможность задать каждому из кандидатов в присяжные заседатели вопросы, которые, по их мнению, связаны с выяснением обстоятельств, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя в рассмотрении данного уголовного дела. Данное право сторонами реализовано в полном объеме.

Данных о том, что в состав коллегии присяжных заседателей вошли лица, которые в силу тех или иных обстоятельств не могли исполнять обязанности присяжных заседателей, в материалах дела отсутствуют.

Судебное следствие, вопреки доводам апелляционного представления, проведено с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей, их полномочиями, установленными ст. 334 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления, принцип состязательности председательствующим не нарушен, в том числе при допросе эксперта Д. с участием присяжных заседателей, в ходе которого именно на вопросы государственного обвинителя эксперт показала, что погибший П. за последний месяц жизни перенес две травмы головы с ориентировочным интервалом в 3-4 недели между травмами, что первая травма затылочной части головы, опасная для его жизни, была получена им при неизвестных обстоятельствах, возможно при падении с высоты собственного роста, П. с данной травмой в больницу не обращался, пережил ее, но не выздоровел. А непосредственно перед смертью им была получена вторая травма от установленных трех точек приложения (лоб справа, скуловая область слева и височная область), которая также представила угрозу для его жизни, и в конкретном случае, по мнению эксперта, привела к наступлению смерти. Вопросы защитника - адвоката Фень О.Н. о процессуальном характере проведения комиссией экспертного исследования председательствующим были сняты (т. 5 л.д.77, 79), по вопросу защитника о том, что эксперт может сделать заключение, какое захочет, председательствующим обращено внимание присяжных, что данный вопрос является умозаключением стороны защиты, и данное высказывание не подлежит учету присяжными заседателями при обсуждении вердикта (т. 5 л.д. 77 об.)

Оправданным ФИО1 и его защитником – адвокатом Фень О.С. в ходе судебного разбирательства в присутствии присяжных заседателей не было допущено нарушений закона, которые можно было бы расценить как незаконное воздействие на присяжных заседателей.

Согласно протоколу судебного заседания и его аудиозаписи в ходе судебного следствия защитник - адвокат Фень О.Н. предоставлял доказательства по делу и давал им оценку без искажения их содержания.

Заключения экспертиз (т. 1 л.д. 109-119, 152-168, 178-190, 196-214, т. 2 л.д.19-39, 58-85), исследованных с участием присяжных заседателей, наряду с другими доказательствами оценены присяжными, а оснований для отмены оправдательного приговора по доводам представления, основанных на том, что указанные доказательства подвергались критическому анализу стороной защиты, что расценено автором апелляционного представления как недопустимые высказывания, судебной коллегией не установлено.

Так, вопреки доводам апелляционного представления, ссылка защитника на заключение экспертизы № 184 от 11 сентября 2024 года (т. 2 л.д. 59-85) с указанием на то, что данное экспертное исследование проведено по материалам дела по обвинению ФИО1 в копиях, в 1 томе, листы которого не пронумерованы, нарушением закона и незаконным воздействием на присяжных заседателей не является, поскольку данные сведения указаны экспертной комиссией во вводной части заключения, а также ссылки на то, что выводы первоначальной экспертизы были изменены, гистологическое исследование повреждений головы, ставших причиной смерти, не выполнялись, поскольку данные сведения были сообщены экспертом Д. в ходе допроса, а также содержатся в ответе на вопрос № 6 заключения комиссии экспертов, и не являются искажением доказательств, представленных стороной обвинения. Вероятность выводов по исследованным с участием присяжных заседателей экспертиз указана самими экспертами в заключениях, в связи с чем сторона защиты обоснованно могла ссылаться на данные обстоятельства, в том числе при оценке ножа, который представлялся стороной обвинения в качестве доказательства вины ФИО1

Исходя из протокола судебного заседания и его аудиозаписи, все доказательства, на которые ссылался защитник - адвокат Фень О.Н., были исследованы в судебном заседании, в связи с чем довод апелляционного представления о нарушениях, допущенных стороной защиты в данной части, является необоснованным и не нашел подтверждения в материалах дела.

Несмотря на заявленные автором апелляционного представления доводы, адвокат ФеньО.Н., оправданный ФИО1 в ходе судебного следствия, а также в прениях сторон с участием присяжных заседателей не оспаривали допустимость доказательств, исследованных с участием присяжных заседателей. Кроме того, вопросы, касающиеся допустимости доказательств, сторонами в присутствии присяжных заседателей не обсуждались. Недопустимые доказательства в присутствии присяжных заседателей не исследовались. Доказательства исследовались в объеме и последовательности, заявленных сторонами, с учетом положений ст. 252, ч. 1 ст.274, ст. 335 УПК РФ.

Судебное следствие было окончено при отсутствии возражений государственного обвинения.

Из материалов уголовного дела следует, что стороне обвинения была предоставлена возможность представить доказательства в необходимом ей объеме и дать в прениях свою оценку исследованным доказательствам, а также акцентировать внимание коллегии присяжных заседателей на тех или иных доказательствах. Каких-либо ограничений стороне обвинения в возможности оспорить доводы стороны защиты, представленные ей доказательства, судом не допущено.

Адвокат Фень О.Н. в своих выступлениях в прениях сторон, анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, высказывал свою точку зрения о недоказанности вины К.А.ВБ. в совершении инкриминируемого ему деяния, равно как и сторона обвинения высказала свою позицию относительно доказанности его виновности.

Каких - либо недопустимых эмоциональных выражений, что отмечает прокурор в апелляционном представлении без приведения конкретных фраз адвоката, стороной защиты, по мнению судебной коллегии, не высказывалось.

В целом выступление стороны защиты не содержит негативных оценок, касающихся расследования дела, искажения исследованных доказательств, суждений и оценки обстоятельств, находящихся за пределами компетенции присяжных заседателей, ссылки ФИО1 на фактические обстоятельства произошедших событий с упоминанием данных потерпевшего, распитии с ним алкоголя, что следует из предъявленного обвинения (т. 4 л.д. 43-69), а также высказывания защитника - адвоката Фень О.Н. о содержании доказательств, отражающих сведения о П., не были постоянными и систематическими, а потому не могут рассматриваться, как способные вызвать предубеждение у присяжных заседателей в отношении оправданного.

Из протокола судебного заседания следует, что председательствующим прерывались высказывания стороны защиты в тех случаях, когда затрагивались обстоятельства, не подлежащие исследованию с участием присяжных заседателей в силу ст. 334 УПК РФ или не относящиеся к существу рассматриваемого уголовного дела. В необходимых случаях, когда председательствующий прерывал участников процесса, затрагивавших вопросы, не подлежащие исследованию в присутствии присяжных заседателей, то разъяснял присяжным заседателям, что они при вынесении вердикта не должны учитывать сообщенные стороной защиты сведения, поскольку эти сведения не касаются фактических обстоятельств дела. Аналогичные разъяснения были даны им в напутственном слове.

Само по себе количество замечаний председательствующего, сделанное стороне защиты, без учета конкретного содержания и характера нарушений процессуального порядка рассмотрения дела, не является критерием для вывода о наличии оснований для отмены приговора.

Относительно доводов апелляционного представления в части нарушения стороной защиты в судебных прениях оценки доказательств, представленных стороной обвинения, то оправданный и его защитник вправе были высказывать свои доводы и суждения по данному вопросу, при этом стремление стороны защиты, в рамках предусмотренной законом процедуры, убедить присяжных заседателей в невиновности подсудимого, довести до них свою позицию о недостаточности представленных обвинением доказательств, оспаривание достоверности того или иного доказательства, а также выражение несогласия с позицией государственного обвинителя, нельзя расценивать как оказание незаконного воздействия на коллегию присяжных заседателей, поскольку такое поведение подсудимого и его защитника в состязательном процессе является способом реализации права на защиту от предъявленного обвинения.

Из протокола судебного заседания следует, что в прениях сторон с участием присяжных заседателей защитник - адвокат Фень О.Н., оправданный ФИО1 в последнем слове довели до присяжных заседателей свою позицию по делу, что полностью соответствует процессуальной функции стороны защиты, которая в суде, в том числе с участием присяжных заседателей, призвана ставить под сомнение предъявленное обвинение, его доказанность и, следовательно, сами доказательства, на которых такое обвинение основано. Запрет стороне защиты выдвигать свою версию произошедших событий, отличную от фабулы предъявленного обвинения, ставить под сомнение достоверность представленных стороной обвинения доказательств и их достаточность, не только не основан на положениях уголовно-процессуального закона, но и противоречит принципам презумпции невиновности и обеспечения права на защиту.

Судебная коллегия отмечает, что оценка доказательств на предмет их достоверности и достаточности относится к компетенции присяжных заседателей, в связи с чем любая из сторон, участвующая в прениях, не может быть ограничена в возможности изложить коллегии присяжных заседателей соответствующие доводы, не затрагивая вопросы допустимости доказательств.

В связи с чем являются несостоятельными доводы апелляционного представления о недопустимости оценки в прениях сторон с участием присяжных заседателей защитником – адвокатом Фень О.Н. судебно-медицинских экспертиз в части выводов экспертов о давности причинения потерпевшему телесных повреждений, повлекших смерть, получения погибшим телесных повреждений в иной период времени, а также сопоставления выводов экспертов с другими доказательствами, в том числе справкой и медкартой вызова скорой медицинской помощи от 31 июля 2024 года о состоянии здоровья П. по факту получения им травмы головы (т. 2 л.д. 102-106).

Несогласие стороны обвинения с оценкой доказательств, изложенной стороной защиты в прениях сторон, в последнем слове, не могут расцениваться как оказание на присяжных заседателей незаконного воздействия, повлиявшего на ответы по поставленным перед ними вопросам.

Судебная коллегия отмечает, что доводы апелляционного представления о нарушении стороной защиты в ходе судебного следствия уголовно-процессуального закона сведены к формальному перечислению тех или иных высказываний стороны защиты без учета вышеизложенных обстоятельств, оценки степени их существенности и достаточности для признаниях их повлиявшими на содержание ответов, данных присяжными заседателями.

Конкретных высказываний стороны защиты, вызвавших по убеждению автора апелляционного представления, предубеждение присяжных заседателей к стороне обвинения, а также возможность усомниться в объективности предъявленного обвинения, не приведено и в суде апелляционной инстанции прокурором Митиной О.В., поддержавшей доводы апелляционного представления в части незаконного воздействия стороны защиты на присяжных заседателей.

Таким образом, нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов сторонам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на вынесение вердикта коллегией присяжных заседателей и постановление судом законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Напутственное слово председательствующего соответствует положениям ст.340 УПК РФ (т. 5 л.д. 39-45). В нем приведено содержание обвинения ФИО1 и уголовного закона, предусматривающего ответственность за инкриминированное ему деяние. Председательствующий напомнил присяжным заседателям обо всех исследованных доказательствах, изложил им позиции государственного обвинителя и защиты, разъяснил им основные правила оценки доказательств в их совокупности. В напутственном слове председательствующий акцентировал, что присяжные заседатели не должны принимать во внимание вопросы, относящиеся к порядку ведения следствия и способу получения доказательств, обстоятельства, характеризующие личность подсудимого и потерпевшего.

Присяжные заседатели не заявляли о том, что им было непонятно напутственное слово председательствующего.

Вопросный лист отвечает требованиям ст. 339 УПК РФ, сформулированные в нем вопросы, учитывают предъявленное обвинение, результаты судебного следствия и прений сторон. Вердикт коллегии присяжных по делу является ясным и непротиворечивым, соответствует ст. 343 УПК РФ, вынесен и провозглашен без нарушений требований ст. ст. 343, 345 УПК РФ.

Учитывая изложенное, апелляционное представление удовлетворению не подлежит, так как в суде первой инстанции не было допущено нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену оправдательного приговора.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, п. 1 ч. 1 ст.389.20, ст.ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Первоуральского городского суда Свердловской области от 19 декабря 2025 года, постановленный с участием присяжных заседателей, в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора г.Первоуральска Ильиных А.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции путем подачи кассационной жалобы или кассационного представления в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения.

Оправданный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному защитнику, либо ходатайствовать о назначении защитника.

Председательствующий –

Судьи –