Решение № 2-109/2017 2-109/2017(2-1606/2016;)~М-1522/2016 2-1606/2016 М-1522/2016 от 16 апреля 2017 г. по делу № 2-109/2017

Дело № 2-109/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 апреля 2017 года г. Николаевск-на-Амуре

Николаевский-на-Амуре городской суд Хабаровского края в составе председательствующего судьи Е.Н. Головиной,

с участием:

- истца ФИО4,

- представителя истца, действующей на основании доверенности 27 АА № 0889938 от 19.08.2016 г. ФИО5,

- представителя ответчика, действующего на основании доверенности № МНВ-12/17 от 16.03.2017 г. ФИО6,

при секретаре Исаченковой Н.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Акционерному обществу «Многовершинное» о взыскании недополученной заработной платы, недополученных денежных сумм при увольнении, компенсации питания, индексации заработной платы, денежной компенсации в порядке ст.236 ТК РФ, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО4 обратилась в суд с вышеуказанным иском к ответчику, мотивируя это тем, что истец была принята в ООО «Многовершинное» в должности аппаратчика обогащения золотосодержащих руд в технологическом процессе, 4 разряда, место работы – Золотоизвлекательная фабрика, гидрометаллургическое отделение (ЗИФ ГМО), с 25.06.1999 года (Приказ №-к от 23.06.199 г.), работа с применением цианистых растворов. Согласно приказа № от 14.12.2005 г., с 20.12.2005 г. истец была переведена в реагентное отделение, в должности растворщика реагентов 4 разряда. С 08.02.2010 г. истец была переведена временно аппаратчиком обогащения золотосодержащих руд, в гидрометаллургическое отделение. Работа выполнялась во вредных условиях труда, с применением цианистых растворов и других химических реагентов, при многосменном режиме работы, в ночное и вечернее рабочее время, согласно графику выходов. Из условий трудового договора от 25.06.1999 г. №, следует, что при приеме на работу, для истца было установлено: пунктом 6.2 – укороченный рабочий день 7,2 часа; пунктом 6.3 – учет рабочего времени ведется по системе суммированного учета рабочего времени. Учетным периодом является один год; пунктом 6.4 – 36-ти часовая рабочая неделя; пунктом 6.8 – ежегодный основной отпуск, продолжительностью 28 календарных дней, дополнительный отпуск – 16 календарных дней за работу в местности, приравненной к району Крайнего Севера. Дополнительный отпуск, за работу во вредных условиях труда – 14 календарных дней, за многосменную работу – 4 дня. Как указывает истец, в ходе изучения документов, связанных с трудовой деятельностью, истец выяснила, что в период с 1999 г. до мая 2006 г. работодатель доплату за работу во вредных условиях труда не производил. С июня 2006 г. доплата за вредные условия труда производилась в размере 10 %. В настоящее время работодатель незаконно и необоснованно снизил размер доплаты за вредные условия труда и установил доплату за работу во вредных условиях труда 4%. Согласно ст. 94 ТК РФ, для работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, где установлена сокращенная продолжительность рабочего времени, максимальная допустимая продолжительность ежедневной работы не может превышать – при 36-ти часовой рабочей недели – 8 часов. Доплата за работу в местности, приравненной к району Крайнего Севера, производилась в соответствии со ст. 315 и ст. 317 ТК РФ, районный и северный коэффициенты был установлен 50 %. Согласно дополнительному приложению от 30.05.2005 г. к трудовому договору от 25.06.1999 г. истцу была установлена доплата в размере 10 % за вредные условия труда. С 10.08.2016 г. трудовой договор прекращен по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ - расторжение трудового договора, по инициативе работника (в связи с выходом на пенсию), приказ № от 04.08.2016 г. По мнению истца, на протяжении всего периода работы, ответчик расчет заработной платы, в том числе за сверхнормативное отработанное время, производил с нарушением положений трудового законодательства и иными нормативными трудовыми актами, содержащие нормы трудового права. Согласно установленному порядку учета рабочего времени (суммированный), учетный период установлен работодателем год, работодатель по окончанию учетного периода – года должен был начислить и произвести выплату заработной платы за сверхурочно отработанное время. Ответчик в период работы истца с 25.06.1999 г. по май 2016 г. не производил доплату за вредные условия труда, за работу при многосменном режиме. С июня 2006 г. установил доплату за работу в особо вредных условиях труда в размере 10 %, затем работодатель снизил размер доплаты за вредные условия труда до 4 %, но никаких изменений условий труда истца со стороны работодателя не производилось. Исходя из условий труда (работа с цианистыми растворами и химическими реагентами), по мнению истца, необходимо признать особо вредными и особо опасными, в виду того, что при выполнении работы применялись цианистые растворы и другие химические реагенты, воздействие которых на организм предоставляет угрозу. Из указанных обстоятельств, истец предположила, что работодатель установил тарифную ставку для оплаты ее труда ниже размера установленного единым тарифно-квалификационным справочником работ и профессий. Согласно пункта 2 Положения об оплате труда работников ЗАО «Многовершинное» установлены следующие доплаты: за работу в ночное время в размере 40 % к часовой тарифной ставке; за работу в вечернее время в размере 20 % к часовой тарифной ставке. Пунктом 2.1.4 доплата за вредные условия труда учитывается при расчете часовых тарифных ставок, рабочих профессий, которые включены в «Отраслевой перечень работ с тяжелыми и вредными условиями труда и особо тяжелыми и особо вредными условиями труда». Доплаты устанавливаются по результатам замера вредных факторов на каждом рабочем месте, которые производятся лабораторией. За работу во вредных и тяжелых условиях труда устанавливается доплата до 12 % к часовой тарифной ставке. За работу в особо вредных и особо тяжелых условиях труда устанавливается доплата до 30 % к часовой тарифной ставке. С июня 2006 г. работодатель установил истцу доплату за вредные условия труда в размере 10 %, но позже приказом от 18.03.2013 г. № №, работодатель изменил размер доплаты за работу во вредных условиях труда в размере 10 % и снизил размер доплаты до 4 %. Размер доплаты за вредные условия труда был снижен работодателем на основании результатов аттестации рабочих мест и карт аттестации № В приказе не указаны сведения об организации, проводившей специальную оценку условий труда (аттестацию рабочего места истца по условиям труда), но работодатель не производил никаких мероприятий по улучшению условий труда. Истец выполняла работу в особо тяжелых и особо вредных условиях труда, которые заключались в том, что при выполнении работы применялись цианистые растворы и другие химические реагенты, такие как: хлор, известь, кислоты и другие. Расчет заработной платы произведен специалистом бухгалтером по просьбе в полном размере. В результате произведенного перерасчета заработной платы установлены грубейшие нарушения порядка расчета заработной платы. Расчет заработной платы производился с грубейшими нарушениями порядка, установленного нормами трудового права и иными нормативными правовыми актами, содержащие нормы трудового права. Кроме этого, заработная плата при увольнении должна быть выплачена истцу в сумме <данные изъяты>, в том числе единовременное пособие в связи с увольнением в сумме <данные изъяты>. Согласно справки банка о состоянии вклада ей было выплачено единовременное пособие в связи с увольнением в сумме <данные изъяты>, недоплата составила <данные изъяты>. Расчет при увольнении истцу выплачен только в размере <данные изъяты>. Всего недоплата суммы, подлежащей выплате при увольнении, составила <данные изъяты>. Истец просит взыскать с АО «Многовершинное» в свою пользу задолженность по выплате заработной платы, образовавшейся в результате счетной ошибки и не верного расчета при начислении заработной платы за период работы с августа 2015 года по август 2016 года в сумме <данные изъяты>, в том числе за сверхурочно отработанное время в сумме <данные изъяты> компенсацию за неиспользованный отпуск при увольнении в сумме <данные изъяты>, индексацию заработной платы в сумме <данные изъяты> невыплаченную заработную плату при увольнении в сумме <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> судебные расходы в размере <данные изъяты> по оформлению доверенности представителю.

В последствии истец дополнила ранее заявленные исковые требования (л.д.126-128 тома № 1) и указала, что в ходе проведения предварительного судебного разбирательства 14.02.2017 г. выяснилось, что ответчик не выплачивал еще ей и начисленную заработную плату. Заработная плата за июнь 2016 г. была выплачена частично 15 августа 2016 г. в сумме <данные изъяты>, заработная плата в размере <данные изъяты> была перечислена истцу только 15.02.2017 г. Кроме того, согласно п. 12.2.3 – Коллективного договора – работник, отработавший на ЗАО «Многовершинное» и проживающий на дату увольнения в п. Многовершинный или г. Николаевске-на-Амуре и Николаевском районе не менее 5-ти лет, и увольняющийся с предприятия по основанию «собственное желание» в связи с выходом на пенсию, имеет право на получение выплаты в размере суммы, количество которых равно количеству полных лет, отработанных в ЗАО «Многовершинное». Выплаченная истцу сумма единовременного пособия при увольнении, по указанному основанию, составила – <данные изъяты>, что значительно меньше суммы, полагающейся ей при увольнении. Согласно произведенного бухгалтером расчета сумма выплаты при увольнении, в связи с выходом на пенсию составит <данные изъяты>. Невыплаченная истцу сумма выплаты по указанному выше основанию составляет – 1 <данные изъяты> Согласно п. 12.2.3 Коллективного договора следует, что работники, оформившие пенсию в ЗАО «Многовершинное», имеют право на получение выходного пособия при увольнении. Сумма выходного пособия по данному основанию должна быть выплачена истцу в размере <данные изъяты>. При увольнении выплата выходного пособия истцу не выплачена. На момент оформления пенсии истец состояла в трудовых отношениях с ответчиком. Подтверждением является запись в трудовой книжке, в которой имеется печать Николаевского-на-Амуре «Горсобеса» о том, что пенсия назначена в 2000 г. Дата поступления на работу в ООО «Многовершинное» 25.06.1999 г. Согласно Приказа № от 07.03.2000 г. ООО «Многовершинное» преобразовано в Закрытое акционерное общество «Многовершинное». Кроме того ответчик (работодатель) суммирует к заработной плате денежные суммы, выплачиваемые истцу в качестве компенсации питания, согласно Разделу 6 Положения об оплате труда работников ЗАО «Многовершинное», затем из суммы заработной платы, с учетом суммы компенсации питания удерживается подоходный налог, затем, после удержания подоходного налога из оставшейся суммы удерживает сумму компенсации за питание. В данном случае работодатель не имеет право производить удержание сумм компенсации за питание. Компенсация питания выплачивается работникам за вредные условия труда. Работодатель также произвел расчет компенсации за неиспользованный отпуск не за все дни неиспользованного отпуска. Сумма заработной платы, причитавшаяся истцу за июнь 2016 г. составляет <данные изъяты>. Срок выплаты заработной платы за июнь 2016 г. – 15 июля 2016 г. Фактически частично заработная плата в сумме <данные изъяты> перечислена ей и поступила на расчетный счет только 15 августа 2016 г. Период просрочки с 15 июля 2016 г. по 15 августа 2016 г. составляет 32 дня. Сумма невыплаченной заработной платы за июнь 2016 г. составила <данные изъяты>, которая была перечислена и поступила на счет истцу только 15.02.2017 г. Период просрочки с 15.07.2016 г. по 15.02.2017 г. составил 216 дней (184 дня + 32 дня). Сумма компенсации за задержку выплаты заработной платы составляет <данные изъяты>, за период с 15.07.2016 г. по 15.08.2016 г.: <данные изъяты>, за период с 15.07.2016 г. по 15.02.2017 г.: <данные изъяты>

На основании изложенного истец ФИО4 просит дополнительно к ранее заявленным исковым требованиям взыскать с АО «Многовершинное» начисленную, но не выплаченную заработную плату в размере <данные изъяты>, выходное пособие в размере <данные изъяты>, денежную выплату на основании пункта 12.2.3 Коллективного договора в размере <данные изъяты>, денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере <данные изъяты> денежную компенсацию за питание за период с декабря 2015 г. по август 2016 г. в сумме <данные изъяты>.

Впоследствии ранее заявленные исковые требования уточнила (л.д.16-20, тома № 2), указав, что ответчик как работодатель не выполнял обязанность, возложенную не него положениями ТК РФ в части предоставления ей отпуска согласно установленной продолжительности, а именно согласно условий трудового договора с истцом ей предоставлялся отпуск продолжительностью 62 календарных дней, за указанный период истцу фактически предоставлен отпуск количеством 1062 календарных дней, а также произведена компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 38 календарных дней и в количестве 73 дней при увольнении, всего предоставлено 931 календарных дней (с учетом компенсации в денежном выражении), таким образом, за период с 1999 г. по 2016 г. истцу не предоставлено 131 календарных дней отпуска, а также указанные дни отпуска истцу не были компенсированы в денежном выражении, в связи с чем сумма невыплаченной компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 131 календарных дней составляет <данные изъяты> кроме того в период с 1999 г. по май 2006 год работодатель доплату истцу за работу во вредных условиях труда не производил. В связи с чем в рамках уточненных исковых требований дополнительно просила суд взыскать с ответчика задолженность по выплате компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении в сумме <данные изъяты>, взыскать не начисленную компенсацию за 131 календарных дней неиспользованного отпуска в сумме <данные изъяты> взыскать с ответчика компенсацию за питание за период с 01.09.2013 г. по 01.08.2016 г. в сумме <данные изъяты>, взыскать с ответчика начисленную, но невыплаченную заработную плату за период времени с августа 2013 года по август 2016 года в сумме <данные изъяты> согласно представленного расчета (л.д.21-24).

В судебном заседании истец полностью поддержала как ранее заявленные при подаче иска исковые требования, так и дополнительно заявленные исковые требования, по существу дела показала, что с 1999 года она стала осуществлять трудовые отношения с ответчиком, у нее на протяжении всего времени работы была вредные условия труда, они не менялись, ей стали выдавать заработную плату, она ежемесячно за три дня до выдачи заработной платы получала расчетные листки, начиная с 1999 года и до дня увольнения, в которых она видела составляющие ее заработка, а также должность, тариф, разряд, ночные, вечерние, северные, сверхурочные часы, часы были указаны по всем видам составляющим заработной платы, а также отражалось и количество дней отпуска, которые ей фактически предоставлялись, последние три года она стала замечать, что начисления ей идут неправильно, это касалось начислений за сверхурочно отработанные часы, которые ей стали оплачиваться в одинарном размере, а также не согласна была с тем, что вредность перестали оплачивать в размере 10%, а стали оплачивать в размере 4%. Она устно подходила к начальникам, которые постоянно менялись по указанному вопросу, но ей отвечали, что все начисляют правильно, а если и уменьшили, то по закону, но в трудовую инспекцию, в прокуратуру, в комиссию по трудовым спорам, она не обращалась ни письменно, ни устно, так как боялась, что ее уволят и чтобы не портить отношения с руководством, чтобы дали спокойно доработать, поэтому все три года только возмущалась, а после того, как уволилась, она обратиться уже к юристу ФИО5, чтобы она помогла ей обратиться в суд, в суд они обратились в декабре 2016 г., так как ждали от работодателя документы, иных причин не имелось, в том числе какая-либо болезнь и иные причины, только эта. Она не считает, что ей пропущен срок для обращения в суд, но если он пропущен, просит его восстановить, так как считает, что он пропущен по уважительной причине, так как ранее она не могла обратиться в суд из-за того, что боялась, что ее уволят, а после увольнение они долго ждали ответ. С приказом об увольнении она ознакомилась в тот же день, получила на руки трудовую книжку после этого, а расчет по расчетному листку чуть позже. Все требования по иску, в том числе и по дополнительно заявленным, она полностью поддерживает, в том числе и те денежные требования, которые ее представитель окончательно озвучил в судебном заседании. При работе во вредных условиях труда ей ежемесячно производилась доплата за вредные условия труда, сначала 10%, а потом уменьшили до 4% в 2013 году, с чем она также не была согласна, и давали на протяжении всего времени молоко, а затем в последний год кисель.

В судебном заседании представитель истца, действующая на основании доверенности 27 АА № 0889938 от 19.08.2016 г. и в пределах предоставленных полномочий, ФИО5, исковые требования, как первоначально заявленные, так и впоследствии уточненные дважды, поддержала в полном объеме, однако уточнила их по суммам, окончательно просит суд взыскать с ответчика заработную плату, которую ответчик рассчитывал неправильно, а именно просит взыскать задолженность по сумме заработной платы, образовавшейся в результате счетной ошибки и неверного расчета ответчиком с августа 2015 года по август 2016 года в сумме <данные изъяты>, счетная ошибка и неверное начисление связаны с тем, что ответчиком не производилось начисление районного и северного коэффициента на доплаты за вредные условия труда и компенсацию питания, в том числе не оплачено сверхурочно отработанное время за указанный период в сумме <данные изъяты> согласно ранее представленного при подаче иска, расчету, так как сверхурочные часы отражены в расчетных листах как оплата в двойном размере, а по факту оплачены в одинарном размере, также просят взыскать с ответчика компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере <данные изъяты> эту компенсацию они рассчитали на те суммы, которые ими были первоначально заявлены, т.е. сумма компенсации сложилась из суммы <данные изъяты>, включая сумму за сверхурочно отработанное время в размере <данные изъяты>, также просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, судебные расходы за услуги правового и технического характера в сумме <данные изъяты>, связанные с оформлением доверенности нотариально, эти суммы касаются первоначально заявленных исковых требований при подаче иска, по п.3 по первоначально заявленному иску о взыскании суммы в размере <данные изъяты> они отказываются, поскольку эту сумму истцу выплатили при увольнении, и они ее просто не сразу обнаружили в банковской выписке истца. Что касается дальнейших дополнений исковых требований, то они их поддерживают и просят суд также взыскать в пользу истца начисленную, но не выплаченную заработную плату в сумме <данные изъяты> период с августа 2013 года по 10.08.2016 года согласно представленного расчета к уточнению по иску, поскольку, когда они ее просчитали, то получилось, что задолженность возникла с августа 2013 года, также просят взыскать выходное пособие в связи с увольнением согласно п.12.2.3 коллективного договора в размере <данные изъяты>, поскольку истец оформила пенсию на предприятии ответчика, в связи с чем ей положено выходное пособие, которое ими рассчитано по аналогии с положениями Трудового Кодекса РФ, также просят взыскать еще одну денежную выплату на основании пункта 12.2.3 коллективного договора в размере <данные изъяты>, это положение касается, если человек увольняется с предприятия по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, это как раз случай истца, они считают, что работодателем неправильно произведен расчет этой суммы, также просят взыскать компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период июнь и июль 2016 г. года в сумме <данные изъяты> по 15.02.2017 г., взыскать компенсацию за питание за период с ноября 2013 года по август 2016 года в сумме <данные изъяты>, поскольку такая компенсация не должна удерживаться, является гарантированной выплатой истцу за вредные условия труда, а также просят взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск за 131 календарный день неиспользованного отпуска в сумме <данные изъяты> за период с 25.06.1999 г. по 10.08.2016 г. По сроку исковой давности, считает, что срок ими не пропущен, поскольку истец обратилась к ней в конце августа 2016 года, 25 числа, и она написала от ее имени заявление на выдачу документов, но прошло длительное время, и документы им никто предоставил, только передали личную карточку работника, иные документы ей не предоставлены, в связи с чем они повторно уже 19.10.2016 г. обращаются с заявлением в этот же день и получают их, хотя по факту они были предоставлены позже, а так как для производства расчета им понадобилась помощь бухгалтера, также потребовалось время для производства им расчетов, в связи с чем они и обратились только в декабре 2016 года. Предусмотренный ч.1 ст.392 ТК РФ срок для обращения в суд по индивидуальным трудовым спорам, как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ в Определении от 20.12.2005 года № 482-0, от 20.02.2007 года № 123-О, 24.01.2008 года №7-О, Определении от 17.12 2008 года № 1087-0, выступает в качестве одного из необходимых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений и направлен на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника. Лицам, не реализовавшим право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, предоставляется возможность восстановить этот срок в судебном порядке. В качестве уважительных причин пропуска срока исковой давности могут быть признаны такие обстоятельства, которые препятствовали работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, например: болезнь истца, нахождение в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжело больным членом семьи. Приведенный перечень не является исчерпывающим (постановление Пленума ВС РФ от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ»). Таким образом, применяя положения части 3 статьи 392 ТК РФ и оценивая, является ли то или иное основание достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд должен действовать не произвольно, а проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением. Как следует из обстоятельств дела, трудовой договор был расторгнут по инициативе ФИО4 (<данные изъяты> по п. З ч.1 ст.77 ТК РФ с 10.08.2016 года. 25.08.2016 года ФИО4 обратилась к работодателю с заявлением о предоставлении документов, но работодатель документы не выдал. Поэтому 19.10.2016 года повторно представителем истца был направлен запрос АО «Многовершинное» об истребование документов. Пленум ВС РФ своем Постановлении от 17.03.2004 года № 2 разъяснил: «...Разрешая споры, возникшие в связи с предоставлением работникам ежегодных дополнительных отпусков, необходимо учитывать, что право на такие отпуска имеют работники, перечисленные в части первой статьи 116 Кодекса, а также другие категории работников в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом РФ и иными федеральными законами, коллективными договорами или локальными нормативными актами (статья 116 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что в силу статей 5 и 8 Кодекса положения коллективных договоров или соглашений, а также локальных нормативных актов, регулирующие условия и порядок предоставления ежегодных дополнительных отпусков, ухудшающие по сравнению с законодательством о дополнительных отпусках, положение работников (например, установление меньшей, чем в соответствующем законодательном акте, продолжительности дополнительного отпуска), не могут применяться судом...». Суд применяет статью 127 Трудового кодекса буквально и взыскивает компенсацию за все неиспользованные отпуска, включая предыдущие годы. При этом доводы о пропуске срока на обращение в суд не принимаются во внимание, поскольку обязанность работодателя по предоставлению отпуска либо выплате его денежной компенсации сохраняется до дня увольнения, когда производится выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя (ст. 140 ТК РФ). Данная позиция наиболее выгодна работнику, поскольку позволяет получить компенсацию за все неиспользованные отпуска. Согласно статье 9 Конвенции самым поздним сроком предоставления отпуска являются 18 месяцев после окончания рабочего года, за который предоставляется отпуск. Соответственно, право работника на получение отпуска нарушено по истечении 18 месяцев после окончания рабочего года. Именно с этого момента начинает течь трехмесячный срок на обращение в суд. Следовательно, работник вправе обратиться с иском о взыскании компенсации в пределах 21 месяца с момента окончания соответствующего рабочего года (18 месяцев + 3 месяца на обращение в суд). Согласно ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом. В силу п. п. 3, 5 Постановления Пленума ВС РФ N 2 от 17 марта 2004 года, заявление работника о разрешении иного индивидуального трудового спора подается в районный суд в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ, статья 24 ГПК РФ). При таких обстоятельствах, волеизъявление для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора имелось. Причины, приведшие к пропуску срока обращения в суд, не зависели от истца, а потому не должны учитываться судом при исчислении установленного в ст. 392 ТК РФ срока.

В судебном заседании представитель ответчика, действующий на основании доверенности № МНВ-12/17 от 16.03.2017 г. и в пределах предоставленных полномочий ФИО6, иск не признал полностью, правовая позиция ответчика ими ранее изложена в отзывах при проведении предварительного судебного заседания и в ходе проведения судебных заседаний, просит в иске отказать, поскольку истцом пропущен срок исковой давности, с момента увольнения и до предъявления иска в суд прошло более 3-х месяцев, кроме того все выплаты истцу произведены в соответствии с действующим законом, поэтому ее иск не обоснован, просит в иске отказать. Представителем ответчика ранее было заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности. Положение статьи 9 Конвенции № 132 Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках», устанавливает право использования ежегодного оплачиваемого отпуска не позже чем в течение 18 месяцев после окончания того года, за который предоставляется отпуск. В связи с чем, при заявлении работника о применении пропуска срока обращения в суд для работника по требованиям и компенсациям за неиспользованные отпуска такой срок является равным 21 месяцам, после окончания того года, за который предоставляется отпуск. Исходя из положений Конвенции, истец ФИО4 имела право использовать ежегодный оплачиваемый отпуск за период работы с 25.06.2010 года по 2011 год не позже 30.10.2013 года, за период с 2011 по 2012 год не позже 2014 года, с 2012 по 2013 года не позже 2015 года, с 2013 по 2014 год не позже 2016 года. То есть, учитывая установленный законом трехмесячный срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, истец ФИО4 при обращении в суд в декабре 2016 года с иском о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, пропустила. Ответчиком представлен табель учета рабочего времени, приказы о предоставлении отпусков. Таким образом, исковые требования ФИО4 о взыскании компенсации неиспользованного отпуска не подлежат удовлетворению. Согласно статьи 222 ТК РФ «О назначении на работу с особо вредными условиями труда» предоставляется бесплатно лечебно-профилактическое питание, однако в карте аттестации рабочего времени представлено, что данная обязанность отсутствует. В перечне производств, профессий и должностей, работа в которой дает право на бесплатное лечебно-профилактическое питание за особо вредные условия труда, утвержденный Приказом Министерства здравоохранения социального развития, должности растворщика реагентов не содержится. Таким образом, считают, что обязанность работодателя по обеспечению ФИО4 лечебно-профилактическим питанием, отсутствовала. То питание, которое ей предоставлялось, это организованное питание, которым пользуются все работники АО «Многовершинное», занятые на вредном производстве и которое, по сути, является бесплатным, в связи с чем, имеются документы, подтверждающие данное обстоятельство, которые имеются в материалах дела. Ссылка о применении статьи 395 как основание для удовлетворения своих денежных требований к ответчику за пределом сроков, установленных статьей 392, также не являются обоснованными, поскольку такие требования не бесспорны. Все денежные суммы, которые были начислены истцу, начислялись в соответствии с трудовым законодательством и Положениями Коллективного договора, а также с положением об оплате труда. По расчетам ранее был представлен перечень выплат, которые осуществлялись истцу, в которых имеется ссылка на платежные документы. Выплата, связанная с увольнением работника на пенсию, которая основывается на положениях коллективного договора, это п.12.2.3, но там в отношении работника, которому установлена тарифная ставка, указан иной порядок расчета по данной норме. Расчет указан на копии приказа об увольнении, расчет считают верным. Все положенные выплаты истцу ответчиком выплачены, никакой задолженности не имеется, срок пропущен, в иске просит отказать полностью.

Суд, выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, изучив материалы дела, неоднократно предоставленные уточненные исковые требования истца, неоднократно предоставленные отзывы ответчика, приходит к следующим выводам.

В судебном заседании достоверно установлено, что истец и ответчик состояли в трудовых отношениях, что не оспорено участниками процесса.

Как установил суд 25.06.1999 г. за № истец заключила с ответчиком трудовой договор, согласно условиям которого истец принята на работу в должности аппаратчика обогащения ЗИФ (п.2.1), ей установлены вредные условия труда (п.2.4), срок начала работы (дата) установлена с 25.06.1999 г. (п.3.2.1), работа по договору для истца является основной и на постоянной основе (п.1.1 договора) (л.д.9-10).

Согласно п.5.3 договора истцу установлена оплата труда по тарифной ставке с оплатой за 1 час, процентная надбавка в размере 50% и районный коэффициент в размере 50% (л.д.9).

Согласно п.6.2 трудового договора истцу установлена продолжительность рабочего дня – 7,2 часа, а также дополнительные отпуска, в том числе за работу во вредных условиях труда – 18 календарных дней (п.6.8) (л.д.10).

Согласно отметки на экземпляре трудового договора, истцом получен экземпляр трудового договора 25.06.1999 г. (л.д.10).

На л.д.11-13 представлены дополнительные соглашения к ранее заключенному трудовому договору № 1164 от 25.06.1999 г., согласно которым истцу установлена тарифная ставка <данные изъяты>, дополнительным соглашением от 27.04.2015 г. к трудовому договору истцу установлена тарифная ставка с 01.04.2015 г. в размере <данные изъяты> за 1 час работы, дополнительным соглашением от 01.11.2011 г., истцу как растворщику реагентов 4 разряда, реагентного отделения ИФ, устанавливается режим работы: 11,2 час рабочий день (смена) согласно графику сменности, впоследствии – 7,2 часа и 36-ти часовая рабочая неделя, а учет рабочего времени ведется по системе суммированного учета рабочего времени, учетным периодом является – один год.

На л.д.14 представлена выписка из трудовой книжки истца, указано, что согласно приказа № от 04.08.2016 г. истец уволена с предприятия ответчика в связи с тем, что трудовой договор расторгнут по инициативе работника <данные изъяты> – п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ.

Согласно приказа о приеме истца на работу № от 25.06.1999 г., истец принята на работу на предприятие ответчика в должности аппаратчика обогащения 4 р. по основному месту работы и на постоянной основе (л.д.15,72).

Согласно приказа № от 14.12.2015 г. истец переведена с должности аппаратчика обогащения золотосодержащих руд в технологическом процессе гидрометаллургического отделения ЗИФ в реагентное отделение на должность растворщика реагентов, с приказом истец ознакомлена под роспись 16.12.2015 г. (л.д.16,73).

Согласно приказа № от 04.08.2016 г. с 10.08.2016 г. прекращено действие трудового договора от 25.06.1999 г. № с истцом по инициативе работника по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ по должности растворщика реагентов реагентного отделения ЗИФ, указано произвести истцу выплату компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 73 дней (л.д.17,74).

На л.д.18-34, 129-130 представлены расчеты истца за подписью ее представителя ФИО5 по взыскиваемым суммам при подаче иска в суд и дополнительно заявленным исковым требованиям, правильность которых истец подтвердила в судебном заседании.

На л.д.35-39, 238-242 представлен сводный табель учета рабочего времени по истцу за период с 01.08.2013 г. по 31.08.2016 г. помесячно с указанием отработанных истцом в месяц основных часов, ночных часов, вечерних часов, сверхурочно отработанных часов, в праздничные дни.

На л.д. 40-59 представлены расчетные листки истца за период с 01.01.2015 г. по 31.08.2016 г. с указанием в них всех видов и начислений по заработной плате истца за период ее работы, в них же отражены отработанные истцом помесячно вечерние часы, основные часы, ночные часы, сверхурочно отработанные часы, вредность и иные составляющие, учитываемые при начислении и расчете отдельно по каждой графе.

На л.д.60-61,75-80, 194-199 тома № 1, л.д.30 тома № 2 представлена копия личной карточки истца с отраженными в ней сведениями о переводах истца, отпусках за период, начиная с 1999 г. и до момента увольнения.

На л.д.62 представлена выписка с банковского счета истца за период с 10.08.2016 г. по 17.12.2016 г. с отраженными в ней сведениями о зачисленных от ответчика денежных суммах.

На л.д. 81,92 представлено обращение представителя истца на имя ответчика с просьбой о предоставлении необходимых ей документов для обращения в суд в интересах истца ФИО4, полученного ответчиком также 19.10.2016 г.

Согласно ответа АО «Многовершинное» от 29.10.2016 г. на имя представителя истца предоставлен перечень запрашиваемых документов согласно указанного списка (л.д.82).

Ранее истец также обращалась к ответчику с просьбой о выдаче ей перечня необходимых документов, связанных с ее трудовой деятельностью, а именно 25.08.2016 г., данное заявление получено ответчиком также 25.08.2016 г. №, как установил суд из пояснений участников процесса ответа на данное заявление от ответчика до момента обращения представителя истца 19.10.2016 г., не поступило (л.д.93).

На л.д.94-97 представлены выписки по банковским операциям о переводах ответчиком на банковскую карту истца денежных сумм: <данные изъяты> 09.09.2016 г., <данные изъяты> 10.08.2016 г., <данные изъяты> 15.08.2016 г., <данные изъяты> 25.08.2016 г.

На л.д.117-118 представлен расчет ответчика по начисленным и выплаченным истцу денежным суммам, из которого усматривается, что: 08.08.2016 г. истцу перечислена компенсация неиспользованного отпуска при увольнении (73 дня) в размере <данные изъяты>, 08.08.2016 г. <данные изъяты> – часть заработной платы за июль 2016 г., общая сумма была перечислена – <данные изъяты> 10.08.2016 г. истцу перечислено <данные изъяты> в качестве материальной помощи работнику в связи с увольнением <данные изъяты> согласно коллективному договору, 15.08.2016 г. истцу перечислено <данные изъяты> в качестве остатка заработной платы за июль 2016 г., 15.08.2016 г. истцу перечислена сумма в размере <данные изъяты> как заработная плата за август 2016 г. (часть), а 25.08.2016 г. истцу перечислена денежная сумма в <данные изъяты> как остаток заработной платы за август 2016 г., 15.02.2017 г. истцу перечислена оплата отработанных часов за 2016 г., превышающих суммированный годовой баланс рабочего времени и произведена также оплата процентов по задолженности по заработной плате в сумме <данные изъяты>.

Согласно справки АО «Многовершинное» б/н от 15.02.2017 г. указано, что истец уволена 10.08.2016 г. с предприятия ответчика и ей произведен и выплачен при увольнении расчет на сберкарту: 08.08.2016 г. компенсация отпуска в размере <данные изъяты> и заработная плата за июль 2016 г. – <данные изъяты>, 10.08.2016 г. – пенсионное вознаграждение <данные изъяты>, на основании приказа о пенсионном вознаграждении № 65 м/п от 04.08.2015 г., 15.08.2016 г. (в день выдачи заработной платы всему предприятию) – остаток заработной платы за июль 2016 г. в сумме <данные изъяты> и заработная плата за август 2016 г. в размере <данные изъяты>, 25.08.2016 г. – заработная плата за август в размере <данные изъяты> (л.д.119).

Согласно приказа №-п от 15.02.2017 г. «Об оплате сверхурочных часов» указано произвести оплату отработанных часов за 2016 г., превышающих суммированный годовой баланс рабочего времени в одинарном размере, согласно ст.152 ТК РФ, при этом на сумму выплаты производить начисления районного коэффициента и северной надбавки (л.д.120).

Согласно списка работников, которым подлежат выплате данные вид начислений, указана и истец как работник ЗИФ (растворщик реагентов), часы к оплате указаны в размере <данные изъяты> на сумму <данные изъяты>, а с учетом РК и СН – <данные изъяты> (л.д.121).

На л.д.122 представлен расчет часов, отработанных сверх балансового времени в период с 01.01.2016 г. по 10.08.2016 г. по истцу.

Согласно выписки из банковской операции, истцу на карту ответчиком 15.02.2017 г. перечислена денежная сумма в размере <данные изъяты> (л.д.123).

Согласно акта об отказе от ознакомления в журнале учета движения трудовых книжек (и вкладышей к ним) при получении трудовой книжки от 10.08.2016 г. указано, что работники АО «Многовершинное» (ФИО1., ФИО2., ФИО3 составили настоящий акт о том, что 10.08.2016 г. в отделе кадров ФИО4 предложено при получении трудовой книжки, расписаться в журнале «книга учета трудовых книжек», от подписи ФИО4 отказалась, свой отказ ничем не мотивировала, трудовую книжку получила на руки (л.д.125).

На л.д. 131-139 истцом представлена выписка с ее банковского счета о зачислении ей заработной платы и иных выплат ответчиком за период с 14.02.2013 г. по 17.02.2017 г.

На л.д.163-174 представлен коллективный договор АО «Многовершинное» на 2014-2016 гг., согласно п. 12.2.3 которого указано, что работник, отработавший в ЗАО «Многовершинное» и проживающий на дату увольнения в р.п. Многовершинный или в г. Николаевске-на-Амуре и Николаевском районе не менее 5 лет, и увольняющийся с предприятия по основанию «собственное желание в связи с выходом на пенсию», имеет право на получение выплаты в размере суммы должностных окладов, количество которых равно количеству полных лет, отработанных в ЗАО «Многовершинное» (л.д.173).

При этом указано, что для работников с почасовой тарифной ставкой расчет производится: часовая тарифная ставка умноженная на баланс рабочего времени того месяца, в котором увольняется работник в связи с выходом на пенсию и умноженное на количество полных лет, отработанных в ЗАО МНВ (л.д.173).

На указанную выплату не начисляются районный коэффициент и северная надбавка.

Также работники, оформившие пенсию в ООО «Многовершинное», имеют права на получение выходного пособия при увольнении (л.д.173).

В соответствии с п.8.7 коллективного договора указано, что работодатель бесплатно выдает молоко или другие равноценные пищевые продукты работникам, занятых на работах с вредными условиями труда (л.д.170).

На л.д.175-187 представлены правоустанавливающие документы АО «Многовершинное»: свидетельство ИНН, о регистрации в качестве юридического лица, Устав АО «Многовершинное», выписка из ЕГРЮЛ по состоянию на 14.03.2017 г.

Согласно приказа № от 04.08.2016 г. «О пенсионном вознаграждении» указано, что на основании личного заявления, коллективного договора (п.12.2.3) истцу выплатить материальную помощь в связи с увольнением по уходу на пенсию (согласно кол.договора) за 16 полных лет работы (<данные изъяты>, в этом же приказе рукой указан расчет (<данные изъяты> (л.д.188).

Согласно акта об утрате документов от 01.12.2016 г. указано, что акт составлен в связи с тем, что обнаружена утрата в архиве следующих документов в отношении истца: личной карточки Т-2, трудового договора от 25.06.1999 г. №, дополнительного соглашения о переводе растворщиком реагентов от 14.12.2005 г., утрата произошла при следующих обстоятельствах: при обращении работника (л.д.189).

На л.д.190-193, 217-220 представлена карта аттестации рабочего места условиям труда № в отношении структурного подразделения: реагентное отделение, по рабочему месту – общие профессии работ по обогащению и т.д., по заключению экспертного учреждения (аттестующей организации) ООО «Центр экспертизы труда и профилактической медицины», данное рабочее место не соответствует государственным нормативным требованиям охраны труда (л.д.192), в карте аттестации рабочего места указано, что имеется на предприятии ответчика фактическое наличие компенсации – размер повышения оплаты труда работников – 4%, необходимость установления данной компенсации – имеется, основание указано как Постановление Госкомтруда и секретариата ВЦСПС от 03.10.1986 г. № 387/722-78.

На л.д.200-210 представлено Положение об оплате труда работников ЗАО «Многовершинное» на 2009 г., согласно условиям которого указано, что доплата за работу в ночное время устанавливается в размере 40% к часовой тарифной ставке (по истцу), ночным временем считается время с 22.00 часов до 06.00 часов, а за работу в вечернее время работникам устанавливается доплата в размере 20% к тарифной ставке (по истцу), а за вредные условия труда (по истцу) установлена компенсация за вредность (не облагаемая НДФЛ) – 4% (л.д.204, 215).

Согласно приказа № от 18.03.2013 г. «О доплате условий труда» указано, что на основании результатов аттестации рабочих мест и карт аттестации №, установить доплату за вредные условия труда 4% - растворщику реагентов с применением цианистых растворов (л.д.215).

На л.д. 221-224 представлена справка 2-НДФЛ по истцу за 2013 г., 2014 г., 2015 г., 2016 г. по август месяц включительно.

На л.д. 225-237 представлены расчетные листки по истцу по заработной плате за период с 01.08.2015 г. по 10.08.2016 г.

Как установил суд истец и ответчик состояли в трудовых отношениях до 10.08.2016 г., с 10.08.2016 г. истец уволена с предприятия ответчика, что не оспаривалось сторонами по делу.

В соответствии со ст.12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основании равноправия и состязательности сторон.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на обоснование своих требований и возражений.

Согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы.

В силу статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, а также выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату.

В силу статей 15, 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника Правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с трудовым кодексом.

В соответствии со ст. 104 Трудового кодекса Российской Федерации, когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная для данной категории работников ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать одного года.

В соответствии со ст. 97 ТК РФ сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

В силу статьи 152 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором.

Истцом и ее представителем заявлено требование о взыскании с ответчика суммы задолженности, образовавшейся в результате счетной ошибки и неверного расчета по начисленной заработной плате истца за период с 01.08.2015 г. по 10.08.2016 г. в размере <данные изъяты>, в том числе за сверхурочно отработанное время в сумме <данные изъяты> согласно представленного истцом и его представителем расчета на л.д.18-34 тома № 1.

Проверив данный расчет, суд не может с ним согласиться, поскольку представленный расчет противоречит установленным судом обстоятельствам и является необоснованным: согласно сводного табеля учета рабочего времени истца с 01.08.2015 г. по 10.08.2016 г. (л.д.238-242 тома № 1) истец в августе 2015 г. отработала 226 часов, из них: ночные – 94,9, вечерние – 40, сверхурочные – 74,80 часов, в сентябре 2015 г.: 67,80 часов, из них: вечерние – 12 часов, ночные – 21,90 часов, октябрь 2015 года: 67,80 часов, из них: вечерние – 12 часов, ночные – 21,90 часов, сверхурочные - 3 часа, в ноябре 2015 г.: 192,10 часов, из них: вечерние – 34 часов, ночные – 58,40 часов, сверхурочные – 37,80 часов, праздничные – 11,3 часов, в декабре 2015 г.: всего 305,10 часов, из них вечерние – 54,00 часов, ночные – 94,90 часов, сверхурочные – 140,50 часов, в январе 2016 г.: 305,10 часов из них: вечерние – 74 часов, ночные – 73 часов, сверхурочные - 2 и 149,90 часов, в феврале 2016 г.: 259,90 часов из них: вечерние – 46 часов, ночные – 94,90 часов, сверхурочные – 105,60 часов, в марте 2016 года: 226 часов, из них: вечерние – 40 часов, ночные – 58,40 часов, сверхурочные – 63,50 часов, в апреле 2016 г. – 226 часов, из них: вечерние - 40 часов, ночные - 87,60 часов, сверхурочные – 74,80 часов, в мае 2016 г.: 248,60 часов, из них: вечерние – 44 часов, ночные – 80,30 часов, сверхурочные: 89,20 часов, в июне 2016 г.: 226 часов, из них: вечерние – 40 часов, ночные – 65,70 часов, в июле 2016 г.: 293,80 часов, из них: вечерние – 52 часов, ночные 102,20 часов, в августе 2016 г.: 45,20 часов, из них: вечерние – 8 часов, ночные – 7,30 часов.

Указанные часы отработки также полно и достоверно отражены в самих расчетных листках за период с 01.08.2015 г. по 10.08.2016 г. (л.д.47-59 тома № 1).

Из расчетных листков усматривается, что истцу ежемесячно учитывались сверхурочные часы, которые истцу оплачивались в двойном размере, а именно при оплате по тарифной ставке истца общего количества отработанных часов, например в августе 2015 г. (л.д.47 тома № 1) общее количество часов составило <данные изъяты>, именно указанная сумма отражена в расчетном листке, в котором помимо начисления за общее количество отработанных часов, отдельно выделены сверхурочные часы в сумме <данные изъяты> и оплачены из размера тарифной ставки – <данные изъяты>, таким образом истцу ежемесячно за взыскиваемый период с 01.08.2015 г. по 31.05.2016 г. (в июне, в июле и в августе 2016 г. сверхурочные отсутствуют) производилось начисление и оплата сверхурочно отработанных часов в 2-ом размере: при оплате общего количества часов и отдельно сверхурочных в размере тарифной ставки, таким образом данная тарифная ставка при начислении и оплате учитывалась работодателем дважды, т.е. оплата производилась в двойном размере, аналогичным образом произведены начисления и оплата указанных часов помесячно за последующий взыскиваемый период.

Проверив начисления истцу за период с сентября 2015 г. по май 2016 г. (включительно), т.е. тот период, в котором у истца имелась переработка по сверхурочно отработанному времени, суд установил, что начисления и оплата произведены в точном соответствии с фактически отработанным временем, согласно действующего тарифа – <данные изъяты> за 1 час и оплата произведена в одинарном размере в общем количестве часов, куда вошли и сверхурочно отработанные часы и одинарном размере отдельно оплачены сверхурочно отработанные часы, количество которых полностью соответствуют показателям в сводном табеле учета рабочего времени по истцу, т.е. учтены и оплачены в двойном размере.

В связи с вышеизложенным оснований для взыскания предъявленной истцом суммы за неоплату сверхурочных часов не имеется, часы оплачены в полном соответствии с положениями ст.152 ТК РФ, т.е. в двойном размере, при оплате общего количества отработанных за месяц часов и отдельно выделены в месяце к оплате как сверхурочные.

Согласно ст. 135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Локальные нормативные акты, устанавливающие системы оплаты труда, принимаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников.

Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со ст.154 ТК РФ каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами.

Минимальные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Конкретные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.

Проверив расчет ответчика, отраженный в расчетных листках по оплате вечерних и ночных часов за период с 01.08.2015 г. по 10.08.2016 г., суд соглашается с ним, не признавая обоснованным расчет истца, оплата ночных и вечерних часов произведена в точном соответствии с положениями как норм ТК РФ, так и положений об оплате труда работников ЗАО «Многовершинное» от 2009 г. (20 % - вечерние часы и 40% - ночные, п.2.1.1, п.2.1.2, л.д.204 тома № 1), так согласно расчетного листка за август 2015 г. истцу учтены отдельно к оплате вечерние часы – <данные изъяты>, что полностью соответствует начислению в расчетном листке, и ночные часы в сумме <данные изъяты>, что также полностью соответствует начислению в расчетном листке, и данные часы отдельно учтены и оплачены в общем количестве отработанных истцом в месяце часов 226 часов за август 2015 г. в одинарном размере по тарифной ставке <данные изъяты> и дополнительно оплачены в соответствующих размерах – 20 и 40% соответственно, аналогичным образом ответчиком произведен расчет по вечерним и ночным часам за период с сентября 2015 г. по август 2016 г., данный расчет проверен судом помесячно, суммы начислений являются правильными, в связи с чем каких-либо нарушений по порядку расчета, начисления и оплате, суд не устанавливает.

Суд также не может согласиться с расчетом истца в части того, что СН и РК не начислены на вредность, поскольку данные расчеты истца не основаны на законе, поскольку как усматривается из расчетных листков начисление по вредности, например в августе 2015 г. составило <данные изъяты>, данное начисление НДФЛ не облагается (указано в расчетном листке), соответственно не рассматриваются как доход, с которого подлежит исчислению НДФЛ, соответственно на указанную сумму не может начисляться РК и ДВ.

Так если работнику выплачивается компенсация за работу с вредными и (или) опасными условиями труда (ст. 219 ТК РФ) (по истцу с 2013 г. – 4%), то такая компенсация не облагается НДФЛ на основании п.3 ст.217 Налогового Кодекса РФ, данная компенсация не является доходом, поскольку компенсацию за работу с вредными и (или) опасными условиями труда следует отличать от надбавки работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 146 ТК РФ), в связи с чем на нее не может начисляться СН и РК.

Как установлено судом, указанные доплаты, предусмотренные статьями 146 и 147 Трудового кодекса Российской Федерации, истцу выплачивались ежемесячно и составляли 20 и 40 % соответственно от тарифной ставки истца и включались в облагаемую базу по налогу на доходы физических лиц.

В то же время, помимо указанных доплат, ответчик на основании коллективного договора принял решение в соответствии со статьей 219 Трудового кодекса Российской Федерации о компенсационных выплатах работникам, занятым на тяжелых работах и работах с вредными и (или) опасными условиями труда, которые согласно пункту 3 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации не подлежат обложению налогом на доходы физических лиц.

Что касается компенсации питания и не начисления на нее СН и ДВ, как указывает истец в своем заявлении и расчетах по сумме задолженности за период с 01.08.2015 г. по 10.08.2016 г., то согласно положения об оплате труда работников ответчика, введенного в действие с 01.01.2009 г. к оплате труда и ее постоянной части относится компенсация питания согласно коллективного договора (л.д.201).

При этом установлено, что постоянная часть фонда оплаты труда составляет прямая заработная плата, доплаты и надбавки, относящиеся к постоянной части ФОТ, при этом в указанном положении подробно и последовательно изложены положения, что относится к прямой заработной плате, что относится к доплатам, а что относится к надбавкам, при этом компенсация питания входит в постоянную часть фонда оплаты труда, однако не входит в прямую заработную плату, а также не входит в понятие «доплаты и надбавки, относящиеся к постоянной части ФОТ», равно как и компенсация за вредность (не облагаемая НДФЛ) (л.д.201-206 тома № 1), согласно раздела 5 и раздела 6 (л.д.207 тома № 1) указанного положения установлено, что районный и северный коэффициенты на предприятии ответчика начисляются только на сумму прямой заработной платы, доплат и надбавок и премии, на иные виды постоянной части фонда оплаты труда, СН (северная надбавка) и РК (районный коэффициент) не начисляются, а в разделе 6 абз. 2 прямо указано, что на сумму компенсации за питание не производится начисление доплат, надбавок, премий, РК и процентных надбавок (северной надбавки), соответственно, поскольку компенсация питания согласно коллективного договора, не входит в перечень фонда оплаты труда, на которые подлежат начислению СН и РК, на указанную сумму компенсации питания СН и РК не начисляются, соответственно ссылка истца в данном случае не основана на законе и применяемых в организации ответчика локальных правовых актов, и расчет истца по данной сумме задолженности также судом признается необоснованным.

На основании изложенного заявленные истцом исковые требования о взыскании с ответчика суммы задолженности, образовавшейся в результате счетной ошибки и неверного расчета по начисленной заработной плате истца за период с 01.08.2015 г. по 10.08.2016 г. (как указано истцом в расчетах: оплата сверхурочно отработанных часов в табеле прописано в двойном размере, по факту оплачены в одинарном, РК и СН не включены суммы по вредности и компенсации питания) в размере <данные изъяты>, в том числе за сверхурочно отработанное время в сумме <данные изъяты> согласно представленного истцом расчета, суд отклоняет как необоснованные и не подлежащие удовлетворению в полном объеме.

В связи с отказом в удовлетворении указанной части заявленных исковых требований, не подлежит удовлетворению и производное требование истца о взыскании в порядке ст.236 ТК РФ денежной компенсации за невыплату со стороны ответчика указанных денежных сумм, заявленная истцом как индексация в сумме <данные изъяты>, поскольку какого-либо нарушения порядка начисления и оплаты сверхурочно отработанных часов, ночных и вечерних, а также не начисления СН и РК на компенсацию за вредность и на компенсацию за питание, суд не установил за взыскиваемый период.

В связи с чем не подлежит удовлетворению и требование истца о взыскании ей суммы в части компенсации за отпуск при увольнении в сумме <данные изъяты> как разницы между фактически начисленной – <данные изъяты> согласно расчетного листка за август 2016 г. (л.д.59 тома № 1) и суммы расчета компенсации отпуска при увольнении, произведенного истцом в сумме <данные изъяты> (л.д.33 тома № 1), поскольку представленный расчет истцом по сумме признан судом необоснованным в связи с неправомерным начислением сумм по расчету истца за сверхурочно отработанное время и неправомерным начислением СН и РК по вредности и компенсации питания.

Как установил суд, в судебном заседании истец и ее представитель от ранее заявленного искового требования в части взыскания невыплаченной заработной платы при увольнении в сумме <данные изъяты> отказались в виду того, что данная сумма истцу выплачена, в связи с чем данное заявленное требование при подаче иска судом к рассмотрению не принимается.

Также истцом заявлено требование о взыскании начисленной, не выплаченной заработной платы истцу за период с августа 2013 года по август 2016 года в сумме <данные изъяты>, вместе с тем, проверив расчет истца (л.д.23-24 тома № 2), просчитав суммы начисленной и перечисленной истцу заработной платы согласно расчетных листков за период с 01.08.2013 г. по 31.08.2016 г. (л.д.40-59 тома № 1 и л.д. 35-51 тома № 2), а также сравнив их с предоставленной истцом выпиской о движении денежных средств по ее заработной плате по счету (л.д.131-139 тома № 1), суд не находит оснований к удовлетворению требований, поскольку все начисленные суммы согласно расчетным листкам проведены и учтены (перечислены) в справке о состоянии вклада истца за указанный период полностью и в полном объеме, в связи с чем данное заявленное исковое требование удовлетворению не подлежит.

Так, согласно расчетным листкам (л.д.35-39 тома № 2) за период с августа по декабрь 2013 г. истцу начислено <данные изъяты> (то, что положено к зачислению на карту истца), истцу фактически зачислено за указанный период <данные изъяты> в точном соответствии с суммами перечислений согласно расчетным листкам (в августе: 15.08.2013 г. – <данные изъяты> полностью соответствует остатку долга по сумме перед истцом на конец месяца декабря 2013 года, и который (остаток) также перенесен как долг за предприятием на 01.01.2014 г.

Аналогичным путем судом произведена проверка правильности начисления, расчета и перечисленных сумм согласно сведениям по расчетным листкам за 2014 г., согласно которым истцу начислено всего <данные изъяты>, удержано <данные изъяты>, сумма, подлежащая перечислению истцу, что установлено судом, и проверено помесячно по банковской выписке истца, составляет <данные изъяты>, фактически истцу перечислено, что установлено судом, сумма в размере <данные изъяты>, разница составляет <данные изъяты> (выплачено истцу больше), от долга <данные изъяты>, что полностью соответствует сумме остаточного долга на декабрь 2014 г. и перенесенного на начало января 2015 г.

Аналогичным путем судом произведена проверка правильности начисления, расчета и перечисленных сумм согласно сведениям по расчетным листкам за 2015 г., согласно которым истцу начислено всего <данные изъяты>, удержано <данные изъяты>, сумма, подлежащая перечислению истцу составляет <данные изъяты>, фактически истцу перечислено, что установлено судом, и проверено помесячно по банковской выписке истца, сумма в размере <данные изъяты>, разница составляет <данные изъяты> (не довыплачено истцу), к долгу <данные изъяты>, что полностью соответствует сумме остаточного долга на декабрь 2015 г. и перенесенного на начало января 2016 г.

Аналогичным путем судом произведена проверка правильности начисления, расчета и перечисленных сумм согласно сведениям по расчетным листкам за 2016 г., согласно которым истцу начислено всего <данные изъяты>, удержано <данные изъяты>, сумма, подлежащая перечислению истцу составляет <данные изъяты>, фактически истцу перечислено, что установлено судом, и проверено помесячно по банковской выписке истца, сумма в размере <данные изъяты>, разница составляет <данные изъяты> (выплачено истцу больше), от долга <данные изъяты> что полностью соответствует сумме остаточного долга на декабрь 2016 г. и составляющего сумму долга уже работника на 10.08.2016 г. перед ответчиком (предприятием), т.е. сумма заработной платы истцу полностью выплачена и какой-либо задолженности по начисленной, но не выплаченной заработной платы, не имеется, это полностью опровергается выше исследованными материалами дела.

Соответственно в связи с отказом в удовлетворении указанной части заявленных исковых требований, не подлежит удовлетворению и производное требование истца о взыскании в порядке ст.236 ТК РФ денежной компенсации за невыплату со стороны ответчика указанных денежных сумм, заявленная истцом как индексация в сумме <данные изъяты>, поскольку какого-либо нарушения порядка начисления и оплаты начисленной и выплаченной заработной платы истцу за указанный период, суд не установил, исходя из взыскиваемой истцом и ее представителем, денежной суммы в размере <данные изъяты>

Требование о денежной выплате в сумме <данные изъяты> в соответствии с п.12.2.3 коллективного договора (л.д.173 тома № 1) не подлежит удовлетворению в полном объеме, поскольку такая выплата истцу произведена в соответствии с условиями коллективного договора и в полной сумме, поскольку судом установлено, что у истца установлена оплата труда по часовой тарифной ставке, согласно п.12.2.3 коллективного договора, для работников с часовой тарифной ставкой расчет такой выплаты производится: часовая тарифная савка, умноженная на баланс рабочего времени того месяца, в котором увольняется работник в связи с выходом на пенсию и умноженное на количество полных лет, отработанных в МНВ, при этом на данную выплату СН и РК не начисляются.

Как установил суд, часовая тарифная ставка истца подлежит оплате по тарифу <данные изъяты> что не оспаривалось сторонами и установлено из материалов дела, баланс рабочего времени за август 2016 г. при 36-ти часовой рабочей неделе истца, что также следует из анализа материалов дела, составляет согласно производственного календаря на 2016 г. (36-ти часовая рабочая неделя), 165,6 часов, истец трудоустроилась к ответчику в июне 1999 г., а уволилась в августе 2016 г., соответственно полных календарных лет истец отработала 16 (период с 25.06.2000 г. по 25.06.2016 г.), производим расчет: <данные изъяты>, указанная сумма полностью отражена в начислениях по составляющим заработной платы истца за август 2016 г. в расчетном листке и полностью выплачена, в связи с чем данное требование необоснованное полностью.

Согласно того же пункта 12.2.3 указано, что работники, оформившие пенсию в ООО «Многовершинное», имеют право на получение выходного пособия при увольнении, работники, оформившие пенсию до поступления на работу в ЗАО МНВ, не имеют право на указанную выплату.

Как установил суд, истцу пенсия назначена согласно отметки на трудовой книжке истца (л.д.14 тома № 1) Николаевским-на-Амуре горсобесом 27.06.2000 г., т.е. по достижению истцом возраста 50 лет.

Как установил суд согласно отметки в той же трудовой книжке истца указано, что ООО «Многовершинное» преобразовано в ЗАО «Многовершинное» согласно приказа № от 07.03.2000 г., вместе с тем пенсия истцу была назначена спустя 3 месяца, а именно 27.06.2000 г., когда предприятие ответчика именовалось как ЗАО «Многовершинное».

Из буквального содержания и смысла текста п.12.2.3 коллективного договора усматривается, что выходное пособие выплачивается работникам при увольнении, оформившим пенсию в ООО «Многовершинное», вместе с тем как установил суд истец пенсию в ООО «Многовершинное» не оформляла.

В связи с чем требование истца о выплате ей дополнительно к полученной пенсионной выплате, выходного пособия в размере <данные изъяты>, суд считает неправомерным и не подлежащим удовлетворению в заявленной ко взысканию сумме полностью.

Истцом заявлено требование о взыскании в ее пользу денежной суммы в размере <данные изъяты> за период с 25.06.1999 г. по 10.08.2016 г. в качестве компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 131 календарного дня.

Согласно личной карточки истца (л.д.30 тома № 2, л.д.75-80, 194-199 тома № 1) судом установлено, что истцу за период с 25.06.1999 г. (дата принятия на работу) и по день увольнения – 10.08.2016 г. ежегодно предоставлялся оплачиваемый отпуск в количестве 54 к.д. за период 1999-2000 гг., 54 к.д. за период 2000-2001 гг., 54 к.д. за период 2001-2002 гг., в счет очередного – 10 к.д., за период 2002-2003 гг. – 52 к.д., в счет очередного – 50 к.д., в счет очередного 10 к.д., за период 2003-2005 гг. – 64 к.д., за период 2005-2006 гг. – 20 к.д., за период 2006-2007 гг. – 104 к.д., за период с 2007-2008 гг. – 62 к.д., за период 2008-2009 гг. – 62 к.д., за период 2009-2010 гг. – 62 к.д., за период 2010-2011 гг. – 30 кд. и 30 к.д. и компенсация отпуска в количестве 2-х дней, и в количестве 23-х дней, за период 2011-2012 гг. – 30 к.д. и 28 к.д., за период 2012-2013 гг. - 58 к.д., за период 2013-2014 гг. – 58 к.д., за период 2014-2015 гг. – 35 к.д. и компенсация отпуска в количестве 23-х дней, а также при увольнении истцу произведена компенсация отпуска в количестве 73-х дней, итого общая сумма календарных дней согласно указанных в личной карточке работника приказов составила: 1048 календарных дней, фактически истцу в соответствии с условиями трудового договора (л.д.9-10) отпуск предоставляется в количестве 62 к.д., 62 к.д. х 17 лет (период работы истца для расчета отпуска) = 1054 к.д., и 7 дней (за июль и 10 дней августа, 62 к.д. : 12 мес. = 5,1 дней в месяц и 2 дня за 10 дней августа), 1054 +7 = 1061 дней, разница составляет 13 дней.

Ссылка истца на то, что она дважды была отозвана из отпуска (из очередного отпуска на 72 к.д. с 26.02.2008 г. и на 22 к.д. с 12.05.2008 г. (л.д.30 тома № 2), не свидетельствует о нарушении ее прав и обоснованности требования о компенсации ей указанного периода в денежном выражении, поскольку истцом не заявлялись возражения по факту того, что по уходу в указанные отпуска ей не начислялась и не выплачивалась денежная сумма по уходу в отпуск (отпускные), равно как и не представлено доказательств, что данная денежная сумма, выплаченная истцу при уходе в отпуск, впоследствии работодателем была удержана в связи с отзывом из отпуска.

В связи с чем предъявленная ко взысканию денежная сумма за 131 к.д. отпуска в размере <данные изъяты> является необоснованной и не подлежит взысканию в заявленном размере.

Как установлено судом фактически истец не использовала только 13 дней отпуска за весь указанный период.

Как установил суд, ответчиком по всем заявленным исковым требованиям истца заявлено о применении пропуска 3-хмесячного срока для обращения в суд (до внесения изменений с 03.10.2016 г.).

В силу ч.1 ст.127 ТК РФ в случае увольнение работника, ему выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В силу ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. При пропуске по уважительным причинам данного срока он может быть восстановлен судом.

В соответствии с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Пункт 56 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 установлено, что при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы, надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а там более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Приведенное разъяснение расширительному толкованию не подлежит и не применимо в случаях, когда заработная плата работнику не начислялась и не выплачивалась в связи с наличием между работником и работодателем спора о праве работника на те или иные выплаты, являющиеся составной частью заработной платы работника.

Спор о праве на получение заработной платы или ее части является индивидуальным трудовым спором работника с работодателем, в связи с чем, срок для обращения работника в суд по такому спору, в соответствии со ст. 392 Трудового кодекса РФ, составляет три месяца со дня, когда работнику стало известно или должно было стать известно о нарушении его права.

Судом установлено, что истец была ознакомлена работодателем с условиями оплаты труда при заключении трудового договора. Она на протяжении всего периода работы ежемесячно, заблаговременно до выплаты заработной платы, за 3 дня, получала расчетные листки, в которых указывалось, из каких составляющих складывается ее заработная плата за данный период.

Также суд учитывает, что положения ст.9 Конвенции № 132 международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках», которая ратифицирована ФЗ от 01.07.2010 г. № 139-ФЗ, устанавливают право использования ежегодного оплачиваемого отпуска не позже, чем в течение 18-ти месяцев после окончания того года, за который предоставляется отпуск, однако в связи с заявлением ответчика о применении последствий пропуска срока обращения в суд для работника по требованиям о компенсации за неиспользованные отпуска, такой срок является равным 21 месяцу после окончания того года, за который предоставляется отпуск (18 месяцев + 3 месяца), в связи с чем, суд устанавливает, что истец имела право использовать ежегодный оплачиваемый отпуск за период работы с 25.06.2010 г. по 24.06.2011 г. не позже 30.09.2013 г., за период с 25.06.2011 г. по 24.06.2012 г. не позже 30.09.2014 г., с 25.06.2012 г. по 24.06.2013 г. не позже 30.09.20154 г., с 25.06.2013 г. по 24.06.2014 г. не позже 30.09.2016 г., и учитывая установленный законом трехмесячный срок обращения в суд, о применении которого заявлено стороной в споре – ответчиком, истец при обращении в суд в декабре 2016 года с иском о компенсации за неиспользованный отпуск, срок для обращения в суд по требованию о взыскании компенсации за отпуск, причитающийся за период работы с 25.06.1999 г. по 24.06.2014 г., пропустила, при этом уважительных причин пропуска срока суду не предоставила, и суд не находит оснований для восстановления данного срока.

Как установил суд за период с 25.06.2014 г. по 24.05.2015 г. истцу предоставлен отпуск 35 календарных дней и 23 календарных дней – компенсация отпуска, всего 58 календарных дней согласно приказа о предоставлении отпуска № от 11.09.2015 г., а за период с 25.06.2015 г. по 10.08.2016 г. истцу выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 73 дня, расчет: 62 к.д. (период с 25.06.2014 по 24.06.2015 гг.) + 62 к.д. (период с 25.06.2015 г. по 24.06.2016 г.) + 7 к.д. (период за июль (5 к.д.) и 10 дней августа 2016 г.- 2 к.д., расчет приведен в решении ранее) = 131 к.д. положенного к оплате истцу отпуска, ответчиком фактически оплачен отпуск с учетом компенсации в количестве 131 к.д. (58 к.д. + 73 = 131 к.д.), т.е. оплачено полностью.

В связи с чем требование истца о взыскании в ее пользу компенсации за неиспользованный отпуск с учетом пропуска срока за указанный период, удовлетворению не подлежит.

Истцом заявлено требование в части взыскания в ее пользу компенсации питания за период с 01.11.2013 г. по 10.08.2016 г. в сумме <данные изъяты>.

В соответствии со ст.222 ТК РФ установлено, что на работах с вредными условиями труда работникам выдаются бесплатно по установленным нормам молоко или другие равноценные пищевые продукты. Выдача работникам по установленным нормам молока или других равноценных пищевых продуктов по письменным заявлениям работников может быть заменена компенсационной выплатой в размере, эквивалентном стоимости молока или других равноценных пищевых продуктов, если это предусмотрено коллективным договором и (или) трудовым договором.

Как установил суд порядок компенсации за питание предусмотрен п.10.3 коллективного договора и разделом 6 положения об оплате труда работников АО «Многовершинное», согласно которого установлено, что работникам, перечисленным в перечне работников, которым устанавливается компенсация за питание, выплачивается компенсация за питание в размере, определенном приказом заместителя управляющего директора по персоналу ЗАО «Многовершинное», компенсация за питание производится за фактическое время нахождения на рабочем месте согласно установленному графику работы на месяц.

На сумму компенсации за питание не производится начисление доплат, надбавок, премий, районного коэффициента и процентных надбавок (северной надбавки).

Как установлено судом из отзыва ответчика (л.д.26 тома № 2), что не оспорено истцом, размер компенсации установлен в сумме <данные изъяты> в месяц.

Как установлено судом из пояснений истца в судебном заседании (л.д.8 тома № 2) на протяжении всего периода работы ей предоставлялось бесплатно молоко, а впоследствии кисель.

Согласно приказа работодателя № от 18.03.2013 г. истцу ежемесячно производилась доплата в размере 4% за вредные условия труда, не облагаемая НДФЛ (л.д.211-216 тома № 1), таким образом работодатель производил и выдачу истцу молока или других равноценных пищевых продуктов (кисель) и производил доплату за вредность ежемесячно.

Соответственно данную компенсацию за питание, нельзя рассматриваться в рамках положений ст.222 ТК РФ как компенсационную выплату в размере, эквивалентном стоимости молока или других равноценных пищевых продуктов.

Как установил суд истцу фактически ежемесячно в период ее трудовых отношений с ответчиком выдавалось молоко за вредность, а затем кисель в связи с выполнением истцом работы во вредных условиях труда, а также дополнительно производилась выплата компенсации за вредность 4% от тарифной ставки (не облагаемая НДФЛ), в связи с чем какого-либо нарушения прав истца суд не усматривает.

Что касается лечебно-профилактического питания, то оно предусмотрено только для работников, занятых на работах с особо вредными условиями труда, межу тем как установил суд, истцу установлены вредные условия труда, поскольку в Перечне производств, профессий и должностей, работа в которых дает право на бесплатное лечебно-профилактическое питание в связи с особо вредными условиями труда, утвержденном Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 16 февраля 2009 г. № 46н профессии и должности растворщика реагентов не содержится, соответственно обязанность ответчика по обеспечению истца лечебно-профилактическим питанием, отсутствовала.

Исходя из анализа расчетных листков истца с 01.11.2013 г. по 10.08.2016 г. у истца произведено удержание компенсации питания.

Соответственно суд приходит к выводу, что указанная в расчетных листках компенсация за питание является натуральным доходом истца (бесплатное питание), при этом суд учитывает, что согласно заявления истца (л.д.29 тома № 2) истец просит удерживать из ее заработной платы стоимость питания, полученного через «Торговый дом» и перечислять удержание в «Торговый Дом», т.е. сторонней организации.

Расходы на оплату труда определяются ст. 255 НК РФ, п. 25 которой также установлено, что к этим расходам относятся и другие, не поименованные в этой статье виды расходов, произведенных в пользу работника, предусмотренных трудовым договором и (или) коллективным договором. Следовательно, выплаты работникам, осуществленные в любой форме, являются затратами на оплату труда этих работников.

Таким образом, в ст. 255 НК РФ четко определены квалифицирующие признаки понесенных налогоплательщиком затрат, которые в обязательном порядке подлежат включению в состав расходов на оплату труда его работников, а потому отсутствует альтернатива по отнесению их к иному виду расходов.

Соответственно поскольку данное питание является натуральным доходом истца, последнее подлежит учету для исчисления НДФЛ и его удержанию из заработной платы.

В связи с чем требованием истца в указанной части суд признает необоснованным и не подлежащим удовлетворению в заявленной ко взысканию денежной сумме.

Согласно приказа ответчика от 15.02.2017 г. №-п работникам предприятия произведена оплата отработанных часов за 2016 год, превышающих суммированный годовой баланс рабочего времени в одинарном размере согласно ст.152 ТК РФ с начислением на указанную сумму районного коэффициента и северной надбавки (л.д.120 тома № 1), где истцу начислено за 193,7 часа <данные изъяты>, с учетом СН И РК к выплате <данные изъяты>, представлен расчет, согласно которого (л.д.122 тома № 1) у истца имеется неоплата по переработке за июнь 2016 г. в количестве 64 часа и за июль 2016 г. в количестве 143 часа.

Данная переработка на момент увольнения истца ответчиком не начислялась и не выплачивалась.

Проверив расчет, суд соглашается с ним, поскольку он полностью соответствует методике расчета, так в июне 2016 г. истец фактически отработала 226 часов, что соответствует как табелю учета рабочего времени, так и расчетному листку за месяц, баланс рабочего времени при 36-ти часовой рабочей неделе, установленной истцу, за июнь составил 151,2 часа, разница составляет - 74,8 часа, из которых 11,3 часа – оплачены в двойном размере (в общем количестве часов – 226 часов и отдельно как 11,3 часов по тарифной ставке <данные изъяты>), 74,8- 11,3 = 63,5 часа (округляем до 64), которые подлежат оплате в одинарном размере, поскольку изначально были учтены и оплачены также в одинарном размере при оплате общего количества часов за июнь 2016 г. – 226 часов.

Аналогичный расчет произведен ответчиком за июль 2016 г., суд с ним соглашается, фактически истцу не была оплачена переработка еще раз в одинарном размере в количестве 142,6 часа (округляем до 143) (оплачена в одинарном размере в общем количестве часов – 293,9 часов).

Общее количество часов составляет 193,7 часа, что отражено и ответчиком (84,0 + 109,7 = 193,7 часа), которые подлежат оплате в одинарном размере, проверив расчет ответчика суд не соглашается с ним, поскольку 193,7 часа при оплате в одинарном размере по тарифной ставке 63,020 составит <данные изъяты>, а с учетом СН и РК (50% и 50% по условиям трудового договора с истцом) составит сумму в размере <данные изъяты> (вместо указанной ответчиком <данные изъяты>).

Вместе с тем как установил суд истцу ответчиком в добровольном порядке перечислена денежная сумма в размере <данные изъяты>, которая была фактически зачислена и получена истцом, без ее обратного взыскания ответчиком.

Указанная сумма полностью покрывает задолженность истца не только за указанные часы переработки за июнь и июль 2016 г. в сумме <данные изъяты> но и сумму компенсации в порядке ст.236 ТК РФ за задержку выплаты указанной денежной суммы на момент увольнения (<данные изъяты>.

Также судом установлено, что ответчиком заявлено требование о применении последствий пропуска истцом срока на обращение в суд с момента увольнения с 11.08.2016 г. с заявленными требованиями, поскольку истец обратилась в суд только в декабре 2016 года.

Суд соглашается с ответчиком о пропуске истцом предусмотренного ст.392 ТК РФ срока с момента увольнения, для обращения в суд (3-х месячного срока, истец уволилась 10.08.2016 г., т.е. до введения с 03.10.2016 г. срока обращения в суд – 1 год) и также соглашается с отсутствием уважительности пропуска срока со стороны истца, что является также самостоятельным основанием для отказа в иске истцу полностью.

Доказательств, подтверждающих наличие уважительных причин пропуска срока для обращения в суд, истицей не представлено.

Как установил суд на основании приказа ответчика, трудовые отношения между истцом и ответчиком были прекращены 10.08.2016 г., с приказом об увольнении истец ознакомлена в тот же день, что ей не оспаривалось, в тот же день ей была выдана трудовая книжка, окончательный расчет истец получила 25.08.2016 г., при этом получив заблаговременно и сам расчетный листок по видам и составляющим в нем, что не оспорено и самой истицей.

Как установлено судом, денежные средства, причитающиеся истцу при увольнении, (начисленные по расчетному листку) ей были полностью перечислены платежным поручением на счет истца, что ей также не оспаривалось.

Статья 392 Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение функционирования механизма судебной защиты трудовых прав и в системе действующего правового регулирования призвана гарантировать возможность реализации работниками права на индивидуальные трудовые споры (статья 37, часть 4, Конституции Российской Федерации), устанавливая условия, порядок и сроки для обращения в суд за их разрешением.

Предусмотренный указанной статьей срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является более коротким по сравнению с общим сроком исковой давности, установленным гражданским законодательством. Однако такой срок, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не может быть признан неразумным и несоразмерным; установленные данной статьей сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на своевременную оплату труда, и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (Определения от 21 мая 1999 года N 73-О, от 12 июля 2005 года N 312-О, от 15 ноября 2007 года N 728-О-О, от 21 февраля 2008 года N 73-О-О и др.).

Своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника, а при пропуске срока по уважительным причинам он может быть восстановлен. Отказ же в восстановлении пропущенного срока работник вправе обжаловать в установленном законом порядке.

Учитывая, что о предполагаемом нарушении ее прав истец знала и (или) должна была знать каждый месяц при получении заработной платы в соответствии со ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации, что вытекает из ежемесячно предоставляемых ей расчетных листков, в которых подробно отражены виды и составляющие ее заработной платы, указаны количество календарных дней предоставляемого отпуска, то обратившись в суд только 21.12.2016 г. с требованием о взыскании видов и составляющих ее заработной платы, истец пропустила установленный ст. 392 ТК РФ срок на обращение в суд за защитой нарушенных трудовых прав, поскольку последним днем права обращения в суд являлся день 11.11.2016 г., что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении искового заявления.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи). В любом случае, указанные истцом причины должны быть непосредственно связаны с его личностью.

Разрешая вопрос об уважительности причин пропуска установленного законом срока, суд приходит к обоснованному выводу об отсутствии таковых, при этом заявленное истцом ходатайство о восстановлении ей пропущенного срока суд оставляет без удовлетворения, поскольку уважительных причин для его восстановления, суд не находит.

Согласно ст. 198 ГПК РФ в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

Таким образом, в соответствии с положениями ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, поскольку исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; представителем ответчика ходатайство было заявлено своевременно, а причины пропуска истцом срока для обращения в суд по требованиям о взыскании заработной платы признаны неуважительными.

Ссылка представителя в возражениях на заявление ответчика о пропуске срока обращения в суд о том, что не выплата заработной платы носила длящийся характер, не состоятелен, так как истец заявляя требование о взыскании задолженности по составляющим заработной платы и иным выплатам, фактически просит взыскать не начисленную заработную плату и денежные выплаты, между тем начисления и выплаты заработной платы ответчик производил ежемесячно, следовательно, ежемесячно истец мог узнать о нарушении своих прав, и длящегося характера не имело места.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" от 17 марта 2004 года N 2 длящийся характер носит нарушение при невыплате начисленной заработной платы.

Доплаты, которые просит взыскать истец с ответчика, не были начислены ответчиком.

Обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы сохраняется в течение всего периода действия трудового договора, следовательно, срок для обращения в суд с требованиями, связанными с нарушением прав работника в связи с неисполнением указанной обязанности работодателем при прекращении трудового договора, должен исчисляться с момента прекращения трудового договора, то есть с 10.08.2016 г.

Исковое заявление направлено в суд 21.12.2016 г., т.е. за пределами установленного ст. 392 ТК Российской Федерации (редакция до 03.10.2016 г.) трехмесячного срока.

Специальный срок исковой давности, установленный ст. 392 ТК РФ (в редакции действовавшей до 3 октября 2016 года), по требованиям работников о взыскании заработной платы которая им не начислялась, исчисляется с момента, когда работник узнал о том, что оспариваемая часть заработной платы ему не начислена, а следовательно, и не будет выплачена, то есть с момента получения соответствующего расчетного листка или неоспариваемой части заработной платы.

Начало течения срока не может, в силу положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, исчисляться с даты, когда работник (истец) получил информацию, на основе которой субъективно пришел к выводу о имеющимся нарушении его трудовых прав со стороны работодателя, поскольку такое определение начала течения срока противоречит положениям Трудового кодекса Российской Федерации и приводит к нивелированию значения нормы ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, ставя применение нормы в зависимость от волеизъявления истца и субъективных обстоятельств, исходя из которых истец субъективно принял решение обратиться за судебной защитой своих прав, что недопустимо.

Доводы истца и его представителя о том, что по вопросу возникшей задолженности за сверхурочно отработанное время и иные выплаты за взыскиваемый период истец обращался к работодателю дважды для получения копий документов, не могут быть приняты во внимание, поскольку обращение истца к работодателю за указанными документами не свидетельствует об уважительности пропуска процессуального срока, указанные обращения не препятствовали одновременному обращению истца с требованием о взыскании доплаты за отработанные сверхурочно часы и иных выплат, истец, получая ежемесячно расчетные листы, имела информацию о количестве отработанных ею часов и начисленных суммах, и в случае несогласия имела как возможность обращения к работодателю о выдаче ей необходимых документов для обращения в суд, так и возможность производства расчета самостоятельно.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что в период работы истец не имела возможности ознакомиться с составом и порядком исчисления причитающейся ей заработной платы, в том числе за сверхурочную работу, материалы дела не содержат.

Ссылка истца и его представителя о том, что о нарушении ее прав они узнали только после получения документов от ответчика 2016 г., основаны на неправильном толковании приведенных выше норм материального закона, поскольку право на получение заработной платы в полном объеме нарушается тогда, когда эта заработная плата выплачена истцу фактически, но в меньшем размере, чем он считает.

Истцом фактически заявлен спор о взыскании не начисленной ответчиком зарплаты, наличие данной задолженности ответчиком не признавалось, и срок обращения в суд за защитой данного требования возник у истца именно с того момента, когда она узнала о нарушении предполагаемого права.

Уважительных причин пропуска срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не зависящих от воли работника, препятствовавших подаче искового заявления, истцом суду не названо, а обращение к работодателю не являются уважительными причинами пропуска срока и основанием для его восстановления.

Получая ежемесячно заработную плату за период с 01.11.2013 г. по 10.08.2016 г. в заниженном размере, включая предоставление отпуска в меньшем размере, чем предусмотрено условиями трудового договора, а также иных выплат, как полагала истец, истец не могла не знать о нарушении своих прав и в силу ст. 392 ТК РФ она могла обратиться в суд с требованиями о взыскании не начисленной компенсации в течение трех месяцев со дня, когда узнала или должна была узнать о нарушении своего права на оплату. В данном случае отношения не приобрели длящийся характер, никаких исключений по сроку исковой давности по данному спору не имеется.

В соответствии с ч. 2 ст. 392 ТК РФ (редакция с 03.10.2016 г.) за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Положения данной нормы начали действовать с 3 октября 2016 г. со дня вступления в силу Федерального закона от 03.07.2016 N 272-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушения законодательства в части, касающейся оплаты труда". Ранее этот срок составлял три месяца со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (ч. 1 ст. 392 ТК РФ).

В ч. 3 ст. 12 ТК РФ устанавливается, что закон или иной нормативный правовой акт, содержащий нормы трудового права, не имеет обратной силы и применяется к отношениям, возникшим после введения его в действие.

Действие закона или иного нормативного правового акта, содержащего нормы трудового права, распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, лишь в случаях, прямо предусмотренных этим актом (ч. 4 ст. 12 ТК РФ).

В отношениях, возникших до введения в действие закона или иного нормативного правового акта, содержащего нормы трудового права, указанный закон или акт применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие (ч. 5 ст. 12 ТК РФ).

Учитывая вышеизложенное, а также требования ч. 3 - 5 ст. 12 ТК РФ, в рассматриваемой ситуации требуемые к оплате денежные суммы истцом являлись частью заработной платы, в связи с чем работник до августа 2016 г. не мог не знать о нарушении своих прав. Обязанность работодателя по начислению и выплате взыскиваемых истцом денежных сумм в данном случае возникла до введения в действие новой редакции ст. 392 ТК РФ. Таким образом, для работника будет применяться срок обращения в суд, действовавший на момент возникновения спорного правоотношения.

Остальные требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере <данные изъяты>, судебных расходов в сумме <данные изъяты> не подлежат удовлетворению, так как они являются производными от требований о взыскании указанной выше задолженности по заработной плате и иных выплат; факт дискриминации в суде сторонами не подтвержден.

В связи с чем в иске следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к Акционерному обществу «Многовершинное» о взыскании недополученной заработной платы, недополученных денежных сумм при увольнении, компенсации питания, индексации заработной платы, денежной компенсации в порядке ст.236 ТК РФ, компенсации морального вреда, отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Николаевский-на-Амуре городской суд Хабаровского края в течение одного месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда изготовлено 19 апреля 2017 года.

Судья Е.Н. Головина