Апелляционное постановление № 22-725/2020 от 15 апреля 2020 г. по делу № 1-10/2020

Дело № 22-0725


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Иваново 16 апреля 2020 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего Андриановой-Стрепетовой Ю.В.,

при секретаре Маровой С.Ю.,

с участием:

подсудимого ФИО5 (посредством видеоконференц-связи),

защитника Веселовой Н.В.,

прокурора Бойко А.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Шахова Д.А. и апелляционные жалобы подсудимого и защитника Веселовой Н.В. на постановление Фурмановского городского суда Ивановской области от 12 февраля 2020 года, по которому уголовное в отношении

ФИО5, <данные изъяты> ранее судимого:

- 26 сентября 2007 года Фурмановским городским судом Ивановской области (с учетом изменений, внесенных по постановлению Южского районного суда Ивановской области от 09 декабря 2013 года) по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст.161 ч.2 п.«г», 161 ч.1, 158 ч.1 и <данные изъяты> УК РФ, к лишению свободы на срок 11 лет 11 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Освободившегося из мест лишения свободы 11 апреля 2019 года по отбытии срока наказания с установлением по решению Палехского районного суда Ивановской области от 21 февраля 2019 года административного надзора,-

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.161 ч.2 п.«г» УК РФ,-

возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Примененная к ФИО5 мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения, и срок его содержания под стражей продлен на 2 месяца, то есть до 12 апреля 2020 года.

Заслушав доклад председательствующего, изложившего краткое содержание постановления и существо апелляционных представления и жалоб, выслушав выступления: подсудимого и защитника Веселовой Н.В. - по доводам жалоб; прокурора Бойко А.Ю. - поддержавшего апелляционное представление и возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб в части, касающейся оставления без изменения примененной к ФИО5 меры пресечения,- суд

УСТАНОВИЛ:

30 декабря 2019 года в Фурмановский городской суд Ивановской области поступило уголовное дело по обвинению ФИО5 в совершении <ВРЕМЯ> ДД.ММ.ГГГГ открытого хищения чужого имущества на общую сумму 458 рублей 70 копеек, с применением к потерпевшим, включая ФИО1, насилия, не опасного для здоровья.

В соответствии с обжалованным постановлением уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании ст.237 ч.1 п.6 УПК РФ. Основанием для вывода суда о необходимости возвращения уголовного дела прокурору послужило то обстоятельство, что по заключению повторной судебно-меди-цинской экспертизы, проведенной в суде ДД.ММ.ГГГГ, здоровью потерпевшего ФИО1 был причинён лёгкий вред, в связи с чем инкриминируемые подсудимому действия подлежат квалификации как более тяжкое преступление.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Шахов Д.А., выражая несогласие с судебным постановлением, просит его отменить в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, выразившимися в следующем:

- в ходе предварительного следствия экспертом <адрес> межрайонного отделения ОБУЗ «БСМЭ <адрес>» ФИО2 проведены две экспертизы, по заключениям каждой из которых здоровью потерпевшего вреда причинено не было. Приведенные в заключениях выводы эксперт поддержал при допросе в суде;

- усомнившись в достоверности указанных заключений, суд по собственной инициативе и вопреки позиции государственного обвинителя назначил повторную экспертизу, проведение которой поручил судебно-медицинскому эксперту отдела судебно-меди-цинской экспертизы трупов ОБУЗ «БСМЭ <адрес>» ФИО4, чем грубо нарушил уголовно-процессуальный закон:

- оснований усомниться в правильности уже имевшихся в деле экспертных заключений, которые недопустимыми доказательствами не признавались, у суда не имелось, и каких-либо мотивов, по которым суд не согласился с ними, в обжалуемом постановлении не приведено;

- вопреки требованиям п.п.9 и 15 Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях РФ, утвержденного приказом Минздравсоцразвития России от 12 мая 2010 года №, суд поручил проведение экспертизы конкретному эксперту без какого-либо уведомления руководителя ОБУЗ «БСМЭ <адрес>»;

- заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ не соответствует требованиям уголовно-процессуального закона и является недопустимым доказательством, поскольку:

- выполнено не на бланке, не содержит печати экспертного учреждения, и в нем отсутствует указание на время проведения экспертизы и на то, что она является повторной;

- повторная экспертиза проведена не комиссионно, а единолично, и экспертом, работающим не в отделе судебно-медицинской экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц, а в отделе судебно-медицинской экспертизы трупов, причем нарушающим общий методический подход к определению степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека;

- заключение не содержит вывода о продолжительности нарушения функций органов и (или) систем (временной нетрудоспособности) потерпевшего, и вывод о причинении легкого вреда его здоровью не обоснован;

- судом необоснованно отказано в удовлетворении заявленного по указанным выше основаниям ходатайства государственного обвинителя о проведении повторной комиссионной экспертизы с целью определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью потерпевшего;

- возвращая уголовное дело прокурору, суд вышел за пределы своей компетенции и руководствовался одними доказательствами, необоснованно отвергнув другие, а с учетом стадии, на которой принято данное решение (после исследования всех доказательств),- нарушил разумный срок судопроизводства.

В апелляционной жалобе защитник Веселова Н.В., также не соглашаясь с судебным постановлением, просит его отменить в связи со следующим:

- приняв решение о возвращении уголовного дела прокурору в конце судебного следствия, суд нарушил разумный срок судопроизводства;

- заключения судебно-медицинских экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № стороной защиты не оспаривались и недопустимыми доказательствами не признавались;

- судом не была выяснена позиция ФИО5 относительно экспертного заключения, составленного экспертом ФИО4;

- возникшие противоречия возможно было устранить путем исследования новых доказательств и переквалификации действий ФИО5 на ст.330 УК РФ, что не ухудшает его положения;

- оставленная судом без изменения мера пресечения в виде заключения под стражу подлежит изменению на более мягкую, поскольку имеющий постоянное место жительства ФИО5 не намерен скрываться от суда или заниматься преступной деятельностью.

В апелляционных жалобах подсудимый просит изменить избранную в отношении него меру пресечения с заключения под стражу на домашний арест или подписку о невыезде и надлежащем поведении, ссылаясь на наличие у него места жительства и работы. Также ФИО5 выражает согласие с доводами, приведенными государственным обвинителем в апелляционном представлении.

Проверив материалы уголовного дела, исследовав новые доказательства: сообщение начальника ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>» ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ и судебную повестку по уголовному делу №,- обсудив доводы, изложенные в апелляционных представлении и жалобах, выслушав выступления сторон в прениях и последнее слово подсудимого, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст.237 ч.1 п.6 и ч.1.3 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если:

- фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления;

- в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

При возвращении уголовного дела прокурору по указанным основаниям, суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления. При этом суд не вправе указывать статью Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, по которой деяние подлежит новой квалификации, а также делать выводы об оценке доказательств и о виновности обвиняемого.

Принимая решение о возвращении прокурору уголовного дела по обвинению ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ст.161 ч.2 п.«г» УК РФ, суд первой инстанции в полной мере учел приведенные положения закона.

Органами предварительного расследования ФИО5 инкриминировалось открытое хищение имущества ФИО1, совершенное с применением насилия, не причинившего вреда здоровью потерпевшего и, соответственно, не опасного для него.

Такая правовая оценка действий ФИО5, в том числе по нанесению потерпевшему более 40 ударов ногами по голове, основывалась на результатах проведенных в ходе предварительного следствия судебно-медицинских экспертиз, по заключению каждой из которых вреда здоровью ФИО1 причинено не было.

Возникшие у суда сомнения в достоверности данных заключений суд апелляционной инстанции находит обоснованными, поскольку выводы эксперта:

- не согласуются с показаниями потерпевшего об интенсивности примененного по отношению к нему насилия и его последствиях;

- противоречат п.п.9 и 13 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года.

С приведенными в постановлении о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы мотивами решения о наличии сомнений в обоснованности заключений ранее проведенных экспертиз суд апелляционной инстанции согласен.

Таким образом, решение о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы суд первой инстанции принял в полном соответствии с положениями ст.207 ч.2 УПК РФ, и доводы государственного обвинителя и защитника об отсутствии оснований усомниться в правильности уже имевшихся в деле экспертных заключений несостоятельны.

Довод о том, что эти заключения не признавались недопустимыми доказательствами, ошибочен, поскольку основан на смешении критериев оценки доказательств с точки зрения достоверности и допустимости.

Назначение повторной судебно-медицинской экспертизы по результатам обсуждения этого вопроса, постановка которого перед сторонами была инициирована судом , также не является нарушением уголовно-процессуального закона. Кроме того, согласно ст.196 п.2 УПК РФ, если необходимо установить характер и степень вреда, причиненного здоровью, назначение и производство судебной экспертизы является обязательным.

По заключению повторной судебно-медицинской экспертизы, имевшиеся у ФИО1 множественные повреждения взаимно отягощали друг друга и по своей совокупности имели медицинские критерии лёгкого вреда здоровью по признаку его кратковременного расстройства . Таким образом, в ходе судебного разбирательства были установлены фактические обстоятельства, которые в части характера и степени тяжести вреда, причиненного здоровью потерпевшего, противоречат фабуле предъявленного ФИО5 обвинения и, соответственно, указывают на наличие оснований для квалификации его действий как более тяжкого преступления.

Соглашаясь с основанными на указанных обстоятельствах и приведенными в обжалованном постановлении выводами, суд апелляционной инстанции также принимает во внимание конкретные фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении. В соответствии с ними ФИО5, кроме прочего, обвиняется в том, что в ночное время в безлюдном месте нанес ФИО1 множественные (более 40) удары, в том числе, в голову, являющуюся местом расположения жизненно важных органов человека.

Вопреки доводам, приведенным в апелляционном представлении, при проведении повторной судебно-медицинской экспертизы и составлении экспертного заключения существенных нарушений уголовно-процессуального закона, могущих повлиять либо повлиявших на выводы эксперта или суда, допущено не было.

Согласно ст.207 ч.2 УПК РФ, производство повторной экспертизы поручается другому эксперту. По смыслу ст.195 ч.1 п.2 УПК РФ, проведение экспертизы может быть поручено как конкретному эксперту, так и экспертному учреждению.

При назначении экспертизы суд убедился в том, что эксперт, которому поручено проведение повторной судебно-медицинской экспертизы, обладает необходимыми познаниями и соответствующей квалификацией .

Таким образом, поручение проведения повторной судебно-медицинской экспертизы конкретному эксперту соответствует нормам уголовно-процессуального закона, в связи с чем доводы, приведенные в апелляционном представлении в обоснование недопустимости проведенной в суде экспертизы со ссылками на то, что:

- проведение повторной экспертизы поручено непосредственно эксперту без уведомления руководителя экспертного учреждения и согласования с ним;

- повторная экспертиза проведена не комиссией, а одним экспертом, причем отдела судебно-медицинской экспертизы трупов;

- заключение экспертизы оформлено не на бланке и не содержит порядкового номера и печати экспертного учреждения;

- эксперт ФИО4 вышел за пределы своей компетенции, приняв к производству указанную экспертизу,-

основанные на ложном убеждении автора представления в том, что суд поручил проведение экспертизы экспертному учреждению, являются несостоятельными.

Эксперт ФИО4, которому суд поручил проведение повторной экспертизы, не был связан требованиями Порядка организации и производства судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях РФ и, соответственно, не был обязан оформлять экспертное заключение в соответствии с ними.

При таких обстоятельствах, работа данного эксперта (причем, ранее в течение длительного времени возглавлявшего отдел особо сложных экспертиз) в отделе экспертизы трупов ОБУЗ «БСМЭ <адрес>», как и неодобрение его методического подхода руководителем данного экспертного учреждения, не имеют правового значения при оценке допустимости заключения повторной судебно-медицинской экспертизы.

Отсутствие в тексте экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ, в полной мере соответствующего требованиям ст.204 УПК РФ, данных о времени проведения экспертизы и о том, что она является повторной, не влечет признания его недопустимым доказательством, поскольку:

- как следует из протокола судебного заседания, экспертиза проведена ДД.ММ.ГГГГ в здании Фурмановского городского суда Ивановской области во время перерыва в судебном заседании, то есть в период с 11 часов 32 минут до 12 часов 18 минут ;

- основанием для ее проведения явилось постановление суда от ДД.ММ.ГГГГ о назначении именно повторной судебно-медицинской экспертизы

Кроме того, эксперту была предоставлена реальная возможность не только исследовать материалы уголовного дела, включая медицинскую документацию, но и непосредственно осмотреть потерпевшего.

Содержащаяся в апелляционном представлении ссылка на необоснованный отказ суда в назначении повторной комиссионной экспертизы также несостоятельна, поскольку ходатайство государственного обвинителя разрешено судом первой инстанции в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Соглашаясь с приведенными в судебном постановлении мотивами решения об отказе в удовлетворении ходатайства , суд апелляционной инстанции также отмечает, что в ходе дополнительного следствия - при наличии соответствующих оснований - может быть проведено комиссионное экспертное исследование.

Изложенный в апелляционных представлении и жалобе защитника довод о нарушении судом положений ст.6.1 УПК РФ приведен без учета основания, по которому дело возвращено прокурору и которое, согласно положениям ст.237 ч.1.3 УПК РФ, а также непосредственности исследования доказательств, предусмотренной в ст.240 ч.1 УПК РФ как одно из общих условий судебного разбирательства, может быть выявлено только по результатам исследования доказательств.

В соответствии со ст.237 ч.3 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого.

При необходимости судья продлевает срок содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий с учетом сроков, предусмотренных ст.109 УПК РФ.

Решение о сохранении примененной к ФИО5 меры пресечения суд мотивировал неизменностью обстоятельств, послуживших основаниями для заключения обвиняемого под стражу.

С приведенными в судебном постановлении мотивами принятого решения суд апелляционной инстанции согласен, поскольку их правильность подтверждается, в частности, характером и степенью общественной опасности преступления, инкриминированного ФИО5, а также данными о личности обвиняемого, который:

- судим за ряд преступлений, в том числе аналогичные вменяемому в настоящее время, и в местах лишения свободы характеризовался отрицательно;

- официального места работы и, соответственно, стабильного легального источника дохода не имеет.

Совокупность приведенных обстоятельств свидетельствует о наличии обоснованных опасений относительно того, что, не находясь в строгой изоляции, ФИО5 может скрыться от органов предварительного расследования и продолжить заниматься преступной деятельностью, а также об отсутствии предусмотренных законом оснований для изменения примененной к нему меры пресечения на более мягкую.

Каких-либо новых сведений, не учитывавшихся судом первой инстанции при принятии решения по вопросу о мере пресечения, в апелляционных жалобах не приведено.

Таким образом, оснований для отмены или изменения судебного решения, которое отвечает требованиям ст.7 ч.4 УПК РФ и является законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Фурмановского городского суда Ивановской области от 12 февраля 2020 года о возвращении прокурору уголовного дела в отношении ФИО5 оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Шахова Д.А. и апелляционные жалобы подсудимого и защитника Веселовой Н.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в силу с момента оглашения и может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Ю.В. Андрианова-Стрепетова