Решение № 2-891/2020 2-891/2020~М-949/2020 М-949/2020 от 15 ноября 2020 г. по делу № 2-891/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 ноября 2020 года Алапаевский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Охорзиной С.А., при секретаре Лежниной Е.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к СХПК «Путиловский» о взыскании заработной платы, доплат, компенсации за задержку выплаты, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Уточнив исковые требования, истица обратилась в суд с иском о взыскании заработной платы, доплат, компенсации за задержку выплаты, компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что в период с 2.03.1997 по 24.09.2020 она работала в СХПК « Путиловский». 17.07.2020 от жительницы <адрес> ФИО2 ей стало известно, что Алапаевским судом вынесено решение о взыскании с СХПК « Путиловский» в пользу ФИО2 материальной помощи за непрерывный стаж работы в хозяйстве, доплат за не нахождение работника на больничных листах, также сообщила, что начисление заработной платы и удержания из нее производятся работникам кооператива неправильно. ФИО2 предоставила ей копии коллективного договора СХПК « Путиловский». Истицей были запрошены у ответчика документы, связанные с ее трудовой деятельностью, при получении которых в период июля- сентября 2020 стало известно, что ФИО7 неверно производились начисления и удержания из заработной платы. ФИО7 в соответствии с условиями коллективных договоров СХПК « Путиловский» должны были быть произведены доплаты за не нахождение на больничных листах в размере одного МРОТ за 2016 год в сумме 7 500 руб., за 2017 год в сумме 7 800 руб., за 2018 год в сумме 11 163 руб., которые должны были быть выплачены 10.01.2017,15.01.2018, 15.01.2019.

Кроме того, ФИО7 недополучила причитающиеся ей денежные средства:

- ей не была оплачена работа в выходные дни 2 и 3 мая 2016, 13 июня 2016, 8 мая 2017, 9 мая 2018, 11 и 12 июня 2018, 5 ноября 2018 ( приказы о привлечении к работе ответчиком не издавались, ее согласие не было получено), за работу в выходные дни ответчик должен выплатить 4 439,87 руб.;

- не оплачивалась работа сверх установленной продолжительности в период с 1.01.2016 по 31.08.2020. Согласно условий коллективного договора продолжительность рабочей недели для женщин, работающих в сельской местности, не может превышать 36 часов. Истица принята согласно выписок из штатного расписания, приказов на 0,25 ставки уборщицы МТМ и автогаража, поэтому должна была работать не более 9 часов в неделю и 1,8 часа в день. Фактически и с учетом данных табелей учета рабочего времени ФИО7 работала не менее 2 часов ежедневно, переработка ей не оплачивалась. За указанный период ответчик должен выплатить 21 954,87 руб.

- из заработной платы истицы незаконно без ее согласия произведены удержания за мясо ( за октябрь 2016 – 836 руб., за июль 2017 – 1 149 руб., за август 2017 – 1 175 руб.); за услуги трактора ( за декабрь 2018 – 225,84 руб., за январь 2019 – 225,84 руб., за май 2019 – 225,84 руб., за июнь 2019 – 301 руб., за август 2019 – 235 руб.); за сено ( за август 2018 – 3 028,57 руб.); за масло ( за сентябрь 2016 – 470 руб., за март 2019 – 270 руб., за май 2019 – 730 руб.); за услуги водоснабжения за период с 1.09.2018 по 31.08.2020 в общей сумму 5 574,96 руб.

- в период с января 2019 по январь 2020 расчет заработной платы производился не в соответствии со ставкой штатного расписания – 2 208 руб., а из расчета суммы 2 204 руб., истице недоплачено 2 911,06 руб. согласно табелей учета рабочего времени, без учета переработок.

- вышеуказанные нарушения привели к неверному расчету и оплате листа нетрудоспособности в декабре 2019 года, недоплата составила 166,14 руб.

В соответствии с положениями ст. 236 Трудового кодекса РФ работодатель обязан выплатить в пользу истицы денежную компенсацию за задержку выплат за не нахождение на больничном листе за 2016 год в сумме 5 097,51 руб., за 2017 год – 3 585,40 руб., за 2018 год – 3 115,96 руб., за несвоевременную оплату работы в выходные дни в сумме 4 439,87 руб., за не оплату работы сверх установленной продолжительности в сумме 21 954,87 руб., за незаконные удержания из заработной платы компенсацию в общей сумме 4 567,11 руб., за недоплату заработной платы в связи с занижением тарифной ставки – 476,19 руб., за недоплату по листу нетрудоспособности – 16,99 руб.

Руководством кооператива умышленно нарушались и нарушаются права ФИО7, как закрепленные в Конституции, так и в Трудовом кодексе Российской Федерации. ФИО7 причинен моральный вред, который заключается в том, что длительное время нарушались ее права по продолжительности рабочего времени, привлечению к работе в выходные и праздничные дни, несвоевременно и не в полном объеме производились выплаты причитающихся ей денежных средств, из ее заработной платы незаконно производились удержания, после предоставления ей отпуска в марте 2016, марте 2017, апреле 2017, июле 2019, июле 2020 истица по распоряжению руководства выходила на работу, при этом приказы об отзыве из отпуска не издавались. В результате таких действий работодателя истица переживает, тем более, что она отработала в кооперативе более 20 лет, никогда не имела дисциплинарных взысканий и до 28.11.2019 ни разу не была на больничном. Истица была лишена права на своевременное получение и распоряжение по своему усмотрению денежными средствами, не могла удовлетворять насущные потребности своей семьи и себя лично, в связи с чем также испытывала нравственные страдания. Истица определяет размер подлежащей взысканию в ее пользу компенсации морального вреда в сумме 15 000 руб.

С учетом изложенного истица просит взыскать с ответчика в ее пользу задолженность по выплате доплат за не нахождение на больничных листах за 2016-2018 г.г. в сумме 26 463 руб.; признать незаконными удержания из заработной платы за услуги водоснабжения, трактора, за сено, масло, мясо за период с 1.01.2016 по 31.08.2020; взыскать с ответчика в ее пользу недоначисленную и невыплаченную ей заработную плату в размере 43 919,59 руб., в том числе за работу в выходные дни в сумме 4 439,87 руб., за переработку в сумме 21 954,87 руб., сумму незаконных удержаний за мясо – 3 160 руб., за услуги трактора – 1 214,12 руб., за сено – 3 028,57 руб., за масло – 1 470 руб., за услуги водоснабжения – 5 574,96 руб., недоплату в связи с занижением тарифной ставки – 2 911,06 руб., недоплату по листу нетрудоспособности – 166,14 руб.; взыскать денежную компенсацию за задержку доплат за не нахождение на больничных листах за 2016 год в сумме 5 097,51 руб., за 2017 год – 3 585,40 руб., за 2018 год – 3 115,96 руб., за задержку недоначисленных ей выплат компенсацию в общей сумме 17 874,95 руб.; компенсацию морального вреда в сумме 15 000 руб.

В судебном заседании истица на иске настаивает с учетом его уточнения, в дополнение указала, что в период работы в кооперативе с 1997 по 24.09.2020 она не допускала нарушений трудовой дисциплины. Трудовой договор она подписывала в 2011 году, дополнительное соглашение к нему – в 2015. Она знала, что трудовым договором ей установлен 2-часовой рабочий день. О том, что женщины в сельской местности должны работать 36 часов в неделю, она знала. После реплики представителя ФИО8 о том, что истица узнала об этом из коллективных договоров, истица уточнила, что не знала про 36-часовой рабочую неделю, узнала об этом после получения копий коллективных договоров, и не знает, сколько в день работают другие женщины. Летом 2020 года от своей односельчанки ФИО1 она узнала, что ей полагается доплата за не нахождение на больничном листе. После этой встречи она решила запросить у администрации кооператива документы, связанные с работой, в том числе расчетных листов, так как засомневалась в правильности выплаты ей заработной платы, она показалась ей низкой. После получения документов, в том числе табелей учета рабочего времени, она поняла, что ей не оплачивалась работа в выходные и праздничные дни, производились незаконно удержания. Расчетные листы она получила по запросу только в августе 2020, до этого ей не давали расчетные листы. Сама она за расчетными листами не обращалась, индивидуально ей никто не говорил получить расчетный лист. Менее двух часов в день она никогда не работала. Отгулы за работу в выходные дни ей не предоставлялись, доплата в увеличенном размере не производилась. Заявление на водоснабжение она подписала в январе –феврале 2020, а не в 2015 году, как указано в заявлении, ей был предоставлен для подписи готовый бланк заявления с датой. Не подписать заявление она не могла, так как сразу началось бы к ней неприязненное отношение. Вода кооперативом в их дом поставлялась, за воду с 2018 года удерживали из ее заработной платы, но согласие у нее не было получено, квитанции на объем поставленной воды с указанием тарифа ей не выдавались. Сено муж вывозил сам в 2018 году, из его заработной платы произвели удержание. Она не помнит, получала ли мясо и масло в кооперативе. Свою подпись в платежных ведомостях, там, где она имеется, оспаривает, кроме ведомости за сено и за услуги трактора в 2018 году. Большинство платежных ведомостей не содержит ее подписи. В собраниях по поводу принятия коллективных договоров она не участвовала.

Представитель истицы по доверенности ФИО8 поддержал исковые требования истицы, указал, что доплата за не нахождение на больничном листе истице не выплачивалась, в том числе и в 2017 году. Представленный ответчиком приказ о выплате указанной доплаты не содержит списка работников, кому они положены, год 2016 указан на приказе после его издания ручкой, согласно расчетного листа истицы за июнь 2017 ей начислена премия в размере 2 143 руб., а не иная выплата, сумма премии не совпадает с размером МРОТ, как должно было быть начислено за отсутствие больничных листов. Согласно коллективного договора кооператива женщины должны работать 36 часов. Истица принята на работу на 0,25 ставки, следовательно, в день она должна работать 1,8 часа. Фактически истец работала ежедневно по 2 часа, иногда более, как прописали в ее трудовом договоре. Истица не знала данное положение коллективного договора. Пропущенный срок обращения в суд с данным иском сторона истца просит восстановить, так как истица добросовестно заблуждалась относительно правильности ведения бухгалтерского учета и налоговой отчетности в кооперативе, до августа-сентября 2020 года ей не предоставлялись документы, в том числе расчетные листы, по которым можно было бы проверить правильность начисления произведенных выплат. Истица не знала, что должны выдаваться расчетные листы. Истице рабочее время оплачено в одинарном размере, однако отработанное сверх 1,8 часа время ( 12 минут ежедневно) должно быть оплачено в полуторном размере, как сверхурочная работа. С приказами о работе в выходные и праздничные дни ее не знакомили, фактически в спорные дни она работала и ей полагается оплата в двойном размере. Удержания, которые произведены из заработной платы истицы, незаконны, они не соответствует тому перечню возможных удержаний, что предусмотрен трудовым законодательством, истица с заявлениями на удержание не обращалась, согласия на удержания не давала. В период с января 2019 по январь 2020 расчет заработной платы истицы производился из размера тарифной ставки 2 204 руб., а не 2008 руб., как заложено в штатном расписании. Расчет недоплаты по больничному листу истице произведен с учетом полагающихся истице выплат, которые заявлены в данном деле, разница получилась именно в связи с этим. До получения в августе-сентябре 2020 документов, связанных с работой, в том числе копий коллективных договоров, расчетных листов истица не знала, что нарушаются ее трудовые права в части оплаты труда, так как по суммам заработной платы невозможно было догадаться о правильности начислений, истица карточкой пользовалась редко, на ней копились деньги, ежемесячно она суммы не контролировала.

Представитель ответчика СХПК « Путиловский» по доверенности ФИО9 согласилась с требованием истицы о взыскании недоплаченной заработной платы в связи с занижением тарифной ставки за период с января 2019 по январь 2020 в сумме 2 911,06 руб. и денежной компенсации в порядке ст. 236 ТК РФ на указанную сумму, в остальной части просит в иске ФИО7 отказать. В письменном отзыве и в судебном заседании указала, что доводы истицы о том, что о незаконных удержаниях из заработной платы, неполученных доплатах она узнала лишь 17.07.2020 от ФИО2, не соответствуют действительности. Доплаты за отсутствие больничных листов были установлены 22.04.2011 коллективным договором предприятия, сохранены и в последующих коллективных договорах. Начиная с 22.04.2011, работникам было известно о наличии указанных выплат, так как коллективные договоры утверждались на общем собрании кооператива, о проведении которого сообщалось заблаговременно. Удержания из заработной платы за услуги водоснабжения, трактора, предоставление сена, мяса, масла производились ежемесячно на основании личных заявлений работников, что ежемесячно подтверждалось подписью работников в платежных ведомостях, также ежемесячно подтверждалось в расчетных листах. При подписании платежной ведомости работник выражал предварительное согласие с удержанием, а при получении заработной платы был уведомлен о всех суммах удержаний из расчетных листов. Удержания по услугам водоснабжения с 1.09.2018 по 31.08.2020 производились на основании заявления истца от 1.01.2015. Кроме того, в период с 17.07.2017 по 18.08.2017 истец замещала кладовщика центрального склада ФИО3 на период ее отпуска, выдавала в указанный период работникам кооператива продукты в счет заработной платы. Истец ни разу не обратилась к ответчику с вопросом разъяснения оснований и размера удержаний, не выразила свое несогласие с ними. Истица вводит суд в заблуждение, заявляя о том, что она не знала об удержаниях и не давала на них согласие. Также истец знала о незаконно неоплаченных, по ее мнению, выходных и праздничных днях, неверно рассчитанной оплате по листу нетрудоспособности, поскольку ежемесячно вместе с заработной платой, как и другие работники предприятия, должна была получать расчетные листы, никаких препятствий ей в этом не создавалось. С заявлениями о выдаче расчетных листов ФИО7 до середины 2020 года не обращалась. Истец не доказала уважительность причин пропуска срока обращения в суд, что является необходимым условием для восстановления пропущенного срока. Представитель ответчика также указала, что в 2017 году истице была произведена доплата за отсутствие больничных листов в размере 2 143 руб. В заявленные истицей даты выходных и праздничных дней истица действительно не работала. В табелях учета рабочего времени истицы главным инженером кооператива ФИО4 ошибочно указаны сведения о выходе истца на работу в спорные даты. Расчет пособия по временной нетрудоспособности произведен ответчиком правильно, в соответствии с требованиями ФЗ № 255-ФЗ. Ответчику неизвестно о фактах вызова истицы из ежегодных отпусков, истицей данные обстоятельства не доказаны. Дополнительные корпоративные выплаты за период с 2017 по 2019 г.г. не выплачивались в связи со сложившимся тяжелым финансовым состоянием, возникшим вследствие возникновения очага туберкулеза крупного рогатого скота и его ликвидацией в населенных пунктах, где ответчик осуществляет свою деятельность. Введенные распоряжениями губернатора Свердловской области ограничения привели к временному прекращению основного вида деятельности ответчика - разведения молочного крупного рогатого скота, что вызвало отсутствие денежных средств. В 2017 году после введенных ограничительных мер в кооперативе возникла задолженность по заработной плате, по налогам и текущим платежам, которую невозможно было погасить вследствие отсутствия дохода от основного вида деятельности, а также значительных затрат на проведение ликвидации очага заболевания. Частично задолженность была погашена за счет бюджетных субсидий, позволивших выплачивать работникам минимальную заработную плату и сохранить рабочие места. Подрост молодняка крупного рогатого скота был выращен только к концу 2018 года, что позволило ответчику постепенно сокращать возникшие существенные убытки. Кроме того, ответчиком в связи с ликвидацией очага туберкулеза при частичном бюджетном софинансировании осуществлялось строительство двух новых корпусов на <данные изъяты>. На данный момент у кооператива отсутствует задолженность по налогам и заработной плате, но на дополнительные корпоративные выплаты при текущей ситуации нет достаточных денежных средств. Представитель ответчика не оспорила, что истица должна была ежедневно работать 1,8 часа, фактически она работала менее двух часов. Оплата ей производилась за работу продолжительностью 2 часа.

Из показаний свидетеля ФИО4 следует, что он работает главным инженером в СХПК « Путиловский», ведет табели учета рабочего времени в отношении работников автогаража, в том числе ФИО7 В табеле учета рабочего времени он указывал условное время работы ФИО7, в соответствии с трудовым договором, фактически она часто работала менее двух часов. Табели он ведет в основном по рабочим, которые работают и в праздничные и выходные дни в период уборки и посевной, машинально поставил и ФИО7 рабочие смены в выходные дни. Фактически ФИО7 работает как женщины в администрации, в обычные рабочие дни, суббота-воскресенье – выходные. У ФИО7 при предоставлении отпуска он спрашивал, будет ли она работать в отпуске, она соглашалась, одновременно получая и оплату за отпуск, и заработную плату. В кооперативе расчетные листы работникам выдаются ежемесячно бухгалтером ФИО5

Свидетель ФИО6 суду пояснила, что работает главным экономистом в СХПК « Путиловский». В ее обязанности входит в том числе составление штатного расписания, начислением заработной платы занимается бухгалтерия. ФИО7 работала на 0,25 ставки уборщицы гаража, должна была работать 1,8 часа в день, в трудовом договоре ошибочно было указано на 2-часовой рабочий день, фактически она работал не более получаса. Оплата ей производилась из расчета 2 часа в день. Расчетные листы работники кооператива получают вместе с заработной платой каждый месяц. В автогараж расчетные листы уносил главный инженер. ФИО7 никогда не обращалась с жалобами на невыдачу расчетных листов, на незаконность удержаний из заработной платы. СХПК « Путиловский» является ресурсоснабжающей организацией, поставляет воду в дома жителей. Оплата за воду производится жителями, которые не работают в кооперативе, в кассу предприятия, а по работникам кооператива за воду производятся ежемесячные удержания из заработной платы. По суммам получаемой зарплаты истица могла догадаться о произведенных удержаниях. Истица и ее супруг обращались в кооператив за выпиской услуг трактора, ей выдавали корешок на услуги трактора на 2 часа, корешок она отдает главному инженеру, а тот – трактористу, и по данному корешку тракторист оказывает услугу. На услуги водоснабжения ведомости не составлялись.

Из показаний свидетеля ФИО3 видно, что она работает кладовщиком в СХПК « Путиловский». Мясо и масло выдаются работникам кооператива по ведомости, она отпускает товар по спискам, которые ей передает руководство. В ведомости работники расписываются. В каком-то году, точно не помнит, ФИО7 замещала ее на период отпуска и сама выдавала продукты работникам.

Выслушав объяснения сторон, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 8 Трудового кодекса Российской Федерации ( далее - ТК РФ) работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права (далее - локальные нормативные акты), в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

Нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а также локальные нормативные акты, принятые без соблюдения установленного статьей 372 настоящего Кодекса порядка учета мнения представительного органа работников, не подлежат применению. В таких случаях применяются трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, коллективный договор, соглашения.

В соответствии со ст.ст. 21,22 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами; знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью.

Понятие трудового договора дано в ст. 56 ТК РФ, согласно которой трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, истица работала в СХПК « Путиловский» со 2.03.1997, в том числе с 9.02.2012 – уборщицей МТМ и автогаража, уволена 24.09.2020 по п.2 ч.1 ст. 81 ТК РФ в связи с сокращением численности или штата работников ( т.2 л.д. 74-78).

9.03.2011 с истицей заключен трудовой договор, а 17.03.2015 – дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которым истица ФИО7 <данные изъяты> принята на работу уборщицей, ей установлена продолжительность рабочего дня с 17.03.2015 - 2 часа, оклад – 1987,20 руб., доплата за стаж – 25 процентов, уральский коэффициент – 15 процентов, ежегодный основной отпуск продолжительностью 28 календарных дней ( т.2 л.д. 84-85).

Истица просит взыскать доплату за не нахождение в период работы на больничных листах в соответствии с положениями коллективных договоров за 2016-2018 г.г. в размере 26 463 руб.

В материалы дела представлены коллективные договоры СХПК « Путиловский», заключенные на периоды 2014-2017 г.г., 2017-2020 г.г., 2020-2023 г.г. ( т.1 л.д. 199-227, т.2 л.д. 1-56).

Согласно п. 9.10 коллективного договора работодатель СХПК « Путиловский» обязался производить доплату работникам кооператива по истечении года, которые в течение года не имели больничных листов в размере 1 МРОТ ( без нарушения трудовой дисциплины).

Стороной ответчика не оспаривается, что истица в спорный период 2016-2018 г.г. не имела нарушений трудовой дисциплины, не находилась на больничных листах, что подтверждается справкой ответчика от 25.08.2020( т.1 л.д. 40), справкой медицинского учреждения от 23.07.2020 ( т.1 л.д. 41).

Представителем ответчика заявлено о применении последствий пропуска истицей срока обращения в суд с данным требованием со ссылкой на то, что истица знала о данном положении коллективных договоров. Истицей данное обстоятельство оспаривается, она отрицает факт ознакомления ее с положениями коллективных договоров до того момента, пока она в июле 2020 не обратилась к ответчику с запросом о предоставлении документов, связанных с работой, в том числе копий коллективных договоров.

Согласно ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса РФ (в редакции до 03.10.2016) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В силу ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса РФ (в редакции Федерального закона от 03.07.2016 N 272-ФЗ, действующей с 03.10.2016) за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Доказательств того, что истице было достоверно известно о вышеприведенном положении коллективных договоров, ответчиком суду не представлено.

Протоколы собраний, на которых обсуждались положения коллективных договоров, не подтверждают участие истицы в их проведении. Данных об ознакомлении истицы с положениями коллективных договоров ответчиком суду не представлено.

Напротив, истицей в материалы дела представлены ее запросы к работодателю о предоставлении документов, связанных с работой у ответчика, в том числе копий коллективных договоров предприятия, и данные о получении запрошенных документов ( т.1 л.д. 15-19), согласно которым истица получила запрошенные копии коллективных договоров 4.08.2020. В суд истица обратилась 16.09.2020.

С учетом этого суд считает, что срок обращения в суд по данному требованию истицей не пропущен.

Доводы представителя ответчика о том, что частично истице произведена выплата данной доплаты на основании приказа от 14.06.2017 в сумме 2 143 руб., суд полагает несостоятельными.

В материалы дела ответчиком представлена копия приказа № 182 от 14.06.2017 о выплате премии работникам кооператива в размере 1 МРОТ, которые в течение года не имели больничных листов ( без нарушения трудовой дисциплины) и проработавших полный календарный год, согласно нормы отработанного времени за год, в сумме 649 018 руб. ( т.2 л.д. 57). При этом произведена ручкой приписка в скобках «за 2016 год». Приказ не содержит списка работников, которым полагается данная выплата. Согласно расчетного листа истицы за июнь 2017 года ( т.2 л.д. 104) ей произведено начисление премии из фонда в размере 2 143 руб. Надлежащих доказательств того, что начисленная премия и есть доплата за отсутствие больничных листов, суду не представлено, истица данное обстоятельство оспаривает.

Истица просит взыскать доплату за не нахождение на больничном листе за 2016 год в размере 7 500 руб., за 2017 год – 7 800 руб., за 2018 год – 11 163 руб., всего 26 463 руб. из расчета минимального размера оплаты труда в Российской Федерации в соответствующие периоды. Суд соглашается с данным расчетом, правильность расчета стороной ответчика не оспорена. Вышеприведенные размеры МРОТ установлены соответственно федеральными законами № 164-ФЗ от 2.06.2016, № 460-ФЗ от 19.12.2016, № 41-ФЗ от 7.03.2018.

С учетом этого суд считает взыскать с ответчика в пользу истица доплату за не нахождение на больничном листе в 2016-2018 г.г. в размере 26 463 руб.

Истицей также заявлено требование о взыскании денежной компенсации за задержку доплат за не нахождение на больничных листах за 2016 год в сумме 5 097,51 руб., за 2017 год – 3 585,40 руб., за 2018 год – 3 115,96 руб.

Согласно ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Судом проверен расчет истца ( т.3 л.д.61-62 ), расчет является арифметически правильным, стороной ответчика не оспорен.

Доплата за не нахождение на больничном листе необоснованно не выплачена ответчиком, соответственно, имеются основания для начисления компенсации за задержку ее выплаты.

Суд считает взыскать с ответчика в пользу истицы денежную компенсацию за задержку указанной доплаты за период с 16.01.2017 по 9.11.2020 в размере 11 798,87 руб.

Истцом заявлено требование о взыскании оплаты за переработку ( работу сверх установленной продолжительности) за период с 2016 по 31.08.2020 по в сумме 21 954,87 руб., за работу в выходные и праздничные дни за период 2016-2018 г. в сумме 4 439,87 руб.

Понятие рабочего времени определено в ст. 91 Трудового кодекса РФ, согласно положениям которой рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.

В силу ст. 97 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право в порядке, установленном настоящим Кодексом, привлекать работника к работе за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для данного работника в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (далее - установленная для работника продолжительность рабочего времени):

для сверхурочной работы (статья 99 настоящего Кодекса);

если работник работает на условиях ненормированного рабочего дня (статья 101 настоящего Кодекса).

Сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Привлечение работодателем работника к сверхурочной работе допускается с его письменного согласия в следующих случаях:

1) при необходимости выполнить (закончить) начатую работу, которая вследствие непредвиденной задержки по техническим условиям производства не могла быть выполнена (закончена) в течение установленной для работника продолжительности рабочего времени, если невыполнение (незавершение) этой работы может повлечь за собой порчу или гибель имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), государственного или муниципального имущества либо создать угрозу жизни и здоровью людей;

2) при производстве временных работ по ремонту и восстановлению механизмов или сооружений в тех случаях, когда их неисправность может стать причиной прекращения работы для значительного числа работников;

3) для продолжения работы при неявке сменяющего работника, если работа не допускает перерыва. В этих случаях работодатель обязан немедленно принять меры по замене сменщика другим работником.

Продолжительность сверхурочной работы не должна превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год.

Работодатель обязан обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника.

В соответствии со ст. 100 Трудового кодекса РФ режим рабочего времени должен предусматривать продолжительность рабочей недели (пятидневная с двумя выходными днями, шестидневная с одним выходным днем, рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему графику, неполная рабочая неделя), работу с ненормированным рабочим днем для отдельных категорий работников, продолжительность ежедневной работы (смены), в том числе неполного рабочего дня (смены), время начала и окончания работы, время перерывов в работе, число смен в сутки, чередование рабочих и нерабочих дней, которые устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а для работников, режим рабочего времени которых отличается от общих правил, установленных у данного работодателя, - трудовым договором.

Согласно ст. 108 Трудового кодекса РФ в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается. Правилами внутреннего трудового распорядка или трудовым договором может быть предусмотрено, что указанный перерыв может не предоставляться работнику, если установленная для него продолжительность ежедневной работы (смены) не превышает четырех часов.

Время предоставления перерыва и его конкретная продолжительность устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка или по соглашению между работником и работодателем.

На работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Перечень таких работ, а также места для отдыха и приема пищи устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка.

В силу ст. 110 Трудового кодекса РФ продолжительность еженедельного непрерывного отдыха не может быть менее 42 часов.

Согласно ст. 111 Трудового кодекса РФ всем работникам предоставляются выходные дни (еженедельный непрерывный отдых). При пятидневной рабочей неделе работникам предоставляются два выходных дня в неделю, при шестидневной рабочей неделе - один выходной день.

Общим выходным днем является воскресенье. Второй выходной день при пятидневной рабочей неделе устанавливается коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка. Оба выходных дня предоставляются, как правило, подряд.

У работодателей, приостановка работы у которых в выходные дни невозможна по производственно-техническим и организационным условиям, выходные дни предоставляются в различные дни недели поочередно каждой группе работников согласно правилам внутреннего трудового распорядка.

В соответствии со ст. 112 Трудового кодекса РФ нерабочими праздничными днями в Российской Федерации являются:

1, 2, 3, 4, 5, 6 и 8 января - Новогодние каникулы;

7 января - Рождество Христово;

23 февраля - День защитника Отечества;

8 марта - Международный женский день;

1 мая - Праздник Весны и Труда;

9 мая - День Победы;

12 июня - День России;

4 ноября - День народного единства.

Согласно ст. 113 Трудового кодекса РФ работа в выходные и нерабочие праздничные дни запрещается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Привлечение работников к работе в выходные и нерабочие праздничные дни производится с их письменного согласия в случае необходимости выполнения заранее непредвиденных работ, от срочного выполнения которых зависит в дальнейшем нормальная работа организации в целом или ее отдельных структурных подразделений, индивидуального предпринимателя.

Привлечение работников к работе в выходные и нерабочие праздничные дни без их согласия допускается в следующих случаях:

1) для предотвращения катастрофы, производственной аварии либо устранения последствий катастрофы, производственной аварии или стихийного бедствия;

2) для предотвращения несчастных случаев, уничтожения или порчи имущества работодателя, государственного или муниципального имущества;

3) для выполнения работ, необходимость которых обусловлена введением чрезвычайного или военного положения, а также неотложных работ в условиях чрезвычайных обстоятельств, то есть в случае бедствия или угрозы бедствия (пожары, наводнения, голод, землетрясения, эпидемии или эпизоотии) и в иных случаях, ставящих под угрозу жизнь или нормальные жизненные условия всего населения или его части.

В нерабочие праздничные дни допускается производство работ, приостановка которых невозможна по производственно-техническим условиям (непрерывно действующие организации), работ, вызываемых необходимостью обслуживания населения, а также неотложных ремонтных и погрузочно-разгрузочных работ.

Согласно ст. 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты)

В силу ст. 135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. 136 ТК РФ при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника:

1) о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период;

2) о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику;

3) о размерах и об основаниях произведенных удержаний;

4) об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Форма расчетного листка утверждается работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо переводится в кредитную организацию, указанную в заявлении работника, на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором. Работник вправе заменить кредитную организацию, в которую должна быть переведена заработная плата, сообщив в письменной форме работодателю об изменении реквизитов для перевода заработной платы не позднее чем за пятнадцать календарных дней до дня выплаты заработной платы.

Место и сроки выплаты заработной платы в неденежной форме определяются коллективным договором или трудовым договором.

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

В соответствии со ст. 152 Трудового кодекса РФ сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

Согласно ст. 153 Трудового кодекса РФ работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере:

работникам, получающим оклад (должностной оклад), - в размере не менее одинарной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа в выходной или нерабочий праздничный день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере не менее двойной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа производилась сверх месячной нормы рабочего времени.

Конкретные размеры оплаты за работу в выходной или нерабочий праздничный день могут устанавливаться коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.

По желанию работника, работавшего в выходной или нерабочий праздничный день, ему может быть предоставлен другой день отдыха. В этом случае работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается в одинарном размере, а день отдыха оплате не подлежит.

Для женщин, работающих в сельской местности, в районах Крайнего Севера и приравненных к ним областях, установлена 36-часовая рабочая неделя, если меньшая продолжительность рабочей недели не установлена трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, договором. При этом заработная плата выплачивается в том же размере, что и при полной рабочей неделе ( статья 320 ТК РФ, постановление Верховного Совета РСФСР от 1 ноября 1990 года № 298/3-1 « О неотложных мерах по улучшению положения женщин, семьи, охраны материнства и детства на селе»).

Согласно материалам дела коллективные договоры СХПК « Путиловский», действовавшие в спорный период, содержат положения о 36-часовой рабочей неделе для женщин, работающих в кооперативе.

В материалы дела представлено штатное расписание СХПК « Путиловский» за спорный период ( т.2 л.д. 65-69), из которых следует, что в подразделении МТМ автопарк кооператива имеется 0,25 ставки уборщицы. Сторонами не оспаривается, что данные 0,25 ставки занимала истица.

Трудовой договор, заключенный с истицей, не содержит сведений о режиме рабочего времени и выходных днях, указывает лишь на продолжительность ежедневной работы истицы – 2 часа. При этом сторонами не оспаривается и подтверждено показаниями свидетеля ФИО4, что истица работала в режиме пятидневной рабочей недели с двумя выходными днями – суббота и воскресенье.

Согласно доводам стороны истца, подтвержденным данными табелей учета рабочего времени ( т.2 л.д. 162-216) истица работала ежедневно 2 часа, при этом следующие выходные и праздничные дни ( согласно производственного календаря на соответствующий период) отмечены в отношении истицы как рабочие - 2 и 3 мая 2016, 13 июня 2016, 8 мая 2017, 9 мая 2018, 11 и 12 июня 2018, 5 ноября 2018.

Доводы представителя ответчика и свидетеля ФИО4 о том, что истица в указанные дни не работала, а при заполнении табелей учета рабочего времени главным инженером были допущены ошибки, суд полагает несостоятельными.

По смыслу ч. 1 ст. 56, ст. ст. 57, 68, ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, тот факт, что работодатель не выполняет возложенную на него обязанность по учету рабочего времени работника, сам по себе не является достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований работника о взыскании заработной платы. Вместе с тем суд отмечает, что работодателем не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих об отсутствии истца на работе в указанные дни.

Суд соглашается с доводами стороны истца о том, что истица работала ежедневно сверхустановленной продолжительности период, превышающий 1,8 часа ( работа за пределами сокращенной продолжительности рабочего времени). Доказательств того, что фактически истица работала менее двух часов, в материалы дела ответчиком не представлено.

Приказы на привлечение истицы к сверхурочной работе работодателем не издавались, сведений о том, что в состав рабочего времени истицы включен перерыв на обед, материалы дела не содержат, стороны на это не указывают.

Работа истицы сверх установленной продолжительности оплачена ответчиком в одинарном размере, что сторонами не оспаривалось, а подлежит оплате в предусмотренном трудовым законодательством полуторном размере, как на то обоснованно указывает представитель истицы, так как выполняемая истицей работа сверх установленной продолжительности рабочего времени подлежит оплате по правилам, предусмотренным ст. 152 ТК РФ для оплаты сверхурочной работы.

Вместе с тем суд считает, что к данным требованиям истицы подлежат применению последствия пропуска истицей срока обращения в суд, предусмотренного ст. 392 ТК РФ.

Из приведенных выше положений ст. 392 ТК РФ следует, что срок обращения в суд по требованиям о взыскании спорных выплат за период до 03.10.2016 составляет 3 месяца со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а в отношении спорных выплат после указанной даты - один год со дня установленного срока выплаты спорных сумм.

Судом установлено, что истец в течение спорного периода ежемесячно получала заработную плату в установленные сроки, на нарушение сроков выплаты заработной платы не указывала, ей выдавались расчетные листки, в которых указана сумма заработной платы, количество отработанного времени, однако отсутствует указание на оплату сверхурочной работы, работы в выходные и праздничные дни.

При этом суд отклоняет доводы истца о том, что она не получала расчетные листки и не знала о предполагаемом нарушении своих прав на оплату труда, поскольку не предусмотрена обязанность работодателя под роспись знакомить работника с расчетными листками, истец не была лишена возможности обратиться к работодателю с требованием о предоставлении сведений о составных частях заработной платы в письменной форме, доказательств такого обращения, за исключением обращения от июля 2020 года. Отсутствие у истца документов и специальных познаний для расчета не может быть принято во внимание как уважительная причина пропуска срока на обращение в суд. В период своей работы у ответчика истец имела возможность истребования у работодателя всех документов, связанных с работой, и поручения расчетов специалистам в области начисления заработной платы.

Суд приходит к выводу, что о предполагаемом нарушении своего права в связи с неоплатой спорных выплат в установленном законом порядке истец могла и должна была знать с момента получения заработной платы за каждый месяц спорного периода, поскольку из расчетных листков видно, что такие выплаты работодателем не производились.

Истица в своем объяснении сама указала на то, что за получением расчетных листков к работодателю не обращалась, о каких-либо препятствиях к этому, помимо страха возникновения к ней со стороны работодателя неприязненного отношения, истица не указала. Сам по себе факт неполучения работником данных о сумме заработной платы (то есть отсутствия расчетных листов) не может достоверно свидетельствовать о незнании им суммы заработка, в связи с чем подобное утверждение истца не может быть безусловно принято в качестве уважительной причины, служащей основанием для восстановления срока обращения в суд. Доводы истца о том, что она рассчитывала на добросовестность работодателя, не принимаются судом в качестве обстоятельства, препятствующего своевременно обратиться в суд за защитой своего нарушенного права.

Доводы истицы о том, что в течение всего периода работы с 1997 года она не знала о том, что работники кооператива – женщины должны работать на условиях 36-часовй рабочей недели, суд полагает несостоятельными. Постановление Верховного Совета РСФСР от 1 ноября 1990 года № 298/3-1 « О неотложных мерах по улучшению положения женщин, семьи, охраны материнства и детства на селе», и Трудовой кодекс Российской Федерации ( ст. 320), содержащие вышеприведенное положение, как нормативные акты опубликованы в средствах массовой информации.

Истец, начиная с первого дня работы ( подписав трудовой договор), уже владела информацией о продолжительности рабочего времени, размере причитающейся ей заработной платы и ежемесячно, получая заработную плату, могла сравнить размер, указанный в трудовом договоре и размер выплаты, фактически полученный ею на банковскую карту ( счет).

Разъяснение, содержащееся в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", к спорным отношениям не может быть применено, т.к. оно касается случаев взыскания начисленной заработной платы, а истцу не начислялась оплата за работу сверхустановленной продолжительности, за работу в выходные и праздничные дни.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 « О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей- физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», оценивая, является то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверить и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и ( или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушения трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Доказательств того, что истица ранее обращалась в органы прокуратуры и ( или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушения трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке, сторона истца в материалы дела не представила.

При таком положении, поскольку предметом спора являются платежи, носящие периодический характер, учитывая установленные коллективным договором сроки выплаты заработной платы (15 и 30 числа каждого месяца) и дату обращения ФИО7 в суд с настоящим иском (16.09.2020), суд полагает, что срок обращения в суд с требованиями о взыскании спорных выплат за период с 1.01.2016 по 15.09.2019, о применении последствий пропуска которого просил ответчик, пропущен. Оснований для восстановления срока в силу вышеприведенных обстоятельств суд не усматривает.

С учетом этого не подлежит удовлетворению требование истицы о взыскании оплаты за работу в выходные и праздничные дня за период 2016-2018 г.г. и соответственно требование о взыскании денежной компенсации за задержку указанных выплат ( т.3 л.д. 63-69).

Согласно расчета истца ( т.3 л.д. 70-71), правильность которого ответчиком не оспорена, за период с 16.09.2019 по 29.02.2020 в пользу истицы подлежит взысканию доплата за сверхурочную работу в размере 1 925,56 руб. и соответственно денежная компенсация за задержку указанных выплат в размере 201,66 руб. В остальной части в удовлетворении требования о взыскании оплаты за работу сверх установленной продолжительности суд считает отказать.

Истец просит взыскать с ответчика недоплаченную заработную плату за период с января 2019 по январь 2020 в связи с использованием при начислении заработной платы заниженного размера оклада.

Согласно штатного расписания ответчика, действовавшего в указанный период, размер должностного оклада за 0,25 ставки уборщицы автопарка составляет сумму 2 208 руб.( т.2 л.д. 67-69), а не 2 204 руб., как указано в расчетных листках истицы за этот же период ( т.2 л.д. 123-135).

Ответчиком обоснованность данного требования истицы не оспорена, данное требование признано в судебном заседании, доказательств оплаты задолженности суду не представлено.

Согласно расчета истца ( т.3 л.д. 104) размер недоплаченной заработной плате истице по данному основанию составил 2 911, 06 руб., денежная компенсация за задержку выплаты составила 476,19 руб. Правильность расчета стороной ответчика не оспорена.

С учетом этого суд считает взыскать с ответчика в пользу истца недоначисленную заработную плату за период с 1.01.2019 по 31.01.2020 в размере 2 911,06 руб., денежную компенсацию за задержку выплаты за период с 1.01.2019 по 9.11.2020 в размере 476,19 руб.

Истцом также заявлено требование о признании незаконными произведенных ответчиком удержаний из заработной платы истицы денежных сумм за мясо, масло, сено, услуги трактора, водоснабжение и взыскании необоснованно удержанных сумм.

Согласно ст. 137 ТК РФ удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться:

для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы;

для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях;

для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса);

при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска.

В случаях, предусмотренных абзацами вторым, третьим и четвертым части второй настоящей статьи, работодатель вправе принять решение об удержании из заработной платы работника не позднее одного месяца со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса, погашения задолженности или неправильно исчисленных выплат, и при условии, если работник не оспаривает оснований и размеров удержания.

Заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Материалами дела подтверждается ( т.2 л.д. 87-134), что в период с августа 2016 по 31.08.2020 из заработной платы истицы производились удержания, в том числе за мясо ( за октябрь 2016 – 836 руб., за июль 2017 – 1 149 руб., за август 2017 – 1 175 руб.); за услуги трактора ( за декабрь 2018 – 225,84 руб., за январь 2019 – 225,84 руб., за май 2019 – 225,84 руб., за июнь 2019 – 301 руб., за август 2019 – 235 руб.); за сено ( за август 2018 – 3 028,57 руб.); за масло ( за сентябрь 2016 – 470 руб., за март 2019 – 270 руб., за май 2019 – 730 руб.); за услуги водоснабжения за период с 1.09.2018 по 31.08.2020 в общей сумму 5 574,96 руб.

В подтверждение обоснованности произведенных удержаний ответчиком в материалы дела представлены платежные ведомости на выдачу под заработную плату работникам кооператива мяса, масла, сена, услуг трактора ( т.3 л.д. 21-33). При этом сторонами не оспаривается, что заявление истицы на производство таких удержаний получено не было. Закон таких оснований для производства удержаний не содержит. Локальные акты ответчика также не содержат такого рода оснований для производства удержаний из заработной платы, не предусмотрена в них и оплата труда в натуральной форме. Большинство платежных ведомостей подписи истицы не содержат, принадлежность части подписей ей истица оспаривает.

В подтверждение обоснованности удержаний за услуги водоснабжения ответчиком представлена копия заявления истицы о предоставлении услуг по водоснабжению договор № 37 в счет оплаты труда ( т.3 л.д. 34), лицензия на право пользование недрами ( т.3 л.д. 170), выписка из книги учета расчетов по услугам водоснабжения по потребителям 2020 года ( т.3 л.д. 179-181), информация по установлению тарифов в сере водоснабжения ( т.3 л.д. 182-183).

При этом истица оспаривает факт подписания заявления о предоставлении услуг водоснабжения в счет оплаты труда именно 1.01.2015, как указано в тексте заявления, ссылается на подписание этого заявления в январе –феврале 2020 года. Книга учета расчетов по услугам водоснабжение не содержит подписи истицы под данными об объеме поставленной ей воды. Иные доказательства того, что истица до момента удержания из ее заработной платы была ознакомлена с объемом услуги, ее стоимостью, в материалы дела сторонами не представлено, как не представлен и договор № 37, на который имеется ссылка в вышеприведенном заявлении истицы.

Согласно ст. 155 Жилищного кодекса РФ плата за жилое помещение и коммунальные услуги вносится на основании:

1) платежных документов (в том числе платежных документов в электронной форме, размещенных в системе), представленных не позднее первого числа месяца, следующего за истекшим месяцем, если иной срок не установлен договором управления многоквартирным домом либо решением общего собрания членов товарищества собственников жилья, жилищного кооператива или иного специализированного потребительского кооператива;

2) информации о размере платы за жилое помещение и коммунальные услуги, задолженности по оплате жилых помещений и коммунальных услуг, размещенной в системе или в иных информационных системах, позволяющих внести плату за жилое помещение и коммунальные услуги. Информацией о размере платы за жилое помещение и коммунальные услуги и задолженности по оплате жилых помещений и коммунальных услуг являются сведения о начислениях в системе, сведения, содержащиеся в представленном платежном документе по адресу электронной почты потребителя услуг или в полученном посредством информационных терминалов платежном документе.

Постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 N 354 (ред. от 29.06.2020) "О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов" ( п.п.67,69) предусмотрено, что плата за коммунальные услуги вносится на основании платежных документов, представляемых потребителям исполнителем не позднее 1-го числа месяца, следующего за истекшим расчетным периодом, за который производится оплата, если договором управления многоквартирным домом либо решением общего собрания членов товарищества собственников жилья или кооператива (при предоставлении коммунальных услуг товариществом или кооперативом) не установлен иной срок представления платежных документов.

В платежном документе указываются, в том числе указание на оплачиваемый месяц, наименование каждого вида оплачиваемой коммунальной услуги, размер тарифов (цен) на каждый вид соответствующего коммунального ресурса, единицы измерения объемов (количества) коммунальных ресурсов (при применении в расчетах за коммунальные услуги по горячему водоснабжению тарифов на горячую воду, состоящих из компонента на холодную воду, используемую в целях предоставления коммунальной услуги по горячему водоснабжению, и компонента на тепловую энергию, используемую на подогрев воды в целях предоставления коммунальной услуги по горячему водоснабжению, - величина каждого из компонентов, единицы измерения объема (количества) горячей воды и тепловой энергии в натуральных величинах);объем каждого вида коммунальных услуг, предоставленных потребителю за расчетный период в жилом (нежилом) помещении, и размер платы за каждый вид предоставленных коммунальных услуг, определенные в соответствии с настоящими Правилами.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что требование истицы о признании незаконными удержаний из ее заработной платы и взыскании с ответчика необоснованно удержанных сумм подлежит частичному удовлетворению с учетом того, что срок обращения в суд с данным требованием истицей за период с 1.01.2016 по 15.09.2019 пропущен, оснований для его восстановления суд не усматривает с учетом вышеприведенных доводов.

С учетом данных расчета истца ( т.3 л.д. 122), правильность которого не оспорена стороной ответчика уд считает признать незаконными удержания из заработной платы ФИО7 за услуги водоснабжения за период с 16.09.2019 по 31.08.2020 в размере 2 727,56 руб. и взыскать указанную сумму с ответчика в пользу истца.

Кроме того, с ответчика в пользу истицы подлежит взысканию денежная компенсация за задержку данной выплаты за период с 16.09.2019 по 9.11.2020 в размере 193,51 руб.

В остальной части заявленного требования суд считает отказать.

Истица просит взыскать недоплаченное ей пособие по временной нетрудоспособности за период с 28.11.2019 по 6.12.2019 в размере 166,14 руб. и денежную компенсацию за задержку данной доплаты в сумме 16,99 руб., указав, что начисление пособия по временной нетрудоспособности должно было быть произведено ответчиком из расчета всех недоплаченных выплат.

В материалы дела представлена справки ответчика, содержащие расчет пособия по временной нетрудоспособности, и сведения о его оплате ( т.2 л.д. 152-153).

Согласно ст. 14 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" пособия по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячное пособие по уходу за ребенком исчисляются исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, отпуска по беременности и родам, отпуска по уходу за ребенком, в том числе за время работы (службы, иной деятельности) у другого страхователя (других страхователей). Средний заработок за время работы (службы, иной деятельности) у другого страхователя (других страхователей) не учитывается в случаях, если в соответствии с частью 2 статьи 13 настоящего Федерального закона пособия по временной нетрудоспособности, по беременности и родам назначаются и выплачиваются застрахованному лицу по всем местам работы (службы, иной деятельности) исходя из среднего заработка за время работы (службы, иной деятельности) у страхователя, назначающего и выплачивающего пособия.

Ответчиком расчет пособия по временной нетрудоспособности произведен за указанный период с учетом заработной платы истицы за 2017-2018 год. При разрешении данного спора судом применены последствия пропуска срока обращения в суд, в том числе по требованиям истицы о взыскании недоначисленной ей заработной платы за период 2016-2018 г.г. С учетом этого оснований для перерасчета размера пособия по временной нетрудоспособности истицы за период с 28.11.2019 по 6.12.2019 не имеется, в удовлетворении данного требования суд считает отказать.

В связи с нарушением ее трудовых прав истица просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд в силу ст. ст. 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы), учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников.

Судом установлено нарушение ответчиком трудовых прав истицы на получение предусмотренной коллективным договором СХПК « Путиловский» доплаты за не нахождение на больничном листе, а также на получение заработной платы в полном объеме. Доводы стороны о нарушении прав истицы на использование ежегодного отпуска в полном объеме в связи с вынужденностью работы в период отпуска, суд полагает несостоятельными, так как доказательств отзыва истицы из отпуска по распоряжению работодателя в материалы дела не представлено, при этом истицей не оспорено, что вопрос продолжения работы в период отпуска с ней обсуждался, за те периоды отпуска, когда истица работала, она фактически получала и заработную плату, и оплату за отпуск.

Исходя из обстоятельств данного дела, учитывая объем причиненных работнику нравственных страданий, степень вины работодателя, а также требований разумности и справедливости, суд находит, что в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 5 000 руб.

Истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины с учетом категории спора.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

С учетом изложенного суд считает взыскать с ответчика в доход местного бюджета госпошлину в размере 1 600,92 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО7 удовлетворить частично.

Признать незаконными удержания из заработной платы ФИО7 за услуги водоснабжения за период с 16.09.2019 по 31.08.2020 в размере 2 727,56 руб.

Взыскать с СХПК « Путиловский» в пользу ФИО7 доплату за не нахождение на больничном листе в 2016-2018 г.г. в размере 26 463 руб., денежную компенсацию за задержку указанной доплаты за период с 16.01.2017 по 9.11.2020 в размере 11 798,87 руб., удержанные денежные суммы за услуги водоснабжения за период с 16.09.2019 по 31.08.2020 в размере 2 727,56 руб., денежную компенсацию за задержку выплаты за период с 16.09.2019 по 9.11.2020 в размере 193,51 руб., оплату за сверхурочную работу за период с 16.09.2019 по 29.02.2020 в размере 1 925,56 руб., денежную компенсацию за задержку выплаты за период с 16.09.2019 по 9.11.2020 в размере 201,66 руб., недоначисленную заработную плату за период с 1.01.2019 по 31.01.2020 в размере 2 911,06 руб., денежную компенсацию за задержку выплаты за период с 1.01.2019 по 9.11.2020 в размере 476,19 руб., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

В остальной части иска ФИО7 отказать.

Взыскать СХПК « Путиловский» в доход местного бюджета госпошлину в размере 1 600,92 руб.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Алапаевский городской суд.

Судья С.А.Охорзина

Решение в окончательной форме изготовлено 23.11.2020