Апелляционное постановление № 22-626/2017 22-9/2018 от 10 января 2018 г. по делу № 22-626/2017

Судья Комаров О.Н. Дело № 22-9/2018


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Магадан 10 января 2018 года

Магаданский областной суд в составе:

председательствующего судьи Смирнова В.В.,

при секретаре Заяц Т.В.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Магаданской области Сафонова А.О.,

осуждённого Таперичкина С.Н.,

адвоката Магаданской областной коллегии адвокатов Рыбцова А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённого Таперичкина С.Н. и его защитника - адвоката Рыбцова А.В. на приговор Хасынского районного суда Магаданской области от 29 ноября 2017 года, которым

Таперичкин С.Н. , <.......>, несудимый,

признан виновным и осужден по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам принудительных работ с удержанием 15 % из заработной платы осуждённого в доход государства, перечисляемых на счёт соответствующего территориального органа уголовно-исполнительной системы.

Определён порядок следования к месту отбывания наказания самостоятельно за счёт государства в порядке, предусмотренном ст.60.2 УИК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.60.3 УИК РФ срок отбывания, назначенного наказания постановлено исчислять со дня прибытия осуждённого в исправительный центр.

Контроль за исполнением осуждённым наказания возложен на УФСИН России по Магаданской области.

Постановлено обязать осуждённого явиться в УФСИН России по Магаданской области для получения предписания в десятидневный срок со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить после вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск потерпевшего удовлетворён, с Таперичкина С.Н. в пользу А.А. взыскан материальный ущерб в размере 37 000 рублей.

Разрешён вопрос о распределении процессуальных издержек и определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Смирнова В.В., выступления осуждённого Таперичкина С.Н. и адвоката Рыбцова А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступление прокурора Сафонова А.О. полагавшего приговор оставить без изменения, суд

установил:

приговором суда Таперичкин С.Н. осужден за совершение кражи, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступление совершено в период с 23 по 24 апреля 2017 года в <адрес>, при указанных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал, пояснив, что снятие денежных средств с банковской карты осуществлял по просьбе А.Е. , деньги передавал ей лично в руки.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, просит его отменить и постановить оправдательный приговор. Утверждает, что деньги с банковской карты А.А. были сняты им по просьбе А.Е. и переданы последней. Указывает, что в показаниях А.Е. и А.А. имеются противоречия, допрошенные в судебном заседании свидетели дали показания в его пользу. Считает, что судом нарушены требования, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 29.11.2016 № 55, Определении Конституционного Суда РФ от 06.02.2004 года № 44-О, а также статьи 56, 246, 278, 335 УПК РФ. Выражает несогласие с взысканием с него материального ущерба в размере 37000 рублей, поскольку снятые деньги он передал А.Е.

В апелляционной жалобе, поданной в интересах осуждённого ФИО1, адвокат Рыбцов А.В., не соглашаясь с приговором, указывает, что суд, в нарушение Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», мотивируя в описательно-мотивировочной части приговора свой вывод о наличии в содеянном ФИО1 признака кражи с причинением значительного ущерба гражданину, ограничился лишь общими фразами о материальном положении потерпевшего и месте его работы, без конкретизации в цифровом выражении материального положения и заработной платы потерпевшего. Кроме того, не учёл, что операции по снятию денежных средств, производились с кредитной карты потерпевшего, то есть денежные средства не были им заработаны и не составляли бюджет семьи. Считает, что квалифицирующий признак с причинением значительного ущерба не нашёл своего подтверждения.

Указывает, что приведённые в приговоре доказательства вины ФИО1 не подтверждают факта хищения им денежных средств с банковской карты А.А. , а указывают лишь на факт их снятия последним. При этом в судебном заседании ФИО1 не оспаривал того обстоятельства, что снимал с карты А.А. денежные средства.

Приводит показания свидетелей И. , С. , А.Е.С. и выражает несогласие с выводом суда о том, что показания данных свидетелей подтверждают время, место, обстоятельства противоправного деяния и опровергают показания ФИО1 о непричастности к его совершению, поскольку, по мнению защитника, показания данных свидетелей указывают на то, что в апреле 2017 года у ФИО1 имелись в наличии заработанные им деньги.

Ссылаясь на то, что изложенные в приговоре показания А.Е.С. почти полностью совпадают с изложенными в обвинительном заключении, а показания данные им в ходе судебного заседания не приведены, указывает, что в приговоре отсутствует анализ и обоснование решения суда о предпочтении тех или иных, противоречащим друг другу показаниям, что, по мнению защитника, свидетельствует об отсутствии объективности суда.

Приводит суждения Конституционного Суда РФ, изложенные в определении от 06.02.2004 № 44-О, указывая, что у суда не имелось законных оснований на проведение допроса представителя органа дознания Ж, об обстоятельствах совершения кражи, изложенных ему ФИО1

По мнению адвоката утверждения С.А. о том, что она не давала тех показаний, которые изложены в протоколе допроса, протокол не читала, находятся в противоречии с показаниями следователя Л., так же как и показания А.А. и А.Е. - с показаниями ФИО2 , и являются неустранимыми, в связи с чем должны трактоваться в пользу осуждённого.

Придя к выводу о том, что показания потерпевшего А.А. и свидетеля А.Е. являются последовательными, суд не учёл, что только к концу судебного следствия потерпевший определился с размером похищенного и суммой гражданского иска, супруги А. так и не смогли определиться в вопросе, кто из них первый передал банковскую карту ФИО1 и назвал пин-код.

Просит приговор Хасынского районного суда от 29 ноября 2017 года отменить и постановить в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы осуждённого и его защитника государственный обвинитель Прыкин Я.А., опровергая доводы жалоб, просит оставить их без удовлетворения, а приговор без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражения на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Несмотря на признание осуждённым ФИО1 своей вины, вывод суда о его виновности в тайном хищении имущества А.А. , с причинением ему значительного ущерба, при установленных судом обстоятельствах, основан на совокупности доказательств, в том числе показаниях потерпевшего, свидетелей, протоколах следственных действий и других, исследованных в судебном заседании доказательств, анализ которых содержится в приговоре.

Так, потерпевший А.А. суду показал, что по состоянию на 08 часов 05 минут 23 апреля 2017 года на счету его банковской кредитной карты Сбербанка находились денежные средства в размере <.......> рублей <.......> копеек. В период с 23 по 24 апреля 2017 года он неоднократно давал ФИО1 указанную банковскую карту, чтобы тот мог расплачиваться в магазинах за приобретенные по его просьбе товары, сообщив ему пин-код. При этом разрешения на снятие наличных денежных средств с банковской карты он ФИО1 не давал, а его жена А.Е. дала разрешение на снятие 1 000 рублей. Около 23 часов 24 апреля 2017 года при просмотре смс-сообщений с номера 900 он обнаружил, что остаток денежных средств на его банковской карте составил <.......> рублей <.......> копейку. Изучив периоды снятия денежных средств и оплаты покупок, осуществлённых ФИО1 с его карты, он понял, что последний совершил хищение наличных денежных средств путём обналичивания их через банкоматы. 26 апреля 2017 года в ходе телефонного разговора ФИО1 пообещал вернуть ему похищенную сумму денежных средств по частям, однако до 28 апреля 2017 года тот не пришёл, в связи с чем он понял, что возвращать деньги последний не собирается. Ущерб, причинённый в результате преступных действий ФИО1, составил 37 000 рублей, который является для него значительным, поскольку его заработная плата составляет примерно <.......> рублей, из которых он ежемесячно оплачивает два кредита на сумму <.......> рублей, коммунальные услуги и садик около <.......> рублей, на его иждивении находятся нетрудоустроенная жена и несовершеннолетняя дочь.

Свидетель А.Е. суду пояснила, что в период с 23 по 24 апреля 2017 года ФИО1 по их с мужем просьбе неоднократно приобретал в магазинах продукты питания, для чего А.А. передавал ФИО1 свою банковскую кредитную карту и назвал пин-код. При этом А.А. разрешение на снятие наличных денежных средств не давал, она же разрешила ФИО1 снять для неё 1 000 рублей, которые впоследствии передала С.А. Примерно в 23 часа 30 минут 24 апреля 2017 года ей от мужа стало известно, что остаток денежных средств на его банковской карте, с которой они осуществляли покупки, составил <.......> рублей <.......> копейку, при этом по состоянию на 08 часов 05 минут 23 апреля 2017 года на счету карты находилось <.......> рублей <.......> копеек, с банковской карты были сняты наличные денежные средства в сумме 38 000 рублей, из которых 1 000 рублей ФИО1 снял по её просьбе. Впоследствии ФИО1 пообещал вернуть похищенные денежные средства по частям, однако они ему не поверили и муж обратился в полицию. Ущерб, причиненный преступлением, для их семьи является значительным, поскольку она не работает, размер заработной платы мужа составляет около <.......> рублей, из которых они оплачивают два кредита на сумму <.......> рублей, коммунальные услуги и садик на сумму около <.......> рублей, на иждивении находится малолетняя дочь.

Вопреки доводам жалоб, суд обоснованно признал вышеуказанные показания потерпевшего А.А. и свидетеля А.Е. достоверными и положил их в основу приговора, поскольку они подробны, последовательны, согласуются между собой и подтверждаются совокупностью других исследованных доказательств. Каких-либо существенных противоречий в их показаниях, которые могли бы поставить под сомнение выводы суда о виновности осуждённого в совершении инкриминируемого преступления, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Из показаний свидетеля С.А. , данных в ходе предварительного следствия следует, что примерно в 09 часов 30 минут 23 апреля 2017 года она с ФИО1 пришла в гости к А. , где она слышала, как последние просили ФИО1 сходить в магазин за продуктами питания и обихода, для чего передали ему пластиковую карточку. На следующий день по просьбе А. ФИО1 также несколько раз ходил в магазин за покупками. При этом вернувшись в первый раз из магазина ФИО1 передал А.Е. 1 000 рублей, которые она отдала ей (С.А. ) за оказанную помощь. После того как они ушли от А. , находясь в автомобиле такси ФИО1 передал 500 рублей, с целью расплатиться за такси, при этом сказал, что сдачу возвращать ему не надо. Кроме того он сообщил водителю такси И. , что может дать деньги в долг (т.1 л.д. 143-145, 147-148).

С целью проверки доводов свидетеля С.А. о заинтересованности следователя в изложении тех или иных показаний, содержащихся в её протоколах допросов, судом был допрошен следователь Л., который показал, что показания об обстоятельствах произошедших событий С.А. давала добровольно, последовательно в форме свободного рассказа, показания не корректировались, по окончании допроса последняя была ознакомлена с протоколами, замечаний к ним не имела.

Оценив показания свидетеля С.А. на различных этапах производства по делу, суд первой инстанции обоснованно признал показания указанного свидетеля, данные на предварительном следствии, допустимым доказательством, и правильно отнёсся критически к её показаниям, данным в суде в части дачи разрешения потерпевшим снимать ФИО1 наличные денежные средства и передачи ФИО1 денежных средств А.Е.

Согласно показаниям свидетеля И. , 24 апреля 2017 года она на автомобиле такси подвозила С.А. и ФИО1, который расплатился купюрой достоинством 500 рублей. При этом пояснил, что сдачу ему отдавать не надо. Кроме того сказал, что в случае проблем с деньгами, она может к нему обратиться, он поможет.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 28 апреля 2017 года - кабинета №... ОМВД России по Хасынскому району А.А. добровольно выдал банковскую карту «Master Card CREDIT MOMENTUM» №... (т.1 л.д. 55-58).

Из сведений по кредитной карте от 29 апреля 2017 года следует, что в период с 23 по 24 апреля 2017 года со счёта №... были сняты денежные средства в сумме 38 000 рублей (т.1 л.д.78-81).

Согласно протоколам осмотра места происшествия от 28 апреля 2017 года, были осмотрены помещения магазина «Апельсин» в <адрес>, магазина «Юбилейный» в <адрес>, ДО Северо-Восточного отделения №... ПАО «Сбербанка России» в <адрес>, в которых находятся банкоматы, через которые ФИО1 осуществлял операции по снятию денежных средств со счёта банковской карты А.А. (т.1 л.д. 61-64, 65-68, 69-72).

Оценив исследованные доказательства в совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и пришёл к верному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, обоснованно отверг версию защиты о том, что ФИО1 снимал наличные денежные средства с банковской карты по просьбе А.Е.

В соответствии с п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», при квалификации действий лица, совершившего кражу по признаку причинения гражданину значительного ущерба судам следует, руководствуясь примечанием 2 к статье 158 УК РФ, учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство, и др. При этом ущерб, причиненный гражданину, не может быть менее размера, установленного примечанием к статье 158 УК РФ.

Как усматривается из приговора, суд первой инстанции при разрешении вопроса о наличии в действиях ФИО1 квалифицирующего признака «с причинением значительного ущерба гражданину» исходил не только из примечания 2 к ст.158 УК РФ, которым установлен минимальный размер стоимости похищенного в сумме 5 000 рублей, позволяющий признать причинённый гражданину ущерб значительным, но и учёл размер причинённого ущерба, мнение потерпевшего о значимости похищенного имущества, совокупный доход семьи, их расходы.

Согласно справкам о доходах А.А. №№ 1064, 1065, общая сумма дохода за 2016 год составила <.......> рубля <.......> копеек, сумма налога <.......> рублей, за первое полугодие 2017 года - <.......> рубль <.......> копеек, сумма налога - <.......> рубля (т.1 л.д.114,115).

Из расчёта задолженности по оплате жилья и коммунальных услуг по адресу <адрес>, собственником которого является А.А. следует, что за 8 месяцев 2017 года за оплату коммунальных услуг начислено <.......> рублей <.......> копеек (т.1 л.д.121).

По сведениям, предоставленным Комитетом образования, культуры, спорта и молодежной политики администрации Хасынского городского округа, А.Д, , <дата> рождения, посещает МБДОУ «Детский сад № 1» <.......>, за период с января по август 2017 года произведена плата в сумме <.......> рублей (т.1 л.д.123).

Согласно соглашениям №№ 1640041/0197, 1640041/0049 и графикам погашения кредитов и уплаты начисленных процентов, А.А. имеет два кредита на общую сумму <.......> рублей, по которым ежемесячно уплачивает <.......> рублей <.......> копеек (т.1 л.д.131-134, 135-138).

Приведенные доказательства опровергают доводы жалобы защитника о недоказанности квалифицирующего признака кражи - причинение значительного ущерба потерпевшему.

Поэтому оснований полагать, что указанный квалифицирующий признак не нашёл своего подтверждения, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, действия осуждённого ФИО1 по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, судом квалифицированы правильно.

То обстоятельство, что денежные средства были похищены с кредитной банковской карты потерпевшего, на что обращает внимание защитник, не влияет на правильность квалификации действий осуждённого.

Доводы жалобы адвоката о том, что потерпевший А.А. только к концу судебного следствия смог определиться с размером причинённого ущерба, опровергаются материалами уголовного дела. Так в ходе предварительного следствия А.А. при его допросе в качестве потерпевшего 7 июня 2017 года показал, что ущерб, причинённый ему в результате хищения ФИО1, составил 37 000 рублей (т.1 л.д.94-97).

Что касается довода жалобы адвоката о том, что суд незаконно допросил в качестве свидетеля оперуполномоченного ОМВД России по Хасынскому району Ж, ., то он также является необоснованным. Как следует из протокола судебного заседания Ж, . был допрошен не о содержании показаний ФИО1 с целью восстановления их содержания, а с целью выяснения соблюдения требований законодательства при допросе ФИО1, что не противоречит правовой позиции, изложенной в п.2 Определения Конституционного Суда РФ от 6 февраля 2004 года N 44-О.

Не могут быть признаны обоснованными и доводы защитника о необъективности и предвзятости суда.

Из протокола судебного заседания следует, что суд создал стороне защиты и стороне обвинения равные условия и возможности для исполнения ими их процессуальных прав и обязанностей. Все ходатайства, заявленные в ходе судебного следствия, ставились на обсуждение сторон и по результатам их рассмотрения судом были вынесены законные решения. При этом принципы презумпции невиновности, равенства сторон и состязательности судопроизводства судом первой инстанции не нарушены.

Наказание в виде принудительных работ ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона, с учётом установленных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данных о его личности (не судим, постоянного источника дохода не имеет, по месту жительства характеризуется посредственно, по месту последней работы - положительно), отсутствия смягчающих и отягчающих обстоятельств, а также влияния назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его жизни, и является справедливым.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого преступления, оснований для изменения категории преступления, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

Что касается несогласия осуждённого с решением суда в части взыскания с него в пользу потерпевшего А.А. причинённого преступлением материального ущерба, то его доводы не могут быть признаны состоятельными.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 совершил тайное хищение денежных средств в размере 37 000 рублей со счёта банковской кредитной карты А.А. , поэтому в соответствии с требованиями ч.1 ст.1064 ГК РФ он обязан возместить причинённый ему ущерб.

Таким образом, оснований для отмены приговора по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно положениям ст.240 УПК РФ приговор должен быть основан лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании.

С учетом указанного требования закона суд не вправе ссылаться в подтверждение своих выводов на собранные по делу доказательства, если они не были исследованы судом и не нашли отражения в протоколе судебного заседания.

В приговоре суд, как на доказательство вины осуждённого ФИО1, сослался, в том числе, на протоколы очных ставок, проведённых 17 августа 2017 года, 21 августа 2017 года, 15 сентября 2017 года между потерпевшим А.А. , свидетелем А.Е. и обвиняемым ФИО1 (т. 1 л.д. 177-179, 180-182), протоколы осмотра предметов от 17 августа 2017 года и 8 сентября 2017 года (т.1 л.д. 195-196, 202-209, постановление следователя (т. 1 л.д. 197-199).

Согласно протоколу судебного заседания, перечисленные доказательства в судебном заседании исследованы не были (т.2 л.д. 181-238).

При таких обстоятельствах из описательно-мотивировочной части приговора подлежат исключению ссылки суда на приведенные выше доказательства, не исследованные в судебном заседании.

В то же время, данное обстоятельство не является основанием для отмены приговора суда, так как виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления доказана достаточной совокупностью иных доказательств, исследованных судом.

Других нарушений уголовного либо уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора суда, не установлено.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Хасынского районного суда Магаданской области от 29 ноября 2017 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на протоколы очных ставок, проведённых 17 августа 2017 года, 21 августа 2017 года, 15 сентября 2017 года между потерпевшим А.А. , свидетелем А.Е. и обвиняемым ФИО1 (т. 1 л.д. 177-179, 180-182), протоколы осмотра предметов от 17 августа 2017 года и 8 сентября 2017 года (т. 1 л.д. 195-196, 202-209), постановление следователя (т. 1 л.д. 197-199).

В остальной части тот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осуждённого ФИО1 и его защитника - адвоката Рыбцова А.В. - без удовлетворения.

Председательствующий В.В. Смирнов