Апелляционное постановление № 22-3906/2025 от 23 октября 2025 г.

Судья Максачук А.И. Дело № 22-3906/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Барнаул 24 октября 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Шалабоды А.Н.,

при помощнике судьи Воробьевой О.С.,

с участием прокурора Горовой В.В.,

представителя потерпевшего К.2

адвоката Павицкого А.А.,

осужденного ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Павицкого А.А. на приговор Косихинского районного суда Алтайского края от 27 июня 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГ в <адрес>,

- осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.

Разрешены вопросы о способе следования к месту отбытия наказания, зачете в срок отбытого наказания времени следования к месту отбытия наказания, об исчислении наказаний, о судьбе вещественных доказательствах.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционной жалобы, возражений, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение при управлении автомобилем «<данные изъяты>» Правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности смерть С.1

Преступление совершено ДД.ММ.ГГ в период времени с ДД.ММ.ГГ часов ДД.ММ.ГГ минут до ДД.ММ.ГГ часов ДД.ММ.ГГ минут в <адрес> на участке проезжей части федеральной автомобильной дороги *** «<данные изъяты>» (<адрес>), расположенном на расстоянии *** м. от *** километрового столба в северо-западном направлении, со стороны <адрес> в направлении <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Павицкий А.А. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, при этом, ссылаясь на ч.1 ст.88, ст.297, п.3, 4 ч.1 ст.305, п.2 ст.307 УПК РФ, указывает, что допрошенный в ходе судебного заседания ФИО1 отказался высказать свое отношение к предъявленному обвинению, поскольку не может пояснить, в результате чего произошло указанное дорожно-транспортное происшествие. По его мнению, причиной ДТП явилась потеря сознания и версия о том, что во время движения автомобиля он отключился, очнулся, когда его доставали из автомобиля, ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании не опровергнута. Собранные же по делу доказательства в виде показаний свидетелей и заключения комиссионной медицинской экспертизы, на которые ссылается суд, носят предположительный характер и не могут быть положены в основу приговора. Так, из оглашенных в ходе судебного заседания показаний свидетеля Б. следует, что со слов участников ДТП ей стало известно, что водитель «<данные изъяты>» уснул за рулем (от каких участников и кто ей это сообщил, не ясно). Свидетель Б.1, чьи показания также были оглашены в суде, просто указал, что ФИО1 уснул за рулем (каким путем он установил эти обстоятельства, он в протоколе допроса не указал). Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель Б.2 пояснил о том, что водитель уснул за рулем, ему стало известно со слов водителя автомобиля <данные изъяты> скорой помощи. Водитель же <данные изъяты> скорой помощи К.1 показал, что он с ФИО1 не разговаривал, как и не общался с другими участниками ДТП, на уточняющий вопрос пояснил, что обстоятельства ДТП ему стали известны от фельдшера М.1. Допрошенный в ходе судебного заседания Ю. показал, что он предположил, что ФИО1 уснул за рулем в результате утомленного состояния. Исходя из показаний свидетеля М. следует, что в ходе принятого им объяснения от ФИО1, последний указал, что отключился за рулем автомобиля. Таким образом, все указанные свидетельские показания основаны на слухах и предположениях, никто из свидетелей не рассматривал иную версию причин ДТП. Данным показаниям суд вообще не дал оценки. Единственным свидетелем, которая указала источник осведомленности о том, что ФИО1 уснул за рулем, является фельдшер М.1, которая общалась с ним в машине скорой помощи. Данное обстоятельство допустимо, однако причины таких его пояснений вполне объяснимы: ФИО1 после столкновения автомобиля со столбом вытаскивают из машины и все окружающие, водители автомобилей – очевидцев ДТП, которые не были допрошены, а в дальнейшем и сотрудники полиции, говорят ему, что он уснул за рулем, то есть фактически навязывают ему эту версию причин совершения ДТП, которую он на первоначальном этапе и ретранслирует, в том числе М.1. Только когда ФИО1 пришел в себя и разобрался в случившемся, он пришел к выводу, что причиной ДТП оказалась потеря сознания. Кроме того, из показаний ФИО1 следует, что он приехал из <адрес> в <адрес> ночью, лег спать и проспал пока его не разбудила С., в пути следования до <адрес> останавливались, чувствовал себя хорошо, в <адрес> также спал. Об утомленном состоянии в этих показаниях не говорится. Более того, отмечает, что ФИО1 профессиональный водитель с большим стажем вождения, в том числе и на дальние расстояния, и расстояние примерно в *** км с остановками и перерывами на отдых, для такого водителя не такое уж и большое и не может свидетельствовать об утомленности. Ссылаясь на ст.80, п.9, 10 ч.1 ст.204 УПК РФ, ст.25 Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности», п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 №28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», указывает, что эксперты, проводившие комиссионную медицинскую судебную экспертизу *** от ДД.ММ.ГГ, в исследовательской части заключения не указали применяемые ими методы и научно обоснованные методики, не отразили содержание и ход проводимой экспертизы. Не ясно, кто из комиссии экспертов и какую часть экспертизы выполнял, ФИО1 эксперты не обследовали и не опрашивали, не выясняли у него его состояние на момент совершения ДТП. Более того, в ходе проведения экспертизы не были учтены показатели артериального давления ФИО1 непосредственно после ДТП, которые отражены в его медицинской карте, а также погодные условия, а именно температура воздуха, что могло повлиять на его состояние и привести к потере сознания, в том числе в связи с тепловым ударом. Эксперт К., на показания которого сослался суд, показал, что для оценки ситуации необходимы медицинские документы, отражающие состояние ФИО1 до и после ДТП, но при этом почему-то отразивший в заключении не все медицинские данные, имеющие значение для дела. Автор жалобы полагает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении комиссионной судебно-медицинской экспертизы с привлечением врача невролога. Также, суд не дал оценку заключению психолого-психиатрической экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, которая поставила ФИО1 диагноз – <данные изъяты>. Просит приговор суда отменить, направить дело на новое судебное рассмотрение в Косихинский районный суд Алтайского края в ином составе суда.

В возражениях заместитель прокурора Косихинского района Застрожнов Е.С. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Уголовное дело рассмотрено в пределах предъявленного осужденному обвинения, судебное следствие проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон.

Вопреки доводам жалобы, выводы суда о доказанности вины осужденного в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах основаны на совокупности приведенных доказательств, достаточных для разрешения уголовного дела. Представленные сторонами доказательства были исследованы, содержание их в приговоре раскрыто, им дана надлежащая оценка. В соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ суд привел мотивы, по которым принял одни и отверг другие доказательства.

Правильность оценки доказательств, данной судом в приговоре, сомнений не вызывает. Выводы суда предположений не содержат, основаны на исследованных доказательствах. Показания осужденного, потерпевшего, свидетелей проверены и оценены, с учетом совокупности доказательств, приведенных в обоснование вины осужденного, в том числе заключений экспертов. По заявленным доводам нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих признание приведенных в обоснование вины осужденного доказательств недопустимыми, не установлено.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и правильно приведенных в приговоре, и, в частности, подтверждаются:

показаниями потерпевшего С., из которых следует, что ДД.ММ.ГГ ему на сотовый позвонил бывший руководитель ООО «<данные изъяты>» Г. и сообщила, что ей стало известно со слов ее супруга о дорожно-транспортном происшествии на участке автодороги *** <данные изъяты>, в которое попала его супруга по причине того, что водитель ФИО1 уснул за рулем и наехал на столб. Впоследствии ему звонил ФИО1 и пояснял обстоятельства произошедшего, в том числе, что при движении на автомобиле, находясь в утомленном состоянии, он уснул за рулем и допустил наезд на фонарный столб. Далее врач в больнице ему сказал, что его супруга С.1 скончалась в больнице от полученных травм;

показаниями свидетеля Ю. (инспектора ИДПС), из которых следует, что ДД.ММ.ГГ он совместно с инспектором Б.1 на основании поступившей информации о ДТП на автодороге ***, выехали на служебном автомобиле на место ДТП, где находилась скорая помощь, в которой были пострадавшие. При общении с участниками ДТП установлено, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 двигаясь со стороны <адрес> в сторону <адрес> с пассажиркой С.1, во время движения, находясь в утомленном состоянии уснул за рулем, тем самым утратив контроль за управлением автомобиля, в связи с чем, автомобиль наехал на фонарный столб, расположенный на обочине автодороги. Пострадавшая С.1 находилась в сознании и была госпитализирована. Впоследствии поступило сообщение о том, что она скончалась в больнице от полученных травм;

показаниями свидетелей Б.1 (инспектора ИДПС), Б. (сотрудника полиции) об обстоятельствах ДТП ДД.ММ.ГГ на автодороге *** в <адрес>, аналогичными показаниям свидетеля Ю.;

показаниями свидетеля П. (фельдшера скорой медицинской помощи КГБУЗ «<данные изъяты>»), что ДД.ММ.ГГ в связи с поступившим на планшет вызовом, они на автомобиле скорой помощи с водителем Б.2 выехали на место ДТП автодороги *** в <адрес>. На обочине левой по направлению движения со стороны <адрес> в сторону <адрес> стороны дороги находился автомобиль «<данные изъяты>», который совершил наезд передней частью на фонарный столб. В месте расположения автомобиля находился мужчина, который получил телесные повреждения, находился в сознании. Пассажирка из автомобиля, пострадавшая сильнее в ДТП находилась в автомобиле скорой помощи <адрес>, ей она и стала заниматься в первую очередь. Во время транспортировки потерпевшая находилась в тяжелом состоянии, однако, в сознании. Впоследствии ей стало известно, что пострадавшая умерла в больнице;

показаниями свидетеля Б.2 (водителя скорой помощи в КГБУЗ «<данные изъяты>»), об обстоятельствах ДТП ДД.ММ.ГГ на автодороге *** в <адрес>, аналогичными показаниям свидетеля П., также пояснивший, что в ходе общения с участниками, находящимися на месте ДТП, ему стало известно, что водитель автомобиля <данные изъяты>» уснул за рулем, в связи с чем, выехал на обочину, где совершил наезд на фонарный столб;

показаниями свидетеля К.1 (водителя скорой помощи КГБУЗ «<данные изъяты>»), об обстоятельствах ДТП ДД.ММ.ГГ на автодороге *** в <адрес>, также пояснивший, что в ходе общения с участниками, находящимися на месте ДТП и от самого водителя ему стало известно, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» уснул за рулем, в связи с чем, выехал на обочину, где совершил наезд на фонарный столб;

показаниями свидетеля М.1 (фельдшера скорой медицинской помощи КГБУЗ «<данные изъяты>») об обстоятельствах ДТП ДД.ММ.ГГ на автодороге *** в <адрес>, пояснившей, что когда пострадавшая женщина находилась у них на носилках, то она стала спрашивать мужчину водителя, что произошло, он ей ответил, что уснул за рулем;

показаниями эксперта К., пояснившего относительно проведенной им совместно с комиссией медицинской судебной экспертизы, по результатам которой было составлено заключение *** от ДД.ММ.ГГ, а именно, что для оценки ситуации, изложенной в постановлении следователя и материалах уголовного дела необходимы медицинские документы, отражающие состояние ФИО1 до ДТП и сразу же после ДТП, что и было отражено в заключении. Все последующие состояния по истечении недели после ДТП, в том числе справка врача-кардиолога не могли иметь значения для ответа на поставленные вопросы;

заключением комиссионной медицинской судебной экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ установившим, что в представленных медицинских документах и материалах уголовного дела отсутствуют объективные данные, свидетельствующие о наличии у ФИО1 каких-либо заболеваний и состояний, которые могли бы привести к внезапной потере сознания, непосредственно перед ДТП ДД.ММ.ГГ;

заключением автотехнической судебной экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, согласно которой все обнаруженные неисправности рулевого управления, тормозной системы автомобиля «<данные изъяты>» рег. знак *** возникли в результате ДТП. Технических неисправностей рулевого управления, образовавшихся до ДТП, в ходе проведения исследования транспортного средства не выявлено, следовательно, перед происшествием рулевое управление находилось в действующем состоянии; технических неисправностей тормозной системы, образовавшихся до ДТП, не обнаружено, следовательно, перед происшествием, вероятнее всего, тормозная система автомобиля находилась в действующем состоянии;

заключением медицинской судебной экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ установившим локализацию, механизм образования, тяжесть полученных С.1 в дорожно-транспортном происшествии телесных повреждений, повлекших ее смерть;

заключением автотехнической судебной экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, согласно которого, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1. абзац 1 Правил дорожного движения РФ;

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГ, согласно которому осмотрен видеорегистратор с видеозаписью момента дорожно-транспортного происшествия;

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ в ходе которого осмотрен участок федеральной автомобильной дороги ***: «<данные изъяты>» (<адрес>), проходящий на территории <адрес> на расстоянии *** м. от *** километрового столба в северо-западном направлении со стороны <адрес> в направлении <адрес>, где произошло дорожно-транспортное происшествие; а также другими приведенными в приговоре доказательствами;

иными приведенными в приговоре доказательствами.

Все доказательства, положенные в основу выводов суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, правильно признаны судом как полученные в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Причем совокупность этих доказательств является достаточной для правильного разрешения дела и постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

Проанализированы и оценены в приговоре заключения проведенных по делу судебных экспертиз. Суд верно не усмотрел нарушений уголовно-процессуального закона при производстве экспертиз, поводов ставить под сомнение компетентность экспертов и правильность их выводов.

Противоречия между выводами, содержащимися в заключениях судебных экспертиз и другими доказательствами, признанными судом в качестве допустимых и достоверных доказательств по делу и исследованных в судебном заседании, не установлены.

Заключениям экспертов, приведенным в обоснование вины осужденного, суд дал надлежащую оценку. Экспертные исследования проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и правилами проведения судебных экспертиз. При производстве экспертиз в полном объеме исследованы представленные материалы, заключения экспертов составлены в соответствии с требованиями ст.204 УПК РФ, содержат ответы на поставленные перед ними вопросы.

Все экспертизы по делу проведены экспертами, обладающими специальными познаниями и квалификацией, необходимыми для ответов на поставленные вопросы.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона при соблюдении общеправовых принципов, в том числе презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон. Все заявленные участниками процесса ходатайства разрешены с соблюдением требований ст.271 УПК РФ.

Предусмотренных законом обязательных оснований для назначения и проведения по делу повторной комиссионной судебной экспертизы, о чем указывается в апелляционной жалобе адвокатом, не имелось.

Всем приведенным в приговоре доказательствам, суд дал надлежащую оценку с изложением мотивов своего решения, не допустив при этом каких-либо противоречий между установленными обстоятельствами дела и своими выводами, сделанными на их основе.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1, управляя автомобилем, потерял сознание, были предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, так как опровергнуты материалами дела.

Выводы суда о том, что нарушения Правил дорожного движения, допущенные ФИО1, находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде смерти потерпевшей С.1 от полученных в дорожно-транспортном происшествии травм, надлежащим образом мотивированы, подтверждаются приведенными в приговоре доказательствами, в том числе заключениями экспертиз, показаниями свидетелей, протоколами осмотра места происшествия, в связи с чем сомнений в своей объективности и правильности они не вызывают. Каких-либо существенных противоречий в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу осужденного, не установлено.

Предложенная в жалобе адвоката переоценка доказательств не является основанием для удовлетворения доводов апелляционной жалобы, поскольку оценка доказательств суда первой инстанции соответствует требованиям закона и ее обоснованность сомнений не вызывает.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч.3 ст.264 УК РФ.

Выводы суда относительно квалификации действий осужденного мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам, противоречий не содержат, подтверждены представленными доказательствами, приведенными в обоснование вины осужденного.

Назначенное осужденному наказание соответствует положениям ст.ст.6,43,60 УК РФ, оно назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности ФИО1, в том числе смягчающих наказание обстоятельств (раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшим, состояние здоровья осужденного, <данные изъяты>), влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Все представленные данные о личности осужденного, исследованы и, наряду с установленными смягчающими наказание обстоятельствами, в полной мере учтены.

Иных обстоятельств для признания их смягчающими наказание суд на основании представленных материалов не установил, не усматривает таких обстоятельств и суд апелляционной инстанции.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд не установил.

Суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.53.1, ст.64, ст.73 УК РФ, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Положения ст.47 УК РФ при назначении дополнительного наказания судом соблюдены.

Обстоятельств, препятствующих отбыванию осужденным основного и дополнительного наказания, на основании представленных материалов не установлено.

Вместе с тем, из правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом РФ в Определении от 6 февраля 2004 года № 44-0, следует, что «положения части пятой статьи 246 и части третьей статьи 278 УПК РФ, предоставляющие государственному обвинителю право ходатайствовать о вызове в суд свидетелей и допрашивать их, и часть третья статьи 56 данного Кодекса, определяющая круг лиц, которые не могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключают возможность допроса дознавателя и следователя, проводивших предварительное расследование по уголовному делу, в качестве свидетелей, в том числе об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий. Эти положения, подлежащие применению в системной связи с другими нормами уголовно-процессуального законодательства, не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать дознавателя и следователя о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым».

Руководствуясь данной правовой позицией Конституционного Суда РФ, суд апелляционной инстанции исключает из описательно - мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля – инспектора ИДПС М. в части содержания пояснений ФИО1, как на доказательство вины осужденного, ввиду их юридической ничтожности.

Кроме того, из приговора также подлежит исключению ссылка на постановления от ДД.ММ.ГГ и от ДД.ММ.ГГ о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств, а также на рапорт о происшествии *** от ДД.ММ.ГГ, как на доказательства вины осужденного, так как данные документы являются процессуальными и не несут в себе никакого доказательственного значения.

Вместе с тем, данные обстоятельства, с учетом совокупности иных исследованных, оцененных судом и приведенных в приговоре доказательств, не ставят под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в совершенном преступлении.

Иных существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, влекущих отмену или изменение судебного решения, не допущено. С учетом изложенного, оснований к отмене, а также иным изменениям приговора, по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену судебного решения, не допущено.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Косихинского районного суда Алтайского края от 27 июня 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить ссылку на показания свидетеля М. в части содержания пояснений ФИО1, как на доказательство вины осужденного.

Исключить ссылку на постановление от ДД.ММ.ГГ о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств: видеорегистратор модель <данные изъяты>, с размещенной в нем картой памяти «<данные изъяты>», установленный в салоне автомобиля марки «<данные изъяты>», г.р.з. ***; CD-R диск, содержащий видеозапись, выполненную при помощи видеорегистратора, установленного в салоне автомобиля марки «***», г.р.з. *** (т.*** л.д.***); ссылку на постановление от ДД.ММ.ГГ о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств: автомобиль марки «<данные изъяты>», г.р.з. ***, номер кузова <данные изъяты>, цвет <данные изъяты>, *** года выпуска (т*** л.д.***); ссылку на рапорт о происшествии *** от ДД.ММ.ГГ, согласно которого поступило сообщение от ИДПС ОДПС ГИБДД МО МВД России «<данные изъяты>» Б.1, о том, что на трассе *** в районе *** км., в 2 км. от поворота на <адрес> в направлении <адрес> произошло ДТП, имеются пострадавшие (т.*** л.д.***), как на доказательства виновности осужденного.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.Н. Шалабода

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>