Апелляционное определение от 5 февраля 2019 г. по делу № 2-10/2018

л ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 31-АПУ 19-1


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Москва 5 февраля 2019 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской

Федерации в составе: председательствующего Таратуты ИВ., судей Кочиной И.Г., Климова А.Н., с участием государственного обвинителя - прокурора Телешевой-Курицкой Н.А.,

сужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6,

защитников - адвокатов Смирнова А.А., Шевченко Е.М., Кротовой СВ., Ильина А.В., Шинелевой Т.Н., Анпилоговой Р.Н.,

при секретаре Семеновой Т.Е.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным

жалобам осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3,

ФИО4, адвокатов Федорова Э.Ю., Шленского С.Л., Ильина А.В. на

приговор Верховного Суда Чувашской Республики от 11 октября 2018 года,

которым:

ФИО1, <...>

<...> несудимая, осуждена:

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (тайник на ул. Университетской),

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (ул. Надежды),

- по ч.З ст.ЗО, п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 7 лет 6 месяцев (ул. Лунная, д.ЗЗ),

- по ч.З ст.ЗО, п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 7 лет 6 месяцев (пер. Ягодный),

- по ч.З ст.ЗО, ч.5 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 8 лет 6 месяцев (д. Пихтулино),

в соответствии с ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, - к 11 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима,

срок наказания постановлено исчислять с 11 октября 2018 года, зачесть в отбытие наказания время нахождения под домашним арестом в качестве меры пресечения с 17 июля 2017 года по 11 октября 2018 года;

ФИО2, <...> несудимый,

осужден:

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (ул. Лунная, д.1),

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (ул. Лунная, д.4),

- по ч.З ст.ЗО, п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 7 лет 6 месяцев (пер. Ягодный)

- по ч.З ст.ЗО, п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 7 лет 6 месяцев (ул. Лунная, д.ЗЗ),

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (ул. Университетская),

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (ул. Надежды),

- по ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 7 лет 6 месяцев (пр. Тракторостроителей),

в соответствии с ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, - к 10 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

срок наказания постановлено исчислять с 11 октября 2018 года, зачесть в отбытие наказания время нахождения под домашним арестом в качестве меры пресечения с 16 июля 2017 года по 11 октября 2018 года;

ФИО3, <...> несудимый,

осужден:

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (ул. Светлая),

- по ч.З ст.ЗО, п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 7 лет 6 месяцев (пер. Ягодный),

в соответствии с ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, - к 8 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

срок наказания постановлено исчислять с 11 октября 2018 года, зачесть в отбытие наказания время нахождения под стражей в качестве меры пресечения с 13 июля 2017 года;

ФИО4, <...> несудимый,

осужден:

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (ул. Магницкого),

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (ГСК «<...> ГБ №<...>),

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (ГСК «<...> ГБ №<...>),

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (ГСК «<...> ГБ <...>),

- по ч.З ст.ЗО, п.п.«а», «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 7 лет 6 месяцев (Лунная, д.ЗЗ),

в соответствии с ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, - к 9 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

срок наказания постановлено исчислять с 11 октября 2018 года, зачесть в отбытие наказания время нахождения под домашним арестом в качестве меры пресечения с 13 июля 2017 года по 11 октября 2018 года;

ФИО5, <...> несудимый,

- по ч.З ст.ЗО, ч.5 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 8 лет (д. Пихтулино),

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (возле столба на ул. Тракторостроителей),

- по п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев (возле дома № 12 на ул. Тракторостроителей),

- по ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет (ул. Хузангая),

- по ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет (ул. Ленинского комсомола),

-поч.1 ст.228 УК РФ к лишению свободы на 6 месяцев,

в соответствии с ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, - к 9 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

срок наказания постановлено исчислять с 11 октября 2018 года, зачесть в отбытие наказания время нахождения под домашним арестом в качестве меры пресечения с 15 августа 2017 года по 11 октября 2018 года;

ФИО6, <...> несудимый,

- по ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет (ул. Хузангая),

- по ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет (ул.Ленинского комсомола),

- поч.1 ст.228 УК РФ к лишению свободы на 6 месяцев,

в соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, - к 7 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

срок наказания постановлено исчислять с 11 октября 2018 года, зачесть в отбытие наказания время нахождения под стражей в качестве меры пресечения с 15 августа 2017 года по 11 октября 2018 года.

Судом принято решение в отношении вещественных доказательств.

Приговор в отношении ФИО5 и ФИО6 не обжалован, пересматривается в порядке ст. 389.19 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступление осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, адвокатов Смирнова А.А., Шевченко Е.М., Кротовой СВ., Ильина А.В., поддержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах и в дополнениях к ним, осужденных ФИО5 и ФИО6, адвокатов Шинелеву Т.Н. и Анпилогову Р.Н., выразивших согласие с доводами жалоб, мнение прокурора Телешовой-Курицкой НА., возражавшей против удовлетворения жалоб, при этом просившей зачесть осужденным ФИО1, ФИО2, ФИО5 и ФИО6 в срок лишения свободы день фактического задержания каждого из них, Судебная коллегия,

установила:

ФИО1 осуждена за незаконные сбыт и покушения на сбыт наркотических средств в значительном, крупном и особо крупном размерах, организованной группой, с использованием электронных и информационно- телекоммуникационных сетей (включая сеть « Интернет»), ФИО2, ФИО4 и ФИО3 - за незаконные сбыт и покушения на сбыт

наркотических средств в значительном и крупном размерах, организованной группой, с использованием электронных и информационно- телекоммуникационных сетей (включая сеть « Интернет»), Гаранин А.В. - за незаконные сбыт и покушения на сбыт наркотических средств в значительном и особо крупном размерах, организованной группой, с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть « Интернет»), Ерунов Е.К. - за покушения на незаконный сбыт наркотических средств в значительных размерах, организованной группой, с использованием электронных и информационно- телекоммуникационных сетей (включая сеть « Интернет»). Кроме того, Гаранин А.В. и Ерунов Е.К. осуждены за незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере.

Осужденная ФИО1 в апелляционной жалобе и в дополнениях к ней указывает на ряд процессуальных нарушений, допущенных, по ее мнению, в ходе судопроизводства по уголовному делу, в частности, на отсутствие оснований для задержания, на несоответствие времени составления протокола задержания со временем ознакомления с ним, на неправильное указание даты сообщения о задержании, в связи с чем просит признать ее задержание незаконным. Полагает, что ее допрос в качестве свидетеля был проведен с нарушением ч. 3 ст. 164 УПК РФ, в ночное время, при этом задаваемые ей вопросы не нашли свое отражение в протоколе. В связи с изложенным полученные после задержания доказательства и результаты оперативно-розыскной деятельности: личный досмотр, медицинское освидетельствование, осмотр банковских карт и телефонов, явку с повинной, объяснения, протоколы допросов в качестве свидетеля, и подозреваемой считает недопустимыми доказательствами.

Осмотр её телефона «Ме1ги» с восстановлением удаленных файлов проводился без поручения руководителя, ход осмотра на фото или видео не фиксировался. Указанные ею места закладок не были восстановлены. Ввиду нарушения порядка получения доказательств, просит признать фотографии, полученные с её телефона, недопустимым доказательством.

Считает рапорт М. об обнаружении в её телефоне «Билайн» фотографий с местами тайников на ул. Университетской, д. 38 и ул. Надежды, д. 11, по которым были обнаружены наркотические средства, противоречащим результатам осмотра телефона, согласно которого в нем отсутствовала интересующая следствие информация. Фотографии и изъятое наркотическое средство считает недопустимыми доказательствами.

Считает фотографии, выявленные при осмотре телефона ФИО4, которые содержат обозначение места закладки в виде стрелки, сфальсифицированными сотрудниками полиции, поскольку используемая графическая программа не сохраняет измененные фотографии.

Обращает внимание на поручение следователя и ответ на него, которые составлены до возбуждения уголовного дела, что, по ее мнению, влечет признание данных документов недопустимыми доказательствами.

К недопустимым доказательствам относит показания свидетеля А. проводившего оперативно-розыскные мероприятия, сообщившего о наличии у него информации о закладке, но не указавшего источник осведомленности, показания свидетеля Х. который утверждал, что ФИО2 осуществил закладку с целью сбыта, но при этом не взял с него объяснений, показания свидетеля К. который, являясь дознавателем, свидетельствовал о сбыте ею наркотического средства в августе 2017 года, в то время как она была задержана в июле того же года, а также показания свидетелей М. и А. ввиду того, что они как сотрудники полиции являются заинтересованными лицами в исходе дела.

Осужденная полагает, что не представлено доказательств вступления всех участников в состав организованной группы либо о предварительном сговоре между ними на совершение преступлений. Считает, что выводы суда в части времени создания неустановленным лицом организованной группы и о функциях организатора в виде распределения денежных средств после продажи наркотических средств не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку магазин пользователя « <...>» существует с 2012 года, а осужденный ФИО3 получал вознаграждение от организатора до покупки приобретателями заложенных им наркотических средств. Оспаривает применение осужденными мер конспирации как доказательства признака организованной группы, поскольку банковские карты ПАО «Сбербанка» для расчетов за выполненную работу были зарегистрированы на осужденных, а используемая ими программа «Те1е§гат» находится в свободном доступе. Выражает несогласие с выводом суда, что по условиям вступления в группу требовались фотокопия паспорта и навыки работы с мобильным устройством, поскольку подобными навыками обладает каждый.

Считает данную судом квалификацию своих действий неверной, поскольку она не может нести ответственность за совершенный неустановленным лицом сбыт наркотических средств.

Поскольку ФИО2 делал закладки наркотических по её просьбе, но не завершил начатое ввиду задержания, полагает, что их действия следует квалифицировать как покушение на сбыт, при этом оценивать ее роль как подстрекателя.

Кроме того, считает, что имеются основания для ее освобождения от уголовной ответственности в соответствии с примечанием к ст. 228 УК РФ поскольку изъятие наркотических средств, в том числе в д. Пихтулино, произведено после указания ею местонахождения тайников.

По мнению осужденной, ее окончательное наказание не должно было превышать 10 лет лишения свободы, суд должен был обсудить возможность

применения к ней положений ст. 96 УК РФ, поскольку в силу возраста она не осознавала предназначение наркотических средств и тяжесть последствий их употребления, и условного осуждения с учетом явки с повинной, правдивых и последовательных показаний по всем эпизодам, желания заключить досудебное соглашение о сотрудничестве, способствования раскрытию преступлений, изобличению других соучастников преступной группы, добровольного сообщения о нахождении тайников, раскаяния в содеянном, положительных характеристик, наличия у матери инвалидности и нуждаемости в постороннем уходе.

Кроме того, Семенова просит выдать матери сотовый телефон «Самсунг» и сим-карту «Теле2», принадлежащие её отцу, банковские карты ПАО «Сбербанк» и «Почта Банк», принадлежащие её матери, поскольку они не использовалась для совершения преступлений, денежные средства в сумме 4100 рублей, которые не были получены в результате совершения преступления и информацию, содержащуюся на карте памяти и на телефонах «Ме12и», «Билайн» в соответствии со ч.2.1 ст.82 УПК РФ, а также тетрадь с записями.

Считает недопустимым указание в приговоре её фамилии с буквой «ё», вопреки данным о личности, установленной по имеющему в деле паспорту.

На основании изложенного просит приговор отменить и ее уголовное преследование прекратить ввиду непричастности к совершенным преступлениям, либо о передать дело на новое судебное разбирательство.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит квалифицировать его действия по размещению в тайники наркотических средств возле домов № 1 и № 4 на ул. Лунной как единое продолжаемое преступление поскольку информацию о местах нахождения тайников он передавал спустя продолжительное время одним сообщением.

По этим же основаниям просит квалифицировать единым преступлением по ст.228.1 ч.4 п.«г» УК РФ факты оборудования тайников у д. № 4 в пер. Ягодном и у д. № 33 по на ул.Лунной, а также объединить в одно преступление, предусмотренное п.п.«а»,«б» ч.З ст.228.1 УК РФ, оборудование тайников у д. № 38 на ул.Университетской и у д. № 11 на ул. Надежды.

Совместные с ФИО1 действия просит квалифицировать как совершенные в группе лиц по предварительному сговору, применить положения ст.64 УК РФ и смягчить назначенное наказание.

Адвокат Федоров Э.Ю. в интересах осужденного ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что суд не установил признаки устойчивости организованной группы, предусмотренные уголовным законом. В обоснование своих доводов защитник указывает, что ФИО2 не был знаком с другими участниками группы кроме ФИО7, с которой его связывали фактически брачные отношения.

При таких обстоятельствах считает необходимым исключить из осуждения Николаева Е.А. данный квалифицирующий признак и смягчить наказание, применив положения ст. 64 УК РФ.

Осужденный ФИО3 в апелляционной жалобе и в дополнении к ней, приводя показания свидетеля А. считает вывод суда о создании организованной группы основанным на предположениях. В обоснование своих доводов указывает, что он не вступал в группу и не знал о её существовании, а лишь устроился работать курьером, ознакомившись с принципом такой работы. Полагает, что умение пользоваться мобильными устройствами и программным обеспечением не может служить признаком высокой организованности группы. Он не имел контактов с другими осужденными, их связывало лишь неустановленное следствием лицо. Обращает внимание, что ФИО5 и ФИО6 вступили в группу, когда он был задержан.

По мнению осужденного, основаны на предположениях и выводы суда о наличии у него умысла на сбыт наркотического средства, в связи с чем они не могут быть положены в основу приговора. Утверждает, что его действия не были направлены на сбыт, поскольку он лишь изменял местонахождение не принадлежащего ему наркотического средства, которое получал через закладку от неустановленного следствием лица. Передавая информацию о новом месте хранения, он не мог знать о дальнейших действиях неустановленного лица в отношении наркотического средства. Контактов с приобретателями наркотического средства он не имел, поэтому ввиду эксцесса исполнителя, действовавшего по никнеймом «<...>», он не может нести ответственность за сбыт. Об отсутствии умысла, на его взгляд, свидетельствует и получение вознаграждения за выполненную работу вне зависимости от продажи наркотического средства.

Указывает, что явка с повинной составлена им со слов сотрудников полиции путем обмана и злоупотребления его доверием. Поскольку все последующие его показания основаны на явке с повинной, которая не соответствует действительности, считает необоснованной ссылку суда на них в приговоре как на доказательства. Отмечает, что совокупностью других доказательств его вина в незаконном сбыте наркотических средств не подтверждается. Указывает, что имеются расхождения в показаниях свидетелей А. и А. в части времени его задержания.

Просит приговор отменить и вынести новое решение, переквалифицировав его действия по ч. 1 ст. 228 и ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 228 УК РФ как незаконная перевозка наркотических средств без цели сбыта, поскольку у <...> лишь подобрал сверток и был задержан, следовательно, не успел совершить действия, направленные на сбыт наркотического средства, а по второму факту лишь переложил сверток из одного места в другое.

При назначении наказания просит применить положения ст. 73 УК РФ.

Адвокат Шленский С.Л. в защиту интересов Иванова В.Н. в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором в части квалификации действий осужденного. Полагает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о высоком уровне организованности группы, разработке планов, отлаженного механизма действия участников, системе конспирации. Изъятые сотовые телефоны зарегистрированы на осужденных. Время возникновения умысла на создание устойчивой организованной группы, а также принадлежность наркотического средства не установлены. Следуя принципу невиновности, все сомнения, которые не могут быть устранены в законном порядке, толкуются в пользу осужденного.

Полагает, что действия ФИО3 в отношении наркотического средства, помещенного в тайник у д. № 31 на ул.Светлой, надлежит расценивать в качестве посредника, а действия, связанные с изъятием наркотического средства массой 16,66 грамм из тайника у д. 4 по Ягодному переулку как приготовление к преступлению.

Осужденный ФИО4 в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором суда в части квалификации его действий в составе организованной группы и назначенного наказания, которое считает чрезмерно суровым.

Адвокат Ильин А.В. в интересах ФИО4 в апелляционной жалобе, а также осужденный в дополнениях к жалобе считают, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, что неправильно применен уголовный закон и назначено несправедливое наказание.

В обоснование своих доводов защитник указывает, что признаки устойчивости и организованности группы не доказаны поскольку ФИО4 не контактировал с другими осужденными. Не установлены судом намерения неустановленного лица, действовавшего под никнеймом «<...>», в связи с чем выводы суда о сбыте наркотических средств как оконченного преступления являются предположением. Ввиду изъятия в ходе осмотра места происшествия наркотических средств у д.24 на ул.Магницкого и у гаражного бокса №<...> на ул.<...> отсутствия доказательств передачи неустановленным лицом приобретателю сведений об этих тайниках, считает необходимым действия ФИО4 по каждому преступлению переквалифицировать как покушение на сбыт наркотических средств, а также исключить квалифицирующий признак совершения преступлений организованной группой.

Считает, что суд первой инстанции в нарушение п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ не признал смягчающим наказание обстоятельством добровольную выдачу ФИО4 имущества, добытого преступным путем, а именно

денежных средств в сумме 73000 рублей, показания свидетелей Н. и И. о состоянии здоровья осужденного, который с детства является инвалидом 3 группы, а имеющееся у него заболевание включено в список болезней препятствующих отбыванию наказания в местах лишения свободы.

В связи с изложенным просят смягчить назначенное наказание и применить положения ст. 73 УК РФ.

Государственный обвинитель Иванцова Т.М. возражает против удовлетворения апелляционных жалоб.

Заслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и в дополнениях к ним, возражениях на жалобы, проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, Судебная коллегия приходит к следующему.

Исходя из исследованных доказательств судом правильно установлено, что незаконные сбыт и покушение на сбыт наркотических средств совершены ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5, ФИО6 совместно с неустановленным лицом, в отношении которого выделено уголовное дело в отдельное производство, действовавшего под никнеймом « <...>», являвшегося организатором и руководителем группы, куда входили осужденные, и совершенных в ее составе преступлений. При этом, учитывая подконтрольность осужденных организатору и руководителю, выраженной в беспрекословном исполнении его указаний, соглашением с его условиями, а также с учетом устойчивости их взаимосвязи, обусловленной длительностью совместных действий, со строгим распределением функций между участниками преступлений и используемых мер конспирации при передаче наркотических средств и получении расчетов, которая обеспечивалась вместо любых идентифицирующих контактов, как между соисполнителями преступлений, так и с приобретателями наркотических средств, обезличенной перепиской в сети Интернет с помощью приложения «Те1е§гат», суд правильно сделал вывод, что созданная лицом под никнеймом « <...>» группа, куда входили осужденные, являлась организованной.

Согласно ч.5 ст.35 УК РФ участники организованной группы несут уголовную ответственность за преступления, в подготовке или совершении которых они участвовали.

С учетом установленных судом обстоятельств и положений ч.5 ст.35 УК РФ действия осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 правильно квалифицированы судом как незаконные сбыт и покушения на сбыт наркотических средств, совершенные организованной группой с

использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

Доводы апелляционных жалоб осужденных и их защитников в части оспаривания квалифицирующего признака организованная группа опровергаются совокупностью подробно и детально приведенных в приговоре суда доказательств. Период действия организованной группы, указан в соответствии с установленными по делу обстоятельствами исходя из показаний осужденных, их переписки с организатором и руководителем организованной группы, выявленной в изъятых телефонах. Время получения осужденными вознаграждения за выполнение отведенных функций по распространению наркотических средств на квалификацию содеянного не влияет.

Объективная сторона о совершении каждого из преступлений с использованием информационно-телекоммуникационных сетей нашла свое подтверждение и сторонами по делу не оспаривается.

Выводы суда о виновности осужденных ФИО1, ФИО2 и ФИО4 по действиям с наркотическим средством массой 16,34 грамма (тайник у д. № 33 на ул.Лунной, эпизод в приговоре под № 3), а также по действиям ФИО1, ФИО2 и ФИО3 с наркотическим средством массой 16,66 грамма (тайник в Ягодном переулке, эпизод в приговоре под № 4) являются обоснованными и подтверждаются совокупностью исследованных по делу доказательств: показаниями осужденных ФИО1 и ФИО2 о том, что часть наркотических средств, полученных от лица, зарегистрированного под никнеймом « <...>», ФИО1 совместно с ФИО2 расфасовала на два свертка, каждый из которых содержал по 30 пакетиков, и заложила каждый из двух свертков в разные места, фотографии с описанием тайников отправила через интернет этому же лицу; показаниями осужденного ФИО4, данными в судебном заседании, и показаниями осужденного ФИО3, данными на предварительном следствии, схожими между собой в том, что каждый из них в ходе переписки с никнеймом «<...> получил адрес тайника с наркотическим средством, которое он должен был забрать и находящиеся в нем пакетики разложить по новым тайникам, а местонахождение новых закладок передать этому же никнейму, но был задержан; протоколом досмотра ФИО3, у которого были изъяты 30 пакетиков, в которых согласно заключению эксперта № 613 от 28 июля 2017 года находилось наркотическое средство - производное М-метилэфедрон общей массой 16,66 грамма; при осмотре телефона задержанного ФИО4 установлена информация о месте закладки, из которой изъяли сверток с 30 пакетиками с находившимся в них, в соответствии с заключением эксперта № 614 от 31 июля 2017 года, тем же наркотическим средством общей массой 16,34 грамма.

Таким образом, согласно установленным судом фактическим обстоятельствам дела Семенова Е.П. и Николаев Е.А. с целью незаконного сбыта, действуя в составе организованной группы, каждый выполняя отведенную ему функцию, расфасовали наркотическое средство в пакетики, удобные для розничной реализации потребителям, из которых сформировали две крупные упаковки и поместили их в два тайника, а информацию о тайниках сообщили организатору группы. Организатор, в свою очередь довел сведения о месте нахождения тайников до Иванова В.Н. и Иванова А.Д., каждый из которых, выполняя свою роль в организованной группе, должен был забрать из тайника упаковку наркотическим средством и разложить находящиеся в ней мелкие пакетики в другие тайники, местонахождение которых сообщить организатору. При этом Иванов В.Н. был задержан сразу после изъятия им упаковки с наркотическим средством из тайника, а Иванов А.Д. при попытке такого изъятия. Следовательно, каждый из указанных участников организованной группы выполнил часть объективной стороны по незаконному сбыту наркотического средства, который не был доведен до конца по независящим от них обстоятельствам.

Таким образом, действия ФИО1, ФИО2, ФИО4 и ФИО3 по каждому из двух описанных преступлений правильно квалифицированы по ч.З ст.ЗО п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере, совершенный с использованием электронных и информационно- телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), организованной группой.

Вопреки доводам апелляционных жалоб в силу ч.2 ст.34 и ч.5 ст.35 УК РФ действия ФИО3 и других участников правильно оценены в качестве соисполнителей преступлений.

Оснований для объединения действий ФИО2 в одно продолжаемое преступление не имеется, поскольку фактические обстоятельства передачи каждого из двух свертков различны, в связи чем не могут рассматриваться как одно преступление.

Действия осужденных ФИО1 и ФИО5 в отношении наркотического средства - производного М-метилэфедрона массой 378,79 грамма (тайник в д. Пихтулино, эпизод № 5), правильно квалифицированы как покушение на незаконный сбыт в особо крупном размере, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), организованной группой поскольку установлено, что ФИО1 по указанию организатора группы поместила в тайник наркотическое средство и ему же передала информацию о местонахождении закладки. ФИО5, в свою очередь, получив от организатора данные об этом тайнике, по его указанию прибыл на место и изъял пакет, в котором оказалась соль, так как сотрудники полиции до его прихода, обнаружив закладку заменили наркотическое средство на муляж.

При этом замена сотрудниками правоохранительных органов изъятого из тайника наркотического средства на соль не освобождает осужденных от уголовной ответственности, поскольку каждый из них преследуя единую цель, совершил действия направленные на незаконный сбыт наркотического средства, однако не смог довести их до конца по независящим от них обстоятельствам - ввиду задержания Семеновой Е.П. и изъятия наркотического средства из тайника.

Данные выводы суда обоснованы и подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных по делу: показаниями осужденной ФИО1 о том, что оставшуюся часть наркотического средства, полученного от лица, зарегистрированного под никнеймом « <...>», предназначавшегося для реализации, она по указанию последнего 16 июля 2017 года спрятала в д. Пихтулино, передав ему по телефону фотографии и описание тайника; показаниями осужденного ФИО5 о том, что 13 августа 2017 года по сведениям, полученным от лица, действовавшего под никнеймом «<...>», из закладки в д. Пихтулино он должен был забрать для последующего распространения партию наркотического средства, вместо которого в тайнике обнаружил соль; протоколами досмотров ФИО1 и ФИО5, в телефонах которых были обнаружены сведения о тайнике с наркотическим средством в д. Пихтулино; протоколом осмотра места происшествия, которым зафиксировано обнаружение и изъятие двух пакетов с веществом, признанного экспертом наркотическим средством массами 251,39 и 127,4 граммов.

Действия осужденного ФИО2 с производным М-метилэфедрон массами 0,36 грамма (тайник у д. № 1 на ул. Лунной, эпизод под № 6) и 0,34 грамма (тайник у дома № 4 на ул. Лунной, эпизод № 7), действия осужденного ФИО3 с этим же веществом массой 0,44 грамма (тайник на ул. Светлой, эпизод № 9), а также действия осужденного ФИО4 с указанным веществом массами 0,66 грамма (тайник на ГСК №<...>, эпизод № 11) и 0,48 грамма (тайник у ГСК №<...>, эпизод № 13) правильно квалифицированы судом как незаконный сбыт наркотического средства в значительном размере, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), организованной группой.

Поскольку неустановленным лицом, являющимся организатором и руководителем организованной группы, полученная от осужденных информация о местоположении оборудованных ими закладок была доведена до приобретателей наркотических средств, то их совместные действия являются оконченными.

Вопреки мнению стороны защиты действия ФИО3 и других участников правильно оценены в качестве соисполнителей преступлений.

Доводы Николаева Е.А. о квалификации его действий как единого преступления не состоятельны, поскольку каждый из приобретателей, получая через закладку наркотическое средство, действовал самостоятельно, а при оборудовании закладок из показаний осужденного не следует, что они предназначались для одного потребителя. Следовательно, обстоятельства незаконного сбыта различны и образуют отдельные оконченные преступления.

При этом виновность ФИО2 в совершенных им преступлениях подтверждается его же показаниями об оборудовании в июне 2017 года по поручению лица, зарегистрированного под никнеймом « <...>», двух закладок с наркотическим средством на ул. Лунной, фотографии и сведения с описанием которых он передал этому же лицу электронным сообщением; показаниями свидетеля З. производившего 9 июня 2017 года задержание Б. сбросившего на землю сверток, в котором по заключению эксперта № 566 от 4 июля 2017 года находилось указанное выше наркотическое средство массой 0,36 грамма; протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого был обнаружен сверток с веществом, которое по заключению эксперта № 567 от 4 июля 2017 года является наркотическим средством массой 0,34 грамма; показаниями свидетелей Б. и К. о приобретении ими в Интернете через приложение «Те1е§гат» наркотического средства, которое они оплатили через «С)1)АТ-кошелек», а по полученному сообщению каждый из них нашел свое место закладки.

Виновность осужденного ФИО3 в совершении преступлений подтверждается его показаниями, приведенными в приговоре о том, что по указанию лица под никнеймом «<...> у <...> сделал закладку с наркотическим средством, фотографию которой отправил сообщением на этот же никнейм; показаниями свидетеля М. производившего 10 июля 2017 года задержание П., сбросившего на землю сверток, который был изъят в ходе осмотра места происшествия; заключением эксперта № 627 от 27 июля 2017 года изъятое вещество признано наркотическим средством массой 0,44 грамма; протоколом личного досмотра ФИО3, в телефоне которого обнаружены места сделанных им закладок, информация о которых передана «<...>» через «Те1е§гат».

Доводы стороны защиты о недопустимости доказательств, положенных в основу приговора в этой части, опровергаются материалами дела, согласно которым показания ФИО3 получены в присутствии защитника. Замечаний к содержанию протоколов допроса участниками процесса не высказывалось. Отсутствие понятых при осмотре телефона компенсировано производимой фиксацией хода осмотра и результатов, что допускается в соответствии с ч. 3 ст. 170 УПК РФ.

Фактические обстоятельства совершенных преступлений, а также возраст, образование и поведение ФИО3 после его задержания,

указывают, что он является социализированным и вменяемым. Его доводы о том, что он, выполняя работу курьера, не зная и не понимая дальнейшее предназначение оборудованных им закладок, не состоятельны и опровергаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств.

Виновность ФИО4 в совершенных преступлениях подтверждается его показаниями о том, что указанию лица под никнеймом « <...> он оборудовал две закладки с наркотическим средством у гаражных боксов ГСК «<...>», информацию о местах закладок с их фотографиями передал сбытчику электронным сообщением; показаниями свидетеля И. купившего через «Те1е§гат» наркотическое средство, сведения о месте закладки которого им были получены после перевода денежных средств, а при поиске закладки был задержан; при осмотре телефонов ФИО4 и ФИО8 обнаружены места закладок; протоколом осмотра ГСК, по результатам которого был обнаружен сверток с веществом; по заключению эксперта № 608 от 20 июля 2017 года изъятое вещество является наркотическим средством массой 0,66 грамма; показаниями свидетеля Б. купившего у лица под никнеймом «<...>» наркотическое средство, который после перевода денег направился искать закладку по указанному в сообщении адресу, где и был задержан; протоколом осмотра места у ГСК, где был обнаружен сверток с веществом, признанное экспертом наркотическим средством массой 0,48 грамма.

Действия ФИО2 с производным М-метилэфедрон массой 53,54 грамма (тайник в роще на проспекте Тракторостроителей, эпизод № 8) суд правильно квалифицировал как покушение на незаконный сбыт наркотического средства, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), организованной группой.

Виновность ФИО2 подтверждается его показаниями о получении им указаний от лица под никнеймом «<...>» забрать наркотические средства из тайника для последующей раскладки и о том, что после получения партии наркотиков его задержали; показаниями свидетеля А. подтвердившего изъятие у задержавшего ФИО2 свертка с множеством пакетиков с веществом; заключением эксперта № 612 от 28 июля 2017 года, установившим вид наркотического средства и массу.

Доводы жалоб о квалификации данных действий только по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ не состоятельны, поскольку данный квалифицирующий признак органами предварительного следствия осужденному не вменялся.

Правильно квалифицированны судом и совместные действия осужденных ФИО5 и ФИО6 по оборудованию двух закладок с наркотическим средством - производное М-метилэфедрон массами по 0,39

грамма (тайники на ул. Ленинского комсомола и на ул. Хузангая, эпизоды № 16 и 17) как два покушения на незаконный сбыт наркотического средства в значительном размере, совершенное с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), организованной группой, а также действия Гаранина А.В. и Ерунова Е.К., квалифицированные как незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере, и сторонами не оспариваются.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 по действиям с наркотическим средством массами 0,93 грамма (тайник на ул. Университетской, эпизод № 1) и 0,87 грамма (тайник возле столба на ул. Надежды, эпизод № 2) являются обоснованными и подтверждаются показаниями данных осужденных о том, что из части наркотических средств, полученных от неизвестного лица, зарегистрированного под никнеймом «<...>», ФИО2 по просьбе ФИО1 сделал тайники, сфотографировал их на телефон осужденной и с описанием «закладок» передал телефон Семеновой, а она отправила сведения о тайниках «<...>»; показаниями свидетеля А. о том, что в телефоне задержанной ФИО1 содержалась информация о местах закладок, которые были установлены, из которых изъяли наркотические средства; соответствующим осмотром телефона и рапортами об обнаружении «закладок»; заключениями экспертов № 626 и № 625 от 27 июля 2017 года, установившими вид изъятых наркотических средств и их массу.

Каждое из данных преступлений, совершенное Семеновой и ФИО2, суд первой инстанции квалифицировал по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как незаконный сбыт наркотических средств, в значительном размере, совершённый с использованием электронных и информационно - телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), организованной группой, мотивируя свой вывод тем, что осужденные выполнили все необходимые действия по сбыту наркотических средств.

Судебная коллегия не может согласиться с правильностью такой оценки действий осужденных, поскольку она не соответствует положениям Общей части УК РФ и разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ.

Согласно ч.З ст.ЗО УК РФ покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

В п. 13-13.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими

средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами" разъясняется, что под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать незаконную деятельность, направленную на их возмездную либо безвозмездную реализацию другому лицу - приобретателю.

Незаконный сбыт следует считать оконченным преступлением с момента выполнения лицом всех необходимых действий по передаче приобретателю указанных средств независимо от их фактического получения приобретателем. При этом сама передача реализуемых средств приобретателю может быть осуществлена любыми способами, в том числе непосредственно или путем сообщения приобретателю о месте их хранения, или проведения закладки в обусловленном с ним месте и т.д.

Если лицо в целях осуществления умысла на незаконный сбыт наркотических средств незаконно приобретает, хранит, перевозит, изготавливает, перерабатывает эти средства, тем самым совершает действия, направленные на их последующую реализацию и составляющие часть объективной стороны сбыта, однако по не зависящим от него обстоятельствам не передает указанные средства приобретателю, то такое лицо несет уголовную ответственность за покушение на незаконный сбыт этих средств.

Согласно установленным судом фактическим обстоятельствам преступлений ФИО1 и ФИО2 по поручению организатора группы « <...> непосредственно выполнили действия, направленные на сбыт полученных от него наркотических средств, для чего разложили их в тайники и данные о местонахождении тайников передали этому же организатору.

Организатор в дальнейшем должен был найти покупателей на данные наркотические средства, получить от них оплату и сообщить им адрес тайников, в которых хранились наркотики. Однако, в ходе в ходе осмотра места происшествия из обоих тайников наркотическое средство было изъято сотрудниками полиции. При этом доказательств, того, что организатор группы подыскал приобретателей на данные наркотические средства и сообщил им сведения о местонахождении тайников, стороной обвинения не представлено. Выяснить данные обстоятельства не представляется возможным, так как организатор группы не установлен.

В силу ст. 14 УПК РФ поскольку приговор не может быть основан на предположениях, а неустранимые сомнения в виновности осужденных толкуются в их пользу, Судебная коллегия исходит из того, что информация о местах нахождения наркотических средств не была доведена организатором до сведения потребителей.

Таким образом, несмотря на то, что ФИО1 и ФИО2 выполнили отведенную им в организованной группе роль, разместив наркотики в тайниках и сообщили их адреса организатору группы,

информация о нахождении закладок не была доведена организатором до потребителей по независящим от осужденных обстоятельствам.

Факт передачи осужденными информации о месте расположения тайников с наркотическими средствами своему руководителю не свидетельствует об оконченности сбыта, поскольку он наряду с осужденными является соисполнителем преступления в составе организованной группы, а не приобретателем наркотического средства.

В связи с изложенным действия Семеновой и ФИО2 по каждому из двух преступлений подлежат переквалификации с п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ на ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), организованной группой.

Доводы жалобы ФИО1 о квалификации ее деяний со ссылкой на ст. 33 УК РФ не состоятельны, поскольку действия соисполнителя в составе организованной группы такой ссылки не требуют.

Вопреки доводам жалобы ФИО2, оснований для квалификации вышеприведенных действий осужденных как единого преступления не имеется. Их объединение привело бы к изменению размера наркотического средства до крупного и квалификации содеянного по более тяжкому преступлению, что недопустимо поскольку ухудшает положение осужденного.

По приведенным выше основаниям Судебная коллегия считает доводы осужденного ФИО4 и его защитника Ильина А.Д. о переквалификации действий с наркотическим средством массами 0,7 грамма (тайник на ул. Магницкого, эпизод № 10) и 0,67 грамма (тайник у ГБ №<...> ГСК «<...>, эпизод № 12) обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Выводы суда о виновности ФИО4 по обоим преступлениям обоснованы и подтверждаются его показаниями о получении от лица, зарегистрированного под никнеймом «<...>», указания об оборудовании тайников с наркотическими средствами, один из которых он сделал у <...> а другой у гаражного бокса №<...> ГСК, места закладок сфотографировал и передал в сообщении этому же никнейму; протоколом осмотра телефона ФИО4, в котором содержалась информация о сделанных им закладках; протоколами проведенных осмотров, где по указанным адресам были обнаружены и изъяты свертки с веществом, признанным по заключениям экспертов наркотическим средством - производным М-метилэфедрона, массами 0,7 и 0,67 грамма, соответственно.

Установленные судом фактические обстоятельства свидетельствуют, что ФИО4 совершил умышленные действия, направленные на незаконный сбыт наркотического средства, а именно получил от неустановленного организатора группы наркотическое средство и по его

указанию разложил это средство в тайники, сведения о которых передал ему же. При этом сам Иванов А.Д. не имел контактов с приобретателями, а стороной обвинения не представлено доказательств того, что организатор передал приобретателям имеющиеся у него сведения о местонахождении тайников, наркотические средства из которых были изъяты сотрудниками полиции.

Таким образом, ФИО4, являясь соисполнителем части объективной стороны незаконного сбыта в составе организованной группы, не смог довести преступление до конца по независящим от него обстоятельствам, в связи с чем его действия следует переквалифицировать по каждому из указанных преступлений с п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ на ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере, совершенный с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), организованной группой.

По тем же основаниям в силу положений статьи 389.19 УПК РФ Судебная коллегия считает необходимым изменить приговор и в отношении осужденного ФИО5 в части его осуждения за действия с наркотическим средством массами 0,64 грамма (тайник у фонарного столба на ул. Тракторостроителей, эпизод № 14) и 0,62 грамма (тайник у дерева на ул. Тракторостроителей, эпизод № 15).

Виновность осужденного ФИО5 в совершении обоих преступлений подтверждается его показаниями о получении от лица под никнеймом «<...> указания об оборудовании закладок с наркотическими средствами, о том, что обе закладки он сделал уд. 12 по ул. Тракторостроителей, фотографии мест закладок с их описанием передал в сообщении этому же никнейму; показаниями свидетеля А. об обнаружении в телефоне задержанного ФИО5 подготовленных им закладок, информация о которых была передана никнейму « <...>»; протоколами проведенных осмотров, где по указанным в телефоне адресам были обнаружены и изъяты свертки с веществом, которое в соответствии с заключениями экспертов является наркотическим средством - производным М-метилэфедрона.

Фактические обстоятельства, установленные судом, указывают на то, что ФИО5 совершил умышленные действия, направленные на незаконный сбыт наркотического средства, а именно получил от неустановленного организатора группы наркотическое средство и по его указанию разложил в тайники, сведения о которых передал этому же организатору. Доказательств того, что ФИО5 или неустановленный организатор передали приобретателям имеющиеся у них сведения о местонахождении тайников, не представлено. В последующем оборудованные ФИО5 тайники были выявлены сотрудниками

правоохранительных органов и заложенное в них наркотическое средство изъято из незаконного оборота.

Из вышеизложенного Судебная коллегия приходит к выводу, что ФИО5 как исполнитель части объективной стороны незаконного сбыта в составе организованной группы не смог довести преступление до конца по независящим от него обстоятельствам, в связи с чем его действия следует переквалифицировать по каждому из указанных преступлений с п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ на ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере, совершенный с использованием электронных и информационно- телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), организованной группой.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционных жалобах, в период расследования и рассмотрения уголовного дела нарушений уголовно- процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было.

Показания ФИО7, данные на предварительном следствии в качестве свидетеля и подозреваемой не положены в основу приговора, в связи с чем нет оснований для проверки их на предмет допустимости.

Оспариваемые осужденными явки с повинной не оказали влияния на выводы суда, поскольку их виновность в совершении преступлений подтверждается совокупностью других исследованных в суде и приведенных в приговоре доказательств.

Тот факт, что при осмотре специалистом телефона «Билайн» им не были выявлены относящиеся к делу сведения, не является основанием для признания недопустимыми ряда доказательств, указанных в жалобе ФИО1, а ее доводы о проведении осмотра без фотофиксации опровергаются непосредственно самим протоколом, где отражены его результаты: на фотографиях отражены установленные с помощью программного оборудования фотоизображения и описание закладок. Необходимости обязательной фиксации самого хода осмотра, получения разрешения руководителя на проведение осмотра, проводимого в рамках оперативно-розыскных мероприятий, уголовно-процессуальный закон не требует. Таким образом, оснований для признания протоколов осмотров телефонов недопустимыми доказательствами, о чем просит осужденная в жалобе, не имеется.

Не подлежат удовлетворению и доводы осужденной о признании недопустимыми доказательствами показаний свидетелей А.Х. К.М. и А. так как показания последних троих не положены в основу приговора в качестве доказательства ее вины, а показания первых двух свидетелей, являвшихся сотрудниками полиции, указывают на ход проводимых оперативно- розыскных мероприятий и полученные результаты, которые не противоречат

установленным судом фактическим обстоятельствам, признаваемыми осужденными в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции.

Поручение следователя на проведение у ФИО1 обыска в случае нетерпящем отлагательства и других мероприятий дано после возбуждения уголовного дела. Законность и обоснованность проводимого обыска отдельно проверялись судом, о чем принято соответствующее решение. Дата возбуждения уголовного дела, указанная в ответе на поручение, является технической ошибкой и не влечет признания проводимых действий недопустимыми.

В материалах уголовного дела какого-либо несоответствия в указании времени, на что акцентируют внимание в своих жалобах осужденные и ФИО1, не имеется. В рапорте отражено время задержания ФИО3, в протоколе досмотра - время проводимого действия, Составление протокола задержания значительно позже фактического задержания не влечет признание проводимых процессуальных действий незаконными. Указание времени ознакомления ФИО1 с протоколом задержания ранее его составления, а также ошибочное указание даты отправления сообщения о задержании не влечет признания, как самого факта задержания, так и соответствующего протокола, незаконными. При этом оспариваемый осужденной протокол доказательством её виновности не является.

Отмеченное осужденной указание ее фамилии в части приговора через букву «ё» не вносит в приговор неясностей и не является основанием для его изменения или отмены.

Суд обоснованно признал осужденных вменяемыми и подлежащими уголовной ответственности.

Оснований для прекращения в отношении ФИО1 уголовного преследования ввиду добровольной выдачи наркотических средств не имеется. Примечание, на которое ссылается в жалобе осужденная, позволяет освободить лицо от уголовной ответственности лишь за преступление, предусмотренное ст. 228 УК РФ, которое в действиях ФИО1 судом не установлено.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденных, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.

Судом в полном объеме изучены данные о личности каждого из осужденных, их отношении к содеянному, свидетельствующему об активном способствовании раскрытию и расследованию преступлений, что наряду с явками с повинной, состоянием здоровья ФИО4 учтено судом в качестве смягчающих наказание обстоятельств.

С учетом характера совершенных ФИО1 преступлений и данных о ее личности суд не усмотрел оснований для применения к ней

положений главы 14 Общей части УК РФ, оснований для применения ко всем осужденным положений ст. 73 и ч. 6 ст. 15 УК РФ, не усматривает их и Судебная коллегия.

Вместе с тем, приговор в части наказания подлежит изменению.

Согласно п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления признается обстоятельством, смягчающим наказание.

С учетом признания ФИО4 вины, раскаяния в содеянном, дачи признательных показаний суд наряду с явкой с повинной и состоянием здоровья признал смягчающим наказание обстоятельством активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

При этом суд не дал оценку действиям ФИО4, добровольно выдавшего добытые преступным путем 73000 рублей, что подтверждается постановлением о производстве обыска (т.4 л.д.39).

Данные действия осужденного свидетельствует о его активном способствовании розыску имущества, добытого в результате преступления и в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ подлежат признанию обстоятельством, смягчающим наказание.

С учетом признания в действиях ФИО4 дополнительного смягчающего обстоятельства и переквалификации действий осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО4 и ФИО5 по некоторым преступлениям с оконченных составов на покушение, назначенное им наказание подлежит смягчению. При назначении наказания к осужденным следует применить положения ч.1 ст.62 и ч.З ст.66 УК РФ.

Согласно ст. 64 УК РФ при наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а равно при активном содействии участника группового преступления раскрытию этого преступления наказание может быть назначено ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.

Именно с данной целью суд применил в отношении каждого из осужденных положения ст. 64 УК РФ при назначении наказания за особо тяжкие преступления, признав исключительными совокупность установленных в отношении каждого из них смягчающих обстоятельств и данных о поведении после совершения преступлений.

Применение данной нормы закона за оконченные особо тяжкие преступления является обоснованным.

Однако, при назначении наказания за покушения на сбыт наркотических средств суд излишне сослался на ст. 64 УК РФ, поскольку с учетом применения положений ч. 1 ст.62 и ч.З ст.66 УК РФ верхний предел наказаний, которые можно было назначить осужденным, либо равнялся с низшим пределом санкции статьи УК РФ, по которой квалифицированы действия, либо был ниже его.

Так, в п.34 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» разъясняется, что, если в результате применения статей 66 и (или) 62 УК РФ либо статей 66 и 65 УК РФ срок или размер наказания, который может быть назначен осужденному, окажется менее строгим, чем низший предел наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ, то наказание назначается ниже низшего предела без ссылки на статью 64 УК РФ. Таким же образом разрешается вопрос назначения наказания в случае совпадения верхнего предела наказания, которое может быть назначено осужденному в результате применения указанных норм, с низшим пределом наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

Таким образом, поскольку при назначении наказания за покушения на сбыт наркотических средств ссылки на ст. 64 УК РФ не требовалось Судебная коллегия при изменении приговора назначает наказание за неоконченные преступления без применения указанной нормы, что будет соответствовать требованиям закона и не ухудшит положение осужденных.

Окончательное наказание в отношении ФИО1 и ФИО5 следует назначить в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний за преступления, входящие в совокупность.

Согласно ч.ч.ЗЛ и 3.2 ст.72 УК РФ время содержания лица под стражей до вступления приговора суда в законную силу засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день в отношении осужденных за преступления, предусмотренные статьями 228.1 УК РФ.

В соответствии с данной нормой закона подлежит зачету в срок наказания в виде лишения свободы время фактического задержания ФИО1 16 июля 2017 года, ФИО2-15 июля 2017 года, ФИО5 и ФИО6 -14 августа 2017 года.

В эти дни осужденные находились под контролем правоохранительных органов, с ними проводились оперативно-следственные мероприятия, по окончании которых они не освобождались, а на следующий день в отношении каждого из них был составлен протокол задержания. Из изложенного следует, что в указанные дни осужденные фактически содержались под стражей.

Доводы осужденной Семеновой Е.П. о необоснованном приобщении к делу в качестве вещественных доказательств телефона «Билайн», банковских карт, денежных средств и тетради с записями являются несостоятельными, оснований для возврата ей данных предметов и предоставления копии информации, находящейся в телефонах «Ме12и» и «Билайн» не имеется.

Так, изъятая тетрадь, использовалась для записей по расчету средств, полученных преступным путем, а на пластиковые карты банков, принадлежащие осужденным, переводились деньги от организатора и руководителя организованной группы в качестве вознаграждения за выполненные ими функции по распространению наркотических средств, поэтому они имеют значение по уголовному делу и не могут быть возвращены.

Судом установлено, что осужденная не работала и обеспечивала себя за счет доходов, получаемых от реализации наркотических средств, в связи с чем решение о конфискации принадлежащей ей денежной суммы является законным и обоснованным.

Материалы дела свидетельствуют об использовании ФИО1 в своей преступной деятельности телефонов «Билайн» и «Ме1ги». Информация в указанных телефонах имеет значение для дела, разделить её от иной, не относящейся к делу, не представляется возможным. Копирование всей информации, как предлагается осужденной, не допустимо в целях сохранения тайны следствия, поскольку не завершено расследование уголовного дела в отношении организатора и руководителя организованной группы.

Оснований для возврата пластиковой карты ПАО «Почта Банк», принадлежащий матери осужденной М. Судебная коллегия не усматривает, поскольку сам владелец карты с подобной просьбой к суду не обращался, а из материалов дела, видно, что со счета, к которому привязана карта, денежные средства полностью сняты после избрания ФИО1 меры пресечения.

Вместе с тем, Судебная коллегия находит обоснованными доводы жалобы осужденной ФИО1 в части возврата ей сотового телефона «Самсунг» с идентификационным номером <...>

В приговоре приведены сведения об изъятии указанного предмета, но данных о том, что он использовался при совершении преступлений или содержит значимую для дела информацию не приведено, не имеется таких сведений и в материалах уголовного дела.

В связи с изложенным данный телефон с сим-картой в соответствии с п. 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежат возврату осужденной.

С учетом вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Верховного Суда Чувашской Республики от 11 октября 2018 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 изменить:

действия ФИО1 и ФИО2 в части оборудования тайника на ул. Университетской переквалифицировать с п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ на ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, по которой каждому из них назначить наказание в виде лишения свободы на 6 лет;

действия ФИО1 и ФИО2 в части оборудования тайника на ул. Надежды переквалифицировать с п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ на 4.3 ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, по которой каждому из них назначить наказание в виде лишения свободы на 6 лет;

на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, ч.5 ст.228.1 УК РФ, путем частичного сложения наказаний назначить ФИО1 10 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

на основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п.«а» ч.4 ст.228.1, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.п. «а»,«г» 4.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, путем частичного сложения наказаний назначить ФИО2 9 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО4, добровольную выдачу им денежных средств, добытых преступным путем;

действия ФИО4 в части оборудования тайника на ул. Магницкого переквалифицировать с п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ на ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на 5 лет 10 месяцев;

действия ФИО4 в части оборудования тайника у гаражного бокса №<...> ГСК «<...> переквалифицировать с п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ на ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на 5 лет 10 месяцев;

наказание, назначенное ФИО4 за каждое из двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст.64 УК РФ (тайники у ГСК №<...> и у ГСК №<...>), смягчить до 6 лет 4 месяцев лишения свободы;

наказание, назначенное Иванову А.Д. по ч.З ст.ЗО, п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст.64 УК РФ (тайник у д.ЗЗ на ул. Лунной) смягчить до 7 лет 4 месяцев лишения свободы;

на основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.п.«а»,«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ назначить ФИО4 8 лет 4 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Действия ФИО5 в части оборудования тайника у столба на ул. Тракторостроителей переквалифицировать с п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, на ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на 6 лет;

действия ФИО5 в части оборудования тайника у дерева на ул. Тракторостроителей переквалифицировать с п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ на ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на 6 лет;

на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч.З ст.ЗО, ч.5 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.З ст. 30, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.4 ст.228.1, ч.1 ст.228 УК РФ назначить ФИО5 8 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч.ч.ЗЛ и 3.2 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы осужденным день фактического задержания каждого из них: ФИО1 - 16 июля 2017 года, ФИО2 - 15 июля 2017 года, ФИО5 - 14 августа 2017 года, ФИО6 - 14 августа 2017 года.

В соответствии п. 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ сотовый телефон «Самсунг» с идентификационным номером 351723051704221 и сим-картой, признанный вещественным доказательством, возвратить осужденной ФИО1

В остальном приговор в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и тот же приговор в отношении ФИО3 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и адвокатов Федорова Э.Ю., Шленского С.Л. и Ильина А.В. - без удовлетворения.

Председательствующий Судьи