Постановление от 16 февраля 2023 г. по делу № А56-110034/2018

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-110034/2018
16 февраля 2023 года
г. Санкт-Петербург
/сд.12

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 февраля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Серебровой А.Ю.

судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1

при участии 30.01.2023 - 06.02.2023:

от ФИО2 – представитель ФИО3 (по доверенности от 18.07.2022),

от ООО «Банк Оранжевый» - представитель ФИО4 (по доверенности от 02.12.2021),


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-36552/2022) ФИО2

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.10.2022 по делу №А56-110034/2018/сд.12 (судья Лобова Д.В.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Банк Оранжевый» о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8,

ответчик: ФИО2

соответчик: ФИО5


об удовлетворении заявления в части,

установил:

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 03.09.2018 поступило заявление ФИО6 о признании гражданина ФИО8 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.11.2018 в отношении ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Рыбинск Ярославской обл., адрес: <...>, ИНН <***>) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запад» ФИО7

Решением от 18.03.2019 ФИО8 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7

В рамках дела о банкротстве 28.06.2021 общество с ограниченной ответственностью «Банк Оранжевый» (далее – ООО «Банк Оранжевый», Банк) обратилось с заявлением о признании недействительными:

- договора займа №3 от 21.12.2015 (с учетом дополнительного соглашения №1 от 22.12.2016, дополнительного соглашения №2 от 10.03.2017), заключенных между ФИО8 и ФИО2;

- договора займа №6/1 от 20.09.2015, заключенного между ФИО5 и ФИО8;

- договора №9 уступки права требования от 03.07.2017, заключенного между ФИО5 и ФИО2;

- применении последствий недействительности сделки в виде исключения требования ФИО2 в размере 72 165 673,50 руб., из которых 51 609 000 руб. – сумма основного долга, 20 556 673,50 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами, установленного определением от 02.04.2019 по обособленному спору №А56-110034/2018 /тр.2, из реестра требований кредиторов должника.

Определением от 21.12.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 16.06.2022 определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 по делу №А56-110034/2018/сд.12 отменены. Дело направлено в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.10.2022 требования общества с ограниченной ответственностью «Банк Оранжевый» удовлетворены частично, суд признал недействительными:

- договор займа №3 от 21.12.2015 (с учетом дополнительного соглашения №1 от 22.12.2016, дополнительного соглашения №2 от 10.03.2017), заключенный между ФИО8 и ФИО2;

- договор займа №6/1 от 20.09.2015, заключенный между ФИО5 и ФИО8,

- договор №9 уступки права требования от 03.07.2017, заключенный между ФИО5 и ФИО2.

В удовлетворении остальной части заявления отказано. В порядке статьи 110 АПК РФ распределены судебные расходы.

Не согласившись с вышеуказанным судебным актом, ответчик ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 17.10.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении требований ООО «Банк Оранжевый» о признании недействительными сделок отказать в полном объеме, считает судебный акт незаконным и необоснованным, принятым при существенном нарушении норм материального и процессуального права, а выводы суда, изложенные в определении, не соответствующими фактическим обстоятельствам и материалам дела, полагает, что суд первой инстанции, признавая недействительными договоры займов между должником и ответчиками, не учел, что на дату их заключения у должника отсутствовали не исполненные обязательства перед иными кредиторами, а, следовательно, не могло иметь место нарушение прав иных кредиторов.

О фальсификации договоров займа с ФИО2 и ФИО5 Банком заявлено не было.

Апеллянт также полагает, что выводы суда первой инстанции касательно отсутствия у ФИО2 финансовой возможности предоставить займ должнику противоречат представленным в материалы дела доказательствам.

Какой-либо аффилированности (фактической или юридической) между должником и ФИО2 не установлено. В этой связи осведомленность ФИО2 о расходовании должником денежных средств не предполагается, ФИО2 не может нести ответственность за действия должника по расходованию заемных денежных средств.

Требования ФИО2 к должнику, основанные на оспариваемых договорах ранее были признаны судом обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника (Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.04.2019 по делу №А56-110034/2018/тр.2), кроме того, определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.01.2020 по делу №А56-110034/2018/тр.2/пересмотр судом отказано в удовлетворении требований финансового управляющего о пересмотре определения от 02.04.2019 г. по новым обстоятельствам в связи с отменой Решения Куйбышевского районного суда.

Включение требований кредитора в реестр предполагает исследование, проверку и оценку судом всех обстоятельств заключения сделок, оснований возникновения задолженности, размера задолженности, обстоятельств передачи денежных средств. Иное означало бы безосновательное включение в реестр требований кредиторов должника фиктивной задолженности без проверки ее обоснованности судом.

Судебные акты, ранее принятые судом в рамках настоящего дела о банкротстве о признании требований ФИО2 обоснованными и об отсутствии оснований для пересмотра определения о включении в реестр, имеют преюдициальное значение при рассмотрении заявления Банка об оспаривании сделок.

Полагает ошибочным вывод суда о том, что признание «определением от 02.04.2019 по делу №А56-110034/2018/тр.2 требований ФИО2 обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов, не препятствует оспариванию договоров займа, поскольку вопрос о недействительности договоров по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 и 170 ГК РФ, не рассматривался в рамках данного обособленного спора» не основан на нормах права и противоречит вступившему в законную силу судебному акту о включении требований кредиторов в реестр.

Кроме того, апеллянт указывает, что в части признания недействительным Договора №9 уступки права требования от 03.07.2017, заключенного между ФИО5 и ФИО2 имеет место несоответствие мотивировочной и резолютивной части определения суда, а именно: в мотивировочной части решения суд указывает на то, что вопрос о признании недействительным договора уступки не подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве, так как не является сделкой должника (абзац девятый, стр. 8 Определения от 17.10.2022), и несмотря на это, в резолютивной части суд указывает на признание недействительным в том числе договора уступки.

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «Банк Оранжевый» указывает, что не усматривает оснований для переоценки вывода суда первой инстанции и для отмены определения от 17.10.2022 по делу №А56-110034/2018/сд.12, полагает, что судом установлены все существенные обстоятельства, правильно применены нормы, регулирующие спорные правоотношения, процессуальных нарушений не допущено, просит апелляционный арбитражный суд в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО2 отказать, ссылаясь на несостоятельность утверждения апеллянта о том, что обоснованность требований ФИО2 по спорным договорам займа неоднократно исследовалась судами по существу, поскольку оно не соответствует фактическим обстоятельствам. В поведении Банка, по чьей инициативе отменено решение суда общей юрисдикции, подтверждавшее требование ФИО2, и оспорены в пределах срока исковой давности договоры займа, отсутствуют такие упущения, которые бы возлагали на Банк риск наступления неблагоприятных последствий несовершения процессуальных действий по части 2 статьи 9 АПК РФ. Полагает, что нельзя согласиться с доводом ФИО2 о направленности заявления Банка на преодоление законной силы судебного акта по делу №А56-110034/2018/тр.2. Вопрос о действительности или недействительности договоров займа по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 и 170 ГК РФ, в рамках данного спора не рассматривался. По мнению Банка, в ситуации со спорными займами стороны с самого начала не имели намерения создать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах (ФИО2 и ФИО5 никогда не передавали денежные средства ФИО8, а, в свою очередь, ФИО8 не намеревался их использовать и возвращать); фактически заемные отношения между ними не возникли.

В судебном заседании 30.01.2023-06.02.2023 (с учетом объявленного перерыва) представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил суд обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении заявления ООО «Банк Оранжевый» отказать.

Представитель кредитора, ссылаясь на доводы, изложенные в отзыве на жалобу, полагал, что оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется, выразил согласие с обжалуемым судебным актом, просил оставить его без изменения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились отзывов на апелляционную жалобу не представили.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Информация о перерыве в судебном заседании размещена на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда (http://13aas.arbitr.ru/) и в картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru).

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 269 Арбитражного процессуального кодекса РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО2 (займодавец, ответчик) и ФИО8 (заемщик, должник) 21.12.2015 заключен договор займа №3, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика, а заемщик принимает от займодавца и обязуется возвратить в установленный договором срок денежную сумму в размере 10 000 000 руб.

Согласно условиям договора займа за пользование займом заемщик выплачивает займодавцу проценты из расчета 18% годовых (пункт 2); стороны подтверждают, что передача суммы займа займодавцем заемщику состоялась до заключения настоящего договора в полном объеме (пункт 4); срок возврата займа – 31.12.2016 года (пункт 5) (л.д.7 том 1).

Дополнительным соглашением №1 к договору займа №3 от 21.12.2015, подписанным ФИО2 и ФИО8 22.12.2016, стороны согласовали передачу займа в сумме 24 000 000 руб. (пункт 1), передача суммы займа займодавцем заемщику состоялась до заключения дополнительного соглашения в полном объеме (пункт 2); срок возврата суммы займа – 31.12.2017 года (пункт 3) (л.д.8 том 1).

Дополнительным соглашением №2 к договору займа №3 от 21.12.2015, подписанным ФИО2 и ФИО8 10.03.2017, стороны согласовали передачу займа еще одной суммы 10 000 000 руб. (пункт 1), передача суммы займа займодавцем заемщику состоялась до заключения дополнительного соглашения в полном объеме (пункт 2); срок возврата суммы займа – 31.12.2017 года (пункт 3) (л.д. 9 том 1).

Всего по условиям договора займа №3, в редакции дополнительных соглашений, ФИО2 в заем ФИО8 передано (10 000 000,00 руб. + 24 000 000,00 руб. + 10 000 000,00 руб.) 44 000 000 руб.

Кроме того, между ФИО5 (займодавец, ответчик) и ФИО8 (заемщик, должник) 20.09.2015 заключен договор займа №6/1, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщика, а заемщик принимает от займодавца и обязуется возвратить в установленный договором срок денежную сумму в размере 100 000 евро. Согласно условиям договора займа за пользование займом заемщик выплачивает займодавцу проценты из расчета 18% годовых (пункт 2); стороны подтверждают, что передача суммы займа займодавцем заемщику состоялась до заключения настоящего договора в полном объеме (пункт 4); срок возврата займа – 31.12.2016 года (пункт 5) (л.д.10 том 1).

В соответствии с договором №9 уступки права требования от 03.07.2017 ФИО5 уступил ФИО2 право требование к должнику – ФИО8 из договора займа №6/1 от 20.09.2015 на сумму 100 000 евро. Стоимость переданного права требования определена сторонами в размере 5 000 000 руб. (л.д.11 том 1).

Решением Куйбышевского районного суда от 20.02.2019 по делу №2-307/19 с ФИО8 в пользу ФИО2 взыскана задолженность по договору займа в сумме 51 795 000 руб., проценты за пользование денежными средствами в сумме 18 859 950,98 руб., штраф в размере 2 000 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 3 201 890 руб., в возмещение расходов по государственной пошлине 60 000 руб., всего – 75 916 840 руб.

Определением от 02.04.2019 по обособленному спору №А56-110034/2018 /тр.2 требования ФИО2 в размере 72 165 673,50 руб., из которых 51 609 000 руб. основной долг, 20 556 673,50 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов.

Апелляционным определением Санкт-Петербургского суда от 10.10.2019 рег. №33-23673/2019, вынесенным по апелляционной жалобе ООО «Банк Оранжевый», решение Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 20.02.2019 отменено, исковое заявление ФИО2 к ФИО8 оставлено без рассмотрения.

Таким образом, в настоящее время определением от 02.04.2019 по обособленному спору №А56-110034/2018 /тр.2 в реестр кредиторов ФИО8 включены требования ФИО2 на сумму 72 165 673,50 руб., при этом указанные требования основаны на указанных договорах займа.

Полагая, что договоры займа являются мнимыми сделками и имеют признаки безденежности, по существу направлены на создание фиктивной задолженности перед ФИО2 и совершены сторонами со злоупотреблением правом, Банк обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Как указывалось выше, определением от 21.12.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022, в удовлетворении заявления Банку отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 16.06.2022 определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 по делу №А56-110034/2018/сд.12 отменены. Дело направлено в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

В ходе нового рассмотрения определением от 21.07.2022 года процессуальный статус третьего лица ФИО5 изменен на соответчика.

Определением от 17.10.2022 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области требования общества с ограниченной ответственностью «Банк Оранжевый» удовлетворил частично, признал недействительными: договор займа №3 от 21.12.2015 (с учетом дополнительного соглашения №1 от 22.12.2016, дополнительного соглашения №2 от 10.03.2017), заключенный между ФИО8 и ФИО2, договор займа №6/1 от 20.09.2015, заключенный между ФИО5 и ФИО8, договор №9 уступки права требования от 03.07.2017, заключенный между ФИО5 и ФИО2. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации – (далее – АПК РФ) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Положения статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Судом первой инстанции установлено, что в настоящее время помимо ФИО2 в реестр требований включены требования двух кредиторов:

- ФИО6 (кредитора, который инициировал процедуру банкротства) по договору займа на сумму 2 986 673 руб. 88 коп., из которых 2 500 000 руб. основной долг, 250 000 руб. штраф, 5 321 руб. 92 коп. проценты за пользование займом, 209 160 руб. 96 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами, 22 191 руб. расходы по оплате госпошлины. на сумму 2 500 000 руб.;

- Банка по кредитным договорам и договорам поручительства из кредитных договоров на общую сумму 44 570 801 руб. 89 коп., из которых 41 142 053 руб. 71 коп. основной долг, 2 303 247 руб. 48 коп. проценты, 1 125 500 руб. 70 коп. пени.

Поскольку, размер кредиторской задолженности Банка, включенной в реестр требований кредиторов ФИО8, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, Банк вправе обратиться с заявлением об оспаривании сделок должника.

Из заявления Банка следует, что оспариваемые договоры займа являются мнимыми сделками и имеют признаки безденежности, по существу направлены на создание фиктивной задолженности перед ФИО2 и совершены сторонами со злоупотреблением правом, подлежат признанию недействительными (ничтожными) по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенной денежной суммы (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

В пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 изложены разъяснения по вопросу оценки достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого его распиской, в частности, позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, а также применительно к наличию в деле удовлетворительных сведений о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности.

Разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 направлены на установление факта того, позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, т.е. на исследование действительности займа и применимы к рассматриваемой ситуации.

Исходя из позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 04.10.2011 №6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании.

Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Банк, оспаривая сделки, ссылается на то, что как договор займа №3 от 21.12.2015, (с дополнительными соглашениями №1 от 22.12.2016, №2 от 10.03.2017) между ФИО2 и ФИО8, так и договор займа №6/1 от 20.09.2015 между ФИО5 и ФИО8 содержали одинаковые условия о том, что передача денежных средств займодавцем заемщику состоялась до заключения договоров, при этом расписки, чеки и иные подтверждающие платежные документы отсутствовали.

В ходе рассмотрения обособленного спора, в подтверждение факта наличия финансовой возможности выдать заем в заявленном размере ФИО2, будучи индивидуальным предпринимателем, представил декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2013, 2014, 2015, 2016 годы. Согласно налоговым декларациям доход ФИО2 составил 44 995 725 руб., в том числе: 9 577 461 руб. за 2013 год, 15 181 095 руб. – за 2014 год, 10 095 059 руб. – за 2015 год, 10 142 110 руб. – за 2016 год.

Между тем, из договора займа №3 от 21.12.2015 и дополнительных соглашений к нему следует, что сумма денежных средств, предоставленных ФИО2, равна 44 000 000 руб., которые были переданы в следующем порядке: до 21.12.2015 – 10 000 000,00 руб., до 22.12.2016 – 24 000 000,00 руб., до 10.03.2017 – еще 10 000 000,00 руб., кроме того как следует из договора уступки права требования №9 от 03.07.2017 ФИО2 при подписании договора выплатил ФИО5 за уступленное право требования 5 000 000 руб., т.е. в период с декабря 2015 по июль 2017 года ФИО2 по оспариваемым договорам передал 49 000 000,00 руб.

Апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что наличие финансовой возможности у ФИО2 на передачу указанной суммы ФИО8 и ФИО5 представленными сведениями о доходах не подтверждается.

Суд апелляционной инстанции также соглашается с доводами кредитора и выводом суда первой инстанции о том, что сведения о доходах за 2013-2014 годы не могут быть приняты во внимание для учета возможности ФИО2 выдать займ в декабре 2015 года, декабре 2016 года и марте 2017 года ввиду существенного разрыва между датами фактического получения дохода и выдачей займа в отсутствие доказательств аккумулирования денежных средств за столь длительный период, в частности сохранения на банковском счете.

Подтвержденных доходов за 2015, 2016 годы явно недостаточно для выдачи займа в размере 44 000 000 руб. и для оплаты ФИО2 еще 5 000 000 руб. по договору цессии с ФИО5 в качестве стоимости приобретенного права требования.

Анализируя представленную ПАО «Сбербанк России» выписку по счету ФИО2, истребованную определением суда от 10.08.2021, суд кассационной инстанции в постановлении от 16.06.2022 года установил, что в выписке, поступившей в материалы дела 30.09.2021, отсутствуют сведения, свидетельствующие об аккумулировании и снятии ФИО2 денежных средств – как сопоставимых с суммами займов (44 000 000 руб.), так и в даты, соответствующие датам передачи денежных средств, указанных в договоре займа. Не имеется сведений, подтверждающих расчеты на 5 000 000 руб. с ФИО5

Кроме того, как указал суд кассационной инстанции, анализ движения денежных средств показал, что они постоянно находились в обороте – значительная часть средств расходовалась на личные нужды ФИО2, другая часть – для обеспечения эксплуатации недвижимости, оплаты налогов и банковских комиссий. Ежемесячные расходы ФИО2, которые прямо идентифицируются с его предпринимательской деятельностью, составляли в среднем 224 556 руб. (от 148 773 до 296 982 руб.) или около 22% от суммы доходов.

Согласно расчетам Банка, поступлений на счет ФИО2, как с учетом расходов, так и без них, явно недостаточно для обеспечения передачи траншей ФИО8 (л.д.46).

В материалы дела не представлены доказательства как наличия у ФИО2 финансовой возможности для предоставления должнику в заем 44 000 000 руб., так и доказательства финансовой возможности для приобретения у ФИО5 права требования к должнику с оплатой еще 5 000 000 руб.

При новом рассмотрении обособленного спора, в нарушение ст. 65 АПК РФ, дополнительных доказательств наличия у ФИО2 финансовой возможности предоставить должнику займ на 44 000 000,00 руб., в суд не представлено, факт передачи кредитором должнику денежных средств допустимыми и достаточными доказательствами не подтвержден, также не представлены доказательства финансовой возможности для приобретения у ФИО5 права требования к должнику с оплатой еще 5 000 000 руб.

По мнению апелляционного суда, отсутствие относимых и допустимых доказательств в подтверждение факта передачи кредитором должнику денежных средств (чеков, платежных поручений, расписок или актов приема- передачи денежных средств) свидетельствует об отсутствии заемных отношений как таковых.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии доказательств аффилированности (фактической или юридической) между должником и ФИО2, апелляционный суд оценивает как несостоятельные, поскольку, они опровергаются ответом ФИО2 от 21.07.2021 на запрос финансового управляющего (л.д.104-105, том 5), заявлением ФИО2, удостоверенным нотариусом города Москвы ФИО9 18.02.2019 (л.д.107-108, том 1), из которых следует, что ФИО2 с ФИО8 знаком с 2002 года, состоял с ним в приятельских отношениях, из представленных в материалы дела копий заявлений и протоколов судебных заседаний по делу №2-307/2019 усматривается, что ФИО8 и ФИО2 заявляли, что хорошо знакомы, являются бизнес-партнерами, в ходе рассмотрения дела в суде общей юрисдикции ФИО8 полностью признавал иск ФИО2 Кроме того, о наличии аффилированности свидетельствует заключение договоров на условиях недоступных независимым участникам гражданского оборота, а именно: предоставление займов на столь значительные суммы наличными, без нотариального удостоверения сделок, без оформления документов, подтверждающих передачу денежных средств (чеков, расписок или актов приема-передачи денежных средств), без обеспечения гарантий возвратности перечисленных денежных средств.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 15.06.2006 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо и через подтверждение фактической аффилированности, признаком которой может быть поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При новом рассмотрении обособленного спора доводы кредитора относительно экономически необъяснимой модели поведения, при которой ФИО2, заключая 21.12.2015 договор займа на 10 000 000 руб., а затем при приближении срока возврата, не получив начисленных процентов, продолжал предоставлять денежные средства ФИО8 22.12.2016 – 24 000 000 руб. и 10.03.2017 – 10 000 000 руб. и в условиях длительной просрочки, 03.07.2017 приобрел у ФИО5 еще право требования за 5 000 000 руб., а также о том, что все договоры займа составлены по единой форме и содержат одинаковые положения, в договорах не предусмотрен периодический возврат займов и уплаты процентов, отсутствуют меры по обеспечению возвратов займов в идее залога, поручительства и др., ответчиками не опровергнуты.

Апелляционный суд также соглашается с выводами суда первой инстанции, что представленными в дело доказательствами, не подтверждается расходование должником денежных средств в спорный период.

В качестве обоснования того, как потрачены денежные средства, в рамках гражданского дела №2-307/19 ФИО8 дал пояснения о том, что они получены для своей строительной компании, в подтверждение представил договор беспроцентного займа с ООО «СМТ СПб» №ДЗ-6/2017 от 22.05.2017, приходные кассовые ордера ООО «СМТ СПб» от 22.05.2017 на сумму 18 765 299 руб., договор беспроцентного займа с ООО «СМТ СПб» №ДЗ-2/2017 от 31.03.2017, приходный кассовый ордер ООО «СМТ СПб» от 31.03.2017 на сумму 26 185 872 руб.

Между тем, в результате анализа банковских выписок по счетам ФИО8 обстоятельства внесения на них аналогичных сумм в сопоставимые даты не установлены, выписками с расчетных счетов ООО «СМТ СПб» факт внесения соответствующих сумм по состоянию на 22.05.2017 и 31.03.2017, а равно в близкие к ним даты, не подтверждается.

Кроме того, возможность расходования денежных средств, якобы полученных от ФИО2, путем внесения в принадлежащую ФИО8 компанию – ООО «СМТ СПб» опровергается не только доказательствами, представленными Банком, но и оценкой соответствующих приходных кассовых ордеров в другом деле.

Как следует из определения Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.11.2021 по делу №А56-60327/2017/тр.26, отказывая финансовому управляющему ФИО8 – ФИО7 во включении в реестр требований кредиторов ООО «СМТ СПб», суд указал, что приходные кассовые ордера не являются достаточным доказательством получения от ФИО8 денежных сумм, поскольку ФИО8, как мажоритарному участнику ООО «СМТ СПб», подконтролен (прямо или косвенно) документооборот организации, и он имел возможность создавать видимость наличия с ней любых правоотношений. Заявление ФИО2 от 18.02.2019, в котором он указывает на то, что ФИО8 получил от ФИО2 24 000 000 руб. и 10 000 000 руб. в декабре 2016 года и марте 2017 года соответственно «на развитие бизнеса» не является достаточным доказательством того, данные суммы были в последующем переданы ООО «СМТ СПб» по договорам займа от 31.03.2017 и от 22.05.2017.

О намерении создать и включить в реестр требований кредиторов подконтрольную должнику задолженность, по мнению апелляционного суда, также свидетельствует тот факт, что ФИО2 30.08.2018 обратился в Куйбышевский районный суд г. Санкт-Петербурга с иском о взыскании с ФИО8 долга по договорам займа, а заявление о признании ФИО8 несостоятельным (банкротом) подано в арбитражный суд 03.09.2018, т.е. почти одновременно.

Процедура реструктуризации долгов гражданина ФИО8 введена определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.11.2018, был утвержден финансовый управляющий ФИО7, однако эта информация не была доведена до сведения Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга, рассматривающего дело по иску ФИО2 к ФИО8

Решением Куйбышевского районного суда от 20.02.2019 по делу №2-307/19 с ФИО8 в пользу ФИО2 взыскана задолженность по договору займа в сумме 51 795 000 руб., проценты за пользование денежными средствами в сумме 18 859 950,98 руб., штраф в размере 2 000 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 3 201 890 руб., в возмещение расходов по государственной пошлине 60 000 руб., всего – 75 916 840 руб.

Определением от 02.04.2019 по обособленному спору №А56-110034/2018/тр.2, требования ФИО2 в размере 72 165 673,50 руб., из которых 51 609 000 руб. основной долг, 20 556 673,50 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов.

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 10.10.2019 решение Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга по делу 2-307/2019 от 20.02.2019 года отменено в связи с нарушением судом норм процессуального права, исковое заявление ФИО2 к ФИО8 оставлено без рассмотрения.

Таким образом, кредитор ФИО2 и должник ФИО8, действуя недобросовестно, злоупотребляя правом, умышленно ввели в заблуждение суд общей юрисдикции и арбитражный суд, признавший требования ФИО2 обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов ФИО8, и создали подконтрольную должнику задолженность.

Апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что само по себе признание в судебном порядке требований ФИО2 обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов определением от 02.04.2019 по делу №А56-110034/2018/тр.2 не препятствует оспариванию договоров займа, поскольку вопрос о недействительности договоров по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 и 170 ГК РФ, не рассматривался в рамках данного обособленного спора, обстоятельства образования задолженности арбитражным судом не исследовались.

Что касается доводов представителя ФИО2 о преюдициальности данного судебного акта, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для его разрешения (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N30-П).

Вместе с тем, то обстоятельство, что определением от 02.04.2019 по делу №А56-110034/2018/тр.2 суд признал требования ФИО2 обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов, не свидетельствует о реальности заключенного договора займа, равно как и не блокирует возможность для оспаривания сделок, положенных в основу заявленного требования.

В данном случае из текста судебного акта не следует, что предметом исследования суда первой инстанции являлись обстоятельства заключения договора займа и факт передачи денежных средств (реальность сделки), а также финансовая возможность предоставления займа и использования денежных средств в интересах должника ФИО8

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (часть 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009г. №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащими ему гражданскими правами, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Таким образом, для установления ничтожности договора на основании статьи 10 ГК РФ необходимо установить недобросовестность поведения (злоупотребление правом) контрагента. Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с названной нормой является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Судом первой инстанции справедливо установлено, что оспариваемая сделка - договор займа №3 от 21.12.2015, (с дополнительными соглашениями №1 от 22.12.2016, №2 от 10.03.2017) между ФИО8 и ФИО2 совершена аффилированными лицами, при злоупотреблении правом, в ущерб независимым кредиторам, с заведомо противоправным интересом на условиях, недоступных иным участникам гражданского оборота, и направлена на достижение такой цели, как сохранение контроля над имуществом должника в процедуре банкротства.

В связи с чем, договор займа №3 от 21.12.2015, (с дополнительными соглашениями №1 от 22.12.2016, №2 от 10.03.2017) обоснованно признан недействительным на основании ст. 10 ГК РФ.

В отношении договора займа №6/1 от 20.09.2015 года с займодавцем ФИО5 на сумму 100 000,00 евро (п.1), под 18% годовых (п.2), судом установлено следующее.

Изначально ФИО5 был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица (л.д.3, том 1), а затем в качестве соответчика (л.д.126-127, том 5), отзыва на заявление банка и каких-либо объяснений относительно причин заключения договора займа с ФИО8, а также доказательств накопления необходимых средств для выдачи займа и обстоятельств их передачи ФИО8, в нарушение ст. 65 АПК РФ ФИО5 в суд не представил.

Для проверки финансового положения ФИО5 судом первой инстанции определением от 16.09.2021, в порядке статьи 66 АПК РФ, были истребованы сведения о его доходах за 2013-2015 годы.

Поступившим 11.10.2021 ответом Инспекции ФНС России №23 по г. Москве подтверждается минимальный уровень дохода ФИО5, что не позволяет сделать вывод о возможности последнего выдать займ должнику на указанную сумму.

Получение указанной суммы должником, ее использование материалами обособленного спора также не подтверждается.

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ , лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий несовершения ими процессуальных действий.

В пункте 1 статьи 170 ГК РФ определено, что мнимая сделка – это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

С учетом отсутствия надлежащих доказательств передачи денежных средств должнику и их расходования последним, имеются основания полагать, что ФИО2 и ФИО8 спорный договор займа №3 от 21.12.2015, (с дополнительными соглашениями №1 от 22.12.2016, №2 от 10.03.2017), а также ФИО5 и ФИО8 договор займа №6/1 от 20.09.2015, а затем ФИО2 и ФИО5 договор уступки №9 от 03.07.2017 оформили с целью создания искусственной подконтрольной должнику кредиторской задолженности.

С учетом отсутствия, как изложено выше, надлежащих сведений о финансовой возможности ФИО2 и ФИО5 и фактической передачи ими длжнику денежных средств, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об оформлении фиктивных займов в ущерб кредиторам должника и квалифицировал действия ответчиков как имеющие признаки злоупотребления. Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ правовым последствием признания сделки недействительной является реституция – обязанность каждой из сторон сделки возвратить все полученное по сделке, требование кредитора об исключении из реестра кредиторов ФИО8 суммы требований ФИО2 по своей сути не является реституционным требованием, вытекающим из признания недействительным договоров займа, в связи с чем удовлетворению не подлежит.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

В связи с чем, в удовлетворении указанной части требований судом первой инстанции правомерно отказано.

Апелляционная коллегия отмечает, что судом первой инстанции в мотивировочной части обжалуемого судебного акта сделан правильный вывод о том, что требование о признании недействительным Договора №9 от 03.07.2017 уступки права требования между ФИО5 и ФИО2 не подлежит рассмотрению в деле о банкротстве ФИО8, поскольку не является сделкой, совершенной должником.

Вместе с тем, согласно резолютивной части обжалуемого определения суд первой инстанции ошибочно признал недействительным Договор №9 от 03.07.2017 уступки права требования между ФИО5 и ФИО2

Апелляционный суд полагает необходимым отметить, что недействительность требования, переданного на основании соглашения об уступке, не влечет недействительности этого соглашения. Недействительность данного требования является в соответствии со статьей 390 Гражданского кодекса Российской Федерации основанием для привлечения цессионарием к ответственности кредитора, уступившего требование (пункт 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В связи с изложенным, определение суда от 17.10.2022 подлежит отмене в части признания недействительным Договора №9 от 03.07.2017 уступки права требования между ФИО5 и ФИО2

При этом, апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства в части признания недействительными договоров займа №3 от 21.12.2015, (с дополнительными соглашениями №1 от 22.12.2016, №2 от 10.03.2017) и №6/1 от 20.09.2015, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. Обжалуемое определение в части признания договоров займа №3 от 21.12.2015, (с дополнительными соглашениями №1 от 22.12.2016, №2 от 10.03.2017) и №6/1 от 20.09.2015 является законным и обоснованным и не подлежит отмене.

Нарушений, а также неправильного применения норм процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.10.2022 по делу №А56-110034/2018/сд.12 отменить в части признания договора уступки права требования от 03.07.2017 №9, заключенного между ФИО5 и ФИО2, недействительной сделкой.

В удовлетворении заявленных требований в указанной части отказать.

В остальной части обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий

А.Ю. Сереброва



Судьи

Е.В. Бударина



Н.А. Морозова