Постановление от 18 марта 2024 г. по делу № А65-21324/2021

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности судебного акта

Дело № А65-21324/2021
г. Самара
18 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 марта 2024 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гольдштейна Д.К.,

судей Гадеевой Л.Р., Львова Я.А.

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1


рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: <...>, апелляционную жалобу ИП ФИО2, ИП ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.12.2023 по заявлению ИП ФИО2, ИП ФИО3 о признании недействительной взаимосвязанную сделку должника

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>; СНИЛС <***>),


при участии в судебном заседании до и после перерыва:

представитель ФИО5 – ФИО6, доверенность от 16.05.2023.

представитель ФИО3 – ФИО7, доверенность от 01.02.2024.

представитель ИП ФИО2 – Тимин В.И., доверенность от 01.08.2023.

ФИО8 лично – паспорт.

ФИО9 лично – паспорт.



УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.10.2021 заявление Индивидуального предпринимателя ФИО2, Индивидуального предпринимателя ФИО3 признано обоснованным и в отношении ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: с. Кутлушкино Чистопольского района Татарской АССР (ИНН <***>; СНИЛС <***>), адрес: Россия 420037, г.Казань, <...> введена процедура банкротства – реструктуризация долгов.

Финансовым управляющим должника утвержден ФИО10, члена СРО Союз «АУ «Правосознание», адрес для направления корреспонденции 423440, РТ, Альметьевский район, пгт. Нижняя Мактама, ул. С. Садыковой, 20-2,

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.02.2022 гражданин ФИО4 признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации его имущества до 08.06.2022, утвержден финансовым управляющим должника ФИО10.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 31.05.2022 поступило заявление ИП ФИО2, ИП ФИО3 о признании недействительной взаимосвязанной сделки должника, оформленной договором купли-продажи от 12.11.2021, заключенным между ФИО11 и ФИО12, и нотариально удостоверенным согласием ФИО4, по отчуждению жилого дома (кадастровый номер 16:50:220764:17) и земельного участка (кадастровый номер 16:50:220764:3), расположенных по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, Авиастроительный район, ул. Промышленная, д. 9/5 (вх. 24654).

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение от 19.12.2023 следующего содержания:

«В удовлетворении ходатайств Индивидуального предпринимателя ФИО2 и Индивидуального предпринимателя ФИО3 о фальсификации доказательств, назначении судебной экспертизы и истребовании доказательств отказать.

В удовлетворении заявления Индивидуального предпринимателя ФИО2 и Индивидуального предпринимателя ФИО3 об оспаривании сделок должника отказать.

Определение подлежит немедленному исполнению».

Заявители обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.02.2020.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 26.02.2024.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании, открытом 26.02.2024 в соответствии со статьей 163 АПК РФ, объявлялся перерыв до 06.03.2024 до 14 часов 00 минут, информация о котором размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по веб-адресу: https://11aas.arbitr.ru.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции явившиеся представители участников спора представили объяснения относительно заявленных требований и возражений.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От ИП ФИО2 и ИП ФИО3 поступили ходатайства об истребовании доказательств, назначении судебной экспертизы, фальсификации доказательств.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев, заявленное ходатайство об истребовании доказательств (сведений из ФНС России о доходах ответчика ФИО5 за период с 2018 по 2021) пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения.

В соответствии с частью 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Исходя из данной нормы, удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств является правом, а не обязанностью суда.

В данном случае, обстоятельства расчета и финансовой возможности для него подтверждались документами о получении таких средств в заем ответчиком ФИО12, а, следовательно, документы о доходах его супруги ФИО5 сами по себе не могут подтвердить обстоятельства расчета и финансовой возможности расчета для ФИО12

С учетом предмета заявленных требований, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о достаточности представленных в дело доказательств для оценки доводов сторон, в связи с чем отклоняет ходатайство об истребовании документов.

Также судебная коллегия не усматривает правовых оснований для удовлетворения ходатайства о назначении судебной экспертизы (для разрешения вопроса о рыночной стоимости отчужденного по спорной сделке имущества).

Заявитель не подтвердил с минимальной степенью достоверности свои сомнения в рыночной стоимости спорного имущества, тогда как в материалах дела имеются иные доказательства, оцененные судом первой инстанции, подтверждающие обоснованность цены реализации имущества по спорной сделке, которые в ходе рассмотрения спора заявителями не опровергнуты.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции не усмотрел предусмотренных в статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для проведения экспертизы, в связи с чем отказывает в удовлетворении ходатайства о ее проведении, посчитав возможным рассмотрение дела по имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрение по заявлению заявителей вопроса о фальсификации доказательств (договора займа от 10.11.2021) выходит за пределы полномочий суда апелляционной инстанции (части 2 и 3 статьи 268 АПК РФ), учитывая, что соответствующий вопрос не являлся предметом оценки суда первой инстанции, соответствующее заявление в суде первой инстанции не делалось.

Представитель ИП ФИО2, ФИО3, апелляционную жалобу поддержали в полном объеме, просили определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

ФИО8, ФИО8 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Отказывая, в удовлетворении заявленных требований о признании сделки недействительной суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, между ФИО11 (продавец) и ФИО12 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка и жилого дома от 12.11.2021, в соответствии с условиями которого продавец передал в собственность покупателя, а покупатель обязался принять и оплатить недвижимое имущество:

- земельный участок (категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: Индивидуальный жилой дом), общей площадью 1049 кв.м., с кадастровым номером 16:50:220764:3, находящийся по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, Авиастроительный район, ул. Промышленная, д. 9/5;

- жилой дом, количество этажей: 1, (назначение: жилой дом), с кадастровым номером 16:50:220764:17, общей площадью 31,5 кв.м., находящийся по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, Авиастроительный район, ул. Промышленная, д. 9/5.

Стороны согласовали цену земельного участка в размере 4 950 000 руб., цену жилого дома – 50 000 руб. (пункт 4 договора).

Судом первой инстанции указано, что по условиям пункта 5 договора, расчет между сторонами будет произведен следующим образом:

- сумма в размере 455 000 руб. оплачивается покупателем до подписания настоящего договора;

- сумма в размере 4 545 000 руб. будет выплачена покупателем в течение 2 (двух) рабочих дней со дня регистрации перехода права к покупателю.

Суд первой инстанции указал, что Продавцом ФИО11 до заключения договора купли-продажи представлено Согласие на совершение указанной сделки от бывшего супруга ФИО4 от 11.11.2021 г., в котором ФИО4 дал согласие бывшей супруге ФИО11 произвести продажу, отчуждение в любой форме на ее условиях и по ее усмотрению нажитого в браке недвижимого имущества, а также осуществить государственную регистрацию сделки и перехода права собственности в Едином государственном реестре недвижимости. Согласие на совершение сделки удостоверено нотариусом Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО13, зарегистрировано в реестре № 43/108-н/16-2021-8-139.

Судом первой инстанции установлено также, что согласно свидетельству о расторжении брака <...>, выданному Управлением ЗАГС Исполнительного комитета муниципального образования г. Казани Республики Татарстан, 19 октября 2021 года прекращен брак ФИО4 и ФИО11.

В указанной связи суд первой инстанции констатировал, что в силу ст. 34 Семейного кодекса РФ оспариваемое имущество является совместной собственностью супругов.

Кредиторы, полагая, что указанные взаимосвязанные сделки отвечают признакам недействительной сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2, абзацем 2 пункта 5 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратились в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Как усматривается из материалов дела в обоснование заявленных требований кредиторы указали, что:

- отчужденное недвижимое имущество нажито ответчиками ФИО11 и ФИО4 в браке, в связи с чем является их общей совместной собственностью;

- согласие на совершение сделки купли-продажи было выдано должником ФИО4 после введения в отношении него процедуры банкротства – реструктуризации долгов и утверждения финансового управляющего;

- финансовый управляющий письменное согласие на совершение должником односторонней сделки (выдача согласия на отчуждение недвижимого имущества) не давал, что влечет недействительность обеих взаимосвязанных сделок;

- сделки совершены после публикации в газете «Коммерсантъ» объявления о введении в отношении должника ФИО14 процедуры реструктуризации долгов и утверждении финансового управляющего, в связи с чем презюмируется, что стороны сделки знали о неплатежеспособности должника и его цели причинить вред имущественным правам кредиторов;

- стороны сделки вывели ликвидный актив без предоставления должнику встречного исполнения, чем нанесли ущерб имущественным правам кредиторов;

- после совершения сделки недвижимое имущество фактически находится в пользовании семьи должника, поскольку его сын ФИО15 зарегистрирован по месту жительства в проданном жилом доме.

Относительно требования о признании недействительной сделки купли-продажи от 12.11.2021 по мотиву отсутствия письменного согласия финансового управляющего на ее совершение, суд первой инстанции правомерно отметил следующее.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан 20.10.2021 заявление Индивидуального предпринимателя ФИО2, Индивидуального предпринимателя ФИО3 признано обоснованным и в отношении должника введена процедура банкротства – реструктуризация долгов. Оспариваемая сделка совершена 12.11.2021, то есть после признания ФИО4 несостоятельным (банкротом) и введения в отношении него процедуры банкротства.

Суд первой инстанции законно указал, что исходя из взаимосвязи положений абзацев 2, 3 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве в их системном толковании, следует, что в силу прямого указания закона ничтожными являются сделки, совершенные гражданином-должником лично.

Правовая конструкция указанной нормы не предполагает расширительного толкования в части определения субъектов, на которых данная норма распространяет свое действие, соответственно, совершение сделки по отчуждению общего имущества супругой (бывшей супругой) должника третьему лицу не относится к сделкам, совершенным лично должником. Следовательно, правовым последствием совершения такой сделки является ее оспоримость по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Арбитражным судом первой инстанции указано, что оспариваемый договор купли-продажи от 12.11.2021 содержит заверения сторон, в том числе продавца ФИО11, о том, что они не ограничены в дееспособности, в отношении них не возбуждено дело о банкротстве, не имеется неисполненных обязательств, по которым могут быть ограничения (запрет) на совершение регистрационных действий, не имеют неисполненных денежных обязательств и обязательств по оплате денежных платежей, которые могут повлечь возбуждение дела о банкротстве гражданина, в отношении них не применяются процедуры банкротства, не принято решение о признании гражданина банкротом, отсутствуют любые основания для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 61.2,61.3, ст. 213.32 Федерального закона №127 от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 12 договора купли-продажи от 12.11.2021).

Суд первой инстанции установил, что на совершение сделки было получено нотариально заверенное согласие бывшего супруга продавца ФИО4 от 11.11.2021, в котором он подтвердил, что в дееспособности не ограничен.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции исходил из того, что нормы российского права о банкротстве граждан являются новыми и предполагают наличие специальных познаний, ФИО12, являясь физическим лицом, не обладающим специальными познаниями в области права, не должен и не мог знать о какой-либо противоправной составляющей цели оспариваемой сделки, равно как о банкротстве супруга продавца и особенностях процедур банкротства граждан, учитывая, что оспариваемый договор купли-продажи им заключался с супругой должника, а не с самим должником, при наличии нотариально удостоверенного согласия последнего.

В указанной связи, суд первой инстанции посчитал, что ФИО12 при данных конкретных обстоятельствах, с учетом субъектного состава сторон сделки и фактических обстоятельств ее заключения, проявлены все необходимые и возможные меры для установления юридической чистоты сделки и наличия у продавца правомочий на распоряжение продаваемым имуществом.

Учтено и то, что в отношении супруги (супруга) должника действующим законодательством о банкротстве не установлено запрета на совершение сделок без согласия финансового управляющего, исходя из смысла, заложенного в статьях 213.25, 213.26 Закона о банкротстве, пункта 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации.

Как верно судом первой инстанции, в рассматриваемом обособленном споре сделка является оспоримой, поскольку регистрация договора осуществлялась в период процедуры реструктуризации, а в названной процедуре банкротства, в отличие от процедуры реализации имущества должника, механизм признания ничтожными сделок, совершенных без согласия финансового управляющего должника (абзац третий пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве), не применяется, следовательно, основания для констатации ничтожности спорной сделки отсутствуют.

Также обоснованно и отклонены доводы заявителей относительно того, что оспариваемая сделка была совершена первоначальным ответчиком, ФИО12, в рамках ведения семейного бизнеса в сфере оборота недвижимости, что подтверждается государственной регистрацией третьих лиц ФИО9 и ФИО8 (сына и снохи первоначального ответчика) в качестве индивидуальных предпринимателей, имеющих основной вид предпринимательской деятельности «покупка и продажа собственного недвижимого имущества» (код ОКВЭД 68.10), поскольку доказательств ведения самим ФИО12, покупателем спорного недвижимого имущества, предпринимательской деятельности в сфере оборота недвижимости, истцами не представлено.

Арбитражный суд также указал, что не может подтверждать довод истцов о приобретении ФИО12 спорного имущества в рамках осуществления предпринимательской деятельности то обстоятельство, что новым ответчиком - супругой умершего первоначального ответчика, ФИО5, совершены последовательные сделки по приобретению земельного участка с кадастровым номером 16:50:220769:15 по адресу: <...> з/у 6, последующему разделу указанного участка на два, строительству двух жилых домов и их реализации.

В материалы дела представлены копии договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.07.2021 и договора реального раздела от 10.08.2021, заключенных ответчиком ФИО5 (супругой первоначального ответчика ФИО12), которые подтверждают, что земельный участок с кадастровым номером 16:50:220769:15 был приобретен ею в долях с гр. ФИО16, чем и был обусловлен последующий раздел земельного участка. Как пояснил ФИО9 (третье лицо в настоящем обособленном споре и сын ФИО12 и ФИО5), земельный участок и построенный на нем жилой дом был продан ФИО5 ввиду изменения муниципальным образованием технических требований к возможным на участке постройкам. Данные пояснения не опровергаются материалами дела и истцами. Второй жилой дом на разделенном земельном участке был построен не ответчиком ФИО5, что также не опровергается материалами дела.

Как отмечено судом первой инстанции, совершение последовательных сделок, на которые ссылаются истцы, не свидетельствует о ведении ФИО5 предпринимательской деятельности в сфере оборота недвижимости.

Суд первой инстанции указал, что также не нашел своего подтверждения довод кредиторов об отсутствии со стороны покупателя ФИО12 встречного предоставления по сделке не нашел своего подтверждения при рассмотрении спора. Материалами дела подтверждается предоставление ФИО12 равноценного встречного исполнения по сделке купли-продажи, что является самостоятельным основанием для отказа в признании сделки недействительной.

Как установил суд первой инстанции, стоимость продаваемого имущества стороны согласовали в размере 5 000 000 руб., в т.ч. стоимость земельного участка 4 950 000 руб., стоимость жилого дома 50 000 руб. (пункт 5 договора купли-продажи от 12.11.2021).

Судом первой инстанции констатировано, что оплата имущества была произведена в следующем порядке: третьим лицом ФИО9 по поручению первоначального ответчика ФИО12 на банковский счет продавца ФИО11 07.10.2021 и 11.10.2021 были перечислены денежные средства в сумме 360 000 руб. и 95 000 руб. соответственно, с назначением платежа: «задаток за зем.участок на основании дог». Остальная сумма была уплачена ФИО12 наличными денежными средствами 26.11.2021, о чем продавцом ФИО11 была выдана собственноручная расписка.

Суд первой инстанции отклоняя указанный довод истцов также исходил из того, что копии банковских чеков и расписки были представлены ответчиком в материалы дела. Кроме того, в судебном заседании 16.11.2023 ФИО9 по ходатайству представителя истцов был предъявлен на обозрение суда мобильный телефон с установленным на нем мобильным приложением ПАО «Сбербанк», в истории платежей банковского приложения имеются указанные выше безналичные перечисления на банковскую карту ФИО11

Кроме того, в подтверждение наличия у покупателя ФИО12 финансовой возможности исполнить сделку ответчиком в материалы дела представлены копия договора займа от 10.11.2021, заключенного с третьим лицом ФИО8, в соответствии с которым ФИО12 получил в заём денежную сумму в размере 5 000 000 руб. Как указал суд первой инстанции, передача денежных средств подтверждается также распиской от 10.11.2021, выданной ФИО12 ФИО8

Суд первой инстанции также установил, что ФИО8 имела финансовые возможности для предоставления займа, при этом указал на следующее.

ФИО8 с 21.01.2019 г. является индивидуальным предпринимателем (ОГРНИП 319169000007520) и имеет доход от предпринимательской деятельности. Виды деятельности: аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом; покупка и продажа собственного недвижимого имущества. Данное обстоятельство подтверждается сведениями ЕГРИП на ИП ФИО8, представленными ответчиком в материалы дела.

Получение ФИО8 в 2021 году денежных средств от предпринимательской деятельности подтверждается представленными в материалы дела выписками со счетов, открытых в АО «Тинькофф Банк».

Получение ФИО8 денежной суммы, переданной в заем ФИО12, подтверждено также представленными в дело копиями договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.10.2021, заключенного с ФИО17, в соответствии с которым ФИО8 были проданы земельный участок и жилой дом общей стоимостью 4 500 000 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора купли-продажи. Кроме того, представлены выписки со счета, открытого в АО «Тинькофф Банк», подтверждающие, что 22.09.2021 и 28.09.2021 ФИО8 были сняты наличные денежные средства в суммах 100 000,00 руб. и 400 000,00 руб. соответственно.

Представителем ответчика ФИО11 получение ею от ФИО12 денежных средств в сумме 5 000 000,00 руб. в оплату проданного ему недвижимого имущества также не оспаривалось, подтверждено в отзыве по делу, представленном в арбитражный суд 07.11.2021, а также приложенной копией расписки ФИО11 о получении денежных средств.

Таким образом, суд первой инстанции, установив, что наличие у ФИО12 финансовой возможности для исполнения оспариваемого договора купли-продажи подтверждено документально, пришел к законному выводу о том, что оснований для сомнений в получении продавцом ФИО11 денежных средств не имеется.

Суд первой инстанции нашел несостоятельным и довод кредиторов о том, что представленная расписка продавца ФИО11 от 26.11.2021 не подтверждает проведение расчетов по договору купли-продажи, поскольку его условиями предусмотрена оплата в два этапа, а расписка выдана на всю сумму сделки.

Судом первой инстанции установлено, что в соответствии с п. 5 договора купли-продажи от 12.11.2021 расчет между сторонами будет произведен следующим образом: сумма в размере 455 000 руб. оплачивается покупателем до подписания настоящего договора; сумма в размере 4 545 000,00 руб. будет выплачена покупателем в течение 2 (двух) рабочих дней со дня регистрации перехода права к покупателю.

Суд первой инстанции указал, что представленным ПАО «Сбербанк» по запросу суда отчетом о банковской карте ФИО11 и выпиской по счету, а также представленными ответчиком банковскими квитанциями и информацией, содержащейся в истории платежей банковского приложения ПАО «Сбербанк», принадлежащего третьему лицу ФИО9, подтверждается перечисление последним на счет ФИО11 07.10.2021 и 11.10.2021 сумм в размере 360 000,00 руб. и 95 000,00 руб. соответственно плательщиком ФИО9, паспортные данные указаны. Назначение платежа указано ФИО9 как «задаток за зем.участок на основании дог».

Суд первой инстанции также сослался на то, что согласно пояснениям третьего лица ФИО9, данным в судебном заседании, указанные суммы были переведены им со своей карты ФИО11 по просьбе отца как авансовый платеж за земельный участок и жилой дом, поскольку ФИО12 не имел мобильного приложения банка и не мог сделать это самостоятельно. Данные пояснения не противоречат иным материалам дела.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции относительно того, что последующая выдача ФИО11 одной расписки на всю сумму договора, вопреки доводам истцов, не может опровергнуть проведение сторонами расчетов, которое подтверждается иными многочисленными доказательствами.

Также не может опровергнуть факт расчетов то обстоятельство, что должником ФИО4 и ответчиком ФИО11 не представлены пояснения об использовании полученных денежных средств.

В материалы дела представлена копия расписки, выданной ФИО4 ФИО11 26 ноября 2021 г. о том, что им получены денежные средства (половина уплаченной по договору суммы) в размере 2 500 000,00 руб. от продажи земельного участка, расположенного по адресу: г. Казань, Авиастроительный район, ул. Промышленная, д. 9/5.

Суд первой инстанции указал, что достоверность данной расписки истцами не опровергнута. Представителем ФИО11 и должником факт передачи и получения денежных средств в указанной сумме не опровергается.

Правомерно также отклонен довод кредиторов о невозможности хранения ФИО11 крупной суммы денежных средств наличными в течение продолжительного периода времени, поскольку, как верно отмечено судом первой инстанции, действующее законодательство РФ не запрещает гражданам хранить сбережения в наличной форме, период такого хранения законом не ограничен. Следовательно, доводы истцов о недоказанности внесения ФИО11 полученных денежных средств на банковский счет не могут опровергнуть факта проведения расчетов сторонами договора купли-продажи.

Отказывая, в удовлетворении заявленных требований суд первой инстанции также исходил из отсутствия доказательств несоответствия цены договора рыночному уровню цен.

Суд первой инстанции указал, что ответчиком представлены договор на оказание услуг по оценке от 17.10.2022 № 3071-22, заключенный между ФИО12 и ООО «Центр оценки «Эдвайс», квитанция об оплате услуг оценочной организации и отчет № 3071-22 от 17.10.2022 г. об оценке рыночной стоимости земельного участка общей площадью 1049 кв.м., расположенного по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, Авиастроительный район, ул. Промышленная, д. 9/5, кадастровый номер 16:50:220764:3.

Также отмечено, что в указанном отчете оценочная организация пришла к выводу о том, что рыночная стоимость земельного участка по состоянию на 12.11.2021 с учетом разумного округления составляет 4 975 610,00 руб., что соответствует цене договора купли-продажи от 12.11.2021.

Кроме того, обращено внимание и на то, что ходатайство представителя ответчика о приобщении к материалам дела указанного отчета об оценке рыночной стоимости было поддержано представителем истцов в отзыве от 21.11.2021 на ходатайство ответчика ФИО12

Также, суд первой инстанции посчитал относимыми фотографии объекта оценки, имеющиеся в отчете № 3071-22 от 17.10.2022, к проданному земельному участку, поскольку ответчиком в материалы дела представлены фотографии спорного земельного участка, которые в совокупности позволяют установить идентичность и относимость фотографий.

Суд первой инстанции указал, что подлежат отклонению ссылки заявителей на наличие на земельном участке незавершенного строительством жилого дома значительной стоимости, которая не была учтена оценочной организацией, а также не была учтена сторонами при определении продажной цены земельного участка.

Как отметил суд первой инстанции, представленными фотографиями постройки, подтверждено, что постройка представляет собой недостроенный хозяйственный блок. Фактическое состояние имущества, отраженное на фотографиях, не позволяет сделать вывод о его высокой стоимости: отсутствует крыша, потолок со следами пожара, стены не возведены полностью, внутренняя отделка отсутствует.

Согласно пояснениям ответчика, содержание которых не опровергается иными материалами дела, указанный хозяйственный блок не имеет статуса незавершенного строительством объекта, не является объектом недвижимого имущества, а потому не является неразрывно связанным с земельным участком. Право на него в ЕГРН не зарегистрировано, объекту не присвоен кадастровый номер.

Суд первой инстанции согласился доводами ответчика и о том, что имеющаяся на земельном участке хозяйственная постройка может быть в любое время разобрана на составные части (кирпич, блоки и т.д.), поскольку ее сооружение далеко от завершения. Разборка имущества не приведет к утрате его полезных свойств, которых в фактическом состоянии имущества не имеется. Ущерба назначению постройки при ее разборке не произойдет, поскольку в ее нынешнем состоянии она не пригодна для использования. По этой причине имущество не имеет неразрывной связи с землей и не может быть признано неотъемлемой частью земельного участка, признаков недвижимого имущества не имеет.

Учитывая, изложенное мотивирован вывод суда первой инстанции о том, что указанная постройка фактически представляет собой совокупность строительных материалов, т.е. движимое имущество.

Арбитражным судом первой инстанции учтено, что помимо указанного отчета об оценке рыночной стоимости, в материалах дела имеются копии следующих договоров купли-продажи:

- договор купли-продажи недвижимого имущества от 27.10.2021, заключенный между ФИО8 и ФИО17, предметом которого является земельный участок с кадастровым номером 16:50:220765:342 площадью 518 кв.м., расположенный по адресу: Российская Федерация, Республика Татарстан, г.о. «г. Казань», <...> з/у 12, а также индивидуальный жилой дом общей площадью 174,6 кв.м., которые оценены сторонами в 1 000 000 руб. и 3 500 000 руб. соответственно;

- договор купли-продажи недвижимого имущества от 22.12.2021, заключенный между ФИО5, с одной стороны, и ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, с другой стороны, предметом которого является земельный участок с кадастровым номером 16:50:220769:353 площадью 505 кв.м., расположенный по адресу: Российская Федерация, Республика Татарстан, г.о. «г. Казань», <...> з/у 6А, а также индивидуальный жилой дом общей площадью 131,9 кв.м., которые оценены сторонами в 1 495 000 руб. и 2 505 000 руб. соответственно;

- договор купли-продажи недвижимого имущества от 21.07.2021, заключенный между ФИО22, с одной стороны, и ФИО5, ФИО16, с другой стороны, предметом которого является земельный участок с кадастровым номером 16:50:220769:15 площадью 1 105 кв.м., расположенный по адресу: Российская Федерация, Республика Татарстан, г.о. «г. Казань», <...> з/у 6, а также индивидуальный жилой дом общей площадью 60,8 кв.м., которые оценены сторонами в 1 300 000 руб. и 1 000 000 руб. соответственно;

- договор купли-продажи недвижимого имущества от 15.03.2021, заключенный между ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, с одной стороны, и ФИО8, с другой стороны, предметом которого является земельный участок с кадастровым номером 16:50:220765:25 площадью 1031 кв.м., расположенный по адресу: Российская Федерация, Республика Татарстан, г.о. «г. Казань», <...>, а также индивидуальный жилой дом общей площадью 45,9 кв.м., которые оценены сторонами в 850 000 руб. и 762 000 руб. соответственно.

При этом указано, что предметом оспариваемой сделки являлся земельный участок с кадастровым номером 16:50:220764:3, расположенный по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, Авиастроительный район, ул. Промышленная, д. 9/5, площадью 1049 кв.м.

Судом первой инстанции отмечено, что указанные договоры, заключенные с незаинтересованными лицами в тот же период, предметом которых являются земельные участки, расположенные в том же районе г.Казани, в том же самом и в соседних кадастровых кварталах, подтверждают, что оспариваемая сделка заключена по цене не ниже уровня цен на аналогичные земельные участки.

Учитывая вышеизложенное, оснований для признания недействительной сделки купли-продажи от 12.11.2021, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно не усмотрел.

Отклоняя, доводы истцов о наличии оснований для признания сделки недействительной, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Суд первой инстанции, принимая обжалуемое определение, исходил из того, что заявителем не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорного договора недействительным, по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку ответчик не является заинтересованным лицом по отношению к должнику, не мог обладать информацией об имущественном положении должника.

Доказательств того, что стороны оспариваемой сделки состояли в сговоре и их действия были направлены на вывод имущества должника с последующей его передачей заинтересованным лицам, не представлено.

Ссылка кредиторов на непредставление первоначальным ответчиком ФИО12 объяснений об источнике информации о продаже спорных объектов недвижимости, что свидетельствует о наличии между сторонами сделки близких неформальных отношений, мотивированно отклонена.

Как указал суд первой инстанции, из материалов дела усматривается, что ответчиком в материалы дела представлены скриншоты интернет-ресурса www.avito.ru, подтверждающие опубликование продавцом ФИО11 объявления о продаже имущества 07.01.2021 г. (объявление № 2056112351). Факт размещения данного объявления подтвержден также ответом ООО «КЕХ еКоммерц» от 10.10.2022, представленного в ответ на адвокатский запрос адвоката Тимина В.И., а также ответом ООО «КЕХ еКоммерц» на запрос арбитражного суда исх. № К-23/31120 от 30.10.2023.

Доводы истцов о том, что сын должника, ФИО15, зарегистрирован по месту жительства в проданном жилом доме с кадастровым номером 16:50:220764:17, отклонена как не подтвержденная доказательствами и не получившая подтверждения в ходе рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции.

В соответствии с п. 7 договора купли-продажи от 12.11.2021 указанный жилой дом свободный от проживания и регистрации. В соответствии со ст. 558 Гражданского кодекса РФ лиц, сохраняющих право проживания в указанном жилом доме, не имеется.

Судом первой инстанции учтены объяснения представителей ответчика о том, что жилой дом с кадастровым номером 16:50:220764:17 на момент совершения сделки уже фактически не существовал, на участке имелась только недостроенная хозяйственная постройка в состоянии, которое не позволяло использовать ее для проживания (крыша отсутствовала, состояние аварийное). Данное обстоятельство не опровергается и истцами. Земельный участок был приобретен ФИО12 с целью строительства на нем нового жилого дома.

Судом первой инстанции установлено также, что в материалы дела представлены доказательства оформления сноса жилого дома, а именно: Уведомление о планируемом сносе объекта капитального строительства от 25.05.2022 и Уведомление о завершении сноса объекта капитального строительства от 04.07.2022, направленные ФИО12 в ИК МО г. Казани. Следовательно, должник не имел возможности продолжать осуществлять пользование и (или) владение жилым домом.

Как установил суд первой инстанции, в подтверждение осуществления ФИО12 правомочий собственника и несения расходов, связанных с пользованием и содержанием имущества, ответчиком представлены следующие доказательства: договор на оказание комплексных услуг в отношении объекта недвижимости от 21.04.2022; межевой план от 22.04.2022; межевой план от 08.04.2022; описи документов, принятых для оказания государственных услуг, от 22.12.2021, от 23.12.2021, от 18.07.2022; копия Соглашения № 3318 о перераспределении земельных участков, находящихся в муниципальной собственности или государственная собственность на которые не разграничена, и земельных участков, находящихся в частной собственности, заключенного ФИО12 и МКО КЗиО ИК МО г. Казани; копия квитанции об оплате ФИО12 платы за увеличение площади земельного участка в сумме 67 372,55 руб.; копия выписки из ЕГРН на земельный участок 16:50:220764:338.

Указанными документами подтверждается совершение ФИО12 действий по размежеванию купленного земельного участка с кадастровым номером 16:50:220764:3, на два новых участка с кадастровыми номерами 16:50:220764:336 и 16:50:220764:337. Затем в результате проведенного ФИО12 перераспределения земельных участков перестал существовать в натуре земельный участок с кадастровым номером 16:50:220764:336, и был сформирован земельный участок с кадастровым номером 16:50:220764:338 большей площадью (459 кв.м.). За увеличение площади земельного участка за счет земель, находящихся в муниципальной собственности, ФИО12 была уплачена сумма в размере 67 372,55 руб., что подтверждается квитанцией.

Также ФИО12 осуществлено документальное оформление сноса жилого дома с кадастровым номером 16:50:220764:17, о чем указано выше.

Доводы кредиторов о том, что покупатель ФИО12 должен был знать о неплатежеспособности Должника и его цели причинить вред имущественным правам кредиторов, поскольку оспариваемая сделка была совершена 12.11.2021, то есть после опубликования сведений о введении в отношении Должника процедуры банкротства – реструктуризации долгов и утверждения финансового управляющего (30.10.2021), обоснованно не приняты во внимание.

При этом учтено и то обстоятельство, что договоренность о совершении сделки и оплата предварительных авансовых платежей была совершена ответчиком 07.10.2021 и 11.10.2021, то есть до момента введения в отношении должника процедуры банкротства и опубликования в федеральном ресурсе сведений об этом.

Судом указано, что в настоящем случае, ФИО12 после приобретения имущества не только не перепродал его, но и совершил действия для достижения цели, с которой совершалась покупка (новое строительство) – провел межевание участков и увеличение их общей площади, оформил снос старой постройки, фактически отсутствующей на участке.

Исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с установленными по делу фактическими обстоятельствами по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления.

Судебная коллегия соглашается в целом с выводами суда первой инстанции и не находит оснований для отмены судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы по существу повторяют позицию заявителей в суде первой инстанции, при этом судом первой инстанции дана подробная и мотивированная оценка доводам заявления.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Право арбитражного управляющего на предъявление исков о признании недействительными сделок должника основано на положениях статями 61.9, 129 и 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В то же время, по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как указано в абз. 7 п. 5 вышеназванного Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

В пункте 3 статьи 19 Закона о банкротстве установлено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Исследовав и оценив представленные доказательства, суд установил, что заявителем доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорного договора недействительным, по правилам пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По общему правилу, предусмотренному в пунктах 1 и 2 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой. Оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

Закон о банкротстве к числу сделок, заключаемых должником в процедуре реструктуризации долгов гражданина с письменного согласия финансового управляющего, относит сделки по отчуждению имущества, в том числе совместно нажитого (абзац второй пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве).

Сделки, совершенные без необходимого в силу пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве согласия финансового управляющего могут быть признаны недействительными на основании пункта 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

Суд первой инстанции установил, что оспариваемый договор купли-продажи от 12.11.2021 и исполнен в процедуре реструктуризации долгов гражданина (регистрация перехода права собственности произведена 16.11.2021), введенной в отношении ФИО4, в которой в отличие от процедуры реализации имущества гражданина, механизм признания ничтожными сделок, совершенных без согласия финансового управляющего должника (абзац третий пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве), не применяется.

Сделка, совершенная без согласия финансового управляющего должника, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе (пункт 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ. При оспаривании сделки по основаниям, указанным в статье 173.1 ГК РФ, нарушение прав и охраняемых законом интересов заключается в отсутствии согласия, предусмотренного законом, при этом не требуется доказывания наступления неблагоприятных последствий (пункт 71 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В то же время, должник ФИО4 стороной договора купли-продажи от 12.11.2021 не являлся и применительно к положениям пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве данную сделку не совершал.

Суд первой инстанции посчитал достаточными доказательства наличия у покупателя по сделке возможности для осуществления расчета и не нашел оснований для применения к нему чрезмерного стандарта доказывания, учитывая отсутствие признаков какой-либо взаимосвязанности покупателя и продавца.

Действия покупателя в ходе заключения и исполнения договора купли-продажи от 12.11.2021 в целом соответствовали обычно предпринимаемым в данной ситуации мероприятиям: неоднократно получались выписки публичного реестра о предмете продажи, получено согласие бывшего супруга продавца (должник ФИО4) на совершение сделки, выплачен аванс в целях прекращения введенных в отношении реализации объекта ограничений, окончательный расчет произведен после регистрации перехода права, что повлекло введение обременения в виде ипотеки в силу закона.

Доводы заявителей о том, что покупатель должен был предпринять еще более масштабные мероприятия для проверки юридической чистоты сделки (в том числе отследить факты введения в отношении бывшего супруга продавца, давшего согласие на осуществление сделки, процедуры банкротства, сведения о которой были опубликованы в ЕФРСБ за две недели до даты сделки), по мнению судебной коллегии являются необоснованными, поскольку предъявляют к покупателю чрезмерные требования, не обусловленные фактическими обстоятельствами спора.

Доводы заявителей о необходимости применить повышенный стандарт доказывания к покупателю, исходя из того, что его родственники, предоставившие ему денежные средства для осуществления сделки, являются индивидуальными предпринимателями, не принимаются, поскольку возлагают на сторону сделки несоразмерно значительный объем действий, предшествующих ее заключению, необходимость осуществления которых не предусмотрена безусловно требованиями закона либо обычая.

При недоказанности заинтересованности между сторонами сделки, покупатель привел достаточные доказательства наличия у него возможности расчета по спорной сделке, фактического расчета по ней, раскрыл информацию о целях ее совершения (строительство дома).

Доводы заявителей об отсутствии в материалах дела расписки к договору займа от 10.11.2021, между покупателем ФИО12 и ФИО8 (его сноха), на наличие которой сослался суд первой инстанции, не опровергают указанных выше выводов, поскольку с учетом преимущественного уровня финансовой грамотности граждан, объективных причин повышенного доверия между членами семьи (покупатель ФИО12 является отцом ФИО9, супругой которого является ФИО8) отсутствие в данном случае документа о передаче денежных средств не является определяющим для подтверждения обстоятельств расчета с продавцом, в условиях также наличия иных доказательств обладания членами семьи денежными средствами, необходимыми для расчета.

Кроме того, в материалах дела имеется расписка от 25.12.2021 о частичном возврате ФИО27 денежных средств (4 000 000 руб.) ФИО8, что само по себе подтверждает тезис об их предварительной выдаче.

Из материалов дела не следует недобросовестность покупателя, обстоятельства же невнесения в конкурсную массу в последующем денежных средств, полученных от реализации совместно нажитого имущества, могут быть основанием для постановки вопроса о неприменении к должнику правил об освобождении от обязательств.

Доводы заявителей о неравноценности предоставления проверены судом первой инстанции и мотивированно отклонены со ссылкой но конкретные документы (заключение независимого оценщика; сведения о цене реализации аналогичного имущества в том же регионе по сделкам между иными лицами).

Здесь следует отметить также, что в настоящее время спорный земельный участок размежеван на два иных (кад. №№ 16:50:220764:337 и 16:50:220764:338) совокупная кадастровая стоимость которых не превышает 4,5 млн. руб. (согласно данным Публичной кадастровой карты). Кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.2013 № 10761/11).

Рассматривая спор, суд первой инстанции со ссылками на ст.ст. 153, 157.1 ГК РФ исходил из того, что согласие на совершение сделки не может быть приравнено к сделке в понимании абз. 3 п. 5 ст. 213.25 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции отметил, что такое согласие не влечет само по себе изменение объема прав и обязанностей должника в отношении принадлежащего ему имущества, составляющего конкурсную массу, и потому не может нанести вред имущественным интересам кредиторов.

В указанной связи требование конкурсных кредиторов ИП ФИО2, ИП ФИО3 о признании недействительным нотариального согласия ФИО4 от 11.11.2021, удостоверенного нотариусом Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО13 на бланке № 16 АА 6413344, суд первой инстанции также посчитал необоснованным.

Вопреки выводам суда первой инстанции согласие на совершение сделки может быть признано недействительным применительно к правилам главы 9 ГК РФ (абз. 3 п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В то же время, целью оспаривания сделок в деле о банкротстве является не констатация недействительности данной сделки сама по себе, а применение последствий ее недействительности в целях возврата имущества в конкурсную массу (пополнения конкурсной массы). Таким образом, цель оспаривания сделок в процедуре банкротства заключается в восстановлении целостности конкурсной массы и подчиняется общей цели процедуры - наиболее полному удовлетворению требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности.

Признание недействительным согласия должника ФИО4 на совершение его бывшей супругой – ФИО11 договора купли-продажи от 12.11.2021 по мотиву отсутствия согласия финансового управляющего на дачу такого согласия, само по себе не повлечет возврата имущества в конкурсную массу либо недействительности договора купли-продажи от 12.11.2021, поскольку покупатель по последнему договору признан судом добросовестным, на дату совершения договора купли-продажи согласие супруга существовало.

В этой связи отмена обжалуемого судебного акта в данной части, по мнению судебной коллегии, не повлечет восстановления чьих-либо нарушенных прав и интересов.

При этом, как указано выше, последствия указанного могут быть оценены при завершении процедуры и разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения обязательств.

Несогласие заявителей с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.12.2023 по делу № А65-21324/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий Д.К. Гольдштейн



Судьи Л.Р. Гадеева



Я.А. Львов