Решение от 2 февраля 2021 г. по делу № А83-13490/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

295000, Симферополь, ул. Александра Невского, 29/11

http://www.crimea.arbitr.ru E-mail: info@crimea.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А83-13490/2020
02 февраля 2021 года
город Симферополь


Резолютивная часть решения объявлена 26 января 2021 года.

Решение изготовлено в полном объеме 02 февраля 2021 года.

Арбитражный суд Республики Крым в составе судьи Шкуро В.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Виктория» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Приморский парк» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «СБ Щит» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании убытков,

при участии представителей:

от истца – ФИО2, по доверенности от 08.08.2018 б/н;

от ответчиков: представители не явились,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Виктория» (далее – ООО «Виктория», истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Крым с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Приморский парк» (далее – ООО «Приморский парк»), обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «СБ Щит» (далее – ООО «ЧОО «СБ Щит») о взыскании солидарно 1 896 116,67 руб. убытков, причиненных в результате ограничении истца в ведении хозяйственной деятельности.

После устранения недостатков, послуживших основанием для оставления искового заявления 13.08.2020 без движения, определением от 15.09.2020 суд принял исковое заявление к производству и возбудил производство по делу № А83-13490/2020.

В судебном заседании, состоявшемся 29.10.2020, суд, с учетом мнения представителей лиц, участвующих в деле, протокольным определением завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание в суде первой инстанции.

В ходе судебного разбирательства представителем истца заявлялись устные ходатайства о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, иностранного юридического лица IRB HOLDING AG и Департамента имущественных и земельных отношений администрации города Евпатории Республики Крым, мотивированные тем, что IRB HOLDING AG является одним из учредителей ООО «Виктория», а Департамент имущественных и земельных отношений администрации города Евпатории Республики Крым – арендодателем земельного участка, доступ на который ограничивался истцу.

С учетом мнения иных лиц, участвовавших в деле, а также принимая во внимание, что истцом не предоставлены доказательства того, что решение по делу может повлиять на права или обязанности последних по отношению к одной из сторон, в частности, истца, суд протокольным определением от 30.112020 отклонил соответствующие ходатайства, поскольку предусмотренные статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) основания для привлечения таких лиц к участию в деле отсутствуют, судом не устанавливаются права этих лиц относительно предмета спора, на этих лиц не возлагаются какие-либо обязанности, они не являются участниками спорных правоотношений.

В судебном заседании 22.12.2020 представителем истца было также заявлено ходатайство, поименованное как ходатайство об оказании содействия (том 3 л.д. 20), в котором истец просил суд оказать содействие в получении доступа к документам предприятия, находящимся в офисном здании, расположенном по адресу: Республика Крым, <...>, а также обязать ООО «Приморский парк» не чинить препятствия представителям истца в доступе в вышеуказанный офис.

С учетом представленного истцом обоснования, ссылавшегося на необходимость предоставления дополнительных, хранящихся в вышеуказанном офисе, доказательств, суд квалифицировал данное ходатайство как ходатайство об истребовании доказательств.

Учитывая, что истец при этом не обозначил четко доказательство, имеющее значение для дела, которое он просит истребовать, а также не представил свидетельства наличия препятствий для его получения, в том числе в ином месте (у контрагента договора о благоустройстве, о котором исходя из пояснений представителя истца шла речь), суд определением от 22.12.2020 отклонил данное ходатайство как не соответствующее части 4 статьи 66 АПК РФ, разъяснив истцу право представить соответствующие доказательства или представить мотивированное ходатайство с указанием доказательства, обстоятельств, имеющих значение для дела, причин, препятствующих получению соответствующего доказательства и место его нахождения. С такими ходатайствами истец более не обращался.

В части обязания ООО «Приморский парк» не чинить препятствия в допуске в вышеуказанный офис, ходатайство оставлено без рассмотрения как не связанное с предметом спора и не имеющее согласно пояснениям представителя истца самостоятельного значения применительно к институтам истребования и/или обеспечения доказательств (статья 72 АПК РФ).

Кроме того в судебном заседании 26.01.2021 истцом было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы в целях определения размера и подтверждения убытков (том 3 л.д. 27-28). Истцом предлагалось поставить перед экспертом вопрос: установить убытки, понесенные ООО «Виктория» за период с 03 июня 2020 года по 26 января 2021 года.

Протокольным определением от 26 января 2021 года данное ходатайство отклонено.

При этом суд исходил из того, что экспертиза назначается для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний (часть 1 статьи 82 АПК РФ). Однако, в данном случае истцом не обоснована действительная необходимость проведения экспертизы, невозможность разрешения спора и наличие вопросов, для разъяснения которых требуются специальные знания. С учетом имеющихся в материалах дела доказательств и в силу непосредственного их исследования судом (часть 1 статьи 71 АПК РФ), суд, к усмотрению которого отнесен вопрос о назначении экспертизы, заключил возможность самостоятельной оценки доказательств по делу применительно к обстоятельствам, требующим установления, отмечая одновременно, что заявленный истцом вопрос относительно периода времени с 16 июня 2020 года по 26 января 2021 года находится за пределами предмета спора, возбужденного в отношении периода с 03 по 15 июня 2020 года.

В судебное заседание 26.01.2021 явился представитель истца, который заявленные требования (том 1 л.д. 12-16) поддержал.

Ответчики явку своих полномочных представителей в судебное заседание 26.01.2021 не обеспечили, о начавшемся судебном процессе извещены надлежащим образом, воспользовались правом предоставления отзывов, с учетом чего и руководствуясь частью 3 статьи 156 АПК РФ, суд определил рассмотреть дело без участия представителей не явившихся лиц по материалам, имеющимся в деле.

Исковые требования мотивированы тем, что ответчики в спорный период с 03 по 15 июня 2020 года незаконно чинили истцу (его работникам и арендаторам) препятствия в доступе к принадлежащему истцу на праве собственности недвижимому имуществу (нежилым зданиям и сооружениям), расположенным на арендуемом им муниципальном земельном участке площадью 171 558,00 кв.м по адресу: <...>. В обоснование исковых требований истец указывал на то, что постановлением Киевского районного суда города Симферополя Республики Крым от 22.05.2020 по делу № 3/6-413/2020 по уголовному делу № 11801350035000118 был наложен арест на вышеуказанное недвижимое имущество без земельного участка и с установлением запрета только по распоряжению, тогда как ответчики ограничили его во владении и пользовании. Свои убытки истец связывает с реальным ущербом в виде затрат на заработную плату трудовому коллективу за время вынужденного простоя в сумме 123 878,67 руб., арендную плату за земельный участок – 1 752 608,00 руб. и с упущенной выгодой за недополученный доход от сдачи недвижимого имущества в аренду в сумме 19 630,00 руб., с учетом чего просит на основании статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) взыскать с ответчиков солидарно убытки всего в размере 1 896 116,67 руб. (123 878,67+1 752 608,00+19 630,00) и уплаченную государственную пошлину в размере 31 961,00 руб.

Ответчики против удовлетворения иска возражали.

ООО «Приморский парк» в своем отзыве (том 2 л.д. 26-29) и пояснениях (том 3 л.д. 1-6) указывает на необоснованность исковых требований, поскольку протоколом наложения ареста от 01.06.2020 вышеуказанное недвижимое имущество истца было передано ему на хранение, с учетом чего привлекая специализированную охранную организацию оно не нарушало права истца. Также отмечает недоказанность препятствий в пользовании (допуске) работников и арендаторов истца, понесенных истцом затрат на выплату заработной платы и арендной платы за землю, упущенной выгоды в виде утраты арендной платы. Полагает необоснованным произведенный истцом расчет убытков исходя из заработной платы с учетом премий и от полного размера оклада, а не 2/3 как предусмотрено законом за время простоя (статья 157 Трудового кодекса Российской Федерации), арифметически неверного исчисления арендной платы за землю.

ООО «ЧОО «СБ Щит» предоставило отзыв (том 1 л.д. 135-138), в котором указывает на осуществление физической охраны имущества по адресу: <...> на законных основаниях, а именно на сновании заключенных с ООО «Приморский парк» договоров оказания услуг по физической охране от 02.06.2020 и 08.06.2020 и ареста, наложенного 26.11.2019 и 22.05.2020 Киевским районным судом города Симферополя Республики Крым на имущество Общества с ограниченной ответственностью «Риф-Сервис» и ООО «Виктория». Применительно к обеспечению охраны (сохранности) имущества, ООО «ЧОО «СБ Щит» отмечало, что пропускной режим не препятствовал доступу (входу) лиц, которые имеют необходимые полномочия, а также документы, подтверждающие статус сотрудников ООО «Виктория», с учетом чего просило в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав представленные ими в подтверждение своих доводов и возражений доказательства, суд установил следующее.

Истцу на праве собственности принадлежат объекты недвижимого имущества, расположенные по адресу: <...>, а именно:

- насосная 2, площадью 9,6 кв.м, кадастровый номер (далее – КН)90:18:010181:1;

- административное здание, площадью 71,30 кв.м, КН 90:18:010181:2;

- трансформаторная подстанция, площадью 48,0 кв.м, КН 90:18:010181:3;

- корпус 2, площадью 222,0 кв.м, КН 90:18:010181:4;

- корпус 1, площадью 90,60 кв.м, КН 90:18:010181:5;

- нежилое здание, площадью 49,20 кв.м, КН 90:18:010181:6;

- уборная, площадью 39,6 кв.м, КН 90:18:010181:8;

- нежилое здание, площадью 0,6 кв.м, КН 90:18:010181:9;

- уборная, площадью 39,5 кв.м, КН 90:18:010181:10;

- нежилое здание, площадью 114,3 кв.м, КН 90:18:010181:11,

что подтверждается предоставленными в материалы дела Свидетельствами о государственной регистрации права от 14.04.2016 и от 16.05.2016 (том 1 л.д. 27-35).

Также из материалов дела усматривается, что на основании договора аренды земельного участка от 08.06.2016 № 227-п (том 1 л.д. 106-120), заключенного истцом с Департаментом имущественных и земельных отношений администрации города Евпатории Республики Крым и зарегистрированного согласно штампу Государственного комитета и по государственной регистрации и кадастру Республики Крым 08.02.2017, в пользовании истца находится муниципальный земельный участок общей площадью171 588 кв.м, категория земель – земли населенных пунктов, вид разрешенного использования земельного участка –предпринимательство, 4.0, КН 90:18:010179:20, расположенный по адресу: <...> между «Аквапарком» и развлекательным комплексом «Солнышко», для строительства культурно-развлекательного комплекса с пансионатом (пункт 1.1 договора аренды). Срок аренды до 14 декабря 2056 года (пункт 7.1 там же).

Постановлением Киевского районного суда города Симферополя Республики Крым от 22.05.2020 по делу № 3/6-413/2020 (том 1 л.д. 57-59) удовлетворено ходатайство следователя по ОВДСЧ СУ МВД по Республике Крым подполковника юстиции ФИО3 о наложении ареста на имущество в рамках уголовного дела № 11801350035000118, возбужденного 20.04.2018 по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Следователю дано разрешение на наложение ареста на имущество, находящееся на балансовом учете ООО «Виктория», расположенное по адресу: <...>, а именно: административное здание, литер З, КН 90:18:010181:2; корпус № 1 (домик двухэтажный трехкомнатный), литер З, КН 90:18:010181:5; корпус № 2 (домик двухэтажный десятикомнатный), литер Б, КН 90:18:010181:4; насосная № 2, литер Ж, КН 90:18:010181:1; нежилое здание (уборная), литер К, КН 90:18:010181:9; нежилое здание (биотал), литер Д, КН 90:18:010181:11; нежилое здание (насосная № 1), литер В, КН 90:18:010181:19; нежилое здание (трансформаторная станция № 2), литер ТП2, трансформаторная подстанция № 1, литер ТП1, уборная, литер Е, КН 90:18:010181:8; уборная, литер Г, КН 90:18:010181:8 – на срок до 21 июня 2020 года и установлены ограничения, связанные с распоряжением арестованным имуществом.

01.06.2020 следователем по ОВД СЧ СУ МВД по Республике Крым подполковником юстиции ФИО3 на основании данного постановления суда и в соответствии со статьей 115 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) наложен арест на поименованные в постановлении суда 11 объектов, что оформлено протоколом наложения ареста на имущество от 01.06.2020, начатым в 12 часов 20 минут, оконченным в 12 часов 40 минут (том 1 л.д. 60-62).

Имущество, на которое наложен арест (в протоколе указано – изъятое) передано на хранение ООО «Приморский парк» ФИО4

При составлении протокола присутствовал представитель ООО «Виктория» генеральный директор ООО «Рапан» управляющей компании ООО «Виктория» ФИО5, который выражал несогласие с наложением ареста.

02.06.2020 между ответчиками по делу заключен договор на оказание услуг по физической охране объекта № 5/К (том 1 л.д. 139-144), по условиям которого ООО «ЧОО «СБ Щит» как исполнитель приняло на себя обязанности по охране имущества и общественного порядка на территории по адресу <...> путем осмотра (обхода) территории и осуществления контрольно-пропускного режима (пункт 1.1), при этом в силу пункта 1.2 исполнитель приступил к фактическому оказанию охранных услуг со 02 июня 2020 года, а срок действия договора определен пункте 6.1 с 02 июня 2020 года по 08 июня 2020 года. В Приложении № 2 к договору № 5/К определен следующий режим охраны: пост № 1 – 4 сотрудника охраны, без оружия, без специальных средств с режимом работы с 08:00 до 8:00 ежедневно, пост № 2 – 4 сотрудника охраны без оружия, без специальных средств, с режимом работы с 8:00 до 8:00, назначение объекта – строительная площадка.

06.062020 заключен аналогичный договор № 6/К на период с 09 июня 2020 года по 31 декабря 2020 года (том 1 л.д. 145-151).

Полагая, что установленный контрольно-пропускной режим приводит к незаконному ограничению прав на пользование собственностью и арендованным земельным участком, в которых он не был ограничен постановлением Киевского районного суда города Симферополя Республики Крым от 22.05.2020 по делу № 3/6-416/2020, истец обратился к ответчикам с претензиями от 17.06.2020 – к ООО «Приморский парк» (том 1 л.д.66-68), что также подтверждается почтовой квитанцией от 17.06.2020 (том 1 л.д. 69), и от 15.06.2020 – к ООО «ЧОО «СБ Щит» (том 1 л.д. 70-71), почтовая квитанция от 15.06.2020 (том 1 л.д. 72), в которых потребовал прекратить чинить ему препятствия в пользовании имуществом по адресу: <...>, ограничивать в какой-либо форме доступ на указанную территорию, к помещениям и рабочим местам работникам ООО «Виктория», ООО «Строительная компания «Лагода», контрагентам, в том числе арендаторам ООО «Виктория», а от ООО «ЧОО «СБ Щит» – также обосновать осуществление деятельности в отсутствие поручения суда и/или следователя.

В претензиях также содержалось указание на то, что дальнейшее ограничение доступа повлечет за собой причинение убытков.

Ответы на данные претензии суду не предоставлены.

Предметом настоящего спора является требование ООО «Виктория» о возмещении убытков, вызванных необоснованным, по мнению истца, ограничением его хозяйственной детальности, а именно права пользования имуществом в период с 03 по 15 июня 2020 года.

Анализируя возникший спор, суд исходит из того, что статьей 35 Конституции Российской Федерации гарантировано право частной собственности, охраняемое законом, которое может быть ограничено не иначе как по решению суда.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) содержание права собственности составляют правомочия собственника по владению, пользованию и распоряжению своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2 статьи 209 ГК РФ).

В данном случае в рамках уголовного судопроизводства к истцу были применены меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на принадлежащее ему имущество.

Наложение ареста на имущество в таких случаях преследует цель обеспечения надлежащего исполнения приговора к подозреваемому, обвиняемому и состоит в запрете, адресованном собственнику или владельцу имущества, распоряжаться и в необходимых случаях пользоваться им, а также в изъятии имущества и передаче его на хранение (пункт 4 части 1 статьи 111, часть 2 статьи 115 УПК РФ).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 октября 2014 года № 25-П, такая уголовно-процессуальная мера, действительно, вторгается помимо воли собственника в его правомочия по владению, пользованию и распоряжению имуществом.

В то же время такое вмешательство осуществляется в соответствии с общим интересом.

В данном случае истец полагает, что им понесены убытки, которые превышают неизбежные при аресте имущества, поскольку понесены они в результате неправомерного установления ему ответчиками ограничений в пользовании имуществом, являющихся дополнительными к установленным судом ограничениями, что и послужило основанием для обращения с иском в суд.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрено, что к одному из способов защиты гражданских прав относится возмещение убытков.

В силу пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также предоставить доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, и обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Проверяя обоснованность утверждения истца о нарушении ответчиками его прав, суд установил, что ООО «Приморский парк» было назначено ответственным хранителем арестованного имущества истца на основании протокола от 01.06.2020.

При этом в соответствии с частью 6 статьи 115 УПК РФ он был предупрежден об уголовной ответственности по статье 312 Уголовного кодекса Российской Федерации и обязан был обеспечивать сохранность переданного ему на хранение имущества.

Суд отмечает несовпадение количества и состава имущества, поименованного в вышеуказанном постановлении суда от 22.05.2020, протоколе от 01.06.2020 (11 единиц, а именно: с кадастровыми номерами 90:18:010181:1, 90:18:010181:2, 90:18:010181:4, 90:18:010181:5, 90:18:010181:8-90:18:010181:11, 90:18:010181:19 и 2 объекта без кадастровых номеров), с одной стороны, и заявленных истцом в иске (10 единиц: кадастровые номера 90:18:010181:1 – 90:18:010181:6, 90:18:010181:8 – 90:18:010181:11), с другой стороны, что однако не носит принципиального значения и не препятствует разрешению спора, поскольку сам истец, как правило именует все объекты недвижимости как единый объект, расположенный по адресу: <...>, при этом адреса объектов совпадают.

Одновременно, с учетом того, что в исковых требованиях объекты применительно к конкретным нарушениям прав истца не конкретизируются, за исключением корпуса № 1 с кадастровым номером 90:18:010181:5, который поименован и в вышеуказанных постановлении, протоколе, и в иске, суд при рассмотрении дела находит возможным исходить из того, что речь во всех случаях, если не оговорено иное, идет об арестованном имуществе.

При этом, доводы истца о том, что земельный участок в целом, предоставленный ему в пользование для строительства и соответственно строительная площадка предметом ареста не выступали, отклоняются судом как не имеющие отношения к делу, поскольку при том, что в договорах на оказание услуг по охране объекта последний описывается как строительная площадка, прямые доказательства осуществления истцом строительства, а главное ограничения доступа на строительную площадку истцом в то же время не предоставляются.

Оценивая действия ответчиков, суд исходит из того, что согласно части 2 статьи 115 УПК РФ наложение ареста на имущество состоит в запрете, адресованном собственнику или владельцу имущества, распоряжаться и в необходимых случаях пользоваться им, а также в изъятии имущества и передаче его на хранение.

В части 6 там же установлено, что арестованное имущество может быть изъято либо передано по усмотрению лица, производившего арест, на хранение собственнику или владельцу этого имущества либо иному лицу, которые должны быть предупреждены об ограничениях, которым подвергнуто арестованное имущество, и ответственности за его сохранность, о чем делается соответствующая запись в протоколе.

С учетом буквального содержания вышеприведенных норм требования истца в той мере, в которой они основаны на несогласии истца с действиями следователя по передаче арестованного имущества на хранение, даже если бы таковые имели место вопреки установленному судом ограничению, не имеют правового значения для дела.

В частности, сведения об оспаривании в установленном порядке действий следователя по изъятию и передаче протоколом от 01.06.2020 арестованного имущества на хранение в материалах дела отсутствуют.

Предоставленные постановление Киевского районного суда города Симферополя Республики Крым от 29.09.2020 по делу № 3/10-295/2020 (том 3 л.д. 17) и апелляционное определение Верховного Суда Республики Крым от 05.11.2020 по делу № 22-3097/2020 (том 3 л.д. 18-19) при схожести отношений касаются все же действий по передаче на хранение при аресте имущества с составлением протокола от 01.07.2020, то есть возникли позже спорных правоотношений, в связи с чем даже не могли быть приняты сторонами во внимание в течение спорного периода.

В любом случае, ответчики причастны только непосредственно к осуществлению хранения во исполнение распоряжения следователя по уголовному делу и только при нарушении установленного порядка хранения могут отвечать за причиненные этим убытки.

Что касается письма Следственного управления МВД по Республике Крым от 05.06.2020 № 6/5-6649 «Об информировании» (том 1 л.д. 63), адресованного ООО «Приморский парк», в нем нет указаний на обратное, лишь отмечается, что в отсутствие иных ограничений, установленных судом, ООО «Приморский парк» необходимо при осуществлении хранения имущества соблюдать интересы иных заинтересованных лиц в его использовании, а также соблюдать права и обязанности работников.

При этом указаний на то,что ООО «Приморский парк» порядок хранения нарушается письмо не содержит, кроме того, согласно отметке на нем оно вручено адресату только 18.06.2020, то есть за пределами спорного периода (с 03 по 15 июня 2020 года).

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Поклажедателем может быть лицо, действующее на основании закона или договора и не являющееся собственником имущества.

В данном случае поклажедателем выступил следователь.

Обязанности ООО «Приморский парк» как хранителя определены законом (статья 891 ГК РФ), согласно которой хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи.

При отсутствии в договоре условий о таких мерах или неполноте этих условий хранитель должен принять для сохранения вещи также меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства, в том числе свойствам переданной на хранение вещи, если только необходимость принятия этих мер не исключена договором.

Что касается привлечения ООО «Приморский парк» профессиональных охранников ООО «ЧОО «СБ Щит», имеющего лицензию на осуществление частной охранной деятельности от 26.09.2019 № 82/229 (том 2 л.д. 13-14), суд считает необходимым отметить, что в силу статьи 895 ГК РФ при передаче вещи на хранение третьему лицу условия договора между поклажедателем и первоначальным хранителем сохраняют силу и последний отвечает за действия третьего лица, которому он передал вещь на хранение, как за свои собственные.

К тому же, защита объектов охраны от противоправных посягательств осуществляется частными охранниками при обеспечении внутриобъектового и пропускного режимов.

В силу статьи 3 Закона Российской Федерации от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 2487-1) в целях охраны разрешается предоставление, в частности, услуг по охране объектов и (или) имущества (в том числе при его транспортировке), находящихся в собственности, во владении, в пользовании, хозяйственном ведении, оперативном управлении или доверительном управлении (пункт 2 части 3).

Оказание услуг, перечисленных в части 3 указанной статьи 3, разрешается только организациям, специально учреждаемым для их выполнения и имеющим лицензию, предоставленную федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере частной охранной деятельности, или его территориальным органом (статья 11 Закона Российской Федерации от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации»).

При этом заключение охранными организациями договоров с клиентами на оказание охранных услуг осуществляется в соответствии с положениями статьи 9 настоящего Закона, к договору прилагаются копии заверенных заказчиком документов, подтверждающих его право владения или пользования имуществом, подлежащим охране, в соответствии с законодательством Российской Федерации (статья 12 там же).

При таких обстоятельствах, действующее законодательство не исключает привлечение охранной организации для хранения арестованного имущества и не может свидетельствовать о противоправности действий ООО «Приморский парк» и/или ООО «ЧОО «СБ Щит», в частности о том, что это привело к нарушению прав истца.

В то же время, привлечение ООО «ЧОО «СБ Щит» правового значения в контексте спора (убытков) и ответственности ООО «Приморский парк» не имеет, поскольку, что не оспаривает последний и как усматривается из материалов дела, меры и режим охраны, применяемые ООО «ЧОО «СБ Щит» определялись им, который аналогично продолжает оставаться ответственным перед поклажедателем.

Отсюда, истец обоснованно исходил из того, что в данном случае ответчики отвечают за возможные убытки солидарно.

Общие принципы о солидарном взыскании с ответчиков суммы ущерба предусмотрены нормами статьи 322 ГК РФ, в которой установлено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарная обязанность или требование предусмотрены договором или установлены законом, в частности, при неделимости предмета обязательства.

Таким образом, солидарная ответственность может применяться только в случаях, прямо установленных законом или договором, в частности при неделимости предмета неисполненного обязательства или совместного причинения вреда в соответствии с пунктом 1 статьи 1080 ГК РФ.

Оценивая в этом контексте содержание охранных мероприятий, которые истец полагает неправомерными, суд принимает во внимание, что законодательно установлено (то есть соответствует обычной практике, статья 12.1 Закон № 2487-1), что при обеспечении внутриобъектового и пропускного режимов на объектах охраны частные охранники имеют право:

1) требовать от персонала и посетителей объектов охраны соблюдения внутриобъектового и пропускного режимов. Правила соблюдения внутриобъектового и пропускного режимов, устанавливаемые клиентом или заказчиком, не должны противоречить законодательству Российской Федерации;

2) осуществлять допуск лиц на объекты охраны, на которых установлен пропускной режим, при предъявлении ими документов, дающих право на вход (выход) лиц, въезд (выезд) транспортных средств, внос (вынос), ввоз (вывоз) имущества на объекты охраны (с объектов охраны);

3) производить в пределах, установленных законодательством Российской Федерации, на объектах охраны, на которых установлен пропускной режим, осмотр въезжающих на объекты охраны (выезжающих с объектов охраны) транспортных средств, за исключением транспортных средств оперативных служб государственных военизированных организаций, в случае возникновения подозрения, что указанные транспортные средства используются в противоправных целях, а также осмотр вносимого на объекты охраны (выносимого с объектов охраны) имущества. Осмотр указанных транспортных средств и имущества должен производиться в присутствии водителей указанных транспортных средств и лиц, сопровождающих указанные транспортные средства и имущество;

4) применять физическую силу, специальные средства и огнестрельное оружие в случаях и порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации;

5) оказывать содействие правоохранительным органам в решении возложенных на них задач.

При таких обстоятельствах суд заключает, что в нарушение статьи 65 АПК РФ истцом не предоставлены суду доказательства того, что меры ответчиков по хранению, в том числе установленный контрольно-пропускной режим не были связаны (обусловлены) с обеспечением хранения, в том числе доказательства совершения ответчиками каких-либо противоправных действий в отношении истца.

Что касается самих убытков, их размера, суд отмечает, что доказательства того, что истец фактически понес расходы на оплату заработной платы и/или арендную плату за землю отсутствуют.

Так, истцом предоставлены документы о начислении заработной платы, в том числе расчетные ведомости от 15.06.2020 (том 1 л.д. 82-84), табели учета рабочего времени в дни недопуска на работу за июнь 2020 (том 1 л.д. 88-90), однако доказательства собственно выплаты данной заработной платы работникам, оплаты соответствующих налогов, сборов, обязательных платежей отсутствуют. В Заключении специалиста-бухгалтера от 02 июля 2020 года № 84 (том 1 л.д. 52-56) такие доказательства также не упоминаются.

В предоставленном платежном поручении от 14 декабря 2020 года № 433, которым истец перечисляет арендную плату за землю (том 3 л.д. 16) информация, позволяющая соотнести данный платеж со спорным периодом также отсутствует, в назначении платежа в качестве оплачиваемого месяца указан июль.

В то же время, поскольку статья 15 ГК РФ под убытками понимает не только расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело, но и расходы, которое оно должно будет произвести для восстановления нарушенного права, суд проверил обоснованность таких расходов истца.

Учитывая природу соответствующих расходов, они могли составить убытки истца только при условии, что он по вине ответчиков лишился возможности пользоваться соответствующим (оплачиваемым) благом, однако, доказательства того, что соответствующие расходы не были обусловлены обычной хозяйственной деятельностью истца, суду не предоставлены.

В частности, из материалов дела не усматривается созданная по вине ответчиков невозможность для истца пользоваться всем арендованным земельным участком, то есть земельным участком, не занятым арестованными объектами недвижимости, из чего невозможно заключить, что расходы истца на оплату арендной платы за землю за период с 03 по 15 июня 2020 года были необоснованными из-за неправомерных действий ответчиков.

Более того, истцом не предоставлен детальный расчет арендной платы с учетом постановления администрации города Евпатории Республики Крым от 21.11.2019 № 2404-п «Об утверждении положения о порядке определения размера арендной платы, платы за установление сервитута, в том числе публичного, платы за проведение перераспределения земельных участков, размера цены продажи, размера рыночной стоимости земельных участков, предоставления рассрочки платежа при выкупе и реструктуризации задолженности по арендной плате за пользование земельными участками, находящимися в муниципальной собственности муниципального образования городской округ Евпатория Республики Крым», предусматривающего исчисление арендной платы от кадастровой стоимости земельного участка.

Равно отсутствуют в деле доказательства того, что истец как арендодатель лишился арендной платы по договорам аренды нежилых помещений от 10.12.2019 № А-3/19, по которому ООО «Аудит-Сервис» арендовало помещение площадью 30,3 кв.м в корпусе № 1 с КН 90:18:010181:5 (том 1 л.д. 121-125) и от 10.12.2019 № А-4/19 с ООО «Риф-Тур», арендовавшим помещение площадью 60,4 кв.м там же (том 1 л.д. 126-130).

Применительно к заявленным истцом убыткам на оплату заработной платы суд, кроме того, отмечает, что из Актов явки сотрудников на работу от 03-05, 09-11, 15 июня 2020 года (том 1 л.д. 92-105) усматривается, что, несмотря на указание в них на недопуск сотрудников на рабочие места, в отношении матросов-спасателей время прибытия на работу отмечено в 8 часов 00 минут, время ухода с работы 16 часов 30 минут, что также подтверждается подписями работников и свидетельствует скорее об обратном утверждаемому, а именно о нахождении, то есть о допуске таких работников на работу (рабочее место) в течение всего рабочего времени. Также в вышеуказанных актах, за исключением акта от 15 июня 2020 года, отмечены только матросы-спасатели и контролеры, при этом какие-либо доказательства открытия, подготовки к открытию пляжа и/или действительных препятствий со стороны ответчиков, в том числе о недопуске работников ООО «Виктория» при предъявлении ими документов, подтверждающих трудовые отношения и т.п., суду не предоставлены.

Касательно убытков в виде расходов ответчика на выплату премии, начисленной таким работникам за спорный период приказами о поощрении от 15.06.2020 № 15-17 (том 1 л.д.85-87), суд, кроме того, обращает внимание, что при простое начисление премии противоречило бы принципу добросовестности и разумности, то есть обязанности истца принимать разумные возможные меры по уменьшению убытков (статья 404 ГК РФ), а также Положению самого истца об оплате труда, утвержденному 15.10.2014 (том 1 л.д. 75-79), которым предусмотрено материальное поощрение сотрудников за хорошие показатели в работе, профессиональное мастерство, высокие достижения в труде иные подобные показатели (пункт 4.1), что исключено при простое.

В отношении приводимого истцом обоснования убытков в виде невозможности нормального осуществления хозяйственной деятельности по вине ответчиков в целом, суд считает необходимым отметить следующее.

Указом Главы Республики Крым от 17.03.2020 № 63-У «О введении режима повышенной готовности на территории Республики Крым» в редакции Указа Главы Республики Крым от 31.05.2020 № 179-У «О внесении изменений в Указ Главы Республики Крым от 17 марта 2020 года № 63-У» на территории Республики Крым была приостановлена деятельность организаций и индивидуальных предпринимателей, осуществляющих деятельность (виды деятельности приведены в соответствии с Общероссийским классификатором видов экономической деятельности ОК 029-2014 (КДЕС ред. 2), утвержденным приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 31 января 2014 года № 14-ст) по следующим видам экономической деятельности:

9.1. «55 Деятельность по предоставлению мест для временного проживания» (в том числе детские лагеря, санатории, пансионаты, дома отдыха, палаточные лагеря, гостевые дома, базы отдыха, кемпинги, гостиницы, хостелы), за исключением предоставления мест для временного проживания для граждан, находящихся в служебных командировках;

9.9. «93 Деятельность в области спорта, отдыха и развлечений» (в том числе детские игровые комнаты, ледовые площадки (дворцы), плавательные бассейны, боксерские залы, поля для гольфа, тренажерные и фитнес-залы, батутные центры, деятельность различных аттракционов, включая механические и водные, игры, шоу, тематические выставки и площадки для пикников), за исключением случаев осуществления тренировочного процесса в дистанционном режиме;

9.10. «96.04 Деятельность физкультурно-оздоровительная» (в том числе деятельность бань и душевых по предоставлению общегигиенических услуг, спа-комплексов, аквапарков, деятельность саун, соляриев, салонов для снижения веса и похудения).

В соответствии с Указом Главы Республики Крым от 08.06.2020 № 187-У «О внесении изменений в Указ Главы Республики Крым от 17 марта 2020 года № 63-У» с 15 июня 2020 года разрешена деятельность пансионатов и домов отдыха, гостиниц при предоставлении мест для временного проживания граждан, зарегистрированных по месту пребывания или по месту жительства в Республике Крым и городе федерального значения Севастополе.

При этом, пунктом 3.6 в редакции Указа Главы Республики Крым от 09.06.2020 № 188-У «О внесении изменений в Указ Главы Республики Крым от 17 марта 2020 года № 63-У» для организаций и индивидуальных предпринимателей, деятельность которых Указом не ограничена предусмотрено направление уведомления по форме согласно приложению 7 к настоящему Указу путем прикрепления по ссылке: http://rk.gov.ru/uvedomlenie (за исключением исполнительных органов государственной власти Республики Крым, иных государственных органов Республики Крым, органов местного самоуправления муниципальных образований в Республике Крым, а также организаций, обеспечивающих деятельность и (или) обеспечивающих и реализующих функции указанных органов) или обязательства по форме согласно приложению 10 к настоящему Указу путем прикрепления по ссылке http://rk.gov.ru/uvedomlenie_kurort.

Согласно пункту 9 там же организации и индивидуальные предприниматели обязаны обеспечить направление уведомления по форме согласно приложению 7 к Указу путем прикрепления по ссылке http://rk.gov.ru/uvedomlenie, а санаторно-курортные организации, пансионаты, домам отдыха, гостиницы, гостевые дома, базы отдыха, кемпинги – обязательство по форме согласно приложению 10 к Указу путем прикрепления по ссылке http://rk.gov.ru/uvedomlenie_kurort (пункт 10).

Однако, доказательства направления таких уведомлений и/или обязательств истцом не предоставлены, равно не предоставлены приказ об объявлении простоя, иные доказательства приостановления деятельности истца по вине ответчиков.

Отсюда, в данном случае прямая (непосредственная) причинно-следственная связь, которая имеет место лишь тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и убытками не существует каких-либо иных обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой ответственности, между действиями ответчиков и убытками истца отсутствует, доказательства обратного суду не предоставлены. В размещенных на Портале Правительства Республике Крым в сети интернет Реестре организаций, имеющих право осуществлять деятельность с 18 мая 2020 года, Реестре организаций, предоставивших уведомление о начале работы c 01 мая 2020 года по 16 мая 2020 года, Реестре санаторно-курортных организаций, предоставивших обязательства организации санаторно-курортного или гостиничного комплекса при осуществлении деятельности в период эпиднеблагополучия по новой коронавирусной инфекции (COVID-19) сведения об ООО «Виктория» отсутствуют.

Более того, в отсутствие доказательств обратного, с учетом существующих судебных споров (дела № А83-3178/2019, № А83-9736/2019, № А83-20743/2020 и т.п.), у суда имеются неустранимые сомнения в том, что приостановление деятельности истца, если оно и имело место, не было обусловлено, хотя бы в части, мерами по предотвращения распространения новой коронавирусной инфекцией, существующими корпоративными спорами, обстоятельствами, послужившими основанием для возбуждения уголовного дела, в рамках которого накладывался и продлевался срок ареста имущества истца (постановление Киевского районного суда города Симферополя Республики Крым от 21.10.2020 по делу № 3/6-1024/2020 (том 2 л.д. 21-25) и т.п.).

Как уже отмечалось, к юридически значимым обстоятельствам по делу в данном случае относилось: наличие понесенных убытков и их размер, противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между такими действиями и возникшими убытками. Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность даже одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

С учетом всего вышеизложенного суд пришел к выводу, что истец в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказал причинение ему спорных убытков в результате противоправных действий ответчиков, в связи с чем основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в иске отказать полностью.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба, а в случае подачи апелляционной жалобы со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Республики Крым в порядке апелляционного производства в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд (299011, <...>) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Центрального округа (248001, <...>) в течение двух месяцев со дня принятия (изготовления в полном объёме) постановления судом апелляционной инстанции.


Судья В.Н. Шкуро