Постановление от 31 июля 2024 г. по делу № А41-30186/2021

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-11416/2024

Дело № А41-30186/21
31 июля 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 30 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 31 июля 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Семикина Д.С., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 03.02.2024 ,

конкурсный управляющий ООО «СК «Зодчий» ФИО4 лично, предъявлен паспорт,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 12 февраля 2024 года по делу №А41-30186/21,

УСТАНОВИЛ:

решением суда Арбитражного суда Московской области от 19.07.2022 ООО "СК "Зодчий" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о признании сделок, а именно договоров N ДЦ-77-3353/19 и N ДЦ-77-3356/19 от 28.05.2021, заключенных должником в лице генерального директора ФИО2 и гражданином ФИО2, недействительными и применении последствий их недействительности. Заявлено о применении последствий сделок в виде обязания Ответчика возвратить в конкурсную массу ООО "СК Зодчий" транспортные средства:

- Лексус RX300, VIN: <***>, 2019 г.в.; - Лексус RX300, VIN: <***>, 2019 г.в.

Впоследствии конкурсным управляющим в суд подано ходатайство об уточнении заявленных требований, ввиду того, что установлено выбытие транспортных средств из собственности ответчика.

В своих уточнениях конкурсный управляющий просил применить последствия недействительности сделок в виде взыскания денежных средств с ФИО2 в размере 10 882 800 руб.

Определением от 08.08.2023 ходатайство конкурсного управляющего об уточнении заявленных требований удовлетворено. Уточнения приняты судом к рассмотрению в порядке ст. 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Московской области от 12 февраля 2024 года заявленные требования были удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела и нарушение норм права. Одновременно апеллянтом было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной оценочной экспертизы.

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266 - 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, согласно ответу ГУ МВД России по Московской области (МУ МВД России «Раменское») от 13.04.2023 №3/2377706672341 в период с 27.12.2019 по 19.08.2021 за ООО «СК Зодчий» были зарегистрированы транспортные средства: Лексус RX300, VIN: <***>, 2019 г.в. и Лексус RX300, VIN: <***>, 2019 г.в.

Указанные транспортные средства были приобретены Должником по Договорам лизинга №ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019 и № ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019, заключенным с лизингодателем - ООО «Интерлизинг» (ИНН <***>).

28.05.2021 между ООО «СК «Зодчий» (Цедент) в лице генерального директора ФИО2 и ФИО2 (как физическим лицом) (Цессионарий) были заключены договоры уступки прав (цессии) №ДЦ -77-3353/19 и №ДЦ-77- 3356/19.

Согласно вышеуказанным договорам уступки прав (цессии), Цедент (должник) уступает, а Цессионарий (ФИО2) принимает в полном объеме будущее право (требование) Цедента к ООО «Интерлизинг» (Лизингодатель) на получение в собственность Предметов лизинга по договорам лизинга №ДЦ-77- 3353/19 от 16.12.2019 и №ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019, которые возникнут в будущем, а также иные права, принадлежащие Цеденту в соответствии с законодательством Российской Федерации и условиями договоров лизинга в отношении Предметов лизинга.

Согласно пункту 1.3. указанных договоров цессии, будущее право требования Цедента на получение в собственность Предмета лизинга по Договору лизинга переходит к Цессионарию в полном объеме по окончании срока Договора лизинга при условии оплаты Цедентом или иным лицом, включая поручителя по Договору лизинга, всех лизинговых и иных платежей, предусмотренных Договором лизинга и неустойки (пени штраф) по Договору лизинга, или и в случае досрочного выкупа Предмета лизинга путем заключения Цедентом с Лизингодателем соглашения к договору лизинга о досрочном выкупе предмет лизинга.

Согласно пункту 3 договоров цессии, Уступка права (требования) Цедента к должнику, осуществляемая по договору, является возмездной.

Согласно пункту 3.2 договоров цессии, за уступку прав требование по Договору лизинга Цессионарий обязуется уплатить Цеденту денежное вознаграждение в размере, порядке и срок согласованные Цедентом и цессионарием дополнительно.

15.06.2021 между ООО «Интерлизинг» (Лизингодатель) и ООО «СК Зодчий» (Лизингополучатель) в лице генерального директора ФИО2 подписаны Соглашения о досрочном выкупе Предмета лизинга по договорам лизинга ДЦ-77- 3353/19 от 16.12.2019 и №ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019.

По договору ДЦ-77-3353/19 от 16.12.2019 выкупная стоимость предмета лизинга на дату досрочною выкупа составляет 172 485,99 руб.

По договору №ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019 выкупная стоимость предмета лизинга на дату досрочного выкупа составляет 200 310,2I руб.

22.06.2021 между ООО «Интерлизинг» (Лизингодатель) и ФИО2 как новым Лизингополучателем в связи с уступкой прав, подписаны Акты приема-передачи предмета лизинга в собственность Лизингополучателя к договорам лизинга №ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019 и №ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019.

Согласно указанным Актам в собственность ФИО2 перешли транспортные средства, ранее принадлежащие должнику ООО «СК Зодчий», а именно Лексус RX300, VIN: <***>,2019 г.в. и Лексус RX300, VIN: <***>,2019 г.в.

Определением Арбитражного суда Московской области от 22 апреля 2021 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «СК «Зодчий».

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указал на то, что сделки по замене стороны в договорах финансовой аренды (лизинга) являются недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершены в период наличия неисполненных обязательств перед иными кредиторами при неравноценном встречном предоставлении, с целью причинения вреда как самому должнику так и его кредиторам.

Удовлетворяя заявленные требования в части признания сделок недействительными, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" закреплено, что дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Договор уступки прав требований по своей правовой природе является возмездным.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления N 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Между тем, как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Следовательно из толкования статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки должника подозрительной необходимо доказать два факта: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

Как отмечалось ранее, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда Московской области от 22.04.2021, следовательно, оспариваемые Договоры, заключенные должником с ФИО2 28.05.2021, попадают в период подозрительности, установленный как п. 1 так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Из условий договоров следует, что договоры являются договорами выкупного лизинга.

Применительно к условиям рассматриваемых сделок равноценность встречного представления следует устанавливать из условий договоров лизинга и обстоятельств их исполнения.

В силу статьи 665 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 2 Федерального закона N 164-ФЗ от 29.10.98 "О финансовой аренде (лизинге)" договором лизинга является договор, по которому арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором (лизингополучателем) имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование.

Под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который в соответствии со статьей 19 Закона о лизинге содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 17 от 14.03.14 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга").

Содержание договора лизинга определено в статье 15 Закона о лизинге, в том числе регламентированы обязанности лизингодателя и лизингополучателя.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 17 от 14.03.14 судам необходимо учитывать, что по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

В силу статьи 28 Закона о лизинге под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Нормами Закона о лизинге определено содержание права собственности на предмет лизинга. Так, предмет лизинга, переданный во временное владение и пользование лизингополучателю, является собственностью лизингодателя. Право владения и пользования предметом лизинга переходит к лизингополучателю в полном объеме, если договором лизинга не установлено иное. Право лизингодателя на распоряжение предметом лизинга включает право изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга (пункты 1 - 3 статьи 11 Закона о лизинге).

Договором лизинга может быть предусмотрено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон (пункт 1 статьи 19 Закона о лизинге).

Условиями Договора лизинга №ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019, заключенного с лизингодателем - ООО «Интерлизинг» предусматривался переход права собственности на бывший в эксплуатации автомобиль стоимостью 4 234 000, 00 руб.

В соответствии с пунктом 4 Договора общая сумма договора составляет 4 971 280,94 руб., в том числе 1 500 000,35 рублей - авансовый платеж, 4 962 656,65 - сумма денежных средств, включенных в график лизинговых платежей, 8 624,29 рублей - выкупная стоимость.

В приложении № 4 к Договору стороны согласовали график выкупной стоимости.

Условиями Договора лизинга № ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019, заключенного с лизингодателем - ООО «Интерлизинг» предусматривался переход права собственности на бывший в эксплуатации автомобиль стоимостью 3 784 000,00 руб.

В соответствии с пунктом 4 Договора общая сумма договора составляет 4 554 586,39 руб., в том числе 1 059 520,00 рублей - авансовый платеж, 4 539 390,36 - сумма денежных средств, включенных в график лизинговых платежей, 15 196,03 рублей - выкупная стоимость.

В приложении № 4 к Договору стороны согласовали график выкупной стоимости.

По смыслу действующего законодательства правовые последствия, для которых заключается соглашение о передаче прав и обязанностей по договору финансовой аренды от прежнего к новому лизингополучателю, состоит в переходе к новому лизингополучателю тех прав и обязанностей, которые сформировались по договору выкупного лизинга относительно его второй стороны - лизингодателя (статьи 382, 391 ГК РФ). Замена стороны договора выкупного лизинга на стороне лизингополучателя должна влечь прекращение у выбывшей стороны обязанности по дальнейшему осуществлению платежей с одновременной утратой права на владение и пользование, а также приобретение предмета лизинга в собственность посредством выкупа; новый лизингополучатель, напротив, с момента замещения стороны становится обязанным перед лизингодателем по уплате лизинговых платежей и вместе с этим получает право владеть и пользоваться лизинговым имуществом, а при выполнении условий договора - выкупить это имущество.

Соглашаясь с доводами управляющего о том, что Должник не получил равноценное встречное предоставление по Договорам уступки, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно заключению эксперта ООО АИС «Переводчик» № 1935/2023 от 03.08.2023 рыночная стоимость Автомобиля марки Lexus RX300, (VIN) <***>, 2019 г.в., (Договор лизинга №ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019) по состоянию на дату заключения договора цессии (28.05.2021) составляет 5 516 775,00 руб.

Согласно заключению эксперта ООО АИС «Переводчик» №1934/2023 от 03.08.2023 рыночная стоимость Автомобиля марки Lexus RX300, (VIN) <***>, 2019 г.в. (Договор лизинга №ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019) по состоянию на дату заключения договора цессии (28.05.2021) составляет 5 366 025,00 руб.

В то же время судом принято во внимание, что 05.12.2019 ФИО2 в соответствии с Договором беспроцентного займа от 05.12.2019 перечислил должнику в качестве займа собственные денежные средства в размере 1 600 000 руб., которые были внесены на расчетный счет ООО «СК «Зодчий» с тем, чтобы перечислить указанные денежные средства в качестве первоначального взноса (Аванса) в счет стоимости 2 приобретаемых в лизинг транспортных средств - Лексусов RX 300 2019 г.в.

Из Графика платежей следует, что аванс составил аналогичную денежную сумму в 1,5 млн. руб.

Поскольку заемные денежные средства не были возвращены ФИО2 Займодавцу, данные денежные средства были зачтены сторонами в стоимость транспортных средств, переданных в собственность ФИО2 по оспариваемым договорам.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела, а также не оспариваются конкурсным управляющим.

Кроме того, судом указано, что ФИО2 за счет его средств за ООО «СК «Зодчий» (Цедента) погасил по соглашениям от 15.06.2021 о досрочном выкупе предмета лизинга по договорам №ДЦ-77-3353/19 от 16.12.2019 и №ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019 как выкупную стоимость предметов лизинга на дату досрочного выкупа, так и пени, а также оплату за услуги лизинга, в общем размере 595 821,53 руб.

Таким образом, во исполнение условий о возмездности оспариваемых сделок ФИО2 (Цессионарием) по договорам лизинга и цессии было внесено за ООО «СК «Зодчий» из личных средств 2 195 821,53 руб. (1 600 000 руб. + 595 821,53 руб.).

Вместе с тем, суд указал, что рыночная стоимость спорных автомобилей на дату заключения договоров цессии составляла 10 882 800 руб. Следовательно, разница между ценой отчуждения и рыночной ценой составляет более чем в четыре раза, что, безусловно, свидетельствует о неравноценности встречного предоставления.

Судом также установлено, что ФИО2 на момент совершения оспариваемых сделок являлся генеральным директором ООО «СК «Зодчий», а также участником с размером доли 30 %, соответственно, заинтересованным лицом по отношению к Должнику.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо одновременное наличие двух условий: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления Пленума №63).

Как указывается в определении Верховного Суда РФ от 01.10.2020 № 305- ЭС19-20861 (4), цель причинения вреда имущественным правам кредиторов можно доказать, установив явную невыгодность (крайнюю убыточность) сделки для должника и его кредиторов, которую должен был осознавать любой разумный и добросовестный участник гражданского оборота, выступающий на стороне контрагента. Наиболее вероятно, что объяснение причин подобного поведения лежит за пределами формальных волеизъявлений сторон договора купли-продажи.

Соответствующие обстоятельства в своей совокупности могут указывать на целенаправленные действия по выводу активов из имущественной сферы должника в отсутствие какого-либо встречного предоставления, то есть на наличие достаточных оснований для квалификации действий стороны как направленных на причинение вреда кредиторам и для признания оспариваемой сделки подозрительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд указал, что цель причинения вреда кредиторов подтверждается тем, что оспариваемые сделки были совершены между аффилированными лицами, при наличии признаков неплатежеспособности, с разницей в цене отчуждения и рыночной ценой составляющей более чем в четыре раза, что, безусловно, свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов. ФИО2, являясь заинтересованным лицом по отношению к Должнику, получая спорные транспортные средства по цене отчуждения отличающейся от рыночной цены более чем в четыре раза, не мог не знать о том, что целью совершения сделок является причинение вреда кредиторам ООО «СК «Зодчий».

Указанные обстоятельства являются основанием для признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соглашаясь с выводом суда первой инстанции о неполучении Должником равноценного встречного предоставления и наличия оснований для признания сделок недействительными по заявленным основаниям, апелляционная коллегия в то же время не может согласиться с суммой денежных средств, подлежащих взысканию с ФИО2 в качестве применения последствий недействительности сделок, по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (п. 1 ст. 384 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Исходя из изложенного, целью заключения договора уступки является передача цедентом прав требования к третьему лицу и получение за это соразмерного встречного исполнения, для цессионария же такой целью является получение ликвидного актива в виде права требования за соразмерное встречное исполнение.

Как отмечалось ранее, согласно пункту 3 договоров цессии, Уступка права (требования) Цедента к должнику, осуществляемая по договору, является возмездной.

Согласно пункту 3.2 договоров цессии, за уступку прав требование по Договору лизинга Цессионарий обязуется уплатить Цеденту денежное вознаграждение в размере, порядке и срок согласованные Цедентом и цессионарием дополнительно.

15.06.2021 между ООО «Интерлизинг» (Лизингодатель) и ООО «СК Зодчий» (Лизингополучатель) в лице генерального директора ФИО2 подписаны Соглашения о досрочном выкупе Предмета лизинга по договорам лизинга ДЦ-77- 3353/19 от 16.12.2019 и №ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019.

По договору ДЦ-77-3353/19 от 16.12.2019 выкупная стоимость предмета лизинга на дату досрочною выкупа составляет 172 485,99 руб.

По договору №ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019 выкупная стоимость предмета лизинга на дату досрочного выкупа составляет 200 310,21 руб.

22.06.2021 между ООО «Интерлизинг» (Лизингодатель) и ФИО2 как новым Лизингополучателем в связи с уступкой прав, подписаны Акты приема-передачи предмета лизинга в собственность Лизингополучателя к договорам лизинга №ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019 и №ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019.

В то же время, в нарушение условий п. 3.2 Договоров стороны не заключили дополнительных соглашений к Договорам, в которых бы определялась цена автомобилей, ограничившись суммой, перечисленной ФИО2 по договорам лизинга за Должника, что безусловно свидетельствует о том, что Должник не получил равноценное встречное предоставление за переданные автомобили.

Таким образом, при расчете цены уступаемых прав стороны не учли размер выплаченных первоначальным лизингополучателем (должником) лизинговых платежей, то есть не компенсировали понесенные затраты должника.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 17 от 14.03.14 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Согласно пунктам 3.3 - 3.4 названного Постановления, если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 38 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.21), в случае оспаривания соглашения о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов устанавливается путем определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя. Последствия недействительности упомянутой сделки в случае признания ее недействительной определяются с учетом того, исполнены ли новым лизингополучателем в полном объеме обязательства перед лизингодателем.

Оценивая соглашение о передаче договорной позиции применительно к положениям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, следует проанализировать соотношение между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя.

При этом стоимость договорной позиции лизингополучателя определяется в зависимости от входящих в нее активов (наличие правомерного ожидания лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем, стоимость этого имущества с учетом износа и другие) и пассивов (размер просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер будущих лизинговых платежей и другие). То есть необходимо установить стоимость права требования лизингополучателя путем расчета прогнозируемого сальдо взаимных предоставлений, а не стоимость самого предмета лизинга.

Из абзаца десятого названного пункта Обзора следует, что размер вознаграждения за передачу договорной позиции, подлежащего выплате предыдущему лизингополучателю, необходимо сравнивать с рыночной стоимостью предмета лизинга, уменьшенной на оставшуюся часть лизинговых платежей, финансовых санкций по договору.

Так, в материалы дела представлен акт о проведении взаимозачета встречных требований от 21.06.2021, подписанный между ООО «СК «Зодчий» и ФИО2 в соответствии с которым Стороны пришли к соглашению зачесть встречные однородные требования, связанные с исполнением Договоров уступки прав требований №ДЦ-77- 3353/19 и №ДЦ-77-3356/19 от 28.05.2021.

Таким образом, ФИО2 фактически из собственных средств осуществлено авансирование покупки лизинговых транспортных средств (посредствам выдачи займа), а также погашение за ООО «СК «Зодчий» (Цедента) как лизинговых платежей и пени, так и оплата за услуги лизинга как таковые.

Как следует из материалов дела, денежные средства вносились ФИО2, в том числе, выдачей займа, в размере 1 600 000 рублей, а также следующими платежными поручениями:

1. По договору № ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019

Платежное поручение № 816800 от 09.03.2021 года на сумму 125 052,34 руб. от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг» оплата за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019 года, НДС включен.

Платежное поручение № 712914 от 12.04.2021 года на сумму 112 115,89 руб. от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг» оплата за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019 года, НДС включен;

Платежное поручение № 363708 от 18.06.2021 года на сумму 172 485,99 руб. от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг» оплата выкупной стоимости предмета лизинга за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019 года, НДС включен;

Платежное поручение № 370838 от 18.06.2021 года на сумму 31 668,43 руб. (пеня, не включенная в График платежей) от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг» оплата пени за предмет лизинга за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77- 3353/19 от 16.12.2019 года, НДС включен;

Платежное поручение № 375771 от 18.06.2021 года на сумму 73 306,55 руб. от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг» оплата услуг лизинга за июнь 2021 года за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019 года, НДС включен;

Платежное поручение № 384155 от 30.04.2021 года на сумму 185 422,45 руб. от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг» оплата за предмет лизинга за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019 года, НДС включен;

Таким образом, общая сумма перечислений составила 700 051,65 рублей.

2. По договору ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019:

Платежное поручение № 363211 от 31.03.2021 года на сумму 127 093,32 руб. от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг», оплата за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019 года, НДС включен;

Платежное поручение № 707171 от 12.04.2021 года на сумму 114 660,26 руб. от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг», оплата за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019 года, НДС включен;

Платежное поручение № 379350 от 30.04.2021 года на сумму 192 021,45 руб. от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг», оплата за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019 года, НДС включен;

Платежное поручение № 356030 от 18.06.2021 года на сумму 77 361,15 руб. от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг» оплата услуг лизинга за июнь 2021 года за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019 года, НДС включен;

Платежное поручение № 339163 от 18.06.2021 года на сумму 200 310,21 руб. от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг», оплата выкупной стоимости предмета лизинга за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019 года, НДС включен;

Платежное поручение № 348622 от 18.06.2021 года на сумму 40 689,20 руб. (пеня, не включенная в График платежей) от ФИО2 в пользу ООО «Интерлизинг» оплата пени за предмет лизинга за ООО «СК «Зодчий» по Договору лизинга № ЛД-77- 3356/19 от 16.12.2019 года, НДС включен.

Общая сумма перечислений составила 752 135,59 рублей.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт несения ФИО2 расходов на выкуп и приобретение транспортных средств в размере: 3 327 387,24 рублей, из которых 1 600 000 рублей - сумма основного долга по договору займа, 275 200 рублей - пеня за несвоевременный возврат займа, 700 051,65 рублей - лизинговые платежи (в т.ч. пени и выкупной платеж) по договору ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019, 752 135,59 рублей - лизинговые платежи (в т.ч. пени и выкупной платеж) по договору № ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019.

При этом апелляционная коллегия считает некорректной ссылку суда на заключения экспертов, представленных управляющим, по следующим основаниям.

Согласно пункту 13 Постановление Пленума ВАС РФ от 04.04.2014г. № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Представленные управляющим заключения об оценке рыночной стоимости автомобилей получены им в одностороннем порядке в нарушение требований ст. 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, эксперт об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался.

Кроме того, оценка была проведена без осмотра и предъявления автомобилей, без указания пробега транспортных средств, что существенно влияет на их стоимость, а также без вызова ответчика на процедуру оценки и без получения от него документации (на листе 3 Заключений указано, что эксперту был предоставлен лишь запрос о назначении оценочной экспертизы).

При этом, из Заключений следует, что для сравнительного анализа транспортных средств были взяты данные исключительно с сайта по продаже преимущественно недвижимого имущества «Авито» https://www.avito.ru/moskva., который не является специализированным сайтом по продаже автомобилей на этом рынке в отличие от сайта: https://www.auto.ru.

В то же время данные о стоимости на аналогичные транспортные средства, взятые из сети Интеренет, не могут быть безусловно приняты во внимание для определения рыночной стоимости проданных автомобилей, поскольку они не содержат источника такой информации.

Стоит также учитывать, что фактически отсутствует возможность определить техническое состояние таких транспортных средств в качестве сравнения с проданными автомобилями.

Кроме того, объявления о продаже схожих транспортных средств в сети Интернет не могут быть приняты в качестве достаточных доказательств неравноценности и иных приведенных обстоятельств, поскольку не подтверждают совершения сделок с аналогичным имуществом другими участниками гражданского оборота.

Ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы в суде первой инстанции сторонами не заявлялось.

Как отмечалось ранее, пункт 38 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 октября 2021 года Президиум разъяснил, что в случае оспаривания соглашения о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов устанавливается путем определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя.

Оценивая соглашение о передаче договорной позиции применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следует проанализировать соотношение между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя. Последствия недействительности упомянутой сделки в случае признания ее недействительной определяются с учетом того, исполнены ли новым лизингополучателем в полном объеме обязательства перед лизингодателем.

При этом стоимость договорной позиции лизингополучателя определяется в зависимости от входящих в нее активов (наличие правомерного ожидания лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем, стоимость этого имущества с учетом износа и др.) и пассивов (размер просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер будущих лизинговых платежей и др.).

То есть необходимо установить стоимость права требования лизингополучателя путем расчета прогнозируемого сальдо взаимных предоставлений, а не стоимость самого предмета лизинга.

Таким образом, в данном конкретном случае при определении получения равноценного встречного предоставления по договорам уступки, в отсутствие безусловных доказательств рыночной стоимости автотранспортных средств, рыночная стоимость уступленных прав должна была быть определена с учетом перешедших к новому лизингополучателю обязанностей по договорам уступки (цессии) от 28.05.2021 на дату совершения сделок по формуле: рыночная стоимость уступленных прав с учетом перешедших к новому лизингополучателю обязанностей = рыночная стоимость транспортного средства - сальдо встречных обязательств (то есть сумму лизинговых и иных платежей, уплаченных новым лизингополучателем по договорам финансовой аренды за оставшийся срок лизинга).

Так, стоимость договора лизинга № ЛД-77-3353/19 от 16.12.2019 составляет 4 971 280,94 руб.; общая сумма перечислений ФИО2 (без аванса) – 700 051,65 руб.; сумма внесенного аванса – 1500 000 руб.; сумма неустойки – 275 200 руб. Итого: 4 971 280, 94 – 700 051, 65 – 1500 000 – 275 200 = 2 496 029, 29 руб.

Стоимость договора лизинга № ЛД-77-3356/19 от 16.12.2019 составляет 4 554 586,39 руб.; общая сумма перечислений ФИО2 752 135,59 руб. Итого: 4 554 586,39 – 752 135,59 = 3 802 405,80 руб.

Таким образом, с учетом вышеизложенной правовой позиции, отраженной в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 17 от 14.03.14 и Обзоре судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.21), стоимость договорных позиций составляет 6 298 435,09 руб.

Именно на указанную сумму уменьшилась стоимость активов ООО «СК «Зодчий» в результате заключения оспариваемых договоров уступки прав.

При таких обстоятельствах оспариваемая сделка является недействительной применительно к положениям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Аналогичная правовая позиция указана в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 03 августа 2021 года по делу № А41-52065/19 постановлении Арбитражного суда Московского округа от 16 мая 2024 года по делу № А41-83820/22.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указание на это в заявлении об оспаривании сделки.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Учитывая установленные обстоятельства, в рассматриваемом случае применить последствия недействительности договоров уступки прав (цессии) по договорам лизинга в виде возврата ФИО2 переданных по договору прав и обязанностей невозможно, поскольку данные права и обязанности уже реализованы ФИО2, в связи с чем апелляционный суд полагает возможным в качестве применения последствий недействительности сделки обязать ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере стоимости договорных позиций по договорам лизинга - 6 298 435,09 руб.

При изложенных обстоятельствах определение суда подлежит изменению в части применения последствий недействительности сделок.

Ходатайство ФИО2 о назначении по делу судебной экспертизы рассмотрено судом и отклонено.

Согласно ч. 1 ст. 82 АПК РФ, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В соответствии с абз. 2 п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений ч. ч. 2, 3 ст. 268 АПК РФ, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.

Кроме того назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос. Определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 09.03.2011 N 13765/10 разъяснил, что судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

Апелляционной инстанции установлено, что сторонами в рамках настоящего дела в суде первой инстанции ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, не заявлялось.

Учитывая изложенное, исходя из фактических обстоятельств дела, апелляционная коллегия отклонила ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы.

Иные доводы апеллянта о законности сделок рассмотрены судом и отклонены, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства.

Исходя из изложенного выше, определение от 12.02.2024 подлежит изменению.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 12 февраля 2024 года по делу №А41-30186/21 изменить в части применения последствий недействительности сделок.

Взыскать с ФИО2 в конкурсную массу ООО «СК «Зодчий» 6 298 435,09 руб. В остальной части отказать.

В остальной части определение от 12 февраля 2024 года оставить без изменения.

Возвратить ФИО2 с депозитного счета Десятого арбитражного апелляционного суда 24 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.


Председательствующий


В.А. Мурина



Судьи


Д.С. Семикин



А.В. Терешин