Постановление от 25 июня 2024 г. по делу № А43-22560/2023

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017

http://1aas.arbitr.ru,  тел/факс: (4922) телефон 44-76-65, факс 44-73-10




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


г. Владимир

«26» июня 2024 года                                                     Дело № А43-22560/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 июня 2024 года


Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Кастальской М.Н.,

судей Гущиной А.М., Захаровой Т.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Большаковой Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ИНКОР» на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 03.04.2024 по делу  №А43-22560/2023, принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ИНКОР» (ОГРН<***>, ИНН<***>) о признании незаконным решения Приволжской электронной таможни от 19.05.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10418010/270223/3025224, а также об обязании Приволжской электронной таможни восстановить нарушенные права заявителя путем возврата излишне списанных таможенных платежей (НДС) в размере 523 452, 24 рублей и пени в размере 8 833, 26 рублей.


при участии:

от заявителя – не явились, извещены;

от ответчика – ФИО1 по доверенности от 10.01.2022 №01-06-31/00086, представлен диплом о высшем юридическом образовании, ФИО2 по доверенности от 09.01.2024, специалист 



УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «ИНКОР» (далее по тексту – заявитель, ООО «ИНКОР») с заявлением о признании незаконным решения Приволжской электронной таможни (далее - ответчик, ПЭТ, таможенный орган) от 19.05.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10418010/270223/3025224, а также об обязании Приволжской электронной таможни восстановить нарушенные права заявителя путем возврата излишне списанных таможенных платежей (НДС) в размере 523 452,24 рублей и пени в размере 8 833,26 рублей.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 03.04.2024 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО «ИНКОР» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Нижегородской области от 03.04.2024 года по делу №А43-22560/2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных ООО «ИНКОР» требований.

ООО «Инкор» считает, что при вынесении решения судом неправильно применены нормы материального права.

Приволжской электронной таможней представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором ответчик просит оставить решение без изменения, жалобу без удовлетворения.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил решение суда оставить без изменения.

В судебное заседание не явились представители заявителя, суд располагает сведениями об их надлежащем извещении о дате,  времени и месте судебного заседания в порядке ст. 123 АПК РФ, в том числе путем размещения информации на сайте Первого арбитражного апелляционного суда.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие не явившихся представителей.

Законность принятого судебного акта, правильность применения норм материального и процессуального права проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 257 - 262, 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном этим Кодексом.

В соответствии с частью 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, что также отражено в пункте 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Частью 4 статьи 200 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, 27.02.2023 ООО «ИНКОР» на Приволжский таможенный пост (центр электронного декларирования) Приволжской электронной таможни (далее – Приволжский ЦЭД) подана декларация на товары (далее – ДТ) № 10418010/270223/3025224 в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления товара: «станки металлообрабатывающие: вертикальные обрабатывающие центры, не военного назначения, область применения - металлургическая промышленность, поставляется частично в разобранном виде для удобства транспортировки, производитель: «SINO MACHINERY CO., LTD» (Китай), товарный знак: отсутствует, модель: SVD 1270, количество: 1 шт., вес нетто: 9 595 кг (92.3% брутто), вес брутто: 10 395 кг, фактурная стоимость: 468 085 юаней, статистическая стоимость: 78 027.75 долл.США, таможенная стоимость: 5 829 351.78 руб.: * за кг нетто (указано 9595): 607.54 руб. = 7.64 EUR = 8.13 долл.США * за шт. (указано 1): 5829351.78 руб. = 73259.20 EUR = 78 027.75 долл.США

Товары ввезены из Китая в рамках исполнения внешнеторгового контракта от 22.08.2022 № 2208/97, заключенного с компанией «SINO MACHINERY CO., LTD» (Китай), на условиях поставки FOB SHANGHAI.

Таможенная стоимость товаров определена и заявлена декларантом с применением метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами в соответствии со статьями 39, 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС).

В соответствии с заявленными условиями поставки в таможенную стоимость товаров включены расходы по транспортировке до места прибытия на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее – ЕАЭС, Союз).

Для подтверждения заявленных сведений о таможенной стоимости декларантом представлены следующие документы: внешнеторговый контракт от 22.08.2022 №2208/97, спецификация от 19.09.2022 №5; дополнение к спецификации от 10.10.2022 №2; инвойс от 03.02.2023 №SNM23026; договор ТЭО от 12.12.2022 №AURZ 158-01.22.

При проведении контроля таможенной стоимости товаров до их выпуска ПЭТ обнаружены признаки, указывающие на то, что сведения о таможенной стоимости товаров, заявленных в таможенной декларации, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными: выявлены несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость ввозимых товаров и содержащихся в одном документе, иным сведениям, содержащимся в иных документах, в том числе в документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары: 1) в пункте 4 контракта предусмотрено, что условия оплаты указываются в спецификации. ООО «ИНКОР» представлена спецификация №5 (формализованный вид), не содержащая сведений об условиях оплаты. Так же представлено дополнение к спецификации (формализованный вид), исходя из текста которого, предусмотрена предоплата, документы по оплате декларантом не представлены; 2) выявлены низкие цены: анализ информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа показал, что ранее товары того же класса и вида декларировались иными участниками ВЭД по более высокой стоимости. В связи с выявленными признаками недостоверного декларирования таможенной стоимости товаров и недостаточным документальным подтверждением заявленных сведений, необходимо дополнительное выяснение обстоятельств рассматриваемой сделки и условий продажи товаров, обусловливающих расхождение между величиной таможенной стоимости товаров и ценовой информацией, имеющейся в распоряжении таможенного органа, а также получение разъяснений относительно выявленных признаков недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости декларируемых товаров.

27 февраля 2023 ПЭТ направлен запрос дополнительных документов и (или) сведений в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС. Срок представления документов установлен в соответствии с пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС. Одновременно с данным запросом ООО «ИНКОР» направлен расчет размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов.

21 апреля 2023 ООО «ИНКОР» в электронном виде представлены дополнительные документы и сведения.

12 мая 2023 ПЭТ в адрес ООО «ИНКОР» в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС направлен запрос о представлении дополнительных документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений.

17 мая 2023 во исполнение запроса ПЭТ заявителем в электронном виде представлены дополнительные документы и сведения.

По результатам анализа представленных при декларировании и в ходе таможенного контроля документов и сведений, а также информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа, Приволжской электронной таможней 19.05.2023 принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости товаров, заявленные в ДТ № 10418010/270223/3025224. Величина скорректированной таможенной стоимости товаров определена методом по стоимости сделки с однородными товарами (метод 3). В качестве аналога при определении таможенной стоимости использована ценовая информация о стоимости однородных товаров, продекларированных в ДТ № 10013160/030223/3048399 (товар № 1) на условиях поставки EXW SHUYANG.

Не согласившись с данным решением от 19.05.2023, ООО «ИНКОР» обратилось  в суд с рассматриваемыми требованиями.

С позиции заявителя, таможенная стоимость всех декларируемых товаров была правомерно определена декларантом методом "по стоимости сделки с ввозимыми товарами" (метод 1).

Отказывая в удовлетворении требований,  суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемое в рамках настоящего дела решение  соответствует требованиям таможенного законодательства и не нарушает прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Оценивая законность решения суда, апелляционная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с пунктами 1, 10, 14, 15 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС, основано на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994) и Соглашения по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года. Таможенная стоимость товаров определяется декларантом. Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС. В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС, применяемыми последовательно. При невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС в качестве основы для определения таможенной стоимости товаров может использоваться либо цена, по которой оцениваемые, идентичные или однородные товары были проданы на таможенной территории ЕАЭС, в соответствии со статьей 43 ТК ЕАЭС, либо расчетная стоимость товаров в соответствии со статьей 44 ТК ЕАЭС. В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41-44 ТК ЕАЭС, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС при выполнении условий, названных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 статьи 313 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Исходя из вышеизложенных норм следует, что праву таможенного органа на запрос дополнительных документов корреспондирует обязанность декларанта предоставить данные документы в установленный срок, с целью подтверждения сведений, заявленных в таможенной декларации, либо пояснения, по которым документы, запрошенные таможенным органом при проведении контроля таможенной стоимости товаров, не могут быть представлены.

В случае непредставления запрошенных документов либо пояснений, по которым дополнительные документы не могут быть представлены, таможенный орган направляет требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации.

Проверка таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатая после выпуска товаров, либо в иных случаях применения данной формы таможенного контроля проводится в соответствии со статьей 326 ТК ЕАЭС, за исключением проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, предусмотренном пунктом 10 статьи 324 ТК ЕАЭС (пункт 9 статьи 324 ТК ЕАЭС).

При проведении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатой после выпуска товаров, либо в иных случаях применения данной формы таможенного контроля таможенный орган вправе запрашивать и получать документы и (или) сведения, необходимые для проведения таможенного контроля, в соответствии со статьей 340 ТК ЕАЭС (пункт 1 статьи 326 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктом 2 статьи 367 ТК ЕАЭС проверка достоверности сведений осуществляется путем их сопоставления с информацией, полученной из других источников, в том числе по результатам проведения иных форм таможенного контроля, анализа сведений специальной таможенной статистики, обработки сведений с использованием программных средств, а также другими способами, не запрещенными законодательством Российской Федерации.

По результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатой после выпуска товаров, таможенным органом принимаются решения в соответствии с ТК ЕАЭС, а по результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в иных случаях - в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании (пункт 3 статьи 326 ТК ЕАЭС).

В рассматриваемом случае, в подтверждение формирования цены на ввозимые товары ООО «ИНКОР» были представлены: прайс-лист продавца без даты составления документа, срок действия: с 23.05.2022 по 31.12.2022, письмо продавца товаров от 31.08.2022.

При анализе представленных документов ПЭТ установлено, что сведения о формировании цены в представленном прайс-листе не соответствуют сведениям, содержащимся в представленном декларантом письме продавца (в котором поясняется, что: «в ответ на специальную акцию, проводимую компанией Инкор с 1 сентября по 31 декабря 2022 г. Настоящим мы, компания Sino, поддерживаем указанные ниже специальные цены для этой акции»), а именно: - пояснения об условиях проводимой декларантом акции не представлено; - скидка предоставляется от цен, установленных для ООО «ИНКОР»; - «специальные» цены в письме на товар не указаны, никаких приложений данное письмо не содержит; - продавец указывает, что скидка не распространяется на товары, находящиеся на складе ООО «ИНКОР», тем самым влияя на торговую политику декларанта.

Таким образом, ПЭТ выявлено, что цены на товар устанавливаются индивидуально для декларанта в целях проведения акции на территории РФ и данное предложение не является публичной офертой.

Кроме того, ООО «ИНКОР» представлена Спецификация от 19.09.2022 №5, в которой указана цена станка в размере 421 935,00 юаней без разбивки стоимости станка и дополнительного оборудования, а уже датой позднее представлена проформа-инвойс от 21.09.2022 №22092101 с разбивкой цены товара, где стоимость станка указана в размере 348 885 юаней с представленной скидкой. В дальнейшем, цена изменялась в соответствии с проформой-инвойсом от 07.10.2022 № 22092101 и Дополнительным соглашением № 2 от 10.10.2022 к Спецификации № 5 до 468 085 юаней.

Анализ данных документов позволил ПЭТ установить, что цена формировалась произвольно, это следует из хронологической цепочки документов: - 19.09.2022 между сторонами подписана Спецификация №5, в которой была согласована цена станка в комплектации 1.1 в размере 421 935 юаня, при этом стоимость дополнительного оборудования не выделена, следовательно, не представляется возможным определить в каком размере и на основании каких документов согласовывалась цена. - 21.09.2022 выставлена проформа-инвойс № 22092101 (декларант ее называет в письме коммерческим предложением), в которой указана цена станка (без дополнительного оборудования) в размере 348 885 юаней, что позднее даты спецификации от 19.09.2022. Представленная счет-проформа № 22092101, не может являться документом, на основании которого согласовывалась цена, так как она выставлена датой позже (21.09.2022), чем подписанная Спецификация №5 (19.09.2022), следовательно, на основании данного документа цена не могла быть согласована, а документ, который послужил первоначальным предложением, - не представлен, переписка с продавцом о согласовании цены не представлена. 07 октября 2022 выставлена «новая» проформа-инвойс № 22092101 и согласовано Дополнительное соглашение №2 от 10.10.2022 к Спецификации № 5, в которых указана цена станка в размере 468 085 юаней, однако из данных документов не представляется возможным определить на основании каких документов согласовывалась цена.  20 октября 2022 в Дополнительным соглашении № 4 была документально согласовано применение данной скидки с подтвержденным конечным пользователем, однако данное соглашение составлено только 20.10.2022, спустя месяц от цены, которая была согласована 19.09.2022.

На основании изложенного ПЭТ пришла к выводу, что контрагентами сначала была подписана спецификация, потом выставлено коммерческое предложение и спустя месяц закреплена скидка дополнением к контракту.

Каким образом согласовывалась стоимость дополнительного оборудования, ПЭТ установить не представляется возможным, последовательность установления скидки так же не подтверждается.

Кроме того, одним из условий предоставления скидки, как указанно в прайс-листе – заказ с подтвержденным конечным пользователем.

В рамках запроса по пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС у ООО «ИНКОР» запрашивались пояснения: - каким образом исполнялось условие предоставления скидки по подтверждению конечного пользователя? - как данный факт влияет на стоимость товара?

По указанным вопросам декларант пояснения не представил, указав, что «оплачивает баланс до отгрузки товара».

В ходе анализа представленных декларантом документов ПЭТ установлено, что указанный довод декларанта (о том, что на скидку влияет оплата за товар) не соответствует действительности. Декларантом представлен прайс-лист без даты, а также перевод. При этом, выявлено, что перевод прайс-листа содержит сведения, которые отсутствуют в оригинале документа. Следовательно, условия оплаты в оригинале прайс-листа отсутствуют. Таким образом, декларант представляет таможенному органу не официально переведенную информацию заверенную лицом, официально имеющим право осуществлять перевод, а перевод прайс-листа представлен в искаженном виде - содержащий выгодную для себя информацию. Декларантом было представлено письмо Продавца товаров от 31.08.2022, в котором указано, что опции будут поставляться в соответствии с прайс-листом, следовательно, таможенным органом и был запрошен указанный документ. В целях анализа формирования стоимости сделки ввозимых товаров, таможенным органом, в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС запрошена информация: представить пояснения от продавца товаров: предоставлялась ли скидка на дополнительное оборудование; представить прайс-лист на дополнительное оборудование. По указанным вопросам декларант пояснения не представил, указав, что «оплачивает баланс до отгрузки товара», ООО «ИНКОР»  были представлены только пояснения от своего имени, что «скидка не предоставлялась на дополнительное оборудование».

Кроме того, ПЭТ было запрошено пояснение от продавца товаров, однако, ООО «ИНКОР» ограничилось только своими пояснениями, без предоставления подтверждающего документа от продавца, в котором, в противоречие содержания письма продавца указало, что прайс-лист на дополнительное оборудование отсутствует, однако ни какого документа, на основании которого происходило согласование цены, ООО «ИНКОР»  не представлено.

Учитывая, что по запросу ООО «ИНКОР»  не представлен прайс-лист на дополнительное оборудование, который указан в письме от 31.08.2022, ПЭТ не смогло установить, на основании каких документов происходило формирование цены на дополнительное оборудование, каким образом согласовывалась стоимость станка и дополнительного оборудования.

Ссылка ООО «ИНКОР» на то, что ПЭТ представлялось письмо от 21.05.2022, правомерно отклонена судом, поскольку не соответствует перечню документов, которые представлялись ООО «ИНКОР»  по запросам ПЭТ. Указанное письмо не представлялось декларантом в ПЭТ. В подтверждение формирования цены на ввозимые товары ООО «ИНКОР»  были представлены: прайс-лист продавца без даты составления документа. Срок действия указан с 23 мая по 31 декабря 2022 год, однако сведения в представленном прайс-листе не соответствуют представленному ООО «ИНКОР»  письму продавца от 31.08.2022, в котором говорится, что «в ответ на специальную акцию, проводимую компанией Инкор с 1 сентября по 31 декабря 2022 г. Настоящим мы, компания Sino, поддерживаем указанные ниже специальные цены для этой акции». Цены в письме на товар не указаны, никаких приложений данное письмо не содержит. Пояснения об условиях проводимой декларантом акции не представлено.

Как верно отметил суд первой инстанции, исходя из содержания письма, скидка предоставляется от цен, установленных для ООО «ИНКОР», продавец также указывает, что скидка не распространяется на товары находящиеся на складе ООО «ИНКОР», тем самым влияя на торговую политику декларанта. Таким образом, цены на товар устанавливаются индивидуально для декларанта, в целях проведения акции на территории РФ и данное предложение не является публичной офертой.

Кроме того, ПЭТ установлено, что и документально скидка была согласована позже дополнительным соглашением №4 от 20.10.2022, спустя месяц от цены, которая была согласована 19.09.2022, условия оплаты за станки, которые были ввезены значительно дороже по ДТ № 10418010/231222/3236272, согласованные по Спецификации № 3 от 07.09.2022, при повышении цены тоже были пересмотрены в сторону предоплаты (дополнительное соглашение № 5 от 09.12.2022 к Спецификации №3).

Также, ПЭТ проанализирована Спецификация № 3 от 07.09.2022 на сумму 3 324 425 юаня и установлено, что первоначально были согласованы условия оплаты: 664 885 юаня (20% предоплата, в течение 5 банковских дней с даты подписания контракта); 2 659 540 юаней (80% постоплата, в течение 120 банковских дней с момента коносамента), впоследствии, когда цена станков увеличилась, согласно дополнительному соглашению № 5 от 09.12.2022 и размер Спецификации № 3 и составила 3 755 212,5 юаней, цена станка увеличилась, причины увеличения цены не указаны, то была установлена предоплата (абз.4 п.1) «Остальная сумма в размере 3090327.5 юаней в течение 10 банковских дней после получения от Продавца уведомления о готовности оборудования к отгрузке с завода-изготовителя».

Ссылки ООО «ИНКОР»  на платежные поручения от 19.09.2022 № 192 на сумму 664 885 юаня и от 23.05.2023 № 174 на сумму 1 486 647,5 юаня также обоснованно не приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку данные документы ПЭТ не предоставлялись, при этом, сумма представленных платежных поручений меньше суммы спецификации №3 от 07.09.2022 и пояснения по каким причинам оплата происходила не в соответствии с установленными условиями контракта заявителем не представлены. Между тем, в распоряжении ПЭТ имелись документы Спецификация №3 от 07.09.2022 и Дополнительное соглашение № 5 от 09.12.2022, на основании информации содержащейся в данных документах ПЭТ и сделала соответствующие выводы, что условия оплаты не влияют на цену товара.

На основании суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ПЭТ были установлены ограничения применения метода по стоимости сделки, пояснения ООО «ИНКОР»  не представило, основания предоставления скидки, механизм ее действия, факторы, оказывающие на нее влияние, в распоряжение ПЭТ не представлены, что свидетельствует о том, что заявленная таможенная стоимость оцениваемых товаров не основывается на документально подтвержденной информации, продажа товаров и их цена зависят от условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, что так же является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Также ПЭТ выявлено, что одним из условий предоставления скидки, как указанно в прайс-листе – заказ с подтвержденным конечным пользователем, однако пояснения по вопросам о подтверждении конечного пользователя ООО «ИНКОР»  не представлены. ООО «ИНКОР»  пояснило, что скидка от основного прайс-листа на оборудование не является существенной, а в случае заказа товара под конкретного подтвержденного конечного получателя, не возлагает на покупателя какие-либо ограничения по реализации товара, изменяются только условия оплаты по конкретному станку.

На запрос ПЭТ, «каким образом исполнялось условие предоставления скидки по подтверждению конечного пользователя и как данный факт влияет на стоимость товара» ООО «ИНКОР»  представлено пояснение, что «станок клиентский, т.е. на него предоставляется скидка 5%, в связи с тем, что ООО «ИНКОР» оплачивает баланс до отгрузки товара». При этом, подтверждающих пояснений от продавца не представлено. Кроме того, в прайс-листе декларантом условия оплаты были вписаны, а требование по подтверждению конечного покупателя присутствуют в оригинале документа. Представленное дополнительное соглашение №4 от 20.10.2022 отражает только одно условие предоставления скидки – подтверждение конечного пользователя, размер скидки не указан.

Доводы заявителя, о возникновении «кассового разрыва» и как следствие предоставление скидки из-за условий оплаты судом первой инстанции правомерно отклонены, поскольку в коммерческой практике указываются условия оплаты, но это не связано с указанием условия подтверждение конечного покупателя. В целях подтверждения заявленной таможенной стоимости ООО «ИНКОР»  представлялись платежные поручения по оплате за товар от 27.09.2022 № 204 и от 01.02.2023 №31. Анализ спецификации №3 от 07.09.2022 (по поставке ранее ввезенных станков по другой ДТ № 10418010/231222/3236272 в рамках рассматриваемого внешнеторгового контракта) показал, что условия оплаты не зависят от предоставления скидки, а изменяются при увеличении цены на товар в большую сторону.

Ссылка ООО «ИНКОР» на письмо от 31.08.2022 также не может быть признана обоснованной, поскольку данное письмо не соотносится с рассматриваемой парией товаров и: данное письмо не содержит никакой информации о ценах на рассматриваемую модель станков; указывается, о специальной акции проводимую ООО «ИНКОР», следовательно, на территории РФ; скидка предоставляется от закупочных цен, установленных для ООО «ИНКОР»; цены предлагаются только для заказов из Китая, но не со склада ООО «ИНКОР» (в переводе декларанта указано иначе «не для складских заказов». В данном случае декларант предоставляет искаженный перевод письма «выгодный» для него, а не официальный текст. Таким образом, письмо указывает на дополнительные взаимоотношения имеющиеся у декларанта с продавцом товаров, не ограничивающиеся отношениями обычного продавца и покупателя.

Согласно пункту 8 пояснительного письма, ООО «ИНКОР» указывает, что он является дилером станков SINO на территории РФ на протяжении нескольких лет. Данная информация подтверждается и сведениями, имеющимися на официальном сайте ООО «ИНКОР»: Так же на данном сайте размещено письмо, из перевода которого следует, что «ООО «ИНКОР» имеет официально право продавать станки SINO на российском рынке».

Между тем, документальное подтверждение того факта, что декларант является официальным дилером не представлено, порядок установления категории дилера заявителем не подтвержден, пояснения со стороны продавца товаров не представлены.

Как верно указано судом первой инстанции, обязательным условием Дилерского соглашения является установление территориального ареала деятельности дилера, Дилерское соглашение устанавливает ряд обязанностей на дилера, в частности по активному продвижению продукции на рынке, увеличению объемов продаж на территории, улучшение репутации, рекламные проекты. Таким образом, дилер в рамках заключенного соглашения исполняет комплекс обязанностей, в том числе, связанных с возникновением у него дополнительных материальных затрат, издержек. При этом соглашение должно содержать условия и порядок возмещения материальных затрат дилера, возникших в результате исполнения им соглашения, а также размеров вознаграждения дилера за исполнение соглашения.

В рассматриваемом случае, дилерское соглашение ООО «ИНКОР» не представлено, что не позволило ПЭТ проверить достоверность заявленных сведений о цене товара, и, как следствие, таможенной стоимости рассматриваемых товаров, в части наличия факторов, оказывающих влияние на цену товаров, таких как дилерские скидки, стимулирование увеличения объема продаж, выполнения плана продаж и возмещения материальных затрат дилера при исполнении соглашения.

Дилерские отношения подразумевают более широкие права и обязанности сторон, относительно обычной сделки купли продажи, и, обычно, оформляются сторонами отдельным договором, однако данный договор и иные документы, отражающие его статус, а также отношения сторон, их права и обязанности (которые, в том числе, могут являться затратными или оказывать влияние на цену товаров), декларант не представил.

Таким образом, установить, какие права, обязанности (в том числе - финансовые), накладываются на декларанта в связи с его статусом, невозможно. Ни один документ не содержит какой-либо информации о правах, обязанностях сторон, проистекающих из дистрибьюторского (дилерского) статуса декларанта. При наличии обстоятельств (дистрибьюторские отношения), которые должны оказывать влияние на отношения сторон по контракту, на цену сделки с товарами и ее формирование, документов, которые определяли бы эти обстоятельства документально, ООО «ИНКОР»  не представлено.

Согласно статье 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары, при выполнении указанных в статье условий.

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 2 статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года оценка ввезённого товара для таможенных целей должна основываться на действительной стоимости ввезённого товара, под которой понимается цена, по которой во время и в месте, определённых законодательством страны ввоза, такой или аналогичный товар продаётся или предлагается для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции. Предполагается, что цена сделки является рыночной, если на ее формирование не повлияли никакие коммерческие, финансовые и иные факторы и условия, как указанные, так и не указанные в контракте.

Данное положение подтверждается правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Пленума ВС РФ от 26.11.2019 № 49.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ПЭТ не представлены документы, позволяющие убедиться в том, что контрактная цена сформирована без влияний условий, с учетом рыночных цен, на цену ввозимых товаров оказывает влияние условия связанные с конкретной продажей товаров определенному покупателю, имеет место отклонение от обычной торговой практик на свободном, конкурентном рынке товаров.

Кроме того, ООО «ИНКОР»  представлены документы по реализации товара на территории РФ, из которых усматривается, что цена реализации товара значительно отличается от заявленной стоимости товара. В подтверждение цены реализации ООО «ИНКОР»  в письме перечислены статьи расходов, из которых складывается цена реализации товаров, но без подтверждающих документов и без указания конкретного расчета (калькуляции).

На запрос ПЭТ от 27.02.2023 о предоставлении документов и (или) сведений заявитель в письме от 20.04.2023 № 226 пояснил, что цена продажи по договору поставки № №2206/10 от 14 «июня» 2022 года складывается из следующих статей: 1) Фактурная стоимость Прайс-лист, действующий с 23.05.2022 по 31.12.2022; 2) Международный фрахт, перевозка по РФ до склада г. Пермь Счет №20230206-0050 от 06.02.2023; 3) Таможенные платежи, уплаченные при выпуске ДТ № 10418010/270223/3025224; 4) Расходы на доставку до заказчика; 5) Затраты на предпродажную подготовку, пуско-наладочные работы, найм спецтехники для погрузки/разгрузки оборудования. Затраты на выплату премиальной части сотрудников; 6) Коммерческая надбавка ООО «ИНКОР». При этом ООО «ИНКОР» указало, что «затраты, указанные в пунктах 5, 6, – являются коммерческой тайной и не подлежат разглашению».

ПЭТ дополнительно запрошен у ООО «ИНКОР»  полный расчет себестоимости товара для реализации, с отражением всех статей затрат и предложено представить подтверждающие документы по каждой статье.

В ответ на запрос ПЭТ декларантом подтверждающие документы и пояснения не представлены.

Как верно отметил суд первой инстанции, значительное отличие цены реализации товара (в два раза) от заявленной таможенной стоимости, в совокупности с не предоставлением в полном объеме подтверждающих документов по формированию цены по покупке товара у иностранного продавца, указывает на недостоверное заявление сведений о таможенной стоимости декларируемого товара, вместе с тем, декларант отказался предоставлять расчет себестоимости реализации товара, а так же указал, что часть статей составляет коммерческая тайна.

Доводы ООО «ИНКОР» о не предоставлении полного прайс-листа на все товары судом первой инстанции правомерно не приняты во внимание, поскольку ПЭТ в ходе анализа базы данных выявлено, что другими участниками ВЭД ввозились аналогичные товары по более высоким ценам в период действия прайс-листа представленного ООО «ИНКОР», выявлено, что прайс-лист содержит не все марки станков, производимые Компанией SINO MACHINERY CO., LTD, например станки моделей SP1525, VS14, VS12P, VS10HSP, следовательно, ООО «ИНКОР» представлен не полный прайс-лист, и направленный в адрес конкретного покупателя по запросу. О том, что прайс-лист не полный, и, по сути, является коммерческим предложением, декларантом ПЭТ не сообщалось.

Более того, в представленных возражениях ООО «ИНКОР» подтверждает выводы таможенного органа, что представленный прайс-лист не является публичной офертой, а по сути, является коммерческим предложением, в связи с чем, ПЭТ пришла к правильному выводу о том, что заявленная цена товара не основывается на действительной стоимости товаров, не является рыночной, непредставление прайс-листа продавца, являющегося публичной офертой, не позволило ПЭТ убедиться в том, что контрактная цена сформирована с учетом рыночных цен, и не подвержена каким - либо условиям.

Кроме того, в ходе анализа базы данных ПЭТ выявлено, что другими участниками ВЭД ввозились аналогичные товары по более высоким ценам в период действия прайс-листа представленного декларантом. Например, стоимость станка модели SVB1270 заявлена в прайс-листе 377 000,00 юаней, однако другим участником ВЭД в августе 2022 года согласована цена 386 750 юаней; SVB1470 заявлена в прайс-листе 390 000,00 юаней, однако другим участником ВЭД в июле 2022 года согласована цена 461 500 юаней. Так же ПЭТ выявлено, что прайс-лист содержит не все марки станков производимые Компанией SINO MACHINERY CO., LTD (например, станки моделей SP1525, VS14, VS12P, VS10HSP), следовательно, ООО «ИНКОР» представлен не полный прайс-лист, а направленный в адрес конкретного покупателя по запросу.

Также судом установлено, что в рамках запроса по пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС у ООО «ИНКОР» запрашивалась информация о снижении цены на идентичный товар в рамках одного внешнеторгового контракта в сопоставимый период времени: «представить пояснения и подтверждающие документы (спецификация состава оборудования с указанием цены на станок, комплектующие и дополнительное оборудование и др.) по отличию цены товара, ввезенного по ДТ № 10418010/231222/3236272 по инвойсу №9840 от 17.12.2022 в рамках внешнеторгового контракта № 2208/97 от 22.08.2022, от рассматриваемого».

В ответ ООО «ИНКОР» представил пояснение о том, что «поставка двух станков SVD1270 по спецификации № 3 от 07.09.2022 (Контракт № 2208/97 от «22» Августа 2022 г.) производилась в ускоренном режиме, в связи с требованием клиента. Таким образом, в связи со срочностью в изготовлении станков по согласованию с Sino стоимость обоих станков была увеличена на 50%, стоимость одного станка составила 646 181,25 CNY, что отражено в дополнительном соглашении № 5 от 09.12.2022». Документов по согласованию сокращения срока поставки, а так же документов по переписке с продавцом и покупателем товаров на внутреннем рынке по данному факту ООО «ИНКОР» не представлено.

Из анализа представленных документов ПЭТ установлено, что утверждение ООО «ИНКОР» о сокращении сроков поставки противоречит информации в представленных документах. Дополнительное соглашение № 5 от 09.12.2022 не содержит сведений о сокращении сроков поставки. Есть сведения об увеличении размера спецификации до 3755212,5 юаней, указана цена 646181,25 юаня за единицу, указан новый порядок оплаты, что оплата в течение 10 дней после получения уведомления об отгрузке. Информация об изменении сроков поставки отсутствует, не указана причина увеличения стоимости станков. Пунктом 2 указано, что во всем остальном, что не предусмотрено настоящим соглашением стороны будут руководствоваться условиями контракта. Помимо того, что сроки поставки не пересматривались, на момент составления дополнительного соглашения № 5 от 09.12.2022 об увеличении цены товара, выявлено, что сроки поставки истекли. Согласно условиям спецификации №3 от 07.09.2022 предоплата осуществляется в течение 5 банковских дней с момента подписания спецификации, следовательно, до 14.09.2022. Далее указано, что поставка осуществляется в срок 75-80 дней с момента внесения предоплаты. Соответственно, максимальный срок отгрузки составляет до 03.12.2022. Таким образом, на момент подписания дополнительного соглашения № 5 от 09.12.2022 сроки поставки истекли. Кроме того, причина увеличения цены товара в дополнительном соглашении №5 от 09.12.2022, не указана.

Таким образом, ПЭТ на основании представленных документов обоснованно пришла к выводу, что увеличение цены товара не связано с сокращением сроков поставки и утверждения декларанта не подтверждается документально и не соответствует информации указанной в документах. Документы по согласованию сокращения сроков поставки ООО «ИНКОР» не представлены.

Также ПЭТ запрашивалась информация по составу оборудования с указанием цены на станок, комплектующие и дополнительное оборудование,  однако представленная спецификация не содержит разбивки стоимости станка и дополнительного оборудования, в связи с чем,  не представляется возможным сопоставить стоимость станков и дополнительного оборудования, установить механизм формирования цены на товар.

ООО «ИНКОР»  в материалы дела  представило документы по станку, ввезенному по ДТ №10418010/231222/3236272: Письма №610 от 30.09.2022, от 05.10.2022; от 02.12.2022; Платежные поручения №192 от 16.09.2022;№174 от 23.05.2023; №131170 от 13.10.2022; №263931 №30.03.2023; Договор №369 без даты; Товарная накладная от 28.03.2023 №КА-32; Счет-фактура №КА-40 от 28.03.2023, однако  данные  документы ПЭТ не представлялись.

Как верно отметил суд первой инстанции, по правилам главы 24 АПК РФ законность и обоснованность решения таможенного органа проверяется на дату его принятия, в связи с чем, судебное разбирательство не может подменять собой таможенный контроль, имевший место на определенную дату.

По смыслу статей 38, 325 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, возлагается на декларанта, вследствие чего риск неполного представления обществом подтверждающих документов в ходе таможенного контроля возлагается на декларанта и не позволяет последнему восполнять недостатки представленных документов в ходе судебного разбирательства.

Наличие у ООО «ИНКОР» объективных препятствий для предоставления подтверждающих документов до вынесения оспариваемого решения, судом не установлено.

В рассматриваемом случае ПЭТ была предоставлена возможность ООО «ИНКОР» подтвердить заявленные о таможенной стоимости сведения, которой заявитель не воспользовался.

При этом, суд первой инстанции, оценив дополнительно представленные ООО «ИНКОР» документы, правомерно отметил, что договор №369 представлен без даты, подписей и печатей сторон; в спецификации отсутствует модель станка, а цена, указанная в размере 21 750 633,35 рублей не соответствует цене, указанной в товарной накладной от 28.03.2023 № КА9-32 - 18 575 433,35 руб.

В рассматриваемом случае, в качестве источника ценовой информации для спорного товара ПЭТ использован однородный товар, декларированный по ДТ № 10013160/030223/3048399.

Доводы ООО «ИНКОР» о том, что товар-аналог произведен в иной стране, правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку  из копии ДТ №10013160/030223/3048399 (аналога) усматривается, что в графе 16 которой указана страна происхождения - Китай.

Сравнение ООО «ИНКОР» отдельных деталей станков также обоснованно не принято судом во внимание, поскольку никаких документально подтвержденных сведений о влиянии данных различий на стоимость станка не представлено, при этом, заявитель указывает на использование японских деталей, которые дороже, однако согласно сведениям, имеющимся на официальном сайте ООО «ИНКОР», в производстве спорного товара также используются немецкие, японские, тайваньские комплектующие. Указано, что станки SINO обладают высокой точностью обработки, эффективностью, надежностью и экспортируются по всему миру в Европу и США. Об использовании комплектующих японского производства говорится и в техническом описании станка, в том числе, говорится об использовании высокоточных линейных направляющих HIWIN (Япония), которые обеспечат безукоризненное выполнение самых сложных типов обработки. ООО «ИНКОР» не указаны сведения, в какой ценовой сегмент попадает данный товар.

Таким образом, учитывая установленные обстоятельства, таможенная стоимость товара и сведения, относящиеся к ее определению, не основываются на количественно определяемой и документально подтвержденной достоверной информации; продажа товаров или их цена зависят от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Поскольку ПЭТ Выявлены ограничения в применении метода по стоимости сделки в соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, ответчик  правомерно пришел к выводу на основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС, что таможенная стоимость товаров, заявленная в ДТ № 10418010/270223/3025224, подлежит изменению на основании информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа, так как представленные документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемое решение соответствует требованиям действующего законодательства и не нарушающим права и законные интересы заявителя, правовые основания для признания решения незаконным у суда отсутствуют.

Вопреки доводам заявителя, доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений оценены судом первой инстанции  в соответствии с требованиями части 2 статьи 65, части 1 статьи 67, статей 68, 71, части 1 статьи 168 АПК РФ. При этом каких-либо нарушений требований статьи 71 АПК РФ не допущено.

Все доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, свидетельствуют о несогласии с выводами суда, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда.

Несогласие заявителя с выводами суда, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, не свидетельствуют о наличии в принятом судебном акте существенных нарушений норм материального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибке.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что Арбитражный суд Нижегородской области принял законное и обоснованное решение, полно и правильно установил обстоятельства дела, применил нормы материального права, подлежащие применению, в связи с чем, оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом первой инстанции не допущено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине при подаче апелляционной жалобы суд относит на заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 176, 266, 267, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 03.04.2024 по делу №А43-22560/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ИНКОР» - без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ИНКОР» из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 1500 (одна тысяча пятьсот) рублей, уплаченную по платежному поручению от 25.04.2024 №2443.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня принятия.


Председательствующий судья                                      

 М.Н. Кастальская



Судьи 

А.М. Гущина


Т.А. Захарова