Постановление от 16 октября 2019 г. по делу № А32-7273/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-7273/2017
город Ростов-на-Дону
16 октября 2019 года
15АП-15498/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 октября 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.

судей Г.А. Сурмаляна, Н.В. Шимбаревой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Югдорпроект» и общества с ограниченной ответственностью «ИнжПроектСтрой»

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.06.2019 по делу №А32-7273/2017 о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью ПИК «РегионПроект» ФИО4 Рафаэльевича

о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью ПИК «Регион-Проект»

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью ПИК «Регион-Проект» (далее - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника (далее - заявитель) с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 17 885 069,07 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.06.2019 по делу №А32-7273/2017 ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ПИК «РегионПроект». В порядке привлечения к субсидиарной ответственности с ФИО2 в конкурсную массу ООО ПИК «РегионПроект» взысканы денежные средства в размере 17 885 069,07 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с определением суда от 27.06.2019 по делу №А32-7273/2017, кредиторы - общество с ограниченной ответственностью «Югдорпроект» и общество с ограниченной ответственностью «ИнжПроектСтрой» обратились в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят обжалуемое определение отменить в части отказа в удовлетворении заявления и принять по делу новый судебный акт о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. По мнению апеллянта, ФИО3 является контролирующим должника лицом, в результате действий которого причинен вред имущественным правам кредиторов. Ответчиком были заключены государственные контракты, ненадлежащее исполнение обязательств по которым повлекло банкротство должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. Номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно. По мнению апеллянтов, денежные средства в качестве субсидиарной ответственности подлежат взысканию с ответчиков в пользу кредиторов, а не в конкурсную массу должника.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности решения суда первой инстанции только в обжалуемой части не заявлено.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 27.06.2019 по делу №А32-7273/2017 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации только в обжалуемой части.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника просит апелляционную жалобу удовлетворить, обжалуемое определение отменить в части отказа в удовлетворении заявленных требований и принять новый судебный акт о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании солидарно денежных средств в размере 19 247 298, 35 руб.

Лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не направили, о времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 АПК РФ, счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.03.2017 заявление ООО «ИнжПроектСтрой» о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.07.2017 требования заявителя признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.02.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

12.12.2018 конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал в удовлетворении требования, заявленного к ФИО3, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53).

В соответствии с пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные для должника указания либо возможности иным образом определять действия должника; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами; кроме того, необходимо установить вину ответчика для возложения на него ответственности.

Таким образом, применение изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия;

факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей;

наличие причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Требования к лицам, несущим субсидиарную ответственность, могут быть предъявлены конкурсным управляющим, кредиторами. В случае их удовлетворения судом взысканные суммы зачисляются в состав имущества должника, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов.

Конкурсный управляющий заявил требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 в размере 17 885 069,07 руб. в связи с тем, что она заключила от имени должника государственные контракты, ненадлежащее исполнение обязательств по которым повлекло банкротство должника и убытки для его кредиторов. ФИО3 осуществляла распоряжение денежными средствами, поступившими на расчетный счет должника по заключенным государственным контрактам, что подтверждается выпиской по счетам и платежными документами, предоставленными банком.

Признавая не подлежащим удовлетворению заявление о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание нижеследующее.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам (пункты 16, 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53).

С учетом аналогии пункта 2 статьи 61.2, статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 N 208 -ФЗ "Об акционерных обществах", статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" рекомендуется считать существенным вредом вред, причиненный сделками с активами на сумму сделки, эквивалентную 20 – 25 % общей балансовой стоимости имущества должника.

Как следует из материалов дела, ФИО3 является руководителем постоянно действующего исполнительного органа должника, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

22.04.2016 должник, в лице директора ФИО3, (подрядчик) и Министерство транспорта и дорожного хозяйства Краснодарского края (заказчик) заключили государственный контракт №89, в соответствии с которым заказчик обязуется принять и оплатить, а подрядчик обязуется выполнить следующие работы: «Разработка проектной и рабочей документации по объекту: «Сроительство автомобильной дороги станица Нижегородская – пос. Мезмай – Лагонаки в Апшеронском районе».

Срок выполнения работ установлен с даты заключения государственного контракта до 31.05.2016 (пункт 3.1 контракта).

Общая стоимость работ по контракту составляет 6 445 645 руб.

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд обоснованно исходил из того, что заявитель не доказал причинение существенного вреда в результате заключения должником государственного контракта от 22.04.2016 №89. Заявитель не доказал наличие причинно-следственной связи между заключением контролирующим должника лицом государственного контракта №89 от 22.04.2016 и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Заявитель не обосновал, что указанные им обстоятельства привели к объективному банкротству предприятия.

Заявитель не доказал, что государственный контракт от 22.04.2016 №89, заключенный ФИО3 от имени должника, был заведомо неисполним и ФИО3 знала об этом.

Конкурсный управляющий заявил довод о том, что ФИО3 осуществляла распоряжение денежными средствами, поступившими на расчетный счет должника по заключенным государственным контрактам, однако не обосновал и не представил доказательства, свидетельствующие о том, что денежные средства были незаконно выведены ответчиком из оборота должника, или израсходованы на цели, не связанные с предпринимательской деятельностью должника.

Таким образом, вывод суда первой инстанции об отсутствии совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве соответствует установленным по делу обстоятельствам и сделан при правильном применении норм материального права.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены состоявшегося решения.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, свидетельствуют о несогласии кредиторов с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств, но не опровергают их.

Суд апелляционной инстанции отклоняет, как безосновательный, довод апеллянтов о том, что денежные средства в качестве субсидиарной ответственности подлежат взысканию с ответчиков в пользу кредиторов, а не в конкурсную массу должника.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в случае, когда на момент вынесения определения о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) кредиторы не выбрали способ распоряжения требованием к контролирующему должника лицу и не могут считаться сделавшими выбор по правилам абзаца второго пункта 3 статьи 61.17 Закона о банкротстве, в определении о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) взыскателем указывается должник. Впоследствии суд производит процессуальную замену взыскателя по правилам подпункта 1 пункта 4 статьи 61.17 Закона о банкротстве.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.17 Закона предусмотрена замена взыскателя в части соответствующей суммы на кредиторов, выбравших способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 данной статьи, и выдача на имя каждого такого кредитора как взыскателя исполнительного листа с указанием размера и очередности погашения требования в соответствии со статьей 134 Закона о банкротстве.

Поскольку кредиторы не избрали способ распоряжения требованием к контролирующему должника лицу, суд обоснованно взыскал денежные средства в конкурсную массу должника, что не нарушает права кредиторов.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.06.2019 по делу № А32-7273/2017 в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко


Судьи Г.А. Сурмалян


ФИО5