Постановление от 18 апреля 2022 г. по делу № А60-41331/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2918/2021(12)-АК

Дело № А60-41331/2020
18 апреля 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 апреля 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чепурченко О.Н.,

судей Герасименко Т.С., Мартемьянова В.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 октября 2021 года о результатах рассмотрения заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договору поставки № 12-18 от 03.04.2018 в размере 2 253 662,36 руб., по договору поставки № 14-18 от 06.04.2018 в размере 1 126 831,18 руб., об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 об оспаривании договора поставки № 12-18 от 03.04.2018, договора поставки № 14-18 от 06.04.2018,

вынесенное в рамках дела № А60-41331/2020 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Завод горного оборудования «Промэк» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО «ПромКомплектНаладка», ООО «Тимторг»,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.08.2020 принято к производству заявление ФИО4 о признании ООО «Завод горного оборудования «ПРОМЭК» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 05.10.2020 заявление ФИО4 призвано обоснованным, в отношении ООО «Завод горного оборудования «ПРОМЭК» введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждена ФИО2, член Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Решением арбитражного суда от 04.03.2021 ООО «Завод горного оборудования «ПРОМЭК» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2.

08 июня 2021 года в арбитражный суд поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договору поставки № 12-18 от 03.04.2018 в размере 2 253 662,36 руб.

Определением от 10.06.2021 указанное заявление ФИО3 принято к производству, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечено ООО «ПромКомплектНаладка».

09 июня 2021 года в арбитражный суд поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договору поставки № 14-18 от 06.04.2018 в размере 1 126 831,18 руб.

Определением от 10.06.2021 указанное заявление ФИО3 принято к производству, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечено ООО «Тимторг».

Определением суда от 19.08.2021 указанные заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договору поставки № 12-18 от 03.04.2018 в размере 2 253 662,36 руб. и по договору поставки № 14-18 от 06.04.2018 в размере 1 126 831,18 руб. объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

02 сентября 2021 года в арбитражный суд поступил отзыв конкурсного управляющего, в котором возражал против удовлетворения завяленных ФИО3 требований, с требованием о признании договора поставки №12-18 от 03.04.2018, заключенного между ООО «ПромКомплектНаладка» и ООО «Завод горного оборудования ПРОМЭК», а также договора поставки №14-18 от 06.04.2018, заключенного между ООО «Тимторг» и ООО «Завод горного оборудования ПРОМЭК» недействительными (ничтожными) по факту их мнимости, применении последствий недействительности вышеуказанных сделок в виде отказа ФИО3 в удовлетворении заявлений о включения требований кредитора в размере 3 380 493,54 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 06.09.2021 рассмотрение заявлений ФИО3 о включении в реестр кредиторов должника задолженности по договору поставки № 12-18 от 03.04.2018 в размере 2 253 662,36 руб. и по договору поставки № 14-18 от 06.04.2018 в размере 1 126 831,18 руб. объединено с заявлением конкурсного управляющего ФИО2 об оспаривании сделок должника – договора поставки № 12-18 от 03.04.2018, заключенного с ООО «ПромКомплектНаладка» и договора поставки № 14-18 от 06.04.2018, заключенного с ООО «Тимторг», в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14 октября 2021 года суд признал требования ФИО3 в размере 3 380 493,54 руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов должника, общества с ограниченной ответственностью «Завод горного оборудования «ПРОМЭК».

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделок должника недействительными отказал.

В порядке распределения судебных расходов взыскал с ООО «Завод горного оборудования «ПРОМЭК», в доход федерального бюджета 12 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, признать оспариваемые сделки недействительными, во включении требований ФИО3 в реестр требований кредиторов должника отказать.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает на то, что допущение судом нарушений норм процессуального права – не привлечение к участию в деле в качестве ответчиков ООО «ПромКомплектНаладка» и ООО «Тимторг»; ненадлежащее извещение конкурсного управляющего о месте и времени судебного разбирательства; суд не обязал ФИО3 направить копию представленного в дело договора от 14.06.2018 в адрес конкурсного управляющего и не убедился в этом; отказ суда в удовлетворении ходатайства об истребовании документов в подтверждение финансовой возможности ФИО3 заключения договора уступки права требования нарушает принципы состязательности и равенства сторон судебного процесса в виду отсутствия данных доказательств; отказ суда в истребовании доказательств подтверждающих или опровергающих природу возникновения обязательств, в том числе подтверждающих или опрровегающих передачу векселей не поддается логике; судом заданы ФИО3 наводящие вопросы относительно заявления ходатайства о восстановлении пропущенного срока; суд неправомерно установил размер государственной пошлины в двойном размере, поскольку сделки рассматривались в рамках одного спора. Также апеллянт отмечает, что судом не приняты во внимание доводы о фактической заинтересованности (аффилированности) ФИО3 по отношению к должнику – пользование ФИО3 автомобилем, находящимся в лизинге, лизингополучателем по которому выступал должник; суд не отражает в судебном акте представленные ФИО3 уведомления о приостановлении регистрации объектов недвижимости от 24, 27, 28.12.2018 и 24.12.2019, уведомления об отказе в регистрации от 24.03.2019, 24.03.2020, объектов недвижимости с ФИО5 (директора должника) на ФИО3, что в очередной раз подтверждает дружественность лиц и их аффилированность между собой, учитывая, что ФИО5 ни перед одним из других кредиторов не пыталась погасить задолженность общества путем отчуждения в его собственность личного имущества; считает, что истинная цель заключалась в выводе данного имущества из под реализации в связи с признанием сделок, заключенных между ФИО5 и ее сыном ФИО6 недействительными в деле о банкротстве № А60-58378/2017. Относительно вывода суда о недоказанности факта приобретения ФИО3 прав требований к должнику и предъявления требований к нему со злоупотреблением правом, конкурсный управляющий указывает на то, что ограничен в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы, бремя опровержения разумных сомнений лежит на дружественном кредиторе. Апеллянт полагает, что судом не учтено, что характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия; представленные ФИО3 документы имеют между собой явное сходство, что свидетельствует об их тщательной подготовке одним лицом в преддверье банкротства (документы оформлены в одном стиле), несмотря на подготовку данных документов разными юридическими лицами; первоначальные кредиторы по договорам поставки не обращались к должнику с требованиями, претензиями, что свидетельствует об отсутствии намерения по взысканию денежных средств; договоры поставки предусматривают оплату только в денежной форме безналичным расчетом и не допускают передачу в счет оплаты простых векселей; передача по договорам векселей произведена 20.04.2018 и 24.04.2018, то есть по истечению срока предъявления векселя 21.03.2018, что влечет за собой невозможность его исполнения; длительный срок отсрочки оплаты по договору не отвечает признакам разумности, что также является подтверждением мнимости и притворности сделок. Отмечает, что договор уступки права требования под собой подразумевает возмездную оплату однако, ФИО3 так и не смог предоставить приходно-кассовые ордера к договорам цессии, а также пояснить природу происхождения средств отображенных на своих счетах; за счет каких конкретно средств ФИО3 произвел оплату последний пояснить не смог, ссылаясь то на выписки по счетам то на договор купли-продажи автомобиля осуществленного за пол года до даты сделок. Принимая во внимание, что при заключении оспариваемых сделок на должника были возложены необоснованно завышенные денежные обязательства в условиях очевидной невыгодности самой спорной сделки, должник не намеревался ее исполнять, сделка совершена лишь для вида, истинная воля сторон не была направлена на создание реальных правовых последствий, целью данной сделки являлось искусственное создание задолженности должника перед кредитором в нарушение прав и законных интересов иных кредиторов должника, в результате совершения оспариваемого договора на стороне кредитора возникло преобладающее по размеру над большинством кредиторами должника требование, такое поведение сторон является недобросовестным, в связи с чем управляющий считает сделку заключенную между ООО «Завод горного оборудования «ПРОМЭК» и ООО «ПромКомплектНаладка», ООО «Тимторг» мнимой сделкой, совершенной со злоупотреблением правом; сделки совершенные при злоупотреблении правом не могут быть отнесены к сделкам совершенным в обычной хозяйственной деятельности.

ФИО3 согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Принимая во внимание, приведенные в апелляционной жалобе доводы, необходимость дополнительной проверки обстоятельств совершения оспариваемых сделок – договоров поставки, суд апелляционной инстанции определением от 11.01.2022 отложил судебное заседание на 07.02.2022 с целью совершения отдельных процессуальных действий – направления запроса в ПАО Банк «Открытие» о предоставлении информации кем и когда предъявлены к оплате простые векселя ЕФ ПАО «МДМ Банк»: серия МДМ № 0091191; серия МДМ № 0091190.

В связи с тем, что запрашиваемые судом сведения в распоряжение суда не поступили, суд апелляционной инстанции определением от 07.02.2022 отложил судебное заседание на 09.03.2022 для повторного направления запроса в ПАО Банк «Открытие» о предоставлении информации кем и когда предъявлены к оплате простые векселя ЕФ ПАО «МДМ Банк»: серия МДМ №0091191; серия МДМ № 0091190.

До начала судебного заседания ПАО Банк «Открытие» представлен ответ на запрос.

Конкурсным управляющим ФИО2 представлено ходатайство о приобщении к материалам дела запроса от 17.09.221 со штампом Почта России подтверждающего его направление, запроса от 21.02.2022 с квитанцией об отправке, а также истребовании у Банка ФК «Открытие» (ПАО) дополнительных сведений:

- о судьбе простого векселя МДМ № 0091192 на 1 000 000 руб.;

- о порядке выплаты средств по простым векселям серии МДМ №№0091190-0091192;

- сведений о лице, получившем данные средства, в связи с непоступлением средств на счета должника-организации ООО «Завод горного оборудования ПРОМЭК».

Установив невозможность самостоятельного получения конкурсным управляющим указанных выше сведений, принимая во внимание, что истребуемая информация напрямую связана с рассмотрением настоящего спора, суд апелляционной инстанции определением от 09.03.2022 отложил судебное разбирательство на 11.04.2022, дополнительно направив запрос в ПАО Банк ФК «Открытие» о предоставлении отраженной в ходатайстве конкурсного управляющего информации.

До начала судебного заседания ПАО Банк «Открытие» представлен ответ на дополнительный запрос.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного разбирательства, явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 03.04.2018 между ООО «ПромКомплектНаладка» и ООО «Завод горного оборудования «ПРОМЭК» (поставщик) заключен договор поставки № 12-18, по условиям которого поставщик обязался поставить продукцию на общую сумму 2 253 662,36 руб.

В Спецификации № 1 от 03.04.2018 к указанному договору стороны согласовали продукцию подлежащую поставке поставщиком – текстолит в количестве 4750,153 кг на сумму 1 752 459,70 руб.; в Спецификации № 2 от 05.04.2018 к договору – трубу алюминиевую в количестве 660,10 кг на сумму 501 202,66 руб.

Оплата за товар произведена 20.04.2018 простыми векселями на сумму 2 000 000 руб., в подтверждение чего представлен акт приема-передачи векселей к договору поставки № 12-18 от 03.04.2018.

Поскольку в установленные сроки ООО «Завод горного оборудования «ПРОМЭК» не поставило товар ООО «ПромКомплектНаладка», последнее отказалось в одностороннем порядке от исполнения обязательств по договору поставки № 12-18 от 03.04.2018 предъявив требование о возврате оплаты произведенной за не поставленный товар в размере 2 253 662,36 руб.

На основании договора уступки права требования от 12.11.2018 ООО «ПромКомплектНаладка» уступило свои права требования к должнику в размере 2 253 662,36 руб. ФИО3

В соответствии с п. 6 договора цессии за уступаемое право новый кредитор обязался уплатить первоначальному кредитору 1 000 000 руб. не позднее 31.12.2018.

В подтверждение факта уступки права требования представлен акт приема-передачи денежных средств по договору об уступке права (требования) от 12.11.2018.

Кроме того, 06.04.2018 между ООО «Тимторг» и ООО «Завод горного оборудования «ПРОМЭК» (поставщик) заключен договор поставки № 14-18, по условиям которого поставщик обязался поставить продукцию на общую сумму 1 126 831,18 руб.

В Спецификации № 1 от 06.04.2018 к указанному договору стороны согласовали продукцию подлежащую поставке поставщиком – конденсатор металлический в количестве 23 820 шт. на сумму 1 126 831,18 руб.

Оплата за товар произведена 24.04.2018 простым векселем на сумму 1 000 000 руб., в подтверждение чего представлен акт приема-передачи векселей к договору поставки № 14-18 от 06.04.2018.

Поскольку в установленные сроки ООО «Завод горного оборудования «ПРОМЭК» не поставило товар ООО «Тимторг», последнее отказалось в одностороннем порядке от исполнения обязательств по договору поставки №14-18 от 06.04.2018 предъявив требование о возврате оплаты произведенной за не поставленный товар в размере 1 126 831,18 руб.

На основании договора уступки права требования от 13.11.2018 ООО «Тимторг» уступило свои права требования к должнику в размере 1 126 831,18 руб. ФИО3

В соответствии с п. 6 договора уступки права требования за уступаемое право новый кредитор обязался уплатить первоначальному кредитору 500 000 руб. не позднее 31.12.2018.

В подтверждение факта уступки права требования представлен акт приема-передачи денежных средств по договору об уступке права (требования) от 13.11.2018.

Ссылаясь на то, что должником обязательства по возврату денежных средств уплаченных по договорам поставки не исполнено, ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 3 380 493,54 руб. В связи с пропуском установленного законодательством о банкротстве срока на предъявление требований к должнику, ФИО3 ходатайствовал о восстановлении его, мотивируя отсутствием у него сведений о введении в отношении должника процедуры банкротства.

В качестве возражений в отношении заявленных требований о включении в реестр, конкурсным управляющим заявлено о признании недействительными указанных выше договоров поставки на основании ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на их мнимость и притворность.

Указывая на отсутствие оснований для признания договоров поставки недействительными сделками, установив наличие у должника перед заявителем неисполненных обязательств в заявленном размере, а также отсутствие оснований для восстановления пропущенного срока на обращение в суд с требованием о включении в реестр, суд первой инстанции признал требования ФИО3 обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов включенных в реестр.

Исследовав имеющиеся в деле и вновь представленные доказательства в соответствии со ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и письменного отзыва на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3-5 статей 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из заявленных возражений, суду необходимо осуществить проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по оказанию бухгалтерских и некоммерческих услуг. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Таким образом, при проверке обоснованности требования кредитора обстоятельства, исключающие мнимость правоотношений, входят в предмет доказывания.

Как указывалось ранее, в обоснование заявленных требований заявитель ссылается на наличие у должника неисполненных обязательств по возврату денежных средств, уплаченных по договорам поставки № 12-18 от 03.04.2018 и № 14-18 от 06.04.2018, заключенным с ООО «ПромКомплектНаладка» и ООО «Тимторг», в связи с неисполнением обязательств.

Конкурсный управляющий просил отказать во включении требования ФИО3 в реестр требований кредиторов указывая на мнимость и притворность договор поставки № 12-18 от 03.04.2018, № 14-18 от 06.04.2018, а также наличия оснований для признания их недействительными на основании ст.ст. 10, 170 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (постановление Пленума № 25) разъяснено, что согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В пунктах 7, 8 названного Постановления указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной, при этом к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена, а при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В ходе рассмотрения требований о признании оспариваемой сделки мнимой на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон, устанавливают факт расхождения (совпадения) волеизъявления с волей сторон при заключении спорной сделки, при этом суд не вправе уклониться от их оценки (ст.ст. 65, 168, 170 АПК РФ).

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно п. 86 постановления Пленума № 25 следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Следовательно, при совершении мнимой сделки должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Если намерений всех сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворной сделкой является сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу п. 87 постановления Пленума № 25 согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

В соответствии со ст. 506 ГК РФ по договору поставки поставщик – продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Частью 1 ст. 456 ГК РФ установлено, что продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

В случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок, покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом (п. 3 ст. 487 ГК РФ).

Как указывалось ранее, оплата по указанным договорам поставки произведена обществами посредством передачи простых векселей серии МДМ №№ 0091190, 0091191,0091192, выпущенных ОАО «МДМ Банк» на сумму 1 000 000 руб. каждый (общая сумма 3 000 000 руб.).

Из содержания указанных векселей следует, что ПАО «МДМ Банк» (ранее ОАО «МДМ Банк») обязалось по каждому из них уплатить денежную сумму 1 000 000 руб. и проценты из расчета 9,45% годовых начисляемых с 16.11.2016.

Согласно актам приема-передачи векселей от 20 и 24.04.2018 на момент их передачи стоимость векселей составляла 2 253 662,36 руб. и 1 126 831,18 руб. соответственно.

С целью проверки реальности факта оплаты по договорам поставки посредством передачи векселей должнику, судом апелляционной инстанции в ПАО Банк «Финансовая корпорация Открытие» были направлены запросы о предоставлении сведений кем и когда предъявлены к оплате простые векселя ЕФ ПАО «МДМ Банк» серия МДМ № 0091191; серия МДМ № 0091190, серия МДМ № 0091192, а также о лице, получившем денежные средства по ним.

Согласно представленным ПАО Банк «Финансовая корпорация Открытие» сведениям простые векселя серия МДМ № 0091190-0091192 номиналом 1 000 000 руб. каждый, выпущенные в пользу ЗАО «НПП «ЭИС» 16.11.2016 оплачены в пользу ООО «Завод горного оборудования «ПРОМЭК» 26.04.2018 на счет последнего безналичным платежом.

Принимая во внимание поступившие в материалы дела сведения, подтверждающие получение должником денежных средств при предъявлении простых векселей, переданных ему в качестве оплаты подлежащей поставке продукции по спорным договорам, наличие отказа обществ от договоров в одностороннем порядке в связи с неисполнением должником принятых на себя обязательств, суд апелляционной инстанции не может прийти к выводу о том, что оспариваемые договоры поставки являлись мнимыми или притворными сделками.

Оформление документации при совершении оспариваемых сделок в одном стиле направленности действий сторон договора на создание правоотношений по поставке продукции не опровергает.

Принимая во внимание незначительный промежуток времени между отказами от исполнения договоров заявленных покупателями (05 и 30.07.2018) и последующих уступок ими прав требований к должнику (12 и 13.11.2018) утверждение конкурсного управляющего о том, что первоначальные кредиторы по договорам поставки не обращались к должнику с требованиями, претензиями, что свидетельствует об отсутствии у них намерения по взысканию с должника денежных средств подлежит отклонению как несостоятельное и противоречащее целям осуществления обществами своей хозяйственной деятельности – получение прибыли.

Суд первой инстанции верно указал, что в рассматриваемом споре при совершении оспариваемых сделок не выявлены действия кредитора по искусственному наращиванию подконтрольной кредиторской задолженности с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Более того, невозможно обнаружить противоправной цели в действиях заявителя, какую обычно преследуют контролирующие лица при попытке установить требование из компенсационного финансирования к подконтрольному лицу – требование ФИО3 заявлено после закрытия реестра требований кредиторов должника и очевидно не претендует на конкуренцию с требованиями кредиторов, включенными в такой реестр, со всеми вытекающими последствиями.

По мнению конкурсного управляющего, поведение сторон спорных сделок, связанных с формой оплаты, не отвечает признакам обычной «нормальной» хозяйственной деятельности хозяйствующих субъектов, не соответствует критериям добросовестного поведения.

По логике доказывания взаимосвязанности сделок при указании на аффилированность лиц-участников сделок, необходимо, чтобы все звенья цепочки были связаны, однако в данном случае видится ситуация, когда должник вступает в отношения с первоначальными кредиторами, которые не являются аффилированными по отношению к должнику, первоначальные кредиторы в ситуации просрочки платежа со стороны должника – уступают свое право требования иному хозяйствующему субъекту, при этом доказательств того, что при выборе данного контрагента (ФИО3) первоначальные кредиторы были связаны мнением должника, не представлено.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, на основании совокупной оценки вышеуказанных обстоятельств, принимая во внимание, отсутствие достаточных доказательств, а также учитывая недоказанность порока воли ООО «Тимторг», ООО «ПромКомплектНаладка» при заключении оспариваемых договоров, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований.

Принимая во внимание установленные выше обстоятельства получение должником денежных средств при предъявлении переданных ему в качестве оплаты векселей, отсутствие в материалах дела доказательств полного или частичного исполнения должником обязательств по поставке продукции, суд апелляционной инстанции согласился с выводом арбитражного суда о наличии у должника по указанным договорам неисполненных обязательств по возврату денежных средств.

Вопреки утверждению апеллянта, само по себе наличие между кредитором и должником признаков заинтересованности основанием для отказа в признании требования обоснованным являться не может.

Верховным Судом Российской Федерации в п. 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, указано, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Так, согласно ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Судом первой инстанции установлено, что в материалах дела отсутствуют подлинные доказательства факта заинтересованности, аффилированности ФИО3 и должника, доказательств обратного в материалы дела не представлено (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

ФИО3 приведены пояснения относительно цели приобретения прав требований к должнику, указано на то, что целью заключения договоров цессии являлась заинтересованность последнего в активах должника, имуществе, технике должника.

При этом конкурсным управляющим не представлено убедительных доводов и соответствующих доказательств, что приобретение ФИО3 прав требований к должнику и предъявления их для включения в реестр осуществлено при злоупотреблении правом (ст. 10 ГК).

В силу ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. По общим правилам (п. 2 ст. 389.1 ГК РФ) требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если иное не предусмотрено законом или договором.

Само по себе отсутствие доказательств оплаты приобретенных прав не свидетельствует об отсутствии финансовой возможности произвести оплату по договорам уступки права требования. ФИО3 представлены выписки по счетам ФИО3, а также копия договора купли-продажи транспортного средства, согласно которому ФИО3 продан автомобиль Toyota Land Cruiser 150 2010 года выпуска стоимостью 1 500 000 руб.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у сторон договора уступки (ООО «Тимторг», ООО «ПромКомплектНаладка» и ФИО3) противоправной цели исключительно с намерением причинить вред другому лицу, отсутствуют. В рассматриваемом случае права требования приобретены ФИО3 у независимых кредиторов; обратного в нарушение положений ст. 65 АПК РФ суду не доказано.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с выводами суда об обоснованности заявленных ФИО3 требований в размере 3 380 493,54 руб.

Доводов относительно порядка удовлетворения требования ФИО3 к должнику – за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов включенных в реестр, в апелляционной жалобе конкурсным управляющим не приведено.

Доводы жалобы о допущении при рассмотрении настоящего спора норм процессуального права не нашли своего подтверждения в заседании суда апелляционной инстанции.

Вопреки утверждению конкурсного управляющего ФИО2 была надлежащим образом извещена о месте и времени судебного разбирательства, что подтверждается имеющимися в деле реестрами почтовых отправлений судебной корреспонденции (л.д. 5, 6 объединенных обособленных споров), направлением ФИО2 процессуальных документов при рассмотрении настоящих споров, в том числе ходатайства об объединении обособленных рассмотренных судом споров в одно производства для совместного рассмотрения (л.д. 33) и личным участием конкурсного управляющего ФИО2 в судебном заседании 17.09.2021.

Из материалов дела усматривается, что ООО «ПромКомплектНаладка» и ООО «Тимторг» были привлечены судом к участию в обособленных спорах о включении в реестр требований ФИО3 суд в качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельных требований, определениями от 10.06.2021. оснований для привлечения указанных лиц в качестве ответчиков у суда первой инстанции не имелось.

Также следует отметить, что принимая во внимание наличие у конкурсного управляющего ФИО2, как участника споров, права на ознакомление с материалами дела, последняя имела возможность ознакомиться с представленными в дело документами, в том числе непосредственно перед судебным заседанием; неявка в судебное заседание по рассмотрению спора по существу не может влечь негативных последствий для иных участников спора.

Более того, подача в рамках дела о банкротстве заявлений об оспаривании сделки должника действующим законодательством предусмотрена уплата государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Поскольку конкурсным управляющим оспаривались две самостоятельные сделки должника, совместное их рассмотрение не влечет иного последующего распределения судебных расходов по уплате государственной пошлины, в связи с чем, учитывая предоставленную конкурсному управляющему отсрочку уплаты государственной пошлины до окончания рассмотрения споров, суд первой инстанции правомерно взыскал с должника в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 12 000 руб.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательств, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся самостоятельным оснований для отмены судебного акта, апелляционным судом не выявлено.

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб подлежит отнесению ее заявителя.

Поскольку доказательств уплаты государственной пошлины ни при подаче апелляционной жалобе, ни до установленной апелляционным судом даты предоставления документов конкурсным управляющим не представлено, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета в размере 3 000 руб. (ст. 333.21 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 октября 2021 года по делу № А60-41331/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Завод горного оборудования «Промэк» в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


О.Н. Чепурченко



Судьи


Т.С. Герасименко





В.И. Мартемьянов