Постановление от 25 октября 2024 г. по делу № А40-285883/2022

№ 09АП-66181/2024

Дело № А40-285883/22
г. Москва
23 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2024 года
Постановление изготовлено в полном объеме 23 октября 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Н.В. Юрковой, судей М.С. Сафроновой, Е.А. Скворцовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С.Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего АКБ (АО) «ВЕК», в лице ГК «АСВ», финансового управляющего О.В. Скрыля - ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2024 г. по делу № А40285883/22, вынесенное судьей С.С. Истоминым,

об отказе в удовлетворении объединенных заявлений финансового управляющего ФИО2 о признании недействительным договора продажи недвижимости от 27.07.2015 г., заключенного между ФИО3 и ФИО4, а также договора о признании недействительным договор продажи недвижимости от 09.11.2016 г., заключенного между ФИО3 и ФИО5

в рамках дела о банкротстве ФИО3, при участии в судебном заседании: От ФИО3 – ФИО6 по дов. от 05.12.2023 От ФИО5 – ФИО7 по дов. от 31.10.2023

От конкурсного управляющего АКБ (АО) «ВЕК», в лице ГК «АСВ» - ФИО8 по дов. от 31.01.2024

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2023 признано обоснованным заявление АКБ «ВЕК» (АО) в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом). В отношении должника ФИО3 введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим должника-гражданина утвержден ФИО1

В Арбитражный суд города Москвы поступили заявления финансового управляющего:

1. О признании недействительным договора купли-продажи недвижимости от 27.07.2015, заключенного между ФИО3 и ФИО4 о продаже объектов недвижимости:

- земельный участок, кадастровый номер 50:20:0050313:150, адрес: Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: обл. Московская, р-н Одинцовский, с/п Ершовское,с. Аксиньино, СНТ "Пион", уч. 46;

- здание жилое, кадастровый номер 50:20:0050313:190, адрес Одинцовский район, сельское поселение Ершовское, село Аксиньино, СНТ Пион, уч.46.

2. О признании недействительным договора купли-продажи недвижимости от 09.11.2016, заключенного между ФИО3 и ФИО5 о продаже объектов недвижимости:

- земельный участок, кадастровый номер 50:20:0050313:182, адрес: Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: обл. Московская, р-н Одинцовский, с/п Ершовское, с. Аксиньино, уч.47, СНТ «Пион»;

- здание нежилое, кадастровый номер 50:20:0000000:282959, адрес: Московская область, Одинцовский район, Аксиньинский с.о., с.Аксиньино, снт«Пион», уч.47.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2024 в удовлетворении заявлений финансового управляющего о признании сделок недействительными отказано в полном объеме.

С таким определением суда не согласились АКБ «ВЕК» (АО) в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» и финансовый управляющий Должником ФИО1, выражают несогласие с оценкой представленных доказательств со стороны суда первой инстанции, просят определение суда отменить, заявленные требования удовлетворить.

В материалы дела от ответчиков и Должника поступили отзывы на апелляционные жалобы, которые приобщены судом к материалам дела, поскольку соответствуют положениям ст.262 АПК РФ.

Ходатайство финансового управляющего об отложении судебного заседания оставлено судом апелляционной инстанции без удовлетворения ввиду отсутствия на то правовых оснований, как видно из материалов обособленного спора управляющий в ходе рассмотрения спора как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции последовательно заявляет ходатайства об отложении судебных заседаний, мотивированные отсутствие времени на подготовку к делу, апелляционный суд отмечает, что все процессуальные документы сторон поступают в суд, в том числе посредством системы он-лайн подачи документов «Мой Арбитр», как следствие управляющий имеет реальную возможность ознакомиться с документами посредством он-лайн ознакомления, о чем профессиональный антикризисный менеджер не может не знать, однако, своим правом он не пользуется, заявляет ходатайства об отложении; в сложившейся ситуации апелляционный суд полагает, что в данном случае отложение судебного заседания не будет соответствовать принципу процессуальной экономии и требованию эффективности судопроизводства, которые служат гарантией осуществления арбитражными судами справедливого судебного разбирательства в разумный срок. Суд также обращает внимание, что заявляя ходатайства об отложении (в суде первой инстанции в судебном заседании до перерыва и в суде апелляционной инстанции) финансовый управляющий в судебное заседание не является

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель АКБ «ВЕК» (АО) в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представители Должника и ответчика ФИО5 поддержали обжалуемое определение суда первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения апелляционных жалоб, апелляционные жалобы рассматривались в их отсутствие в соответствии со ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как установлено пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановления от 30.04.2009 N 32) разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в пункте 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как

добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Более того, в отношении конкурсного оспаривания сделок судебной практикой выработан подход о том, что квалификация противоправной сделки по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки и, в частности, статьи 61.2 Закона о банкротстве, которой предусмотрены специальные основания для конкурсного оспаривания сделок, а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора,

В рассматриваемом споре истец в качестве основания для признания договоров купли-продажи недействительными ссылался на то, что они заключены с целью нанести вред имущественным правам кредиторов, т.е. он ссылался на признаки, прямо предусмотренные п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, при этом не указано, какие пороки оспариваемых договоров выходят за пределы дефектов подозрительных сделок и позволяют квалифицировать их по ст.ст. 10, 168 ГК РФ.

Установлено, что 18.02.2011 между АКБ «Транскапиталбанк» (ЗАО) и должником ФИО3 заключен кредитный договор <***> и договор залога № 42-2011/ДЗКФ.

Кредитор АКБ «Транскапиталбанк» (ЗАО) перечислил заемщику ФИО3 денежные средства в сумме 1 млн. 500 тыс. долларов США.

В соответствии с п. 1.4.1. кредитного договора, в качестве предмета залога предоставлено имущество – спорные объекты недвижимости: земельный участок и садовый дом, расположенные по адресу: Московская область, Одинцовский район, Аксиньинский с.о., с.Аксиньино, снт«Пион», уч.46.

27.07.2015 между ФИО3 и ФИО9 заключен договор купли-продажи спорного земельного участка и садового дома.

В п. 4 договора установлена цена договора - 100 000 000 руб.

П. 6 договора установлено, что расчеты по договору осуществляются путем внесения их на счет продавца в АКБ «ВЕК» (ЗАО).

В п. 7 Договора установлен срок оплаты до 31.07.2015, указан счет продавца 40817810300000005521.

Покупатель ФИО9, в соответствии с условиями договора купли-продажи 31.07.2015 перечислил продавцу ФИО3 денежные средства в сумме 100 млн. руб., на счет № 40817810300000005521 в АКБ «ВЕК» (АО), что подтверждается выпиской по счету.

Полученные по договору купли-продажи денежные средства в сумме 100 млн. руб. были направлены ФИО3 в качестве безвозмездной финансовой помощи банку АКБ «ВЕК» (ЗАО), что подтверждается выпиской по счету, Договором о предоставлении безвозмездной финансовой помощи банку от 30.07.2015 и Письмом в Главное управление Банка России № 10/289БР от 03.08.2015, в котором указано об источнике происхождения денежных средств в сумме 100 млн. руб., за счет которых ФИО3 банку предоставлена безвозмездная финансовая помощь.

Таким образом, довод об отсутствии доказательств оплаты ФИО9 по договору купли-продажи опровергается представленными доказательствами.

12.08.2015 между ООО «Комплект» и должником ФИО3 заключен договор займа.

Займодавец ООО «Комплект» 12.08.2015 перечислил заемщику ФИО3 денежные средства в сумме 1 млн. долларов в рублях по курсу доллара США, установленному Банком России на день платежа, на счет № 40817810300000005521, открытый в АКБ «ВЕК» (АО), что подтверждается выпиской по счету ФИО3

Должником ФИО3 оплачивались проценты по договору займа с ООО «Комплект», что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями за период с сентября 2015 по сентябрь 2016 годов.

Доводы о притворном характере заемных правоотношений между ООО «Комплект» и ФИО3 опровергаются представленными доказательствами.

В соответствии с п. 3.8 договора займа от 12.08.2015, в качестве предмета залога предоставлено имущество – спорные объекты недвижимости: земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: Московская область, Одинцовский район, Аксиньинский с.о., с.Аксиньино, снт«Пион», уч.47.

Полученные денежные средства от ООО «Комплект» были перечислены ФИО3 в счет погашения задолженности по ранее заключенному с АКБ «Транскапиталбанк» (ЗАО) кредитному договору <***> от 18.02.2011, что подтверждается ответом ПАО «Транскапиталбанк» от 09.07.2024, копией выписки о движении денежных средств по счету № 40817840320150000024, открытому в ПАО «Транскапиталбанк».

14.08.2015, к договору купли-продажи от 27.07.2015 с ФИО9, заключено дополнительное соглашение, согласно которому продавец ФИО3 погасил задолженность перед ПАО «Транскапиталбанк».

Ипотека земельного участка и дома прекращена с прекращением обеспеченного залогом обязательства.

ФИО3 фактически передал вышеуказанное имущество покупателю ФИО9, о чем 14.08.2015 составлен передаточный акт.

07.09.2015 между ООО «Комплект» и должником ФИО3 заключен договор залога недвижимого имущества: земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: Московская область, Одинцовский район, Аксиньинский с.о., с.Аксиньино, снт«Пион», уч.47, во исполнение обязательств по договору займа от 12.08.2015 с ООО «Комплект».

07.09.2015 между ООО «Комплект» и залогодателем ФИО9 заключен договор залога недвижимого имущества (ипотеки):земельный участок садовый дом, расположенные по адресу: Московская область, Одинцовский район, Аксиньинский с.о., с.Аксиньино, снт«Пион», уч.46.

В соответствии с п. 1.1. договора залога от 07.09.2015 предметом залога обеспечивается исполнение обязательств по договору займа от 12.08.2015, заключенному между ФИО3 и ООО «Комплект» на 1 млн. долларов.

25.10.2016 между ООО «Комплект» и ФИО5 заключен договор цессии (уступки прав требования) № 25/10/2016-С.

В соответствии с условиями договора цессии, ООО «Комплект» уступило ФИО5 существующее денежное требование к ФИО3 по договору займа от 12.08.2015 в сумме 41 699 209,43 руб., обеспеченное залогом недвижимого имущества по договору от 07.09.2015 залога: земельного участка и дачного дома, расположенных по адресу: Московская область, Одинцовский район, Аксиньинский с.о., с.Аксиньино, снт«Пион», уч.46; земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: Московская область, Одинцовский район, Аксиньинский с.о., с.Аксиньино, снт«Пион», уч.47.

В соответствии с п. 3.2. договора цессии право залога переходит в полном объеме к цессионарию одновременно с переходом права требования денежного

обязательства указанного в п. 2 настоящего Договора, т.е. после зачисления на расчетный счет цедента суммы, указанной в п.2 настоящего договора.

Обязательство ФИО5 по оплате ООО «Комплект» требования по договору цессии исполнено надлежащим образом. Денежные средства в сумме 41 699 209,43 руб. перечислены ФИО5 на счет ООО «Комплект», что подтверждается платежным поручением № 1 от 27.10.2016 (т.1 л.д.130).

С 25.10.2015 займодавцем ФИО3 по договору займа от 12.08.2015 стал ФИО5

09.11.2016 между ФИО3 и ФИО5 заключен договор купли-продажи земельного участка и жилого строения,расположенных по адресу: Московская область, Одинцовский район, Аксиньинский с.о., с.Аксиньино, снт«Пион», уч.47.

В п. 4 договора установлена цена договора, которая составила 41 699 209,43 руб.

09.11.2016 между ФИО3 и ФИО5 заключено соглашение о зачете встречных однородных требований, действительность которого подтверждена вышеуказанными фактическими обстоятельствами: согласно условиям данного зачета оплата по договору купли-продажи от 09.11.2016 произошла за счет погашения требования ФИО5 к ФИО3 по договору займа от 12.08.2015 в сумме 41 699 209,43 руб.

Таким образом, доводы об отсутствии доказательств перечисления денежных средств по договору займа со стороны ООО «Комплект»; отсутствии оплаты договора купли-продажи со стороны ФИО4; отсутствии оплаты договора цессии со стороны ФИО5, являются необоснованными.

Сторонами надлежащим образом исполнены условия перечисления и оплат по вышеуказанным договорам.

Довод о том, что ФИО5 не обращался в суд с заявлением о взыскании задолженности и включении в реестр кредиторов должника противоречит фактическим обстоятельствам по делу, поскольку задолженность у ФИО3 перед ФИО5 отсутствовала. Соглашением о зачете встречных однородных требований от 09.11.2016, заключенного в рамках договора купли-продажи недвижимости от 09.11.2016, произошло погашение требования ФИО5 к ФИО3 по договору займа от 12.08.2015 в сумме 41 699 209,43 руб. ФИО5 получил в собственность недвижимое имущество на указанную сумму.

Стороны оспариваемого договора не могли иметь умысел на причинение вреда кредиторам ФИО3, о наличии которых они в 2015и 2016 году не знали.

По состоянию на даты совершения сделок - 27.07.2015 и 09.11.2016 дело о банкротстве ФИО3 возбуждено не было. Дело возбуждено только 31.01.2023.

В постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2021 года по делу № А40-125012/2016, которое послужило основанием для возбуждения дела о банкротстве Должника, указано, что «излишнее доверие профильным подразделениям банка не являются обстоятельствами, которые отнесены законодателем к числу обстоятельств, наличие которых исключают виновность в причинении вреда.

Неумышленное причинение вреда не освобождает ответчика от ответственности» (стр. 7, абз. 2).

Со ссылкой на данный судебный акт суд первой инстанции обоснованно установил отсутствие умысла ФИО3 на причинение банку убытков, поскольку вследствие излишнего доверия профильным подразделениям банка он не осознавал, что одобренные сделки могут причинить банку убытки.

Следовательно, он также не мог осознавать и возможность привлечения его в будущем к ответственности.

Поэтому, заключая оспариваемые договоры купли-продажи недвижимости в 2015 и 2016 году, ФИО3 не мог преследовать цель причинения вреда кредиторам, т.к. в тот момент он не мог осознавать наличие каких-либо кредиторов.

У ФИО3 отсутствовали какие-либо собственные обязательства или неисполненные обязательства перед АКБ «ВЕК» (АО) или иными кредиторами по состоянию на 2015 и 2016 год.

Более того, не представлено доказательств того, что ФИО4 и ФИО5, которые не имели никакого отношения к деятельности АКБ «ВЕК» (АО) и не являлись заинтересованными лицами, осознавали возможность появления в будущем таких кредиторов и преследовали цель причинить им вред.

Между тем для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

В абз. 3 п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор и последняя знала о неправомерных действиях должника.

Таких доказательств не представлено, на что правильно обратил внимание суд первой инстанции.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 по делу № А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется: установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Цель при заключении договоров купли-продажи, в данном случае достигнута: ФИО9 приобрел имущество в собственность. ФИО3, получил денежные средства за реализацию недвижимого имущества. ФИО5 приобрел имущество в собственность. ФИО3, имея задолженность перед кредитором, погасил ее за счет продажи/передачи имущества.

Договоры исполнены обеими сторонами, а также не прикрывали какие-либо иные сделки.

По представленным в дело доказательствам апелляционный суд с учетом повторности рассмотрения обособленного спора в порядке части 1 статьи 268 АПК РФ прийти к противоположным выводам не может.

В части довода о допущенных судом процессуальных нарушениях при рассмотрении объединенных заявлений.

В судебном заседании 13.08.2024 были объединены для совместного рассмотрения заявления финансового управляющего об оспаривании сделки купли-продажи ФИО3 с ФИО4, а также ФИО3 с ФИО5

Рассмотрение дела началось с самого начала. После чего, судом был объявлен перерыв до 15.08.2024 для предоставления доказательств участвующими лицами.

Вопреки доводам управляющего протокол судебного заседания от 13.08.2024, 15.08.2024 (том 3 л.д. 63-64) отражает рассмотрение всех заявленных им суду первой инстанции ходатайств, согласно аудиозаписи судебного заседания от 15.08.2024 суд рассмотрел все заявленные ходатайства, правовых оснований для несогласия с процессуальными решениями Арбитражного суда города Москвы у апелляционного суда не имеется: основополагающие принципы арбитражного процесса соблюдены судом первой инстанции неукоснительно и в полном объеме.

Довод о том, что суд не вынес самостоятельного определения об объединении споров, несостоятельны по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 184 АПК РФ арбитражный суд выносит определения в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, и в других случаях по вопросам, требующим разрешения в ходе судебного разбирательства.

Определение в виде отдельного судебного акта арбитражный суд выносит во всех случаях, если настоящим Кодексом предусмотрена возможность обжалования определения отдельно от обжалования судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

В других случаях арбитражный суд вправе вынести определение как в виде отдельного судебного акта, так и в виде протокольного определения (часть 3 статьи 184 АПК РФ).

С учетом разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", следует признать, что определение об объединении дел в одно производство (часть 4 статьи 130 АПК РФ) прямо названо в качестве судебного акта, которые не могут быть обжалованы в самостоятельном порядке.

Возможность обжалования судебного акта об объединении дел в одно производство АПК РФ и Законом о банкротстве не предусмотрена, при этом определение об объединении обособленных споров не препятствует дальнейшему движению спора.

Следовательно, суд первой инстанции правомерно вынес протокольное определение об объединении споров порядке части 3 статьи 184 АПК РФ.

В апелляционной жалобе управляющий указывает, что суд не исследовал источники происхождения денежных средств как у ФИО9, ФИО5, так и у ООО «Комплект».

Коллегия отмечает, что таких доводов в суде первой инстанции не заявлялось, истец указывал исключительно на отсутствие оплаты по договорам.

По существу в суде апелляционной инстанции управляющий в жалобе ссылается на то, что суд первой инстанции не применил разъяснения, данные в абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве".

По мнению суда апелляционной инстанции, данные доводы подлежат отклонению, поскольку разъяснения, данные в абзаце 3 пункта 26 Постановления N 35, относятся к ситуациям, когда под сомнение ставится сам факт передачи должнику денежных средств. Такие сомнения возникают в тех случаях, когда расчеты

осуществляются способами, позволяющими скрыть отсутствие реальности исполнения при помощи формального документооборота.

Для этого, в частности, могут составляться расписки, приходные кассовые ордера, то есть такие документы, содержание и форму которых стороны могут избрать произвольно.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае оплаты производились, как указано выше, посредством безналичного платежа.

Специфика совершения безналичных платежей не позволяет осуществить такую произвольную замену реального положения дел формальным документооборотом.

Сам факт передачи денежных средств, в связи с этим, не может быть поставлен под сомнение, как следствие, отпадает необходимость установления обстоятельств, подтверждающих реальность такой передачи.

То есть необходимо было установить не наличие (отсутствие) у ответчиков финансовой возможности приобретения спорного имущества, а наличие (отсутствие) обстоятельств транзитного движения денежных средств (от должника к ответчику и обратно должнику).

Однако в рассматриваемом случае судом первой инстанции установлены факты расходования Должником денежных средств, полученных по оспариваемым договорам, в связи с чем доводы о том, что суд не исследовал наличие финансовой возможности оплаты по договорам применительно к конкретному рассматриваемому обособленному спору признаются коллегией несостоятельными.

В апелляционной жалобе управляющий указывает, что ФИО3 и ФИО5 являются аффилированными лицами.

Управляющий заявил о наличии письма из электронной почты, в котором ФИО3 указал адрес: СНТ «Пион», уч. 47.

Вместе с тем, в судебном заседании суда первой инстанции финансовый управляющий достоверность происхождения и получения письма подтвердить не смог. На вопрос суда о наличии признаков аффилированности между ФИО3 и ФИО5 ответил отрицательно. Более того, в своем заявлении также не приводил доводов о наличии признаков аффилированности или заинтересованности сторон. Относимые и достоверные доказательства пользования ФИО3 объектами недвижимости (СНТ Пион уч. 46 и 47) управляющим не представлено ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Судебная коллегия Девятого арбитражного апелляционного суда считает, что суд первой инстанции, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришел к обоснованному и правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных управляющим требований в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции учитывает правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Апелляционный суд полагает, что состоявшийся судебный акт основан на полном и всестороннем исследовании обстоятельств обособленного спора.

Доводы жалоб не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2024 по делу № А40285883/22 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Н.В. Юркова

Судьи: М.С. Сафронова Е.А. Скворцова