Постановление от 18 января 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-10798/2024(7)-АК

Дело № А60-51353/2023
19 января 2026 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 января 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей Зарифуллиной Л.М., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Чадовой М.Ф.,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора Жукова Ивана Николаевича

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 28 августа 2025 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 21.03.2023 земельного участка с

кадастровым номером 18:26:020246:*, площадью 1000+/-11 кв.м, расположенного по адресу: Удмуртская республика, г. Ижевск, Индустриальный район, заключенного между должником и ФИО2, применении последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А60-51353/2023

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3 (ИНН <***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4, акционерный коммерческий банк «АК Барс» (публичное акционерное общество), ФИО5,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.10.2023 к производству суда принято поступившее 26.09.2023 заявление ФИО3 (далее – должник, ФИО3) о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.11.2023 (резолютивная часть от 30.10.2023) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО6 (далее – ФИО6) член Ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.11.2024 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника ФИО3; таковым определением суда от 18.02.2025 утвержден ФИО7 (далее – ФИО7), член Ассоциации «Саморегулируемая организация «Южный Урал».

Ранее, 18.10.2024 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 21.03.2023 земельного участка с кадастровым номером 18:26:020246:1469, площадью 1000+/-11 кв.м, расположенного по адресу: Удмуртская Республика, г.Ижевск, Индустриальный район, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 (далее – ФИО2) действительной стоимости земельного участка на момент его приобретения в сумме 2 470 000 руб.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4 (далее – ФИО4), акционерный коммерческий банк «АК Барс» (публичное акционерное общество) (далее – Банк «АК Барс»), индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее – ФИО5).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.08.2025 (резолютивная часть от 14.08.2025) в удовлетворении требований финансового управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, кредитор ФИО1 (далее – ФИО1) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований финансового управляющего, ссылаясь на то, что при его вынесении судом первой инстанции допущено неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, выводы суда, изложенные в определении, не соответствуют обстоятельствам дела.

В обоснование апелляционной жалобы кредитор настаивает на недействительности оспариваемой сделки должника; ссылается на то, что судом не учтено отсутствие в материалах обособленного спора каких-либо доказательств, с очевидностью свидетельствующих о реальности факта расчета за спорный земельный участок – встречного предоставления со стороны ответчика ФИО2, что свидетельствует о безвозмездности спорной сделки. Справка об оборотах по расчетному счету не позволяет установить информацию о том, в каком размере и из каких источников ответчик получала денежные средства; справка не содержит сведений о детализации операций, об остатках денежных средств на дату оформления договора купли-продажи. Кроме того, в материалы обособленного спора не представлены налоговые декларации, отчеты социальных фондов, трудовые договоры ли иные документы от независимых источников, которые позволили бы прийти к выводу о том, что ответчик имела какие-либо законные источники доходов в 2020-2023 годах, которые позволяли ей произвести расчет за спорный участок собственными денежными средствами. Апеллянт полагает, что ответчик и должник при совершении оспариваемого договора действовали согласовано, в целях сокрытия спорного участка от кредиторов, невозможности обращения на него взыскания, будучи фактически заинтересованными лицами, чья заинтересованность скрывается и не опровергнута. Ответчиком не раскрыты источники и обстоятельства ее осведомленности о факте продажи спорного земельного участка. Обращает внимание, что для ответчика сделка по покупке земельного участка не имела какого-либо экономического смысла, так как спустя непродолжительное время после его приобретения он был реализован, по той же цене, по которой якобы был куплен у должника, соответственно, ответчик не использовала его для личных нужд, не получила какого-либо инвестиционного дохода от перепродажи участка, фактически необходимость несения расходов по уплате земельного налога за время использования спорного участка, пошлин при государственной регистрации перехода права следует расценивать как убытки ответчика. Также ответчик не проявила должной осмотрительности при совершении сделки по покупке земельного участка, поскольку в период подготовки к сделке не испрашивала у должника (продавца) нотариально удостоверенное согласие его супруги на распоряжение земельным участком. По мнению апеллянта, совокупность данных фактов свидетельствует об отклонении поведения ответчика от обычных стандартов поведения добросовестного и разумного участника гражданского оборота. При этом подобное отклонение участником оспариваемой сделки от типичного поведения является безусловным подтверждением факта заинтересованности покупателя к должнику, а также свидетельствует о том, что ФИО2 не имела реального намерения в покупке земельного участка, а лишь оказывала должнику содействие в сокрытии актива от независимых кредиторов.

Согласно представленному отзыву должник ФИО3 против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность, обоснованность обжалуемого судебного акта, правомерность выводов суда и наличие в материалах дела доказательств в подтверждение законности оспариваемой сделки.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268, 272 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в ходе реализации в отношении должника ФИО3 мероприятий процедуры реализации имущества гражданина на основании сведений Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество (далее – ЕГРН) от 17.11.2023 финансовым управляющим выявлено, что ФИО3 в период c 26.09.2020 по 21.03.2023 на праве собственности принадлежал земельный участок с кадастровым номером 18:26:020246:1469, площадью 1000+/-11 кв.м, расположенный по адресу: Удмуртская Республика, г.Ижевск, Индустриальный район.

21.03.2023 между должником ФИО3 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи указанного земельного участка по цене 1 010 000 руб. Переход права собственности зарегистрирован 31.03.2023.

Полагая, что сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о банкротстве ФИО3, по результатам анализа финансового состояния должника не установлены обстоятельства получения им встречного исполнения по спорной сделке и расходовании полученных по сделке денежных средств, рыночная стоимость переданного должником имущества в два раза превышала цену сделки, в результате данной сделки из имущественной массы должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки должника, совершенной в отношении вышеназванного земельного участка, недействительной на основании положений пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) и применении последствий ее недействительности в виде взыскания с недобросовестного покупателя ФИО2 действительной стоимости земельного участка на момент его приобретения в сумме 2 470 000 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия условий, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной по приведенным финансовым управляющим основаниям.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены состоявшегося судебного акта, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление, об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в самом Законе.

Из содержания заявления следует, что в качестве основания для признания оспариваемой сделки недействительной финансовым управляющим приведены положения пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки недействительной, отвечающей признакам подозрительности, то есть совершенной должником при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки (пункт 1) или в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2).

Неравноценной является сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, которая может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В предмет доказывания по спору о признании неравноценной сделки должника недействительной входит: факт совершения сделки; подозрительный период совершения сделки; неравноценность.

Не приводя легальной общей дефиниции указанного понятия, законодатель раскрывает его смысл через описание двух распространенных ситуаций:

- цена сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки;

- любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Из диспозиции нормы пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 8, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63), неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной подозрительной сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

Для признания сделки недействительной по указанному основанию конкурсный управляющий должен доказать совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки вред имущественным правам кредиторов был причинен;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника в момент совершения сделки.

При недоказанности приведенной совокупности обстоятельств требование о признании сделки недействительной не подлежит удовлетворению (пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

Согласно пункту 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как следует из абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При оценке законности заключенных в период подозрительности, установленный законодательством о банкротстве, сделок, необходимо принимать во внимание наличие или отсутствие экономической обоснованности в предпринимаемых действиях, а также учитывать и поддерживать баланс интересов, с точки зрения защиты прав кредиторов за счет формирования конкурсной массы в максимально возможном размере и в то же время минимизации негативного воздействия на гражданский оборот в результате оспаривания сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2019 №305-ЭС16-11128).

Судебная практика ориентирует суды при разрешении конкретных дел на необходимость соблюдать баланс между принципом правовой определенности, стабильностью гражданского оборота и обеспечением разумных имущественных интересов участников данного оборота, с одной стороны, и недопустимостью злоупотребления правом, незаконного вывода активов, с другой.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточную и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Материалы рассматриваемого дела свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка совершена 21.03.2023, в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом (03.10.2023), то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Изучив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции не установил совокупность обстоятельств, необходимую для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, указанным как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По результатам повторной оценки представленных в материалы дела доказательств и установления юридически значимых обстоятельств, апелляционный суд оснований для иных суждений по существу спора не усматривает.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 21.03.2023 между должником и ФИО2 был заключен договор купли-продажи принадлежащего ФИО3 земельного участка, с кадастровым номером 18:26:020246:1469, расположенного по адресу: Удмуртская Республика, г.Ижевск, Индустриальный район, площадью 1000+/-11 кв.м. Цена сделки составила 1 010 000 руб. Переход права собственности зарегистрирован 31.03.2023.

03.07.2023 в отношении указанного земельного участка был заключен договор купли-продажи между ФИО2 (продавец) и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (покупатель, далее – ИП ФИО5). Цена сделки составила 1 010 000 руб.

Согласно выписке из ЕГРН 28.09.2023 на указанном земельном участке с кадастровым 18:26:020246:1469 был поставлен на учет одноэтажный жилой дом площадью 123 кв.м (с крыльцом 126 кв.м) с кадастровым номером 18:26:020246:2125, с присвоенным адресом: Удмуртская Республика, г.Ижевск, пер.4-й Архитектурный, д.** (физический износ дома 0,8 %).

Согласно техническому плану здания, изготовленному кадастровым инженером ФИО8 в связи с созданием объекта недвижимости, по состоянию на 05.09.2023 в границах земельного участка с кадастровым 18:26:020246:1469 возведен жилой дом площадью 123 кв.м (с крыльцом 126 кв.м). Заказчиком кадастровых работ выступал ФИО5

Уведомлением от 13.09.2023 №423 Главное управление архитектуры и градостроительства г.Ижевска подтвердило право застройщика осуществить строительство жилого дома в течение 10 лет со дня направления застройщиком такого уведомления.

Таким образом, жилой дом на спорном земельном участке был возведен в период принадлежности земельного участка ИП ФИО5

В последующем, 09.04.2024 ИП ФИО5 произвел отчуждение земельного участка с кадастровым номером 18:26:020246:1469 и жилого дома с кадастровым 18:26:020246:2125 по договору купли-продажи ФИО4, по цене 8 300 000 руб., из которых стоимость земельного участка составила 2 000 000 руб., стоимость жилого дома – 6 300 000 руб.

Из пояснений третьих лиц Банка «АК Барс» и ФИО4, с учетом представленных доказательств, судом установлено, что спорные объекты приобретены ФИО4 в том числе за счет кредитных средств.

Так, ФИО4 обратилась в Банк «АК Барс» с целью получения кредитных денежных средств на приобретение у ИП ФИО5 земельного участка с кадастровым номером №18:26:020246:1469 с расположенным на нем индивидуальным одноэтажным жилым домом с кадастровым номером №18:26:020246:2125, расположенных по адресу: г.Ижевск, пер.4-й Архитектурный, д.**.

09.04.2024 между Банком «АК Барс» и ФИО4 (заемщик) был заключен кредитный договор №1007839099301006, согласно которому заемщику предоставлке кредит на сумму 6 500 000 руб. сроком на 360 месяцев (пункты 1, 2 кредитного договора).

Денежные средства предоставлены ФИО4 для приобретения в собственность вышеуказанных объектов недвижимости (пункт 12 кредитного договора). Оформлена электронная закладная на объекты недвижимости.

Со стороны продавца ИП ФИО5 в банк были представлены следующие правоустанавливающие документы на указанные выше объекты недвижимости: договор купли-продажи от 03.07.2023, заключенный им с ФИО2, уведомление о соответствии построенных объектов индивидуального жилого строительства от 26.09.2023 №130, технический план здания, из которых следовало, что стоимость жилого дома составляет 5 830 000 руб., стоимость земельного участка составляет 2 470 000 руб. Согласно сведениям ЕГРН ограничений и обременении в пользу каких-либо лиц зарегистрировано не было. Оснований усомниться в правомочиях продавца не имелось.

Пунктом 2.2 договора купли-продажи от 09.04.2024 сторонами был установлен следующий порядок оплаты стоимости объектов недвижимости: 1800 000 руб. оплачивается покупателем продавцу за счет собственных средств в день подписания договора любым не запрещенным способом; 6 500 000 руб. выплачивается покупателем продавцу за счет предоставляемых Банком «АК Барс» кредитных средств по кредитному договору от 09.04.2024 №1007839099301006 в безналичной форме на счет, открываемый заемщиком согласно кредитного договора в течение 3 (трех) рабочих дней после подписания договора и размещается на аккредитивный счет в пользу продавца ИП ФИО5 с последующим перечислением на счет №40802810668000080103, открытый в Удмуртском отделении №8618 публичного акционерного общества «Сбербанк» (далее – общество «Сбербанк»), после выполнения условий исполнения платежа по аккредитиву.

Согласно пункту 2.3 договора купли-продажи от 09.04.2024 с момента государственной регистрации объектов недвижимости земельный участок и дом находятся в залоге у Банка.

Исполнение по договору купли-продажи произведено в момент оформления договора. Так, 09.04.2024 со стороны ИП ФИО5 была оформлена справка, подтверждающая получение от ФИО4 денежных средств в сумме 1 800 000 руб.; кредитные денежные средства в сумме 6 500 000 руб. были перечислены на счет ФИО4 и перечислены на аккредитив в обществе «Сбербанк» на счет продавца ИП ФИО5, что подтверждается выпиской по лицевому счету.

Кроме того, перед заключением договора купли-продажи от 09.04.2024 по заказу ФИО4 была проведена независимая оценка рыночной стоимости приобретаемых объектов, по результатам которой, согласно отчету об оценке общества с ограниченной ответственностью «Агентство оценки «Паритет» от 31.03.2024 №22402-п/24, рыночная стоимость объектов недвижимости была определена в размере 8 300 000 руб., из которых 5 830 000 руб. стоимость жилого дома, 2 470 000 руб. стоимость земельного участка.

Таким образом, последний приобретатель спорного земельного участка ФИО4 является добросовестным приобретателем. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют (статья 65 АПК РФ).

Отклоняя позицию управляющего о том, что сделка между должником и ФИО2 была совершена при неравноценном встречном исполнении со стороны ответчика, поскольку цена сделки 1 010 000 руб., по мнению управляющего, не соответствовала рыночной цене, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание следующее.

Финансовый управляющий, ссылаясь в обоснование заявленных им требований на положения пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и невозможность возврата земельного участка в конкурсную массу должника в натуре, указал на необходимость взыскания с ответчика ФИО2, как первого приобретателя данного земельного участка, совершившего сделку по заниженной цене, возмещения действительной стоимости данного земельного участка на момент его приобретения, полагая, что такой рыночной стоимостью спорного земельного участка является цена 2 470 000 руб.

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Таким образом, ссылаясь на иную стоимость объекта, финансовому управляющему следовало представить исчерпывающие доказательства несоответствия цены договора реальной стоимости объекта именно на момент совершения спорной сделки по приобретению земельного участка.

Согласно пункту 2 статьи 7 Федерального закона от 29.07.1998 №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об оценочной деятельности) термин «действительная стоимость» тождествен термину «рыночная стоимость», которая может быть определена исключительно на основании проведенной оценочной экспертизы.

Как следует из положений Закона об оценочной деятельности, эксперт определяет рыночную стоимость объекта оценки, то есть наиболее вероятную цену, по которой данный объект может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, а также при наличии иных условий, в частности с учетом выявленных объектов-аналогов, местоположения, наличия (отсутствия) юридических ограничений, условий продажи, даты продажи/предложения, категории земель, разрешенного использования, наличия строений, возможности подключения коммуникаций, размера, формы и фактического состояния участка и т.д.

В обоснование неравноценности встречного исполнения по земельному участку финансовый управляющий ссылался на ранее указанный отчет об оценке от 31.03.2024 №22402-п/24 (подготовлен в рамках сделки между ИП ФИО5 и ФИО4), в соответствии с которым цена земельного участка определена в сумме 2 470 000 руб.

Между тем, ответчик ФИО2 приобрела спорный земельный участок у должника по договору купли-продажи от 21.03.2023, т.е. в иной период времени и в ином состоянии (до проведения работ по улучшению земельного участка).

Соответственно, стоимость спорного земельного участка должна определяться именно на момент его приобретения ответчиком ФИО2, то есть на 21.03.2023, а не на дату приобретения участка ФИО4 у ИП ФИО5, указанную в отчете об оценке 31.03.2024.

В рассматриваемом случае, доказательств иной, более высокой рыночной стоимости спорного земельного участка, на момент его приобретения ответчиком ФИО2, то есть на 21.03.2023, финансовым управляющим не представлено, соответствующее ходатайство о назначении судебной экспертизы не заявлялось (статья 65 АПК РФ).

Рыночная стоимость земельного участка, определенная в отчете от 31.03.2024 № 22402-п/24, не может быть принята во внимание в том числе ввиду ее несоответствия периоду совершения спорной сделки должником и ответчиком.

Позиция управляющего относительно возможности определения цены участка на момент его приобретения ФИО4 (спустя более года с момента совершения спорной сделки) прямо противоречит требованиям пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Таким образом, доказательств, подтверждающих неравноценность встречного предоставления, несоответствие оговоренной в договоре цены действительной рыночной стоимости земельного участка, материалы дела не содержат.

Обоснованные пояснения должника о том, что на момент спорной сделки (21.03.2023) приобретаемый ФИО2 земельный участок находился в неразработанном состоянии (отсутствовали благоустройство земельного участка, инженерные коммуникации на земельном участке и т.д.), при этом на момент сделки между ИП ФИО5 и ФИО4 (09.04.2024, оценка от 31.03.2024) земельный участок уже был разработан, на земельном участке находился возведенный жилой дом, имелись инженерные коммуникации и т.д., что объективно повлияло на его стоимость, финансовым управляющим не опровергнуты.

Иное ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не доказано (статья 65 АПК РФ).

Соответственно, вышеизложенные обстоятельства исключали для суда возможность для вывода об отсутствии равноценного встречного исполнения обязательств по спорной сделке.

Признаков заинтересованности и взаимосвязанности между должником и ответчиком ФИО2 судом установлено не было.

Как верно отмечено судом, не смотря на то, что на момент совершения сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, доказательств, того, что сделка совершена должником с заинтересованным лицом, осведомленность которого о неплатежеспособности должника презюмируется, материалы дела не содержат, соответственно, отсутствует возможность квалификации сделки, как сделки совершенной с целью причинения вреда кредиторам должника, применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Также материалы дела не содержат доказательств, очевидно свидетельствующих, что ответчик должен был знать о признаке неплатежеспособности должника, поскольку факт аффилированности контрагентов по сделке, на который ссылается управляющий, относимыми и допустимыми доказательствами не подтвержден.

Аргументы, которые приводят финансовый управляющий и кредитор в обоснование аффилированности сторон сделки, являются предположительными суждениями и надлежащими доказательствами не подтверждены.

Как указано в пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделок может досказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, осведомленности об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества.

При разрешении подобных споров суду следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции объективно не усмотрел в действиях сторон сделки какой-либо противоправной цели (в том числе, цели причинения вреда кредиторам, незаконного вывода имущества из конкурсной массы в преддверии банкротства), и, как следствие, злоупотребления правом при совершении названной сделки.

Апелляционная коллегия судей приходит к выводу о недоказанности заключения сделки при неравноценном встречном исполнении, в связи с чем, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов отсутствует, а, следовательно, оснований для квалификации сделки и признания ее недействительной по ни пункту 1, ни по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве у суда первой инстанции не имелось.

Таким образом, применительно к рассматриваемому случаю, принимая во внимание указанные выше обстоятельства, в том числе, отсутствие доказательств наличия признаков заинтересованности (аффилированности) между должником и ответчиком, установление факта оплаты спорного имущества и отсутствия доказательств, опровергающих данное обстоятельство, отсутствие доказательств, подтверждающих неравноценность встречного предоставления, несоответствия оговоренной в договоре цены действительной рыночной стоимости спорного объекта, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о недоказанности необходимой совокупности обстоятельств для признания спорного договора купли-продажи недействительным по основаниям статьи 61.2 закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами суда первой инстанции соглашается в полной мере.

Вопреки доводам апелляционной жалобы в материалы дела не представлены доказательства, бесспорно свидетельствующие о том, что ФИО2 было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, о том, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств.

Ссылки апеллянта на обстоятельства последующей продажи спорного земельного участка ФИО2 ИП ФИО5 спустя чуть более трех месяцев с момента заключения оспариваемой сделки по той же цене, не свидетельствуют о неправомерности выводов суда о недоказанности обстоятельств неравноценности встречного исполнения.

Факт владения ФИО2 спорным земельным участком непродолжительное время сам по себе не свидетельствует о том, что должник продал земельный участок по заниженной цене.

В целом, заявленные апеллянтом доводы надлежащими доказательствами не подтверждены, являются предположениями, соответственно, с учетом совокупности установленных обстоятельств дела не могут служить основаниями для сомнений в обоснованности и правомерности выводов суда.

Апелляционный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

При таких обстоятельствах, обжалуемое определение суда отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению, не подлежат, поскольку оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, с учетом обозначенных в жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 августа 2025 года по делу № А60-51353/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Т.С. Нилогова

Судьи

Л.М. Зарифуллина

Л.В. Саликова