Постановление от 10 сентября 2020 г. по делу № А40-20070/2017

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-33001/2020


Дело № А40-20070/17
г. Москва
10 сентября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 10 сентября 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной,

судей А.Н. Григорьева, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 10 июня 2020, вынесенное судьей Кравчук Л.А., об отказе в удовлетворении требований ФИО2 о включении в Реестр требований кредиторов гражданина - должника ФИО3 задолженности в размере 100 000 000 руб. 00 коп.

по делу № А40-20070/17 о признании гражданина - должника ФИО3 несостоятельным (банкротом)

при участии в судебном заседании:

от ф/у ФИО3 – ФИО4 дов от 01.09.2020

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.02.2018 по настоящему делу гражданин – должник ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника. Сообщение о признании гражданина – должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества должника опубликовано финансовым управляющим должника 17.02.2018 в газете «Коммерсантъ» № 30.

06.04.2018 в Арбитражный суд города Москвы поступило требование кредитора гр. ФИО2 о включении в Реестр требований кредиторов задолженности в размере 100 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10 июня 2020 года в удовлетворении требований ФИО2 о включении в Реестр требований кредиторов гражданина – должника ФИО3 задолженности в размере 100 000 000 руб. 00 коп., - отказно.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В судебном заседании представитель финансового управляющего должника возражал по доводам апелляционной жалобы, представил письменный отзыв.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Судом первой инстанции установлено, что в обоснование заявленных требований кредитор сослался на то, что 24.06.2016 между ФИО3 (Продавец) и ФИО5 (Покупатель) был заключен Договор купли-продажи недвижимого имущества, предметом которого являлись земельный участок общей площадью 6 362 кв. м., расположенный по адресу объекта: Московская область, Истринский район. ПавлоСлободский со., <...> уч. 46, дом 19, с кадастровым номером: 50:08:050237:263, а также находящийся на этом участке 2-этажный жилой дом, общей площадью 987,5 кв. м., с кадастровым номером 50:11:0000000:13438.

Впоследствии, 04.07.2016 между ФИО5 (Продавец) и ФИО2 (Покупатель) был заключен Договор купли-продажи недвижимого имущества, предметом которого являлись указанные выше объекты недвижимого имущества.

Решением Истринского городского суда Московской области от 06.12.2016 по делу № 2-3124/16 признаны недействительными Договор купли-продажи недвижимого имущества от 24.06.2016 и Договор купли-продажи недвижимого имущества от 04.07.2016, прекращено право собственности ФИО2 на жилой дом с кадастровым номером 50:11:0000000:13438 и земельный участок с кадастровым номером 50:08:050237:263, право собственности ФИО3 на указанные объекты недвижимости восстановлено.

Последствий недействительности сделок не применялось.

Согласно доводам кредитора основанием для заявления кредитором ФИО2 требования о включении в Реестр требований кредиторов ФИО3 послужило неосновательное обогащение, возникшее на стороне должника ФИО3 в результате исполнения сделок, признанных недействительными.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что заявленные требования являются необоснованными, поскольку у кредитора ФИО2 отсутствует обоснованное право требования к ФИО3, вытекающее из неосновательного обогащения; не представлены доказательства фактической передачи денежных средств в размере 100 000 000 руб., а также не доказана финансовая возможность кредитора единовременно предоставить во исполнение договора купли-продажи недвижимого имущества указанные денежные средства.

Суд первой инстанции также пришел к выводу о том, что вышеуказанные договоры купли-продажи являются мнимыми сделками, совершенными с целью уклонения от исполнения обязательств и причинения вреда кредиторам.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее по тексту также - Постановление N 35), в силу п. 3 - 5 ст. 71 и п. 3 - 5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В условиях банкротства и высокой вероятности нехватки его имущества для погашения требований всех кредиторов между последними объективно возникает конкуренция по поводу распределения конкурсной массы, выражающаяся, помимо прочего, в доказывании обоснованности своих требований. Во избежание злоупотреблений в этой части законодательством установлено, что по общему правилу требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом процессуальном порядке проверяется их обоснованность, состав и размер (пункт 6 статьи 16, статьи 71, 100 Закона о банкротстве). При этом установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления N 35).

Это правило реализуется посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требований кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке (пункты 2 - 5 статьи 71, пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве). Кроме того, в силу разъяснений, данных в пункте 26 постановления N 35, суд не освобождается от проверки обоснованности и размера требований кредиторов и в отсутствие разногласий между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). Стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса. Арбитражным суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу сделки-основания заявленного требования хозяйственных отношений, проверять действительность и объем совершенного по такой сделке экономического предоставления должнику, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Как установлено судом первой инстанции, обосновывая свои требования кредитор ФИО2 ссылалась на то, что договор купли-продажи недвижимого имущества от 24.06.2016 заключен между ФИО3 и ФИО5, а денежные средства во исполнение указанного договора, согласно передаточному акту, уплачены ФИО6

В то же время, суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что каких-либо обязательств между ФИО3 и ФИО2 не возникало, достаточные доказательства уплаты денежных средств ФИО2 ФИО7 в подтверждение доводов о возникновении на стороне ФИО3 неосновательного обогащения в материалах заявленного требования не представлены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Проверяя действительность документов, послуживших основанием для настоящих требований к должнику в деле о его банкротстве, исходя из доводов финансового управляющего и возражающего кредитора ФИО8 о наличии признаков мнимости сделок и их направленности на создание искусственной задолженности кредитора, о злоупотреблении правом со стороны кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений, связанных с наличием неосновательного обогащения в размере, отраженном в представленных заявителем документах.

При наличии убедительных доказательств, подтверждающих отсутствие отношений, связанных с неосновательным обогащением, возникшим на стороне должника в результате исполнения сделок, признанных недействительными, бремя доказывания обратного должно возлагаться на кредитора.

Как установлено Решением Истринского городского суда Московской области от 06.12.2016 по делу № 2-3124/16 Договор купли-продажи недвижимого имущества от 24.06.2016 , Договор купли-продажи недвижимого имущества от 04.07.2016 заключены при наличии запрета на совершение регистрационных действий и сделок но отчуждению жилого дома с кадастровым номером 50:11:0000000:13438 и земельного участка с кадастровым номером 50:08:050237:263, наложенного определением Истринского городского суда Московской области от 28.05.2015 г. по требованиям взыскателя ФИО9

Суд также пришел к выводам о том, что ФИО2 не может быть признана добросовестным приобретателем жилого дома с кадастровым номером 50:11:0000000:13438 и земельного участка с кадастровым номером 50:08:050237:263.

Кроме того, как верно установлено судом первой инстанции по настоящему спору, с момента вступления в силу указанного решения Истринского городского суда Московской области (03.04.2017) и до момента заявления кредитором ФИО2 рассматриваемого требования в рамках настоящего дела (06.04.2018) сторонами сделок не были заявлены требования о применении последствий недействительности сделок в исковом порядке.

В материалы дела также не представлены надлежащие документы, подтверждающие передачу денежных средств во исполнение договоров купли-продажи недвижимого имущества от 24.06.2016 и 04.07.2016. Доказательств обратного, вопреки доводам апелляционной жалобы суду первой инстанции не представлены.

В материалы настоящего дела в подтверждение уплаты денежных средств по Договору купли-продажи недвижимого имущества от 24.06.2016 г., Договору купли-продажи недвижимого имущества от 04.07.2016 г. ФИО2 представлены Передаточный акт от 24.06.2016 г., Передаточный акт от 04.07.2016, в которых указано в п. 4, что расчеты между сторонами произведены полностью, претензий не имеется и копия расписки ФИО5 о получении от ФИО2 денежных средств в сумме 100 000 000 руб.

Однако, учитывая, что в отношении должника введена процедура банкротства реализация имущества, для установления факта действительной передачи денежных средств по указанным сделкам самого по себе наличия передаточных актов недостаточно для того, чтобы считать обязательство из неосновательного обогащения возникшим.

Исходя из повышенных стандартов доказывания в делах о банкротстве, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Заявитель не представил в обоснование заявленного требования надлежащих и достаточных доказательств наличия возможности единовременно предоставить должнику во исполнение Договора купли-продажи недвижимого имущества денежные средства в размере 100 000 000 руб.

Доводы апелляционной жалобы об обратном являются необоснованными.

Судом первой инстанции также установлено, что в качестве доказательства предоставления ФИО2 денежных средств в размере 100 000 000 руб. ФИО5 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 04.07.2016 (признанному недействительной сделкой в судебном порядке) в материалы дела также представлен протокол нотариального допроса свидетеля ФИО10 от 05.12.2016, согласно которому ФИО10 подтверждает передачу ФИО2 в начале июля 2016 года наличных денежных средств в сумме 100 000 000 руб. Расписка по факту передачи денежных средств при этом не составлялась.

В подтверждение наличия у ФИО10 по состоянию на июнь 2016 года денежных средств в сумме 100 000 000 руб. в материалы настоящего спора были представлены налоговая декларация за 2011 год и платежное поручение № 405 от 24.12.2010 о получении ФИО10 270 000 000 руб. на ее счет в ОАО Банк «Народный кредит».

Из выписки по счету ФИО10 в ОАО Банк «Народный кредит» следует, что денежные средства в сумме 266 009 852 руб. 22 коп. были сняты со счета 24.12.2010 г. РКО 894, то есть за 6 лет до совершения сделок и иного движения денежных средств по счету не имелось (09.10.2014 у ОАО Банк «Народный кредит» отозвана лицензия Приказом банка России от 09.10.2014 №ОД-2780).

02.12.2019 г. в материалы дела поступил ответ конкурсного управляющего ОАО Банк «Народный кредит» - ГК АСВ во исполнение определения суда от 09.10.2019 г., которым представлена копия расходного кассового ордера № 894 от 24.12.2010 г. на сумму 266 009 852 руб. 22 коп., сформированный из электронной базы данных операционного дня ОАО Банк «Народный кредит», переданной временной администрацией по управлению кредитной организацией конкурсному управляющему Банка.

Согласно указанной копии получателем денежных средств в сумме 266 009 852 руб. 22 коп. со счета ФИО10 - 24.12.2010 г. РКО № 894 является ФИО3 по доверенности, указаны его паспортные данные.

При этом, несмотря на то, что определением суда от 16.01.2019 для дачи показаний в рамках настоящего обособленного спора ФИО10 вызвана в качестве свидетеля, ФИО10 в судебные заседания, с учетом ее надлежащего извещения, не являлась, каких-либо доказательств, подтверждающих получение, перевод, а также снятие денежных средств в сумме 100 000 000 руб. в момент совершения сделок – 24.06.2016 и 04.07.2016 суду в период с 2010 г. по 2016 г. не представила.

Ссылка апеллянта на то, что свидетель не могла явиться в заседание по состоянию здоровья, о чем суд был уведомлен, не свидетельствует о доказанности обстоятельств, на которые ссылался заявитель в обоснование заявленных требований.

Учитывая изложенное, суд пришел к верному выводу, что представленных кредитором ФИО2 в материалы дела в подтверждение обоснованности требования документов недостаточно для того, чтобы сделать вывод о возникновении на стороне должника ФИО3 неосновательного обогащения.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доводы апелляционной жалобы со ссылкой на сомнения в подлинности кассового ордера № 894 от 24.12.2010 и необоснованный отказ в назначении судебной экспертизы подлежат отклонению.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое не имеет заранее установленной силы, и оценивается наряду с другими доказательствами (часть 2 статьи 64, часть 3 статьи 86 АПК РФ).

Таким образом, вопрос о необходимости проведения экспертизы находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, поэтому требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Суд первой инстанции, оценив доводы и возражения сторон о назначении экспертизы и имеющиеся в деле доказательства, пришел к обоснованному выводу об отсутствии необходимости проведения экспертизы и о достаточности представленных в материалы дела доказательств для рассмотрения дела по существу.

Назначение судебной экспертизы по делу является правом суда, а не обязанность.

Кроме того, указанные доводы не опровергают выводы суда первой инстанции об отсутствии в материалах дела надлежащих и достаточных доказательств передачи денежных средств.

Судом также учтено, что письменного заявления о фальсификации спорного доказательства в материалы дела представлено не было.

Отказывая представителю кредитора ФИО2 в ходатайстве о назначении экспертизы суд также не оставил без внимания факт отсутствия денежных средств на депозите суда для финансирования необходимой экспертизы, а также сроки рассмотрения настоящего спора в деле о банкротстве ФИО3

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в силу части 1 статьи 65 АПК РФ бремя доказывания указанного обстоятельства лежит на ФИО2 как заявителе по настоящему спору.

Учитывая изложенное, оснований для удовлетворения требований кредитора у суда первой инстанции не имелось.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 10 июня 2020 года по делу № А40-20070/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:В.В. Лапшина

Судьи:А.Н. Григорьев

ФИО11