Постановление от 16 апреля 2019 г. по делу № А32-27467/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-27467/2017
город Ростов-на-Дону
16 апреля 2019 года
15АП-4115/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 апреля 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Н.В. Сулименко, А.Н. Стрекачёва,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании

апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Краснодарского краяот 14.02.2019 по делу № А32-27467/2017 о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки

по заявлению финансового управляющего ФИО3

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (СНИЛС <***>, ИНН <***>, ОГРНИП 308231105000066),

принятое в составе судьи Назаренко Р.М.,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее по тексту – должник) судом рассматривается заявление финансового управляющего ФИО3 (далее по тексту – финансовый управляющий) к должнику, к ФИО2 (далее по тексту – ответчик, кредитор) о признании договора займа, заключенного между ФИО4 и ФИО2 и оформленного распиской от 30.03.2016 на сумму 4 500 000 руб. недействительной сделкой и применении последствия недействительности сделки путем исключения из реестра требований кредиторов должника требований ответчика.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2019 оспариваемый договор признан недействительным, применены последствия недействительности сделки путем признания отсутствующим права требования ФИО2 к ФИО4 на сумму 4 500 000 руб., с ответчика в доход бюджета Российской Федерации судебные расходы по оплате госпошлины в размере 6 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего.

По мнению подателя жалобы, основания для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют.

В направленном в суд отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий ФИО3 определение суда первой инстанции просил оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Отзыв приобщен к материалам дела с учетом положения абз. 2 ч. 2 ст. 268 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.10.2017 индивидуальный предприниматель ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г.Карабаш Челябинской области, СНИЛС <***>, ИНН <***>, место регистрации: <...>) признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного Краснодарского края суда от 27.02.2018 финансовым управляющим должника утвержден ФИО3. Информация о реализации имущества гражданина опубликована в газете "Коммерсантъ" № 206 от 03.11.2017.

Финансовым управляющим должника ФИО3 в Арбитражный суд Краснодарского края было подано заявление о признании договора займа, заключенного между ФИО4 и ФИО2 и оформленного распиской от 30.03.2016 на сумму 4 500 000 руб. недействительной сделкой и применении последствия недействительности сделки путем исключения из реестра требований кредиторов должника требований ответчика.

При вынесении определения суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим:

При вынесении определения суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим:

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных в пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка удостоверена распиской от 30.06.2016, учитывая данные разъяснения, действительность оспариваемого в рамках настоящего спора договора оценивается судом только применительно к правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу входит совокупность условий: заключение оспариваемой сделки в пределах периода подозрительности, факт неравноценного встречного исполнения по сделке и заинтересованность ответчика по сделке.

По условиям оспариваемого договора между ФИО2 и ФИО4 заключен договор беспроцентного займа на сумму 4 500 000 руб., оформленный распиской от 30.06.2016.

На основании пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО5 является сыном должника, следовательно, в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом по отношению к должнику. В условиях заинтересованности сторон, суд первой инстанции верно установил наличие в действиях ответчика и должника признаков злоупотребления правом.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 6 А53-15623/2017 первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). Формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода об отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами.

Оспариваемый договор займа удостоверен распиской от 30.06.2016, в то же время из материалов дела усматривается, что у ответчика имеются требования и иных конкурных кредиторов: ФНС России в лице ИФНС России № 4 по г. Краснодару и ПА «Сбербанк России» Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.2018 требования ФНС России в лице ИФНС России № 4 по г. Краснодару в размере 160 576,72 руб. недоимки включены во вторую очередь реестра требований кредиторов ФИО4; требования ФНС России в лице ИФНС России № 4 по г. Краснодару в размере 3 402 079,91 руб. недоимки, 1 199 832,59 руб. пени, 27 349,97 руб. штрафа включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4. Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.10.2018 требования ПАО «Сбербанк России» в размере 239 161,49 руб. основного долга, 8 543,73 руб. неустойки включены в третью очередь реестра требований кредиторов индивидуального предпринимателя ФИО4.

Таким образом оспариваемый договор заключен в пределах периода подозрительности.

В силу положений статьи 807 Кодекса договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денежных средств.

По смыслу статьи 812 Кодекса, если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным.

Документальных доказательств в подтверждение факта передачи денежных средств от кредитора к должнику средств в сумме 4 500 000 руб. не представлено, кроме того суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии у ответчика реальной финансовой возможности предоставить в распоряжение должника указанную сумму.

Суд первой инстанции установил, что согласно справкам НДФЛ в отношении ответчика за 2013, 2014, 2015 годы его общий подтвержденный доход составил 2 556 029,56 руб.

В обоснование финансовой возможности предоставить займ ответчик представил справку АО «Россельхозбанк» об оборотах за период с 165.07.2014 по 26.03.2018, согласно которой оборот ответчика по его расчетному счету составил 45 751 276,04 руб. Суд первой инстанции верно оценил указанное доказательство, поскольку по состоянию на 30.03.2016 у ответчика денежных средств в АО «Россельхозбанк» не имелось еще с 2015 года.

Кроме того, финансовым управляющим было установлено, что должник в 2014 году со своего расчетного счета в АО «Россельхозбанк» оплачивал за ответчика задолженность по различным кредитным договорам на общую сумму 81 750 руб., при этом поступлений в размере 4 500 000 руб. на счет должника не имелось.

Суд предложил ответчику представить выписки по своим расчетным счетам в подтверждение снятия денежных средств в размере 4 500 000 руб. Ответчиком представлены выписки из АО «Альфа-Банк» анализ которых позволяет суду сделать вывод, что какое либо снятие с расчетного счета ответчика денежных средств в размере 4 500 00 руб. по датам предшествующий 30.03.2016 (дате расписки) не имелось.

Кроме того, в рассматриваемом случае аффилированность сторон сделки позволяет сделать вывод об осведомленности ответчика о целях заключения указанной сделки - причинить вред добросовестным конкурсным кредиторам должника путем создания искусственной кредиторской задолженности для контроля процедуры банкротства.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Действия сторон оспариваемых в рамках настоящего дела сделок, направленных на вывод активов должника в преддверии банкротства при отсутствии какой-либо разумной экономической необходимости свидетельствуют о злоупотреблении сторонами сделки правом в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку эти действия направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Таким образом, по оспариваемым сделкам судом установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии правовых оснований для признания их недействительными применительно к положениям статьей 10, 170, 168 Кодекса и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод жалобы о том, что включение требований кредитора в реестр определением суда свидетельствует о том, что оценка договору займа судом уже была дана. Включение требований кредитора в реестр не препятствует оспариванию сделки на стадии реализации имущества, принимая во внимание обязанности финансового управляющего по оспариванию и выявлению сделок, совершенных с целью причинения вреда.

В пункте 29 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (п. 2 ст. 167 ГК РФ, п. 1 ст. 61.6 и абз. второй п. 6 ст. 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Ввиду того, что денежные средства в рамках оспариваемой сделки сторонами не передавались, в качестве последствий недействительности ничтожной сделки суд первой инстанции указал на признание права требования ФИО2 к ФИО4 на сумму 4 500 000 руб. отсутствующим.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что признание требований кредитора отсутствующим не означает, что суд исключил требования кредитора из реестра в качестве применения последствий недействительности сделки.

Практика по данному вопросу была сформирована Определением Верховного Суда РФ от 07.04.2016 N 302-ЭС15-18574 по делу N А33-4900/2010 и Определением Верховного Суда РФ от 14.12.2015 по делу N 305-ЭС14-5846, А40-11086/2011.

Верховный суд РФ пришел к выводу, что в ситуации, когда судом был признан недействительным договор, вынесенное ранее в рамках дела о банкротстве судебное определение об установлении требования кредитора, вытекающего из данного договора, подлежит пересмотру на основании пункта 2 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; при этом сам по себе факт подачи конкурсным управляющим заявления со ссылкой на пункт 6 статьи 16 Закона о банкротстве не является основанием для отказа в его удовлетворении, суд самостоятельно применяет надлежащую процессуальную процедуру для разрешения ходатайства управляющего исходя из его целевой направленности.

Таким образом для исключения требований кредитора из реестра конкурсному управляющему необходимо подать заявление на основании пункта 2 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2019 по делу № А32-27467/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева


Судьи Н.В. Сулименко


А.Н. Стрекачёв