Постановление от 10 ноября 2022 г. по делу № А60-43308/2016

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12152/2017(13,14)-АК

Дело № А60-43308/2016
10 ноября 2022 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2022 года. Постановление в полном объеме изготовлено 10 ноября 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Л.М. Зарифуллиной

судей И.П. Даниловой, Л.В. Саликовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от кредитора Банка ВТБ (ПАО) – ФИО2, паспорт, доверенность от 29.04.2022,

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде:

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО7 – ФИО3, паспорт, доверенность от 24.02.2022,

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы кредитора Банка ВТБ (ПАО) и финансового управляющего должника ФИО4 ФИО5

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 05 сентября 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительной сделки должника с ФИО7,

вынесенное судьей С.Н. Водолазской в рамках дела № А60-43308/2016



о признании ФИО4 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика ФИО7,

установил:

08.09.2016 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Банка ВТБ (ПАО) о признании ФИО4 (далее – ФИО4, должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 15.09.2016 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2016 (резолютивная часть от 10.11.2016) заявление Банка ВТБ (ПАО) признано обоснованным; ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6 (далее – ФИО6).

Соответствующие сведения опубликованы на сайте ЕФРСБ 22.11.2016 (сообщение № 1437065), в газете «Коммерсантъ» № 225(5975) от 03.12.2016, стр.104.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.06.2019 (резолютивная часть от 30.05.2019) ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.09.2019 (резолютивная часть от 09.09.2019) финансовым управляющим должника утвержден ФИО5 (далее – ФИО5), являющийся членом некоммерческого партнерства саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Развитие».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.09.2020 (резолютивная часть от 02.09.2020) процедура реализации имущества гражданина в отношении ФИО4 завершена с применения в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.06.2021 (резолютивная часть от 23.06.2021) заявление Банка ВТБ (ПАО) о пересмотре судебного акта по вновь обстоятельствам удовлетворено, определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.09.2020 по делу № А6043308/2016 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса о завершении процедуры реализации имущества гражданина назначено на 10.08.2021.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.09.2021 (резолютивная часть от 07.09.2021) производство по делу № А60-43308/2016 о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом) возобновлено; в



отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.12.2021 (резолютивная часть от 07.12.2021) финансовым управляющим должника утвержден ФИО5

01.02.2022 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление финансового управляющего должника ФИО5 о признании сделки, заключенной с ФИО7 (далее – ФИО7), недействительной, в котором просил:

1. Признать недействительными сделки по отчуждению в пользу ФИО7 следующих объектов недвижимости:

Наименование объекта



Адрес места нахождения



Кадастровый номер



Помещение жилое


Первоуральск с. Новоалексеевское п. Канал д.39



66:58:0000000:10056



Земельный участок


Первоуральск <...>. участок 39



66:58:2601001:27



Земельный участок



Первоуральск п. Канал



66:58:2601001:36



Здание жилое



Первоуральск п. Канал д.65



66:58:2601001:201



В качестве последствий признания сделки недействительной обязать

ФИО7 передать ФИО4 следующие объекты:

Наименование объекта



Адрес места нахождения

Кадастровый номер


Помещение

Первоуральск п. Канал д. 39

66:58:0000000:10056


Земельный участок

Первоуральск п. Канал уч.39

66:58:2601001:27


Здание нежилое

Первоуральск ул. Канал д.39

66:58:2301001:58


Земельный участок

Первоуральск п. Канал уч.65

66:58:0000000:14016


Земельный участок

Первоуральск п. Канал уч.65

66:58:2601001:210


Земельный участок

Первоуральск п. Канал

66:58:2601001:36


Здание жилое

Первоуральск п. Канал д.65

66:58:2601001:201


Земельный участок



Первоуральск в районе п. Канал

66:58:2902019:727


2. Признать недействительной государственную регистрацию за

ФИО7 следующих объектов недвижимости:

Наименование объекта



Адрес места нахождения

Кадастровый номер


Здание нежилое



<...>

66:49:0000000:2379


Земельный участок

<...>

66:49:0601019:166


Земельный участок

<...>

66:49:0601019:170


Земельный участок

<...>

66:49:0601019:171


Земельный участок

<...>

66:49:0601019:172


Земельный участок

<...>

66:49:0601019:175


Земельный участок

<...>

66:49:0601019:179


Здание нежилое

<...>

66:49:0601022:159


Здание нежилое

<...>

66:49:0601022:160


Здание нежилое

<...>

66:49:0601022:161


Здание нежилое

<...>

66:49:0601022:162


Здание нежилое

<...>

66:49:0601022:163


Здание нежилое

<...>

66:49:0601022:164


Здание нежилое

<...>

66:49:0601022:165



Взыскать с ФИО7 в конкурсную массу должника ФИО8

П.Ф. <***> 000,00 рублей, полученные от реализации указанных объектов.

3. Признать недействительной государственную регистрацию за ФИО7 земельного участка, расположенного по адресу: <...> кадастровый номер 66:06:4501001:1999.

Взыскать с ФИО7 в конкурсную массу должника ФИО4 1 450 000,00 рублей, полученные от реализации указанных объектов.



Определением суда от 08.02.2022 указанное заявление принято судом к рассмотрению.

Финансовым управляющим должника ФИО5 заявлено ходатайство об уточнении требований, в котором управляющий просил признать недействительными:

1) сделки по отчуждению должником ФИО4 в пользу ФИО7:

- договор дарения от 09.12.2013 земельного участка № 39, расположенного по адресу: <...> кадастровый номер 66:58:2601001:27, и помещения, расположенного по адресу: г. Первоуральск с. Новоалексеевское п. Канал д.39, кадастровый номер 66:58:0000000:10056,

- договор купли-продажи от 24.07.2014 здания, расположенного по адресу: г. Первоуральск п. Канал д.65, кадастровый номер 66:58:2601001:201;

- договор купли-продажи от 24.07.2014 земельного участка, расположенного по адресу: г. Первоуральск п. Канал, кадастровый номер 66:58:2601001:36.

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО7 передать ФИО4 земельный участок, расположенный по адресу: <...> участок 39, кадастровый номер 66:58:2601001:27; помещение, расположенное по адресу: г. Первоуральск с. Новоалексеевское, п. Канал д.39, кадастровый номер 66:58:0000000:10056; здание, расположенное по адресу: г. Первоуральск п. Канал д.65, кадастровый номер 66:58:2601001:201; земельный участок, расположенный по адресу: г. Первоуральск п. Канал, кадастровый номер 66:58:2601001:36.

2) сделки по приобретению на имя ФИО7:

- договор купли-продажи от 10.04.2021 здания, расположенного по адресу: Первоуральск ул. Канал д.39, кадастровый номер 66:58:2301001:58,

- договор купли-продажи объекта недвижимости № 04К-П/2015 от 18.12.2015 земельного участка, расположенного по адресу: г. Первоуральск в районе поселка Канал, кадастровый номер 66:58:2902019:727.

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО7 передать ФИО4 указанные объекты.

3) соглашение об отступном от 12.05.2016, акт приема-передачи к соглашению об отступном от 12.05.2016.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в конкурсную массу ФИО4 денежных средств в размере <***> 000,00 рублей.

4) договор купли-продажи от 30.12.2015 земельного участка, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 66:06:4501001:1999.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в конкурсную массу ФИО4 денежные средства в размере 1 450 000,00 рублей.



5) договоры купли-продажи от 30.12.2015 земельных участков, расположенных по адресу: Каменский район примерно 4 км по направлению на север от ст. Рыбниковское, участок 3 кадастровый номер 66:12:4613010:92 и участок 5 кадастровый номер 66:12:4613010:94.

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО7 передать ФИО4 указанные объекты.

6) договор купли-продажи от 24.03.2016 квартиры, расположенной по адресу: <...> кадастровый номер 66:41:0102018:361.

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО7 передать ФИО4 указанные объекты.

Данное уточнение требований принято судом в порядке 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.09.2022 (резолютивная часть от 08.08.2022) в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО5 о признании недействительными сделок отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, кредитор Банк ВТБ (ПАО) и финансовый управляющий должника ФИО5 обратились с апелляционными жалобами.

Кредитор Банк ВТБ (ПАО) в своей апелляционной жалобе просит определение суда от 05.09.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления о признании сделок недействительными.

Заявитель жалобы указывает на то, что должником большая часть имущества оформлена на близкого родственника – сына должника ФИО7 при отсутствии у последнего в силу возраста (23 года) финансовой возможности на приобретение спорного имущества, в результате чего в процедуре банкротства у должника отсутствует какое-либо имущество для расчетов с кредиторами (помимо залогового имущества), при этом, ввиду наличия родства приобретатель имущества по оспариваемым сделкам не мог не знать о цели совершения данных сделок (о цели избежать взыскания на имущество должника). Вновь приобретенные объекты, расположенные по адресу: г. Первоуральск в районе п. Канал (кадастровые номера 66:58:2301001:58, 66:58:2902019:727), объединены одной целью – расширение земельных участков за счет приобретения соседних участков, что охвачено общей идеей увеличения собственности при формальном отсутствии возможности оспаривания сделок. Согласно выписке из ЕГРИП в отношении ИП ФИО4, основным видом деятельности указана аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом, кроме того, должник являлся совладельцем дачного некоммерческого партнерства «Волчиха» по адресу: г. Первоуральск, пос. Канал, которое осуществляло управление (покупку и продажу) зданий, земельных участков в г. Первоуральске, пос. Канал. ФИО4 и ФИО7 являются заинтересованными лицами; совершение оспариваемых сделок



объединено общей целью вывода имущества из конкурсной массы должника с целью предотвращение обращения взыскания на него. ФИО4 являлся мажоритарным кредитором в деле о банкротстве ОАО «Уральский лесохимический завод»; на себя должник имущество не оформлял, поскольку в отношении него велось исполнительное производство; имущество оформлялось на близкого родственника с целью предотвращения взыскания на него, причинения ущерба кредиторам должника, в связи с чем, сделки в отношении имущества, расположенного по адресу: г. Кировоград, <...>, являются недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Полагает, что у ФИО7 в силу молодого возраста отсутствовала финансовая возможность приобретения земельных участков в п. Растущий и Каменском районе. Ввиду того, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные денежные обязательства, оформление ликвидного имущества, на которое возможно было бы обратить взыскание, в пользу заинтересованного лица совершено с целью исключения спорного имущества из конкурсной массы должника и недопущения обращения взыскания на него, что свидетельствует о недобросовестном поведении сторон и злоупотреблении правом. В материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие доходы ФИО7 за 2013-2016гг.; представлены документы о доходах, лишь начиная с 2017 года, соответственно, не доказано наличие финансовой возможности самостоятельно оплатить имущество за счет своих доходов. Нотариально заверенные письменные пояснения физических лиц ФИО9 и ФИО10 являются недопустимыми доказательствами, поскольку данные пояснения получены не в порядке обеспечения нотариусом доказательств, предусмотренном статьей 103 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате», утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1, нотариус только удостоверил подпись; документы, на которых физические лица основывали свои пояснения, нотариус не проверил, порядок обеспечения доказательств не соблюден, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний физические лица не предупреждены.

При подаче апелляционной жалобы Банк ВТБ (ПАО) уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей по платежному поручению № 365011 от 29.08.2022, приобщенному к материалам дела.

Финансовый управляющий должника ФИО5 в своей апелляционной жалобе просит определение суда от 05.09.2022 отменить.

Заявитель жалобы указывает на то, что в обжалуемом судебном акте суд не установил, на каком основании ФИО11 владел на праве собственности имуществом, расположенным по адресу: <...> если оно должно было принадлежать ФИО4, как мажоритарному кредитору ОАО «Уральский лесохимический завод», от ответчиков пояснений по данному вопросу не получено. Полагает, что имеет место схема сохранения имущества должника через оформление права собственности на детей. Все действия должника были направлены на



сохранение во владении семьей дорогостоящего имущества, причем получение обратно имущества путем выкупа через третьих лиц или публичные торги не опровергает доводов финансового управляющего. Несмотря на то, что ФИО7 предоставил суду документы о финансовом состоянии и убедил суд в возможности приобретения спорных объектов, никаких документов по содержанию или ремонту недвижимости в материалы дела не предоставлено; в материалах дела отсутствуют документы по несению бремени содержания имущества, приобретенного в 2013-2015гг. Использование подобной схемы является недобросовестным поведением должника и сторон сделок, которые в силу статьи 10 ГК РФ подлежат признанию недействительными. Помимо имущества, приобретенного должником до признания его банкротом, одновременно совершены сделки по оформлению права собственности непосредственно на сыновей, без участия должника. По мнению апеллянта, спорные сделки являются мнимыми, совершены лишь для вида. В условиях неплатежеспособности ФИО4 не смог зарегистрировать объекты на свое имя, так как они бы попали в конкурсную массу и подлежали реализации с торгов. При этом, финансовое положение детей не позволяло приобретать одновременно такое количество недвижимого имущества, следовательно, денежные средства на приобретение недвижимости поступали от должника. Информация о наличии иной разумной цели приобретения нескольких объектов по одним и тем же адресам на своих детей у финансового управляющего отсутствует.

При подаче апелляционной жалобы финансовым управляющим должника ФИО5 уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей по чеку-ордеру от 14.09.2022, приобщенному к материалам дела.

До начала судебного заседания от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО7 поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. Указывает на то, что бесспорных и достоверных доказательств того, что именно за счет денежных средств должника ФИО4 была произведена оплата за спорные объекты, финансовым управляющим не представлено. Финансовый управляющий и конкурсный кредитор ошибочно считают, что основанием для признания сделок недействительными является так же и тот факт, что, начиная с 2008 года, должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, поскольку имел неисполненные обязательства по кредитным соглашениям от 12.10.2007 № К728000/2007/00096, от 01.11.2007 № К-728000/2007/00102, от 12.12.2007 № КП3728000/2007/00136, от 24.07.2008 № КЛ3728000/2008/00184, от 05.08.2008 № КЛВ728000/2008/0021, от 03.10.2008 № КЛВ728000/2008/00264, от 10.10.2008 № КЛВ728000/2008/00265, № КЛВ728000/2008/00257, поручителем по которым являлся должник ФИО4 Как правомерно указал суд, применительно к договору дарения части здания от 09.12.2013, заключенному между ФИО12 и ФИО7, финансовым управляющим не предоставлены доказательства, подтверждающие, что в результате оспариваемой сделки дарения был причинен



вред имущественным правам кредитором. Право собственности на часть жилого дома с кадастровым номером 66:58:0000000:10056, расположенного по адресу: г. Первоуральск, п. Канал, д. 39, а также право на долю в размере 203/1000 в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 66:58:2601001:27 были приобретены ФИО7 по договору, заключенному в декабре 2013 года; права ФИО7 на вышеуказанные объекты недвижимости зарегистрированы в декабре 2013 года. Довод финансового управляющего, согласно которому заключение договора дарения от 13.11.2009 между ФИО13 и ФИО7 (брат ответчика) и договора дарения от 09.12.2013 между ФИО12 и ФИО7, являются схемой, подтверждающей недобросовестное поведение должника, несостоятелен, поскольку указанные договоры дарения совершены в разные временные периоды с разницей в четыре года, договор дарения от 13.11.2009 уже был предметом судебного рассмотрения, по результатам которого суд отказал финансовому управляющему в признании данного договора недействительным. Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о недоказанности совокупности условий, позволяющих признать договор дарения от 13.11.2009 недействительным (ничтожным) на основании статей 10, 168 ГК РФ, как совершенного с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов при злоупотреблении сторонами сделок своими правами. Является необоснованным довод финансового управляющего и конкурсного кредитора относительно приобретенных ФИО7 объектов по адресу: г. Первоуральск в районе п. Канал; заявители жалобы ошибочно считают, что они объединены единственной целью расширения земельных границ земельных участков за счет приобретение соседних, что охвачено общей идеей увеличения собственности при формальном отсутствии возможности оспаривания сделок: договор купли-продажи доли в размере 1/5 в праве общей долевой собственности на земельный участок № 04К-П/2015 от 18.12.2015, заключенный между СПК «Первоуральский» (продавец) и ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО7 (покупатели), с кадастровым номером 66:58:2902019:727; договор купли-продажи от 10.04.2021 доли в размере 20/100 в праве общей долевой собственности на здание котельной, общей площадью 38,5 кв.м, находящееся по адресу: Свердловская область, г. Первоуральск, <...> (кадастровый номер 66:58:2601001:58). Несостоятелен вывод финансового управляющего по поводу недействительности соглашения об отступном от 12.05.2016. На момент подписания соглашения об отступном у ФИО11 имелась задолженность перед ФИО7 по договору займа от 10.04.2015 в сумме 2 500 000,00 рублей со сроком возврата до 10.04.2016. На дату подписания спорного соглашения объекты недвижимости, расположенные по адресу: г. Кировград, <...> принадлежали ФИО11 на праве собственности с 2013 года, о чем имелась запись в Росреестре, т.е. за три года



до момента подписания соглашения об отступном от 10.04.2016. Доказательств того, что указанное соглашение было заключено с целью причинения имущественного вреда кредиторам финансовым управляющим в материалы дела не представлено. По состоянию на дату совершения сделок по приобретению спорных земельных участков, расположенных по адресу: Каменский район, примерно 4 км по направлению на север от ст. Рыбниковское (уч. №№ 3,5), у ФИО7 имелся постоянный доход, который позволял ему приобрести земельные участки. Довод конкурсного кредитора о том, что ФИО7 не раскрыт источник дохода, несостоятелен, поскольку в материалы дела предоставлена совокупность доказательств, позволяющих установить данный источник, в частности, сведения о трудовой деятельности, предоставляемые из информационных ресурсов Пенсионного фонда РФ, справка Сбербанка РФ о доходах за период 2015-2021гг. Справки 2-НЛФЛ не являются единственным и обязательным документом, подтверждающим доход лица. Отсутствие справки 2-НДФЛ не может нивелировать всю совокупность доказательств, предоставленных в материалы дела, подтверждающих доход ФИО7 Доводы управляющего о том, что нотариально удостоверенные пояснения ФИО18 и ФИО9 являются недопустимыми доказательствами, поскольку были получены не в порядке обеспечения доказательств, предусмотренном статьей 103 Основ законодательства о нотариате, не должны приниматься во внимание. Ни финансовым управляющим, ни конкурсным кредитором возражений по приобщению письменных доказательств в суде первой инстанции не заявлялось, ходатайств о вызове указанных лиц не подавалось, заявлений о фальсификации доказательств заявлено так же не было, следовательно, риск наступления последствий не совершения процессуальных действий лежит на лице, участвующем в деле, и не совершившим действий в подтверждение своих доводов (статьи 9, 65 АПК РФ). Нотариус ФИО19, свидетельствуя подлинность подписи, удостоверила, что подпись на документе сделана определенным лицом в соответствии со статьей 80 Основ законодательства о нотариате, о чем в пояснениях сделана оговорка. Суд обоснованно принял пояснения ФИО18 и ФИО9 в качестве допустимых письменных доказательства. Срок исковой давности для обращения в суд с заявлением о признании спорных сделок недействительными и о применении последствий их недействительности на сегодняшний день пропущен.

В судебном заседании представитель Банка ВТБ (ПАО), участвующая в режиме веб-конференции, доводы своей апелляционной жалобы поддержала, просила определение отменить, заявленные требования о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности - удовлетворить. Доводы апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО5 поддержала.

Представитель заинтересованного лица с правами ответчика ФИО7 с доводами апелляционных жалоб не согласилась по основаниям, изложенным в отзыве, просила определение суда оставить без изменения,



апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.

От финансового управляющего должника ФИО5 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционных жалоб в его отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 09.12.2013 между ФИО12 (далее – ФИО12) (даритель) и ФИО7 (одаряемый) заключен договор дарения части жилого дома, площадью 295,1 кв.м, этажность 4, литер А, назначение жилое, адрес: г. Первоуральск с. Новоалексеевское п. Канал д.39, (кадастровый номер 66:58:0000000:10056) и 203/100 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок (кадастровый номер 66:58:2601001:27), категория земель: для индивидуального жилья, площадью 10 200 кв.м, адрес: г. Первоуральск с. Новоалексеевское п. Канал.

24.07.2014 между ФИО20 (далее – ФИО20) (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи объекта индивидуального жилищного строительства, площадью 12 кв.м, этажность 1, расположенного по адресу: г. Первоуральск п. Канал д.65, кадастровый номер 66:58:2601001:201; земельный участок, площадью 1 955 кв.м, адрес: г. Первоуральск п. Канал, кадастровый номер 66:58:2601001:36.

10.04.2021 между ФИО16 (далее – ФИО16), ФИО17 (далее – ФИО17) (продавцы) и ФИО21 (далее – ФИО21), ФИО15 (далее – ФИО15), ФИО7 (покупатели) заключен договор купли-продажи, по условиям которого ФИО7 приобрел 20/100 доли в праве общей долевой собственности из принадлежащих продавцам 49/100 и 51/100 доли на недвижимое имущество: здание котельной (кадастровый номер 66:58:2601001:58), расположенной на земельном участке с кадастровым номером: 66:58:2601001:27. Цена приобретения 290 000,00 рублей.

18.12.2015 между СПК «Первоуральский» (продавец), и ФИО14 (далее – ФИО14), ФИО15 (далее – ФИО15), ФИО16, ФИО17, ФИО7 (покупатели) заключен договор № 04К-П/2015, по которому ФИО7 приобрел 1/5 доли в праве общей долевой собственности недвижимое имущество в виде земельного участка, находящегося по адресу: г. Первоуральск в р-не поселка Канал. Кадастровый номер 66:58:2902019:727. Цена приобретения – 250 000,00 рублей.



Согласно публичной кадастровой карте, приобретенный земельный участок граничит с земельным участком с кадастровым номером 66:58:2601001:27.

12.05.2016 между ФИО7 и ФИО11 (далее – ФИО11) заключено соглашение об отступном от 12.05.2016, по которому стороны пришли к соглашению о прекращении обязательства ФИО11 предоставлением отступного в форме передачи объектов недвижимости, расположенных по адресу <...> (кадастровые номера 66:49:0000000:2379, 66:49:0601019:166, 66:49:0601019:170, 66:49:0601019:171, 66:49:0601019:172, 66:49:0601019:175, 66:49:0601019:179, 66:49:0601022:159, 66:49:0601022:160, 66:49:0601022:161, 66:49:0601022:162, 66:49:0601022:163, 66:49:0601022:164, 66:49:0601022:165).

На основании акта приема-передачи от 16.05.2016 к соглашению об отступном от 12.05.2016 ФИО11 передал, а ФИО7 принял вышеуказанные земельные участки, расположенные по адресу: <...>

24.03.2016 между ФИО4 и ФИО7 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...> кадастровый номер 66:41:0102018:361.

30.12.2015 по договору купли-продажи ФИО7 приобретены земельные участки, расположенные по адресу: Каменский район примерно 4 км по направлению на север от ст. Рыбниковское, участок 3 кадастровый номер 66:12:4613010:92 и участок 5 кадастровый номер 66:12:4613010:94.

30.12.2015 по договору купли-продажи ФИО7 приобретен земельный участок, расположенный по адресу: <...> кадастровый номер 66:06:4501001:1999.

Ссылаясь на то, что должником произведено отчуждение имущества пользу аффилированного лица – сына должника ФИО7 с целью недопущения реализации имущества в ходе процедуры банкротства, на момент отчуждения имущества должник отвечал признакам неплатежеспособности, доход, у ФИО7 отсутствовал достаточный для оплаты полученных объектов недвижимости доход, оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, вывода имущества из конкурсной массы должника, подобные действия содержат признаки злоупотребления правом, финансовый управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании вышеуказанных сделок недействительными применительно к положениям статей 10, 168, 170 ГК РФ, применении последствий недействительности сделок.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что доказательств недобросовестности поведения сторон совершенных сделок, неопровержимо свидетельствующих о том, что стороны действовали не в соответствии с обычно применяемыми правилами, а исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника, в материалы дела не представлено, как не представлено и доказательств того, что, заключая



оспариваемую сделку, участники сделки имели намерение и действовали совместно исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника; злоупотребление правом сторонами сделок, совершение спорных сделок в нарушение интересов должника, с намерением причинить вред как самому должнику, так и его кредиторам, судом не установлено, признаки недействительности, предусмотренные статьей 10 ГК РФ, отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав и оценив доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главой I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти



процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового



управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Оспариваемые сделки совершены 09.12.2013, 24.07.2014, 18.12.2015, 30.12.2015, 24.03.2016, 12.05.2016, 10.04.2021, то есть как до, так и после 01.10.2015; должник согласно сведениям из ЕГРИП был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в период с 08.07.2008 по 26.05.2017, следовательно, сделки могут быть оспорены как по общим основаниям гражданского законодательства, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ, так и по специальным основаниям Закона о банкротстве, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

Финансовым управляющим должника ФИО5 в качестве правового основания для оспаривания сделок указаны положения статей 10, 168, 170 ГК РФ.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом



«О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ. В связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов



иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 N12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Соответственно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены



доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным



для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ФИО5 ссылается на то, что должником произведено отчуждение имущества пользу аффилированного лица – сына должника ФИО7 с целью недопущения реализации имущества в ходе процедуры банкротства, на момент отчуждения имущества должник отвечал признакам неплатежеспособности, доход, у ФИО7 отсутствовал достаточный для оплаты полученных объектов недвижимости доход, оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, вывода имущества из конкурсной массы должника, подобные действия содержат признаки злоупотребления правом.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как установлено судом и не оспаривается лицами, участвующими в деле, ФИО7 является сыном должника ФИО4, то есть заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Вместе с тем, наличие признаков аффилированности между сторонами сделки само по себе не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об отсутствии реального экономического интереса в совершении сделки.

В обоснование требований о признании недействительным договора дарения от 09.12.2013, заключенного между ФИО12 и ФИО7, финансовый управляющий должника ссылается на то, что часть жилого дома с кадастровым номером 66:58:0000000:10056, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 66:58:2601001:27, также доля в праве собственности на земельный участок фактически осталось в собственности должника, однако, через аффилированное лицо формально переоформлено на совершеннолетнего сына должника – ФИО7, спорный договор причиняет вред имущественным правам кредиторов должника.

Как следует из материалов дела, 17.11.2010 между администрацией городского округа Первоуральск (продавец) и ФИО14, ФИО15, ФИО22, ФИО17, ФИО4 заключен договор купли-



продажи земельного участка № 1734, в соответствии с которым продавец передал, а покупатели приняли в общую долевую собственность, земельный участок с кадастровым номером 66:58:2601001:27 (п. Канал) с целевым использованием для индивидуального жилищного строительства в границах, указанных в кадастровом паспорте участка, прилагаемом к договору, и являющемуся его неотъемлемой частью, общей площадью 10 200 кв.м.

Согласно пункту 2.1 указанного договора право общей долевой собственности на участок установлена в размере, пропорциональном доле в праве собственности на жилой дом: ФИО14- 204/1000; ФИО15 - 199/1000; ФИО22 - 200/1000; ФИО17 - 194/1000; ФИО4 - 203/1000.

На основании договора дарения от 05.04.2013 ФИО4 подарил ФИО23 долю 203/1000 в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 66:58:2601001:27 (п. Канал), категория земель: земли населенных пунктов – для индивидуального жилья, площадь 10 200 кв.м., расположенный по адресу: Свердловская обл., г. Первоуральск п. Канал.

На основании договора дарения от 17.09.2013 ФИО23 подарил ФИО12 долю 203/1000 в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 66:58:2601001:27 (п. Канал), категория земель: земли населенных пунктов – для индивидуального жилья, площадь 10 200 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская обл., г. Первоуральск п. Канал.

В соответствии с договором № 5 от 15.07.2003 купли-продажи недвижимого имущества, заключенного между ООО «Скала» (продавец) и ФИО4 (покупатель), ООО «Скала» продало, а ФИО4 купил часть блокированного пятиквартирного жилого дома – квартиру под номером 2, находящуюся в г. Первоуральске, с. Новоалексеевское п. Канал доме № 39.

Указанное недвижимое имущество передано в залог «Банк 24.ру» (ОАО) по договору залога № <***>/3 от 16.06.2009, заключенному между «Банк 24.ру» (ОАО) и ФИО4 (залогодатель), в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № <***> от 16.06.2009.

23.01.2013 между ФИО4 (продавец) и ФИО23 (покупатель) заключен договор купли-продажи части жилого дома, по условиям которого с согласия залогодержателя (ОАО «Банк 24.ру») продавец передал в собственность, а покупатель принял и оплатил залоговый объект недвижимости – часть жилого дома, площадь 295,1 кв.м, этажность 4, адрес: г. Первоуральск, с. Новоалексеевское п. Канал дом № 39, кадастровый номер 66:58:0000000:10056. Цена объекта установлена в размере 12 000 000,00 рублей.

В дальнейшем, на основании договора купли-продажи части жилого дома от 17.09.2013, заключенного между ФИО23 (продавец) и ФИО12 (покупатель), продавец передал в собственность, а покупатель принял и оплатил часть жилого дома, площадь 295,1 кв.м, этажность 4, адрес: г. Первоуральск, с. Новоалексеевское п. Канал дом № 39, кадастровый номер



66:58:0000000:10056, по цене 12 200 000,00 рублей.

09.12.2013 между ФИО12 (даритель) и ФИО7 (одаряемый) заключен договор дарения части жилого дома площадью 295,1 кв.м, этажность 4, литер А, назначение жилое, адрес: г. Первоуральск с. Новоалексеевское п. Канал д.39, (кадастровый номер 66:58:0000000:10056) и 203/100 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок (кадастровый номер 66:58:2601001:27), категория земель: для индивидуального жилья, площадью 10 200 кв.м, адрес: г. Первоуральск с. Новоалексеевское п. Канал.

Как установлено судом, сделка по отчуждению должником предмета залога (по договору залога № <***>/3 от 16.06.2009) – часть жилого дома, площадь 295,1 кв.м, этажность 4, адрес: г. Первоуральск, с. Новоалексеевское п. Канал дом № 39, кадастровый номер 66:58:0000000:10056, является возмездной, совершенная с согласия залогодержателя (ОАО «Банк 24.ру»).

В период процедуры банкротства должника ФИО4 со стороны залогодержателя требований о включении в реестр в качестве залогового кредитора спорного имущества не заявлялась; договор залога № <***>/3 от 16.06.2009 в установленном законом порядке не оспорен, недействительным не признан.

При таких обстоятельствах, а также в отсутствие доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов, направленности действий на сокрытие имущества от обращения на него взыскания по возникшим обязательствам, принимая во внимание реальность исполнения сделок и перехода прав собственности на спорные объекты недвижимости, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности совокупности условий, позволяющих признать оспариваемые финансовым управляющим сделки недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ как совершенные в условиях злоупотребления правом с целью вывода из собственности ФИО4 ликвидного актива, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при совершении оспариваемого договора дарения от 09.12.2013, заключенного между ФИО12 (даритель) и ФИО7 (одаряемый), стороны действовали исключительно с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов должника, в материалах дела отсутствуют.

Доводы финансового управляющего должника ФИО5 о том, что право собственности на спорное имущество переоформлялось лишь формально, когда как фактически собственник имущества ФИО4 не менялся, отклоняются, ввиду отсутствия документального подтверждения.

Доказательства, свидетельствующие о том, что истинная воля сторон договора дарения от 09.12.2013 не была направлена на порождение соответствующих правоотношений, реальные взаимоотношения между сторонами отсутствовали, не представлены.

Поскольку признаков злоупотребления правом сторонами при



совершении оспариваемой сделки не установлено, учитывая недоказанность мнимости оспариваемой сделки, совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований о признании договора дарения от 09.12.2013, заключенного между ФИО12 и ФИО7, недействительной сделкой на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Финансовым управляющим должника ФИО5 заявлены требования об оспаривании договора купли-продажи от 10.04.2021, заключенного между ФИО16, ФИО17 (продавцы) и ФИО21, ФИО15, ФИО7 (покупатели), по условиям которого ФИО7 приобрел 20/100 доли в праве общей долевой собственности из принадлежащих продавцам 49/100 и 51/100 доли на недвижимое имущество: здание котельной (кадастровый номер 66:58:2601001:58), расположенной на земельном участке с кадастровым номером 66:58:2601001:27. Цена приобретения 290 000,00 рублей.

Как указывает финансовый управляющий должника, право собственности на указанный объект производно от права собственности на земельный участок с кадастровым номером 66:58:2601001:27 и является частью жилого дома, площадью 295,1 кв.м, этажность 4, литер А, расположенного по адресу: г. Первоуральск п. Канал дом № 39, следовательно, подлежит оспариванию в настоящем споре.

Согласно пояснениям заинтересованного лица с правами ответчика ФИО7 приобретение доли в здании котельной было обусловлено тем, что котельная обслуживает здание таунхауса, расположенное на земельном участке 66:58:2601001:27 по адресу: г. Первоуральск, п. Канал, д.39, принадлежавшее в тот период собственникам ФИО21, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО7 Соответственно, приобретение доли в котельной ответчиком было необходимо для содержания принадлежащей ему части жилого дома (получение отопления, газоснабжение).

Кроме того, как отмечено судом первой инстанции, определением суда от 09.09.2020 завершена процедура реализации имущества должника; определением от 24.09.2021 производство по делу о банкротстве должника было возобновлено с введением процедуры реализации имущества гражданина, в то время как спорная сделка была совершена 10.04.2021, то есть в период, когда процедура банкротства была прекращена, но еще не возобновлена.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при совершении оспариваемого договора купли-продажи от 10.04.2021, заключенного между ФИО16, ФИО17 и ФИО21, ФИО15, ФИО7, стороны действовали исключительно с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов должника, в материалы дела не представлены.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание недоказанность причинения совершением оспариваемой сделки вреда имущественным правам кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действия в обход



закона с противоправной целью, признаков злоупотребления правом при заключении оспариваемой сделки, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи от 10.04.2021, заключенного между ФИО16, ФИО17 и ФИО21, ФИО15, ФИО7, недействительным на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Обращаясь в суд с заявлением о признании договора купли-продажи № 04К-П/2015 от 18.12.2015 доли на земельный участок (кадастровый номер 66:58:2902019:727), финансовый управляющий ссылается на то, что спорный земельный участок граничит с земельным участком с кадастровый номером 66:58:2601001:27.

Из материалов дела следует, что 18.12.2015 между СПК «Первоуральский» (продавец), и ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО7 (покупатели) заключен договор № 04К- П/2015, по которому ФИО7 приобрел 1/5 доли в праве общей долевой собственности недвижимое имущество в виде земельного участка, находящегося по адресу: г. Первоуральск в р-не поселка Канал. Кадастровый номер 66:58:2902019:727. Цена приобретения – 250 000,00 рублей.

Согласно публичной кадастровой карте, приобретенный земельный участок граничит с земельным участком с кадастровым номером 66:58:2601001:27.

Вместе с тем, как установлено судом, спорная доля была оплачена ФИО7 за счет собственных денежных средств. ФИО7 обладал финансовой возможностью для оплаты спорной доли.

Доказательства, свидетельствующие о том, что 1/5 доли в праве общей долевой собственности недвижимое имущество в виде земельного участка, находящегося по адресу: г. Первоуральск в р-не поселка Канал, кадастровый номер 66:58:2902019:727, приобретено за счет средств должника, в материалах дела отсутствуют.

Причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате заключения договора № 04К-П/2015 от 18.12.2015 между СПК «Первоуральский» и ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО7, материалами дела не подтверждено.

Доказательства, свидетельствующие о том, что истинная воля сторон сделки не была направлена на порождение соответствующих правоотношений, реальные взаимоотношения между сторонами отсутствовали, не представлены.

Доказательства того, что стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, в материалах дела отсутствуют.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований финансового управляющего должника о признании указанного договора недействительной сделкой применительно к положениям статей 10, 168 ГК РФ, как совершенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов при злоупотреблении сторонами сделок



своими правами.

В обоснование требования об оспаривании договора купли-продажи объекта индивидуального жилищного строительства 24.07.2014 финансовый управляющий должника указывает на то, что спорный объект недвижимости принадлежал должнику, данная сделка является подозрительной, финансовая возможность приобретения объектов ФИО7 не подтверждена, а переоформление собранности является формальным.

Как следует из материалов дела, 30.06.2005 между администрацией муниципального образования г. Первоуральска (арендодатель) и ФИО4 (арендатор) заключен договор аренды земельного участка № 345-к, по которому арендодатель сдает, а арендатор принимает в аренду земельный участок площадью 1955 кв.м, кадастровый номер 66:58:2601001:0036, расположенный по адресу: г. Первоуральск п. Канал уч. № 65.

В дальнейшем указанный земельный участок был приобретен ФИО4 на основании договора купли-продажи земельного участка № 228 от 31.05.2007 под индивидуальное жилищное строительство; цена участка составила 28 429,47 рубля.

Заочным решением Первоуральского городского суда Свердловской области от 28.01.2013 по делу № 2-132/2013 обращено взыскание на принадлежащее ФИО4 имущество: земельный участок, назначение - под индивидуальное жилищное строительство, 1955 кв.м, расположенный по адресу: г. Первоуральск п. Канал уч. № 65, кадастровый номер 66:58:2601001:0036, и жилой дом, расположенный на указанном участке, кадастровый номер 66:58:2601001:201.

26.02.2014 между территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области (продавец) и ФИО20 (покупатель) заключен договор купли-продажи арестованного имущества № 62-1127/13, по которому продавец передает в собственность покупателю, а покупатель принимает следующее имущество: жилой дом площадью 12 кв.м, условный номер 66-66-16/001:2007-205 и земельный участок площадью 1955 кв.м, расположенные по адресу: г. Первоуральск п. Канал уч. № 65, кадастровый номер 66:58:2601001:0036.

Имущество продано в рамках исполнительного производства от 12.04.2013 № 5496/13/62/66, возбужденного судебным приставом-исполнителем межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области ФИО24, переданное на реализацию в соответствии с постановлением о передаче арестованного имущества на торги от 29.08.2013, вынесенным судебным приставом-исполнителем межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области ФИО24, и в соответствии с уведомлением от 24.09.2013 № 62-1127/13 о готовности к реализации арестованного имущества управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области (пункт 1.1 договора купли-продажи от 26.02.2014).



В соответствии с пунктом 2.1 договора купли-продажи от 26.02.2014 стоимость имущества составила 2 010 000,00 рублей.

24.07.2014 между ФИО20 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил в собственность следующее имущество: объект индивидуального жилищного строительства площадью 12 кв.м, этажность 1, расположенный по адресу: г. Первоуральск п. Канал д.65, кадастровый номер 66:58:2601001:201; земельный участок, площадью 1 955 кв.м, адрес: г. Первоуральск п. Канал, кадастровый номер 66:58:2601001:36.

Согласно пункту 3 договора купли-продажи от 24.07.2014 стоимость недвижимого имущества установлена сторонами в сумме 3 500 000,00 рублей.

Согласно письменным пояснениям ФИО9 (далее – ФИО9), заверенным нотариусом ФИО19 06.06.2022 (запись в реестре № 66/289-н/66-2022-1-485), в 2014 году ФИО9 предоставил ФИО7 в заем денежные средства в размере 3 500 000,00 рублей. Денежные средства ФИО9 передавал на покупку земельного участка и дома, расположенных по адресу: г. Первоуральск, п. Канал, участок № 65. Данный земельный участок находился по соседству с его участком, и единственный въезд на земельный участок (г. Первоуральск, <...>) проходил по участку № 65. Перед тем как ФИО9 предоставил заем ФИО7, они договорились, что после оформления собственности на земельный участок, он «прирежет» часть земельного участка № 65 к своему, чтобы сделать полноценный въезд. После оформления права собственности ФИО9 и ФИО7 заключили соглашение, согласно которому были перераспределены земельные участки, в результате чего образовались новые земельные участки, право собственности на которые было оформлено. Заемные денежные средства в настоящее время ФИО7 возвращены в полном объеме. Переданные денежные средства принадлежали ФИО9 и являлись его сбережениями, финансовое состояние которого позволяло предоставить денежные средства ФИО7, поскольку в указанный период ФИО9 занимал должность заместителя председателя Банка «Уралтрансбанк».

Как следует из материалов дела, в соответствии с соглашением об образовании земельных участков от 06.05.2015, заключенным между ФИО7 и ФИО9, стороны достигли соглашения о перераспределении земельных участков, согласно которому в результате перераспределения образованы два земельных участка, которые распределяются между сторонами следующим образом: в собственность ФИО7 передается земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под индивидуальное жилищное строительство, площадью 1733 кв.м, кадастровый номер: 66:58:2601001:210, адрес (местоположение): Свердловская область, г. Первоуральск, п. Канал, участок № 65; в собственность ФИО9 передается земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов,



разрешенное использование: для индивидуального жилищного строительства, площадью 14 57 кв.м, кадастровый номер 66:58:2601001:211, адрес (местоположение): Свердловская область, г. Первоуральск, п. Канал, дачно-строительный кооператив «Березка», уч. № 31.

В дальнейшем ФИО7 заключил с администрацией города Первоуральск соглашение № 141 от 01.08.2019 о перераспределении земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельных участков, находящихся в частной собственности на территории городского округа Первоуральск, в соответствии с которым в результате объединения смежных участков образован земельный участок, расположенный по адресу: г. Первоуральск п. Канал уч. № 65, площадью 2157 кв.м с кадастровым номером 66:58:0000000:14016.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о подверженности материалами дела наличия у ФИО7 финансовой возможности приобрести спорное имущество.

ФИО7 раскрыты разумные мотивы совершения оспариваемой сделки.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при осуществлении оспариваемых сделок стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, а также о мнимости спорных сделок, совершения их без намерения создать соответствующие правовые последствия, в материалы дела не представлены.

С учетом вышеприведенных обстоятельств, довод финансового управляющего должника о том, что переоформление собственности должника являлось формальным, не обоснован и документально не подтвержден.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для признания договора купли-продажи от 24.07.2014, заключенного между ФИО20 и ФИО7, недействительными применительно и к положениям статей 10, 168, 170 ГК РФ.

В части требования финансового управляющего о признании недействительным соглашения об отступном от 12.05.2016 финансовый управляющий ссылался на то, что ФИО4, являясь мажоритарным кредитором в деле о банкротстве ОАО «Уральский лесохимический завод», не обращался за оформлением имущества на свое имя в период проведения в отношения него процедуры банкротства; путем заключения формального договора имущество в 2016 году переоформлено на ФИО7 за

2 500 000,00 рублей; в 2021 году имущество по заниженной цене на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 25.06.2021 продано ФИО25 (далее – ФИО25) по цене <***> 000,00 рублей.

Согласно выписке из ЕГРН от 12.08.2021 № КУВИ-002/2021-104483981, за ФИО7 зарегистрировано следующее имущество: здание нежилое, расположенное по адресу: <...>



кадастровый номер 66:49:0000000:2379; земельный участок, расположенный по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601019:166; земельный участок, расположенный по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601019:170; земельный участок, расположенный по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601019:171; земельный участок, расположенный по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601019:172; земельный участок, расположенный по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601019:175; земельный участок, расположенный по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601019:179; здание нежилое, расположенное по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601022:159; здание нежилое, расположенное по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601022:160; здание нежилое, расположенное по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601022:161; здание нежилое, расположенное по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601022:162; здание нежилое, расположенное по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601022:163; здание нежилое, расположенное по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601022:164; здание нежилое, расположенное по адресу: <...> кадастровый номер 66:49:0601022:165.

Указанное имущество ранее принадлежало ОАО «Уральский лесохимический завод» (ИНН <***>), в отношении которого решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.01.2010 по делу № А6022607/2009 открыта процедура конкурсного производства.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2009 по делу № А60-22607/2009 требования кредитора ФИО4 в размере 91 069 813,15 рубля включены в третью очередь реестра требований кредиторов ОАО «Уральский лесохимический завод».

Требования кредитора ФИО4 в размере 15 324 230,71 рубля включены в третью очередь реестра требований кредиторов ОАО «Уральский лесохимический завод» в качестве обязательства, обеспеченного залогом имущества должника по договору залога имущества № 03/08-Б от 01.12.2008.

Определением суда от 19.09.2013 по делу № А60-22607/2009 процедура конкурсного производства в отношении ОАО «Уральский лесохимический завод» завершена.

По условиям соглашения об отступном от 12.05.2016, заключенного между ФИО7 и ФИО11, стороны пришли к соглашению о прекращении обязательства ФИО11 предоставлением отступного в форме передачи объектов недвижимости, расположенных по адресу <...> (кадастровые номера 66:49:0000000:2379,



66:49:0601019:166, 66:49:0601019:170, 66:49:0601019:171, 66:49:0601019:172, 66:49:0601019:175, 66:49:0601019:179, 66:49:0601022:159, 66:49:0601022:160, 66:49:0601022:161, 66:49:0601022:162, 66:49:0601022:163, 66:49:0601022:164, 66:49:0601022:165).

Задолженность ФИО11 возникла на основании договора займа от 10.04.2015, согласно которому ФИО11 принял на себя обязательства перед ФИО7 по возврату займа в сумме 2 500 000,00 рублей в срок до 10.04.2016.

На основании акта приема-передачи от 16.05.2016 к соглашению об отступном от 12.05.2016 ФИО11 передал, а ФИО7 принял вышеуказанные земельные участки, расположенные по адресу: <...>.

Согласно пояснениям ФИО7, предоставление займа было обусловлено тем, что они совместно планировали создать торговую базу вблизи Кировграда, поскольку инфраструктура позволяла это сделать (наличие ж/д тупиков, производственных помещений). Денежные средства в размере 2 500 000,00 рублей ФИО7 предоставил ФИО10 (далее – ФИО10). В связи с принятием решения о смене места жительства, ФИО7 продал объекты недвижимости по договору купли-продажи от 25.06.2021 ФИО25

Согласно письменным пояснениям ФИО10 в заявлении от 02.06.2022, заверенным нотариусом ФИО26 (запись в реестре № 66/40-н/66-2022-4-40), в 2015 году к ФИО10 обратился ФИО7 с просьбой помочь ему в финансировании бизнес-проекта по созданию торговой базы в окрестностях г. Кировограда Свердловской области. Денежные средства в размере 2 500 000,00 рублей ФИО10 передал ФИО7 наличными денежными средствами. В настоящее время предоставленные ему денежные средства возвращены в полном объеме.

В материалы дела представлен договор купли-продажи недвижимого имущества от 25.06.2021, заключенный между ФИО7 (продавец) и ФИО25 (покупатель), согласно которому вышеуказанные объекты недвижимости были проданы ФИО25 по цене <***> 000,00 рублей.

В рассматриваемом случае, доказательств, свидетельствующих о том, что воля сторон сделки не была направлена на достижение соответствующих ей правовых результатов, не имеется.

Доказательства того, что при совершении спорного соглашения об отступном от 12.05.2016 стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, в материалы дела не представлены.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в результате заключения соглашения об отступном от 12.06.2016 вред имущественным правам кредиторов должника не причинен.



Принимая во внимание отсутствие в действиях сторон оспариваемой сделки признаков злоупотребления правом, недоказанности мнимости сделки, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований о признании данной сделки недействительной применительно к положениям, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Финансовым управляющим должника заявлены требования о признании договора купли-продажи квартиры от 24.03.2016 недействительным.

Как следует из материалов дела, 24.03.2016 между ФИО4 и ФИО7 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...> кадастровый номер 66:41:0102018:361.

Согласно пояснениям ФИО7, денежные средства на приобретение указанной квартиры были предоставлены ему ФИО18 (далее – ФИО18) в качестве займа. Покупка квартиры осуществлялась частично за счет собственных средств ФИО7, частично за счет заемных средств.

Согласно письменным пояснениям ФИО18, заверенным нотариусом ФИО19 20.06.2022 (запись в реестре № 66/289-н/66-2022-4- 122), в период с 2015-2016гг. ФИО18 предоставил ФИО7 в заем денежные средства в общей сумме 7 000 000,00 рублей. Со слов ФИО7, денежные средства ему были нужны для покупки недвижимости. Согласно договоренностям, ФИО7 должен был вернуть заемные денежные средства в срок до 2021 года, что он и сделал. Переданные денежные средства в размере 7 000 000,00 рублей принадлежали ФИО18 и являлись его личными сбережениями от получения дивидендов и продажи недвижимости. С ФИО7 ФИО18 знаком давно, в его платежеспособности не сомневался.

В дальнейшем, квартира, расположенная по адресу: <...> кадастровый номер 66:41:0102018:361, была продана ФИО27 на основании договора купли-продажи от 04.12.2021 по цене 8 500 000,00 рублей.

Как пояснил ФИО7, продажа квартиры была обусловлена сменой места жительства (переездом в другой город).

В данном случае, доказательств того, что стороны оспариваемой сделки преследовали цель вывода в преддверии процедуры банкротства ликвидного актива должника в ущерб интересам его кредиторов, равно как и того, что в результате совершения оспариваемой сделки должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, в материалы дела представлено не было (статья 65 АПК РФ).

Доказательства недобросовестности поведения сторон оспариваемой сделки, неопровержимо свидетельствующих о том, что они действовали не в соответствии с обычно применяемыми правилами, а исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника, в обход закона с противоправной целью, в материалах дела отсутствуют.



Как указывалось ранее, само по себе наличие аффилированности участников сделки не является безусловным основанием для признания сделки недействительной. Заключение сделок между аффилированными лицами законодательством РФ не запрещено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о недоказанности совокупности условий, позволяющих признать оспариваемую сделку - договор купли-продажи квартиры от 24.03.2016 недействительным на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Кроме того, финансовый управляющий должника ФИО5 просил признать недействительными сделками договор купли-продажи от 30.12.2015 земельного участка, расположенного по адресу: <...> кадастровый номер 66:06:4501001:1999, договоры купли-продажи от 30.12.2015 земельных участков, расположенных по адресу: Каменский район примерно 4 км по направлению на север от ст. Рыбниковское, участок 3 кадастровый номер 66:12:4613010:92 и участок 5 кадастровый номер 66:12:4613010:94, ссылаясь на то, что данные земельные участки фактически были приобретены за счет денежных средств должника, а у ФИО7 отсутствовала финансовая возможность для приобретения имущества.

Вместе с тем, бесспорных и достоверных доказательств того, что именно за счет денежных средств должника ФИО7 произведена оплата стоимости земельных участков, в материалы обособленного спора представлено не было (статья 65 АПК РФ).

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Изложенная правовая позиция по аналогии может быть применена и при



оценке обоснованности заявления о признании сделки недействительной.

Согласно пояснениям ФИО7, на момент совершения сделок по приобретению спорных объектов недвижимости возраст ФИО7 составлял 26 лет. При этом, ФИО7 начал свою трудовую деятельность еще с 2010 года, сначала в аудиторских компаниях, затем в Сбербанке России. Доходы ответчика от трудовой деятельности вполне позволяли ему исполнять свои финансовые обязательства по заключенным договорам.

В подтверждение наличия у ФИО7 финансовой возможности произвести оплату стоимости земельных участков последним в материалы дела были представлены сведения о трудовой деятельности, предоставляемые из информационных ресурсов Пенсионного фонда РФ, справка ПАО «Сбербанк» о доходах за период 2015-2021гг., справки о доходах по форме 2-НДФЛ.

Кроме того, в материалы дела предоставлены письменные пояснения лиц, предоставляющих ФИО7 денежные средства в займы.

Изучив данные документы в совокупности, проанализировав сведения, содержащиеся в них, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о документальной подтвержденности наличия у ФИО7 финансовой возможности и имущественной состоятельности произвести оплату стоимости спорного имущества.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что по состоянию на момент совершения спорных сделок ФИО7 мог располагать достаточными финансовыми ресурсами для оплаты стоимости спорных земельных участков и недоказанности финансовым управляющим утверждения о совершении оспариваемых сделок за счет денежных средств должника.

С учетом вышеуказанного, доводы апеллянтов о недоказанности наличия у ФИО7 финансовой возможности приобрести реализованное по оспариваемым сделкам имущество, подлежат отклонению, поскольку вывод суда о том, что ФИО7 обладал достаточным количеством денежных средств, чтобы приобрести спорные объекты недвижимости, основан на оценке совокупности представленных в материалы дела доказательств.

При таких обстоятельствах, а также в отсутствие доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов, направленности действий, как должника, так и ответчика на сокрытие имущества от обращения на него взыскания по возникшим обязательствам, принимая во внимание реальность исполнения сделок и перехода прав собственности на спорные земельные участка, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности совокупности условий, позволяющих признать оспариваемые финансовым управляющим сделки недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ как совершенные в условиях злоупотребления правом с целью вывода из собственности ФИО4 ликвидного актива, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения настоящего спора (в суде первой инстанции) ответчик ФИО7 заявил о пропуске



финансовым управляющим срока исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделок.

Вместе с тем, как следует и текста обжалуемого судебного акта, данное заявление судом первой инстанции рассмотрено не было, ему не была дана надлежащая правовая оценка, что не привело к принятию ошибочного судебного акта.

Судебная коллегия считает необходимым дать оценку данным доводам ответчика.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Обращение лица с заявлением о включении его требования в реестр требований кредиторов должника является одним из ряда действий действием по защите субъективных гражданских прав.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, пунктом 10 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43) исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно данной норме и пункту 15 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Следовательно, при рассмотрении требований кредиторов подлежит применению срок исковой давности, если о его применении заявлено в суде должником.

В отношении оспариваемых договоров подлежат применению положения гражданского законодательства о сроке исковой давности в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ, вступившего в законную силу с 01.09.2013, в частности, норма пункта 1 статьи 181 ГК РФ о том, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года; течение срока исковой давности начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения, при этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Необходимо учитывать и правовую позицию, изложенную в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации



от 30.07.2013 № 62 и постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 № 17912/09 по делу № А54-5153/2008/С16, согласно которой срок исковой давности должен исчисляться не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового неаффилированного директора (или в нашем случае финансового управляющего), получило реальную возможность узнать об обстоятельствах сделки и оспорить ее в установленном порядке.

Учитывая, что реальная возможность обращения с настоящим заявлением появилась только после введения процедуры реализации имущества должника, отказ в применении исковой давности по своему смыслу соответствует пункту 2 статьи 10 ГК РФ и выступает в настоящем случае как санкция за злоупотребление правами. Иной подход противоречил бы основным началам гражданского законодательства, установленным статьей 1 ГК РФ, а именно: равенству участников регулируемых Кодексом отношений.

В абзаце 5 пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено право финансового управляющего получать информацию об имуществе гражданина, а также о счетах и вкладах (депозитах) гражданина, в том числе по банковским картам, об остатках электронных денежных средств и о переводах электронных денежных средств от граждан и юридических лиц (включая кредитные организации), от органов государственной власти, органов местного самоуправления.

В силу части 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих. Следовательно, смена арбитражного управляющего в деле о банкротстве не имеет правового значения, в том числе, и для определения момента начала исчисления срока исковой давности.

Следовательно, учитывая, что ФИО6 ранее являвшийся финансовым управляющим должника, был утвержден решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2016 по настоящему делу, а с заявлением об оспаривании сделок управляющий обратился в арбитражный суд 01.02.2022, срок исковой давности в отношении требования финансового управляющего о признании сделок недействительными в данном конкретном случае следует признать пропущенным.

Пропуск срока исковой давности для оспаривания сделок является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований о признании сделок недействительными.

Как указывалось выше, неуказание в обжалуемом судебном акте результата рассмотрения заявления ФИО7 о пропуске срока исковой давности не является основанием для его отмены и в данном случае устранено арбитражным апелляционным судом, что не противоречит нормам АПК РФ.

Доводы кредитора ПАО «Банк ВТБ» о том, что нотариально заверенные письменные пояснения физических лиц ФИО9 и ФИО10 являются недопустимыми доказательствами, поскольку данные пояснения получены не в порядке обеспечения нотариусом доказательств,



предусмотренном статьей 103 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате», утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1, нотариус только удостоверил подпись; документы, на которых физические лица основывали свои пояснения, нотариус не проверил, порядок обеспечения доказательств не соблюден, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний физические лица не предупреждены, отклоняются.

Согласно части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В соответствии со статьей 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы (часть 2 статьи 64 АПК РФ).

В соответствии со ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В рассматриваемом случае объяснения ФИО18, ФИО9 и



ФИО10 приняты судом не в качестве свидетельских показаний, а в качестве иных письменных доказательств.

Объяснения выполнены в нотариально заверенной форме, позволяющей установить достоверность авторства документа, а потому является надлежащим письменным доказательством (статьи 65, 67, 68 АПК РФ).

Содержание вышеназванных нотариальных пояснений, данных ФИО18, ФИО9 и ФИО10, апеллянтами документально не опровергнуто (статьи 9, 65 АПК РФ).

Ходатайств о вызове указанных лиц для допроса их в качестве свидетелей процессуальным истцом (а также кредиторами) по обособленному не заявлялось.

Представленные ответчиком документы в обоснование финансовой возможности приобретения спорного имущества сфальсифицированными не признаны.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно принял нотариально заверенные пояснения ФИО18, ФИО9 и ФИО10 в качестве надлежащих доказательств и оценил их наряду с иными доказательствами, представленными в материалы дела.

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, влекущих отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы жалоб выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционные жалобы, с учетом приведенных в них доводов, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате



государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на их заявителей, поскольку в удовлетворении жалоб отказано.

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 05 сентября 2022 года по делу № А60-43308/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Л.М. Зарифуллина

Судьи И.П. Данилова

Л.В. Саликова