Постановление от 25 ноября 2019 г. по делу № А60-26469/2019





СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е




№ 17АП-13398/2019-ГК
г. Пермь
25 ноября 2019 года
Дело №А60-26469/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 18 ноября 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 ноября 2019 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Кощеевой М.Н.,

судей Григорьевой Н.П., Сусловой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Киндергарт А.В.,

при участии:

от истца – Абрамова М.А., паспорт, доверенность от 07.11.2019;

от ответчика – Данилов Д.М., паспорт, доверенность от 14.11.2019;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке ст.121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, ООО Строительное предприятие "Средний Урал",

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 15 июля 2019 года

по делу № А60-26469/2019

по иску ООО "Связьтехэнергомонтаж-Урал" (ОГРН 1136679014482, ИНН 6679039190)

к ООО Строительное предприятие "Средний Урал" (ОГРН 1140327016972, ИНН 6623106493)

третье лицо: АО "Научно-производственное объединение Автоматики имени академика Н.А. Семихатова" (ОГРН 1146685026509, ИНН 6685066917)

о взыскании долга по договору субподряда, процентов за пользование чужими денежными средствами,

установил:

ООО "Связьтехэнергомонтаж-Урал" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к ООО Строительное предприятие "Средний Урал" (далее – ответчик) о взыскании 3 043 013,27 руб. задолженности по оплате работ, выполненных на основании договора №006/2017 от 14.09.2017, 169 033,13 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.07.2018 по 19.04.2019 с продолжением их начисления по день фактического исполнения обязательства (с учетом уточнения в порядке ст.49 АПК РФ).

Определением суда от 25.06.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО "Научно-производственное объединение Автоматики имени академика Н.А. Семихатова" (далее – третье лицо).

Решением суда от 15.07.2019 иск удовлетворен, с ответчика в пользу истца взыскано 3 043 013,27 руб. основного долга, 169 033,13 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.07.2018 по 19.04.2019 с продолжением их начисления по день фактической оплаты задолженности; кроме того, с ответчика в пользу истца взыскано 37 470 руб. расходов по уплате государственной пошлины; с ответчика в доход федерального бюджета взыскано 1 590 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым решением, ответчик обжаловал его в апелляционном порядке, просит отменить. В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что судом необоснованно отклонены доводы ответчика относительно суммы в размере 704 176 руб. В суд не предоставлено ни одного доказательства подтверждающего необходимость проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости (п.3 ст.743 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ). Если подрядчик не сообщил заказчику об обнаружении дополнительных работ и не приостановил работы в случае неполучения от него ответа, то есть самовольно продолжил работы, он лишается права требовать оплаты дополнительных работ даже в случае, когда такие работы были включены в акт приемки, подписанный представителем заказчика (п.10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24.01.2000 №51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда"). Считает необоснованным уменьшение неустойки, удержанной в счет оплаты выполненных работ. В качестве оснований для отказа во взыскании неустойки за несвоевременное выполнение работ указано на внесение изменений, корректировку проектной документации, технических решений, что приводило к задержкам выполнения работ. При этом истцом мотивированна только одна задержка на - 31 день (из 145 дней просрочки) на основании письма ООО "Связьтехэнергомонтаж-Урал" от 19.10.2017. Несвоевременная поставка материалов не должна, по мнению ответчика, рассматриваться как ненадлежащее выполнение ООО Строительное предприятие "Средний Урал" встречных обязательств, поскольку данной обязанности договором не предусматривалось. Суд ссылается па то, что указанные обстоятельства были также приняты во внимание Арбитражным судом Свердловской области при рассмотрении дела №А60-48676/2018, но при этом не учитывает, что решением по указанному делу встречные требования АО "Научно-производственное объединение Автоматики имени академика Н.А. Семихатова" о взыскании неустойки за несвоевременное выполнение работ удовлетворены частично и с ООО Строительное предприятие "Средний Урал" взыскано 2 550 323,08 руб. Отмечает, что судами неустойка в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки признается обычно применяемой в деловом обороте.

Истец в отзыве на апелляционную жалобу отклонил приведенные в ней доводы; просит решение суда первой инстанции оставить без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал, просит решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель истца в судебном заседании доводы апелляционной жалобы отклонил по основаниям, приведенным в отзыве на нее, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 14.09.2017 между ООО Строительное предприятие «Средний Урал» (подрядчик) и ООО «Связьтехэнергомонтаж-Урал» (субподрядчик) заключен договор №006/2017 (далее – договор субподряда), по условиям которого субподрядчик обязался выполнить работы по объекту «Ремонт помещений монтажно-сборочного производства (1 этап) на 1-й территории 5-й этаж, 4-й блок в осях 1-За, ряды Д-Ш «Создание высокотехнологичного производства прецизионных датчиков и бесконтактных измерительных систем на их основе для контроля геометрических параметров изделий» по адресу: г. Екатеринбург, ул. Мамина-Сибиряка, 145 в соответствии с рабочей документацией: 2307-01-АР (приложение 1): 2307-01-ВК (приложение 2); 2307-01-ОВ (приложение 3); 2307-01-АОВ (приложение 4); 2307-01-ЭМ (приложение 5); 2307-01-ЭО (приложение 6); 2307-01-ЭС (приложение 7); 2307-01-ОС (приложение 8); 2307-01-СС (приложение 9); локальными сметными расчетами (приложения № 11 -24), графиком производства работ (приложение №26), графиком финансирования (приложение №27).

Заказчиком указанных строительных работ являлось АО "Научно-производственное объединение Автоматики имени академика Н.А. Семихатова" (далее – основной заказчик) по договору строительного подряда №121/юр 1473, заключенному 26.09.2017 с ООО Строительное предприятие «Средний Урал».

Согласно п.2.1 договора субподряда, срок выполнения установлен до 25.12.2017.

Из п.3.1 договора субподряда следует, что общая стоимость работ определяется на основании локально-сметных расчетов. В силу п.3.4 оплата работ производится ежемесячно на основании актов сдачи выполненных работ за отчетный месяц (КС-2), справки о стоимости выполненных работ (КС-3) и предоставления счета-фактуры на выполненные работы в течение 30 дней с момента подписания актов сдачи выполненных работ путем перечисления подрядчиком безналичных денежных средств на счет субподрядчика по выставленному счету за вычетом суммы аванса, пропорциональной сумме выполненных работ за месяц по отношению к сумме договора. В случаях задержки оплаты выполненных работ, работы не приостанавливаются, а разногласия разрешаются в соответствии с разделом 10 данного договора.

Дополнительным соглашением №1 от 29.01.2018 к договору субподряда стороны внесли изменения в состав работ и согласовали выполнение дополнительных работ по объекту в соответствии локальными сметными расчетами №№1,2,4,5,6 стоимостью 367 162,21 руб. (дополнительные общестроительные работы, водопровод и канализация, отопление и канализация, силовое электрооборудование, слаботочные сети). Срок выполнения дополнительных работ установлен до 31.03.2018. Согласование дополнительных работ обусловлено в соответствии с соглашением корректировкой проектно-сметной документации, новыми техническими решениями, изменением объемов и видов ремонтных работ.

Данным дополнительным соглашением субподрядчик признал начисленные ему подрядчиком на основании п.6.4 договора субподряда пени за нарушение срока выполнения работ в размере 953 249,50 руб.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.12.2018 по делу №А60-48676/2018 частично удовлетворены первоначальные исковые требования подрядчика к основному заказчику, в результате чего с последнего взысканы 8 386 271,96 руб. задолженности по оплате работ, выполненных на основании договора №121/юр 1473 от 26.09.2017, 166 576,63 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами; частично удовлетворен встречный иск основного заказчика к подрядчику, в результате чего с последнего взыскано 2 550 323,08 руб. неустойки за просрочку выполнения работ по названному договору; распределены судебные расходы по делу, произведен процессуальный зачет встречных однородных требований основного заказчика и подрядчика.

Ссылаясь на то, что подрядчик необоснованно уклоняется от приемки и оплаты работ, выполненных на основании основного договора, дополнительного соглашения №1, а также иных дополнительных работ, предшествовавших производству работ по договору, указывая на то, что все указанные работы сданы основному заказчику, субподрядчик обратился в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании долга и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции счел доказанным факт выполнения всех заявленных работ, а также их предъявления к приемке на основании односторонних актов. В отсутствие мотивированного отказа ответчика от приемки суд взыскал долг по оплате работ в заявленном размере, начислив проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии с расчетом истца. При этом судом первой инстанции отклонены доводы ответчика об удержании неустойки за просрочку выполнения работ с учетом отсутствия оснований для возложения на субподрядчика ответственности за недостатки проектной документации, ошибки в принятых проектных решениях, выявленные в ходе производства работ. Судом установлено, что ответчик недостатки проектной документации оперативно не устранял, требуемые технические решения направлял с просрочкой; более того, дополнительным соглашением №1 от 29.01.2018 истцом признано начисление ему пени за просрочку выполнения работ.

Исследовав материалы дела, доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции оснований для удовлетворения жалобы не установил.

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (ч.1 ст.740 ГК РФ).

Договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ. Правила о договоре строительного подряда применяются также к работам по капитальному ремонту зданий и сооружений, если иное не предусмотрено договором (ч.2 ст.740 ГК РФ).

В силу п.1 ст.753 ГК РФ заказчик, получивший сообщение подрядчика о готовности к сдаче результата выполненных по договору строительного подряда работ либо, если это предусмотрено договором, выполненного этапа работ, обязан немедленно приступить к его приемке.

Согласно п.4 ст.753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

В то же время ст.753 ГК РФ предусматривает возможность составления одностороннего акта сдачи-приемки результата работ, и защищает таким образом интересы подрядчика, если заказчик необоснованно уклоняется от надлежащего оформления документов, удостоверяющих приемку.

По смыслу рекомендаций, изложенных в п.8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 №51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда", основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (п.4 ст.753 ГК РФ).

Заказчик вправе отказаться от приемки результата работ в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре строительного подряда цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком (ч.6 ст.753 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что истец по поручению ответчика обязался выполнить ремонтные работы на основании договора субподряда №006/2017 от 14.09.2017, дополнительные работы на основании дополнительного соглашения №1 от 29.01.2018 стоимостью 367 162,21 руб. (дополнительные общестроительные работы, водопровод и канализация, отопление и канализация, силовое электрооборудование, слаботочные сети), а также дополнительные работы стоимостью 704 176,8 руб., предшествующие работам, предусмотренным указанными договором и дополнительным соглашением.

Как верно установлено судом первой инстанции и не оспаривается лицами, участвующими в деле, общая стоимость работ, предъявленных истцом по актам КС-2 и справкам КС-3 от 02.04.2018 (направлено ответчику с сопроводительными письмами №033 от 18.05.2018, №038 от 31.05.2018, №034 от 22.05.2018), а также по актам КС-2 и справкам КС-3 от 14.06.2018 (направлено ответчику с сопроводительным письмом №040 от 20.06.2018) составила 5 147 729,65 руб. - по основному договору субподряда, 370 054,32 руб. - по дополнительному соглашению №1 от 29.01.2018.

С сопроводительным письмом №040 от 20.06.2018 ответчику предъявлены к приемке работы 704 176,80 руб., факт выполнения которых не оспаривается. При этом из пояснений сторон, а также выводов арбитражного суда по делу №А60-48676/2018, следует, что указанные работы предшествовали выполнению работ по договору и дополнительному соглашению, в отношении них предполагалось заключение дополнительного соглашения №2, от подписания которого ответчик уклонился.

В апелляционной жалобе ответчик ссылается на то, что в суд не предоставлено ни одного доказательства, подтверждающего необходимость проведения дополнительных работ стоимостью 704 176,80 руб. и увеличения сметной стоимости. Ссылаясь на п.3 ст.743 ГК РФ, а также п.10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24.01.2000 №51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда", ответчик полагает, что истец не вправе требовать оплаты дополнительных работ, выполнение которых не было согласовано с ООО Строительное предприятие "Средний Урал".

Между тем ответчик не учитывает характер данных работ (стоимостью 704 176,80 руб.), которые не являются дополнительными в смысле, придаваемом ст.743 ГК РФ.

На основании п.1 ст.746 ГК РФ заказчик обязан оплатить работы в размере, предусмотренном сметой.

Согласно п.3 ст.743 ГК РФ, подрядчик, обнаруживший в ходе строительства не учтенные в технической документации работы и в связи с этим необходимость проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости строительства, обязан сообщить об этом заказчику.

В силу п.4 ст.743 ГК РФ подрядчик, не выполнивший указанной обязанности, лишается права требовать от заказчика оплаты выполненных им дополнительных работ и возмещения вызванных этим убытков, если не докажет необходимость немедленных действий в интересах заказчика, в частности в связи с тем, что приостановление работ могло привести к гибели или повреждению объекта строительства.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 №51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" подрядчик, не сообщивший заказчику о необходимости выполнения дополнительных работ, не учтенных в технической документации, не вправе требовать оплаты этих работ и в случае, когда такие работы были включены в акт приемки, подписанный представителем заказчика.

Оценивая доводы ответчика о характере спорных работ как работ дополнительных в смысле ст.743 ГК РФ, суд апелляционной инстанции исходит из того, что к таким дополнительным работам, подлежащим оплате заказчиком, могут быть отнесены только те работы, которые не были учтены в технической документации, но должны были быть учтены, поскольку без их выполнения подрядчик не мог приступить к другим работам или продолжать уже начатые либо, а также достичь предусмотренного договором субподряда результата.

Из переписки истца и ответчика следует, и сторонами не оспаривается, что в процессе выполнения работ имели место корректировка проектно-сметной документации, изменение объемов и видов ремонтных работ, принимались новые технические решения. Выполнение работ на 704 176,80 руб. было связано с заменой и увеличением количества материалов, предусмотренных договором и дополнительным соглашением №1, при этом выполнение данных работ было договором предусмотрено изначально.

Как верно установлено судом первой инстанции, на 14.06.2018, то есть на момент одностороннего расторжения договора №121/юр1473 от 26.09.2017 основным заказчиком по п.2 ст.715 ГК РФ, возникла необходимость выполнения ряда работ, связанных с заменой материалов, выполнением технологических операций, стоимость которых не была предусмотрена договором, но при этом сами работы входили в объем основного договора с другими материалами и техническими решениями.

Так, в локальной смете 2307-01 СС (Слаботочные сети) в позиции 10 учтен кабель связи парной скрутки кабельных систем марки Parian U/UTP cat 5е ZH нг (A)-HF в количестве 11км 800 метров, а в позиции 2 -работы по его прокладке. Указанный кабель был заменен на кабель Hyperline U/UTP4-C5ES24- rN-LSZH-305, смонтирован, окончен и передан заказчику вместе с сертификатами, а также отчетом об измерениях параметров указанного кабеля, который показывает полное соответствие требуемым техническим характеристикам (тестированию системы связи). Указанный кабель и работы по его прокладке не были включены в работы за октябрь 2017 года - февраль 2018 года по договору и неоднократно предъявлялись ответчику к приемке в актах КС-2 и справках КС-3 за март, май, июнь 2018. Ответчик уклонился от их подписания, мотивированных возражений относительно приемки не выразил, работы не оплатил. Между тем, как установлено в рамках дела №А60-48676/2018, данный кабель и работы по его прокладке приняты основным заказчиком, предъявлены подрядчиком к оплате, с заказчика в пользу подрядчика взыскана стоимость соответствующих работ. Судом принял во внимание, что кабель закуплен по более высокой цене, чем заявлено в смете, и закупочная цена подтверждена документально в размере 392 876,96 руб. (в т.ч. НДС). Ввиду неподписания дополнительного соглашения №2, новая цена не была согласована, в связи с чем, суд принял позицию заказчика об оплате указанного кабеля по первоначальной сметной цене в размере 222 409,29 руб. Количество проложенного кабеля подтверждено отчетом измерений, принято основным заказчиком, составило 12,83 км, что полностью соответствует акту формы КС-2 на соответствующие работы между подрядчиком и субподрядчиком. Субподрядчиком учтены установленные в рамках дела №А60-48676/2018 изменения, скорректированы акты на соответствующие работы и сумма исковых требований до 196 969,14 руб. по локальному сметному расчету 2307-01-СС.ЛС 1.

В локальной смете 2307-01 ОС в позиции 26 предусмотрена прокладка кабеля пожарной сигнализации в коробах пластмассовых белого цвета и работы, в позиции 15 - работы по прокладке кабельного канала, в позиции 12 - работы по затягиванию кабеля в коробах. Поскольку дизайн-проектом предусматривались потолки черного цвета (дизайн-лофт), то монтаж кабеля был выполнен в черной гофрированной трубе, что устраивало заказчика, соответствующие работы были им приняты. В рамках дела №А60-48676/2018 установлено, что указанные работы приняты основным заказчиком, предъявлены подрядчиком к оплате, в пользу последнего взыскано 170 362,50 руб. за соответствующие работы.

В локальной смете 2307-01 ВК в ходе выполнения работ заменены стволы пожарные в сборе (позиция 14 основной сметы, позиция 45 дополнительного соглашения №1) на рукава пожарные латексные 80 метров и головки пожарных стволов алюминиевые ГМ50. Изначально сметой предусматривались 3 пожарных шкафа с тремя пожарными кранами в каждом по 20 метров рукавов и 2 головки. По факту установлены 4 пожарных шкафа с аналогичным наполнением, поскольку расположение 3 шкафов не соответствовало требованиям пожарной безопасности. В рамках дела №А60-48676/2018 установлено, что указанные работы приняты основным заказчиком, предъявлены подрядчиком к оплате, в пользу последнего взыскана оплата за соответствующие работы.

Возникла также необходимость установки современных унитазов подвесного крепления, требующих приобретения дополнительной инсталляции в количестве 4 шт. Стоимость соответствующих работ, выполненных субподрядчиком, составила 86 748,88 руб.

В локальной смете 2307-01 АР (дополнительное соглашение №1) была предусмотрена установка поливинилхлоридных плинтусов (позиция 44) в количестве 360 метров, уголки наружные 97 шт., уголок внутренний 130 шт., соединители 120 шт., заглушки торцевые 72 шт. Всего в ходе выполнения работ было израсходовано 400 метров плинтусов, уголков наружных 157 шт., внутренних углов 156 шт. Разница составила 40 метров плинтуса, 60 наружных уголков и 26 внутренних по факту. Указанные материалы в ходе комиссионного выезда на объект в рамках дела №А60-48676/2018 были осмотрены и приняты заказчиком, предъявлены подрядчиком к оплате, в пользу него взыскана стоимость соответствующих материалов и работ.

Клей Хомакол был не предусмотрен основной сметой, но без него было невозможно проводить работы по наклеиванию ковролина. В результате была исключена позиция №85,86,87,88, включающая Level Coat 501 основной сметы, так как под ковролином не надо было наносить лак, клей к позициям 99,101 основной сметы. Указанные материалы в рамках дела №А60-48676/2018 осмотрены и приняты заказчиком, предъявлены подрядчиком к оплате, в его пользу взыскана стоимость соответствующих материалов и работ.

В офисной зоне при производстве работ с использованием декоративной штукатурки Kreos, предусмотренной позицией 125 основной сметы, количество декоративной штукатурки в рамках дополнительного соглашения №1 было ошибочно уменьшено на 917 кг (позиция 93,94 сметы). Реально количество было снижено на 717,2 кг. Таким образом, в дополнительное соглашение №2 планировалось включить 199,8 кг декоративной штукатурки. Указанные материалы в рамках дела №А60-48676/2018 были осмотрены и приняты заказчиком, предъявлены подрядчиком к оплате, в его пользу взыскана стоимость соответствующих материалов и работ.

Аналогичные позиции по объему необходимых материалов выяснились при изготовлении герметичных потолков в зоне чистых помещений (позиции 6-13 актов к смете №2 2307-01 АР). Указанные материалы в рамках дела №А60-48676/2018 были осмотрены и приняты заказчиком, предъявлены подрядчиком к оплате, в его пользу взыскана стоимость соответствующих материалов и работ.

При монтаже машины центрального кондиционера К1 выяснилось, что указанное оборудование невозможно разместить в имеющемся помещении и для его монтажа потребовалось разбирать, а потом восстанавливать стену в оси П на площади 19,36 м2, поскольку работы по отделке стены были и так предусмотрены основной сметой, то отдельно они не предъявлялись. Указанные материалы в рамках дела №А60-48676/2018 были осмотрены и приняты заказчиком, предъявлены подрядчиком к оплате, в его пользу взыскана стоимость соответствующих материалов и работ.

В связи с тем, что площадка перед лифтом имела уровень, не совпадающий с уровнем основного токопроводящего пола, для сглаживания ступеньки был выполнен дополнительный пандус из наливного токопроводящего пола в объемах позиций 15, 16, 17 акта к смете №2 2307-01 АР. Указанные материалы в рамках дела №А60-48676/2018 были осмотрены и приняты заказчиком, предъявлены подрядчиком к оплате, в его пользу взыскана стоимость соответствующих материалов и работ.

В помещении №522 (помещение приема пищи) были выполнены кухонные фартуки общей площадью 2, 73 м2 (позиция 18 и 19 17 акта к смете №2 2307-01 АР). Указанные материалы в рамках дела №А60-48676/2018 были осмотрены и приняты заказчиком, предъявлены подрядчиком к оплате, в его пользу взыскана стоимость соответствующих материалов и работ.

Стоимость вышеперечисленных работ с учетом корректировки, исходя из решения Арбитражного суда Свердловской области от 21.12.2018 по делу №А60-48676/2018, составила 704 176,80 руб.

Таким образом, работы стоимостью 704 176,80 руб. не являются дополнительными в смысле ст.743 ГК РФ, поскольку договором их выполнение предусматривалось, имела место замена материалов, в связи с чем, ответчик неправомерно ссылается на отсутствие с его стороны согласования таких работ и права у истца требовать оплаты данных работ.

Более того, в рамках рассмотрения дела №А60-48676/2018 установлено, что работы стоимостью 704 176,80 руб. сданы ответчиком основному заказчику, с последнего в пользу ООО Строительное предприятие "Средний Урал" взыскана оплата за такие работы в составе общей задолженности (решение Арбитражного суда Свердловской области от 21.12.2018 по делу №А60-48676/2018 – ч.2 ст.69 АПК РФ).

Учитывая, что требования подрядчика о взыскании с основного заказчика стоимости работ на сумму 704 176,80 руб. удовлетворены вступившим в законную силу судебным актом, основания для отказа в оплаты указанных работы субподрядчику не усматриваются.

Из собранных по делу доказательств следует, что общая стоимость выполненных истцом и предъявленных ответчику к приемке и оплате работ за период с марта 2018 года по 14.06.2018 составила 6 221 960,77 руб., где 5 147 729,65 руб. - работы по основному договору субподряда, 370 054,32 руб. – работы по дополнительному соглашению №1 от 29.01.2018, 704 176,80 руб. – предшествующие работы (замена материалов и технологических решений).

Вместе с тем за период с октября 2017 года по февраль 2018 года субподрядчик по договору и дополнительному соглашению №1 выполнил работы стоимостью 18 999 241,32 руб., которые приняты подрядчиком. Следовательно, всего за период с октября 2017 года по 14.06.2018 субподрядчиком выполнены работы стоимостью 25 221 202,09 руб. (18 999 241,32 + 5 517 783,97 + 704 176,80 руб.).

Подрядчик произвел оплату в размере 20 746 800 руб., кроме того, им приобретены материалы на сумму 478 139,32 руб. В связи с этим, долг по оплате работ перед субподрядчиком составил 3 996 262,77 руб. (25 221 202,09-20 746 800,0 - 478 139,32).

Учитывая, что мотивированного отказа от приемки работ по односторонним актам, направленным в его адрес письмами №033 от 18.05.2018, №038 от 31.05.2018, №034 от 22.05.2018, №040 от 20.06.2018, ответчик не выразил, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что все выполненные истцом работы приняты и подлежат оплате.

При определении задолженности, подлежащей взысканию в пользу субподрядчика, суд первой инстанции обоснованно учел, что дополнительным соглашением №1 от 29.01.2018 истец признал начисленную ему подрядчиком на основании п.6.4 договора субподряда пеню за нарушение срока выполнения работ в размере 953 249,50 руб. (3 996 262,77 руб. - 953 249,50 руб. = 3 043 013,27 руб.).

В суде первой инстанции (т.5 л.д.63) ответчик ссылался на то, что им начислена неустойка за просрочку выполнения работ в размере 3 689 579,19 руб., которая подлежит, по его мнению, удержанию из суммы оплаты за выполненные истцом работы.

Суд апелляционной инстанции с доводами ответчика согласиться не может в связи со следующим. Из материалов настоящего дела, а также из решения по делу №А60-48676/2018 следует, что подрядчик способствовал просрочке, более того, часть неустойки на основании п.6.4 договора субподряда субподрядчиком была признана при подписании дополнительного соглашения №1 от 29.01.2018.

В силу п.1 ст.330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Из общего правила п.1 ст.708 ГК РФ следует, что подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Согласно правилам п. 1 и п.3 ст.716 ГК РФ, подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении:

непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи;

возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы;

иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Если заказчик, несмотря на своевременное и обоснованное предупреждение со стороны подрядчика о данных обстоятельствах в разумный срок не заменит непригодные или недоброкачественные материал, оборудование, техническую документацию или переданную для переработки (обработки) вещь, не изменит указаний о способе выполнения работы или не примет других необходимых мер для устранения обстоятельств, грозящих ее годности, подрядчик вправе отказаться от исполнения договора подряда и потребовать возмещения причиненных его прекращением убытков.

В силу п.1 ст.719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

Как верно указал суд первой инстанции, в процессе выполнения работ были выявлены многочисленные технические несоответствия и ошибки в проектной документации заказчика, а именно, выделено 34 критических затруднения, требующие корректировки технических решений и сметной документации. Судом первой инстанции проанализирована электронная переписка сторон, из которой усматривается, что внесение изменений, корректировка проектной документации, технических решений приводили к задержкам выполнения работ (письма от 26.09.2017 о форме оформления пропусков на территорию заказчика, от 04.10.2017 о расчете аванса финансирования по договору, от 09.10.2017 о ходе выполнения работ и план-графике, от 09.10.2017 о бюджете выполнения работ, от 10.10.2017 об отправке письма о замене трубы, №092 от 09.10.2017 о замене трубы Упонор, от 16.10.2017 о замене лотков, от 24.10.2017 о перечне технических изменений системы вентиляции, №097 от 31.10.2017 - коммерческое предложение о комплектации подстанции в рамках раздела ЭС, от 24.11.2017 о комплектации противопожарных дверей, от 03.12.2017 о выполнении работ, от 06.12.2017 о комплектации подстанции, от 11.12.2017 – проект протокола об отделке полов, от 12.12.2017 о дополнительных работах по разделу АР, от 19.12.2017 об уточнении выполненных объемов, от 21.12.2017 о продолжении финансирования, от 25.01.2018 о проекте дополнительного соглашения, от 28.01.2018 об отсутствующих технических решениях, от 28.01.2018 о корректировке выполнения, №007 от 05.02.2018 об оформлении допсоглашения №2, о замене кабеля HYPERLINE U/UTP4-C5ES24- IN-LSZH, от 14.02.2018 о финансировании работ, проект протокола совещания от 15.02.2018, от 15.02.2018, от 28.02.2018 проект протокола ДС№2 в редакции заказчика, от 28.02.2018 о корректировке количества кабеля HYPERLINE U/UTP4-C5E-S24-IN-LSZH, от 01.03.2018 о срочном финансировании, от 01.03.2018 о корректировке раздела АР, от 05.03.2018 о плане финансирования окончания строительства, протокол технического совещания №3 о закупке дополнительного количества наливного пола Remmers, от 09.04.2018 о срочном продолжении финансирования, от 11.04.2018 о принятии объемов, №021 от 28.04.2018 о расходе компонентов электропроводного наливного пола Remmers, гарантийное письмо №022 от 04.05.2018 об окончании электромонтажных работ, №024 от 08.05.2018 о замене плитки кислотоупорной, от 11.05.2018 - по комплектации работ в допсмете №2 АР 2307-01 АР , от 17.05.2018 о корректировке раздела ЭО, от 21.05.2018 о приостановке работ, ввиду отсутствия средств, неприемке и неоплате выполненных работ, от 21.05.2018 о гарантированном окончании работ в течении 14 дней после поставки всех материалов.

Таким образом, несмотря на то, что по договору субподряда срок сдачи работ истек 25.12.2017, а по дополнительному соглашению №1 – 31.03.2018, вплоть до июня 2018 года сторонами велась переписка относительно согласования новых материалов, технологических решений, вносились изменения в проектную документацию.

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что наиболее критичным фактором в период с октября по декабрь 2017 года стала задержка, связанная с согласованием технического решения по опиранию балок монолитной плиты. 19.10.2017 субподрядчик сообщил, что при вскрытии полов установлено несоответствие размещения планируемых заливных балок монолитной плиты проемам размещения плит перекрытия. Учитывая, что конструкционная ошибка опирания плиты могла привести к обрушению здания, истец обратился к ответчику с просьбой согласовать техническое решение с генпроектировщиком.

20.10.2017 подрядчик подготовил на основании письма субподрядчика и выслал в адрес заказчика письма ПТО №135, а позднее - письма ПТО №141 от 09.11.2017, ПТО №142 от 16.11.2017. Заказчик предоставил согласование только 21.11.2017, что вызвало задержку заливки плиты на 31 день.

В декабре 2017 года подрядчик передал субподрядчику перечень изменений проекта без внесения изменений в сметы и договор.

29.01.2018 сторонами подписано дополнительное соглашение №1, которое соответствовало дополнительному соглашению №1, подписанному между заказчиком и подрядчиком, в том числе в части штрафных санкций за просрочку выполнения работ. При этом на субподрядчика была переложена часть штрафных санкций (953 249,50 руб.), выставленных подрядчику заказчиком за просрочку выполнения работ.

Начиная с марта 2018 года, подрядчик перестал принимать работы, при этом не выражал и мотивированного отказа от приемки, прекратил исполнение обязательств по оплате работ, а также по содействию субподрядчику (в нарушение обязательств подрядчика, предусмотренных п.4.2 договора).

Как установлено судом первой инстанции, впоследствии выяснилась критическая невозможность дальнейшего производства работ, связанная с неправильным проектным расчетом требуемого количества компонентов электропроводного пола «Реммерс», что подтверждается техническим решением №3 от 06.04.2018 (письмо №21 от 28.04.2018). Требовалось приобретение дополнительных материалов Remmers Хроху Sic Color Top 480 кг. и Remmers Ероху Conductive 10 кг, ввиду высокой стоимости которых и их поставки исключительно под заказ, подрядчик и заказчик согласовали совместную поставку указанных, не учтенных ранее, материалов. Поставка была осуществлена только к 29.05.2018. Кроме того, поскольку финансирование за выполненные работы не осуществлялось уже более двух месяцев, субподрядчик направил письмо подрядчику (№30 и №31 от 21.05.2018) с просьбой (в связи с отсутствием средств и блокировкой счетов) оплатить и поставить на объект недостающие для окончания работ материалы. Подрядчику были переданы все необходимые счета, субподрядчик же, со своей стороны, обязался закончить все работы по объекту в течение 14 дней с момента получения всех недостающих материалов.

Необходимые для производства работ материалы были поставлены с задержкой, в том числе по счету-фактуре №13 от 24.05.2018 на сумму 16 500 руб., по счету-фактуре №12 от 25.05.2018 на сумму 4 100, руб., по счету-фактуре №9 от 29.05.2018 на сумму 106 831,09 руб., по счету-фактуре №11 от 29.05.2018 на сумму 16 128 руб., по счету-фактуре №10 от 30.05.2018 на сумму 6 091,54 руб., по счет-фактуре №18 от 04.06.2018 на сумму 115 836,8 руб., по счету-фактуре №15 от 09.06.2018 на сумму 61 297,89 руб., по счету-фактуре №16 от 15.06.2018 на сумму 9 354 руб., по счету- фактуре №22 от 18.06.2018 на сумму 142 000 руб., всего на сумму 478 139,32 руб., в том числе НДС 18%.

14.06.2018 сотрудникам субподрядчика прекращен доступ на объект со стороны заказчика, дальнейшее окончание работ оказалось невозможным.

Кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства (п.1 ст.406 ГК РФ).

Апелляционная коллегия соглашается с тем, что нарушение срока сдачи работ фактически было обусловлено многочисленными изменениями, вносившимися в проектно-сметную документацию, длительным согласованием новых технических решений с подрядчиком и заказчиком, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для возложения на субподрядчика ответственности за недостатки проектной документации, ошибки в принятых проектных решениях, выявленные в ходе производства работ. Суд правомерно отметил, что ответчик недостатки проектной документации оперативно не устранял, требуемые технические решения направлял с просрочкой.

Само по себе то, что работы истцом не приостанавливались в порядке ст.716, 719 ГК РФ об отсутствии вины ответчика в допущенной просрочке не свидетельствует, поскольку о препятствиях к завершению работ подрядчику было известно.

Суд первой инстанции справедливо указал на то, что силами и средствами субподрядчика фактически выполнены пуско-наладочные работы в разделах СС, ОС и ЭОМ, не предусмотренные сметами, потому что заказчик отказывался без них принимать выполнение строительно-монтажных работ по аналогичным сметным разделам СМР, мотивируя тем, что объект невозможно будет эксплуатировать без получения уверенности в электробезопасности и пожарной безопасности объекта. Директор субподрядчика Войнов С.Ю. участвовал в оформлении акта №001-10/18 от 09.10.2018 совместного учета всех выполненных работ между подрядчиком и заказчиком, однако после вступления в законную силу решения суда по делу №А60-48676/2018 подрядчик в одностороннем порядке прекратил все взаимоотношения с субподрядчиком.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что неустойка за просрочку выполнения работ в размере 953 249,50 руб. на основании п.6.4 договора субподряда уже признана субподрядчиком дополнительным соглашением №1 от 29.01.2018 к договору субподряда. Данный размер ответственности истца апелляционная коллегия находит адекватным и достаточным, соответствующим последствиям нарушения обязательства (ст.333 ГК РФ).

В апелляционной жалобе ответчик ссылается на то, что ставка в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки признается обычно применяемой в деловом обороте, однако ответчик не учитывает, что неустойка рассчитана им от стоимости всех работ по договору и дополнительному соглашению. Ответчиком не принято во внимание, что на момент подписания дополнительного соглашения, которым, в том числе, определен размер штрафных санкций истца, часть работ была завершена, предъявлена к приемке и принята подрядчиком.

Подрядчик, взыскавший в судебном порядке с заказчика оплату за работы, которые фактически выполнены субподрядчиком, и уклоняющийся от расчета с субподрядчиком, действует недобросовестно, учитывая, что доказательства выполнения спорных работ иным лицом отсутствуют в деле. Как указано в п.75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п.3, 4 ст.1 ГК РФ).

Стороны, несомненно, свободны в заключении договора, и истец, подписывая договор, знал, какая ответственность предусмотрена за неисполнение принятых обязательств (ст.421 ГК РФ). Между тем, данное обстоятельство не может ограничивать право суда снижать размер неустойки при наличии обстоятельств, свидетельствующих о явной несоразмерности взыскиваемой неустойки последствиям нарушения обязательства.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют правила ст.71 АПК РФ.

Правила ст.333 ГК РФ, закрепляющие право суда уменьшить размер неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Учитывая, что пеня за просрочку выполнения работ в размере 953 249,50 руб. является в данном случае соразмерной допущенному субподрядчиком нарушению и достаточной, исходя из компенсационного характера гражданско-правовой ответственности, доводы ответчика об удержании неустойки на основании п.6.4 договора в большем размере, отклонены.

Задолженность по оплате работ взыскана в пользу истца в заявленном размере законно и обоснованно.

Расчет процентов за пользование чужими денежными средствами, произведенный истцом на 169 033,13 руб. за период с 24.07.2018 по 19.04.2019, судом апелляционной инстанции проверен, признан обоснованным. Порядок расчета, его арифметическая составляющая, период просрочки ответчиком не оспорены.

Требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактической оплаты долга соответствует правилам ст.395 ГК РФ, а также разъяснениям, изложенным в п.48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, рассмотрены судом апелляционной инстанции и отклонены, поскольку отмену правильного судебного акта не влекут.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии с ч.1 ст.110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь ст.ст. 110, 258, 268, 269, 271 АПК РФ, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 15 июля 2019 года по делу №А60-26469/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


М.Н. Кощеева



Судьи


Н.П. Григорьева


О.В. Суслова