Постановление от 23 января 2020 г. по делу № А70-7533/2015

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-7533/2015
23 января 2020 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 23 января 2020 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бодунковой С.А.,

судей Брежневой О.Ю., Смольниковой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-16314/2019) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 06 ноября 2019 года по делу № А70-7533/2015 (судья Шаркевич М.С.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО5, взыскании денежных средств в размере 33 974 255 руб. 49 коп., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЮграСтройСервис» (ИНН <***>),

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.08.2015 в отношении общества с ограниченной ответственностью «ЮграСтройСервис» (далее – ООО «ЮграСтройСервис», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим назначена ФИО6.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» № 162 от 05.09.2015.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 27.11.2015 ООО «ЮграСтройСервис» признано несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него процедуры конкурсного производства. Конкурсным управляющим утверждён ФИО7.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» № 235 от 19.12.2015.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 08.06.2017 конкурсный управляющий ФИО7 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника ООО «ЮграСтройСервис».

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 26.07.2017 конкурсным управляющим должника назначена ФИО3.

Конкурсный управляющий должника 17.05.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно контролирующих должника лиц – ФИО2, ФИО4, ФИО5, взыскании с них в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно в пользу должника денежных средств в размере 33 974 255 руб. 49 коп.

Конкурсный управляющий 15.10.2019 представил в материалы обособленного спора расчет размера субсидиарной ответственности, указал, что с учетом непогашенных требований кредиторов размер субсидиарной ответственности составляет 33 376 861 руб. 96 коп.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 24.09.2019 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО5 – ФИО8.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 06.11.2019 заявленные требования удовлетворены. ФИО2, ФИО4, ФИО9 Татьян Михайловн солидарно привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «ЮграСтройСервис».

С ФИО2, ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «ЮграСтройСервис» взыскано 33 376 861 руб. 96 коп.

Не соглашаясь с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ЮграСтройСервис» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказать.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что судом первой инстанции неправомерно отклонены доводы ФИО2 для применения срока исковой давности. Полагает, что действующая редакция Закона о банкротстве и редакция, действовавшая в момент совершения вменяемых действий, содержат положения о пресекательном сроке исковой давности, который не должен превышать трех лет с момента открытия в отношении должника конкурсного производства. По мнению апеллянта, поскольку ООО «ЮграСтройСервис» было признано банкротом 25.11.2015, следовательно, последний день для подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности выпадает на 25.11.2018, в то время как конкурсный управляющий обратился с заявлением 17.05.2019, то есть за пределами установленного срока.

Также полагает выводы суда первой инстанции относительного того, что конкурсный управляющий, действуя разумно и добросовестно, мог узнать и наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности не ранее момента его утверждения в качестве конкурсного управляющего ошибочными, поскольку в рассматриваемом случае началом течения срока исковой давности следует считать назначением первого арбитражного управляющего или наступление вменяемого события в зависимости от того, что наступило позже. Согласно позиции подателя жалобы, указанные судом первой инстанции даты совершения сделок по отчуждению транспортных средств, возникновения обязанности по передаче арбитражному управляющему в порядке абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, обязанность по подаче заявления в суд о признании должника банкротом, в любом случае наступили ранее трех лет, предшествовавших обращению конкурсного управляющего с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2019 указанная апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 10.01.2020.

Возражая против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, конкурсный управляющий ООО «ЮграСтройСервис» ФИО3 представила письменный отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. В указанном отзыве также изложено ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие конкурсного управляющего.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 10.01.2020, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объявлен перерыв до 16.01.2020, после окончания которого судебное заседание продолжено. Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

Судебное заседание апелляционного суда проведено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела и не заявивших о его отложении, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 25 постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции проверяет судебный акт в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведённых в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено в пределах доводов апелляционной жалобы, в части установления судом первой инстанции оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, ФИО5 обжалуемое определение не проверяется.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены в обжалуемой части определения Арбитражного суда Тюменской области от 06.11.2019 по настоящему делу.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением 17.05.2019, следовательно, при рассмотрении данного спора судами правильно применены процессуальные нормы Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Закона № 266-ФЗ, вступившего в силу со дня его опубликования на официальном интернет-портале правовой информации (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017.

Пунктом 14 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 266-ФЗ), вступившим в силу 30.07.2017, Закон о банкротстве дополнен новой главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные указанные в редакции Закона № 73-ФЗ процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности (пункты 6 - 8 статьи 10 Закона о банкротстве и подпункт 2 пункта 1 статьи 50.10 Закона о банкротстве банков) подлежат применению судами после вступления в силу Закона № 73-ФЗ независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. При этом дела о привлечении к субсидиарной ответственности, возбужденные вне рамок дела о банкротства до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, и после этой даты подлежат рассмотрению в соответствии с процессуальными нормами законодательства о банкротстве, действовавшими до этой даты.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. А нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности на дату обращения конкурсного управляющего с соответствующим заявлением были установлены статьей 10 Закона о банкротстве, в которую Федеральными законами от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ, от 22.12.2014 № 432-ФЗ, от 23.06.2016 № 222-ФЗ, от 23.12.2016 № 488-ФЗ были внесены изменения.

Как следует из абзаца 31 статьи 2 Закона о банкротстве в редакции № 134-ФЗ, действовавшей на дату возбуждения дела о банкротстве ООО «ЮграСтройСервис» контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии, либо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; либо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указывает конкурсный управляющий, привлекаемые к субсидиарной ответственности лица в разные периоды времени являлись контролирующими должника лицами.

Так, учредителями должника с момента создания по текущую дату являются ФИО4 с 80% долей в уставном капитале, а также его супруга ФИО5 с 20% долей в уставном капитале (выписка и ЕГРЮЛ по состоянию на 07.05.2019).

Руководителем должника в период с 22.11.2011 по 27.11.2015 являлся ФИО2

Следовательно, ответчики являются контролирующими должника лицами по смыслу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве и абзаца 31 статьи 2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на статьи 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на следующее:

- не передача ФИО2 конкурсному управляющему документов и товарно-материальных ценностей, истребованных определением суда от 22.02.2018 по делу №А70-7533/2015, а именно:

учредительных документов ООО «ЮграСтройСервис»;

договоров по отчуждению имущества, принадлежащего ООО «ЮграСтройСервис» за период с 2012 года до даты введения конкурсного производства;

правоустанавливающих документов на имущество, принадлежащее ООО «ЮграСтройСервис»;

отчетов по оценке имущества: бухгалтерской отчетности с 2012 года;

печатей, штампов;

транспортных средств (каток SAKAI SV512D-E, гос. номер 28 46ТО72, 2007 г.в., цвет желтый, двигатель № RJ38105- U391282P;

экскаватор ЕК-270, 2001 г.в., гос. номер 98 33 ТУ72, цвет оранжевый, двигатель Д-160.03 (180.0), № двигателя SA6D125E-3 322136;

автомобиль МАН TGA 33.480 6X6, 2008 г.в., VIN WMAHW4ZZ28M519441;

автомобиль УРАЛ4320-0111-41, 2012 г.в., VIN X1Р432000С1383136;

автомобиль КАМАЗ 4208, 2003 г.в., номер шасси XTC43118N32195160;

автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 200, 2010 г.в., VIN <***>);

- неподача ФИО2 11.01.2015 заявления о признании должника банкротом при наличии сведений о кредиторской задолженности перед ОАО «Акционерный инвестиционный коммерческий банк «Татфондбанк» в размере 19 638 983 руб. 37 коп., перед ООО «Комек Машинери» в размере 90 022 руб. 22 коп., перед ООО «ЮграТрансОйл» в размере 10 423 800 руб., перед уполномоченным органом в размере 140 883 руб. 02 коп.;

- совершение ФИО2 при наличии согласия учредителей ФИО4 и ФИО5 26.12.2014 и 17.04.2015 сделок по отчуждению транспортных средств (автогрейдер ДЗ-98, В7.2, 2002 года выпуска (1ед.), автогрейдер ДЗ-98, В7.2, 2004 года выпуска (1 ед.), бульдозер KOMATSU D65У-12, 2007 года выпуска (1 ед.), экскаватор KOMATSU РС400-7, 2008 года выпуска (2 ед.), общей стоимостью свыше 18,7 млн. руб.;

- заключение ФИО2 договора аренды от 01.09.2015 №1 земельного участка общей площадью 15960 кв.м., расположенного по адресу: <...>., кадастровый номер 86:13:0501001:0009, в связи с отсутствием встречного исполнения, не принятии мер по взысканию дебиторской задолженности с ООО «Сервисная компания «Перспектива» за период с 01.09.2015.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции в настоящем случае усмотрел наличие оснований для привлечения указанных контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в том числе ФИО2, исходя из того, что указанные действия (бездействие) затруднили формирование конкурсной массы, привели к увеличению кредиторской задолженности и явились причиной объективного банкротства должника.

В обоснование своей апелляционной жалобы ФИО2 указал, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности на обращение в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Так, указанное лицо считает, что сроки исковой давности по рассматриваемым требованиям надлежит исчислять в соответствии с положениями абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, вследствие чего такие сроки истекли на дату обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с настоящим заявлением (17.05.2019).

Оценив заявление о пропуске срока давности, суд апелляционной инстанции указывает следующее.

По смыслу определения Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006 если материально-правовые основания привлечения к ответственности на дату совершения правонарушения и на дату обращения с заявлением не изменились и на дату прекращения действия предыдущих редакций данного Закона (и Гражданского кодекса Российской Федерации), предусматривавших иной порядок исчисления давности по этой категории дел, срок исковой давности привлечения к субсидиарной ответственности не истек (или даже не начинал течь), к вопросу о продолжительности и порядку исчисления исковой давности подлежит применению новая норма.

Данный подход опирается на сложившуюся в позитивном праве традицию исчисления сроков давности при их законодательном изменении (пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21.07.2005 № 109-ФЗ «О внесении изменения в статью 181 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, если по состоянию на дату введения в действие статьи 61.14 Закона о банкротстве (30.07.2017) ранее действовавший срок давности не истек, к правоотношениям применяется срок давности, предусмотренный статьей 61.14 Закона о банкротстве.

По смыслу действовавшей на момент совершения контролирующими должника лицами вменяемых им конкурсным управляющим незаконных действий редакции статьи 200 ГК РФ, а также последующих редакций данной статьи и статьи 10 Закона о банкротстве исковая давность по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае не могла начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации.

Вменяемые ответчику действия совершены в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, согласно которой заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

ФИО2 также вменяются действия, предусмотренные подпунктами 2,4 пункта 2 статьи 61.11 Закон о банкротстве (непередача конкурсному управляющему документации и товарно-материальных ценностей должника) в действующей редакции Закона о банкротстве, на которые также распорстраняется трехлетний срок исковой давности.

Так, в соответствии с пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом настоящего пункта.

В силу пункта 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что недобросовестно действующий в интересах контролирующего должника лица арбитражный управляющий скрыл от кредиторов обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, срок исковой давности не может быть исчислен с момента осведомленности такого управляющего.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018).

Как было указано ранее, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Равным образом, в нормы права, касающиеся порядка определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления, вносились неоднократные изменения, при этом законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В связи с названными изменениями законодательства, соответствующая правоприменительная практика в вышеназванный период также неоднократно изменялась, при этом начало течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности определялось моментом, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, в дальнейшем - не ранее даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы, а затем вновь - с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности.

В частности, в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006 изложена правовая позиция, что «к вопросу о продолжительности исковой давности подлежит применению абзац четвертый пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, поскольку данная норма регулировала вопросы исковой давности за правонарушения, аналогичные тем, которые вменяются ответчикам по настоящему спору».

Следовательно, нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица.

При этом по смыслу пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности, лежит на ответчике.

В данном случае обстоятельства пропуска срока давности подлежали доказыванию ответчиком.

В период совершения сделок (26.12.2014, 17.04.2015, 01.09.2015), и на момент возникновения у ФИО2 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом (11.01.2015), с которыми управляющий связывает ухудшение финансового состояния должника, вопросы субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц регулировались статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ с изменениями, внесенными Федеральным законом от 22.12.2014 № 432-ФЗ.

Податель жалобы не оспаривает применение судом первой инстанции статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ с изменениями, внесенными Федеральным законом от 22.12.2014 № 432-ФЗ.

В указанной редакции, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Статус контролирующего должника лица ФИО2 также не отрицает, вместе с тем, указывает на пропуск срока исковой давности для обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Срок исковой давности является категорией материального права, в связи с чем при установлении факта того, является ли он пропущенным, в рассматриваемом случае надлежит руководствоваться нормами Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, поскольку наиболее поздние вменяемые в вину ответчика действия имели место после вступления указанного закона в силу.

По смыслу действовавшей на момент совершения контролирующим должника лицом вменяемых им конкурсным кредитором незаконных действий редакции статьи 200 ГК РФ, а также последующих редакций данной статьи и статьи 10 Закона о банкротстве исковая давность по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае не могла начать течь ранее момента возникновения у заявителя права на иск и объективной возможности для его реализации.

Из пункта 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018, следует, что срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств того, что лицо давало указания должнику-банкроту и его контролирующим лицам, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.

Согласно части 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

Согласно абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Указанный в абзаце 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве срок является специальным сроком исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), который в любом случае не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом.

Таким образом, право на обращение с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности возникает у лиц, перечисленных в абзаце 2 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, с момента признания должника банкротом. Раньше указанного срока реализация права на обращение в суд с подобным заявлением указанными лицами ранее законом не была предусмотрена. Следовательно, в тех случаях, когда указанным лицам, в данном случае, конкурсному управляющему, стало известно о наличии соответствующих оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности срок для обращения в суд, установленный абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, начинает течь с момента введения процедуры конкурсного производства. В остальных случаях само по себе признание должника банкротом не приводит к началу течения указанного срока. Иной подход к определению указанного срока приводит к нарушению прав указанных лиц на судебную защиту.

Данная норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ);

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом. Предполагается, что в пределах объективного срока, отсчитываемого от даты признания должника банкротом, выполняются мероприятия конкурсного производства, включающие в себя, в том числе выявление сведений об основаниях для предъявления к контролирующим лицам иска о привлечении к субсидиарной ответственности (определение Верховного суда от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3).

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Тюменской области от 27.11.2015 должник признан несостоятельным (банкротом).

С настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился 17.05.2019, то есть за пределами годичного срока исковой давности, предусмотренного абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, для требований конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 вследствие совершения действий и (или) бездействия, повлекших признание должника несостоятельным (банкротом), который истек 27.11.2016, то есть до введения в действие редакций Закона о банкротстве № 488-ФЗ и № 266-ФЗ.

Более того, следует обратить внимание, что трехлетний срок признания должника банкротом истек 27.11.2018, тогда как с настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился 17.05.2019.

Относительно исчисления объективного срока для привлечения к субсидиарной ответственности следует отметить следующее.

Иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. С точки зрения норм частного права, пособничество конкурсного управляющего в преднамеренном банкротстве в данном случае означает, что он недобросовестно осуществлял возложенные на него полномочия и фактически действовал в условиях конфликта интересов, так как был заинтересован не в наполнении конкурсной массы для удовлетворения требований кредиторов, в том числе посредством привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, а напротив, в исключении подобного хода развития событий, то есть его материально-правовые интересы совпадали не с позицией истцов по косвенному иску (как это должно быть), а с позицией другой стороны спора. Такой вывод, в свою очередь, исключает возможность исчисления давности исходя из фигуры недобросовестного арбитражного управляющего (определение Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 по делу № а22-921/2006).

В настоящем деле о банкротстве первоначально утвержденный конкурсный управляющий ФИО7 определением Арбитражного суда Тюменской области т 08.06.2017 был отстранен от исполнения обязанностей в связи с выявленными нарушениями: непрведение собраний кредиторов и неинформирование об этом кредиторов должника, затягивание процедуры конкурсного производства.

Между тем выявленные нарушения не свидетельствуют о том, что ФИО7 действовал исключительно в интересах контролирующих должника лиц, что позволило бы констатировать невозможность исчисления срока исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности в период исполнения им обязанностей конкурсного управляющего, поэтому в настоящей процедуре банкротства объективный срок давности подлежит исчислению с даты признания должника банкротом.

В рамках дела о банкротстве применяются ряд особенностей о моменте, когда первоначальный конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для подачи заявления о взыскании убытков.

Сложившаяся судебная практика, выработала требование о начале течения срока исковой давности - с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

При этом на дату введения процедуры конкурсного производства (27.11.2015) в отношении должника конкурсному управляющему были известны сведения о том, что контролирующим должника лицом являлся, в том числе ФИО2, с учетом дат вменяемых ответчику действий (за 2014, 2015 года).

ФИО3 назначена конкурсным управляющим ООО «ЮграСтройСервис» 26.07.2017, тогда как трехлетний срок исковой давности с момента признания должника банкротом истек 27.11.2018, то есть у нового конкурсного управляющего не имелось каких-либо препятствий по обращению в суд с настоящим заявлением в пределах трехлетнего срока.

Приведенные конкурсным управляющим аргументы, свидетельствующие, по его мнению, о соблюдении срока исковой давности на подачу заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, со ссылкой на то, что на дату вступления в силу Закона о банкротстве в редакции Закону № 266-ФЗ срок исковой давности по требованию о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности не истек, не подлежат принятию, поскольку основан на неверном толковании норм права.

Конкурсный управляющий пропустила предельный объективный трехлетний срок подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, исчисляемый со дня признания должника банкротом, что не оспорено участвующими в деле лицами.

Те обстоятельства (совершение сделок по отчуждению имущества, дата наступления объект виного банкротства.), с которыми заявитель связывает необходимость привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, были и должны были стать известны конкурсному управляющему в течение разумного периода после открытия конкурсного производства, во всяком случае до истечения трехлетнего срока исковой давности.

Сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия) (пункт 58 Постановление № 53).

Конкурсным управляющим должника не приведено обстоятельств, объективно препятствовавших управляющему своевременному обращению в суд, располагавшего сведениями о наступлении совокупности обстоятельств, являющихся основанием для возложения на контролирующих должника лиц субсидиарной ответственности.

В настоящем случае конкурсный управляющий не был лишен возможности обратиться в установленный законом срок с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Принимая во внимание указанные нормы права и разъяснения, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании пунктов 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве за пределами годичного срока исковой давности, а также трехлетнего срока с момента введения конкурсного производства.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Учитывая заявление ответчика о пропуске срока давности для подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в отсутствие ходатайства о его восстановлении со стороны конкурсного управляющего, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по заявленным основаниям.

С учетом изложенного, обжалуемое определение в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЮграСтройСервис» подлежит отмене, апелляционная жалоба ФИО2 подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 270, статьей 271, пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-16314/2019) ФИО2 удовлетворить. Определение Арбитражного суда Тюменской области от 06 ноября 2019 года по делу № А70-7533/2015 (судья Шаркевич М.С.), в обжалуемой части отменить.

Отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЮграСтройСервис» ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ЮграСтройСервис».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

С.А. Бодункова

Судьи

О.Ю. Брежнева

М.В. Смольникова