Постановление от 16 апреля 2017 г. по делу № А65-19376/2016

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А65-19376/2016
г. Самара
17 апреля 2017 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2017 года

Постановление в полном объеме изготовлено 17 апреля 2017 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Семушкина В.С., судей Юдкина А.А., Поповой Е.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 10.04.2017 в помещении суда апелляционную жалобу Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Татарстан на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.01.2017 по делу №А65-19376/2016 (судья Абдуллаев А.Г.), принятое по заявлению публичного акционерного общества «Плюс Банк» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г.Москва, к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Татарстан, г.Казань, с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО2, г.Казань,

об оспаривании постановления по делу об административном правонарушении,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Плюс Банк» (далее - ПАО «Плюс Банк», банк) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Татарстан (далее - административный орган) от 21.07.2016 №1152/з по делу об административном правонарушении.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2.

Решением от 17.01.2017 по делу №А65-19376/2016 Арбитражный суд Республики Татарстан заявление удовлетворил.

Административный орган в апелляционной жалобе просил отменить решение суда первой инстанции.

ПАО «Плюс Банк» апелляционную жалобу отклонило по мотивам, изложенным в отзыве на нее.

На основании ст.ст.156 и 266 АПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает апелляционную жалобу в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания.

Рассмотрев материалы дела в порядке апелляционного производства, проверив доводы, приведенные в апелляционной жалобе и отзыве, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как видно из материалов дела, 11.05.2016 при изучении материалов письменного обращения гр.ФИО2 в отношении ПАО «Плюс Банк» административный орган пришел к выводу о том, что при заключении с ФИО2 договора потребительского кредита от 19.08.2015 №92-00-46679-АПКН банк допустил нарушение требований ст.ст.310, 421, 428, 813, 814, 821, 854, 934 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), ст.16 Закона РФ от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон №2300-1).

По данному факту административный орган составил протокол от 15.06.2016 об административном правонарушении и вынес постановление от 21.07.2016 №1152/з, которым привлек ПАО «Плюс Банк» к административной ответственности по ч.2 ст.14.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) в виде штрафа в сумме 15 000 руб.

Не согласившись с постановлением административного органа, ПАО «Плюс Банк» обратилось в арбитражный суд.

Согласно ч.2 ст.14.8 КоАП РФ включение в договор условий, ущемляющих права потребителя, установленные законодательством о защите прав потребителей, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей.

В силу ст.16 Закона №2300-1 условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг).

Ст.30 Федерального закона от 02.12.1990 №395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее - Закон №395-1) установлено, что отношения между Банком России, кредитными организациями и их клиентами осуществляются на основе договоров, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По кредитному договору банк (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее (п.1 ст.819 ГК РФ).

ФИО2 (потребитель, заемщик) обратился в ОАО «Плюс Банк» (сейчас - ПАО) с заявлением от 08.08.2015 о предоставлении потребительского кредита.

19.08.2015 ОАО «Плюс Банк» и ФИО2 заключили договор потребительского кредита №92-00-46679-АПКН.

Условия кредитования определены в индивидуальных условиях предоставления ОАО «Плюс Банк» кредита физическим лицам по программе «АвтоПлюс» и Общих условиях предоставления ОАО «Плюс Банк» кредита физическим лицам по программе «АвтоПлюс». Приложением к Индивидуальным условиям является заявление ФИО2 №40817810000000018109 на заключение договора банковского счета (в соответствии с Условиями открытия и обслуживания банковских счетов физических лиц в ОАО «Плюс Банк»).

Также 19.08.2015 между ООО «СК «РГС-Жизнь» и ФИО2 заключен договор страхования от несчастных случаев, что подтверждается полисом страхования от несчастных случаев №92-00-46679-АПКН-С1.

Согласие ФИО2 на заключение договора личного страхования и оплату страховой премии за счет кредита выражено «галочкой» в заявлении о предоставлении потребительского кредита от 08.08.2015 напротив строк «настоящим заявляю о своем решении заключить договор личного страхования по программе 1, Выгодоприобретателем по которому выступит заемщик…» и «...оплатить страховую премию по выбранному договору за счет кредита, предоставленного мне ОАО «Плюс Банк» по договору потребительского кредита, заключенному между мной и Банком на основании настоящего заявления».

Между ООО «СК «РГС-Жизнь» (компания) и ОАО «Плюс Банк» (агент, банк) заключен агентский договор от 09.02.2014 №215/14, в соответствии с п.2.1 которого банк совершает юридические и фактические действия от имени, по поручению и за счет компании, в целях заключения и исполнения компанией договоров страхования. Банк, как агент страховой компании, получает вознаграждение в соответствии с условиями агентского договора.

Отношения, возникающие в связи с предоставлением потребительского кредита (займа) физическому лицу в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, на основании кредитного договора, договора займа и исполнением соответствующего договора регулируются Федеральным законом от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон №353-ФЗ).

Исходя из ст.7 Закона №353-ФЗ, договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных данным законом. Если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Кредитор в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

В договоре потребительского кредита (займа), предусматривающем обязательное заключение заемщиком договора страхования, может быть предусмотрено, что в случае невыполнения заемщиком обязанности по страхованию свыше тридцати календарных дней кредитор вправе принять решение об увеличении размера процентной ставки по выданному потребительскому кредиту (займу) до уровня процентной ставки, действовавшей на момент заключения договора потребительского кредита (займа) по договорам потребительского кредита (займа) на сопоставимых (сумма, срок возврата потребительского кредита (займа) условиях потребительского кредита (займа) без обязательного заключения договора страхования, но не выше процентной ставки по таким договорам потребительского кредита (займа), действовавшей на момент принятия кредитором решения об увеличении размера процентной ставки в связи с неисполнением обязанности по страхованию (ч.11 ст.7 Закона № 353-ФЗ).

В силу п.1 ст.10 и ст.14 ГК РФ запрещено злоупотребление правом, а способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения.

Согласно п.1 и 4 ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора; условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст.422 ГК РФ).

Исходя из п.1 ст.422 ГК РФ, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Свобода договора не является абсолютной, не должна приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод (статья 55 часть 1 Конституции Российской Федерации) и может быть ограничена федеральным законом, однако лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц (статья 55 часть 3 Конституции Российской Федерации).

Заемщики-граждане лишены возможности влиять на содержание кредитного договора, что является ограничением свободы договора и как таковое требует соблюдения принципа соразмерности, в силу которой гражданин, как экономически слабая сторона в этих правоотношениях, нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора и для другой стороны, то есть для банков.

Основной смысл законодательства о защите прав потребителей - предоставить гарантии социально слабой стороне в заведомо неравных отношениях с кредитными организациями. Свобода договора не может быть использована в нарушение предоставленных законом гарантий. Само заключение договора в сфере финансовых услуг происходит, как правило, посредством присоединения потребителя к предложенному договору, что лишает его участия в определении условий договора. Поэтому согласно смыслу Закона №2300-1 не допускается использовать кредитной организацией свое преимущественное положение для навязывания потребителю явно несправедливых условий.

Как следует из п.1 ст.927 ГК РФ, страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Согласно ст.934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. Договор личного страхования в пользу лица, не являющегося застрахованным лицом, в том числе в пользу не являющегося застрахованным лицом страхователя, может быть заключен лишь с письменного согласия застрахованного лица (п.2 ст.934 ГК РФ).

Из оспариваемого постановления административного органа следует, что в п.11 «Цели использования заемщиком потребительского кредита» Индивидуальных условий указано: «Кредит предоставляется банком на следующие цели: 231 000.00 рублей на покупку транспортного средства с индивидуальными признаками, определенными в п.1 раздела 2 настоящего Договора (Индивидуальные условия договора залога транспортного средства); … 41 818.22 рублей на оплату страховой премии по договору личного страхования, заключенному заемщиком (страхователем) со страховщиком. Информация о данном виде страхования указана в п.21 настоящих условий».

Потребитель, имея намерение в первую очередь уменьшить свои расходы, делает выбор в пользу получения денежных средств с одновременным личным страхованием. Принятие таких условий для потребителя не является свободным, так как именно это обстоятельство определяет решение заемщика, а не его желание получить дополнительную услугу.

Кроме того, ОАО «Плюс Банк» изначально определило в кредитном договоре и навязало клиенту страховую компанию - ООО «СК «РГС-Жизнь» (п.21 Индивидуальных условий). Между тем Верховный Суд РФ в п.4.2 Обзора судебной практики по кредитным обязательствам (утв.22.05.2013) указал, что требование банка о страховании заемщика в конкретной названной банком страховой компании и навязывание условий страхования при заключении кредитного договора не основано на законе.

Анализ условий договора страхования позволяет сделать вывод о том, что он заключен на невыгодных для потребителя условиях. Так, в соответствии с пунктом «прекращение действий договора» программы 1: индивидуальное страхование от несчастных случае заемщиков: «страховщик вправе возвратить страхователю 50% от уплаченной страховой премии в случае, если договор страхования расторгается по инициативе Страхователя в связи с полным досрочным исполнением страхователем обязательств по кредитному договору, при соблюдении следующих условий: договор страхования расторгается в течение первых 30 дней с даты начала его действия; страхователь уведомил Страховщика о расторжении договора страхования в течение 45 дней с даты начала действия договора страхования», в остальных случаях досрочного отказа страхователя от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не возвращается, что противоречит ст.32 Закона №2300-1, в соответствии с которой потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Административный орган также установил, что перед заключением договора представители банка вопреки требованиям ст.10 Закона №2300-1 не представили потребителю необходимую информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора: о наличии страхования при кредитовании, параметрах страхования, которые необходимо соблюсти (вид, срок, страховая сумма, премия и т.п.); о возможности выбора страховой организации и выгодных условий страхования; возможности получения кредита без страхования; проекты графиков платежей и расчетов полной стоимости кредита в двух вариантах: со страхованием и без страхования (для обеспечения выбора наиболее приемлемых условий).

Основной целью обращения ФИО2 в ОАО «Плюс Банк» являлось получение кредита на приобретение автомобиля, то есть потребитель предпочел бы получить только кредит для оплаты автомобиля, при этом инициатива заключения договора страхования при кредитовании исходила от банка, соответственно, банк должен был обеспечить предоставление информации, необходимой для оценки условий дополнительной услуги, реализации права выбора и отказа от нее.

Указание в Общих условиях кредитного договора на то, что страхование жизни заемщика производится на основании добровольного волеизъявления заявителя и не является условием предоставления кредита, не свидетельствует о добровольности заказа потребителем услуги личного страхования. Фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что порядок оформления договора и действия сотрудника банка вступили в противоречие с указанным пунктом договора.

В п.1 заявления №40817810000000018109 на заключение договора банковского счета предусмотрено: «настоящим заявляю о присоединении к действующей редакции Условий открытия и обслуживания банковских счетов физических лиц в ОАО «Плюс Банк» в порядке, предусмотренном статьей 428 ГК РФ. Все положения Условий разъяснены мне в полном объеме, включая тарифы, порядок внесения в Условия изменений и дополнений, порядок предоставления ОАО «Плюс Банк» мне документов и информации, которые связаны с открытием банковского счета». Заявление оформлено по стандартизованной форме с проставлением личных данных и подписи потребителя.

Доказательств ознакомления потребителя и вручения неотъемлемых частей договора (Условий открытия и обслуживания банковских счетов физических лиц в ОАО «Плюс Банк», Тарифов, применяемых к конкретному договору, заявления на заключение договора банковского счета) ПАО «Плюс Банк» не представлено.

Кроме того, заявление о предоставлении потребительского кредита, содержащее, в том числе информацию относительно страхования, оформлено машинописным способом, очень мелким трудночитаемым шрифтом (менее 2 мм, что не соответствует СанПиН 1.2.1253-03). По характеру кредит является целевым, однако информация представлена банком таким образом, что потребитель не получает полной и необходимой информации относительно обязательного характера заказа услуг страхования жизни и здоровья и правовых последствий дальнейшего отказа от услуг страхования жизни и здоровья. Таким образом, сокрытие необходимой и достоверной информации осуществлено банком с целью извлечения дополнительной прибыли при страховании заемщиков.

Как следует из заявления о предоставлении кредита, согласие на заключение договора личного страхования, включение соответствующей суммы в сумму кредита, не испрашивалось, потребитель подписал стандартную форму кредитного договора, с заранее выбранными условиями о страховании.

Содержание заявления о предоставлении кредита (в частности, указание суммы кредита уже с рассчитанной страховой премией, хотя страховая компания, в которой потребитель имел намерение заключить договор страхования, в заявлении не указана) свидетельствует о том, что текст заявления формировался специалистом, заранее выполнившим расчет суммы кредита с личным страхованием.

Таким образом, потребитель был лишен возможности оценить условия предоставления финансовых услуг без страхования и со страхованием. Учитывая характер кредитного договора, неразрывность заключения с потребителем договоров кредитования и страхования во времени и месте, предоставление информации об услугах единолично сотрудником банка, а также получение банком выгоды (в виде вознаграждения по агентскому договору, процентов на сумму кредита), исполнителем должны быть в полной мере соблюдены гарантии потребителя на сознательный выбор услуги, понимание права на выбор финансовой услуги вне зависимости от заказа дополнительных услуг, а также доказано соблюдение таких гарантий.

Ссылка банка на возможность заключения договора страхования в иных страховых компаниях является несостоятельной, поскольку она не опровергает факт навязывания услуг, в том числе услуг конкретной страховой компании.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что п.11 и 21 Индивидуальных условий кредитного договора не ущемляют права потребителя, установленные законодательством о защите прав потребителей. Однако этот ошибочный вывод суда первой инстанции в данном случае не привел к принятию незаконного решения.

Административный орган ссылается на то, что предусмотренное кредитным договором (п.13 Индивидуальных условий) право банка осуществить уступку прав (требований) по договору третьим лицам является нарушением ст.16 Закона №2300-1.

Между тем, п.1 ст.382 ГК РФ предусмотрено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования).

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (ст.384 ГК РФ).

Указанная норма закона является диспозитивной и допускает возможность установления договором регулирования цессии, отличного от определенного общего правила, поэтому первоначальный кредитор, если предмет обязательства, по которому уступается право (требование), делим, вправе уступить новому кредитору принадлежащее ему право (требование) к должнику как полностью, так и в части, что не противоречит разъяснениям, содержащимся в п.5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации».

В соответствии с п.16 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 №146 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров» требование возврата кредита, выданного физическому лицу по кредитному договору, не относится к числу требований, неразрывно связанных с личностью кредитора. Согласно ст.382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором, при этом в законодательстве Российской Федерации отсутствует норма, которая бы устанавливала необходимость получения согласия заемщика-гражданина на уступку кредитной организации требований, вытекающих из кредитного договора. При уступке требования по возврату кредита (в том числе и тогда, когда цессионарий не обладает статусом кредитной организации) условия кредитного договора, заключенного с гражданином, не изменяются, его положение при этом не ухудшается (ст.ст.384 и 386 ГК РФ), гарантии, предоставленные гражданину-заемщику законодательством о защите прав потребителей, сохраняются.

Действующее законодательство не содержит норм, запрещающих банку уступить права по кредитному договору другому лицу, в том числе не имеющему лицензии на занятие банковской деятельностью.

Уступка требований не относится к числу банковских операций, указанных в ст.5 Закона №395-1, следовательно, права кредитора по такому договору могут быть переданы любому лицу.

В ст.12 Закона №353-ФЗ закреплено право кредитных организаций переуступать права (требования) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном данным законом.

На основании изложенного суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что объективная часть правонарушения по этому эпизоду административным органом не доказана.

П.10.4 Общих условий предоставления кредита физическим лицам предусмотрено, что «Банк вправе списывать с любого счета, открытого на имя Заемщика в Банке, в том числе на основании договора банковского вклада, без дополнительного распоряжения заемщика - путем прямого дебетования такого счета - денежные средства, причитающиеся Банку по Договору по кредитной программе «АвтоПлюс», заключенному Банком с Клиентом, срок уплаты которых наступил, и (или) право требовать уплаты которых возникло у Банка. Условие настоящего пункта с момента подписания Заемщиком Индивидуальных условий считается заранее данным акцептом Заемщика распоряжений Банка на совершение указанных в данном пункте настоящих Общих условий операций, предъявленных Банком к счету, в суммах, указанных в таких распоряжениях, с возможностью частичного исполнения таких распоряжений при недостаточности денежных средств на счете. Право на списание указанных сумм возникает у Банка независимо от направления Заемщику требования об уплате таких сумм - с даты возникновения предусмотренных настоящими Общими условиями оснований для истребования Кредита».

В соответствии со ст.854 ГК РФ списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента. Без распоряжения клиента списание денежных средств, находящихся на счете, допускается по решению суда, а также в случаях, установленных законом или предусмотренных договором между банком и клиентом.

На основании п.3.1 Положения Центрального банка Российской Федерации от 31.08.1998 №54-П погашение (возврат) размещенных банком денежных средств и уплата процентов по ним производятся путем перечисления средств со счетов клиентов-заемщиков - физических лиц на основании их письменных распоряжений, перевода денежных средств клиентов-заемщиков - физических лиц через органы связи или другие кредитные организации, взноса последними наличных денег в кассу банка-кредитора на основании приходного кассового ордера, а также удержания из сумм, причитающихся на оплату труда клиентам-заемщикам, являющимся работниками банка-кредитора (по их заявлениям или на основании договора).

Данный кредитный договор, содержащий согласие заемщика на безакцептное списание с принадлежащих ему счетов денежных средств для исполнения обязательств по кредитному договору, является типовым, с заранее определенными условиями, а значит, заемщик, как сторона в договоре, был лишен возможности влиять на его содержание.

Таким образом, включение в кредитный договор условия о возможности безакцептного списания банком задолженности со счетов заемщика - физического лица (условия о заранее данном акцепте) противоречит действующему законодательству.

При этом из представленных доказательств не следует, что заранее данный акцепт имеет характер распоряжения клиента о том, какая сумма, с какого счета (счетов) подлежит перечислению.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, включение в кредитный договор условия о заранее данном акцепте нарушает права потребителя.

Аналогичный вывод содержится в постановлениях Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2016 по делу №А27-1106/2016, Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2016 по делу №А08-2955/2016, Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2016 по делу №А56-28366/2016.

В соответствии с п.3.12 Условий открытия и обслуживания банковских счетов физических лиц в ОАО «Плюс Банк», являющихся неотъемлемой частью договора об открытии счета, предусмотрено условие: «Стороны договорились, что Тарифы Банка могут быть изменены Банком в одностороннем порядке, Измененные Тарифы Банка применяются к операциям, совершаемым по Счету после даты изменения Тарифов Банка. Изменения Тарифов Банка (Тарифы в новой редакции) доводятся до сведения Клиента путем размещения их на информационных стендах в офисах Банка и на официальном сайте Банка, и Клиент ознакомлен и согласен с тем, что в любой момент действия Договора, до совершения очередной операции по Счету, он может получить достоверную информацию о размере вознаграждения за совершение такой операции».

Исходя из ст.310 ГК РФ и ч.1 ст.16 Закона №2300-1, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом; условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Подпись потребителя в договоре не лишает возможности признания условия договора ущемляющим права потребителя.

Кроме того, ст.452 ГК РФ предусмотрено, что соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное. Требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

В соответствии со ст.29 Закона №395-1 кредитная организация не имеет права в одностороннем порядке изменять процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам), комиссионное вознаграждение и сроки действия этих договоров с клиентами, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом или договором с клиентом.

Ч.1 ст.10 Закона №2300-1 установлена обязанность изготовителя (исполнителя, продавца) своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Вместе с тем в случае одностороннего изменения тарифов банка потребителю своевременно не предоставляется информация о предстоящих затратах, что противоречит вышеуказанным положениям законодательства и является условием, ущемляющим права потребителя.

П.6.1.5 и 6.1.6 Общих условий кредитования в качестве случаев досрочного истребования кредита предусмотрены: признание заемщика недееспособным или ограниченно дееспособным, а также ограничения права заемщика на распоряжение денежными средствами на банковских счетах заемщика и (или) на распоряжение имуществом, наложенное в порядке, установленном законодательством Российской Федерации; потеря заемщиком источника дохода, который является для него основным, при условии, что такая потеря не компенсирована приобретением иного равноценного источника законного дохода в течение периода, согласованного с банком.

Возможность требовать досрочного возврата займа по указанным основаниям действующим законодательством не предусмотрена.

Более того, положения ч.4 ст.29 Закона №395-1 запрещают кредитной организации в одностороннем порядке сокращать срок действия кредитного договора в отношениях с заемщиком-гражданином. Эти положения закона направлены на недопущение сокращения срока действия кредитного договора, а, следовательно, и срока исполнения обязательств по такому договору на основании одностороннего волеизъявления кредитора, не обусловленного нарушением заемщиком условий договора.

Ухудшение финансового положения заемщика влечет за собой увеличение риска невозврата им полученного от банка кредита. Однако это обычный предпринимательский риск, который банк как коммерческая организация, осуществляющая систематическую направленную на получение прибыли деятельность по выдаче кредитов, несет всегда.

С учетом изложенного суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что п.6.1.5 и 6.1.6 Общих условий противоречат закону и ущемляют права потребителя.

В соответствии с ч.2 ст.2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Доказательств принятия всех зависящих от него мер, направленных на соблюдение норм действующего законодательства, за нарушение которых ч.2 ст.14.8 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность, банк не представил.

Ссылка ПАО «Плюс Банк» на добровольность при заключении кредитного договора является несостоятельной, поскольку в данном случае кредитный договор является типовым, с заранее определенными условиями. Условия договора разработаны самим банком, а подписание договора не может служить безусловным выражением согласия заемщика с этими условиями.

Таким образом, наличие в действиях ПАО «Плюс Банк» состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.14.8 КоАП РФ, подтверждается материалами дела.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о малозначительности совершенного банком правонарушения.

Ст.2.9 КоАП РФ установлено, что при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Пленум ВАС РФ в п.18 Постановления от 02.06.2004 №10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» (далее – Постановление №10) разъяснил, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

В п.18.1 Постановления №10 указано, что ст.2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным КоАП РФ.

Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в КоАП РФ конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность. Так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье особенной части КоАП РФ ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий.

Как следует из абз.3 п.21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий, не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

Оценив конкретные обстоятельства совершенного банком административного правонарушения, его характер и степень общественной опасности, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что данное правонарушение не привело к существенным нарушениям охраняемых общественных правоотношений.

Так, согласно справке банка от 19.02.2016 №83-05/2741 ФИО2 произвел полное досрочное погашение кредита, ссудная задолженность по договору отсутствует.

Досрочное погашение кредита, которое было произведено ФИО2 до составления протокола об административном правонарушении (15.06.2016) и вынесения постановления о привлечении к административной ответственности (21.07.2016), свидетельствует о прекращении между потребителем и банком взаимоотношений по рассматриваемому кредитному обязательству, вследствие чего условия этого обязательства в дальнейшем не имеют существенного значения для потребителя ввиду прекращения их действия. Доказательств причинения ФИО2 ущерба в результате исполнения условий обязательства, ущемляющих его права как потребителя, суду не представлено.

Более того, прекращение договорных обязательств лишает банк возможности по устранению последствий нарушения, поскольку исполненный и прекращенный договор не предусматривает возможности изменения его условий на будущее время; такое изменение лишено какого-либо смысла.

Согласно п.17 Постановления №10, если в ходе рассмотрения дела об оспаривании постановления административного органа о привлечении к административной ответственности будет установлена малозначительность правонарушения, суд принимает решение о признании незаконным этого постановления и о его отмене.

Положенные в основу апелляционной жалобы доводы проверены судом апелляционной инстанции в полном объеме, но учтены быть не могут, так как не влияют на законность обжалуемого судебного акта. Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены решения, судом первой инстанции не допущено. Таким образом, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17 января 2017 года по делу №А65-19376/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

В.С. Семушкин

Судьи

А.А. Юдкин

Е.Г. Попова