Постановление от 24 сентября 2024 г. по делу № А40-66887/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-52773/2024

Дело № А40-66887/19
г. Москва
25 сентября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 11 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2024 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.А. Комарова,

судей Ю.Л. Головачевой, А.Г. Ахмедова,

при ведении протокола помощником судьи Овчаренко С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ф/у ФИО1 - ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.07.2024 по делу № А40-66887/19,

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании требований кредиторов общими обязательствами должника и его супруги,

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания. 



У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2019 ФИО1 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев.

Финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» №226 от 07.12.2019.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего о признании требований кредиторов общими обязательствами должника и его супруги.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.04.2024 к участию в споре в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО3.

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал заявление по изложенным в нем доводам.

Представитель третьего лица возражал против заявленных требований по доводам письменных пояснений.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2024 г. в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ф/у ФИО1 - ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2024 г. отменить, принять новый судебный акт.

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с разъяснениями пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов.

Погашение этих требований за счет конкурсной массы осуществляется в следующем порядке.

Сначала погашаются требования всех кредиторов, в том числе кредиторов по текущим обязательствам, из стоимости личного имущества должника и стоимости общего имущества супругов, приходящейся на долю должника.

Затем средства, приходящиеся на долю супруга должника, направляются на удовлетворение требований кредиторов по общим обязательствам (в непогашенной части), а оставшиеся средства, приходящиеся на долю супруга должника, передаются этому супругу (пункты 1 и 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации. Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 N 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика.

Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов; соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

Пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса, пунктом 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств с третьими лицами, действующее законодательство не содержит.

Презумпция согласия супруга с действиями другого супруга по распоряжению общим имуществом не предполагает возникновение у одного из супругов долговых обязательств перед третьими лицами, с которыми он не вступал в правоотношения.

Таким образом, положения семейного и гражданского законодательства, а также законодательства о банкротстве не содержат соответствующих презумпций, при подтверждении условий которых кредитором на другую сторону спора перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения заявленных требований.

Согласно пункту 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016) (утвержден Президиумом ВС РФ 13.04.2016) в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований финансовым управляющим указано на факт перечисления должником на счет супруги денежных средств в размере 4 млн. руб., на оплату жилищно-коммунальных услуг, оплату питания, поездок заграницу, а также приобретение супругой транспортного средства.

При этом, судом установлено, что в реестр требований кредиторов должника включены требования ПАО Сбербанк, АО Банк «ДОМ.РФ», ПАО «Совкомбанк», ПАО Банк «ФК Открытие», ПАО «КБ Абсолют Банк», АО «СМП Банк», ООО «МФЦ Капитал», ИФНС России № 27 по г. Москва, ПАО «Промсвязьбанк», ООО «Ленхард Девелопмент»», ООО «НРК Актив» на общую сумму 3.161.499.224,00 руб.

Также судом установлено, что указанные требования, за исключением требований АО «СМП Банк» и ПАО «Совкомбанк» в сумме не более 8 млн. руб., основаны на поручительстве должника.

23.04.2010 между должником и ФИО3 зарегистрирован брак.

В материалы дела представлен брачный договор, заключенный 18.05.2010 между ФИО1 и ФИО3, по условиям которого предусмотрено раздельное владение имуществом супругов (параграф 2 договора).

Судом установлено, что у каждого у супругов имелся свой бизнес, не являющийся совместным.

При этом, как было указано выше, основная часть обязательств должника основана на поручительстве должника.

Доказательств наличия совместного поручительства с супругой суду не представлено.

Относительно расходования денежных средств, по мнению управляющего, в том числе на оплату коммунальных услуг, продуктов питания, поездок заграницу, а также перечисления денежных средств супруге из указанных выше заемных денежных средств в размере 8 млн. руб., суду не представлено.

Напротив, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2021 по настоящему делу установлено, что в спорный период должник обладал достаточными активами, в том числе денежными средствами, многократно превышающими суммы перечислений.

Таким образом, доказательства, свидетельствующие о расходовании заемных средств для нужд семьи, отсутствуют.

Доводы возражений ПАО «Совкомбанк» о непринятии во внимание брачного договора признаны судом необоснованными, поскольку брачный договор заключен задолго до возникновения каких-либо обязательств у должника.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции в удовлетворении заявления отказал.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

В соответствии с разъяснениями пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов.

Погашение этих требований за счет конкурсной массы осуществляется в следующем порядке. Сначала погашаются требования всех кредиторов, в том числе кредиторов по текущим обязательствам, из стоимости личного имущества должника и стоимости общего имущества супругов, приходящейся на долю должника. Затем средства, приходящиеся на долю супруга должника, направляются на удовлетворение требований кредиторов по общим обязательствам (в непогашенной части), а оставшиеся средства, приходящиеся на долю супруга должника, передаются этому супругу (пункты 1 и 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" (далее Постановление Пленума от 25.12.2018 N 48) в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов (абзац 1 пункта 6 указанного Постановления).

При этом из абзаца 2 пункта 6 данного Постановления следует, что вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве). К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика. Указанным абзацем также предусмотрено, что если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов.

Таким образом, кредитор, требования которого уже включены в реестр требований кредиторов должника-гражданина, не лишен права обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов, и разрешение соответствующих требований судом первой инстанции в самостоятельном обособленном споре - правомерно.

Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве). Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью. Поэтому само по себе распределение общих долгов супругов между ними в соответствии с положениями пункта 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации, произведенное без согласия кредитора, не изменяет солидарную обязанность супругов перед таким кредитором по погашению общей задолженности. Указанная норма Семейного кодекса Российской Федерации регулирует внутренние взаимоотношения супругов, не затрагивая имущественную сферу кредитора.

Супруги должны добросовестно исполнять обязательства перед кредиторами согласно условиям состоявшегося распределения общих долгов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения данной обязанности кредитор вправе потребовать исполнения обязательства без учета произошедшего распределения общих долгов, при этом супруг, исполнивший солидарную обязанность в размере, превышающем его долю, определенную в соответствии с условиями распределения общих долгов, имеет право регрессного требования к другому супругу в пределах исполненного за вычетом доли, падающей на него самого (подпункт 1 пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации.

Пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств с третьими лицами, действующее законодательство не содержит.

В силу пункта 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, предусматривающего, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга, допускается существование у каждого из супругов собственных обязательств.

Следовательно, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации.

Юридически значимым обстоятельством является выяснение вопросов об установлении цели получения должником денежной суммы, и были ли потрачены денежные средства, полученные должником, на нужды семьи.

Из материалов дела следует, что супруги А-вы состояли в зарегистрированном браке с 23.04.2010 г.

Брачный договор, заключенный 18.05.2010 между ФИО1 и ФИО3, предусматривает раздельное владение имуществом супругов.

Согласно выработанной судебной правоприменительной практике, исходя из норм действующего законодательства отсутствует презумпция наличия совместного долга супругов - наоборот, долг считается индивидуальным, пока не будет доказано, что денежные средства по нему были потрачены на нужды семьи - при этом бремя доказывания возлагается на лицо, требующее признания долга общим (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016).

В частности, пунктом 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016) разъяснено, что в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

Вместе с тем какие-либо достоверные, достаточные и обоснованные доказательства расходования средств, полученных ФИО3 на нужды семьи, в материалах спора отсутствуют.

Доказательств того, что полученные денежные средства были направлены на покупку транспортных средств, ремонт жилья, приобретение мебели и необходимой техники, на обеспечение потребностей как семьи в целом (расходы на питание, оплату жилья, коммунальные услуги, организацию отдыха, бензин и т.д.), так и на каждого из ее членов (расходы на обучение, содержание детей, оплату обучения одного из супругов, медицинское обслуживание членов семьи (детей, супруги), включая покупку гигиенических принадлежностей, медикаментов, оплату оказания услуг медицинского характера, повышение квалификации супруги), в материалы спора не представлено.

По мнению финансового управляющего, должник в преддверии банкротства вывел свои активы из своей собственности.

Между тем, в рассматриваемом случае бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что должником активы были выведены и направлены на удовлетворение нужд семьи, в материалы спора не представлено.

Судом установлено, что у каждого у супругов имелся свой бизнес, не являющийся совместным, соответственно, ФИО3 не нуждалась в содержании со стороны ФИО1 и могла нести все затраты самостоятельно.

Доказательств обратного суду не представлено (статья 65 АПК РФ).

Проанализировав представленные в материалы спора выписки по счету судом также не установлено, что денежные средства потрачены на нужды семьи.

Как указывалось выше, для возложения на супруга должника солидарной обязанности по возврату заемных средств, обязательство должно являться общим, то есть, как следует из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.

В рассматриваемом случае в материалах дела не имеется объективных оснований для возложения на супругов бремени опровержения общего характера обязательства.

Как указывает в апелляционной жалобе финансовый управляющий имуществом ФИО1 – ФИО2 – брачный договор не может быть принят во внимание, поскольку заключен с целью недопущения включения имущества должника в конкурсную массу.

Вместе с тем, судом первой инстанции в полной мере дана оценку указанному доводу и отмечено, что брачный договор не был признан недействительным и исполнялся в полной мере. Разовые перечисления денежных средств в качестве дарения или материальной помощи не являются основанием для предположения о его недействительности.

ФИО3 в полной мере распоряжалась личным имуществом, заключая договор найма жилого помещения №2309-01-20 от 28.09.2020 г., извлекая из данных правоотношений постоянный личный доход.

Доводы финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2, о совершении Должником в 2016, 2017, 2018 годах сделок по выводу своих активов, не имеют отношения к рассматриваемому спору о признании долга супругов общим. Сама по себе позиция о выводе активов прямо противоречит принятым по настоящему делу судебным актам: по договорам, заключённым с женой, ФИО3 №12/11-2015/2 о дарении машино-мест от 17.11.2015 и №12/11-2015 о дарении квартиры от 17.11.2015. (Определением Арбитражного суда г. Москвы от 12.05.2021 г., Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-48723/2021 от 01.09.2021 г. по делу № А40-66887/19-184-74 отказано в удовлетворении требования о признании сделки недействительной); 24.08.2016 г. ФИО4 по Договору № 51 купли-продажи недвижимого имущества (земельного участка) был передан земельный участок с кадастровым номером 50:11:0050602:295, общей площадью 799 кв.м. расположенного по адресу: Московская область, Красногорский район, ОНТ «Воронки-86», уч. 129, стоимостью 3 200 000 (три миллиона двести тысяч) рублей (Определением Арбитражного суда г. Москвы от 21.12.2020 г. по делу № А40-66887/19-184-74 отказано в удовлетворении требования о признании сделки недействительной); по договору, заключенному с бывшей женой ФИО5 14.12.2015 г. по отчуждению ? доли в квартире расположенной по адресу: 117216, <...>, кадастровый номер 77:06:0011005:5103 (Определением Арбитражного суда г. Москвы от 30.11.2020 г., Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда №09АП-314/2021 от 16.03.2021 г. по делу № А40-66887/19-184-74 отказано в удовлетворении требования о признании сделки недействительной).

В оспаривании денежных переводов ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО3 также было отказано в полном объеме в связи с отсутствием доказательств наличия признаков неплатежеспособности у ФИО1, а также отсутствием кредиторов, которым мог быть нанесен вред.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно отклонены доводы финансового управляющего имуществом ФИО1 о ничтожности брачного договора, поскольку фактические обстоятельства дела, в том числе отказ в признании сделок недействительными, свидетельствуют о том, что супругами в полной мере исполнялись условия брачного договора.

Как указывает финансовый управляющий имуществом ФИО1 – ФИО2 – ФИО1 перечислял денежные средства супруге ФИО3 в размере 4 270 627,28 руб. в период с 23.11.2015 г. по 24.03.2017 г.

Указанному доводу была дана надлежащая оценка в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-35715/2021 от 14.07.2021 г., согласно которому требования Финансового управляющего ФИО2 были оставлены без удовлетворения, при этом на момент совершения платежей ФИО1 не отвечал ни признаку неплатежеспособности, ни нарушал права каких-либо кредиторов, ввиду отсутствия таковых. Суд также указал, что каких-либо доказательств того, что в рассматриваемые период уже наступил срок по обязательствам перед конкурсными кредиторами и ФИО1, в том числе как поручителем, в материалы дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции считает, что вывод суда первой инстанции соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на правильном применении норм материального права.

В соответствии со ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст.71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч.4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный суд  



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2024 по делу № А40-66887/19 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                     А.А. Комаров

Судьи:                                                                                                          Ю.Л. Головачева

А.Г. Ахмедов