Постановление от 2 апреля 2025 г. по делу № А60-58961/2022

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5248/2024(2,3,4,5)-АК

Дело № А60-58961/2022
03 апреля 2025 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 апреля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гладких Е.О.,

судей Даниловой И.П., Нилоговой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Паршиной В.Г.,

при участии в судебном заседании путем веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

представителя от ООО «Дилижанс» ФИО1 (паспорт, доверенность от 01.10.2024),

кредитора ФИО2 (паспорт),

представителя ИП ФИО3 ФИО4 (паспорт, доверенность от 06.11.2024),

конкурсного управляющего должника ФИО5 (паспорт);

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы кредиторов ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Дилижанс», индивидуального предпринимателя ФИО3, конкурсного управляющего ФИО5 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 03 декабря 2024 года, вынесенное в рамках дела № А60-58961/2022 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Актив» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

третьи лица: ПАО «Сбербанк России», Уральский филиал АО «Банк Интеза»,

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 27.10.2022 поступило заявление ФИО2 о признании общества с ограниченной ответственностью "Актив" (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) несостоятельным (банкротом), поскольку задолженность перед кредитором составляет 5 388 736.66 руб.

Определением суда от 03.11.2022 заявление принято к производству и назначено судебное заседание на 28.11.2022.

Решением 06.02.2023 требования ФИО2 о признании общества с ограниченной ответственностью "Актив" (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура - Наблюдения

Временным управляющим должника утверждена кандидатура ФИО5 (ИНН <***>, регистрационный номер – 237, адрес: 410000, г. Саратов, Главпочтамт, а/я 23) являющегося членом Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Центрального федерального округа».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 26 (7471) от 11.02.2023.

В арбитражный суд 17.07.2023 через систему подачи документов "Электронный страж" (сервис "Мой арбитр") от ФИО5 поступило ходатайство о признании ООО «Актив» несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства.

Решением суда от 20.07.2023 (резолютивная часть решения 19.07.2023) процедура наблюдение в отношении общества с ограниченной ответственностью "Актив" (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) прекращена.

Общество с ограниченной ответственностью "Актив" (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении должника введена процедура конкурсного производства до 19.01.2024. Конкурсным управляющим должника общества с ограниченной ответственностью "Актив" (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) утвержден ФИО5 (ИНН <***>, регистрационный номер – 237, адрес: 410000, г. Саратов, Главпочтамт, а/я 23) являющийся членом Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Центрального федерального округа».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 137 (7582) от 29.07.2023.

В арбитражный суд 29.09.2023 через систему подачи документов "Электронный страж" (сервис "Мой арбитр") от ИП ФИО3 об исключении имущества из конкурсной массы должника, в котором заявитель просит признать договор купли продажи №33 от 17.12.2018 заключённый между ООО «Актив» (продавец/должник по настоящему делу) и ИП ФИО3 (покупатель/ заявитель по настоящему спору) соответствующим нормам ст.61.2,61.3 Закона о несостоятельности и не нарушающим прав кредиторов; исключить имущество - нежилое здание, состоящее из 2 (двух) этажей, расположенное по адресу: <...> д: 20, кадастровый (или условный) номер: 66- 66- 01/876/2007-245, общей площадью 1260,5 кв.м из конкурсной массы должника и установить на него право собственности ИП ФИО3; обязать Конкурсного управляющего должником предоставить в регистрирующий орган документы, необходимы для снятия наложенных арестов и обременений; в случае невозможности удовлетворения требований заявителя по признанию права собственности, произвести трансформацию вещных прав заявителя в денежные и включить его в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди в том числе: как обеспеченные залогом недвижимого имущества: здание, расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 66:41:0204008:172, 10 263 174 руб. 87 коп. – основной долг, 69 690 руб. 72 коп. – проценты за пользование кредитом, 1 089 422 руб. 57 коп. – неустойка, 2 250 руб. – судебные расходы, 1 961 700,00 рублей - неустойка, предусмотренная п.4.1 договора за период с 20.12.2018 по 06.02.2023 (13 000 000*0,01%* 1509 дн.), 13 000 000,00 руб. неустойка, предусмотренная п. 4.4. договора купли продажи №33 от 17.12.2018 - как необеспеченные залогом, 1 575 461,84 рублей, - основной долг.

Определением суда от 04.10.2023 заявление принято к производству и назначено судебное заседание на 25.10.2023.

В дальнейшем ФИО3 уточнил требования. Просит признать договор купли-продажи №33 от 17.12.2018 заключенный между ООО «Актив» (продавец/должник по настоящему делу) и ИП ФИО3 (покупатель/заявитель по настоящему спору) соответствующим нормам ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве и не нарушающим прав кредиторов; исключить имущество – нежилое здание, состоящее из 2 (двух) этажей, расположенное по адресу: <...>, кадастровый (или условный) номер 66-66-01/876/2007-245, общей площадью 1260,5 кв.м. из конкурсной массы должника и установить на него право собственности ИП ФИО3; обязать конкурсного управляющего должника предоставить в регистрирующий орган документы, необходимые для регистрации перехода права собственности; в случае невозможности удовлетворения требований заявителя по признанию права собственности, произвести трансформацию вещных прав заявителя в денежные по состоянию на дату рассмотрения заявления и включить его в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди в размере 63 767 000 руб.

В арбитражный суд 23.07.2024 поступило заявление ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительной.

Определением суда от 02.08.2024 заявление конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительной оставлено без движения.

Определением суда от 27.08.2024 заявление принято к производству и назначено судебное заседание на 07.10.2024.

В судебном заседании 07.10.2024 суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости объединения заявленных требований, их совместного рассмотрения (аудиопротокол судебного заседания).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03 декабря 2024 года требования индивидуального предпринимателя ФИО6 включены в составе третьей очереди в сумме 21 900 000 руб. В удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказано.

С апелляционной жалобой на указанное определение обратился ИП ФИО3, который просит определение о включении в реестр требований кредиторов должника ООО «Актив» требований кредитора ИП ФИО3 изменить в части, включить ИП ФИО3 в реестр требований кредиторов в размере 63 767 000,00 рублей. Ссылается на то, что согласно отчету об оценке имущества №44/10-23, сделанному ООО «КБ Алгоритм» составленному 17.10.2023 по состоянию на 13.10.2023 стоимость спорного объекта недвижимости составила 63 767 000,00 рублей, в том числе НДС в размере 10 627 834 рублей. Данные об отчете оценки опубликованы 18.10.2023 (сообщение на ЕФРСБ №12732876), кредиторами, включенными в реестр требований должника, не оспорены. Информация об инвентаризации имущества опубликована конкурсным управляющим 16.11.2023 (сообщение на ЕФРСБ №12969208). Таким образом, оснований для применения иной стоимости для определения размера количества голосов на собрании кредиторов и размера удовлетворения требования ИП ФИО3 не имеется.

С апелляционной жалобой на определение суда от 03.12.2024 обратился также ФИО2, который просит изменить определение Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2024, включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «Актив» требования ИП ФИО3 в размере 11 908 327,43 рублей основной задолженности, признать требование ИП ФИО3 в размере 1 091 672,57 рублей обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника ООО «Актив». В удовлетворении остальной части заявления отказать. Считает, что вывод арбитражного суда о размере неденежного требования ИП ФИО3 после его оценки не соответствует обстоятельствам дела - согласованному сторонами ДКП от 17.12.2018 существенному условию о цене сделки. Крое того, включая требование конкурсного кредитора в реестр, арбитражный суд необоснованно принял его уточнение путем одновременного изменения предмета и основания заявления; принял увеличение размера требования. ФИО2 также полагает, что требование ИП ФИО3 в части превышения актуальной рыночной стоимости недвижимости над покупной на дату сделки имеет природу упущенной выгоды и подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

ООО «Дилижанс» в своей апелляционной жалобе просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт. Полагает, что судом первой инстанции не исследованы все доводы конкурсного управляющего и кредитора ООО "Дилижанс" относительно порочности заключенной должником сделки, размер включенных в реестр требований является необоснованным и не подтверждается материалами настоящего обособленного спора. По мнению кредитора, спорное имущество фактически не выбывало из собственности группы компаний РИФЕСТА, а именно должника, фактически находилось и находится под контролем его бенефициара ФИО7, задолженность перед кредитными учреждениями погашена непосредственно из имеющихся на тот момент активов группы компаний РИФЕСТА, поскольку ИП ФИО3 не располагал денежными средствами в размере внесенной 18.12.2018 года суммы на свой расчетный счет, равно как и не располагали такими средствами его заимодавцы, что указывает на отсутствие доказательств возможности совершения данной сделки за счет заявителя. При этом 14 ИП ФИО3 является «мнимым держателем актива», преследуя со всей очевидностью свой экономический интерес. Изложенному, в совокупности всех представленных доказательств, оценка судом первой инстанции не дана, не содержит и мотивов отклонения доводов кредитора и управляющего мотивировочная часть судебного акта. Относительно размера включенных в реестр должника требований ИП ФИО3, кредитор полагает, что судом первой инстанции произвольно и бездоказательно определен размер таких требований, что безусловно затрагивает права и законные интересы иных участвующих в деле лиц. включение требований ИП ФИО3 в определенном (бездоказательном) размере в реестр должника ставит его в явно привилегированное положение по сравнению с иными кредиторами, в том числе и ООО "Дилижанс", фактически погасившего все кредитные обязательства группы компаний "РИФЕСТА" еще в 2018-2021 годах. Суд первой инстанции фактически освободил ИП ФИО3 от обязанности обосновать заявленный размер требований. Представляется, что вопрос наличия убытков, процентов за пользование чужими денежными средствами и иные дополнительные требования заявителя подлежат рассмотрению с установлением всех фактических обстоятельств, подлежат включению и дальнейшему погашению в соответствии с законом о банкротстве. ООО "Дилижанс" полагает вывод суда первой инстанции о наличии убытков, вызванных последующим изменением стоимости имущества, которые могут быть доказаны путем предоставления отчета о стоимости спорного имущества на момент рассмотрения спора является ошибочным, поскольку в материалах дела, в том числе не имеется доказательств, что ИП ФИО3 имел реальную возможность приобрести аналогичный объект недвижимости (1260 кв. м) за уплаченные им 13 000 000 руб. 00 коп. При указанных обстоятельствах, вывод суда первой инстанции в данной части законным и обоснованным являться не может. Таким образом, ООО "Дилижанс" полагает, что включение в реестр должника требований ИП ФИО3 в большем размере, чем фактическая цена сделки - 13 000 000 руб. 00 коп., является недопустимым.

Определениями от 14.01.2025 и от 21.01.2025 Семнадцатый арбитражный апелляционный суд принял указанные апелляционные жалобы к производству, назначил судебное заседание на 29.01.2025.

Конкурсный управляющий ООО «Актив» также обратился с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Свердловской области от 03 декабря 2025 года. Просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2024 в части отказа в признании сделки недействительной отменить и принять новый судебный акт: признать недействительной сделкой договор купли-продажи недвижимого имущества №33 от 17.12.2018, заключенный между ООО «Актив» и ИП Ян Хунмин; изменить в части суммы, включенной в реестр требований: включить требования ИП Ян Хунмин в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Актив» в составе основной задолженности в сумме 13 000 000 рублей.

Как считает управляющий, сделка по купле-продаже недвижимого имущества занимает более длительное время от момента подписания договора и до моментарегистрации перехода права собственности, который и является целью исполнения договора. Следовательно, период времени, предусмотренный, например, п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве - один месяц до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, не следует воспринимать буквально, если переход права собственности к покупателю не состоялся. Данная правовая позиция нашла свое отражение в определении Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.01.2019 по делу № А65- 4896/2017. Судебный акт оставлен в силе определением Верховного суда Российской Федерации № 306-ЭС19-13841 от 16.12.2019. Следовательно, отказ в применении норм от. 61.3 Закона о банкротстве привел суд к ошибочному выводу, что наличие кредиторов по неисполненным обязательствам правового значения не имеет.

Управляющий ссылается на то, что кредитора на момент заключения сделки являлись Исетскому району г. Екатеринбурга на сумму 174 301,75 рублей с периодом формирования задолженности 4 квартал 4 кв. 2017 и сроком уплаты 10.04.2018; ООО «Дилижанс», исполнившее обязательства, в том числе, за солидарного поручителя - ООО «Актив» в период с марта 2018 года по июнь 2021 года, на сумму в части должника в размере 478 414, 16 рублей.

В свою очередь как из решения Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2022 по делу № А60-64057/2021, так и из заявления самого ответчика следует, что он переводил денежные средства в счет спорного договора именно кредиторам Должника по просроченным им как поручителем обязательствам: 11 424 538 руб. 16 коп. перечислены на ссудный счет Заемщика (ООО УК "РИФЕСТА-ХОЛДИНГ" открытый в ПАО Сбербанк, с назначением платежа «Оплата по договору купли-продажи № 33 от 17.12.2018, в счет погашения задолженности по мировому соглашению № 151717 от 27.06.2017; 1 575 461 руб. 84 коп. перечислены на ссудный счет Заемщика (ООО «Ювелирная компания АСБ», открытый в АО «Банк Интеза», с назначением платежа «Оплата по договору купли-продажи № 33 от 17.12.2018, в счет погашения задолженности по кредитному договору КД № LD1625800026. Следовательно, ответчик, исполняя указание ООО «Актив» о порядке расчетов по спорному договору, не мог не знать о сути обязательств должника перед кредитными организациями, наличии просрочки со стороны должника и том факте, что должник, в связи с этим, отчуждает единственное основной средство - Здание по заниженной относительно банковской оценки стоимости в 13 000 000 рублей против 34 800 000 рублей (п. 1.4. договора ипотеки №1 от 09.09.2016), что как минимум является тем самым обстоятельством, которое свидетельствует о наличии признака неплатежеспособности.

Сам по себе факт нахождения спорного здания в собственности ООО «Актив», как считает управляющий, не может исключать признания договора купли-продажи недействительным, т.к. он является заключенным ввиду соблюдения правил о форме сделки. Равно не может исключать признание недействительной сделки обстоятельство того, что кредитор ИП ФИО3 уточнил свои требования и не просит передать в собственность спорное имущество/произвести перерегистрацию права собственности.

Определением апелляционного суда от 21.01.2025 жалоба управляющего оставлена без движения.

В связи с тем, что вопрос о принятии апелляционной жалобы конкурсного управляющего или ее возращении в настоящее время не разрешен, при этом рассмотрение жалоб, поданных на один судебный акт, в разных заседаниях процессуально невозможно, суд апелляционной инстанции определением от 29.01.2025, вынесенным в составе председательствующего судьи Гладких Е.О., судей Даниловой И.П., Устюговой Т.Н., судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено на 18.03.2025.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2025 произведена замена судьи Устюговой Т.Н. на судью Нилогову Т.С., сформирован состав суда для рассмотрения апелляционных жалоб на определение Арбитражного суда Свердловской области от 03 декабря 2024 года по делу № А60-58961/2022: председательствующий судья Гладких Е.О., судьи Данилова И.П., Нилогова Т.С.

В судебном заседании 18.03.2025 с перерывом до 25.03.2025 кредитор ФИО2, представители ИП ФИО3 и кредитора ООО «Дилижанс», а также конкурсный управляющий ФИО5 доводы своих апелляционных жалоб поддержали в полном объеме.

Представитель кредитора ООО «Дилижанс» жалобу конкурсного управляющего поддерживает.

Представитель ИП ФИО3 возражает относительно доводов жалоб кредитора ФИО2, кредитора ООО «Дилижанс», конкурсного управляющего ФИО5

Кредитор ФИО2 жалобу ООО «Дилижанс» оставил на усмотрение суда, доводы жалобы конкурсного управляющего ФИО5 поддерживает в части.

Конкурсный управляющий ФИО5 жалобы кредитора ФИО2 и ООО «Дилижанс» поддерживает, относительно жалобы ИП ФИО3 возражает.

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в судебном заседании суда апелляционной инстанции не направили.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 17.12.2018 между ООО «Актив» и индивидуальным предпринимателем ФИО3 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № 33, предметом которого являлось: нежилое здание, состоящее из 2 (двух) этажей, расположенное по адресу: <...> д: 20, кадастровый (или условный) номер: 66- 66- 01/876/2007-245, общей площадью 1260,5 кв.м.

Принадлежащий должнику объект недвижимости на дату заключения договора купли-продажи находился в залоге у ПАО СБЕРБАНК на основании договора ипотеки № 1 от 09.09.2016 в редакции дополнительных соглашений в обеспечение кредитного договора <***> от 14.10.2013, № 1221/4903/0792/87919/13 от 17.12.2013.

Оплата за приобретаемое имущество в полном объеме была проведена 18.12.2018 и принята получателями 19.12.2018 безналичным платежом. Денежные средства в сумме 11 424 538 руб. 16 коп. были направлены покупателем непосредственно на счет ПАО СБЕРБАНК в погашение задолженности ООО «Актив» (поручителя и залогодателя), оставшаяся часть задолженности в размере 1 575 461, 84 рублей, согласно условиям договора купли-продажи была направлена получателю - Уральский филиал ОА «БАНК ИНТЕЗА» в счет погашения задолженности по кредитному договору КД №LD1625800026.

В рамках дела № А60-36936/2018 (банкротство ООО «АСБ и Ко») 19.12.2018 Арбитражным судом Свердловской области были наложены обеспечительные меры в виде запрета управлению Росреестра по Свердловской области осуществлять регистрационные действия, касающиеся объекта недвижимости: - вид: Здание. Кадастровый номер: 66:41:0204008:172. Назначение объекта недвижимости: Нежилое здание. Адрес: <...>. Площадь: 1260.5 кв. Наложение обеспечительных мер обеспечивало рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих лиц, в том числе должника по настоящему делу, к субсидиарной ответственности.

Обе стороны (покупатель и продавец) 20.12.2018 направили в уполномоченный орган заявление о регистрации перехода права собственности, заявление принято регистрирующим органом.

В настоящее время, как следует из представленной в материалы дела выписки из ЕГРН право собственности в отношении объекта: нежилое здание, состоящее из 2 (двух) этажей, расположенное по адресу: <...> д, 20, кадастровый (или условный) номер: 66-66-01/876/2007-245, общей площадью 1260,5 кв.м, зарегистрировано за должником.

Согласно информации, представленной конкурсным управляющим, данное имущество включено в конкурсную массу должника в ходе проведенной инвентаризации.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2020 со ФИО7 и ФИО8 солидарно в пользу ООО «АСБ И Ко» взыскано 20 582 526 руб. 92 коп. убытков. В удовлетворении остальной части требований (к ООО «Актив», ООО «Управляющая компания «Рифеста- холдинг») конкурсному управляющему отказано.

В дальнейшем 30.11.2020 определением Арбитражного суда Свердловской области наложены обеспечительных мер в виде запрета совершать регистрацию перехода прав собственности в рамках дела № А60-59658/2020 (банкротство ФИО7). Наложение мер обеспечивало возможность удовлетворения требований кредиторов физического лица, поскольку к имеющемуся у него имуществу относилась доля в уставном капитале ООО «Актив».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2020 сняты обеспечительных мер в рамках дела № А60-36936/2018 (банкротство ООО «АСБ и Ко»).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2021 определение от 30.11.2020 о наложении обеспечительных мер в рамках дела № А60-59658/2020 (банкротство ФИО9) отменено.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.03.2021 в рамках дела № А60-59658/2020 (банкротство ФИО9) вновь наложены обеспечительные меры.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.12.2021 по делу № А60-64057/2021 наложены обеспечительные меры в рамках дела о признании сделки купли продажи от 17.12.2018 недействительной. Решением суда от 24.08.2022 в иске отказано. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2022 решение Арбитражного суда Свердловской области от 24 августа 2022 года по делу № А60-64057/2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.12.2022 обеспечительные меры в рамках дела о признании сделки недействительной № А60-64057/2021 сняты.

ФИО3, утверждая, что хронология событий и представленные документы свидетельствуют, что им как покупателем в полном объеме были выполнены все обязанности, вытекающие из договора купли-продажи №33 от 17.12.2018, а отсутствие регистрации перехода прав собственности обусловлено недобросовестными действиями продавца (по не снятию арестов и обременений) и действиями третьих лиц (возможно в связи с наличием корпоративного конфликта), обратился в рамках дела о банкротстве ООО «Актив» с заявлением, в котором просил суд признать договор купли-продажи №33 от 17.12.2018, заключенный между ООО «Актив» и ИП ФИО3 соответствующим нормам ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве и не нарушающим прав кредиторов; исключить имущество – нежилое здание, состоящее из 2 (двух) этажей, расположенное по адресу: <...>, кадастровый (или условный) номер 66-66-01/876/2007-245, общей площадью 1260,5 кв.м из конкурсной массы должника и установить на него право собственности ИП ФИО3; обязать конкурсного управляющего должника предоставить в регистрирующий орган документы, необходимые для регистрации перехода права собственности; в случае невозможности удовлетворения требований заявителя по признанию права собственности, произвести трансформацию вещных прав заявителя в денежные по состоянию на дату рассмотрения заявления и включить его в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди в размере 63 767 000 руб.

Конкурсный управляющий должника ФИО5, в свою очередь, 17.07.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором на основании положений ст. 61.3 Закона о банкротстве просил признать недействительным договор купли-продажи №33 от 17.12.2018, заключенный между ООО «Актив» и ИП ФИО3, применить последствия недействительности сделки – обязать ИП ФИО3 возвратить в конкурсную массу ООО «Актив» нежилое здание в течение десяти дней со дня вступления в законную силу судебного акта по настоящему обособленному спору. Ссылается на то, что данная сделка не была исполнена со стороны должника, а цена здания по спорному договору купли-продажи была занижена, исполнение таковой сделки в виде перехода права собственности к ответчику в настоящий момент приведет к нарушению запрета, предусмотренного п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований, суд первой инстанции исходил из того, что спорный договор купли-продажи совершен за пределами периода подозрительности, что является самостоятельным основанием для отказа в признании сделки недействительной. Суд также учел, что ранее договор купли-продажи спорного недвижимого имущества № 33 от 17.12.2018, заключенный между ООО «Актив» и ИП ФИО3, являлся предметом судебной проверки на основании статей 10,168,170 ГК РФ, которые соотносятся с положениями ст. 61.2 Закона о банкротстве, оснований для переоценки установленных в рамках дела № А6064057/2021 обстоятельств (актив в виде здания остался за должником и в данный момент реализуется на торгах в рамках настоящего дела о банкротстве (то есть убытие конкурсной массы не произошло), доказательств того, что гашение задолженности перед банками произведено средствами непосредственно должника – не представлено, при этом именно конкурсный управляющий как руководитель должника мог проанализировать соответствующие выписки должника из банка и т.д.) судом не установлено. Какого-либо злоупотребления правом со стороны покупателя, его аффилированности к учредителям должника, между которыми имеется корпоративный конфликт, судом первой инстанции не выявлено, в том числе, в рамках настоящего спора.

Удовлетворяя требования ИП ФИО3, суд первой инстанции указал, что поскольку после открытия в отношении продавца конкурсного производства покупатель не может требовать от него исполнения в натуре обязанности по передаче права собственности на вещь и если у должника нет возможности вернуть имущество в натуре, то взыскатель на основании норм статьи 324 АПК РФ вправе требовать взыскания стоимости имущества по цене, действующей на момент предъявления требования о замене способа исполнения. Принимая во внимание сведения о наличии реального покупателя, готового приобрести спорное имущество по цене 21 900 000 руб. (указанное обстоятельство не опровергнуто), суд первой инстанции пришел к выводу, что вещное требование ИП ФИО3 подлежит трансформации в денежное по состоянию на дату рассмотрения заявления и включению в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди в размере 21 900 000 руб.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив доводы жалоб и отзывов, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит основания для удовлетворения апелляционных жалоб ООО «Дилижанс» и конкурсного управляющего должника.

Основным мотивом, по которому суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленного конкурсным управляющим требования о признании сделки недействительной, явился, по сути, тот факт, что сделка ранее оспаривалась в рамках другого дела и не была признана недействительной.

Между тем, такой подход к рассмотрению заявленных в рамках дела о банкротстве требований суд апелляционной инстанции считает ошибочным, что привело в итоге к принятию неверного судебного акта.

Действительно, вопрос о порочности сделки ставился в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АСБ и КО» (одной их компании, входящей в холдинг РИФЕСТА) по делу № А60-36936/2018 как сделки, направленной на вывод ликвидных активов.

В определении Арбитражного суда Свердловской области от 21 февраля 2021 года по делу № А60- 36936/2018 указано, что «…только в случае признания в рамках дела № А60-49351/2020 сделки по продаже долей в уставном капитале ООО «УК Рифеста–Холдинг» недействительной и тем самым восстановления корпоративного контроля ФИО7 и ФИО8 над долей в уставном капитале ООО «Актив» станет возможным оспаривание сделки по продаже ООО «Актив» ИП ФИО3 здания, расположенного по адресу: <...>».

В дальнейшем данная сделка оспаривалась вторым участником ООО «УК Рифеста Холдинг» ФИО8 (дело № А60-64057/2021) по корпоративным основаниям. Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что рыночная стоимость объекта была скорректирована с учетом отсутствия спроса по более высокой цене; денежные средства от исполнения оспариваемой сделки были направлены на погашение обязательств общества «Актив» перед обществом «Сбербанк»; совершение сделки было одобрено на общем собрании участников общества «Актив».

Вместе с тем, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд, оставляя данное решение без изменения, в постановлении от 29.11.2022 отклонил как несостоятельный довод апелляционной жалобы о том, что целью совершения оспариваемой сделки было уклонение от погашения требований кредиторов ООО «АСБ и Ко», поскольку совершенные в период банкротства и в предшествующий период сделки с имуществом должника, могут быть оспорены по специальным основаниям по искам соответствующих кредиторов должника.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для суда, рассматривающего дело, преюдициальное значение имеют обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда. При этом вопросы применения норм материального права преюдициального значения не имеют (определение ВС РФ от 29.03.2016 по делу № 305-ЭС15-16362). В названном определении ВС РФ изложена правовая позиция, согласно которой в случае, если сторона представляет доказательства, подтверждающие, что обстоятельствам может быть дана иная оценка, суд должен исследовать эти доказательства и доводы стороны, на что указано в абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 "О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств".

Возможность оценки фактических обстоятельств заключения спорных договоров в рамках дела о банкротстве, если суд ранее не исследовал вопрос о действительности оплаты по ним, вопрос о фактической передаче имущества по сделке и сохранении контроля над проданным имуществом, согласуется с позицией, сформулированной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.11.2016 № 309-ЭС15-18625, 30.11.2016 № 309-ЭС15-18214.

Таким образом, отказ в удовлетворении требований второму участнику ООО «УК Рифеста Холдинг» ФИО8 в иске по делу № А60-64057/2021 не является препятствием для оспаривания данной сделки в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве) должника, совершенной в период банкротства группы компаний «РИФЕСТА» в которую входил и ООО «Актив», поскольку при рассмотрении настоящего дела подлежит исследованию более широкий круг доказательств, который не был и не мог быть известен при рассмотрении дела № А60-64057/2021, в том числе доказательства, не входящие в предмет доказывания в рамках вышеназванного дела, оценка которым ранее судом дана не была, иные основания, заявленные кредитором ООО «Дилижанс», а именно - кредитор полагает, что ИП ФИО3 выступает мнимым держателем актива - нежилого здания, состоящего из 2 (двух) этажей, расположенного по адресу: <...>, кадастровый (или условный) номер 66-66-01/876/2007-245, общей площадью 1260,5 кв.м.

Проверяя действительность сделки, служащей основанием для включения требований в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации" к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктами 3, 4 статьи 1 ГК РФ закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

- наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

- наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц;

- наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся.

Для установления воли сторон в соответствии с положениями статей 160, 421, 431, 434 ГК РФ оценке подлежит вся совокупность их отношений, в том числе содержание заключенных сторонами соглашений, составленных сторонами в целях их заключения и исполнения документов, предшествующее и последующее поведение участников сделки.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Как следует из материалов дела, ООО «Актив» было зарегистрировано в качестве юридического лица 08.10.2003 и входило в группу компаний «Рифеста-Холдинг», одну из ведущих российских ювелирных компаний, представляющей: RIFESTA premiumdiamonds — международный ювелирный бренд, создающий украшения с крупными бриллиантами премиум-класса, владело сетью магазинов «АЛМАЗ КЛУБ» - российский ювелирный бренд, представляющий широкий ассортимент изделий из золота 585 и 750 проб с бриллиантами и другими драгоценными камнями. Холдинг существовал на ювелирном рынке более 15 лет. Участниками ООО «Актив» до 11.12.2018 являлись ФИО8 и ФИО7 по 50% доли каждого. С 2005 функции единоличного исполнительного органа общества «АСБ и КО» переданы управляющему - ООО «Управляющая компания «Рифеста-холдинг». В свою очередь, участниками ООО «Управляющая компания Рифеста-холдинг» до 17.01.2019 также являлись ФИО8 и ФИО7 по 50% доли каждого. Исполнительным органом ООО «Управляющая компания «Рифеста-холдинг» являлся ФИО7, которым подписан спорный договор купли-продажи объекта недвижимости № 33 от 17.12.2018 с ИП ФИО3.

Из судебных актов по делу № А60-36936/2018, № А60-59658/2020, и установленных судами обстоятельств, следует, что ООО «Актив», ООО «ЮК АСБ», ООО «АСБ и КО», ООО «ФИО10», ООО «ТД «Рифеста-Холдинг», ООО «ТД «АлмазКлуб», ООО «Парнас», ООО «Управляющая компания «РифестаХолдинг», входили в ювелирный холдинг «Рифеста».

Указанные выше юридические лица неоднократно выступали поручителями в отношении ООО «Управляющая компания «Рифеста- Холдинг», тем самым брали кредиты на общие цели внутри холдинга «РИФЕСТА» (как указано на официальном сайте холдинга http://rifesta.ru/ra/about, доступ к которому сохранился на сервисе https://web.archive.org, «российского ювелирного холдинга «РИФЕСТА», специализирующегося на производстве и оптово-розничной продаже украшений из золота с бриллиантами») (определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.04.2019 по делу № А60-36936/2018).

Кроме того, установлено, что ООО «Актив», в числе прочих, приняло на себя солидарные обязательства по поручительствам в обеспечение возврата заемных средств, полученных от банков в 2012-2013 годах (банк "ИНТЕЗА", ПАО "Сбербанк России") по кредитным договорам, заключенным юридическими лицами (заемщиками), входящими в вышеназванную группу компаний "Рифеста". Объем обязательств поручителей составил порядка 90 000 000 руб.

Корпоративное управление в холдинге до финансовых проблем осуществлялось следующим образом: общество «Управляющая компания «Рифеста-Холдинг», учредителями которого были ФИО7 и ФИО8, а директором — ФИО7, являлось исполнительным органом (управляющей компанией), в том числе для общества «Актив».

В связи с неисполнением обязательств по кредитным договорам <***> от 14.10.2013, № 1221/4903/0792/87919/13 от 17.12.2013 ПАО «Сбербанк России» обратилось в Третейский суд при автономной некоммерческой организации «Независимая арбитражная палата» о взыскании задолженности по указанным кредитным договорам. Решением Постоянно действующего третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 28.06.2017 по делу № Т/ЕКТ/17/3453 утверждено мировое соглашение, заключенное между публичным акционерным обществом «Сбербанк России», с одной стороны, и обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Рифеста-холдинг», обществом с ограниченной ответственностью «Актив», обществом с ограниченной ответственностью «ЮВЕЛИРНАЯ КОМПАНИЯ АСБ», обществом с ограниченной ответственностью «АСБ И КО», обществом с ограниченной ответственностью «ЮВЕЛИР-БИЗНЕС 2», обществом с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ «РИФЕСТА-ХОЛДИНГ», обществом с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ «АЛМАЗ-КЛУБ», обществом с ограниченной ответственностью «ПАРНАС», ФИО7, ФИО11, ФИО8, ФИО12 - с другой стороны. Согласно пункту 2 утвержденного третейским судом мирового соглашения должники признали задолженность по мировому соглашению в сумме 22 800 079 руб. 30 коп.

С учетом того, что обязательства по мировому соглашению сторон не исполнялись, 27.04.2018 публичное акционерное общество «Сбербанк России» обратилось в Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Постоянно действующего третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 28.06.2017 по делу № Т/ЕКТ/17/3453 (дело № 2-3517/2018).

Согласно графику, зафиксированному в пункте 4 мирового соглашения, очередной платеж в размере 363 383 руб. должен быть произведен 23.04.2018. В установленный срок платеж должниками также произведен не был.

Кроме того, пунктом 9.1. мирового соглашения установлена обязанность должника ООО УК «Рифеста-холдинг» ежеквартально в срок не позднее 5 рабочих дней после окончания каждого квартала предоставлять взыскателю информацию об остатке ссудной задолженности и наличии/отсутствии просроченной задолженности по обязательствам ООО «АСБ и КО» и ООО «Ювелирная компания АСБ» в АО «Банка Интеза». Между тем, должником ООО УК «Рифеста-холдинг» обязательства, установленные пунктом 9.1. мирового соглашения, не исполняются. Последняя информация должником представлена взыскателю в ноябре 2017 года.

Кроме того, как ранее установлено судами (дело А60-47104/2021, дело А60-59658/2020, дело 2-385/2022 Ленинского районного суда г. Екатеринбурга), между закрытым акционерным обществом «Банк Интеза» и обществом с ограниченной ответственностью «Ювелирная компания АСБ» (заемщик) был заключен кредитный договор 13.12.2012 N LD1233500096. Сумма кредита составила 55 000 000 руб. (пункт 1.2. договора). Срок предоставления кредита - 48 месяцев (пункт 1.3. договора). Размер процентной ставки 14,5% годовых. В дополнительном соглашении № 1 к договору стороны изменили сумму кредита с 55 000 000 руб. до 45 000 000 руб. Кредитный договор впоследствии пролонгировался.

АО «Банк Интеза» 29.04.2019 обратилось в Ленинский районный суд г. Екатеринбурга с требованием о солидарном взыскании задолженности по кредитному договору со всех поручителей. Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга по гражданскому делу №2-3347/2019 от 27.06.2019, вступившего в законную силу, удовлетворены исковые требования АО «Банк Интеза» о солидарном взыскании с ООО «Дилижанс», ООО «Актив», ООО «Ювелир-Бизнес 2», ООО Торговый дом «Рифеста-Холдинг», ООО «Управляющая компания "Рифеста-Холдинг», ООО «Парнас», ФИО8, ФИО12, ФИО13, ФИО11 задолженности по кредитному договору №LD123350096 от 13.12.2012 в размере 10 019 570 рублей 97 копеек. Также данным решением суда от 27.06.2019 установлено, что 14.05.2015 срок кредитования продлен до 72 месяцев, в последующем до 108 месяцев.

Из постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу №А60-59658/2020 от 14.10.2021 следует, что размер задолженности по договору на момент заключения последнего договора поручительства (на 30.10.2017) составлял 16 739 617, 77 руб. Обстоятельства финансовой нестабильности группы компаний были очевидны непосредственному их управленцу, исполняющему непосредственную роль исполнительного органа всей группы компаний Рифеста - ФИО7

Далее, общество «Дилижанс» вследствие отсутствия оплаты от основного должника во исполнение договора поручительства LD1233500096/II-2 от 13.12.2012 с марта 2018 г. по июнь 2021 г. в счет погашения задолженности по кредитному договору перечислило акционерному обществу «Банк Интеза» 16 352 853 руб. 97 коп.

С учетом изложенных обстоятельств следует сделать вывод, что на момент заключения ООО «Актив» сделки купли-продажи нежилого помещения должник принял на себя крупные обязательства перед кредитными учреждениями (Банком "ИНТЕЗА" и ПАО СБ РФ), период возникновения которых – 2012-2013 годы; установлено, что с 14.05.2015 срок кредитования неоднократно продлевался, причиной чего являлась невозможность погашения долговых обязательств основным заемщиком в обозначенный договором срок; на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, то есть размер денежных обязательств над стоимостью имущества (активов) должника был превышен, прекращено исполнение денежных обязательств, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом, длительность рассмотрения споров в суде не свидетельствует о наличии правовой неопределенности по вопросу имели ли место обязательства должника на период заключения спорных сделок и обладал ли должник на момент их заключения признакам неплатежеспособности;

Далее, в период рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве) группы компаний РИФЕСТА ХОЛДИНГ, а именно - именно после введения наблюдения в отношении одной из компаний группы - ООО «АСБ и КО», 17 декабря 2018 года между ООО «Актив» (ИНН <***>) и ИП ФИО3 (ИНН <***>) был заключен оспариваемый договор купли-продажи недвижимого имущества № 33.

Учитывая установленные обстоятельства, следует признать обоснованным довод кредитора ООО «Дилижанс» о том, что фактически совершенная сделка изначально была направлена на сокрытие ликвидных активов группы компаний Рифеста (не только недвижимого имущества, но и материальных ценностей в виде ювелирных изделий) с целью уклонения от погашения требований кредиторов и сокрытия ликвидного имущества от притязаний кредиторов.

В результате инициированных споров о несостоятельности (банкротстве) компании и появления у ФИО7, как контролирующего лица и непосредственно руководителя компании, понимания наступления неминуемой ответственности за содеянное, было принято решение оградить ликвидное имущество от притязания кредиторов, «переписав» имущество на подконтрольных лиц.

Погашая требования кредитных учреждений от якобы имевшей место продажи недвижимости по цене, равной задолженности перед кредитными учреждениями, должник и контролирующие его лица преследовали цель не только оградить актив в виде здания от обращения на него взыскания с целью реализации его в дальнейшем за реальную рыночную стоимость, но и получить возможность освободить от залога ювелирные ценности на сумму свыше 10 млн. рублей, находящиеся в залоге у банка ПАО СБ РФ (второй предмет залога), а погашение кредитных обязательств, в свою очередь, являлось необходимым условием, без которого возврат залога в виде ювелирных изделий стоимостью свыше 10 млн. руб. был бы также невозможен.

Таким образом, погасив задолженность перед банком на сумму 13 000 000 рублей, контролирующие должника лица сохраняли за собой объект недвижимости рыночной стоимостью более 40 000 000 рублей (с возможностью его сдавать в аренду и извлекать доход) и материальные ценности в виде ювелирных изделий на сумму более 10 000 000 рублей.

Кроме того, как указывает ООО «Дилижанс», оформлением сделки с ИП ФИО3 исключалась возможность притязаний кредиторов в рамках процедуры банкротства ФИО7 с целью создания условий, при которых исполнение обязательств, вытекающих из субсидиарной ответственности, становилось невозможным (обесценивание принадлежащей ФИО7 доли юридического лица).

При этом суд апелляционной инстанции считает доказанным, что на ИП ФИО3 при заключении договора купли продажи 17.12.2018 был осведомлен о существующих обязательствах ООО «Актив», что прямо следует из текстовой части договора купли-продажи. Действуя добросовестно и разумно с должной степенью осмотрительности, ИП ФИО3 должен был получить полную информацию об объекте недвижимости, существующих обязательствах юридического лица, проверив, в том числе, не имеется ли претензии кредиторов к данному юридическому лицу, равно как не является ли данное юридическое лицо вовлеченным в судебные разбирательства. При заключении сделки, имея полную информацию, в том числе и о залоговой стоимости объекта, ИП ФИО3 не мог не осознавать, что заключает договор купли-продажи по явно заниженной цене, при этом, действуя добросовестно и разумно, мог принять участие в торгах по приобретению данного объекта непосредственно у залогодержателя.

Конкурсный управляющий должника и кредитор ООО «Дилижанс» как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции заявляли также о подконтрольности ИП ФИО3 должнику, приводя в обоснование данного утверждения соответствующие доводы, которыми со стороны ответчика остались не опровергнутыми.

Так, в соответствии с выпиской из ЕГРИП по запросам органов государственной власти, имеющим право на получение закрытых сведений в отношении ИП ФИО3, последний зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 03.12.2018, то есть непосредственно накануне заключения сделки купли продажи недвижимого имущества должника, датированной 17.12.2018.

Согласно описи документов, принятых для оказания государственных услуг с заявителем государственной регистрации прав на недвижимое имущество от 20.12.2018 (том 1 л.д. 90) от лица продавца ООО «Актив» и покупателя ИП ФИО3 выступало одно лицо - ФИО7, что вступает, в том числе, и в противоречие с пояснениями, данными ФИО3 в судебном заседании 24.01.2024, о личном его присутствии в МФЦ для заключения сделки и подписания договора.

При этом цена отчужденного актива равна сумме задолженности перед кредитными учреждениями, в залоге у которых находился данный объект недвижимости. Как установлено в рамках дела № А60-36936/2018 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 17.12.2018 № 33 залогодателем ООО «Актив» с согласия ПАО СБЕРБАНК как залогодержателя было реализовано здание, расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 66:41:0204008:172, ИП ФИО3. Денежные средства в сумме 11 424 538 руб. 16 коп. в соответствии с условиями договора купли-продажи были направлены покупателем непосредственно на счет ПАО СБЕРБАНК (платежное поручение от 19.12.2018 № 445476) и на счет АО «Банк ИНТЕЗА» на сумму 1 575 461 руб. 84 коп. (платежное поручение от 19.12.2018 № 445) в погашение задолженности ООО «Актив» (поручителя и залогодателя). Таким образом, определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.04.2019 и определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.08.2019 по делу № А60-36936/2018 установлено, что ООО «Актив» свои обязательства перед кредитными учреждениями исполнило.

Между тем, цена сделки существенным образом отклонялась от кадастровой стоимости объекта - 39 020 840 рублей 21 копейки (в три раза), а также оценочной стоимости ПАО «СБ РФ» при оформлении залога (п. 1.4 договора ипотеки № 1 от 09.09.2016 года) - 34 800 000 руб. 00 коп.

Как следует из позиции ИП ФИО3, цена сделке соответствовала спросу на момент ее совершения и соразмерно понижалась до 15 000 000 рублей 00 копеек. В обоснование изложенного представлены распечатки с электронной почты ФИО9, подтверждающие размещение объявления на сайте Авито от 01.12.2017 с ценой реализации 44 000 000 рублей 00 копеек; от 05.01.2018 с ценой реализации 24 000 000 рублей 00 копеек и 14.03,2018 с ценой реализации 15 000 000 рублей 00 копеек.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что объявления о реализации объекта размещались не на единственном сайте Авито, в связи с чем довод заявителя в данной части подлежит оценке с учетом всех имеющихся доказательств, из которых следует, что объект недвижимости выставлялся в различные даты по разной стоимости (без динамики понижения цены) и ни разу не снижался до порога в 15 000 000 рублей 00 копеек.

В материалы дела представлен скриншот страницы с сайта Авито о размещении спорного объекта недвижимости от лица ООО «Дилижанс» с ценой реализации 15 000 000 руб. от 14.03.2018, при этом представлена фактически копия страницы от 21.01.2021, что указывает на его размещение и/или дальнейшее ее редактирование за пределами периода сделки, что ставит под сомнение и представленную ФИО7 информацию с его электронной почты в целом. Так, из объявления усматривается, что подано оно пользователем «М» (под этим наименованием зарегистрирован на сайте Авито с июля 2016 года ФИО7), объявление имеет номер № 1084538112 и количество просмотров объявления «0» (фактически даже не просмотрено самим ответчиком ИП ФИО3, которому о продаже здания, с учетом его пояснений, известно именно из информации в сети Интернет). Прикрепление свидетельства организации, не имеющей отношения к самому зданию, свидетельствует лишь о создании видимости размещения объявления данным юридическим лицом.

Объект недвижимости залогодержателем (СБ РФ) был выставлен на торги лишь однажды по цене 22 000 000 руб. - 14 августа 2018 года в 12.48. Однако, как следует из данного документа, был практически сразу снят в 12.58, что указывает на обоснованность доводов ООО «Дилижанс» в части совершения со стороны должника действий с целью недопущения реализации объекта недвижимости по заниженной цене и реализацию ранее задуманной схемы по выводу ликвидного имущества.

В рамках дела № А60-36926/2018 в арбитражный суд 18.02.2019 поступило заявление ООО «Актив» о процессуальном правопреемстве, в котором ООО «Актив» в лице представителя ФИО14 просило заменить конкурсного кредитора ПАО СБЕРБАНК на ООО «Актив». А 18.03.2019 в арбитражный суд поступило заявление ИП ФИО3 о процессуальном правопреемстве, в котором он заявлял аналогичные требования и просил заменить конкурсного кредитора ПАО СБЕРБАНК на ИП ФИО3.

При этом, из картотеки дела следует, что осуществление полномочий происходило через единого представителя - ФИО15 на основании доверенности от 20.03.2019, который также был наделен и полномочиями от лица ООО «УК Рифеста Холдинг» (определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.04.2019 по делу № А60-36936/2018, которым отказано ИП ФИО3 в процессуальном правопреемстве, при участии от лица ИП ФИО3 представителя ФИО16).

ФИО16 также являлся представителем ТОО «НИКА-ПРОФ», фактически подконтрольной ФИО7, что установлено в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Актив».

Наличие одного и того же представителя, действующего от лица «контрагентов» по сделкам об отчуждении активов, свидетельствует о контроле со стороны ФИО7 за происходящими событиями в процедурах банкротства группы компаний Рифеста.

Кроме того, последующее поведение ИП ФИО3 после заключения сделки также вызывает обоснованные сомнения, поскольку:

во-первых, фактически заявитель с 17.12.2018 не может зарегистрировать право собственности на объект недвижимости, с его слов не имеет возможности использовать здание и на протяжении 5 (пяти) лет, однако не обращается в суд с иском о защите своих прав и законных интересов, не предъявляет каких-либо требований к должнику;

во-вторых, заявитель на протяжении нескольких лет (в период производства дел о банкротстве группы компаний Рифеста) не использует приобретенное им нежилое помещение с той целью на которую рассчитывал, то есть фактически длительное время несет убытки;

в-третьих, не имея собственных коммуникаций, на протяжении нескольких лет не решает вопрос об обеспечении здания энергоресурсами;

в-четвертых, на протяжении нескольких лет не обеспечивает надлежащее состояние объекта недвижимости.

Как следует из письма ООО «СМФ Сибпродмонтаж» исх. № 21 от 12.04.2021 за подписью директора общества ФИО17 о погашении задолженностей по потребленным энергоресурсам в отношении объекта, расположенного по адресу: <...>, кадастровый (или условный) номер: 66-66-01/876/2007-245, общей площадью 1260,5 кв.м, ИП ФИО3 занимает здание на основании договора безвозмездного пользования имуществом от 10.01.2019. Данное уведомление направлено по месту нахождения имущества ООО «Актив». При этом, письмо получено 13.04.2021 находящимся в нем лицом - представителем ИП ФИО3 ФИО18

В договоре аренды № 8 от 23 марта 2020 года, заключенном между ИП ФИО3 и ООО «Калибри» (п. 1.2), также следует, что предмет аренды принадлежит Арендодателю по договору безвозмездного пользования нежилым помещением от 10.01.2019.

При этом сам ФИО3 в судебном заседании пояснял, что он не делегировал управление имуществом иным лицам, ФИО18 и ООО «Калибри» ему не знакомы и не известны, доверенности он никому на управление недвижимостью не выдавал.

В судебном заседании 24.01.2024 ФИО3 не смог пояснить суду первой инстанции ни об обстоятельствах заключения сделки, ни о фактической дальнейшей судьбе данного имущества, ни о его техническом состоянии, ни о лицах, в нем находящихся, что не свойственно реальному собственнику имущества, уплатившего достаточно крупную сумму за объект недвижимости и не проявляющего какого-либо интереса в отсутствии экономической целесообразности вложения денежных средств в течение пяти лет.

При этом пояснения ФИО3 вступают в противоречие с приобщенными к материалам дела документами. Так, в судебном заседании ФИО3 указал на личное присутствие в МФЦ при сдаче документов на регистрацию сделки, а также подписании непосредственно им в МФЦ договора купли-продажи – 20.12.2018. Однако, как следует из описи документов, принятых на государственную регистрацию, ФИО7 являлся представителем обеих сторон, как ООО «Актив» (продавец), так и ИП ФИО3 (покупатель), а договор купли-продажи датирован и подписан иной датой -17.12.2018.

Суд апелляционной инстанции также проверил и признает недоказанными доводы ответчика ФИО3 о наличии у него финансовой возможности на дату сделки произвести оплату приобретаемого объекта недвижимости за счет собственных средств.

Как указывалось ранее, ИП ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 03.12.2018.

При этом из его пояснений, данных при рассмотрении дела в суде первой инстанции, следует, что он фактически осуществляет свою деятельность на «китайском рынке» г. Екатеринбурга, осуществляя продажу вещей.

Согласно ответам на судебные запросы, доходами, достаточными, для совершения сделки купли-продажи, ответчик не располагал, равно как и не располагали данными доходами займодавцы, на которых ссылался ИП ФИО3.

Так, согласно ответу инспекции ИФНС по Верх-Истескому району г. Екатеринбурга № 05- 1-13/006931 от 15.02.2022 на судебный запрос по делу № А60-64057/2021 ИП ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, применяет упрощенную систему налогообложения с 03.12.2018 («доходы, уменьшенные на величину расходов»), налоговая декларация по УСН за 2018 год была представлена в Межрайонную ИФНС России № 31 по Свердловской области. К ответу приложена копия сданной отчетности, согласно которой доходы ИП ФИО3 отсутствовали.

Согласно ответу межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 31 по Свердловской области № 31 на судебный запрос по делу № А60-64057/2021 гражданин КНР ФИО3 29.01.1993 г/р был зарегистрирован по месту жительства по адресу: Свердловская область, Сысертский район, СНТ Надежда, уч. 43 с 08.06.2018 - 06.09.2019. К ответу прилагается копия уведомления о подтверждении проживания иностранного гражданина за подписью ФИО3, согласно которого с момента прибытия на территорию России он не работал, с 2018 года зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя по настоящее время с указанием места работы по адресу: <...>. В качестве имеющихся доходов представлена справка из банка о вкладе на сумму 240 000 рублей 00 копеек.

Из представленных в дело ответов ИФНС о доходах и трудовой деятельности следует:

Период доходов

Размер

подтвержденных

доходов

Место

трудоустройства

Примечание

2017 год (с января по апрель 2017 года включительно)

34 500,00

ООО "ИНДЕКС"

Основание: справка 2НДФЛ № 7 от 24.01.2018

2017 год (с мая по декабрь 2017 года)

85 280,00

ООО "СОЮЗ"

Основание: справка 2НДФЛ № 10 от 05.03.2018

2018 год (с января по октябрь 2018 года)

120 700,00

ООО "СОЮЗ"

Основание: справка 2НДФЛ № 6 от 24.01,2019

2018 год (с ноября по декабрь 2018 года)

25 680,00

ФИО19

Александровна

Основание: справка 2НДФЛ № 27 от 19.02.2019

Всего за 2017-2018 год

266 160,00

Иных сведений о доходах ИП ФИО3 в деле не имеется.

В связи с этим является очевидным, что размер доходов ФИО3 не позволял последнему совершить сделку в декабре 2018 года за 13 000 000 рублей 00 копеек, поскольку средний доход последнего в 2017-2018 годах составлял 11 090 рублей в месяц.

Ссыпка ИП ФИО3 на привлечение для совершения сделки заемных средств подтверждения также не находит, поскольку лица, на которые ссылается заявитель финансовой возможностью в заявленном размере не располагали. Так, согласно ответу Управления ФНС России по Свердловской области № 04-30/05241 от 18.05.2022 на судебный запрос по делу № А60-64057/2021 Мэн Ялинь, Лю Явань в информационных ресурсах налоговых органов отсутствуют. В отношении ФИО20, ФИО21, ФИО22 Мен, ФИО22 Дунхань, Мэн Ямей представлены сведения о доходах, размер которых не позволяет представить заем в заявленном размере.

Принимая во внимание всю совокупность установленных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что должник, заключая оспариваемую сделку фактически в преддверии процедуры банкротства, действовал недобросовестно, исходя из того, что спорная сделка совершена между заинтересованными лицами, при ее совершении стороны действовали согласованно исключительно с противоправной целью причинить вред иным лицам, истинная воля сторон сделки не была направлена на порождение соответствующих правоотношений, реальные взаимоотношения между сторонами отсутствовали, доказательств обратного в данном случае в материалы дела не представлено.

С учетом того, что в материалы дела представлен лишь формальный документооборот по сделке купли-продажи недвижимого имущества на зарегистрированного накануне сделки индивидуального предпринимателя ФИО3, в отсутствие доказательств платежеспособности покупателя совершить данную сделку, с учетом формирования воли собственника иным лицом на фактически совершенные от его имени процессуальные действия, доказательств реальности совершенной сделки в материалы дела заявителем не представлено, суд апелляционной инстанции признает обоснованным довод конкурсного управляющего и ООО «Дилижанс», что ФИО3 является мнимым собственником недвижимого имущества.

Оспариваемая сделка между должником и ФИО3 по продаже недвижимого имущества, является мнимой сделкой, подлежит признанию недействительной на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Более того, суд апелляционной инстанции считает, что с учетом всех собранных при рассмотрении настоящего спора доказательств ФИО3 является и мнимым плательщиком денежной суммы по спорному договору купли-продажи. По результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств суд апелляционной инстанции считает недоказанным факт осуществления ответчиком оплаты за приобретенное имущество в связи со следующим.

Во-первых, собранными доказательствами, как уже было указано выше, подтверждено отсутствие финансовой возможности ФИО3 оплатить 13 000 000 рублей по оспариваемой сделке. Происхождение денежных средств, поступивших на его расчетный счет и впоследствии оплаченных кредитным организациям в счет исполнения обязательств по договору купли-продажи, со стороны ФИО3 ничем не подтверждено. Оснований считать, что данные денежные средства внес на свой счет сам ФИО3 у суда апелляционной инстанции нет, ФИО3 таких доказательств не представил.

Во-вторых, на момент заключения оспариваемой сделки у должника имелась финансовая возможность погасить кредитные обязательства за счет активов компаний «РИФЕСТА-Холдинг».

Так, из определения Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2020 по делу № А60-36936/2018 следует, что: «(...)в ходе конкурсного производства не были выявлены активы должника, отраженные в бухгалтерском балансе за 2017 год, в частности, запасы в размере 23 180 000 руб., дебиторская задолженность в размере 14 877 000 руб., финансовые вложения в размере 793 000 руб., уставный капитал в сумме 8 010 000руб. (производственное оборудование), прочие активы в размере 6 692 000 руб., четырьмя указанными выше ответчиками арбитражному управляющему не была передана документация должника и сами активы...»

Этим же судебным актом установлено, что: «(...)Судом принято во внимание, что помимо двух указанных кредиторов (и их правопреемников) в реестр требований включены требования поставщиков товаров (и их правопреемников), а также требование уполномоченного органа, совокупный размер которых был существенно ниже, чем первоначально включенные в реестр требования кредитных организаций в общем размере 23 062 658,91 руб. Общая сумма требований указанных кредиторов-поставщиков и уполномоченного органа была также значительно меньше запасов должника на последнюю отчетную дату (31.12.2017) -23180 000руб. (…)»

В рамках вышеназванного дела, равно как и в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве), судами сделан вывод, что передача материальных ценностей и документации группы компаний «РИФЕСТА» носила мнимый характер и фактически осталась в ведении бенефициара холдинга ФИО7 Соответственно, группа компаний «РИФЕСТА» располагала собственными активами и имела финансовую возможность рассчитаться с кредиторами на дату погашения кредитных обязательств.

На основании изложенного, следует признать обоснованным доводы ООО «Дилижанс» о том, что спорное имущество фактически не выбывало из собственности группы компаний РИФЕСТА, а именно - должника, фактически находилось и находится под контролем его бенефициара ФИО7, задолженность перед кредитными учреждениями погашена непосредственно из имеющихся на тот момент активов группы компаний РИФЕСТА, поскольку ИП ФИО3 не располагал денежными средствами в размере внесенной 18.12.2018 суммы на свой расчетный счет, равно как и не располагали такими средствами его займодавцы, что указывает на отсутствие доказательств возможности совершения данной сделки за счет заявителя. При этом ИП ФИО3 является «мнимым держателем актива», преследуя со всей очевидностью какой-то свой нераскрытый суду экономический интерес.

Таким образом, судом установлен порок воли сторон при совершении договора купли-продажи, наличие умысла у участников данной сделки, их сознательное, целенаправленное поведение, направленное на причинение вреда кредиторам должника, которое носит явный и очевидный характер. Действия сторон, на которых основано заявленное ФИО3 требование, были направлены на иные, не связанные с реальной продажей имущества цели, а итоге – и на формирование искусственной задолженности перед кредитором.

В связи с этим основания для признания обоснованными требований ФИО3 и включения их в реестр, равно как оснований для восстановления его в правах на данную сумму на основании положений ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 61.6 Закона о банкротстве у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Оснований для применения последствий недействительности сделки в виде возврата имущества должнику не имеется, поскольку предмет договора фактически никогда не выбывал из обладания должника, обоснованно включен управляющим в конкурсную массу.

Обжалуемое определение подлежит отмене (пункт 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявленные требования конкурсным управляющим подлежат удовлетворению, в удовлетворении требований ФИО3 необходимо отказать. Апелляционные жалобы ФИО3 и ФИО2 обоснованными не признаны, в их удовлетворении отказано.

Государственная пошлина за рассмотрение заявления о признании сделки недействительной (6000 рублей) и апелляционных жалоб конкурсного управляющего и ООО «Дилижанс» (по 30 000 рублей), признанных судом апелляционной инстанции обоснованными, относится на ФИО3 в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, за рассмотрение апелляционной жалобы ИН ФИО3 его представитель ФИО4 на основании платежного поручения № 55 от 20.12.2024 уплатила государственную пошлину в размере 15 000 рублей, в то время как согласно подпункту 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации размер государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы для физических лиц составляет 10 000 рублей.

В этой связи излишне уплаченная государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит возврату плательщику из федерального бюджета в порядке статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 03 декабря 2024 года по делу № А60-58961/2022 отменить.

Требования конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Актив» ФИО5 удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества № 33 от 17.12.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Актив» и индивидуальным предпринимателем ФИО3.

В удовлетворении требований ФИО3 отказать полностью.

Взыскать с ФИО3 (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Дилижанс» (ИНН <***>, ОГРН <***>) судебные расходы в размере 30 000 рублей.

Взыскать с ФИО3 (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Актив» (ИНН <***>, ОГРН <***>) судебные расходы в размере 36 000 рублей.

Возвратить плательщику - индивидуальному предпринимателю ФИО4 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 5000 рублей, излишне уплаченную при подаче апелляционной жалобы ФИО3 платежным поручением № 55 от 20.12.2024 в составе общей суммы 15 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Е.О. Гладких

Судьи

И.П. Данилова


Т.С. Нилогова