Решение от 6 мая 2024 г. по делу № А40-13496/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-13496/24-122-79
г. Москва
06 мая 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 18 апреля 2024года

Полный текст решения изготовлен 06 мая 2024 года


Арбитражный суд в составе судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Боженовой Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СТРОИТЕЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ № 5" (344003, РОССИЯ, РОСТОВСКАЯ ОБЛ., ГОРОД РОСТОВ-НА-ДОНУ Г.О., РОСТОВНА-ДОНУ Г., ФИО1 УЛ., Д. 141, ОФ. 35, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 07.11.2008, ИНН: <***>, КПП: 616501001)

к заинтересованному лицу: УПРАВЛЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОЙ АНТИМОНОПОЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ПО Г. МОСКВЕ (107078, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 09.09.2003, ИНН: <***>, КПП: 770101001)

третье лицо: МГТУ ГА

о признании незаконным решения от 25.10.2023г. №077/10-104-14399/2023 о включении в реестр недобросовестных поставщиков сведения в отношении ООО "СУ № 5", генерального директора/учредителя ФИО2, ФИО3 С-Х.,

при участии:

от заявителя – ФИО4 доверенность от 26.02.2024г. (диплом)

от заинтересованного лица – ФИО5 доверенность от 02.04.2024г. (диплом)

от третьего лица –ФИО6 (паспорт, доверенность № 152 от 21.08.2023, диплом), ФИО7 (паспорт, доверенность № 180 от 30.11.2023, диплом)

УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СУ-5» (далее — Заявитель, ООО «СУ-5», общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением (с учетом принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнений) об оспаривании решения Московского УФАС России от 25.10.2023 по делу № 077/10/104-14399/2023 о включении в реестр недобросовестных поставщиков сведения в отношении ООО «СУ-5», генерального директора/учредителя ФИО2, ФИО3 С-Х.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ФГБОУ ВПО «Московский государственный технический университет гражданской авиации» (далее – Третье лицо, Заказчик, Учреждение).

Представитель Заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования, настаивал на их обоснованности по доводам представленного суду уточненного заявления, ссылаясь на незаконность оспоренного по настоящему делу решения как препятствующего обществу в осуществлении своей предпринимательской деятельности ввиду невозможности участия в государственных и муниципальных закупках, при этом принятого без надлежащего исследования и оценки представленных в дело доказательств и при существенных процессуальных нарушениях, что, в свою очередь, повлекло за собой ущемление прав и законных интересов общества ввиду применения к нему меры публично-правовой ответственности в отсутствие к тому каких-либо оснований.

Представитель Ответчика в судебном заседании требования не признал, возражал против их удовлетворения по доводам, изложенным в представленном отзыве, одновременно пояснив, что включение сведений о Заявителе в реестр недобросовестных поставщиков было обусловлено неисполнением им принятых на себя обязательств по государственному контракту в отсутствие объективных к тому препятствий, поскольку, как настаивал в судебном заседании представитель Ответчика, безусловных и убедительных доказательств обратного обществом административному органу представлено не было. Также, в судебном заседании представитель антимонопольного органа настаивал на соблюдении процессуальных прав и гарантий общества при проведении проверки по факту одностороннего отказа от исполнения договора, что, соответственно, исключает возможность его признания незаконным по приведенным Заявителем доводам.

Представители Третьего лица — ФГБОУ ВПО «Московский государственный технический университет гражданской авиации» в судебном заседании заявленные требования не признали, поддержали позицию административного органа, дополнительно обратив внимание суда на то, что, несмотря на неоднократные требования Учреждения, работы в рамках государственного контракта выполнены так и не были, а все приведенные обществом в рассматриваемом случае доводы сведены к его несогласию с условиями государственного контракта, с которыми Заявитель согласился при подаче заявки на участие в закупке на право его заключения.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание представителей участвующих в деле лиц, проверив все доводы заявления и отзыва на него, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные требования необоснованны и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом, по результатам проведенного Заказчиком электронного аукциона на выполнение работ капитального ремонта фасадов зданий МГТУ ГА по адресу: <...> (Первый этап капитального ремонта фасадов площадью 15 072,26кв.м., в осях 100-307; 491-518, по адресу: <...>) (реестровый № 0373100067421000046) между Заявителем и Третьим лицом был заключен государственный контракт № 107 от 10.11.2021.

Согласно п. 2.1 Контракта Подрядчик обязан выполнить работы в течение периода: с 01.12.2021 г. по 05.11.2022, однако, как видно в рассматриваемом случае из представленных материалов дела, 26.04.2022 Заказчиком было принято решение об одностороннем отказе от исполнения Контракта по причине неисполнения Обществом своих обязательств по контракту.

Впоследствии, все полученные в ходе исполнения Контракта документы и сведения были направлены Учреждением в Московское УФАС России для решения вопроса о необходимости включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков.

Оспариваемым решением антимонопольный орган включил сведения о Заявителе в указанный реестр, поскольку счел факт ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств по Контракту подтвержденным, что, соответственно, обусловило необходимость применения к Заявителю мер публично-правовой ответственности в виде включения сведений о нем в реестр недобросовестных поставщиков.

Не согласившись с выводами антимонопольного органа о ненадлежащем исполнении обществом своих обязательств по Контракту, полагая свои действия в ходе исполнения этого Контракта добросовестными, оспоренный ненормативный правовой акт – принятым без исследования всех существенных фактических обстоятельств дела, примененную к нему меру ответственности — несоразмерной допущенному нарушению, а выводы антимонопольного органа о допущенной обществом недобросовестности — ошибочными и противоречащими фактическим обстоятельствам дела, Заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании оспариваемого ненормативного правового акта недействительным.

Судом установлено, что срок, предусмотренный ч. 4 ст. 198 АПК РФ, Заявителем в настоящем случае не пропущен.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемый ненормативный правовой акт, определены постановлением Правительства Российской Федерации от 20.02.2006 № 94 «О федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном на осуществление контроля в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных государственных нужд».

Таким образом, суд признает, что оспариваемый ненормативный правовой акт вынесен антимонопольным органом в пределах предоставленных ему полномочий.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд соглашается с доводами Ответчика, при этом исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и достоверно установлено антимонопольным органом 10.11.2021 между Заказчиком и обществом заключен контракт № 107 на выполнение работ капитального ремонта фасадов зданий МГТУ ГА по адресу: <...> (Первый этап капитального ремонта фасадов площадью 15 072,26кв.м., в осях 100-307; 491-518, по адресу: <...>).

Согласно п. 2.1 Контракта Подрядчик обязан выполнить работы в течение периода: с 01.12.2021 по 05.11.2022.

В то же время, как видно из представленных материалов дела, 26.04.2022 Заказчиком было принято решение об одностороннем отказе от исполнения Контракта по причине неисполнения Обществом своих обязательств по контракту.

Впоследствии, 20.05.2022 решение об одностороннем отказе от исполнения Контракта было отозвано в связи с тем, что Общество приступило к выполнению работ по Контракту.

Кроме того, 25.11.2022 было заключено дополнительное соглашение № 3 к Контракту, которым был продлен срок выполнения работ по 31.05.2023, так как работы Обществом по 05.11.2022 не выполнялись.

Также, материалами дела в рассматриваемом случае подтверждается, что 20.02.2023 (№ 10/281) в адрес Общества было направлено письмо с просьбой предоставить новое обеспечение исполнение Контракта, однако какого-либо ответа от Заявителя на указанное письмо не поступило.

Как видно из представленных материалов дела, 01.06.2023 (№ 10/1010) Заказчиком в адрес Общества было направлено уведомление, что срок выполнения работ по Контракту истек 31.05.2023, однако какой-либо реакции на указанное уведомление со стороны Заявителя не последовало, обеспечение исполнения государственного контракта не представлено.

В соответствии с ч. 8 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе в сфере закупок) расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В силу ч. 9 вышеуказанной статьи закона заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее — ГК РФ) для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

Учитывая то обстоятельство, что предметом контракта в настоящем случае являлось выполнение работ, то в контексте правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 08.02.2011 № 13970/10, а также в определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.11.2011 № ВАС-14427/11, условия о предмете, цене контракта, периоде выполнения работ по договору, а также содержании и объеме работ по договору относятся к существенным условиям договора подряда.

Согласно ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок в реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

В свою очередь, в силу абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, ст.ст. 450, 715 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на выполнение работ является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом.

Вместе с тем, согласно п. 12.4 Контракта Контракт может быть расторгнут по соглашению Сторон, по решению суда или в связи с односторонним отказом Заказчика от исполнения Контракта в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации, в связи с чем в рассматриваемом случае решением от 06.10.2023 № 10/1791 Заказчик повторно расторг государственный контракта в связи с неисполнением обществом принятых на себя обязательств по нему.

Пунктом 4.1 контракта установлено, что общая стоимость работ по настоящему контракту составляет 175 515 158 руб. 97 коп.

Судом установлено, что в соответствии с п. 2.1 контракта подрядчик обязан выполнить работы в течение периода с 01.12.2021 по 05.11.2022.

При этом, как видно в рассматриваемом случае из представленных материалов дела, 25.11.2022 сторонами было заключено дополнительное соглашение № 3 к контракту, которым продлен срок выполнения работ по 31.05.2023.

Впоследствии, как явствует из представленных материалов, 26.04.2022 заказчиком было принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям п. 2 ст. 715 ГК РФ, ч. 9 ст. 95 Закона о контрактной системе и п. 12.6 контракта.

Между тем, 20.05.2022 решение об одностороннем отказе от исполнения контракта заказчиком было отозвано, поскольку общество приступило к исполнению принятых на себя обязательств.

Актом осмотра здания главного корпуса МГТУ ГА от 03.11.2023 при присутствии 5 представителей подразделений МГТУ ГА и 3-х представителей подрядных организации: 2 от ООО «СУ-5» и представителя строительного контроля ООО «ЮНИРОСТ» зафиксировали недостатки выполненных работ. В акте присутствует отметка «исполнительная документация передана 15.10.2023 на сверку».

Вступившим в законную силу решением суда от 17.01.2024 по делу № А40-249216/23 в удовлетворении требований ООО «СУ-5» к МГТУ ГА о признании недействительным одностороннего отказа МГТУ ГА от исполнения контракта №107 от 10.11.20211 отказано.

Вступившим в законную силу решением суда от 20.10.2023 по делу №А40-169168/23 в удовлетворении требований ООО «СУ-5» к МГТУ ГА о внесении изменений в контракт №107 от 10.11.2021 путем изменения п. 2.1 контракта с указанием: «подрядчик обязан выполнить работы в течение периода: с 01.12.2021 по 30.07.2023, абз. 6 приложения №1 к контракту «техническое задание» изложить в следующей редакции: срок выполнения работ: с 01.12.2021 по 30.07.2023» - отказано.

При этом, суд отмечает, что в приведенных судебных актах дана правовая оценка действиям Заказчика в ходе расторжения государственного контракта и установлено наличие у него как правовых, так и фактических оснований к такому расторжению. В контексте положений ст.ст. 16, 69 АПК РФ названные обстоятельства не подлежат ни повторному выяснению, ни повторному доказыванию.

При указанных обстоятельствах приведенные обществом доводы об отсутствии у Третьего лица каких-либо оснований к расторжению договора и выполнении со своей стороны принятых на себя обязательств по Контракту не принимаются судом во внимание как направленные на переоценку выводов и обстоятельств, сделанных и установленных в рамках обозначенных судебных споров, что является недопустимым применительно к упомянутым требованиям процессуального законодательства Российской Федерации.

В силу п. 3 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, к обстоятельствам которой не относятся нарушение обязательств со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Между тем, как видно в рассматриваемом случае из представленных материалов, по состоянию на 06.10.2023 работы по Контракту в полном объеме выполнены не были, что свидетельствует о ненадлежащем исполнении обязательств по Контракту подрядчиком, при этом обществом также не представлено доказательств объективной невозможности выполнения со своей стороны принятых на себя обязательств.

При этом, в рассматриваемом случае суд отмечает, что вся закупочная документация, включая проект Контракта, была размещена Заказчиком в единой информационной системе в сфере закупок 05.10.2021, а потому у общества имелось достаточно времени для ознакомления с улосивиями и требованиями названной документации и, при возникновении вопросов, имелась возможность обратиться к Заказчику за разъяснением.

Кроме того, в случае несогласия с какими-либо положениями закупочной документации Заявитель был вправе обратиться в законодательно установленном порядке с заявлением об оспаривании действий Заказчика в указанной части, чего, однако же, им сделано не было, а приведенные им в рассматриваемом случае ссылки на порочность закупочной документации и условий государственного контракта расцениваются судом исключительно как попытка избежать применения мер публично-правовой ответственности за допущенные нарушения принятых на себя обязательств, что, однако же, применительно к ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ основанием к удовлетворению заявленного требования не является.

При оценке всех фактических обстоятельств настоящего спора, суд учитывает, что, исходя из характера предпринимательской деятельности, осуществляемой на свой риск и под свою ответственность, лицо обязано проявлять необходимую степень осторожности и осмотрительности и не допускать действий, которые могут быть квалифицированы как противоправные.

Согласно п. 3 ст. 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Указанные Обществом в поданном в суд заявлении обстоятельства нельзя признать надлежащим обоснованием невозможности Заявителя исполнить свои обязательства по контракту.

В силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

В то же время, суд отмечает, что неблагоприятные последствия внешнеполитической обстановки, на которые ссылается Заявитель, начались после февраля 2022 года, в то время как государственный контракт был заключен 10.11.2021, а уже 26.04.2022 Заказчиком было принято первое решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, что уже свидетельствует об отсутствии у общества намерения к исполнению принятых на себя обязательств.

Более того, отменив свое решение от 26.04.2022, Заказчик, будучи заинтересованным в получении работ по государственному контракту, предоставил Исполнителю возможность исправить недостатки работ, продлив срок выполнения работ по Контракту.

В свою очередь, подписав дополнительное соглашение от 25.11.2022 Общество, уже будучи осведомленным о внешнеполических обстоятельствах, согласилось выполнить работы в срок до 31.05.2023.

Соответственно, подписывая дополнительное соглашение к государственному контракту, Исполнитель уже знал о данных обстоятельствах и как они повлияли на рынок, а значит такие обстоятельства нельзя считать непреодолимой силой.

Так, не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

При таких обстоятельствах, с учетом изложенного, суд соглашается с доводами административного органа о том, что доказательств совершения Заявителем действий, направленных на исполнение государственного контракта, а также доказательств устранения нарушений, выявленных государственным Заказчиком в ходе исполнения Контракта, в подтверждение своей добросовестности не представлено.

На основании изложенного, учитывая доказанный факт ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств по Контракту, существенность допущенных им нарушений, а также то обстоятельство, что Заказчик в конечном итоге был лишен того, на что он рассчитывал при заключении Контракта, отсутствие со стороны общества безусловных и убедительных доказательств объективной невозможности исполнения своих обязательств по Контракту, контрольный орган пришел к обоснованному выводу о допущенной Заявителем при исполнении своих обязательств по Контракту недобросовестности, в связи с чем обоснованно применил к обществу меры публично-правовой ответственности в виде включения сведений о нем в реестр недобросовестных поставщиков.

При этом, как видно в рассматриваемом случае из представленных материалов, нарушения, выявленные Заказчиком в ходе исполнения Контракта, Заявителем устранены не были: необходимые Учреждению в рамках государственного контракта работы выполнены обществом так и не были.

Оценивая бездействие Заявителя в указанной части, суд признает, что какого-либо намерения к действительному урегулированию возникших с Заказчиком разногласий в части порядка и способов исполнения обществом своих обязательств по Контракту последним проявлено не было, что уже исключает выводы контрольного органа о добросовестности Заявителя, проявленной в ходе исполнения Контракта, поскольку все действия общества были в настоящем случае направлены на уклонение от исполнения принятых на себя обязательств без применения к нему мер публично-правовой ответственности.

При таких данных, суд соглашается с выводом административного органа о том, что Заявителем не устранены выявленные Заказчиком нарушения исполнения Контракта, что также свидетельствует в пользу отсутствия у общества намерения к надлежащему исполнению принятых на себя обязательств в рамках государственного контракта и, как следствие, необходимости применения к нему мер публично-правовой ответственности.

При этом, согласно ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок В реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), не исполнивших или ненадлежащим образом исполнивших обязательства, предусмотренные контрактами.

На основании изложенного, учитывая факт ненадлежащего исполнения Заявителем своих обязательств по Контракту, существенность допущенных им нарушений, поскольку обществом не соблюдены требования к срокам выполнения работ по Контракту, что, в свою очередь, привело к лишению Заказчика тех работ, на выполнение которых он рассчитывал при заключении Контракта, а также принимая во внимание то обстоятельство, что Заявителем не были устранены выявленные Учреждением нарушения положений Контракта, а неисполнение Заявителем своих обязательств по Контракту нашло свое документальное подтверждение, у антимонопольного органа отсутствовали правовые основания для отказа Учреждению во включении сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков.

Кроме того, суд также отмечает, что неисполнение договорных обязательств свидетельствует о гражданско-правовой недобросовестности, халатности и ведет к неэффективному расходованию бюджетных средств, поскольку заказчик не получает того, что он обоснованно рассчитывал получить в случае добросовестного поведения контрагента, что нарушает права заказчика как стороны в гражданско-правовом договоре, а также нарушает публично-правовой порядок.

В соответствии с ч. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная деятельность, осуществляемая лицом на свой риск. Принимая условия заказчика, участник гарантирует добросовестность своих намерений.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

При этом документального подтверждения фактов в опровержение выводов о ненадлежащем исполнении обществом своих обязательств по Контракту Заявителем не представлено, что свидетельствует о том, что им не доказан и факт отсутствия в его действиях вины по смыслу ст. 401 ГК РФ.

При таких данных, суд соглашается с позицией заинтересованного лица о необоснованном неисполнении обществом требований Контракта, что и обусловило впоследствии применение к нему мер публично-правовой ответственности.

При указанных обстоятельствах, учитывая факт ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств по Контракту (обязательств по выполнению работ капитального ремонта фасадов зданий МГТУ ГА), существенность допущенных Заявителем нарушений (несоблюдение требований к срокам выполнения работ, что повлекло за собой лишение Заказчика тех работ, на которые он рассчитывал при заключении Контракта), а также непринятие Заявителем никаких мер, направленных на устранение выявленных Заказчиком нарушений, суд соглашается с выводом антимонопольного органа о том, что Заявитель не проявил ту степень заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него при исполнении государственного контракта, что в силу действующего гражданского законодательства влечет применение к нему мер как частно-правовой, так и публично-правовой ответственности.

При этом, согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 11.05.2012 № ВАС-5621/12 об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, включение общества в реестр недобросовестных поставщиков не подавляет экономическую самостоятельность и инициативу общества, не ограничивает чрезмерно его право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности и в данном случае не препятствует осуществлению хозяйственной деятельности общества.

В настоящем случае Заявителем не были предприняты все необходимые и разумные меры с целью исполнения государственного контракта, в связи с чем включение общества в реестр недобросовестных поставщиков в настоящем случае является необходимой мерой его ответственности, поскольку служит для ограждения государственных заказчиков от недобросовестных поставщиков.

Каких-либо доказательств невозможности соблюдения Заявителем требований Закона о контрактной системе в сфере закупок либо доказательств того, что невозможность исполнения государственного контракта стала следствием противоправных действий третьих лиц, Заявителем не представлено, а антимонопольным органом не установлено.

При этом, оценка всех действий общества, совершенных им в ходе исполнения Контракта, в совокупности и взаимной связи позволила антимонопольному органу прийти к обоснованному выводу о допущенных Заявителем существенных нарушениях государственного контракта и о необходимости включения сведений о нем в реестр недобросовестных поставщиков на основании ч. 16 ст. 95, ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 1).

В настоящем случае ожидаемым и добросовестным поведением общества явилось бы своевременное выполнение работ в рамках государственного контракта, либо немедленное устранение выявленных Заказчиком недостатков при их выполнении.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, абсолютно никаких действий, направленных на своевременное и добросовестное исполнение Контракта, Заявителем предпринято не было.

Между тем, оценивая действия общества в ходе исполнения Контракта, суд признает, что указанные действия не были направлены на его исполнение, а имели своей целью лишь избежание публично-правовой ответственности за допущенные нарушения с приданием своим действиям видимости законности.

В то же самое время, при оценке соотношения степени недобросовестности участника и последствий, которые наступили вследствие ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств в рамках государственного контракта, суд признает, что ограничение права Заявителя на участие в государственных закупках сроком на два года не превышает степень негативных последствий, наступивших для Заказчика, в связи с чем примененная антимонопольным органом мера ответственности является соразмерной и справедливой.

Таким образом, суд признает выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении, правильными и соответствующими представленным в дело доказательствам.

В то же время, приведенные обществом доводы представляют собой лишь констатацию факта его несогласия со сделанными антимонопольным органом выводами, а потому, ввиду отсутствия доказательств ошибочности таких выводов, не могут являться основанием для признания оспариваемого решения недействительным в контексте ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ.

Также, в обоснование заявленного в рассматриваемом случае требования общество указывает на допущенные контрольным органом процессуальные нарушения принятия оспариваемого решения, что выразилось в рассматриваемом случае в необеспечении возможности участия представителей Заявителя в заседании комиссии уполномоченного органа, что, в свою очередь, подтверждается представленным в материалы дела актом от 25.10.2023 о невозможности подключения к заседанию комиссии антимонопольного органа, составленным представителями общества.

Между тем, при оценке приведенных в рассматриваемой части доводов суд отмечает, что представленный в материалы дела акт от 25.10.2023, будучи составленным представителями Заявителя, не обладает признаками допустимого доказательства (ст. 68 АПК РФ), поскольку составлен самостоятельно обществом и в своих интересах. Фиксация невозможности подключения сторонними независимыми лицами не проводилась, доказательства наличия технических сбоев на стороне антимонопольного органа в материалы дела Заявителем не представлено, а потому суд в рассматриваемом случае приходит к выводу, что каких-либо нарушений процессуального характера при рассмотрении поступившего обращения уполномоченным органом допущено не было, вопреки утверждению Заявителя об обратном.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что совокупность условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконным оспариваемого ненормативного правового акта, отсутствует, оспариваемый акт является законным, обоснованным, принят в полном соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок и не нарушает прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат (ч. 3 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы Заявителя, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на Заявителя.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 137, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать полностью.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья Н.Е. Девицкая