Постановление от 18 апреля 2019 г. по делу № А13-4034/2017

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-4034/2017
г. Вологда
18 апреля 2019 года


Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2019 года.

В полном объёме постановление изготовлено 18 апреля 2019 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Кузнецова К.А. и Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области ФИО2 по доверенности от 27.11.2018, от акционерного общества «Банк «Вологжанин» ФИО3 по доверенности от 09.01.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области на определение Арбитражного суда Вологодской области от 19 декабря 2018 года по делу № А13-4034/2017,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия» обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Промхимпорт» (место нахождения: 160012, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – должник, Общество) несостоятельным (банкротом).

Определением от 14.04.2017 заявление принято к производству.

Решением суда от 14.06.2017 Общество признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника и в отношении его открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО4.

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области (далее – Уполномоченный орган) обратилась в суд с заявлением о признании недействительным договора залога имущества от 15.03.2017 № 100440016/3-4, заключенного между Обществом и закрытым акционерным обществом «Банк «Вологжанин» (место нахождения: 160000, <...>, ИНН <***>, далее – Банк), и применении последствий недействительности сделки, признав отсутствующим право залога по договору от 15.03.2017 № 100440016/3-4 на следующее имущество: одноэтажное кирпичное здание котельной мощностью 525 кВт, расположенное по адресу: <...>; право аренды земельного участка общей площадью 42 986 кв. м, расположенного по адресу: <...>.

Определением суда от 19.12.2018 в удовлетворении заявления отказано.

Уполномоченный орган с вынесенным определением не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить и вынести по делу новый судебный акт, признать недействительным договор залога имущества от 15.03.2017, применить последствия недействительности сделки – признать отсутствующим право залога по договору. В обоснование жалобы её податель указал на то, что, поскольку оспариваемая сделка совершена в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании Общества банкротом, в силу Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) доказательств осведомленности его контрагента о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника не требуется. Уполномоченный орган также не согласен с выводами суда о том, что цена сделки не превысила один процент стоимости активов должника.

В заседании суда представитель Уполномоченного органа поддержал доводы апелляционной жалобы.

В отзыве на апелляционную жалобу Банк и его представитель в судебном заседании возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между Банком (кредитор) и обществом с ограниченной ответственностью «Стройпластик» (160000, <...>; ИНН <***>, ОГРН <***>; далее - ООО «Стройпластик») заключены кредитные договоры от 29.06.2016 № 100440016, от 15.07.2016 № 100490016 (далее – кредитные договоры). На основании вышеуказанных кредитных договоров ООО «Стройпластик» получило от Банка кредиты в размере 30 000 000 руб. и 25 000 000 руб. соответственно. В обеспечение исполнения обязательств по кредитным договорам заключены договоры поручительства с Обществом, обществом с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия» (место нахождения: 160000, <...>; ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – ООО «Стройиндустрия»), ФИО5.

Кроме того, в обеспечение исполнения обязательств по кредитным договорам Банком заключены с Обществом следующие договоры залога:

от 29.06.2016 № 100440016/3-1, от 15.07.2016 № 100490016/3-1, согласно которым в залог и последующий залог передано недвижимое имущество;

от 29.06.2016 № 100440016/3-2, от 15.07.2016 № 100490016/3-2, согласно которым в залог и последующий залог переданы основные средства;

от 15.07.2016 № 100490016/3-3, согласно которому в залог передано недвижимое имущество.

Кроме того, Банком и должником 15.03.2017 заключен договор залога № 100440016/3-4, по которому в залог Обществом передано недвижимое имущество - одноэтажное кирпичное здание котельной мощностью 525 кВт, расположенное по адресу: <...>, и право аренды земельного участка общей площадью 42 986 кв. м, расположенного по адресу: <...>.

Между тем определением суда от 14.04.2017 в отношении Общества возбуждено производство по делу о его несостоятельности.

Решением суда 14.06.2017 Общество признано банкротом.

Определением суда от 02.10.2017 в реестр требований кредиторов должника включено требование общества с ограниченной ответственностью «БиоЛесПром» (правопреемника Банка по договору уступки прав требования от 31.03.2017 № 1/17, далее - ООО «БиоЛесПром»), основанное на неисполнении обязательств по кредитным договорам от 29.06.2016 № 100440016, от 15.07.2016 № 100490016 в общей сумме 52 678 295 руб. 06 коп., в том числе 50 000 000 руб. основного долга, 2 595 945 руб. 21 коп. процентов, 82 349 руб. 85 коп. пеней, как требование, обеспеченное залогом имущества должника.

Определением суда от 10.07.2018 в связи с расторжением договора уступки прав требования от 31.03.2017 № 1/17 в реестре требований кредиторов должника в порядке статьи 48 АПК РФ произведена замена кредитора ООО «БиоЛесПром» на Банк.

Уполномоченный орган, ссылаясь на то, что договор залога от 15.03.2017 № 100440016/3-4 является недействительной сделкой на основании пунктов 1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, обратился в суд с настоящим требованием.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований по мотиву отсутствия доказательств осведомленности Банка о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника при совершении оспариваемой сделки, сославшись также на наличие оснований для отказа в удовлетворении требования в силу пункта 61.4 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам указанной главы, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Требования Уполномоченного органа включены в реестр требований кредиторов должника определением суда от 15.09.2017 в размере 7 557 362 руб. 44 коп. основного долга во вторую очередь, 7 050 442 руб. 63 коп. в третью очередь реестра, в том числе 5 227 412 руб. 53 коп. основного долга и 1 823 030 руб. 10 коп. пеней.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии у Уполномоченного органа права на обращение с заявлением о признании сделки должника недействительной.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Периоды совершения сделок, которые могут быть признаны недействительными, определены пунктами 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В зависимости от даты совершения сделки определяется объем обстоятельств, наличие которых необходимо для признания сделки недействительной.

Пунктом 2 этой же статьи установлено, что сделка, указанная в пункте 1 данной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Согласно материалам дела договор залога заключен 15.03.2017, то есть в течение одного месяца до принятия арбитражным судом 14.04.2017 заявления о признании должника банкротом, следовательно оспариваемая сделка подпадает по сроку совершения под действие пунктов 1 и 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В абзаце восьмом пункта 12 Постановления № 63 разъяснено, что в качестве сделок, предусмотренных абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона, могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям.

По смыслу пункта 2 статьи 8.1 ГК РФ ипотека как вещное обременение, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

В рассматриваемом случае договор залога заключен 15.03.2017, то есть в течение месяца до принятия заявления о признании должника банкротом, а зарегистрирован соответственно 18.04.2017, то есть после принятия заявления о признании должника банкротом (14.04.2017).

Так, как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 11 Постановления № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Следовательно, при наличии соответствующих условий состав недействительности сделки с предпочтением, по сути, носит формальный характер.

В соответствии со статьями 18.1, 138 Закона о банкротстве требования залогового кредитора удовлетворяются в приоритетном порядке перед остальными кредиторами третьей очереди.

Между тем оспариваемый договор залога от 15.03.2017 заключен Обществом не по своим прямым обязательствам, а по обязательствам третьего лица – ООО «Стройпластик». При этом исполнение ООО «Стройпластик» обязательств по кредитным договорам было обеспечено другими способами, а именно договорами поручительства Банка с Обществом, ООО «Стройиндустрия», Гудковым В.В; договорами залога Банка с Обществом от 29.06.2016 №100440016/3-1, от 15.07.2016 №100490016/3-1, от 29.06.2016 № 100440016/3-2, от 15.07.2016 № 100490016/3-2, от 15.07.2016 №100490016/3-3.

Оспариваемый договор залога от 15.03.2017 совершен после заключения кредитных договоров от 29.06.2017 и от 15.07.2016, следовательно залог перечисленного в нем имущества должника не являлся условием предоставления Банком кредита ООО «Стройпластик».

На момент заключения (15.03.2017) и государственной регистрации оспариваемого договора залога (18.04.2017) Общество имело задолженность перед иными кредиторами. В частности, должник имел неисполненное обязательство перед ООО «Стройиндустрия» в размере 695 432 руб. 61 коп. (решение Арбитражного суда Вологодской области от 21.07.2016 по делу № А13-7058/2016) и 35 306 675 руб. 85 коп. (договор поставки от 01.01.2016 № 1/01), Уполномоченным органом в размере 14 607 805 руб. 07 коп. (задолженность по обязательным платежам в период с 2015 года), Департаментом имущественных отношений администрации г. Вологды в размере 2 044 607 руб. 45 коп. (задолженность по арендной плате за период с 2015 года), обществом с ограниченной ответственностью «Люмин» в размере 9 666 579 руб. 22 коп. (по договору займа от 22.09.2016, срок возврата - 22.10.2016), акционерным обществом коммерческим банком «Северный кредит» в размере 31 767 019 руб. 48 коп. (кредитный договор от 20.02.2016 № В-008ЮЛСЛ-16). При этом в реестр требований кредиторов должника включены требования акционерного общества коммерческого банка «Северный кредит» как обеспеченные залогом имущества должника по оспариваемому договору залога от 15.03.2017.

Таким образом, в данном случае имеет место признак оказания предпочтения Банку в виде заключения оспариваемого договора залога имущества Общества в обеспечение обязательств ООО «Стройпластик».

Вместе с тем оспариваемый договор залога не имеет реального экономического интереса для Общества, при этом его заключение создало для последнего конкретные неблагоприятные последствия, которые наступают для залогодателя в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации. В частности, Общество, не получив видимой выгоды от обеспечительной сделки, является залогодателем перед Банком по оспариваемому договору.

Доводы о наличии общего экономического интереса по кредитному договору у основного заемщика и должника, выступающего поручителем и залогодателем, не могут быть приняты во внимание, поскольку действительные цели получения кредита сторонами как аффилированными лицами не раскрыты.

При указанных обстоятельствах следует признать, что спорный договор залога выходит за рамки обычной деятельности коммерческой организации.

Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Отказывая в признании сделки недействительной, суд первой инстанции указал на отсутствие доказательств того, что Банк на дату заключения оспариваемого договора залога знал о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Кроме того, суд пришел к выводу, что оспариваемая сделка совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности, размер обязательств не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период, в связи с чем сделка не может быть оспорена на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Как усматривается в материалах дела, на момент заключения оспариваемого договора у Общества, по данным бухгалтерского учета, имелись активы на общую сумму 41 549 тыс. руб., в том числе основные средства стоимостью 21 058 тыс. руб., отложенные налоговые активы в сумме 15 396 тыс. руб., прочие внеоборотные активы в размере 793 тыс. руб., запасы в размере 1 034 тыс. руб., дебиторская задолженность в сумме 890 тыс. руб., денежные средства и денежные эквиваленты в сумме 9 тыс. руб., прочие оборотные активы в размере 3 403 тыс.

Вместе с тем из представленного в материалы акта приема-передачи имущества, передаваемого открытым акционерным обществом «Промхимпорт» Обществу от 24.11.2014, видно, что балансовая стоимость только одного здания котельной по состоянию на 24.11.2014 составляла - 959 190 руб. 16 коп., что в любом случае превышает один процент от стоимости активов должника на момент заключения оспариваемой сделки. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Учитывая залоговую стоимость права аренды земельного участка, установленную по соглашению сторон в сумме 317 600 руб., вывод суда о возможности применения к спорным правоотношениям положений пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве является необоснованным.

При таких обстоятельствах оспариваемая сделка подлежит признанию недействительной в силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в связи с чем определение суда от 19.12.2018 следует отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Поскольку заключение договора залога от 15.03.2017 повлекло регистрацию соответствующего обременения в Едином государственном реестра прав на недвижимость и включение требований Банка в реестр требований кредиторов Общества как обеспеченных залогом, судебная коллегия, руководствуясь положениями статьи 167 ГК РФ, полагает, что в порядке применения реституции обременение подлежит признанию отсутствующим.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

отменить определение Арбитражного суда Вологодской области от 19.12.2018 по делу № А13-4034/2017.

Признать недействительным договор залога от 15.03.2017 № 100440016/3-4, заключенный между закрытым акционерным обществом «Банк «Вологжанин» и обществом с ограниченной ответственностью «Промхимпорт».

Признать отсутствующим право залога закрытого акционерного общества «Банк «Вологжанин» на имущество по договору залога от 15.03.2017 № 100440016/3-4.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Банк «Вологжанин» в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судом первой инстанции, 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судом апелляционной инстанции.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

Судьи

К.А. Кузнецов

О.Г. Писарева