Постановление от 9 июня 2024 г. по делу № А23-264/2021

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Тула

Дело № А23-264/2021

20АП-841/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 28.05.2024

Постановление в полном объеме изготовлено 10.06.2024


Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А. судей Девониной И.В. и Тучковой О.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Никматзяновой А.А., при участии в судебном заседании представителя ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 10.01.2023, паспорт), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда  Калужской области от 25.12.2023 по делу № А23-264/2021 (судья Сафонова И.В.), принятое по результатам рассмотрения заявления АО «Сантехэлектромонтаж-2001» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в лице конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки, при участии в рассмотрении заявления в качестве заинтересованных лиц (ответчиков) ФИО1, ФИО4, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Управления Росреестра по Калужской области, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, 



УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО5.

Акционерное общество «Сантехэлектромонтаж-2001» в лице конкурсного управляющего ФИО3 06.07.2022 обратился в Арбитражный суд Калужской области с заявлением о признании недействительной сделки: договора раздела имущества между супругами и дарения доли земельного участка с долей здания от 09.10.2020 года, заключенного между ФИО5 и ФИО1.

Определением суда от 21.10.2022 заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании, ФИО1 привлечена к участию в рассмотрении заявления в качестве заинтересованного лица (ответчика).

Определением суда от 08.12.2022 привлечено к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Управление Росреестра по Калужской области.

Определением от 18.05.2023 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена ФИО4.

04.07.2023 от Акционерного общества «Сантехэлектромонтаж-2001» поступило уточнение исковых требований, согласно которому кредитор просит признать недействительной единую сделку, оформленную последовательно совершенными сделками: договор от 09.10.2020 раздела имущества и дарения доли земельного участка с долей здания заключенный между ФИО5 и ФИО1; договор от 15.08.2021 купли-продажи садового дома и земельного участка, заключенного между ФИО1 и ФИО4  Кредитор  просил применить последствия недействительности сделки, восстановить право собственности ФИО5 на следующее имущество: земельный участок площадью 707 кв.м. с кадастровым номером 40:20:070804:38, находящийся по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2» участок 124; здание с кадастровым номером 840:20:070804:171, находящееся по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2», участок 124, состоящего из основного строения общей площадью 46,6 кв.м., этажность – 2.

На основании ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судом приняты к рассмотрению уточненные требования кредитора, а на основании ст. 46 АПК РФ привлечена к участию в рассмотрении заявления в качестве соответчика ФИО4.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 25.12.2023 по делу                          № А23-264/2021 заявление удовлетворено частично. Признан недействительной сделкой -договор раздела имущества между супругами и дарения доли земельного участка с долей здания в части пункта 3 договора, а именно дарения ФИО5 своей супруге ФИО1:

? доли на земельный участок № 124 площадью 707 кв.м. с кадастровым номером 40:20:070804:38, расположенный по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2»;

? доли здания общей площадью 46,6 кв.м. с кадастровым номером 40:20:070804:171, расположенного по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2», участок 124.

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО5 денежных средств в размере 350 000 руб. В удовлетворении остальной части требований акционерному обществу «Сантехэлектромонтаж-2001» отказано. С ФИО1 в пользу акционерного общества «Сантехэлектромонтаж-2001» взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просила отменить обжалуемое определение.

В апелляционной жалобе заявитель указал, что обжалуемое определение незаконно и необоснованно, поскольку данным судебным актом ФИО1 лишена совместно нажитого имущества, в чем вина ФИО1 при разделе имущества не ясно.

В судебном заседании представитель ФИО1 просил апелляционную жалобу удовлетворить, определение суда отменить.

Иные лица, участвующие в настоящем обособленном споре, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие иных неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением суда от 08.04.2022 требование акционерного общества «Сантехэлектромонтаж-2001» в сумме 10 798 559  руб. 18 коп. (убытки), включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО5.

На дату подачи заявления АО «Сантехэлектромонтаж-2001», требование последнего составляло более 10 % от размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований должника.

Определением суда от 26.01.2021 принято к производству заявление акционерного общества «Сантехэлектромонтаж-2001» в лице конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО5 о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 08.04.2021, резолютивная часть которого оглашена 06.04.2021) в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден член Некоммерческого партнерства «Сибирская гильдия антикризисных управляющих» ФИО6.

Решением от 30.11.2021 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев; финансовым управляющим утвержден член Некоммерческого партнерства «Сибирская гильдия антикризисных управляющих» ФИО6.

Определением суда от 09.11.2022 арбитражный управляющий ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО5. Финансовым управляющим ФИО5, утвержден член Союза «Саморегулируемая организации арбитражных управляющих «Стратегия» ФИО7.

Как следует из материалов дела, 09.10.2020 между ФИО5 и ФИО1 заключен договор раздела имущества между супругами и дарения доли земельного участка с долей здания.

Согласно указанному договору ФИО5 и ФИО1, состоящие в браке (брак заключен 14.07.1979 года) произвели раздел имущества нажитого в браке, состоящего из: земельного участка площадью 707 кв.м. с кадастровым номером 40:20:070804:38, находящегося по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2», участок 124 на землях сельскохозяйственного назначения, предоставленного для ведения садоводства и огородничества и здания с кадастровым номером 40:20:070804:171, находящегося по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2», участок 124, состоящего из основного строения общей площадью 46,6 кв.м.

Как указано в п. 2.1. договора в связи с тем, что указанный земельный участок и здание приобретены ФИО5 в период брака с ФИО1, на основании ст. ст. 38,39 Семейного кодекса РФ супруги устанавливают следующее долевое участие в вышеуказанных объектах недвижимости:

ФИО5 – ? доля;

ФИО1 – ? доля

Также в соглашении указано, что одновременно с установлением долей, стороны договорились, что ФИО5 подарил супруге – ФИО1, принадлежащую по праву собственности ? долю в праве общей долевой собственности на вышеуказанный земельный участок и ? долю в праве общей долевой собственности на вышеуказанное здание.

Указанный договор удостоверен нотариально 09.10.2020 и зарегистрирован в Управлении Росреестра по Калужской области 14.10.2020.

15.08.2021 между ФИО1 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи садового дома и земельного участка, согласно предмету которого,  продавец передала в собственность покупателя, а покупатель приняла и обязуется оплатить следующее недвижимое имущество: жилой дом с кадастровым номером 40:20:070804:171, по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2», участок 124, площадью 46,6 кв.м.; земельный участок площадью 707 кв.м. с кадастровым номером 40:20:070804:38, находящегося по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2», участок 124 на землях сельскохозяйственного назначения, предоставленный для ведения садоводства и огородничества.

Как указано в п. 1.3. договора, дом и земельный участок принадлежат продавцу на праве собственности на основании договора раздела имущества между супругами и дарения доли земельного участка с долей здания от 09.10.2020.

Согласно п. 2.1. договора цена дома, переданного по договору составляет 400 000 руб., а цена земельного участка – 300 000 руб. Соответственно общая цена равна 700 000 руб., которые должны быть зачислены на счет продавца не позднее 20.09.2021.

В связи заключением настоящего договора, прежняя договоренность о цене на основании заключения № 02/0104/21 о рыночной стоимости объекта недвижимости от 01.04.2021, выполненного ИП ФИО8 «Городское Агентство Недвижимости» утратила силу с учетом изменившихся цен на недвижимость.

15.08.2021 между сторонами подписан передаточный акт в отношении вышеуказанных жилого дом и земельного участка.

Полагая, что указанные сделки, а именно договор раздела имущества между супругами и дарения доли земельного участка с долей здания от 09.10.2020 и договор купли-продажи садового дома и земельного участка от 15.08.2021, являются недействительными сделками, кредитор, ссылаясь на положения п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.02 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. ст. 10, 168, п. 2 ст. 170 ГК РФ, обратился в суд с заявлением о признании их недействительными с учетом уточнения заявленных требований.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как указано в разъяснениях, данных в п. 5, 6, 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 2 ст. 61.2 указанного закона предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абз. 2-5  п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5  п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Установленные абз. 2-5  п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ »О несостоятельности (банкротстве)» предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Оспариваемая сделка от 09.10.2020 по разделу имущества между супругами и дарения доли земельного участка с долей здания совершена до принятия к производству определением суда от 26.01.2021 заявление о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом), а сделка купли-продажи садового дома и земельного участка от 15.08.2021, после принятия.

Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения сделки по дарению по ? долей в праве собственности на    жилой дом и земельный участок     у ФИО5 имелись неисполненные обязательства перед кредитором –                                                    АО «Сантехэлектромонтаж-2001», что подтверждается:

определением Арбитражного суда Московской области от 25.12.2019, резолютивная часть которого вынесена 10.09.2019 года, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2020, по делу №А41-79336/2017, согласно которому с ФИО5 в пользу акционерного общества «Сантехэлектромонтаж-2001» взысканы убытки в размере 2 200 000 руб.;

постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2020, по делу № А41-79336/2017, согласно которому взысканы солидарно с ФИО5 и ФИО9 в пользу акционерного общества «Сантехэлектромонтаж-2001» убытки в размере 8 598 559 руб. 18 коп.

Суд первой инстанции верно указал, что вред кредитору был причинен тем, что имущество должника безвозмездно было выведено из конкурсной массы должника.

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как следует из материалов дела, ФИО1, является супругой должника - ФИО5, что подтверждается свидетельством о заключении брака.

Таким образом, судом области установлено, что сделка в части дарения совершена между заинтересованными лицами, в связи с чем, ФИО1 знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Данные обстоятельства ФИО1 не опровергнуто, так же как и вышеуказанные презумпции.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции правомерно признал недействительной сделку -договор раздела имущества между супругами и дарения доли земельного участка с долей здания в части пункта 3 договора, а именно дарения ФИО5 своей супруге ФИО1:

? доли на земельный участок № 124 площадью 707 кв.м. с кадастровым номером 40:20:070804:38, расположенный по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2»;

? доли здания общей площадью 46,6 кв.м. с кадастровым номером 40:20:070804:171, расположенного по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2», участок 124.

При этом, суд первой инстанции не нашел оснований для признания договора раздела имущества между супругами и дарения доли земельного участка с долей здания от 09.10.2020 недействительным полностью, а именно в части раздела имущества между супругами.

Пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В соответствии с пунктами 1,2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

Общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. Соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено.

Как указано в пункте 1 статьи 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Из оспариваемого договора следует, что супруги ФИО5 произвели раздел имущества нажитого в браке, а именного земельного участка площадью 707 кв.м. с кадастровым номером 40:20:070804:38 и здания с кадастровым номером 40:20:070804:171, находящихся по адресу: Калужская область, Тарусский район, СНТ «Протва-2», участок 124, признав их доли равными по ?.

При этом кредитором суду первой инстанции не представлено доказательств того, что данное имущество не было приобретено в браке между супругами Чуйко или доказательств отступления от начала равенства долей супругов в их общем имуществе.

Финансовый управляющий в судебном заседании суда первой инстанции пояснил, что у него нет сведений о том, что указанное имущество было приобретено не в браке между супругами.

С учетом изложенного, суд первой инстанции верно указал, что оспаривающим сделку кредитором не доказано наличие следующих обстоятельств в части признания раздела имущества недействительным: цель причинения вреда имущественным правам кредиторов и причинение вреда имущественным правам кредиторов.

С учетом изложенного, в части признания раздела имущества между супругами по договору раздела имущества между супругами и дарения доли земельного участка с долей здания от 09.10.2020, кредитору правомерно отказано.

В части признания недействительной сделки - договора купли-продажи садового дома и земельного участка от 15.08.2021, заключенного между ФИО1 и ФИО4, по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, то суд первой инстанции пришел к выводу о том, что кредитором доказательств того, что ФИО4 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, в порядке статьи 19 Закона о банкротстве, а также знало или должно было знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, кредитором суду не представлено. Основания применения презумпции к ответчику – ФИО4 отсутствуют.

В связи с чем, в удовлетворении требований кредитора о признании данной сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве также правомерно отказано.

Кроме того, сделки оспариваются по основаниям, предусмотренным ст. ст. 10,168 ГК РФ.

Как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации, для целей применения статей 168 и 10 Гражданского кодекса Российской Федерации требуется установление недобросовестности участников сделки, выходящей за пределы диспозиции статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Для квалификации сделки как ничтожной заявителю необходимо доказать, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом.

Указанные выводы соответствуют правовым позициям, изложенным Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 31 августа 2017 г. № 305-ЭС17-4886 по делу № А41-20524/2016, от 24 октября 2017 г. № 305-ЭС17-4886 (1) по делу № А41-20524/2016, от 17 декабря 2018 г. № 309-ЭС18-14765 по делу № А71-14776/2015, согласно которым недопустима конкуренция банкротных и общегражданских норм об оспаривании сделок должника, поскольку содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Однако кредитором не представлено суду доказательств недобросовестности участников сделок, выходящей за пределы диспозиции п. 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Также, кредитором заявлено о признании договора раздела имущества между супругами и дарения доли земельного участка с долей здания от 09.10.2020 и договор купли-продажи садового дома и земельного участка от 15.08.2021, недействительными сделками по основаниям п. 2 ст. 170 ГК РФ (притворность сделки).

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 88 названного постановления Пленума).

При доказывании притворного характера договора как сделки, совершенной с пороком воли, характеризующимся несовпадением волеизъявления и подлинной воли сторон, необходимо подтвердить, что воля обеих сторон была направлена именно на совершение прикрываемой сделки.

В отношении прикрывающих сделок документы, как правило, изготавливаются так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворных договоров. Бенефициар, не имеющий формальных полномочий собственника, не заинтересован в раскрытии своего статуса перед третьими лицами, поэтому он обычно не составляет документы, в которых содержатся явные и однозначные указания, адресованные должнику и участникам притворных сделок, относительно их деятельности.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о совершении лишь одной прикрываемой сделки по прямому отчуждению должником своего имущества бенефициару, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на стороны цепочки последовательных договоров, ссылающихся на самостоятельный характер отношений по каждой из сделок.

В рассматриваемом случае, как верно указано судом первой инстанции, доказательства наличия в действиях участников сделки недобросовестности и цели достижения других правовых последствий в материалах дела отсутствуют и кредитором не представлено.

Доказательств того, что действия субъектов сделок скоординированы в отсутствие к тому объективных экономических причин; по отдельности эти действия противоречат экономическим интересам и возможностям каждого из лиц; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д., кредитором должника суду не представлено.

Также кредитором не доказано наличие заинтересованности между всеми участниками цепочки сделок ФИО5, ФИО1 и ФИО4

Напротив, материалы дела содержат бесспорные и достаточные доказательства реальности сделки по договору купли-продажи садового домика и земельного участка от 15.08.2021.

Так, сделка между ФИО1 и ФИО4 осуществлена на рыночных условиях, что подтверждается заключением от 01.04.2021 № 02/0104/21 о рыночной стоимости объекта недвижимости, подготовленного «Городское Агентство Недвижимости», согласно которому стоимость спорных земельного участка и здания на 01.04.2021 составляют 635 000 руб., отчетом № 882/23-С от 28.09.2023, согласно которому по состоянию на 15.08.2021 стоимость спорного имущества составляла 722 522 руб.

Фактически же сделка осуществлена между ними совершена на цене 700 000 руб.

Оплата денежных средств ФИО4 по договору произведена полностью и в сроки предусмотренные договором, что подтверждается платежным поручением № 00201 от 14.09.2021 на сумму 200 000 руб., чеком от 17.09.2021 и заявлением о переводе на сумму 300 000 руб., платежным поручением № 001641 от 20.09.2021 на сумму 200 000 руб.

Финансовая возможность оплаты ФИО4 по договору подтверждается справками о доходах по месту работы, согласно которым ее доход за 2019 года составил 456 853 руб. 52 коп., за 2021 года – 498 057 руб. 68 коп. Также ФИО4 является получателем страховой пенсии и ежемесячной денежной выплаты инвалидам.

Согласно справке, выданной Садовым некоммерческим товариществом «Протва-2» от 17.09.2023, ФИО4 с октября 2021 года по настоящее время является его членом и оплачивала членские взносы СНТ «Протва-2» в полном объеме за участок № 124. ФИО4 выдана книжка садовода № 124.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, об отсутствии признаков притворности оспариваемых сделок.

Отклоняя заявление представителя должника и ответчика о пропуске кредитором  срока исковой давности, суд первой инстанции правомерно указал на следующее.

Как указывалось ранее, в обоснование своих требований кредитор ссылался на п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также ст. ст. 10, 168, п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

Как указано  в п. 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий, кредитор  узнали или должны были узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Как указано в п. 10 разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права или должно было узнать о нарушении права.

Определением суда от 08.04.2021, резолютивная часть которого оглашена 06.04.2021, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден член Некоммерческого партнерства «Сибирская гильдия антикризисных управляющих» ФИО6.

Из пояснений кредитора следует, что финансовым управляющим на сайте ЕФРСБ размещено сообщение № 7187371 от 19.08.2021 о наличии или об отсутствии признаков преднамеренного или фиктивного банкротства. В указанном сообщении содержится информация о выявленных сделках должника, в частности об отчуждении ФИО1 земельного участка площадью 707 кв.м. и дома площадью 46,6 кв.м.

26.10.2021 в адрес финансового управляющего был направлен запрос о предоставлении копии документов, на основании которого производилось отчуждение вышеуказанного имущества.

Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором запрос получен адресатом 29.10.2021 и оставлен без ответа, в связи с чем, конкурсный управляющий АО «СТЭМ-2001» самостоятельно обратился в Управление Росреестра с запросом о предоставлении договора. Копия договора выдана 11.07.2022, что подтверждается отметкой Росреестра.

Данные пояснения подтверждаются опубликованным на ЕФРСБ сообщением №7187371 от 19.08.2021 о наличии или об отсутствии признаков преднамеренного или фиктивного банкротства; запросом сведений у финансового управляющего ФИО6; отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 10100062662783; копией договора раздела имущества между супругами и дарения доли земельного участка от 09.10.2020 с отметкой о его выдаче - 11.07.2022.

Заявление об оспаривании сделки должника подано кредитором в электронном виде 14.10.2022.

Таким образом, по вопросу пропуска срока исковой давности по основаниям оспоримости сделки и по основаниям ничтожности сделки, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что срок исковой давности не пропущен кредитором, поскольку о совершенной сделке он узнал не ранее получения оспариваемого договора - 11.07.2022, в суд же с заявлением об оспаривании сделки он обратился 14.10.2022.

Доводы ответчика и третьего лица об обратном противоречат установленным судом обстоятельствам.

Выводы суда первой инстанции о применении последствий недействительности сделки в части дарения долей земельного участка и здания в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 350 000 руб. (700 000 руб.:2) также являются правомерными.

Довод жалобы о том, что обжалуемым судебным актом ФИО1 лишена совместно нажитого имущества, подлежит отклонению, поскольку спорное имущество в любом случае не подлежало возврату в конкурсную массу, поскольку договор купли-продажи от 15.08.2021, заключенный между ФИО1 и ФИО4, признан реальной сделкой.

В силу статьи 39 СК РФ, при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными.

В данном случае суд первой инстанции, признавая договор от 09.10.2020 в части пункта 3 договора, а именно дарения ФИО5 своей супруге ФИО1 спорного имущества (? доли земельного участка и ? доли здания) верно указал, что сделка в части дарения совершена между заинтересованными лицами, в связи с чем, ФИО1 знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

При этом отказывая в признании недействительным договора купли-продажи от 15.08.2021, заключенного между ФИО1 и ФИО4, суд первой инстанции, учитывая реальность оспариваемого договору купли-продажи, правомерно применил последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу стоимости ? проданного ФИО1 совместно нажитого имущества.

Пунктом 7 статьи 213.26 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Таким образом, права супруга могут быть учтены при реализации иного совместно нажитого имущества должника.

Иное толкование положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств настоящего обособленного спора по делу о банкротстве должника не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

Учитывая изложенное, фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, им дана надлежащая правовая оценка. Оснований для их переоценки у судебной коллегии не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не содержат.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 25.12.2023 по делу                                       № А23-264/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.


Председательствующий судья

Судьи

Ю.А. Волкова

И.В. Девонина

О.Г. Тучкова