Постановление от 16 июля 2019 г. по делу № А60-47738/2017

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-17875/2018(5)-АК

Дело №А60-47738/2017
16 июля 2019 года
город Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 11 июля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 июля 2019 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей Т.В. Макарова, С.И. Мармазовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Т.С. Саранцевой,

в отсутствии лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу третьего лица акционерного общества «Банк Интеза»

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 04 апреля 2019 года

о признании недействительным договора от 04.10.2014, заключенного между должником и Тетеревой Марфой Григорьевной, по отчуждению 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру и применении последствий недействительности сделки,

вынесенное судьей С.П. Ворониным

в рамках дела №А60-47738/2017

о признании Карпина Игоря Владимировича (ИНН 666005007809) несостоятельным (банкротом),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Карпина Ирина Владимировна, Карпин Алексей Игоревич, акционерное общество «Банк Интеза»,



установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 08.09.2017 поступило заявление ООО «А-СОЛЬ» (ИНН 7805495207, ОГРН 1097847184016) о признании Карпина Игоря Владимировича (ИНН 666005007809) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 20.09.2017 к производству арбитражного суда принято заявление ООО «А-СОЛЬ» о признании Карпина Игоря Владимировича (далее – Карпин И.В., должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда от 04.12.2017 (резолютивная часть объявлена 27.11.2017) заявление ООО «А-СОЛЬ» признано обоснованным, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден Сурин Владимир Владимирович (далее - Сурин В.В., финансовый управляющий).

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсант» №230 от 09.12.2017.

Финансовый управляющий должника 19.06.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договора от 04.10.2014, заключенного между должником и Тетеревой Марфой Григорьевной недействительным и применении последствий его недействительности в виде возврата в конкурсную массу имущества, состоящего из 1/3 в праве общей долевой собственности на жилое помещение (квартиру) общей площадью 94,8 кв.м, кадастровый номер 66:41:070500564060 по основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, а также по общим основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением суда от 20 июня 2018 года заявление принято к производству. В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Карпина Ирина Владимировна, Карпин Алексей Игоревич и акционерное общество «Банк Интеза».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.04.2019 (резолютивная часть от 01.04.2019) заявление финансового управляющего Сурина В.В. удовлетворено. Договор от 04.10.2014, заключенный между Карпиным Игорем Владимировичем и Тетеревой Марфой Григорьевной, признан недействительным; применены последствия недействительности сделки в виде возложения на Тетереву Марфу Григорьеву обязанности возвратить Карпину Игорю Владимировичу имущество, состоящее из 1/3 в праве общей долевой собственности на жилое помещение (квартиру) общей площадью 94,8 кв.м, расположенное по адресу: г. Екатеринбург, ул. Владимира Высоцкого, д. 40, кв. 129, кадастровый номер 66:41:070500564060. Установлено, что указанное имущество возвращается собственнику обремененное залогом АО «Банк Интеза». В порядке распределения судебных расходов с Тетеревой Марфы Григорьевны в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000,00 рублей.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, третье лицо АО «Банк Интеза» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 04.04.2019 отменить и принять новый судебный акт.

Заявитель жалобы ссылается на то, что для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки на причинение вреда иным лицам. Судом первой инстанции не принят во внимание тот факт, что Карпин И.В., получив в порядке наследования 1/3 доли в праве собственности на спорную квартиру и передав ее по оспариваемой сделки Тетеревой М.Г., получил при этом взамен экономическую выгоду в большем объеме, чем стоимость 1/3 в праве собственности на квартиру, поскольку Тетерева М.Г. заложила в целом всю квартиру по обязательствам Карпина И.В. перед банком, а также дала личное поручительство по тем же обязательствам. Выражает несогласие с выводом суда об отсутствии экономической целесообразности в заключении оспариваемой сделки. Финансовым управляющим не предоставлено сведений о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения оспариваемой сиделки; не доказана противоправность цели при совершении сделки; должник и Тетерева М.Г. не совершали действий по выводу активов должника (сокрытию имущества) в преддверии возбуждения дела о банкротстве. Признание сделки по отчуждению 1/3 доли в праве собственности на квартиру не приведет к восстановлению права и законных интересов кредиторов. Возврат 1/3 доли в праве собственности на квартиру экономически нецелесообразен, поскольку приведет к невозможности исполнения решения Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 29.09.2016 по гражданскому делу №2-5992/2016, которым было обращено взыскание на всю квартиру в целом. Реализация 1/3 доли в праве собственности на квартиру приведет к дополнительным расходам в деле о банкротстве, низкой цене реализации в связи с ее инвестиционной непривлекательностью. Экономическая выгода для кредиторов будет заключаться только в получении 20% от цены реализации 1/3 доли в праве на публичных торгах за вычетом всех расходов, связанных с реализацией такого имущественного права.

При подаче апелляционной жалобы банком уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей (платежное поручение №826 от 16.04.2019).

Письменные отзывы в материалы дела от лиц, участвующих в деле, не поступили.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в ходе процедуры реализации имущества гражданина финансовым управляющим должника выявлены сделки, по которым должник произвел отчуждение имущества, в том числе 1/3 доли в праве собственности на квартиру, общей площадью 94,8 кв.м, кадастровый номер 66:41:0705005:4060, расположенную по адресу: Российская Федерация, Свердловская область, город Екатеринбург, улица Владимира Высоцкого д. 40, кв. 129 по цене 100 000,00 рублей.

Полагая, что указанный выше договор купли-продажи имущества от 04.10.2014 привел к отчуждению должником ликвидного имущества по заниженной цене. По мнению финансового управляющего, договор заключен в условиях наличия у должника неисполненных денежных обязательств без соответствующего встречного предоставления в отношении заинтересованного лица и обладает квалифицирующими признаками для его признания как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (статья 10, 168 ГК РФ), что явилось основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, арбитражный суд первой инстанции исходил из наличия всей совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по заявленным правовым основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд указал, что сделка заключена между заинтересованными лицами, действия сторон были направлены на вывод ликвидного имущества должника из конкурсной массы с целью невозможности удовлетворения требований кредиторов, в отсутствии факта оплаты покупателем стоимости спорного имущества должнику. При этом, суд сделал вывод о добросовестности поведения банка, установив, что спорное имущество обременено залогом банка.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской федерации (далее – ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III. 1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63) разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абзаца 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацем 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Из материалов дела следует и подтверждено документально, что 04.10.2014 между Карпиным Игорем Владимировичем (первый продавец), Карпиным Алексеем Игоревичем (второй продавец), Карпиной Ириной Владимировной (третий продавце) и Тетеревой Марфой Григорьевной (покупатель) заключен договор, по условиям которого продавцы продали, а покупатель купила в собственность по 1/3 доли в праве собственности квартиры, общей площадью 94,8 кв.м., кадастровый номер 66:41:0705005:4060, расположенной по адресу: Российская Федерация, Свердловская область, город Екатеринбург, улица Владимира Высоцкого д. 40, кв. 129. В результате чего Тетерева М.Г. стала единственным собственником квартиры.

Согласно условиям договора отчуждаемое имущество, а именно: 1/3 доля Карпина Игоря Владимировича в праве собственности на спорную квартиру, оценено сторонами договора в сумме 100 000 рублей и продано покупателю за указанную сумму, уплаченную покупателем продавцу полностью до подписания договора.

Заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 20.09.2017, оспариваемый договор заключен 04.10.2014, следовательно, оспариваемая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

Судом установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед Банком ВТБ (ПАО), ПАО «Промсвязьбанк».

Доказательств того, что неисполнение должником обязательств перед кредиторами связано не с отсутствием или недостаточностью денежных средств, а по каким-либо иным причинам, материалы дела не содержат (статья 65 АПК РФ). Доводов, опровергающих указанное, в апелляционной жалобе не приведено.

Спорные сделки были совершены безвозмездно, поскольку доказательств фактической передачи денежных средств по договору и сведений о расходовании денежных средств должником не представлено.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Поскольку спорный договор купли-продажи оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Учитывая наличие доказательств заинтересованности должника и ответчика в материалах дела, фактические обстоятельства рассматриваемого спора свидетельствуют о том, что ответчик не мог не осознавать противоправной цели совершения сделки.

Материалами дела установлено, что договор купли-продажи доли в праве собственности на квартиру от 04.10.2014 совершен без соответствующего встречного предоставления, и такая безвозмездная реализация существенного ликвидного актива должника повлекла за собой уменьшение его конкурсной массы, что является препятствием для осуществления расчетов с кредиторами (при наличии кредиторов второй очереди), нарушает их права и охраняемые законом интересы, при этом стороны оспариваемой сделки, являясь заинтересованными лицами (Тетерева М.Г. является матерью супруги должника), знали (не могли не знать) об указанных последствиях своих действий и совершили оспариваемую сделку и соответствующие регистрационные действия.

Из указанного следует, что действия сторон спорной сделки были непосредственно направлены на вывод из владения должника ликвидного актива значительной стоимостью, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют.

Поведение должника и Тетеревой М.Г. по отчуждению спорного имущества в отсутствие какого-либо встречного предоставления, не может быть объяснено с точки зрения нормальных стандартов деятельности физических лиц, когда они вступают в гражданско-правовые отношения по заключению сделок, какая-либо экономическая целесообразность в заключении оспариваемой сделки, по мнению суда, отсутствует.

Вышеназванные обстоятельства свидетельствуют о том, что Тетерева М.Г. не могла не знать о признаках неплатежеспособности должника и преследуемой должником при совершении сделок цели причинения вреда кредиторам.

Следовательно, оспариваемая сделка совершена в интересах заинтересованного лица, без встречного предоставления в условиях неплатежеспособности должника.

Хронология данных событий позволяет сделать вывод о том, что мероприятия по реализации имущества были произведены должником в целях сокрытия данного имущества от притязаний кредиторов и подготовки к возбуждению дела о банкротстве.

Поскольку должником в преддверии возбуждения дела о банкротстве, инициированного самим должником, в пользу заинтересованного лица было выведено имущество, за счет которого могло быть произведено частичное удовлетворение требований кредиторов, действия должника в данном случае нельзя признать добросовестными. Учитывая то обстоятельство, что вторая сторона сделки так же была осведомлена о наличии признаков неплатежеспособности, действия сторон при совершении оспариваемой сделки следует квалифицировать как злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ).

Также судом первой инстанции установлено, что спорное имущество обременено правами залога в пользу АО «Банк Интеза» в силу договора об ипотеке от 26.06.2015 №LD1517600056, заключенного между АО «Банк Интеза» (залогодержатель) и Тетеревой М.Г. (залогодатель) в обеспечение обязательств должника перед банком по кредитному соглашению от 26.06.2015 №LD1517600056, заключенному между должником Карпиным И.В. и банком. Залоговая стоимость квартиры по договору залога от 26.06.2015 была определена в размере 5 600 000 рублей.

В связи с неисполнением Карпиным И.В. обязательств по кредитному договору решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга по делу № 2- 5992/2016 от 29.09.2016, с учетом апелляционного определения судебной коллегии Свердловского областного суда от 15.11.2016 с Карпина И.В. и с его поручителей, в том числе, с Тетеревой М.Г., в пользу АО «Банк Интеза» взыскано солидарно 10 703 921,66 рубля с обращением взыскания на заложенное имущество должников, в том числе, на квартиру по адресу: город Екатеринбург, улица Владимира Высоцкого д. 40, кв. 129, с установлением начальной продажной цены квартиры в размере 4 762 400 рублей.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что наличие судебного акта по другому делу об обращении взыскания на имущество Тетеревой М.Г. в виде квартиры по адресу: город Екатеринбург, улица Владимира Высоцкого д. 40, кв. 129, также не является препятствием для возврата имущества (имущественного права) должнику, поскольку при наличии оснований для признания сделки должника недействительной и принятия судом решения об этом, обращение взыскания на всю квартиру, в том числе, на долю Карпина И.В., невозможно.

Из материалов дела следует, что квартира по адресу: город Екатеринбург, улица Владимира Высоцкого д. 40, кв. 129, 1/3 доли в общей долевой собственности на которой остается за Карпиным И.В., обременено правами залога в пользу АО «Банк Интеза» в силу договора об ипотеке от 26.06.2015 №LD1517600056/3-1, заключенного между АО «Банк Интеза» (залогодержатель) и Тетеревой М.Г. (залогодатель) в обеспечение обязательств должника перед банком по кредитному договору от 26.06.2015 №LD1517600056.

Договор об ипотеке от 26.06.2015 №LD1517600056 не оспорен, недействительным не признан.

Таким образом, АО «Банк Интеза» в настоящее время является залогодержателем недвижимого имущества, следовательно и имущественного права в виде доли в общей собственности на это имущество.

С учетом данных обстоятельств, суд первой инстанции верно установил, что АО «Банк Интеза» в настоящее время является залогодержателем недвижимого имущества, являющегося предметом оспариваемой сделки.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 353 ГК РФ, в случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу залог сохраняется.

Из приведенного принципа следования имеются исключения, касающиеся, прежде всего, отказа залогодержателю, недобросовестно приобретшему залог, в защите формально принадлежащего ему права. Так, по смыслу статьи 10 и абзаца второго пункта 2 статьи 335 ГК РФ недобросовестным признается залогодержатель, которому вещь передана в залог от лица, не являющегося ее собственником, о чем залогодержатель знал или должен был знать.

При признании сделки купли-продажи недействительной и применении последствий ее недействительности, если спорное имущество, являвшееся свободным от прав третьих лиц до исполнения договора купли-продажи, обременено действующим залогом, судам следует определять и юридическую судьбу данного залога для чего, в том числе, следует определять, является ли залогодержатель добросовестным (определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 301-ЭС15-20282, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061).

Поскольку должник не является залогодателем, но к нему в порядке применения последствий недействительности сделки подлежит возврату имущество, которое после незаконного отчуждения было обременено залогом, судебному исследованию и оценке подлежит вопрос о добросовестности залогодержателя.

Указанное усматривается из правовых позиций, изложенных в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», который подлежит применению по аналогии.

В пункте 7 указанного Постановления Пленума ВАС РФ разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что сторона расторгнутого договора, которой было возвращено переданное ею в собственность другой стороне имущество, приобретает право собственности на это имущество производным способом (абзац 1 пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации) от другой стороны расторгнутого договора. Следовательно, обременения (например, ипотека), установленные собственником в отношении этого имущества до момента передачи его обратно в собственность лицу, заявившему требование о расторжении договора, сохраняются, за исключением случаев заведомо недобросовестного поведения лица, в пользу которого было установлено соответствующее обременение (пункт 4 статьи 1, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что АО «Банк Интеза», предоставляя Карпину И.В. денежные средства под обеспечение в виде поручительства и залога недвижимости, полагалось на запись о праве собственности другого лица - залогодателя (Тетеревой М.Г.) на квартиру по адресу: город Екатеринбург, улица Владимира Высоцкого д. 40, кв. 129 в государственном реестре, которая в силу закона является единственным подтверждением существования зарегистрированного права, пока судом не будет установлено иное (пункт 1 статьи 2 Федерального закона от 21.07.1997 №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»).

В деле нет доказательств того, что АО «Банк Интеза», принимая недвижимость в залог, знало об условиях сделки от 04.10.2014 между Карпиным И.В. и Тетеревой М.Г., о фактической цели этой сделки. Из материалов дела также не следует, что банк, действуя разумно и проявляя требующуюся осмотрительность, мог установить наличие признаков недействительности этой сделки.

Учитывая отсутствие в материалах дела доказательств, позволяющих сделать суждения о недобросовестности залогодержателя, спорное недвижимое имущество подлежит возврату в конкурсную массу должника, обремененное залогом АО «Банк Интеза».

Таким образом, поскольку сделка была направлена на уменьшение конкурсной массы должника, что свидетельствует о злоупотреблении лицами, совершившими данную сделку, своими правами, у суда имелись основания для признания ее недействительной применительно к положениям статьи 168 ГК РФ, как несоответствующей требованиям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ.

Оценка аналогичных фактов злоупотребления правом при совершении должником сделки от 04.08.2014 купли-продажи иного имущества должника (квартиры), также совершенной между Карпиным И.В. и Тетеревой М.Г., дана судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении другого обособленного спора по настоящему дела. При этом судебный акт, которым установлены изложенные выше обстоятельства (единство цели и согласованность действий участников сделки, поведение обоих участников, их поведение, которое носило явный и очевидный характер, при котором не оставалось бы сомнений в истинной цели совершения этих действий, а именно - их направленности на вывод активов из имущественной массы предпринимателя), полностью совпадающие с составом деликта по настоящему делу, вступил в законную силу (определение суда от 20.09.2018, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2019 №17АП-17875/2018-АК).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N63, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки ((пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац 2 пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Таким образом, арбитражный суд первой инстанции одновременно с признанием оспариваемой сделки недействительной разрешил вопрос о применении соответствующих последствий ее недействительности применительно к положениям пункта 2 статьи 167 ГК РФ требованию о приведении сторон сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Также суд первой инстанции, правильно применил последствия недействительности сделок в виде односторонней реституции - возврата в конкурсную массу должника спорного имущества без восстановления права требования, поскольку денежные средства по сделке не уплачивались и доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Определение по настоящему обособленному спору является основанием для внесения соответствующей записи в ЕГРН в отношении объекта недвижимого имущества (пункт 6 информационного письма президиума ВАС РФ от 21 июля 2009 года N132, абзац 2 пункта 52 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29 апреля 2010 года N 10/22).

Доводы АО «Банк Интеза» об экономической целесообразности сделки и отсутствии злоупотребления правом при ее совершении, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку в материалы дела не представлены доказательства того, что в результате совершения оспариваемого договора улучшилось финансовое состояние должника. Действия должника и ответчика не были направлены на восстановление платежеспособности должника и пополнение его активов с целью удовлетворения требований кредиторов. При этом следует отметить, что в результате совершения указанной сделки, требования кредиторов уменьшены не были.

Отчуждение имущества совершено в неблагоприятных финансовых условиях, в которых находился должник, экономический смысл указанных действий не обоснован.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о получении Карпиным И.В. экономической выгоды в большем объеме по сравнению с долей в праве собственности, отчужденной в пользу Тетеревой М.Г., подлежат отклонению как необоснованные.

Безвозмездная передача имущества повлекла за собой уменьшение конкурсной массы должника, что является препятствием для осуществления расчетов с кредиторами и нарушает их права и охраняемые законом интересы. Должник и заинтересованное лицо не могли не знать о такого рода последствиях своих действий. Более того, их действия, с учетом изложенных выше признаков злоупотребления правом, были непосредственно направлены на их наступление.

Ссылка апеллянта на отсутствие экономической целесообразности возврата 1/3 доли в праве собственности на квартиру, является несостоятельной. Доказательств того, что указанные действия повлекут невозможность исполнения решения Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 29.09.2016 года по гражданскому делу №2-5992/2016 по обращению взыскания на предмет залога, суду не представлено.

То обстоятельство, что конкурсная масса должника от реализации указанного имущества пополнится лишь на 20% от цены реализации 1/3 доли в праве на публичных торгах за вычетом расходов, связанных с реализацией такого имущества, не может свидетельствовать об отсутствии правовых оснований для признания ее недействительной по заявленным основаниям.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Основания для переоценки установленных судом первой инстанции обстоятельств, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 апреля 2019 года по делу №А60-47738/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина




Судьи


Т.В. Макаров



С.И. Мармазова