Постановление от 30 марта 2021 г. по делу № А65-2538/2018

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-2538/2018
г. Самара
30 марта 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 марта 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 30 марта 2021 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Романенко С.Ш.,

судей Митиной Е.А., Ануфриевой А.Э.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ООО «Лизинговая компания «Самаранефтепромлизинг» - представитель ФИО2, доверенность от 09.01.2019;

от ООО «СБК - Техносервис» - представитель ФИО3, доверенность от 04.12.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании 23 марта 2021 года в зале № 6 апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «Самаранефтепромлизинг» на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.10.2020, по делу № А65-2538/2018 (судья Бадретдинова А.Р.)

по иску общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «Самаранефтепромлизинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «СБК – Техносервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 50 621 612 рублей 27 копеек неосновательного обогащения,

и по встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «СБК – Техносервис»

к обществу с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «Самаранефтепромлизинг»

о взыскании 23 097 151 рублей 09 копеек неосновательного обогащения,

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «Самаранефтепромлизинг», г. Самара обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СБК – Техносервис», г. Нижнекамск о взыскании 9 194 870 рублей 42 копейки неосновательного обогащения.

Определением арбитражного суда от 26.04.2018 принято к производству арбитражного суда для совместного рассмотрения с первоначальным иском встречный иск о взыскании с истца в пользу ответчика 37 036 141 рублей 92 копейки неосновательного обогащения.

Определением арбитражного суда от 23.05.2018 принято увеличение размера первоначального иска до 11 110 874 рублей 48 копеек неосновательного обогащения.

Решением арбитражного суда от 29.06.2018 первоначальный иск удовлетворен, с ответчика в пользу истца взыскано 11 110 874 рублей 48 копеек неосновательного обогащения, в удовлетворении встречного иска отказано.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 10.09.2018 указанный судебный акт суда первой инстанции оставлен без изменения.

Постановлением суда кассационной инстанции от 19.12.2018 решение суда первой инстанции от 29.06.2018 и постановление суда апелляционной инстанции от 10.09.2018 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Основанием для отмены принятых судами первой и апелляционной инстанций судебных актов и направления дела на новое рассмотрение явились допущенные судами нарушения, которые выразились в следующем.

При рассмотрении дела арбитражным судом было отказано в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении судебной экспертизы при отсутствии фактов злоупотребления данным лицом процессуальными правами. При оценке доводов ответчика об изъятия истцом предметов лизинга 09.12.2016, представившего соответствующую копию акта, судом первой инстанции не были учтены положения части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об отсутствии в материалах дела иной копии акта от 09.12.2016.

В постановлении от 19.12.2018 судом кассационной инстанции также указано, что предмет лизинга после его изъятия истцом и до его реализации был передан третьему лицу в аренду, что повлияло на оценочную стоимость имущества и на его продажную цену.

Определением арбитражного суда от 14.01.2019 дело принято к повторному рассмотрению и назначено к предварительному судебному заседанию.

Определением арбитражного суда от 06.02.2019 дело назначено к основному судебному разбирательству.

Решением арбитражного суда от 14.03.2019 первоначальный иск удовлетворен, с ответчика в пользу истца взыскано 11 110 874 рублей 48 копеек неосновательного обогащения, в удовлетворении встречного иска отказано.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 25.07.2019 указанный судебный акт суда первой инстанции оставлен без изменения.

Постановлением суда кассационной инстанции от 29.10.2019 решение суда первой инстанции от 14.03.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 25.07.2019 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Основанием для отмены принятых судами первой и апелляционной инстанций судебных актов и направления дела на новое рассмотрение явились допущенные судами нарушения, которые выразились в следующем.

Судом кассационной инстанции указано на необоснованный судами обеих инстанций отказ в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости лизингового имущества.

С учетом сдачи в аренду предмета лизинга, предоставленного ответчику по договору аренды от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014, суд кассационной инстанции указал, что плата за финансирование по этому договору не должна взиматься с момента передачи истцом третьему лицу имущества в аренду по договору от 20.01.2017. В связи с этим указано также на необходимость обеим инстанциям определить разумный срок для продажи лизингового имущества.

В постановлении от 29.10.2019 проверочной инстанцией указано на несоответствие статье 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказ судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства истца об объединении настоящего дела с делом № А65-30171/2018.

Определением арбитражного суда от 08.11.2019 дело назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании.

Определением арбитражного суда от 17.02.2020 дело назначено к основному судебному разбирательству.

Одновременно указанным судебным актом назначено проведение по делу судебной экспертизы на предмет определения рыночной стоимости оборудования по договорам, положенным в основание иска, проведение экспертизы поручено эксперту автономной некоммерческой организации «СОДЭКС МГЮА им. О.Е. Кутафина» ФИО4

Определением арбитражного суда от 24.09.2020 объединено дело № А65-30171/2018 с настоящим делом в одно производство для целей совместного рассмотрения, производство по делу № А65-30171/2018, приостановленное определением арбитражного суда от 20.11.2019 до рассмотрения настоящего дела, возобновлено.

При новом рассмотрении решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.10.2020, по делу № А65-2538/2018 первоначальный иск удовлетворен частично.

Встречный иск удовлетворен. Проведен зачет первоначальных и встречных исковых требований. В результате зачета взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «Самаранефтепромлизинг», г. Самара в пользу общества с ограниченной ответственностью «СБК – Техносервис», г. Нижнекамск денежная сумма в размере 19 742 313 рублей 57 копеек. Распределены расходы за проведение экспертизы и судебные расходы.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Самаранефтепромлизинг» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой считает принятое решение незаконным и необоснованным, просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить в полном объеме первоначальные исковые требования, в удовлетворении встречных исковых требований отказать.

При этом в жалобе заявитель указывает, что для правильного разрешения спора имеет значение установление факта добросовестного или недобросовестного и неразумного поведения лизингодателя, потому что только в случае установления недобросовестности лизингодателя в расчет сальдо принимается не цена продажи имущества, а цена по данным оценщика. Если недобросовестность не доказана, то рыночная оценка не применяется, бремя доказывания недобросовестности лизингодателя лежит на лизингополучателе.

Указывает, что в материалах дела имеются доказательства совершении лизингодателем действий о продаже предметов лизинга, попыток лизингодателя продать предметы лизинга по более высокой цене. Из судебной экспертизы (заключение эксперта № 95-20 от 28.08.2020) и отчетов об оценке (отчет № 2017.02-146), отчет № 2017.05-507) следует , что развитый рынок оборудования, аналогично предметам лизинга, отсутствует. Сроки продажи имущества признаны судом разумными. Несмотря на что судом, сделан вывод о том, что истец неразумно и необоснованно реализовал имущество по заниженной стоимости. В то время как вероятная цена, установленная судебной экспертизой, и неспособность лизингодателя в отсутствие на рынке реального потребительского спроса продать имущество по вероятной цене не может свидетельствовать о недобросовестности лица, которое не смогло продать имущество по этой вероятной цене.

Более того, указывает, что существенное расхождение между фактической ценой продажи имущества и его рыночной оценкой, выполненной судебной экспертизой, сам по себе не является доказательством недобросовестности и неразумности лизингодателя при продаже имущества.

Заявитель в жалобе ссылается на несоответствие выводов изложенных в решении, обстоятельствам дела и указывает, что отказывая в удовлетворении ходатайства о проведении повторной экспертизы, судом сделан вывод об отсутствии в заключении эксперта внутренних противоречии, о его полноте, достаточности и ясности, о недоказанности несоответствия законодательству изложенных экспертом сведений, а так же о недоказанности того, что в заключении имеются недостатки, которые могли повлиять на вывод эксперта. Данные выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, кроме того эксперт ссылается в заключении на документы, которых не существует в материалах дела и никогда не было.

Более того заявитель, указывает на неправильное применение норм материального и процессуального права, выразившиеся в критической оценке объяснений истца относительно недостатков, имеющихся в материалах дела отчетов об оценке и произведенных истцом расчетам, указав, что истец не является лицом, профессионально занимающимся оценочной деятельностью, там самым у истца отсутствовала возможность аргументировать свою позицию относительно ошибок экспертизы, кроме как прибегнув к мнению специалиста по данному вопросу, оформленному в виде рецензии, которая выполнены по материалам судебной экспертизы, следовательно имеет отношение к рассматриваемому делу, в связи с чем непринятие судом представленной истцом профессиональной рецензии является необоснованным, немотивированным, нарушающим ст.ст. 41, 64 АПК РФ, а так де принцип состязательности сторон.

Определением апелляционного суда от 19.01.2021, в связи с временной нетрудоспособностью в связи с болезнью председательствующего судьи Романенко С.Ш., рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 28.01.2021 на 16 час. 40 мин.

Определением апелляционного суда от 28.01.2021, в связи с временной нетрудоспособностью в связи с болезнью председательствующего судьи Романенко С.Ш., рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 25.02.2021 на 09 час. 20 мин.

Определением апелляционного суда от 25.02.2021, рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 28.01.2021 на 16 час. 40 мин., обязав ООО «СБК-Техносервис» представить суду письменный отзыв по каждому доводу апелляционной жалобы.

21.03.2021 от ООО «СБК-Техносервис» поступил отзыв на апелляционную жалобу по доводам апелляционной жалобы.

Определением апелляционного суда от 23.03.2021 на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации была произведена замена судьи Ястремского Л.Л. в связи с нахождением в ежегодном отпуске. После замены судьи рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

Сведения о месте и времени судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11ааs.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебном заседании представитель ООО «Лизинговая компания «Саманефтепромлизинг» апелляционную жалобу поддержал, решение суда считает незаконным и необоснованным, просил его отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель ООО «СБК-Техносервис» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев представленные материалы и оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, выслушав стороны, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд установил.

Как следует из материалов дела, между истцом (лизингодатель) и ответчиком (лизингополучатель) заключены несколько договоров внутреннего лизинга, предметом которых являлось используемые в бурении нефтегазовых скважин трубы различного диаметра и буровая установка.

По первому договору от 19.01.2015 № 1/ДЛ/2015 с учетом дополнительных соглашений к нему истец обязался приобрести в собственность указанное ответчиком имущество и предоставить ответчику это имущество за плату во временное владение и пользование с переходом к лизингополучателю права собственности на предмет лизинга на условиях и в порядке, предусмотренном договором.

Сумма договора составляет 3 454 588 рублей 53 копейки.

За предоставленное право владения и пользования переданным в лизинг имуществом лизингополучатель обязался уплачивать лизингодателю лизинговые платежи согласно графику лизинговых платежей.

По акту приема-передачи предметы лизинга в количестве 28 единиц переданы лизингополучателю.

По второму договору от 19.01.2015 № 2/ДЛ/2015 с учетом дополнительных соглашений к нему истец обязался приобрести в собственность указанное ответчиком имущество и предоставить ответчику это имущество за плату во временное владение и пользование с переходом к лизингополучателю права собственности на предмет лизинга на условиях и в порядке, предусмотренном договором.

Сумма договора составляет 20 960 503 рублей 92 копейки.

За предоставленное право владения и пользования переданным в лизинг имуществом лизингополучатель обязался уплачивать лизингодателю лизинговые платежи согласно графику лизинговых платежей.

По акту приема-передачи предметы лизинга в количестве 270 единиц переданы лизингополучателю.

По третьему договору от 19.01.2015 № 3/ДЛ/2015 с учетом дополнительных соглашений к нему истец обязался приобрести в собственность указанное ответчиком имущество и предоставить ответчику это имущество за плату во временное владение и пользование с переходом к лизингополучателю права собственности на предмет лизинга на условиях и в порядке, предусмотренном договором.

Сумма договора составляет 1 648 451 рублей 36 копеек.

За предоставленное право владения и пользования переданным в лизинг имуществом лизингополучатель обязался уплачивать лизингодателю лизинговые платежи согласно графику лизинговых платежей.

По акту приема-передачи предметы лизинга в количестве 4 единицы переданы лизингополучателю.

По четвертому договору от 19.01.2015 № 4/ДЛ/2015 с учетом дополнительных соглашений к нему истец обязался приобрести в собственность указанное ответчиком имущество и предоставить ответчику это имущество за плату во временное владение и пользование с переходом к лизингополучателю права собственности на предмет лизинга на условиях и в порядке, предусмотренном договором.

Сумма договора составляет 1 702 914 рублей 09 копеек.

За предоставленное право владения и пользования переданным в лизинг имуществом лизингополучатель обязался уплачивать лизингодателю лизинговые платежи согласно графику лизинговых платежей.

По акту приема-передачи предметы лизинга в количестве 10 единиц переданы лизингополучателю.

По пятому договору от 16.03.2015 № 7/ДЛ/2015 с учетом дополнительных соглашений к нему истец обязался приобрести в собственность указанное ответчиком имущество и предоставить ответчику это имущество за плату во временное владение и пользование с переходом к лизингополучателю права собственности на предмет лизинга на условиях и в порядке, предусмотренном договором.

Сумма договора составляет 1 907 026 рублей 10 копеек.

За предоставленное право владения и пользования переданным в лизинг имуществом лизингополучатель обязался уплачивать лизингодателю лизинговые платежи согласно графику лизинговых платежей.

По акту приема-передачи предметы лизинга в количестве 12 единиц переданы лизингополучателю.

По шестому договору от 16.03.2015 № 8/ДЛ/2015 с учетом дополнительных соглашений к нему истец обязался приобрести в собственность указанное ответчиком имущество и предоставить ответчику это имущество за плату во временное владение и пользование с переходом к лизингополучателю права собственности на предмет лизинга на условиях и в порядке, предусмотренном договором.

Сумма договора составляет 735 228 рублей 56 копеек.

За предоставленное право владения и пользования переданным в лизинг имуществом лизингополучатель обязался уплачивать лизингодателю лизинговые платежи согласно графику лизинговых платежей.

По акту приема-передачи предметы лизинга в количестве 7 единиц переданы лизингополучателю.

По седьмому договору от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014 с учетом дополнительных соглашений к нему истец обязался приобрести в собственность указанное ответчиком имущество и предоставить ответчику это имущество за плату во временное владение и пользование с переходом к лизингополучателю права собственности на предмет лизинга на условиях и в порядке, предусмотренном договором.

Сумма договора составляет 232 340 988 рублей 62 копейки.

За предоставленное право владения и пользования переданным в лизинг имуществом лизингополучатель обязался уплачивать лизингодателю лизинговые платежи согласно графику лизинговых платежей.

По акту приема-передачи предметы лизинга переданы лизингополучателю.

Письмом от 23.11.2016 № 573 истец просил ответчика погасить имеющуюся у него задолженность по уплате лизинговых платежей.

В ответ на указанное письмо ответчик просил истца предоставить ему лизинговые каникулы ввиду финансовых затруднений.

Письмом от 02.12.2016 № 593 истец указал на нарушение ответчиком договорных обязательств по уплате лизинговых платежей, сообщил о запрете использования предметов лизинга с даты получения указанного письма.

В последующем предметы лизинга по всем перечисленным договорам лизинга были изъяты истцом, что подтверждается актом от 20.12.2016, перечень изъятого имущества указан в приложении к обозначенному акту.

Письмом от 26.12.2016 № 639 истец предложил ответчику явиться по месту нахождения истца для урегулирования всех имеющихся в рамках указанных договоров лизинга вопросов.

Уведомлением от 09.02.2017 № 109/02-17, 108/02-17, 107/02-17, 106/02-17, 105/02-17, 104/02-17, 103/02-17 истец в одностороннем порядке расторг договоры лизинга, которое получено ответчиком 28.02.2017.

Письмами от 28.04.2017 № 248/04-2017, 253/04-2017, 252/04-2017, 251/04-2017, 250/04-2017, 249/04-2017 истец просил ответчика уплатить сумму закрытия сделок.

Претензиями от 20.06.2017 № 352/06-2017, 25.01.2018 № СБК/ЦО/9, от 24.07.2018 № 440/07-2018 истец просил ответчика уплатить сумму неосновательного обогащения в результате подведения сальдо взаимных обязательств.

Оставление требования истца без удовлетворения явилось основанием для подачи настоящего иска в арбитражный суд.

Исковые требования заявлены в соответствии с положениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17), условиями четырех договоров от 19.01.2015 № 1-4/ДЛ/2015, двух договоров от 16.03.2015 № 7-8/ДЛ/2015 внутреннего лизинга, предметами которых является буровой инструмент (используемые в бурении нефтегазовых скважин трубы различного диаметра) и мотивированы тем, что в связи с передачей предметов лизинга истцу по акту от 20.12.2016 во исполнение запрета на эксплуатацию предметов лизинга, уведомлением от 09.02.2017 о расторжении договоров лизинга и определением их рыночной стоимости на основании отчета от 07.06.2017 № 2017.05-507 в размере 191 683 руб. 91 коп. сальдо встречных обязательств сложилось в пользу истца: по договору № 1 – 1 121 681 руб., по договору № 2 – 6 795 489 руб., по договору № 3 – 500 842 руб., по договору № 4 – 510 631 руб., по договору № 7 – 141 178 руб. 62 коп., по договору № 8 – 125 048 руб. 80 коп., всего – в сумме 9 194 870 руб. 42 коп. с учетом балансовой стоимости предметов лизинга.

Ответчик в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предъявил встречный иск о взыскании 37 036 141 руб. 92 коп. неосновательного обогащения в связи с незаконностью определения истцом стоимости возвращенных предметов лизинга по спорным договорам по балансовой стоимости и занижением рыночной оценки стоимости этого имущества, без учета расторжения договора от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014 выкупного лизинга (далее – договор № 22) и изъятием истцом предмета лизинга – прицепной буровой установки ZJ30T в комплекте – на основании акта от 09.12.2016.

При новом рассмотрении дела ответчик в порядке статьи 49 АПК РФ уменьшил встречные требования до 26 097 151 руб. 09 коп. неосновательного обогащения.

Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего исследования представленных доказательств, выполняя указание кассационной инстанции в силу статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 330, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, параграфа 6 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)», а так же пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», обосновано первоначальный иск удовлетворил частично, а встречный иск полностью исходя из следующего.

В постановлении от 23.04.2020 № 985-О Конституционным Судом Российской Федерации разъяснено, что положения статьи 46 Конституции Российской Федерации о праве на судебную защиту и конкретизирующих его норм арбитражного процессуального законодательства, устанавливающих порядок производства в арбитражном суде кассационной инстанции и находящихся в системной связи со статьей 6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющей предъявляемые ко всем судебным актам (независимо от принявшей их инстанции) требования законности, содержащиеся в постановлении арбитражного суда кассационной инстанции указания на действия, которые должны быть выполнены соответствующим арбитражным судом, вновь рассматривающим дело, представляют собой неотъемлемую составную часть такого постановления и имеют столь же обязывающий характер, как и любой иной судебный акт.

Гарантией выполнения нижестоящими арбитражными судами указаний суда кассационной инстанции выступают установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации процедуры проверки постановлений арбитражных судов и основания для их отмены или изменения.

Исходя из предмета и условий заключенных между сторонами договоров, арбитражный суд первой инстанции, в соответствии с пунктом 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом обстоятельств, приведенных в обоснование иска, пришел к верному выводу об их правовой квалификации как договоров, подпадающих в сферу правового регулирования параграфа 6 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из содержания пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: приобретение или сбережение имущества ответчиком без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований и обогащение ответчика за счет истца.

Доказывание данных обстоятельств входит в предмет доказывания истца по настоящему делу. Таким образом, суд первой инстанции верно указал, что спорные договоры лизинга прекращены, предметы лизинга возвращены истцу.

Факт изъятия предметов лизинга по спорным договорам оформлен актом от 20.12.2016, к которому имеется приложение с указанием всех предметов лизинга по договорам лизинга, оригинал которого предоставлен истцом на обозрения арбитражного суда при первоначальном рассмотрении дела, что отражено в протоколе судебного заседания и зафиксировано средствами аудиозаписи.

Доводы ответчика о том, что изъятие предметов лизинга осуществлялось с оформлением двух актов от 09.12.2016 и от 20.12.2016 верно отклонены судом первой инстанции, поскольку акт от 09.12.2016 представлен ответчиком в копии, оригинал не предоставлен. Поскольку акт об изъятии имущества оформляется в количестве не менее двух экземпляров, соответственно, у ответчика как другой стороны договоров лизинга должен оставаться второй экземпляр оригинала акта об изъятии предметов лизинга. Однако ответчиком оригинал акта об изъятии от 09.12.2016 суду не представлен, равно как и документы, достоверно подтверждающие факт его утраты после его составления.

Истцом заявлены возражения против акта от 09.12.2016 и в опровержение доводов ответчика предоставлен оригинал акта изъятия от 20.12.2016. Истец в ходе судебного заседания, состоявшегося 21.06.2018-22.06.2018, пояснял, что изъятие имущества продолжалось в течение нескольких дней, но факт изъятия имущества был оформлен одним актом от 20.12.2016.

Возражения ответчика об оформлении факта изъятия имущества двумя актами отклонены арбитражным судом первой инстанции, при наличии возражений со стороны истца, представившего оригинал акта от 20.12.2016, и не представления ответчиком в опровержение доводов истца оригинала акта от 09.12.2016, а только его копии.

При этом суд первой инстанции верно отметил, что относительно установления даты изъятия 20.12.2016 истцом у ответчика лизингового имущества судом кассационной инстанции в постановлении от 29.10.2019 каких-либо указаний не давалось.

Соответственно, имущество было изъято истцом 20.12.2016, факт которого был зафиксирован актом от 20.12.2016.

Поскольку из содержания параграфа 6 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)», следует, что специальными нормами предусмотрены особые последствия расторжения договора лизинга, а указанные правовые последствия расторжения договора лизинга отличаются от тех последствий, которые установлены в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» даны следующие разъяснения.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Таким образом, расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Истец, предъявляя настоящее исковое требование, по существу требует завершить существующий между ним и ответчиком спор путем определения сальдо встречных обязательств и завершающей обязанности одной стороны в отношении другой.

Изъятые по договорам внутреннего лизинга от 19.01.2015 № 1/ДЛ/2015, № 2/ДЛ/2015, № 3/ДЛ/2015, № 4/ДЛ/2015, от 16.03.2015 № 7/ДЛ/2015, № 8/ДЛ/2015 предметы лизинга реализованы истцом по договору купли-продажи от 16.03.2018 на сумму 2 603 000 рублей; изъятый по договору внутреннего лизинга от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014 предмет лизинга реализован истцом по договору купли-продажи от 28.05.2018 № 59766 на сумму 85 000 000 рублей, что подтверждается материалами дела.

При расчете платы за финансирование по договорам лизинга арбитражный суд первой инстанции исходил из дат, когда спорное имущество было реализовано истцом.

В постановлении от 29.10.2019 суд кассационной инстанции дал указания о порядке расчета платы за финансирование по договору от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014, которая не должна взиматься с ответчика с момента передачи истцом этого имущества в аренду третьему лицу по договору от 20.01.2017.

В ходе предыдущего рассмотрения дела арбитражным судом первой инстанции было установлено, что по договору аренды от 20.01.2017 предметом аренды являлось имущество, которое было предоставлено ответчику в лизинг по договору лизинга от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014. Указанное имущество передано истцом третьему лицу по акту приема-передачи от 20.01.2017.

Лизинговое имущество по иным договорам лизинга в аренду после их изъятия у ответчика не сдавалось, в ином пользовании у третьих лиц не находилось.

В постановлении от 29.10.2019, кассационной инстанции также было дано указание об определении разумного срока для продажи лизингового имущества.

Исполняя указания суда кассационной инстанции, арбитражный суд Республики Татарстан повторно исследовал указанное обстоятельство и верно пришел к следующему.

Предметом лизинга является специфическое оборудование (используемое в бурении нефтегазовых скважин трубы различного диаметра и буровая установка), которое используется только определенными лицами, имеющие для осуществления указанной деятельности специальное на то разрешение, в определенной сфере деятельности. То есть данное оборудование могут использовать только профессиональный круг лиц в узко определенной сфере деятельности на ограниченной территории использования.

Соответственно, в рассматриваемом случае сроки реализации предметов лизинга не равны срокам продажи имущества, не имеющих указанных ограничений, оборотоспособность которых не имеют жестких ограничений (например, транспортные средства, самоходная техника).

Исходя из представленных в материалы дела совокупности доказательств относительно обстоятельств реализации имущества, имеющего специальный характер использования в хозяйственной сфере, арбитражный суд Республики Татарстан приходит к выводу о разумности обозначенных сроков продажи имущества.

Ответчиком, не было представлено документов, свидетельствующих о возможности продажи этого имущества в те сроки, в которые он полагал возможным реализовать это имущество (в более короткие сроки реализации).

При этом суд первой инстанции верно указал, что доводы ответчика о том, что истцом были совершены действия по реализации лизингового имущества значительно позднее дат его изъятия, а после выставления имущества на продажу это имущество было реализовано лизинговой компанией в течение двух месяцев, не свидетельствует о неразумности указанных сроков.

Обозначенный срок подпадает под воздействие объективных факторов (рыночная конъектура), на которые не может повлиять продавец. При этом ответчиком не было представлено доказательств, что в случае принятия истцом мер по продаже имущества в разумный срок после его изъятия у ответчика это имущество было бы реализовано в течение двух месяцев.

В связи с чем, при расчете платы за финансирование арбитражный суд первой инстанции, верно, руководствуется датами реализации имущества по договорам внутреннего лизинга от 19.01.2015 № 1/ДЛ/2015, № 2/ДЛ/2015, № 3/ДЛ/2015, № 4/ДЛ/2015, от 16.03.2015 № 7/ДЛ/2015, № 8/ДЛ/2015 - 16.03.2018, а по договору внутреннего лизинга от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014 - 20.01.2017.

Как следует из содержания договора лизинга от 19.01.2015 № 1/ДЛ/2015, всего подлежали оплате платежи в сумме 3 454 588 рублей 53 копейки.

Внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи за вычетом авансового платежа составили 1 305 203 рублей 55 копеек.

Сумма предоставленного лизингодателем лизингополучателю финансирования (закупочная цена предмета лизинга за вычетом авансового платежа лизингополучателя) составляет 1 817 299 рублей 90 копеек.

Плата за финансирование в процентах годовых верно определена по формуле:

ПФ = ((П – А) – Ф) ÷ Ф × С/дн × 365 × 100,

где ПФ – плата за финансирование (в процентах годовых), П – общий размер платежей по договору лизинга, А – сумма аванса по договору лизинга, Ф – размер финансирования, С/дн – срок договора лизинга в днях.

ПФ = ((3 454 588,53 – 320 700) – (2 137 999,90 – 320 700) ÷ (2 137 999,90 – 320 700) × 1104) × 365 × 100 = 23,95 % годовых.

Плата за финансирование за период нахождения имущества в лизинге до фактического возврата финансирования до 16.03.2018 (1152 дней) составляет 1 373 699 рублей 48 копеек (1 817 299,90 х 1152 х 23,95 % ÷ 365).

Как следует из содержания договора лизинга от 19.01.2015 № 2/ДЛ/2015, всего подлежали оплате платежи в сумме 20 960 503 рублей 92 копейки.

Внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи за вычетом авансового платежа составили 7 917 918 рублей 30 копеек.

Сумма предоставленного лизингодателем лизингополучателю финансирования (закупочная цена предмета лизинга за вычетом авансового платежа лизингополучателя) составляет 11 016 000 рублей.

Плата за финансирование в процентах годовых определена по формуле:

ПФ = ((П – А) – Ф) ÷ Ф × С/дн × 365 × 100,

где ПФ – плата за финансирование (в процентах годовых), П – общий размер платежей по договору лизинга, А – сумма аванса по договору лизинга, Ф – размер финансирования, С/дн – срок договора лизинга в днях.

ПФ = ((20 960 503,92 – 1 944 000) – (12 960 000 – 1 944 000) ÷ (12 960 000 – 1 944 000) × 1104) × 365 × 100 = 24,01 % годовых.

Плата за финансирование за период нахождения имущества в лизинге до фактического возврата финансирования до 16.03.2018 (1152 дней) составляет 5 586 986 рублей 23 копеек (11 016 000 х 1152 х 24,01 % ÷ 365).

Как следует из содержания договора лизинга от 19.01.2015 № 3/ДЛ/2015, всего подлежали оплате платежи в сумме 1 648 451 рублей 36 копеек.

Внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи за вычетом авансового платежа составили 706 090 рублей 92 копеек.

Сумма предоставленного лизингодателем лизингополучателю финансирования (закупочная цена предмета лизинга за вычетом авансового платежа лизингополучателя) составляет 867 000 рублей.

Плата за финансирование в процентах годовых определена по формуле:

ПФ = ((П – А) – Ф) ÷ Ф × С/дн × 365 × 100,

где ПФ – плата за финансирование (в процентах годовых), П – общий размер платежей по договору лизинга, А – сумма аванса по договору лизинга, Ф – размер финансирования, С/дн – срок договора лизинга в днях.

ПФ = ((1 648 451,36 – 153 000) – (1 020 000 – 153 000) ÷ (1 020 000 – 153 000) × 1104) × 365 × 100 = 23,96 % годовых.

Плата за финансирование за период нахождения имущества в лизинге до фактического возврата финансирования до 16.03.2018 (1152 дней) составляет 655 640 рублей 13 копеек (867 000 х 1152 х 23,96 % ÷ 365).

Как следует из содержания договора лизинга от 19.01.2015 № 4/ДЛ/2015, подлежали оплате платежи в сумме 1 702 914 рублей 09 копеек.

Внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи за вычетом авансового платежа составили 686 636 рублей 48 копеек.

Сумма предоставленного лизингодателем лизингополучателю финансирования (закупочная цена предмета лизинга за вычетом авансового платежа лизингополучателя) составляет 892 123 рублей 03 копейки.

Плата за финансирование в процентах годовых определена по формуле:

ПФ = ((П – А) – Ф) ÷ Ф × С/дн × 365 × 100,

где ПФ – плата за финансирование (в процентах годовых), П – общий размер платежей по договору лизинга, А – сумма аванса по договору лизинга, Ф – размер финансирования, С/дн – срок договора лизинга в днях.

ПФ = ((1 702 914,09 – 157 457) – (1 049 580,03 – 157 457) ÷ (1 049 580,03 – 157 457) × 1104) × 365 × 100 = 24,21 % годовых.

Плата за финансирование за период нахождения имущества в лизинге до фактического возврата финансирования до 16.03.2018 (1152 дней) составляет 681 677 рублей 81 копейка (892 123,03 х 1152 х 24,21 % ÷ 365).

Как следует из содержания договора лизинга от 16.03.2015 № 7/ДЛ/2015, всего подлежали оплате платежи в сумме 1 907 026 рублей 10 копеек.

Внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи за вычетом авансового платежа составили 937 229 рублей 26 копеек.

Сумма предоставленного лизингодателем лизингополучателю финансирования (закупочная цена предмета лизинга за вычетом авансового платежа лизингополучателя) составляет 1 088 518 рублей 51 копейка.

Плата за финансирование в процентах годовых определена по формуле:

ПФ = ((П – А) – Ф) ÷ Ф × С/дн × 365 × 100,

где ПФ – плата за финансирование (в процентах годовых), П – общий размер платежей по договору лизинга, А – сумма аванса по договору лизинга, Ф – размер финансирования, С/дн – срок договора лизинга в днях.

ПФ = ((1 907 026,10 – 192 091,50) – (1 280 610,01 – 192 091,50) ÷ (1 280 610,01 – 192 091,50) × 1105) × 365 × 100 = 19,01 % годовых.

Плата за финансирование за период нахождения имущества в лизинге до фактического возврата финансирования до 16.03.2018 (1096 дней) составляет 621 349 рублей 03 копейки (1 088 518,51 х 1096 х 19,01 % ÷ 365).

Как следует из содержания договора лизинга от 16.03.2015 № 8/ДЛ/2015, всего подлежали оплате платежи в сумме 735 228 рублей 56 копеек.

Внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи за вычетом авансового платежа составили 501 021 рублей 48 копеек.

Сумма предоставленного лизингодателем лизингополучателю финансирования (закупочная цена предмета лизинга за вычетом авансового платежа лизингополучателя) составляет 459 000 рублей.

Плата за финансирование в процентах годовых определена по формуле:

ПФ = ((П – А) – Ф) ÷ Ф × С/дн × 365 × 100,

где ПФ – плата за финансирование (в процентах годовых), П – общий размер платежей по договору лизинга, А – сумма аванса по договору лизинга, Ф – размер финансирования, С/дн – срок договора лизинга в днях.

ПФ = ((735 228,56 – 81 000) – (540 000 – 81 000) ÷ (540 000 – 81 000) × 740) × 365 × 100 = 20,98 % годовых.

Плата за финансирование за период нахождения имущества в лизинге до фактического возврата финансирования до 16.03.2018 (1096 дней) составляет 289 158 рублей 43 копейки (459 000 х 1096 х 20,98 % ÷ 365).

Как следует из содержания договора лизинга от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014, всего подлежали оплате платежи в сумме 232 340 988 рублей 62 копеек.

Внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи за вычетом авансового платежа составили 100 514 284 рублей 37 копеек.

Сумма предоставленного лизингодателем лизингополучателю финансирования (закупочная цена предмета лизинга за вычетом авансового платежа лизингополучателя) составляет 137 587 800 рублей.

Плата за финансирование в процентах годовых определена по формуле:

ПФ = ((П – А) – Ф) ÷ Ф × С/дн × 365 × 100,

где ПФ – плата за финансирование (в процентах годовых), П – общий размер платежей по договору лизинга, А – сумма аванса по договору лизинга, Ф – размер финансирования, С/дн – срок договора лизинга в днях.

ПФ = ((232 340 988,62 – 24 280 200) – (161 868 000 – 24 280 200) ÷ (161 868 000 – 24 280 200) × 1096) × 365 × 100 = 17,06 % годовых.

Плата за финансирование за период нахождения имущества в лизинге до фактического возврата финансирования до 20.01.2017 (786 дней) составляет 50 546 214 рублей 37 копеек (137 587 800 х 786 х 17,06 % ÷ 365).

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчик заявлял ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, считая, что истцом было реализовано имущество по заниженной стоимости.

Суд первой инстанции правомерно назначил проведение по делу судебной экспертизы, исполняя указания суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении от 29.10.2019, о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства ответчика, у которого отсутствуют иные способы обосновать свои возражения относительно несоответствия цены реализации имущества его реальной рыночной стоимости.

По результатам проведенной экспертизы экспертом дано заключение, из которого следует, что рыночная стоимость имущества по договору от 19.01.2015 № 1/ДЛ/2015 составляет 832 025 рублей 90 копеек; по договору от 19.01.2015 № 2/ДЛ/2015 – 5 043 524 рублей 88 копеек; по договору от 19.01.2015 № 3/ДЛ/2015 – 396 944 рублей 09 копеек; по договору от 19.01.2015 № 4/ДЛ/2015 – 409 209 рублей 95 копеек; по договору от 16.03.2015 № 7/ДЛ/2015 – 494 023 рублей 61 копейка; по договору от 16.03.2015 № 8/ДЛ/2015 – 208 316 рублей 93 копейки (92 585 рублей 30 копеек + 115 731 рублей 63 копеек); по договору от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014 – 138 633 973 рублей 12 копеек.

При этом на дату реализации этого имущества истцом рыночная стоимость отличалась незначительно (соответственно, 882 345 рублей 65 копеек, 5 348 550 рублей 10 копеек, 420 950 рублей 70 копеек, 496 822 рублей 52 копейки, 433 158 рублей 28 копеек, 209 497 рублей 16 копеек (116 387 рублей 31 копейка + 93 109 рублей 85 копеек), 136 655 000 рублей).

Истцом было заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы, в связи с несогласием с результатами проведенной судебной экспертизы,

Представитель ответчика возражал против удовлетворения указанного ходатайства, считая, в связи с отсутствием правовых оснований для ее назначения.

В связи с имеющимися у сторон вопросами к судебному заключению, в целях их разрешения, арбитражным судом Республики Татарстан в порядке статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации эксперт вызван в судебное заседание.

Экспертом были даны подробные письменные пояснения на возникшие у сторон вопросы, мотивированно обосновав в письменном заявлении невозможность явки в судебное заседание по уважительным причинам, в связи с переводом эксперта на удаленную работу ввиду отнесения его к категории сотрудников, страдающих хроническими заболеваниями, вследствие сложной эпидемиологической ситуации в городе Москва.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд Республики Татарстан, в соответствии с положениями части 2 статьи 87, статьи 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обоснованно отклонил ходатайство истца о назначении по делу судебной экспертизы, в виду отсутствия правовых основания, поскольку изучив заключение судебной экспертизы и письменные пояснения эксперта, пришел к выводу о том, что заключение судебной экспертизы является полным, достаточным, ясным, не содержит в себе внутренних противоречий, поскольку в рассматриваемом случае отсутствуют сомнения в обоснованности выводов эксперта или противоречия в его выводах, наличие которых в силу части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является необходимым условием для назначения повторной судебной экспертизы.

Кроме того эксперт предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в материалах дела имеется расписка эксперта, оснований сомневаться в компетентности эксперта не имеется. Отвод эксперту в установленном законом порядке при назначении экспертизы заявлен не был.

Суд первой инстанции верно отметил, что исследовательская часть заключения обладает достаточной полнотой рассматриваемых обстоятельств строго в отношении поставленного вопроса.

Доводы истца о наличии недостатков в заключении эксперта обоснованно не приняты арбитражным судом первой инстанции во внимание, поскольку в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации данное лицо не доказало, что сведения, содержащиеся в заключении экспертов, не соответствуют положениям действующего законодательства, не подтверждено, что в заключении имеются недостатки, которые повлияли или могли повлиять на итоговый вывод эксперта.

На представленные истцом возражения относительно судебной экспертизы экспертом даны подробные и мотивированные письменные пояснения.

При этом суд первой инстанции верно отметил, что рецензия, представленная истцом, не может быть принята судом, поскольку действующим процессуальным законодательством не предусмотрена возможность предоставления стороной, не согласной с выводами судебной экспертизы, каких-либо рецензий, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Для снятия каких-либо вопросов к судебному заключению, которые имеются у той или иной стороны, изложенной устно либо в письменной форме, независимо от того, как поименованы эти возражения, законом предусмотрен вызов эксперта в судебное заседание для их разрешения.

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Изложенные истцом возражения на заключение не подтверждают его возражения относительно доводов о назначении повторной экспертизы (обоснованности заключения эксперта и наличия противоречий в выводах эксперта), каких-либо аргументированных и мотивированных доводов в данном документе не были приведены, возражения заявлены необоснованно и являются голословными.

Доказательств того, что при проведении судебной экспертизы были допущены нарушения, лишающие полученное по ее результатам заключение доказательственной силы, не представлено.

На возражения истца относительно проведенной судебной экспертизы экспертом даны исчерпывающие письменные пояснения, которые не были опровергнуты надлежащими доказательствами.

Судом первой инстанции, верно отмечено, что несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не влечет необходимости в проведении повторной экспертизы, поскольку у арбитражного суда отсутствуют основания для иного толкования выводов эксперта. Заключение эксперта является полным, ясным и достаточным.

Судебная экспертиза проведена в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В заключениях эксперта отражены все сведения, предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заключение судебной экспертизы не содержит противоречий, у арбитражного суда апелляционной инстанции, как и суда первой инстанции не возникают сомнения в обоснованности заключения эксперта.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, поскольку доводы истца о необходимости назначения повторной экспертизы не указывают на необходимость и возможность уточнения или пояснения по каким-либо выводам, данным в заключении. Напротив, экспертом даны исчерпывающие пояснения на все возникшие у сторон вопросы. Действия истца направлены на переоценку (повторную проверку) выводов экспертизы, которые не могут согласно статье 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являться основанием для проведения повторной экспертизы.

Доказательства того, что в результате проведения повторной экспертизы могут быть получены иные выводы, отличные от изложенных в экспертном заключении, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции верно посчитав, что отсутствуют предусмотренные законом (статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) основания для назначения и проведения повторной экспертизы, отклонил ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Как верно указано судом первой инстанции, в пункте 4 постановления «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» высшей судебной инстанции указано, что стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга, исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Из результатов проведенной судебной экспертизы следует, что рыночная стоимость имущества как на момент его изъятия, так и на момент его реализации, несоизмеримо выше той цены, по которой это имущество было реализовано истцом. Из этого следует, что истец, действуя неразумно, необоснованно реализовал имущество по заниженной стоимости.

Исходя из указаний суда кассационной инстанции, данных в постановлении от 29.10.2019, а также разъяснений высшей судебной инстанции, содержащихся в абзаце втором пункта 4 постановления «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», суд первой инстанции правомерно руководствовался стоимостью возвращенного предмета лизинга, исходя из результатов судебного заключения, подтвердившего возражения ответчика.

При расчете сальдо взаимных обязательств подлежат включению убытки и иные санкции, установленные законом или договором (пункты 3.2 и 3.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»).

Из расчета сальдо взаимных обязательств, усматривается, что при исчислении суммы неосновательного обогащения истцом учитывается договорная неустойка за просрочку внесения лизинговых платежей и штрафы, начисленные по пунктам 6.7, 13.4 договоров.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации представленные истцом расчеты неустойки арбитражным судом первой инстанции исследованы, признан соответствующим указанным положениям закона и условиям договоров.

Как усматривается материалами дела, ответчиком расчет не оспорен, контррасчет не представлен. Ходатайство о снижении размера неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчиком не заявлено.

Учитывая факт несвоевременного исполнения ответчиком обязательства по договорам, то договорная неустойка подлежит включению при расчете сальдо.

Судом верно отмечено, что обоснованность включения в сальдо взаимных обязательств неустойки за нарушение срока внесения лизинговых платежей и других договорных условий подтверждается сложившейся судебной практикой.

При этом суд первой инстанции верно исходил из нижеследующего.

В пункте 3.6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» также разъяснено, что убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Согласно пункту 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации при невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

Исходя из изложенного, арбитражный суд Республики Татарстан пришел к обоснованному выводу о том, что оплата услуг по оценке технического состояния имущества в размере 298 750 рублей (договор от 01.12.2016, платежное поручение от 03.03.2017 № 322) и транспортировки изъятого оборудования в размере 1 500 000 рублей (договор от 06.12.2016, платежные поручения от 01.12.2014 № 743, 745, от 15.12.2014 № 792) представляют собой убытки (реальный ущерб) истца, связанные с исполнением договора лизинга и последствиями расторжения договора лизинга в связи с ненадлежащим исполнением принятых ответчиком на себя обязательств по указанному договору.

Обозначенные расходы соответствуют разъяснениям, изложенным в пункте 3.6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Арбитражный суд Республики Татарстан пришел к выводу о необходимости учета указанных убытков при расчете сальдо встречных обязательств, поскольку истец, действуя разумно и добросовестно, понес указанные убытки.

Таким образом, при расчете сальдо встречных обязательств по договорам лизинга предоставление истца составило:

- по договору лизинга от 19.01.2015 № 1/ДЛ/2015 – 1 817 299,90 (сумма предоставленного финансирования) + 1 373 699,48 (плата за финансирование за время до фактического возврата этого финансирования) + 47 115,21 (сумма санкций), что составляет 3 238 114 рублей 59 копеек.

В то же время при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга в отношении ответчика необходимо учитывать сумму в размере 2 137 229 рублей 45 копеек (1 305 203,55 (оплаченные лизинговые платежи без аванса) + 832 025,90 (цена имущества согласно судебному заключению)).

Сальдо встречных обязательств складывается в пользу истца в размере 1 100 885 рублей 14 копеек, следовательно, на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение в указанной сумме.

- по договору лизинга от 19.01.2015 № 2/ДЛ/2015 – 11 016 000 (сумма предоставленного финансирования) + 5 586 986,23 (плата за финансирование за время до фактического возврата этого финансирования) + 275 186,05 (сумма санкций), что составляет 16 878 172 рублей 28 копеек.

В то же время при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга в отношении ответчика необходимо учитывать сумму в размере 12 961 443 рублей 18 копеек (7 917 918,30 (оплаченные лизинговые платежи без аванса) + 5 043 524 рублей 88 копеек (цена имущества согласно судебному заключению)).

Следовательно, сальдо встречных обязательств складывается в пользу истца в размере 3 916 729 рублей 10 копеек, следовательно, на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение в указанной сумме.

- по договору лизинга от 19.01.2015 № 3/ДЛ/2015 – 867 000 (сумма предоставленного финансирования) + 655 640,13 (плата за финансирование за время до фактического возврата этого финансирования) + 30 789,30 (сумма санкций), что составляет 1 553 429 рублей 43 копеек.

В то же время при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга в отношении ответчика необходимо учитывать сумму в размере 1 103 035 рублей 01 копейка (706 090,92 (оплаченные лизинговые платежи без аванса) + 396 944,09 (цена имущества согласно судебному заключению)).

Следовательно, сальдо встречных обязательств складывается в пользу истца в размере 450 394 рублей 42 копейки, следовательно, на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение в указанной сумме.

- по договору лизинга от 19.01.2015 № 4/ДЛ/2015 – 892 123,03 (сумма предоставленного финансирования) + 681 677,81 (плата за финансирование за время до фактического возврата этого финансирования) + 24 570,35 (сумма санкций), что составляет 1 598 371 рублей 19 копеек.

В то же время при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга в отношении ответчика необходимо учитывать сумму в размере 1 095 846 рублей 43 копеек (686 636,48 (оплаченные лизинговые платежи без аванса) + 409 209,95 (цена имущества согласно судебному заключению)).

Следовательно, сальдо встречных обязательств складывается в пользу истца в размере 502 524 рублей 76 копеек, следовательно, на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение в указанной сумме.

- по договору лизинга от 16.03.2015 № 7/ДЛ/2015 – 1 088 518,51 (сумма предоставленного финансирования) + 621 349,03 (плата за финансирование за время до фактического возврата этого финансирования) + 27 332,87 (сумма санкций), что составляет 1 737 200 рублей 41 копейка.

В то же время при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга в отношении ответчика необходимо учитывать сумму в размере 1 431 252 рублей 87 копеек (937 229,26 (оплаченные лизинговые платежи без аванса) + 494 023,61 (цена имущества согласно судебному заключению)).

Следовательно, сальдо встречных обязательств складывается в пользу истца в размере 305 947 рублей 54 копеек, следовательно, на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение в указанной сумме.

- по договору лизинга от 16.03.2015 № 8/ДЛ/2015 – 459 000 (сумма предоставленного финансирования) + 289 158,43 (плата за финансирование за время до фактического возврата этого финансирования) + 14 528,14 (сумма санкций), что составляет 762 686 рублей 57 копеек.

В то же время при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга в отношении ответчика необходимо учитывать сумму в размере 709 338 рублей 41 копейка (501 021,48 (оплаченные лизинговые платежи без аванса) + 208 316,93 (цена имущества согласно судебному заключению)).

Следовательно, сальдо встречных обязательств складывается в пользу истца в размере 53 348 рублей 16 копеек, следовательно, на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение в указанной сумме.

- по договору лизинга от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014 – 137 587 800 (сумма предоставленного финансирования) + 50 546 214,37 (плата за финансирование за время до фактического возврата этого финансирования) + 5 187 084,54 (сумма санкций и убытков), что составляет 193 321 098 рублей 91 копейка.

В то же время при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга в отношении ответчика необходимо учитывать сумму в размере 239 148 257 рублей 49 копеек (100 514 284,37 (оплаченные лизинговые платежи без аванса) + 138 633 973,12 (цена имущества согласно судебному заключению)).

Следовательно, сальдо встречных обязательств складывается в пользу ответчика в размере 45 827 158 рублей 58 копеек, следовательно, на стороне истца имеется неосновательное обогащение в указанной сумме.

Суд первой инстанции верно отметил, что в ходе предыдущего рассмотрения дела ответчик указывал, что полученные истцом арендные платежи от сдачи лизингового имущества, должны быть учтены при расчете сальдо на стороне лизингополучателя, между тем полученные истцом от сдачи имущества в аренду платежи не относятся к платежам, которые подлежат включению при расчете сальдо взаимных обязательств, поскольку не относятся к предоставлениям одной стороны договора к другой стороне, совершенной до момента его расторжения.

И как верно отмечено с указанными выводами суд кассационной инстанции в постановлении от 29.10.2019 согласился.

Таким образом, на основании изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к верному выводу, что сумма неосновательного обогащения по первоначальному иску составляет 6 329 829 рублей 12 копеек по всем договорам лизинга, за исключением договора лизинга от 27.11.2014 № 22/ДЛ/2014.

Указанная сумма правомерно признана арбитражным судом первой инстанции обоснованной и подлежащей удовлетворению, в остальной части первоначального иска арбитражный суд обоснованно отказал.

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно удовлетворил встречные требования в размере заявленных на сумму 26 097 151 рублей 09 копеек, поскольку суд не вправе выходить за пределы заявленных требований.

Судебные расходы, также верно, распределены судом первой инстанции.

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции.

Довод апелляционной инстанции о недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд счет установленными, а именно по мнению истца цену возвращенного предмета лизинга необходимо брать исходя из цены продажи, а не из отчета оценщика, поскольку неразумность действий была доказана, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку в данному случае неразумность действий истца была обусловлена передачей имущества в аренду перед продажей. Сам факт передачи в аренду перед продажей говорит о неразумности действий, как по сроку продажи, так и по износу имущества перед продажей. В данном случае не имеет значение стоимость дальнейшей продажи данного имущества. А так же на неразумность действий истца, суд кассационной инстанции, как при первой отмене судебного акта, так и при повторной, не смотря на многочисленные возражения истца по вопросу о назначении экспертизы, указал, на необходимость ее назначения. Неразумность действий ответчика (при продаже предмета лизинга) не вызвало сомнений суда кассационной инстанции.

Довод касательно возражений несогласий с проведенной экспертизой, в части неправильного применения экспертом даты возврата лизинга (не 09.12.2016, а 20.12.2016), признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку эксперт изучил оба акта, а заключение эксперта признано судом достаточным, полным, не содержащим внутренних противоречий. Кроме того заявителем жалобы в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказало, что сведения, содержащиеся в заключении экспертов, не соответствуют положениям действующего законодательства, не подтверждено, что в заключении имеются недостатки, которые повлияли или могли повлиять на итоговый вывод эксперта.

Довод о несоответствии оборудования амортизационной группе выбранной экспертом при проведении анализа, так же отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку срои полезного использования прописаны в технической документации оборудования, которые имеются в материалах дела: копия паспорта на буровую установку ZJ30T (том. 4 л.д. 107-108), превышенных сооружений АП100 и насосной установки (л.д. 121). Срок полезного использования по паспортам на оборудование составляет от 8 до 15 лет, следовательно эксперт абсолютно точно установил амортизационную группу.

Доводы о сомнении комплектности и техническом состоянии буровой установки, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку передача имущества по договору аренды третьему лицу без замечаний, само по себе говорит о комплектности и рабочем техническом состоянии изъятого предмета лизинга, в противном случае перед передаче предмета лизинга третьему лицу , истце должен был нести какие-либо расходы по восстановлению работоспособности оборудования, либо стороны указали бы о некомплектности, или о неисправности оборудования в договоре аренды.

Доводы апелляционной жалобы о том, что эксперт руководствовался только одним документом – отчетом № 89/2018 о рыночной стоимости имущества, представленным ООО «СБК-Техносервис» и что эксперт в заключении ссылается на документы, которых не существует в материалах дела, отклоняются, как необоснованные, поскольку из перечня документов, изученных экспертом при проведении экспертизы, следует, что эксперт изучил документы, представленные как истцом, так и ответчиком в их полноте и совокупности, и сделал на основании этого выводы.

Довод о не принятии профессиональной рецензии и не изучении экспертизы в совокупности с другими доказательствами, отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельный, поскольку рецензия была сделана не на основании изучения всех обстоятельств дела, а только документов, которые были переданы истцом и по каждому пункту рецензии, как и на все вопросы сторон, эксперт ответил письменно. Суд первой инстанции, в соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, отметил что рецензия не может быть принято судом, поскольку действующим процессуальным законодательством не предусмотрена возможность предоставления стороной, не согласной с выводами судебной экспертизы, каких-либо рецензий.

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции установлена, исследована и оценена вся совокупность обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора, имеющимся по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводом в решении была дана надлежащая правовая оценка.

Иных доводов в обоснование апелляционной жалобы заявитель не представил, в связи с чем Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.10.2020, по делу № А65-2538/2018, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнести на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 266-271, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.10.2020, по делу № А65-2538/2018 - оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «Самаранефтепромлизинг» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий С.Ш. Романенко

Судьи Е.А. Митина

А.Э. Ануфриева