Постановление от 29 января 2020 г. по делу № А40-12150/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А40-12150/19


Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 января 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Кузнецовой Е.Е.

Судей Тетюка В.И., Бодровой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Истца и Ответчика на решение Арбитражного суда г. Москвы от 18.10.2019г. (резолютивная часть от 20.09.2019г.) по делу № А40-12150/19

по иску ООО «СК КТБ» (ОГРН <***>)

к АО «ТЗРК» (ОГРН <***>)

о взыскании,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2 на основании протокола от 10.05.2018, ФИО3 по доверенности от 20.01.2020,

от ответчика: не явился, извещен

У С Т А Н О В И Л:

ООО «СК КТБ» (Подрядчик) предъявило АО «ТЗРК» (Заказчик) иск о взыскании задолженности в размере 483 000 руб. 00 коп. и начисленной на нее неустойки за просрочку в оплате в размере 94 112 778 руб. 61 коп., неустойки начисленной на сумму задолженности 483 000 руб. 00 коп. за период с 13.09.2019 по дату фактической оплаты, убытков в размере 3 655 178 руб. 10 коп., неустойки по п.1.1.4 договора за приостановку работ в размере 25 446 802 руб. 80 коп., неустойки за нарушение сроков оплаты работ в размере 3 635 257 руб. 54 коп. по договору подряда №07-01-17 от 10.01.2017 (с учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда г. Москвы, объявленным в порядке ч. 2 ст. 176 АПК РФ 20.09.2018г., изготовленным в полном объеме 18.10.2018г., исковые требования удовлетворены частично.

Суд взыскал с АО «ТЗРК» в пользу ООО «СК КТБ» 483 000руб. 00коп. задолженности, 183 782руб. 98коп., неустойки, неустойки начисленной на сумму задолженности 483 000руб. 00коп. за период с 13.09.2019г. по дату фактической оплаты и 26 784руб. 00коп. расходов по уплате госпошлины. В остальной части иска отказано.

Не согласившись решением, Истец и Ответчик подали апелляционные жалобы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции Истец требования и доводы своей жалобы поддержал, возражал по доводам жалобы Ответчика; неявившийся Ответчик уведомлен о времени и месте рассмотрения дела посредством размещения соответствующих сведений на официальном сайте суда в сети Интернет (т. 9 л.д. 107).

Суд апелляционной инстанции, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, полагает его подлежащим оставлению без изменения.

Установлено, что 10.01.2017 между АО «ТЗРК» (заказчик) и ООО «СК КТБ» (подрядчик) был подписан договор подряда №07-01-17, согласно условиям договора подрядчик обязался разработать рабочую документацию, на основании которой выполнить строительно-монтажные работы в отношении строительства следующих объектов (детализация в ТЗ - Приложения №2, №3 к договору): двух резервуаров дизельного топлива объемом 1 000 м3 каждый, с их обвязкой трубопроводами и устройством фундаментов под них, слива-наливной площадки, насосной станции (п. 1.1.1. и п. 1.1.2. договора); в соответствии с представленной заказчиком проектной документации и рабочей документации выполнить работы по строительству помещения оператора и работы по обвязке трубопроводами одного резервуара объемом 500 м3 (п.1.1.3 и п. 1.1.4. договора); провести пусконаладочные работы (п. 1.1.5. договора).

Срок выполнения работ согласован сторонами в графике производства работ (Приложение №1 к договору), в соответствии с которым работы должны были быть выполнены 30.08.2017.

Согласно условиям договора, часть работ должна была быть выполнена подрядчиком на основании переданной заказчиком проектной и рабочей документации, а на часть работ подрядчик обязался разработать рабочую документации, на основании которой выполнить работы. Первоначальные условия договора (Схема №1

Подрядчик, письмом исх. №029 от 13.02.2017 обратился к заказчику с требованием согласовать место размещения двух резервуаров РВС 1000 м3, на которые необходимо разработать рабочую документацию, с учетом полученной исходно- разрешительной документации о месторасположении уже построенного резервуара РВС 500м3.

Заказчик, письмом исх. №242 от 18.02.2017 согласовал места размещения резервуаров, подлежащих строительству и обвязке, приложив фрагмент генерального плана.

13.03.2017 подрядчик по средствам электронной почты направил в адрес заказчика разработанную рабочую документацию, согласно порядку сдачи-приёмки выполненных работ по разработке рабочей документации, предусмотренному п.8.1 договора (в соответствии с п.8.1 договора комплект рабочей документации передается заказчику в электронном виде).

Заказчик письмом от 18.03.2017 № 410 согласовал рабочую документацию.

13.04.2017 подрядчик направил в адрес заказчика указанную рабочую документацию на бумажных носителях. Письмом Исх. №17/04-144 от 28.04.2017 в адрес заказчика были направлены накладная №1, акт сдачи-приёмки выполненных работ, а также титульные листы альбомов.

Изменения в рабочую документацию по инициативе заказчика, связанные с изменением местоположения двух резервуаров (Схема №2).

17.05.2017 заказчик письмом исх. №736 инициировал внесение изменений в ранее согласованную рабочую документацию, путем направления ситуационного плана площадки строительства склада ГСМ, в соответствии с которым место размещения резервуаров РВС изменено относительно места, ранее согласованного заказчиком.

АО «ТЗРК» письмом от 26.05.2017 № 784 инициировало внесение изменений в рабочую документацию по Объекту, в ранее принятую АО «ТЗРК» от ООО «СК КТБ» по Акту сдачи-приёмки выполненных работ от 18.03.2017 и накладной от 18.03.2017 № 1.

ООО «СК КТБ» подготовило и направило письмом от 31.05.2017 № 17/06-216@ в адрес АО «ТЗРК» Проект технического задания на внесение изменений в разработанную рабочую документацию на Склад ГСМ и Проект схемы размещения резервуаров РВС и помещения оператора. Данные Проекты были согласованы и подписаны со стороны АО «ТЗРК» 20.06.2017.

В соответствии с утвержденным Ответчиком 20.06.2017 Техническим заданием на дополнительные работы по внесению изменений в разработанную рабочую документацию и согласованной схемой размещения резервуаров РВС ООО «СК КТБ» осуществило работы по внесению соответствующих изменений в ранее принятую АО «ТЗРК» рабочую документацию по Договору.

ООО «СК КТБ» направило 28.08.2017 с электронного адреса на электронный адрес АО «ТЗРК» откорректированную рабочую документацию с сопроводительным письмом от 10.08.2017 № 17/08-355@ с приложением: технического задания на внесение изменений в рабочую документацию, утвержденного АО «ТЗРК» 20.06.2017; дополнительного соглашения № 1 от 20.06.2017; накладной от 01.08.2017 № 2, акта выполненных работ от 10.08.2017 № 33, счета от 10.08.2017 № 57 на оплату работ в сумме 483 000 руб.; счета-фактуры от 10.08.2017 № 58.

Оригиналы вышеуказанных документов также были направлены Почтой России (РПО № 14350014030474). Согласно отчёту об отслеживании отправления Почты России, откорректированная рабочая документация была получена АО «ТЗРК» 19.09.2017.

В соответствии с п. 10.12 Договора стороны согласовали, что переписка, ведущаяся между Сторонами по электронным адресам, имеет юридическую силу и признаются Сторонами как официальная для Сторон до получения соответствующих документов в оригинале.

В соответствии с п. 8.2.1 Договора рассмотрение предъявленных Подрядчиком результатов Работы и/или ее этапов Заказчиком осуществляется в течение 10 (десяти) рабочих дней с момента получения комплекта Рабочей документации, указанной в п. 8.1 настоящего Договора.

В соответствии с п. п. 8.2.5 Договора, по истечении указанного в п. 8.2.1 срока, при отсутствии мотивированного отказа со стороны Заказчика Рабочая документация считается принятой Заказчиком I и подлежащей оплате.

ООО «СК КТБ» не получило от АО «ТЗРК» подписанных вышеуказанных документов, также АО «ТЗРК» не произвело оплаты выполненных ООО «СК КТБ» работ по внесению изменений в рабочую документацию по Объекту в сумме 483 000 руб.

Таким образом, АО «ТЗРК» в нарушение п.п. 2.7, 8.2.1, 8.2.5 Договора уклонилось от подписания дополнительного соглашения № 1 от 20.06.2017, а также оплаты выполненных ООО «СК КТБ» работ по внесению изменений в рабочую документацию по Объекту в сумме 483 000 руб.

28.03.2018 состоялось совещание рабочей группы по завершению строительства объекта «Склад ГСМ». Согласно протоколу рабочего совещания от 28.03.2018 ответственным лицам поставлены следующие задачи: заказчику (ФИО4) передать ООО «СК КТБ» рабочую документацию со штампом «В производство работ», обеспечить подписание Дополнительного соглашения №1 в срок до 02.04.2018 (п.2 Протокола совещания рабочей группы от 28.03.2018), подрядчику (ФИО5) предоставить на согласование поэтапный график завершения работ в рамках утвержденной рабочей документации в срок до 05.04.2018 (п.4 Протокола совещания рабочей группы от 28.03.2018).

Измененная рабочая документация со штампом «В производство работ» была передана подрядчику 09.04.2018 (письмо исх. № 448).

Заказчик, инициировав 17.05.2017 изменения в рабочую документацию, фактически её передал подрядчику 09.04.2018, спустя одиннадцать месяцев. При этом изменения в договор, путем подписания соответствующих дополнительных соглашений так и не внес, от оплаты работ, связанных с корректировкой рабочей документации, уклонился.

Таким образом, заказчик, в нарушение условий договора, а именно п.п. 1.8, 2.6, 2.8, 6.4, 6.5, фактически уклонился от подписания Дополнительных соглашений в отсутствие какой-либо мотивировки. Изменения в рабочую документацию по инициативе Заказчика, связанные с изменением обвязки трубопроводов (Схема №3).

28.03.2018 в рамках встречи рабочей группы было приняты решения: заказчику (ФИО4) инициировать внесение изменений в проектную документацию согласно последней технологической схеме обвязки трубопроводами РВС-1000№1, РВС-1000№2, РВС- 500. Определить с ООО «ТОМС инжиниринг» сроки внесения изменений в проектную документацию в срок до 05.04.2018 (п.5 протокола совещания рабочей группы от 28.03.2018); подрядчику (ФИО5) определить сроки внесения изменений в рабочую документацию согласно последней технологической схеме обвязки трубопроводами РВС-1000№ 1, РВС-1000№2, РВС-500 в срок до 05.04.2018 (п.6 Протокола совещания рабочей группы от 28.03.2018); выполнение работ по подключению резервуара РВС-500 согласовать после внесения изменений в проектную и рабочую документацию (п.7 Протокола совещания рабочей группы от 28.03.2018).

Таким образом, на дату 09.04.2018 фактической передачи измененной Рабочей документации, связанной с изменением местоположения двух резервуаров, заказчиком уже были инициированы очередные изменения, связанные уже с обвязкой трубопроводами РВС-1000№1, РВС-1000№2, РВС-500 и исключающие порядок обвязки резервуаров согласно Рабочей документации, принятой и переданной заказчиком подрядчику 09.04.2018 (Рабочая документация была подготовлена в рамках дополнительного соглашения №1).

Указанное обстоятельство послужило основополагающим фактом приостановки работ 05.06.2018.

14.08.2018 заказчик направил в адрес подрядчика письмо исх. №1115 с приложением новой схемы расположения зданий и сооружений склада ГСМ на Тарынском ГОК, для последующего выполнения работ по обвязке РВС-500 и прочих СМР.

Заказчик сообщил, что работа по внесению изменений в проектную документацию, которую проводит ООО «ТОМС - Инжиниринг» на окончательной стадии выполнения (16-17.08.2018).

22.08.2018 заказчик письмом №1153 уведомил подрядчика о внесении изменений в проектную документацию и попросил подрядчика направить на объект специалистов.

Подрядчик, по результатам рассмотрения письма №1153 с целью возможности возобновления работ по договору письмом №642 от 22.08.2018 обратился к заказчику с требованием передать рабочую документацию, полученную от ООО «ТОМС - Инжиниринг», а также внести соответствующие изменения в договор, путем подписания дополнительного соглашения.

05.09.2018 подрядчик письмом №18/09-691@ повторно обратился к заказчику с требованием передать подрядчику проектную документацию (стадия Р) со штампом «В производство работ» для выполнения работ по обвязке трубопроводами резервуара РВС 500м3.

10.09.2018 подрядчик еще раз обратился к заказчику с тем же требованием (письмо №18/09-696/1).

Проектная и рабочая документация по обвязке трубопроводами резервуаров Подрядчику так и не передана. Заказчик самостоятельно приступил к выполнению работ.

Договор расторгнут 01.11.2018.

Спорные дополнительные работы связаны с увеличением объема работ, предусмотренных условиями договора. Выполнение работ с увеличенным объемом было согласовано в порядке, предусмотренном п.6.5. договора.

Спорные работы были выполнены в интересах заказчика с его ведома и согласия, необходимость их выполнения предусмотрена технологическим процессом выполнения строительных работ по договору, что в силу статьи 743 ГК РФ является основанием для оплаты этих работ ответчиком.

Заказчик инициировал внесение изменений в Рабочую документацию 17.05.2017, а фактически её передал подрядчику 09.04.2018, т.е. спустя 11 месяцев, срок выполнения работ по договору - 30.08.2017.

На дату передачи 09.04.2018 рабочей документации, заказчиком были уже инициированы следующие изменения, о чем сторонам договора было известно, еще 28.03.2018, что подтверждается протоколом совещания рабочего собрания от 28.03.2018.

Ответчик обязательства по оплате не исполнил, в связи с чем за ответчиком образовалась задолженность в размере 483 000 руб. 00 коп.

Доказательств погашения задолженности в добровольном порядке ответчик не представил, доводы истца о нарушении сроков оплаты за выполненные истцом работы документально не опроверг.

Кроме того, истец просит взыскать неустойку, рассчитанную за неисполнение обязанности произвести оплату дополнительных работ, за нарушение условий п.1.1.4 договора, выразившиеся в неисполнении обязанности по передаче рабочей документации, неустойки за нарушение сроков оплаты работ в апреле 2018 (п.2.11.4 договора).

Согласно представленному истцом уточненному расчету неустойка составляет 94 112 778 руб. 61 коп. за период с 14.10.2017г. по 12.09.2019г.

Ответчиком заявлено ходатайство о применении ст. 333 ГК РФ.

Суд первой инстанции признал данное заявление Ответчика обоснованным и снизил взыскиваемую неустойку до 183 782руб. 98коп.

Поскольку требование истца об уплате основного долга, ответчиком добровольно не удовлетворено, задолженность в размере 483 000 руб. 00 коп., неустойка в размере 183 782руб. 98коп., а также с 13.09.2019г. по дату фактической оплаты подлежат присуждению ко взысканию с него на основании ст.ст. 309, 310, 330, 702, 711 ГК РФ в судебном порядке. Расчет неустойки проверен и признан правильным.

Истец указывает, что судом не дана оценка доводам, приведенным истцом в качестве основания возникновения убытков.

Судом были оценены и отвергнуты доводы истца как не основанные на нормах права и обстоятельствах дела.

В обоснование понесенных убытков истец ссылается на приостановку работ, которая имела место по причине несогласования сторонами Дополнительного соглашения № 2 к договору с приложением новой редакции графика производства работ и локальных сметных расчетов. Необходимость увеличения цены и сроков работ, по мнению истца, возникла вследствие выполнения им по просьбе ответчика дополнительных работ по внесению изменений в рабочую документацию.

Однако, само по себе внесение изменений в РД не влечет обязательного увеличения стоимости работ, иное истцом доказательно (в т.ч. экспертно) не обосновано.

В соответствии с Приложением № 1 к договору подрядчик обязался завершить весь объем работ по договору не позднее 31.12.2017.

Письмом от 16.02.2018 № 18/02-55ПП истец направил ответчику проект дополнительного соглашения № 2 к договору, новый график работ и локальные сметные расчеты согласно которым существенно изменялись срок выполнения работ, а общая стоимость работ возрастала до 76 586 412,69 рублей.

Ответчик не подписал предложенный проект соглашения, поскольку не считает обоснованной позицию истца ни об изменении сроков выполнения работ по независящим от него причинам, ни об увеличении цены работ в предложенном размере. В частности, истец необоснованно требовал увеличения сметы на стоимость проектных работ (3 060 000 рублей), закупку программного обеспечения (4 463 052,36 рублей).

Фактически имело место исключение отдельных видов и объемов работ на сумму 3 456 699,08 рублей, что не оспаривалось подрядчиком.

Однако подрядчик настаивал на увеличении цены работ по другим позициям на сумму 13 186 580,00 рублей, с чем заказчик не согласился, посчитав объем и стоимость работ завышенными.

Истечение установленных договором сроков выполнения работ не является основанием для заключения дополнительного соглашения, либо расторжения договора по требованию подрядчика.

Утверждения истца о том, что ответчик не заявлял несогласия с увеличением цены работ, а просто игнорировал предложения истца не соответствуют действительности. Позиция ответчика была оперативно доведена до сведения истца в ходе регулярно имевших место рабочих встреч представителей сторон по вопросам строительства объектов на месторождении «Дражное». Если принять позицию истца, то тем более непонятны мотивы, которыми он руководствовался при направлении работников в марте 2018 года для продолжения работ на объекте в отсутствие соглашения об условиях выполнения дополнительных работ.

Ответчик настаивал на выполнении ранее согласованного объема работ, в соответствии с требованиями дополнительно подготовленной истцом рабочей документации (п. 4 Протокола совещания рабочей группы от 28.03.2018) для чего передал ее истцу в производство работ 09.04.2018.

Истец также утверждает, что ответчиком были внесены изменения в рабочую документацию связанные с изменением обвязки трубопроводов (Схема № 3), которые фактически отменили ранее внесенные изменения в рабочую документацию и потребовали ее повторной переработки. При этом по мнению истца повторные изменения в рабочую документацию должен был выполнить ответчик и передать ему измененную РД в производство работ. Отсутствие такой измененной РД и послужило основанием для приостановки работ.

Однако доводы истца противоречат его же ссылкам на п. 6 протокола совещания рабочей группы от 28.03.2018, в котором представителю подрядчика ФИО5. предписано определить сроки внесения изменений в рабочую документацию согласно последней технологической схеме обвязки трубопроводов.

Доводы истца не основаны на условиях договора, поскольку в силу п. 1.1.1., 1.1.4 договора заказчик предоставляет только проектную документацию, а рабочая документация должна быть разработана подрядчиком.

Спорный договор заключен по итогам проведения тендерной процедуры. В электронном сообщении от 26.09.2016 (прилагается) истцу было предложено дать предложение на выполнение работ по разработке РД для строительства парка резервуаров 4 шт. 1000 куб.м., 1 шт. 500 куб.м., сливо-наливной площадки, насосной станции, помещения оператора и строительство резервуарного парка дизельного топлива 4 шт. 1000 куб.м. и 1 шт. 500 куб. м, обвязку трубопроводами резервуаров в кол-ве 4 шт. 1000 куб.м., 2 шт. 500 куб.м., устройство фундаментов под резервуары, устройство сливо-наливной площадки, насосной станции в срок до 30.09.2016. Имеющаяся в наличии рабочая документация на резервуар 500 куб.м., резервуар 1000 куб.м. под воду, проектная документация на склад ГСМ и техническое задание высылаются в 2 электронных письмах.

В ответ истец электронным сообщением от 30.09.2016 направил письмо № 169 от 30.09.2016 в котором представил укрупненный сметный расчет на выполнение работ включая СМР резервуарного парка ГСМ на 121 008 906,38 рублей и разработку рабочей документации стоимостью 4 160 000 рублей (итого 125 168 906,38 рублей).

Далее электронным сообщением от 29.10.2016 заказчик уточнил параметры тендера: «Мы хотим построить два резервуара емкостью одна тысяча метров кубических каждый. А обвязать три резервуара: два вновь построенных, емкостью одна тысяча метров кубических каждый и один существующий, емкостью пятьсот метров кубических. Таким образом: строим ДВА резервуара, обвязываем ТРИ».

В связи с чем итоговая стоимость работ составила 67 319 584,17 рублей в т.ч. 3 060 000,00 рублей - разработка РД.

В приложении № 2 к договору (ТЗ на выполнение работ по строительству объекта) в п. 4. Перечислена документация переданная участникам тендера, в т.ч. рабочая документация на резервуар дизельного топлива 500 куб.м., резервуар 1000 куб.м. под воду и проектная документация Гаражно-ремонтный, складской комплекс. Объекты инфраструктуры. Склад ГСМ 140703-ТГОК-8-ИОС7.

Также сторонами согласовано приложение № 3 к договору - Техническое задание на выполнение работ по разработке РД на «Склад ГСМ». Согласно п. 2.1. ТЗ заказчик передал подрядчику проектную документацию для выполнения работ, а также исполнительную документацию на построенный резервуар РВС 500 в полном объеме (№ п/п 10). В п. 15 ТЗ указано, что «в разработку рабочей документации входит разработка только двух резервуаров РВС 1000 куб.м. и обвязка технологическими трубопроводами данных резервуаров с учетом построенного РВС 500 куб.м. Сливо-наливная площадка».

Как следует из подписанного сторонами Технического задания на дополнительные работы на внесение изменений в разработанную рабочую документацию на склад ГСМ от 20.06.2017 истец обязался внести изменения в раздел «Генеральный план» «с учетом уточнения места размещения РВС-1000 куб.м. Приложение № 1 «Схема размещения РВС и технологических трубопроводов». Также истец обязался внести изменения в раздел «Технологические трубопроводы» с учетом уточнения места размещения двух РВС 1000 куб.м. «При выполнении обвязки трубопроводов руководствоваться разработанной проектной документацией. Под дополнительный технологический трубопровод предусмотреть опоры» (п.п. 1, 2 ТЗ). К ТЗ приложена Схема расположения зданий и сооружений по объекту с указанием уточненных мест расположения резервуаров 1000 куб.м.

Измененная рабочая документация принята заказчиком и передана истцу «в производство работ», что им не оспаривается.

Таким образом доводы истца о неисполнении ответчиком обязанности по передаче ему рабочей документации противоречат фактическим обстоятельствам дела. Напротив, рабочая документация на имевшийся у заказчика РВС 500 куб.м. была передана истцу еще до заключения договора. Разработка остальной РД для производства работ входила в обязанности истца.

Ссылки истца на работы ООО «ТОМС-Инжиниринг» по внесению изменений в проектную документацию не имеют отношения к делу, т.к. изменения вносились в проектную документацию согласно переработанной истцом РД. Завершение этих работ никак не препятствовало продолжению работ на объекте, что в т.ч. подтверждается фактическим выполнением истцом работ в марте-июне 2018 года. При этом о невозможности продолжения работ именно в отсутствие измененной проектной документации, истец ответчика не уведомлял.

Так, в п. 4 протокола совещания по вопросам строительства склада ГСМ № 1 от 03.07.2018 стороны установили, что для продолжения работ на объекте достаточно утвердить общую схему в производство работ и передать ее ООО «СК КТБ». Данная схема была направлена истцу письмом № 1115 от 14.08.2018. Никакие изменения в требования о производстве работ по схеме № 3 заказчиком не вносились.

Доводы истца находятся во взаимном противоречии. С одной стороны, истец утверждает, что не смог выполнять работы по причине отсутствия рабочей документации, учитывающей последние требования заказчика. Но одновременно указывает, что прекратил выполнение работ в связи с отсутствием дополнительного соглашения сторон об объемах, сроках и цене дополнительных работ. Однако в отсутствие измененной технической документации у истца не было оснований требовать от заказчика заключения соответствующего дополнительного соглашения, т.к. без технической документации невозможно определить объем, наименование и стоимость дополнительных работ. И наоборот, даже при наличии необходимой документации, обязательства сторон в части выполнения дополнительных работ не возникли по причине отсутствия соответствующего соглашения.

Утверждения истца об отсутствии проектной документации противоречат его же утверждениям о выполнении работ сначала по разработке рабочей документации, а затем работ по внесению изменений в РД. Если проектная документация не была предоставлена истцу, у него не было оснований сначала разработать РД, а затем внести в нее изменения и сдать ее заказчику.

В письмах от 16.02.2018 № 18/02-55ПП, № 18/06-356 от 05.06.2018 истец указывает, что стороны не могут продолжать исполнение договора, поскольку график производства работ содержит некорректные сведения о сроках реализации договора, а цена договора не соответствует фактическим объемам и видам работ.

В письме от 22.08.2018 № 18/08-642 Генеральный директор истца ФИО2 указывает, что отказывается от дальнейшего выполнения работ до подписания сторонами дополнительного соглашения, устанавливающего увеличенную стоимость и новые сроки работ.

В письме № 18/09-734@ от 18.09.2018 генеральный директор истца ФИО2 пишет: «вести работы по договору, у которого нет цены, нет сроков работ, нет графиков производства работ, нет рабочей документации, нет обязательных приложений, секвестированы оплаты выполненных работ, по которому грань риска личной ответственности генерального директора строительной компании подрядчика - до уголовной ответственности, не имею возможночти».

Изложенное доказывает, что действительной причиной остановки работ явились разногласия сторон относительно цены и сроков выполнения дополнительных работ согласно изменениям в РД, выполненным истцом.

Согласно п. 1, 2 ст. 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ.

При отсутствии иных указаний в договоре строительного подряда предполагается, что подрядчик обязан выполнить все работы, указанные в технической документации и в смете.

В соответствии с п. 1, 2, 3 ст. 744 ГК РФ заказчик вправе вносить изменения в техническую документацию при условии, если вызываемые этим дополнительные работы по стоимости не превышают десяти процентов указанной в смете общей стоимости строительства и не меняют характера предусмотренных в договоре строительного подряда работ.

Внесение в техническую документацию изменений в большем против указанного в пункте 1 настоящей статьи объеме осуществляется на основании согласованной сторонами дополнительной сметы.

Подрядчик вправе требовать в соответствии со статьей 450 настоящего Кодекса пересмотра сметы, если по не зависящим от него причинам стоимость работ превысила смету не менее чем на десять процентов.

В соответствии с п. 6 ст. 709 ГК РФ подрядчик не вправе требовать увеличения твердой цены, а заказчик ее уменьшения, в том числе в случае, когда в момент заключения договора подряда исключалась возможность предусмотреть полный объем подлежащих выполнению работ или необходимых для этого расходов. При существенном возрастании стоимости материалов и оборудования, предоставленных подрядчиком, а также оказываемых ему третьими лицами услуг, которые нельзя было предусмотреть при заключении договора, подрядчик имеет право требовать увеличения установленной цены, а при отказе заказчика выполнить это требование - расторжения договора в соответствии со ст. 451 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 451 ГК РФ если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут, а по основаниям, предусмотренным пунктом 4 настоящей статьи, изменен судом по требованию заинтересованной стороны.

Право подрядчика, указанное в пункте 3 статьи 744 ГК РФ, может быть реализовано только в порядке, предусмотренном статьей 450 ГК РФ, а не путем предъявления иска о взыскании стоимости не согласованных с заказчиком, но фактически выполненных дополнительных работ.

Статья 450 ГК РФ определяет только два основания для изменения договора: соглашение сторон и принятое по требованию одной из сторон договора решение суда.

В рассматриваемом случае соглашение об изменении сметной стоимости работ и твердой цены договора сторонами не достигнуто. С требованием об изменении договора в этой части подрядчик в суд не обращался.

В силу положений пункта 3 статьи 744 ГК РФ подрядчик вправе требовать пересмотра сметы, если по не зависящим от него причинам стоимость работ превысила смету не менее чем на десять процентов, только в соответствии со статьей 450 ГК РФ, то есть посредством внесения изменений в договор, а не путем предъявления иска о взыскании стоимости не согласованного с заказчиком, но фактически выполненного дополнительного объема работ».

В Определении ВС РФ от 19.12.2016 № 307-ЭС16-16683 об отказе в передаче данного дела в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ указано: «Суд исходил из того, что стороны в установленном порядке не согласовывали выполнение дополнительных работ, их объем и стоимость, а также изменение твердой цены договора; истец не представил доказательств увеличения стоимости материалов и оборудования, использованных в строительстве, а также доказательств необходимости немедленных действий в интересах ответчика; факт предъявления ответчику результатов дополнительных работ не подтвержден».

Из вышеизложенного следует, что поскольку подрядчик предложил увеличить цену работ более, чем на 10 % сметной стоимости работ, внесение изменений в договор требовало подписания дополнительной сметы. Такая смета сторонами подписана не была, а значит стороны не достигли соглашения по существенным условиям выполнения дополнительного объема работ.

При указанных обстоятельствах, согласно п. 6 ст. 709, п 1, 2, 3 ст. 744, ст. 450, ст. 451 ГК РФ, для урегулирования разногласий сторон относительно условий выполнения дополнительных работ подрядчик должен был обратиться в суд с требованием об изменении или расторжении договора в порядке ст. 450, 451 ГК РФ. С таким иском подрядчик в суд не обращался, дополнительных работ не выполнял.

Следовательно, правомерность действий истца по приостановке работ, вследствие чего он понес заявленные убытки, в установленном порядке судом не подтверждена. Отсутствие соглашения сторон об изменении условий договора в части сроков и цены работ не дает подрядчику права на односторонний отказ от исполнения обязательства и предъявления к заказчику требования о возмещении убытков. Правовые основания обратного истцом не приведены.

Само по себе несогласие заказчика с предложенными подрядчиком условиями выполнения дополнительных работ не говорят о его недобросовестности. Разногласия сторон в данном случае подлежат разрешению в судебном порядке согласно ст. 450, 451 ГК РФ. Однако истец указанный способ защиты своих прав не использовал.

Представленный истцом расчет убытков не основан на нормах права и фактических обстоятельствах дела.

В п.п. 2, 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено: Согласно статьям 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Согласно ч. 1 ст. 404 ГК РФ суд вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Представленный истцом расчет убытков не соответствует указанным нормам права и разъяснениям ВС РФ.

1)Истец незаконно включает в расчет убытков суммы по налогам и взносам (ПФР, ФСС, ФСС НС и ПЗ, ФФОМС) за период 06.06.2018-01.10.2018 на общую сумму 252 288,25 рублей. Обязанность по оплате налогов и взносов возникает у истца в связи с возникновением трудовых отношений со своими работниками, является публично-правовой и должна исполняться вне зависимости от гражданско-правовых отношений с ответчиком (ст. 2, 3, 8, 9 НК РФ).

Дополнительно представленные доводы истца о том, что он не завершил весь объем работ по договору не отменяет публично-правового характера налоговых обязательств истца и не доказывают наличие причинно-следственной связи между поведением ответчика и обязанностью истца по оплате сумм обязательных платежей.

2)Истец незаконно включает в расчет убытков расходы на услуги связи с ООО «Эквант» по договору № 1К001677 от 18.04.2016 в сумме 365 502,95 рублей (предоставление спутникового канала). Как следует из представленных документов услуги связи оказываются истцу с 2016, т.е. задолго до заключения договора с ответчиком. Необходимость в наличии у истца спутникового канала связи для выполнения работ по спорному договору истцом не доказана, в стоимость работ по договору данная статья затрат не включена. Стоимость услуг спутниковой связи значительно превышает стоимость обычно используемых на строительных объектах услуг операторов сотовой связи, в связи с чем предъявленные расходы не могут считаться разумными и обоснованными.

Изложенное доказывает, что истец незаконно требует возложить на ответчика оплату его текущих хозяйственных расходов на оплату услуг спутниковой связи, которые он несет вне зависимости от приостановки работ или расторжения договора.

Кроме того, действительной причиной нахождения истца на объекте являлось устранение гарантийных недостатков работ по другим объектам заказчика. Следовательно, истец пользовался бы услугами связи вне зависимости от расторжения спорного договора.

3)Требование истца об оплате стоимости авиабилетов для персонала в сумме 317 365 рублей не основано на нормах права, поскольку расходы на обратный проезд сотрудников к месту жительства должны были быть понесены истцом вне зависимости от нарушения договора со стороны ответчика, а значит не могут быть возложены на последнего. В силу ст. 709, ч. 1 ст. 743 ГК РФ абз. 7 п. 2.2. договора в стоимость работ включены расходы по доставке персонала и оборудования к месту выполнения работ и его вывоза по факту завершения выполнения работ, а также расходы по обеспечению их жизнедеятельности (питание, проживание). Данные расходы учтены в составе общей сметной стоимости работ без выделения отдельной строкой, и оплачивались заказчиком на протяжении исполнения договора в стоимости выполненных работ. Таким образом истец требует повторной оплаты своих затрат на персонал.

Дополнительно представленные доводы истца о том, что расходы на проезд персонала подлежат возмещению т.к. истец не завершил весь объем работ по договору, также не могут быть приняты во внимание. Данные расходы не выделены отдельной строкой ни в согласованных сторонами сметных расчетах, ни в укрупненном сметном расчете № 1 (приложение № 4 к договору). В связи с чем отсутствуют основания утверждать, что они подлежали оплате заказчиком именно в цене невыполненных работ.

Не могут быть приняты во внимание в качестве доказательств понесенных расходов следующие маршрутные квитанции на общую сумму 93 810 рублей:

-на ФИО6 рейс Иркутск-Новосибирск 01.04.2018, Новосибирск-Якутск 03.04.2018 на сумму 20 624 рублей.

-на ФИО7 рейс Москва-Новосибирск 01.04.2018, Новосибирск-Якутск 02.04.2018 на сумму 16031 рублей.

-на ФИО8 рейс Москва-Якутск от 12.04.2018 на сумму 11 250 рублей.

-на ФИО9 рейс Москва-Новосибирск 01.04.2018, Новосибирск - Якутск 02.04.2018 на сумму 16 031 рублей

-на Шах А. рейс Москва-Якутск 12.04.2018 на сумму 11 250 рублей

-на ФИО10 рейс Иркутск-Новосибирск 01.04.2018, Новосибирск-Якутск 02.04.2018 на сумму 18 624 рублей.

Все указанные квитанции подтверждают проезд сотрудников истца к месту выполнения работ в апреле 2018 года, а значит расходы истца не находятся в причинно-следственной связи с расторжением договора. При этом после прибытия на объект истец выполнял работы в апреле и мае 2018 года, которые полностью оплачены ответчиком.

4)Истец требует взыскать убытки на выплату заработной платы работникам за период 06.06.2018 по 01.10.2018 в сумме 1 043 278,48 рублей, на оплату питания сотрудников за период с 06.06.2018 по 31.10.2018 в сумме 299 209,66 рублей и Размер расходов не подтвержден расчетными листками по выплате заработной платы работникам (ст. 136 ТК РФ).

Расходы за весь указанный период не могут быть отнесены на ответчика, поскольку в нарушение ст. 404 ГК РФ истец не принял разумных мер для уменьшения размера убытков. Истцом не представлено никаких разумных обоснований нахождения сотрудников и техники на объекте заказчика на протяжении 4 месяцев со дня приостановки работ. Напротив, как показано выше, еще 28.03.2017 истец знал о наличии обстоятельств, указанных им впоследствии в качестве оснований для отказа от исполнения договора. Кроме того, истец находился на объекте в отсутствие соглашения сторон о выполнении работ, о чем ему также было известно.

Действительной причиной нахождения работников и техники истца на объекте в указанный период является следующее.

Между истцом и ответчиком подписано 7 договоров подряда на строительство различных объектов на м. «Дражное»: Договор подряда № 07-01-17 от 10.01.2017 (склад ГСМ), Договор подряда № 05-01-17 от 10.01.2017 (Пожарное депо), Договор подряда № 08-01-17 от 10.01.2017 (РММ), Договор подряда № 09-01-17 от 10.01.2017 (Гараж ТО и ТР), Договор подряда № 06-01-17 от 10.01.2017 (Склад запасных частей и материалов), Договор подряда № 10-01-17 от 10.01.2017 (Площадки РиОГТ), Договор подряда № 22-06-17 от 22.06.2017 (строительство ограждения). Основной объем работ по указанным договорам был завершен в 2017 году.

В рассматриваемый период истец, по требованию ответчика, устранял недостатки качества ранее выполненных работ как по спорному договору, так и по договорам № 05-01-17 от 10.01.2017; № 08-01-17 от 10.01.2017; № 09-01-17 от 10.01.2017; № 06-01-17 от 10.01.2017.

Изложенное подтверждается следующими доказательствами:

-Акт осмотра завершенного строительством объекта Тарынского ГОКа «Ремонтно-механическая мастерская» от 11.04.2018;

-Акт осмотра завершенного строительством объекта Тарынского ГОКа «Пожарное депо на 2 автомобиля службы экстренного реагирования» от 11.04.2018;

-Акт осмотра завершенного строительством объекта Тарынского ГОКа «Склад запасных частей и материалов» от 11.04.2018;

-Акт осмотра завершенного строительством объекта Тарынского ГОКа «Склад ГСМ. Помещение оператора» от 11.04.2018;

-Акт осмотра завершенного строительством объекта Тарынского ГОКа «Гараж ТО и ТР автотранспорта» от 11.04.2018;

-Письмо ООО «СК КТБ» № 18/07-471 от 03.07.2018; Письмо АО «ТЗРК» № 852 от 05.07.2018;

-Акт осмотра завершенного строительством объекта Тарынского ГОКа «Ремонтно-механическая мастерская» от 04.07.2018;

-Акт осмотра завершенного строительством объекта Тарынского ГОКа «Склад ГСМ. Помещение оператора» от 04.07.2018;

-Акт осмотра завершенного строительством объекта Тарынского ГОКа «Пожарное депо на 2 автомобиля службы экстренного реагирования» от 04.07.2018;

-Акт осмотра завершенного строительством объекта Тарынского ГОКа «Склад запасных частей и материалов» от 04.07.2018;

-Акт осмотра завершенного строительством объекта Тарынского ГОКа «Гараж ТО и ТР автотранспорта» от 04.07.2018;

-Протокол совещания по вопросам строительства склада ГСМ № 1 от 03.07.2018;

-Письмо истца № 06/07-18/1 от 06.07.2018 с приложением № 1;

-Письмо АО «ТЗРК» № 732 от 08.06.2018;

-Письмо АО «ТЗРК»№ 877/1 от 10.07.2018;

-Акт-предписание от 29.06.2018;

-Акт № б/н проверки комплекта исполнительной документации за апрель 2018 от 06.06.2018;

-Акт № б/н текущего обследования и проверки исполнительной документации за май 2018 от 12.06.2018;

-Акт об отказе в приеме журналов работ от 23.07.2018; Предписание от 22.06.2018 № ТГОК 1701-П-2017-8-ГСМ-1; Предписание от 30.06.2018 № ТГОК 1701-П-2017-8-ГСМ-2; Предписание от 20.08.2018 № ТГОК 1701-П-2017-8-ГСМ-4;

-Электронной перепиской сторон.

Таким образом, заявленные истцом расходы в связи с нахождением работников и техники на территории м. «Дражное» понесены в связи с устранением недостатков работ по другим объектам, причинно-следственная связь между заявленными убытками и приостановкой работ отсутствует, а исковые требования истца не основаны на законе.

5)Требования истца о взыскании расходов на аренду автокрана за июнь-август 2018 в сумме 1 252 800,00 рублей не подтверждены достоверными доказательствами.

В силу ст. 709, ч. 1 ст. 743 ГК РФ абз. 6 п. 2.2. договора в стоимость работ включены' расходы по привлечению необходимой строительной техники и обеспечению ее деятельности, включая расходы на ГСМ, а значит требования по дополнительной оплате расходов не основаны на законе.

В подтверждение расходов на аренду автокрана истец представил акты ООО «НПК Металл» № 68 от 01.07.2018, № 69 от 31.07.2018, № 70 от 31.08.2018. Акты подписаны со стороны ООО «НПК «Металл» заместителем генерального директора ФИО11 Доказательства реального перечисления денежных средств по указанным актам истцом не представлены. В действительности кран на месторождении «Дражное» в указанный период не находился и никаких расходов на его аренду истец не нес.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ учредителем и генеральным директором ООО «НПК Металл» является ФИО12, который одновременно является коммерческим директором истца и подписывал направленные ответчику претензии № 18/10-920 от 26.10.2018, № 18/10-918 от 26.10.2018, № 18/10-917 от 26.10.2018, № 18/10-912 от 26.10.2018.

Таким образом между ООО «СК КТБ» и ООО «НПК Металл» имеются отношения связанности (аффилированности), позволяющие им осуществлять согласованные действия направленные на получение денежных средств с АО «ТЗРК», в т.ч. по подготовке документов по внешним признакам соответствующих требованиям к доказательствам понесенных расходов.

Наличие отношений зависимости (аффилированности) между ООО «СК КТБ» и ООО «НПК Металл» подтверждается также следующими доказательствами (представлены ответчиком в заседании 04.06.2019):Копия Договора поручительства № <***>/04 от 27.02.2018; Копия письма ООО «СК КТБ» № 18/12-1166 от 11.12.2018 в адрес АО «Ланта-Банк»; Копия письма ООО «СК КТБ» № 18/12-1234 от 26.12.2018 в адрес АО «ТЗРК»; Копия письма ООО «СК КТБ» № 18/12-1235 от 26.12.2018 в адрес АО «Ланта-Банк»; Копия счета на оплату № 178 от 21.12.2018 и № 181 от 26.12.2018; Копия письмо ООО «СК КТБ» № 18/03-120® от 06.03.2018; Распечатка электронного сообщения ФИО12 от 06.03.2018.

По указанному договору поручительства ООО «НПК Металл» обязалось отвечать за исполнение обязательств ООО «СК КТБ» по кредитному договору № <***> от 27.02.2018 заключенному с АО КБ «Ланта-Банк».

Как следует из письма ООО «СК КТБ» № 18/12-1166 от 11.12.2018 кредитный договор № <***> заключен для покрытия кассовых разрывов заемщика при исполнении договоров строительного подряда, заключенных в 2017 году между ООО «СК КТБ» и ПАО «Высочайший», АО «ТЗРК». Таким образом процентная ставка по договору может приниматься во внимание при определении величины неустойки, достаточной для компенсации потерь кредитора. В обоснование неисполнения обязательств по возврату кредита ООО «СК КТБ» ссылается в т.ч. на свои непогашенные требования к АО «ТЗРК» по оплате убытков в сумме 3 385 557,19 рублей, что является предметом рассмотрения по настоящему иску.

В письмах № 18/12-1234, № 18/12-1235, счетах на оплату № 178 и 181 истец просит перечислять причитающиеся ему по договору денежные средства в адрес АО «Ланта-Банк» в погашение полученного кредита.

В электронном сообщении от 06.03.2018 ФИО12 в качестве коммерческого директора ООО «СК КТБ» направляет в ПАО «Высочайший» КП на разработку рабочей документации.

Изложенное доказывает наличие отношений аффилированности между ООО «СК КТБ» и ООО «НПК Металл», поскольку формально независимая организация в отсутствие коммерческого интереса не станет выступать поручителем по обязательствам другого лица. Кроме того, ООО «НПК Металл» заинтересовано по взыскании с АО «ТЗРК» денежных средств, т.к. это напрямую влияет на размер задолженности ООО «СК КТБ» перед АО «Ланта-Банк» и как следствие на размер обязательств ООО «НПК Металл» перед банком как поручителя по кредитному договору.

Согласно п. 2, 3, 4, 7 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

В Определении от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470 ВС РФ отменил судебные акты в кассационном порядке в связи с нарушением процессуальных требований об оценке доказательств, отметив: «Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности».

Учитывая, вышеизложенное, а также отсутствие доказательств реальной оплаты аренды крана в сумме 1252 800,00 рублей, в соответствии со ст. 71 АПК РФ представленные истцом акты не являются достоверными доказательствами понесенных расходов.

Истец указывает в апелляционной жалобе, что судом необоснованно применена ст. 333 ГК РФ.

Истец неправомерно утверждает, что суд снизил неустойку ниже двукратной учетной ставки ЦБР, т.к. истец в своих расчетах начисляет процентную ставку на общую цену работ, а не на сумму установленной судом задолженности. Тем самым истец в нарушение ст. 10 ГК РФ злоупотребляет правом, рассчитывая неосновательно обогатиться за счет ответчика.

В Постановлении Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (п. 43, 45, 47, 48) указано: условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ). При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абз. 1 ст. 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В Постановлении Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» (п. 2) разъяснено: При рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Истец ссылается на п. 10.7 договора согласно которому за неисполнение/ненадлежащее исполнение обязательств заказчик по требованию подрядчика должен уплатить неустойку в размере 0,2 % от стоимости договора за каждый день просрочки исполнения.

Исходя из вышеуказанных разъяснений Верховного Суда РФ о толковании договора, санкцию п. 10.7 договора нельзя применять к любому нарушению обязательств со стороны заказчика, поскольку его буквальное прочтение приводит к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду и дает основания для злоупотреблений со стороны подрядчика, когда даже малозначительное, но длящееся нарушение приведет к взысканию неустойки сопоставимой с общей ценой договора.

С учетом правовой позиции указанной в Определении ВС РФ № 305-ЭС16-7657В неустойка по п. 10.7 договора начисляется только в случае неисполнения заказчиком денежного обязательства и должна исчисляться не от общей стоимости работ, а от суммы просроченного обязательства.

Истец требует взыскать неустойку за неоплату работ по внесению изменений.

Заявленная истцом к взысканию неустойка в сумме 94 112 778,61 рублей в 1,5 раза превышает общую стоимость работ по договору, более, чем в 194 раза превышает размер основного долга, в 672 раза превышает обычную плату за пользование чужими денежными средствами, в 139 раз превышает сумму неустойки по ставке указанной в п. 10.7 договора начисленной на размер основного долга, а значит очевидно направлена на неосновательное обогащение истца.

Согласно сведений о средних ставках по банковским краткосрочным кредитам, размещенным на сайте ЦБР в период с 01.01.2017 по 31.12.2018 максимальная ставка в размере 14,19 % годовых зафиксирована в январе 2017 года по кредитам субъектам малого и среднего предпринимательства на срок от 91 до 180 дней. В дальнейшем ставки по всем видам кредитов неуклонно снижались, достигнув к концу 2018 года уровней в пределах 12 % годовых.

Исходя из чего суд первой инстанции правомерно посчитал размер заявленной истцом неустойки несоразмерным последствиям нарушения обязательства и снизил ее до двукратной учетной ставки ЦБР, начисленной на сумму неисполненного обязательства.

Суд отказал истцу во взыскании неустойки за нарушение обязательства по передаче рабочей документации, т.к. не установил соответствующего нарушения со стороны ответчика.

С учетом правовой позиции указанной в Определении ВС РФ № 305-ЭС16-7657В при исчислении неустойки по ставке указанной в п. 10.7 договора необходимо принимать во внимание не общую цену работ, а только сумму неисполненного обязательства.

Договором сумма (цена) обязательств по предоставлению РД не установлена. Общая стоимость работ по обвязке резервуаров трубопроводами которые не были выполнены в отсутствие рабочей документации, составляет 207 831,04 рублей.

Неустойка в сумме 25 446 802,80 рублей начисленная истцом более, чем в сто раз превышает сумму основного долга, более, чем в две тысячи раз превышает обычную плату за пользование денежными средствами, в 631 раз превышает расчет неустойки по ставке указанной в п. 10.7 договора от суммы основного долга.

Суд отказал в удовлетворении требований истца о взыскании неустойки за нарушение срока оплаты работ за апрель 2018, т.к. не установил соответствующих нарушений со стороны ответчика.

Истец неверно определяет срок исполнения обязательства ответчика по оплате работ. Истец ссылается на п. 2.11.4 договора утверждая, что ответчик обязан оплатить работы в течение 10 рабочих дней с даты подписания акта КС-2, и справки КС-3 за апрель 2018 года. Позиция истца не соответствует буквальному содержанию п. 2.11.4 договора, который устанавливает обязанность заказчика по оплате работ в течение 10 дней не с момента приемки работ за календарный месяц, а с момента приемки всего объема работ по определенному этапу, установленному приложением № 1 к договору.

В п. 1.11 договора указано, что даты начала и окончания выполнения работ устанавливаются графиком производства работ. Общая дата начала работ - с даты подписания договора. Срок подготовки рабочей документации - до 01.02.2017, срок поставки материалов и оборудования - до 01.04.2017, строительно-монтажные работы - до 30.08.2017. Отдельные этапы строительно-монтажных работ на помесячной основе договором не установлены.

Виды и объемы работ, выполненные истцом в апреле 2018 года определены локальной сметой № 02-02-02 (ТХ Склад ГСМ). Работы по ЛСР № 02-02-02 выполнялись подрядчиком также в мае 2018 (приняты заказчиком по акту КС-2 и справке КС-3 № 9 от 31.05.2019) и окончательно завершены не были в связи с расторжением договора.

Ежемесячная приемка объемов выполненных работ по актам и справкам КС-2, КС-3 осуществлялась сторонами в порядке промежуточной приемки работ, что установлено п.п. 7.3.1.-7.3.4. договора. Однако данные условия договора не устанавливают обязанности заказчика по оплате работ, принятых в порядке промежуточной приемки и сроков такой оплаты. Поэтому доводы истца о просрочке ответчиком оплаты работ за апрель 2018 года не основаны на условиях договора.

Истец также неверно считает, что обязательства АО «ТЗРК» по оплате работ за апрель 2018 прекратились 26.06.2018 с получением уведомления о зачете.

В соответствии с актом сверки взаимных расчетов за 2017 год не оспариваемая истцом задолженность перед ответчиком составляла 4 390 734,46 рублей.

Как следует из уведомления о зачете, требования истца прекращены встречными требованиями АО «ТЗРК» по следующим договорам:

1.Договор оказания услуг по питанию № 182 от 09.03.2017 на сумму 1239 905,40 рублей. К зачету предъявлена стоимость услуг за следующие периоды: сентябрь 2017 г. (585 057,02 р.), октябрь 2017 г. (368 705,60 р.), ноябрь 2017 г. (58 383,85 р.), февраль 2018 г. (3 091,02 р.), апрель 2018 г. (95 139.33 р.), май 2018 (129 528,57 р.). Согласно акта сверки расчетов сторон за 2017 г., подтвержденная ООО СК КТБ задолженность по договору составляет 1 012 146,47 рублей (периоды сентябрь-ноябрь). Задолженность за апрель и май также подтверждается актом сверки расчетов сторон за период 01.01.2017-22.01.2019. Согласно п. 3.1. договора оплата услуг производится ежемесячно в течение 5 дней с момента получения акта и счета фактуры. Таким образом по состоянию на 28.05.2018 срок исполнения обязательств ООО «СК КГБ» наступил, кроме суммы в размере 129 528,57 рублей, по которой срок исполнения наступил 01.06.2018.

2.Договор оказания услуг по проживанию № 181 от 09.03.2017 на сумму 1 350,00 рублей (УПД № 54 от 28.02.2017). Данная сумма подтверждена истцом в акте сверки расчетов за 2017 г. Согласно п. 3.3. оплата услуг производится ежемесячно в течение 5 дней с момента получения акта и счета фактуры.

3.Договор купли-продажи № 221 от 01.06.2017 (предоставление ГСМ) на сумму 532 647,44 рублей. Долг отражен в акте сверки расчетов за 12 месяцев 2017 на сумму 510 599,55 р. по следующим товарным накладным: № 358 от 30.09.2017 (179 476,48 р.), № 374 от 16.10.2017 (54 092,97 р.), № 391 от 31.10.2017 (218 685,84 р.), № 408 от 10.11.2017 (29 994,56 р.), № 465 от 16.12.2017(28 349,70 р.), УПД № 214 от 31.05.2018 (22 047,89 р.) Кроме того УПД № 214 от 31.05.2018на сумму 22 047,89 рублей. Согласно п. 1.2., 4.1, 4.3. договора цена товара определяется в товарных накладных и счетах на оплату, срок оплаты - в течение 5 дней со дня получения счета. Таким образом, на 28.05.2018 срок исполнения обязательств ООО «СК КТБ»наступил, кроме УПД № 214 на сумму 22 047,89 рублей, по которой срок оплаты наступил 01.06.2018.

4.Договор подряда № 10-01-17 от 10.01.2017 на сумму 109 985,21 рублей. Работы по договору завершены 25.11.2017, что подтверждается Актом приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 и объяснениями истца. Задолженность подтверждена истцом в акте сверки расчетов за 2017 в сумме 109 985,21 рублей.

5.Договор подряда № 06-01-17 от 10.01.2017 в сумме 1 447 339,39 рублей. Работы по договору завершены 25.11.2017, что подтверждается Актом приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 от 29.12.2017 и объяснениями истца. Согласно акта сверки расчетов за 2017 г. задолженность подтверждается истцом на сумму 1 498 307,24 рублей.

Таким образом по состоянию на 28.05.2018 срок исполнения обязательств ООО «СК КТБ» по встречным требования АО «ТЗРК» наступил кроме требований на сумму 129 528,57 рублей (срок 01.06.2018) и на сумму 22 047,89 рублей по которым срок исполнения наступил 01.06.2018.

Довод Истца о том, что суд первой инстанции при расчете неустойки допустил арифметические ошибки, в результате чего неустойка снижена до фактической ставки, которая менее двойной ставки рефинансирования ЦБ, что недопустимо в силу разъяснений Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81, является необоснованным, поскольку размер неустойки определен судом первой инстанции с учетом всех имеющих значение для ее исчисления обстоятельств взаимоотношения сторон, подробно приведенных в тексте решения, т.е. определен правильно.

Доводы Ответчика, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на несогласии заявителя с выводами суда первой инстанции, основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка. Несогласие заявителя с оценкой судом доказательств и иное толкование им норм закона, не означает судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, у суда апелляционной инстанции отсутствуют правовые основания, предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены обжалуемого решения суда.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266, 268, 269, 271 АПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 18.10.2019г. (резолютивная часть от 20.09.2019г.) по делу № А40-12150/19 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья Е.Е. Кузнецова

Судьи Е.В. Бодрова

В.И. Тетюк

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.