Постановление от 28 мая 2019 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5101/2019(1)-АК

Дело № А60-72870/2018
29 мая 2019 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2019 года.

Постановлением в полном объеме изготовлено 29 мая 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Чепурченко О.Н.,

судей Мартемьянова В.И., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Малышевой Д.Д.,

при участии:

от ФГАУ «Российский фонд технологического развития»: сазонов А.С., паспорт, доверенность от 17.12.2018,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы кредитора ФИО1, Федерального государственного автономного учреждения «Российский фонд технологического развития»,

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 марта 2019 года о признании требования заявителя ФИО1 обоснованным и введении в отношении должника процедуры наблюдения,

вынесенное судьей А.В. Боровиком в рамках дела № А60-72870/2018 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Эпсилон» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 18.12.2018 поступило заявление ФИО1 о признании ООО «Эпсилон» несостоятельным (банкротом), в котором заявитель просил признать ООО «Эпсилон» несостоятельным (банкротом) и утвердить временным управляющим должника ФИО2, члена Ассоциации СОАУ «Меркурий».

Определением от 25.12.2018 заявление ФИО1 о признании ООО «Эпсилон» несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено дело о банкротстве № А60-72870/2018.

20 декабря 2018 года в арбитражный суд поступило заявление Федерального государственного автономного учреждения «Российский фонд технологического развития» (ФГАУ «Российский фонд технологического развития») о признании ООО «Эпсилон» несостоятельным (банкротом).

Определением от 26.12.2018 заявление ФГАУ «Российский фонд технологического развития» о признании ООО «Эпсилон» несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено дело о банкротстве № А60-73796/2018.

Определением суда заявления ФИО1 и ФГАУ «Российский фонд технологического развития» о признании ООО «Эпсилон» несостоятельным (банкротом) объединены в одно производство с присвоением делу № А60-72870/2018.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14 марта 2019 года суд признал заявление ФИО1 о признании должника банкротом обоснованным; ввел в отношении ООО «Эпсилон» процедуру наблюдения.

Утвердил временным управляющим ООО «Эпсилон» ФИО3, члена Ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих» с установлением ежемесячного вознаграждения в размере 30 000 руб. за счет денежных средств и имущества должника.

Требования заявителя ФИО1 в сумме 506 487,23 руб. долга включи в реестр требований кредиторов с очередностью их удовлетворения в составе второй очереди реестра требований кредиторов должника.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО1 и ФГАУ «Российский фонд технологического развития» (Фонд) обратились с апелляционными жалобами.

ФИО1 в апелляционной жалобе просил определение отменить в части утверждения ФИО3 временным управляющим должника, просил утвердить временным управляющим должника ФИО2, Ассоциации СОАУ «Меркурий». В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что такое обстоятельство как представительство юридического лица не может рассматриваться как основание аффилированности или вхождение в одну группу с должником; суд поставил ФИО1 – бывшего работника должника, представляющего интересы разных юридических фирм в один ряд с реальными аффилированными лицами должника и как следствие в проигравшую позицию; ссылается на то, что он не может относиться к аффилированным лицам должника, поскольку его действия не могут оказывать влияние на деятельность как должника, так и иных юридических лиц. Также, по мнению апеллянта, обжалуемое определения содержит взаимоисключающие выводы, с одной стороны – признание требований обоснованными и включения их во вторую очередь удовлетворения, с другой стороны – признание заявителя аффилированным лицом, что явилось основанием для отказа в утверждении временным управляющим должника предложенной заявителем кандидатуры арбитражного управляющего; при этом ссылается, что Фондом безакцептно осуществлялось списание денежных средств в счет исполнения должником обязательств в нарушение требования Закона о банкротстве приоритетно удовлетворения свои требования в ущерб удовлетворения требований иных кредиторов, в том числе относящихся ко второй очереди удовлетворения.

Фонд в своей апелляционной жалобе просит определение отменить в части включения в реестр требований кредиторов должника требования ФИО1, ссылаясь на аффилированность его по отношению к должнику; считает, что в данном случае необходимо применить повышенный стандарт доказывания, что судом первой инстанции сделано не было; требования ФИО1 не подтверждено надлежащими доказательствами, единственным доказательством, представленным в его обоснование, является трудовой договор. Также апеллянт отмечает, что обстоятельства, изложенные в настоящей жалобе, не исследовались судом общей юрисдикции, исковое заявление ФИО1 были удовлетворены с признанием долга ответчиком; считает, что в действиях должника и аффилированного по отношению к нему кредитора имеются признаки злоупотребления правом, что является основанием для отказа в удовлетворении заявления.

Временный управляющий ФИО3 в представленных письменных отзывах против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО1 возражал, поддержал доводы апелляционной жалобы Фонда, просил определение в части включения требования ФИО1 в реестр требований кредиторов отменить, в признании заявленного требования обоснованным, отказать; заявил о проведении судебного заседания в его отсутствие.

Фонд в представленном отзыве, ссылаясь на законность и обоснованность определения в части утверждения временным управляющим ООО «Эпсилон» ФИО3, просит в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО1 отказать.

Иных письменных отзывов на апелляционные жалобы не поступило.

Участвующий в судебном заседании представитель Фонда на доводах своей апелляционной жалобы настаивал; поддержал возражения, изложенные в отзыве на жалобу ФИО1

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта лишь в части лицами, участвующими в деле не заявлено, законность и обоснованность определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части, в пределах доводов апелляционных жалоб.

Исследовав материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения в обжалуемой части в силу следующего.

В соответствии с положениями ст. 6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон, Закон о банкротстве) производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику – юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей.

При этом право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора, уполномоченного органа по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или третейского суда о взыскании с должника денежных средств (п. 2 ст. 7 Закона о банкротстве).

Под денежным обязательством Закон о банкротстве понимает обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

Из материалов дела следует, что основанием для обращения ФИО1 в суд с заявлением о признании должника банкротом явилось наличие у должника задолженности, установленной вступившим в законную силу судебным актом.

В частности, решением Хамовнического районного суда г. Москвы от 29.06.2018 по делу № 2-2150/18, вступившим в законную силу 31.07.2018, требования с должника в пользу ФИО1 взыскано 506 487,23 руб. задолженности по заработной плате, компенсаций и морального вреда.

Доказательств погашения должником установленной судебным актом задолженности, в том числе на момент рассмотрения спора материалы дела не содержат (ст. 65 АПК РФ).

Принимая во внимание названные обстоятельства, установив наличие оснований предусмотренных ст.ст. 3, 4, 6, 48 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об обоснованности заявления о признании должника банкротом и наличии оснований для включения в реестр требований кредиторов задолженности установленной вступившим в законную силу судебным актом.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе Фонда со ссылкой на аффилированность заявителя по отношению к должнику, необходимость применения повышенного стандарта доказывания, при проверке обоснованности требования заявленного к включению, основанного на ступившем в законную силу судебном акте подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм действующего законодательства.

Вступивший в законную силу судебный акт общей юрисдикции в силу положений ст. 69 АПК РФ имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора. Арбитражный суд при проверке требования основанного на таком судебном акте вправе лишь проверить обстоятельства последующего его исполнения; оценка законности принятого судом общей юрисдикции судебных актов в компетенцию арбитражного суда не входит.

По существу, доводы, приведенные в обоснование несогласия Фонда с включением в реестр суммы задолженности должника перед ФИО1, направлены на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта, что недопустимо.

Данные доводы могут являться основанием для обжалования судебного акта, на основании которого заявлены требования, в установленном законом порядке.

Таким образом, оснований для отмены обжалуемого определения в части включения требования ФИО1 в реестр требований кредиторов должника, у суда апелляционной инстанции не имеется.

В отношении доводов жалобы ФИО1 суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Порядок утверждения арбитражного управляющего установлен ст. 45 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон, Закон о банкротстве).

В соответствии с положениями п. 1 ст. 45 Закона о банкротстве при получении определения арбитражного суда о принятии заявления о признании должника банкротом, в котором указана кандидатура арбитражного управляющего, или протокола собрания кредиторов о выборе кандидатуры арбитражного управляющего заявленная саморегулируемая организация арбитражных управляющих, членом которой является выбранный арбитражный управляющий, представляет в арбитражный суд информацию о соответствии указанной кандидатуры требованиям, предусмотренным статьями 20 и 20.2 настоящего Федерального закона.

По результатам рассмотрения представленной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих информации о соответствии кандидатуры арбитражного управляющего требованиям, предусмотренным ст. 20 и 20.2 настоящего Федерального закона, или кандидатуры арбитражного управляющего арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего, соответствующего таким требованиям (п. 5 ст. 45 Закона).

При направлении в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) ФИО1 в соответствии со ст. 39 Закона о банкротстве для утверждения на должность управляющего указана кандидатура ФИО2, члена Ассоциации СОАУ «Меркурий».

В последующем заявлении о признании должника банкротом Фондом для утверждения временным управляющим предложена кандидатура арбитражного управляющего ФИО3, члена Ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих».

Утверждая временным управляющим ФИО3, суд первой инстанции исходил из заявленных Фондом возражений относительно утверждения временным управляющим кандидатуры предложенной заявителем по делу ФИО1, ссылаясь на то, что ФИО1 является аффилированным лицом по отношению к должнику.

При этом, судом принята во внимание позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

В частности судом первой инстанции установлено, что юридические и физические лица ООО «Эпсилон», АО «Уралтрубмаш», ООО «Русэкспертиза», ООО ГК «Энергетические проекты», ФИО4, ФИО1 являются аффилированными лицами, входят в одну группу лиц.

ФИО1 по настоящее время оказывает юридические услуги (является представителем) АО «Уралтрубмаш» (управляющей организацией которого является ООО «Русэкспертиза» (гендиректор и 91% участник: ФИО4)), что подтверждается:

определением Арбитражного суда г. Москвы от 06.02.2019 г. по делу № А40-57699/17 (дело о банкротстве АО «Уралтрубмаш»): «от должника - ФИО1 (паспорт, дов. № 1/2019 от 18.01.2019)»,

определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.08.2018 г. по делу № А40-57699/17 (дело о банкротстве АО «Уралтрубмаш»): «от должника АО «Уралтрубмаш» - представитель ФИО1 (удостоверение № 847, доверенность № 5/2018 от 14.08.2018)».

ФИО4 и АО «Уралтрубмаш» являются поручителями по долгу ООО «Эпсилон» перед Фондом развития промышленности (договор поручительства № ДЗ-23/15-ПРЧ-1, Договор поручительства № ДЗ-23/15-ПРЧ- 2).

Единоличным исполнительным органом должника ООО «Эпсилон» является управляющая организация ООО «Русэкспертиза», генеральным директором которой является ФИО4; 100% участником ООО «Эпсилон» является ООО ГК «Энергетические проекты» (генеральный директор – ФИО4), которое на 5/6 принадлежит ООО «Русэкспертиза» (91% которого принадлежит ФИО4) и на 1/6 ФИО4

ООО «Эпсилон» входит в одну группу лиц с АО «Уралтрубмаш»: единоличным исполнительным органом АО «Уралтрубмаш» является ООО «Русэкспертиза» (которое принадлежит и управляется ФИО4); владельцем АО «Уралтрубмаш» является ФИО4

В соответствии с решением Черемушкинского районного суда г. Москвы от 13.09.2018 по делу № 02-3978/2018 ФИО1 в АО «Уралтрубмаш» занимал должность заместителя генерального директора по организационным и правовым вопросам на предприятии.

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060, от 30.03.2017 № 306- ЭС16-17647(1), от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7), от 26.05.2017 № 306-ЭС16- 20056(6)) выработаны критерии распределения бремени доказывания в рамках дела о банкротстве для лиц, входящих в одну группу лиц: при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса – на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Между тем, кредитор ФИО1 обоснованных опровержений приведенных выше обстоятельств не представил.

Напротив, в судебном заседании арбитражного суда ФИО1 подтвердил, что являлся работником как АО «Уралтрубмаш», так и должника – ООО «Эпсилон».

Пояснил, что в ООО «Эпсилон» занимал должность юрисконсульта и занимался разработкой документов, полным представительством в судах и сопровождением деятельности. Также ФИО1 пояснял суду, что участвовал в деловых встречах ООО «Эпсилон» на высшем уровне, имеет тесные деловые связи с ФИО4 (контролирующим должника лицом) и по настоящее время оказывает юридические услуги лицам, входящим в группу компаний «Энергия», в том числе ООО «Эпсилон», под руководством ФИО4

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о наличии признаков аффилированности ФИО1 по отношению к должнику – ООО «Эпсилон».

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, временным управляющим в деле о банкротстве не может быть утверждено лицо, кандидатура которого предложена кредитором, аффилированным по отношению к должнику.

Поскольку должник и аффилированные с ним лица имеют общий интерес, отличный от интереса кредиторов, правила п. 5 ст. 37 Закона о банкротстве подлежат применению по аналогии (п. 1 ст. 6 ГК РФ) и в ситуации, когда кандидатура временного управляющего, саморегулируемая организация предложены связанным с должником лицом – заявителем по делу о банкротстве. Такое регулирование направлено на обеспечение подлинной независимости управляющего, предотвращение потенциального конфликта интересов, то есть на устранение всяких сомнений по поводу того, что управляющий, предложенный должником, в приоритетном порядке будет учитывать интересы последнего, ущемляя тем самым права гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов.

Вместе с тем в данном конкретном деле вторым заявителем ФГАУ «Российский фонд технологического развития» предложена кандидатура временного управляющего ФИО3, члена Ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих».

Поскольку сведений и обстоятельств, свидетельствующих об аффилированности Фонда и ООО «Эпсилон» в материалах дела отсутствуют и сторонами не приведено, размер требований Фонда составляет 409 727 687,64 руб., суд правомерно утвердил на должность временного управляющего должника арбитражного управляющего ФИО3.

При этом, судом верно отмечено, что прямого запрета на утверждения кандидатуры временного управляющего предложенного вторым заявителем в п. 27.1 указанного Обзора не содержаться; Фонд как лицо подавшее заявление о вступлении в дело, фактически, также является заявителем по делу.

При этом интерес заявителя по делу о банкротстве состоит и в том, чтобы на него не были переложены негативные последствия нехватки у должника средств на финансирование процедур несостоятельности, то есть интерес в недопущении уменьшения имущественной массы заявителя в результате инициирования им дела о банкротстве (п. 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

Соответственно механизм утверждения судом кандидатуры арбитражного управляющего должником именно по заявлению кредитора-инициатора дела о банкротстве обусловлен обеспечением защиты материального интереса такого кредитора, заключающегося в минимизации его расходов (судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему), отнесенных на заявителя на основании п. 3 ст. 59 Закона о банкротстве как на кредитора с особым статусом.

Сомнений в том, что арбитражный управляющий ФИО3 обладает должной компетентностью, добросовестностью или независимостью у апелляционного суда не имеется.

Таким образом, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Закона о банкротстве, правомерно утвердил временным управляющим ООО «Эпсилон» ФИО3.

Утверждение апеллянта о том, что обжалуемое определения содержит взаимоисключающие выводы, с одной стороны – признание требований обоснованными и включения их во вторую очередь удовлетворения, с другой стороны – признание заявителя аффилированным лицом, что явилось основанием для отказа в утверждении временным управляющим должника предложенной заявителем кандидатуры арбитражного управляющего, несостоятельно, поскольку само по себе наличие у заявителя по делу о банкротстве признаков аффилированного лица по отношению к должнику автоматически не влечет необоснованность заявленного им требования.

Также следует отметить, что безакцептное списание Фондом со счета должника денежных средств во исполнение обязательств должника, предусмотренное условиями договора, не свидетельствует о противоправности действий Фонда и направленности их причинение вреда имущественным правам иных кредиторов, в том числе относящихся ко второй очереди удовлетворения.

Иных доводов несогласия с обжалуемым судебным актом в апелляционной жалобе ФИО1 не приведено.

С учетом изложенных обстоятельств, оснований влекущих отмену определения арбитражного суда от 14.03.2019, предусмотренных ст. 270 АПК РФ судом апелляционной инстанции не установлено. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

Оплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на определение о введении в отношении должника процедуры наблюдения налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 марта 2019 года по делу № А60-72870/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

О.Н. Чепурченко

Судьи

В.И. Мартемьянов

Т.Ю. Плахова