Постановление от 18 августа 2025 г. по делу № А66-17749/2021

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, <...> E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-17749/2021
г. Вологда
19 августа 2025 года


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Писаревой О.Г., судей Корюкаевой Т.Г. и Марковой Н.Г.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания Вирячевой Е.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам суда первой инстанции заявление общества с ограниченной ответственностью «Строительный оптовый центр» о привлечении лиц, контролирующих общество с ограниченной ответственностью «Территория Комфорта», к субсидиарной ответственности,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Тверской области от 26.12.2024 в части удовлетворения заявления общества с ограниченной ответственностью «Лифттехникасервис» (далее – Общества) о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Территория Комфорта» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: <...>, офис VI; далее – Должник).

Определением от 27.05.2025 суд апелляционной инстанции, в связи с нарушением судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, осуществил переход к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам суда первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 12.09.2024 по настоящему делу произведена процессуальная замена

Общества на общество с ограниченной ответственностью «Строительный оптовый центр» (далее – Центр) на основании заключенного между ними договора уступки прав требований.

В соответствии со статьей 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда

правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны её правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В абзаце втором пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при переходе требования заявителя к другому лицу после возбуждения дела о банкротстве, в том числе на этапе рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом, рассматривающий дело о банкротстве суд самостоятельно производит замену заявителя его правопреемником,

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции считает подлежащим замене заявителя по обособленному спору Общество на Центр.

Центр ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещённые о времени и месте его рассмотрения, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, арбитражный суд апелляционной инстанции находит заявление не подлежащим удовлетворению.

Как следует из материалов дела, Должник зарегистрирован налоговым органом 28.08.2015 в качестве юридического лица, единственным учредителем которого является ФИО2.

Функции единоличного исполнительного органа Должника в период с 28.08.2015 по 16.12.2019 исполняла ФИО2, в период с 16.12.2019 по 20.05.2021 - ФИО3, в период с 20.05.2021 по 08.11.2022 - ФИО1.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 11.01.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Должника.

Определением суда 06.04.2021 в отношении Должника введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 07.11.2022 Должник признан банкротом, в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Будучи конкурсным кредитором Должника, Общество (ныне – Центр), обратилось в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке

статьи 49 АПК РФ, о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника ФИО2, ФИО3, ФИО1 за неподачу заявления о банкротстве Должника не позднее 01.02.2021; ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО5 и ФИО6 за совершение вредоносных сделок

(получение выгоды), а также ФИО1 – за непередачу временному управляющему Должника документации последнего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002

№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

По общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1

статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2

статьи 61.10 Закона о банкротстве). С учетом изложенного статус ФИО2, ФИО3 и

ФИО1 как контролирующих Должника лиц презюмируется на основании пункта 1 части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

ФИО5 (бывшая супруга руководителя Должника ФИО1) занимала должность заместителя директора Должника по маркетингу, ФИО6 (отец ФИО1 и супруг ФИО2) работал в должности заместителя директора Должника по общим вопросам.

Доказательств тому, что в силу своих должностных обязанностей ФИО5 и ФИО6 имели возможность давать обязательные для исполнения указания руководителю Должника, а равным образом распоряжаться денежными средствами (имуществом) Должника, подписывать финансовые документы Должника, не предъявлено.

Отношения родства и свойства с членами органов управления Должника свидетельствуют об аффилированности ФИО6 и ФИО5, но

не подтверждают сами по себе того, что указанные лица могли определять деятельность Должника и влиять на неё.

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает, что, поскольку

ФИО5 и ФИО6 не могут быть признаны контролирующими Должника лицами по основаниям привлечения их к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о банкротстве Должника, непередачей документации Должника, оснований для удовлетворения заявленных требований к этим лицам не имеется.

Суд первой инстанции рассматривает в выделенной части заявление кредитора о привлечении в том числе ФИО6 и ФИО5 как лиц, которые извлекли выгоду из незаконного или недобросовестного поведения иных контролирующих Должника лиц, в связи с этим апелляционный суд не имеет возможности давать оценку заявления кредитора в данной части (возможность пересмотра в апелляционной инстанции отсутствует, так как суд первой инстанции по существу заявление в данной части не рассматривал).

Вместе с тем апелляционный суд не находит оснований для привлечения ФИО2, ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника за неподачу заявления в указанную заявителем дату ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. Бремя доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на заявителя.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), привлечение

контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности Должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т. п.).

Основным видом деятельности Должника является управление жилым фондом за вознаграждение и на договорной основе.

Кредиторская задолженность Должника представляла собой задолженность перед ресурсоснабжающими организациями вследствие наделения его полномочиями по сбору денежных средств с владельцев жилых помещений и оплате потребленных коммунальных ресурсов.

Ситуация, при которой управляющая компания имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с просроченной дебиторской задолженностью граждан за потребленные жилищно-коммунальные услуги, является обычной для функционирования таких компаний.

Значительная кредиторская задолженность сама по себе в отрыве от иных финансовых показателей хозяйственной деятельности не говорит о неплатежеспособности Должника.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что Должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих его лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя Должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность Должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для Должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

В соответствии с правовым подходом, изложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом и

седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности, в том числе предполагающих по общему правилу его вину, освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Как следует из объяснений ФИО1, исполнявшего обязанности руководителя Должника в спорный период, сложности с оплатой услуг ресурсоснабжающих организаций и иных контрагентов Должника были связаны с внешними факторами, в том числе с введенными в 2020 году государством мерами по противодействию коронавирусной инфекции (COVID-19) и предоставлению в связи с этим гражданам отсрочки по оплате жилищно-коммунальных услуг. В дальнейшем при прежнем уровне тарифов за обслуживание жилого фонда резко увеличилась стоимость материалов и услуг, оказываемых подрядными организациями. Должником велась работа по взысканию дебиторской задолженности, в том числе с привлечением сторонних организаций.

Учитывая специфику основной деятельности Должника - управление многоквартирными жилыми домами, которая не является доходной и имеет социальную направленность, принимая во внимание, что ресурсоснабжающие организации как кредиторы Должника в любом случае не могли отказаться от заключенных договоров теплоснабжения, поскольку такие действия привели бы к приостановлению подачи коммунальных ресурсов потребителям, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что на указанную конкурсным кредитором дату Должник обладал объективными признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо доказательств того, что Должнику были предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества, а равно доказательств наличия иных обозначенных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, являющихся основанием для обращения руководителя юридического лица в суд с заявлением о признании Должника банкротом.

В связи с этим не имеется правовых оснований для удовлетворения требования о привлечении ФИО2, ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Также не подлежат удовлетворению требования заявителя о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника за непередачу документации Должника.

В силу подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непредставлении, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Конкурсным кредитором Должника не указано, какие именно документы не были переданы бывшим руководителем Должника и не обосновано, как отсутствие документации повлияло на проведение процедуры банкротства.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 19.10.2022 возложена обязанность на руководителя Должника ФИО1 по передаче временному управляющему сведений и документов Должника.

Как следует из объяснений ФИО1, документация Должника им передана, на что указано в анализе финансового состояния Должника, проведенного его временным управляющим.

Исполнительное производство для принудительного исполнения вышеуказанного судебного акта не возбуждалось.

Согласно сведениям, размещенным в ЕФРСБ, конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества и размещены соответствующие акты инвентаризации, в том числе дебиторской задолженности Должника, проводится работа по оспариванию сделок Должника.

С учетом изложенного, поскольку заявителем не представлено доказательств того, каким образом отсутствие у конкурсного управляющего Должника документов бухгалтерского учета и отчетности, а также иной документации повлияло на проведение процедуры банкротства либо существенно затруднило её, в удовлетворении заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по данному основанию следует отказать.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной инстанции относятся на заявителя в силу статьи 110 АПК РФ, так как апелляционная жалоба фактически признана обоснованной.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

отменить определение Арбитражного суда Тверской области от 26.12.2024 по делу № А66-17749/2021. Отказать в удовлетворении заявленных требований.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строительный оптовый центр» в пользу ФИО1 10 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судом апелляционной инстанции.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд

Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

Председательствующий О.Г. Писарева

Судьи Т.Г. Корюкаева

Н.Г. Маркова