Постановление от 18 марта 2020 г. по делу № А50-13613/2015



СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-15523/2018-АК
г. Пермь
18 марта 2020 года
Дело № А50-13613/2015


Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 марта 2020 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чепурченко О. Н.

судей Плаховой Т.Ю., Романова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Леконцевым Я.Ю.,

при участии:

от конкурсного управляющего Гершанока А.А.: Гершанок А.А., паспорт, доверенность от 13.05.2019;

от Дергунова Н.Н.: Никонова М.В., паспорт, доверенность от 22.05.2019;

от Богатырева С.А.: Никонова М.В., паспорт, доверенность от 17.11.2017;

от уполномоченного органа: Пшегорлинская В.В., удостоверение, доверенность от 07.02.2020,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Гершанока Александра Александровича

на определение Арбитражного суда Пермского края от 20 января 2020 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – Богатырева Сергея Александровича, Дергунова Николая Николаевича, Симакова Александра Анатольевича; о прекращении производства по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ЗАО «Росстэк»,

вынесенное в рамках дела № А50-13613/2015 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Завод строительных конструкций» (ОГРН 1055906295730, ИНН 5920022491),

третьи лица: Жук Александр Валерьевич, Бушмакин Иван Николаевич, Лопотеев Владимир Леонидович, Казаков Геннадий Егорович, Новиков Павел Вячеславович, Рыкунов Владимир Александрович, Гилфанов Рудик Ирегович, Карабанов Сергей Андреевич, ООО «Челси»,



установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 30.07.2015 в отношении ООО «Завод строительных конструкций» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден Гершанок Александр Александрович.

Решением арбитражного суда от 22.01.2016 ООО «Завод строительных конструкций» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден Гершанок Александр Александрович.

16 октября 2017 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Гершанока А.А. о привлечении Богатырева Сергея Александровича, Дергунова Николая Николаевича, Симакова Александра Анатольевича, ЗАО «Росстэк» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании ст.ст. 9, 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», которое определением от 15.08.2019 было принято к производству.

Определениями суда от 02.10.2019, 25.10.2019 к участию в данном обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Жук Александр Валерьевич, Бушмакин Иван Николаевич, Лопотеев Владимир Леонидович, Казаков Геннадий Егорович, Новиков Павел Вячеславович, Рыкунов Владимир Александрович, Гилфанов Рудик Ирегович, Карабанов Сергей Андреевич, ООО «Челси».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 20 января 2020 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – Богатырева Сергея Александровича, Дергунова Николая Николаевича, Симакова Александра Анатольевича отказано. Производство по заявлению конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности ЗАО «Росстэк» прекращено.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий Гершанок А.А. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает на то, что выводы суда о наличии у ответчика предполагать восстановление платежеспособности являются необоснованными и документально не подтвержденными; план выхода из кризисного состояния в дело не представлен; мероприятия по модернизации и снижению затрат не являются доказательством наличия такого плана и не привели к желаемому результату; ссылается на то, что экспертным заключением ООО «Консалтинговая группа «Капитал» от 21.06.2019 подтверждено неудовлетворительное финансовое состояние должника, наличие объективных признаков банкротства, что свидетельствует о нахождении должника в период с 2012 по 2015 годы в кризисном состоянии, с 01.01.2011 имел место факт роста убытков, превышения обязательств над активами, то есть должник обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества. Полагает, что судом не в полном объеме проанализировал основания привлечения к субсидиарной ответственности, не дал им надлежащей правовой оценки; в отношении привлечения к ответственности Богатырева С.А. (27.07.2009-26.04.2015) ссылается на то, что начиная с 01.04.2012, у должника имелась постоянно просроченная более трех месяцев задолженность перед бюджетом; обязательства должника превышали стоимость имущества, обращение взыскания на имущество сделало бы невозможным хозяйственную деятельность должника; в период руководство Богатырева С.А. с 01.05.2012 по 26.04.2015 сформировалась кредиторская задолженность включенная в реестр в общей сумме 38 031 918,31 руб. Ссылается на то, что в период руководство должником, Богатырев С.А. осуществлял крайне неэффективное руководство, приведшее к накоплению долгов и убытков, что в конечном итоге привело к банкротству; убыточная деятельность привела к уменьшению размера имущества должника и к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований пол обязательствам должника за счет его имущества. Ссылается на то, что к накоплению убытков и появлению неисполненных обязательств привело наличие договора с управляющей компанией ЗАО «Росстэк»; за период с 01.01.2011 по 30.06.2015 размер убытков должника составил 18 165 тыс. руб., при этом стоимость услуг общества по осуществлению функций исполнительного органа за указанный период составила 30 760 523,52 руб.; по мнению апеллянта, в отсутствие договора оказания услуг управления убытков у должника бы не возникло, а полученная прибыль могла быть направлена на погашение задолженности перед кредиторами.

В отношении требований заявленных к Дергунову Н.Н. (27.04.2015-28.06.2015) апеллянт отмечает, что он не мог не знать о наличии у должника перед уполномоченным органом задолженности непогашенных свыше трех месяцев, а также превышение обязательств над активами; ссылается на возникновение у должника в период с 28.05.2015 по 28.06.2015 перед кредиторами обязательств на общую сумму 7 096 786,77 руб., включенную в реестр требований кредиторов должника.

В отношении требований к Симакову А.А. (с 29.06.2015 по 17.01.2016) конкурсный управляющий указывает на не передачу документации должника по дебиторской задолженности на сумму 18 223 984,21 руб.; документы на запасы на сумму 2 043 тыс. руб., прочие оборотные активы на сумму 3 758 тыс. руб. также не переданы. Также, по мнению апеллянта, в период процедуры наблюдения были выявлены факты мошенничества и хищения руководством имущества (продукции) должника, об указанном свидетельствует совершение Симаковым А.А. сделки по отчуждению имущества в пользу ООО ТД «ЗСК», реализованы товары на общую сумму 13 838 751,46 руб. без письменного согласия на то временного управляющего; денежные средства по указанной сделке должнику не поступили. Ссылается на непринятие Симаковым А.А. мер по взысканию дебиторской задолженности с ОАО «РЭУ» в размере 1 019 914,86 руб.; передача документации должника по указанной задолженности осуществлена 18.01.2016, то есть после закрытия реестра требований кредиторов ОАО «РЭУ» 26.11.2015; считает, что с учетом нанесенного Симаковым А.А. ущерба в виде утраты имущества должника, размер субсидиарной ответственности последнего по ст. 61.11 Закона о банкротстве с 29.06.2015 по 17.01.2016 составляет 38 864 762,27 руб.

В отношении требований предъявленных к ЗАО «Росстэк» (управляющая организация с 28.07.2010 по 27.07.2015) конкурсный управляющий указывает на то, что за период с 01.01.2011 по 30.06.2015 размер убытков должника составил 18 165 тыс. руб., при этом стоимость услуг общества по осуществлению функций исполнительного органа за указанный период составила 30 760 523,52 руб.; по мнению апеллянта, в отсутствие договора оказания услуг управления убытков у должника бы не возникло, а полученная прибыль могла быть направлена на погашение задолженности перед кредиторами. Ссылается на то, что в течении всего периода осуществления обществом управления должником у последнего имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, обязательства постоянно превышали активы должника, о чем ЗАО «Росстэк» как лицо, осуществляющее функции исполнительного органа, а также как учредитель должника не могло не знать. Также управляющий отмечает, что в штате должника в период действия договора числились сотрудники управления: директор, главный бухгалтер, юрист и пр., получающие заработную плату и выполняющие все функции прописанные в договоре, в результате чего имело место завышение расходов, поскольку должником оплачивались услуги по договору и заработная плата штатным сотрудникам управления, что свидетельствует о формальных отношениях должника по договору с ЗАО «Росстэк»; вся деятельность велась штатными сотрудниками должника; фактически отчетность обществом «Росстэк» о проделанной работе не составлялась и должнику не передавалась, вся отчетность сводилась только к актам с указанием на одной строчки – услуги по осуществлению функций исполнительного органа, что в таких случаях недопустимо, доказательств реального оказания услуг и исполнения договора, экономической целесообразности таких расходов ни ЗАО «Росстэк», ни должником не представлено. Апеллянт полагает, что с учетом нанесенного ущерба, размер ответственности общества «Росстэк» по ст. 61.11 Закона о банкротстве составляет 38 864 762,27 руб.

Богатырев С.А., Дергунов Н.Н. и Симаков А.А. согласно представленным отзывам просят оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Участвующие в судебном заседании представители конкурсного управляющего должника, Богатырев С.А. и Дергунов Н.Н. свои доводы и возражения поддержали соответственно.

Представитель уполномоченного органа доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего Гершанока А.А. поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ООО «Завод строительных конструкций» зарегистрирован в качестве юридического лица 20.06.2005 года. Учредителем (участником) ООО «Завод строительных конструкций» являлся ЗАО «Росстэк».

Основными видами деятельности должника являлись производство изделий из бетона для использования в строительстве.

ЗАО «Росстэк» являлось управляющей организацией должника с 28.07.2010 по 27.07.2015 на основании договора об оказании услуг по осуществлению функций исполнительного органа от 28.07.2010 № 06-10/У.

Богатырев Сергей Александрович с 27.07.2009 по 26.04.2015 являлся руководителем (председателем правления управляющей организации (ЗАО «Росстэк»)), согласно решению ЗАО «Росстэк» № 01-09 от 09.07.2009 (ранее представленному уполномоченным органом в материалы дела), выписке ЕГРЮЛ.

Дергунов Николай Николаевич с 27.04.2015 по 28.06.2015 являлся руководителем (председатель правления управляющей организации (ЗАО «Росстэк»)), согласно протоколу годового общего собрания акционеров ЗАО «Росстэк» от 27.04.2015.

Симаков Александр Анатольевич согласно выписке из ЕГРЮЛ являлся директором должника с 29.06.2015 по 17.01.2016.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением о привлечении контролирующих должника лиц, конкурсный управляющий просит привлечь Богатырева Сергея Александровича и Дергунова Николая Николаевича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с неподачей ими заявления о признании должника банкротом при наличии у должника начиная с 01.01.2011 признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества ввиду роста убытков, роста обязательств, превышения обязательств над активами. По мнению конкурсного управляющего бывший руководитель должника Богатырев С.А. обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ЗСК» несостоятельным (банкротом) в срок не позднее 01.05.2012; руководитель общества Дергунов Н.Н. должен был подать соответствующее заявление с 28.05.2015.

Также конкурсным управляющим заявлены требования к Богатыреву С.А. основанные на осуществлении последним крайне неэффективного руководства, приведшее к накоплению долгов и убытков, что в конечном итоге привело к банкротству должника, что, по мнению заявителя, является основанием для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности по п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Симакова А.А. основаны на не передаче конкурсному управляющему всей документации должника, касающихся активов общества.

По мнению конкурсного управляющего ЗАО «Росстэк» должно быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие его действий, а именно формального исполнения функций исполнительного органа должника при фактическом ее осуществлении штатными сотрудниками должника.

Отказывая в привлечении Богатырева Сергея Александровича, Дергунова Николая Николаевича, Симакова Александра Анатольевича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по приведенным выше оснований, суд первой инстанции исходил из отсутствия на то правовых оснований. Установив, что ЗАО «Росстэк» исключено из ЕГРЮЛ 22.01.2019 как недействующее юридическое лицо, суд первой инстанции прекратил производство по заявлению на основании п. 5 ч. 1 ст. 150 АПК РФ.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 ст. 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подп. 1 п. 12 ст. 61.11, пунктов 3-6 ст. 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам – п. 1 ст. 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в п. 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Поскольку действия (бездействие) лиц, в связи с которыми заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место в 2012-2016 годах, применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени, в частности положения ст. 10 Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона).

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, что влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в п. 2 ст. 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Определяя дату возникновения обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), а именно Богатыревым С.А. с 01.05.2012 и Дергуновым Н.Н. с 28.05.2015, конкурсный управляющий указывает на следующие обстоятельства.

По состоянию на 01.01.2011 обязательства должника составляли 19 561 тыс. руб., на 01.01.2012 – 28 938 тыс. руб., на 01.01.2013 – 24 526 тыс. руб., на 01.01.2014 – 34 543 тыс. руб., на 01.01.2015 – 42 479 тыс. руб., на 01.07.2015 – 53 016 тыс. руб.

На 01.01.2011 имущество должника составляло 19 205 тыс. руб., на 01.01.2012 – 22 984 тыс. руб., на 01.01.2013 – 13 384 тыс. руб., на 01.01.2014 – 24 035 тыс. руб., на 01.01.2015 – 33 179 тыс. руб., на 01.07.2015 – 34 492 тыс. руб.

Согласно письму ИФНС по г. Чайковскому от 07.09.2016 № 06-53/08098, справкам о задолженности ООО «Завод строительных конструкций» по налогам и сборам, за период с 01.01.2012 по 01.07.2016, ООО «Завод строительных конструкций» имело задолженность по налогам и сборам в течение всего анализируемого периода, в том числе в 3-летний период до подачи заявления о признании должника банкротом.

В частности, на 01.07.2014 задолженность по налогам (без учета страховых взносов) составляла 848 819,07 руб., на 01.10.2014 – 1 514 794,28 руб., на 01.01.2015 – 2 265 407,50 руб., на 01.04.2015 – 4 526 797,88 руб., на 01.07.2015 – 5 982 556,78 руб.

Указанное, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствует, что задолженность должника перед уполномоченным органом с 01.10.2014 постоянно увеличивалась и не погашалась.

Судом из материалов дела установлено, что дело о банкротстве ООО «Завод строительных конструкций» возбуждено на основании заявления уполномоченного органа поступившего в арбитражный суд 23.06.2015, принятого к производству суда определением от 30.06.2015.

Определением суда от 30.07.2015 в отношении ООО «Завод строительных конструкций» введена процедура наблюдения; решением арбитражного суда от 22.01.2016 ООО «Завод строительных конструкций» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Согласно отчету конкурсного управляющего, в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 38 792 480,73 руб., в том числе: уполномоченного органа за период с 01.01.2013 по 23.06.2015 в размере 27 977 548,05 руб.; ООО «Челси» за период с 01.03.2015 по 30.06.2015 в размере 1 452 925,72 руб.; ЗАО «Росстэк» за период с 31.01.2014 по 28.06.2015 в размере 9 009 252,97 руб.; ООО «Декон» по договору от 12.01.2015 в размере 36 864 руб.; ООО «СтройБизнесКонсалтинг» за период с 01.01.2015 по 30.06.2015 в размере 315 889,99 руб.

Также судом признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества оставшегося после удовлетворения требований кредиторов включенных в реестр требования ООО «Котельная» за период с 01.01.2014 по 30.09.2014 в размере 353 668,29 руб.

Из указанного следует, что требования кредиторов о включении в реестр, основанные на неисполнении должником своих обязательства и признанные судом обоснованными, возникли не ранее 01.01.2013.

Согласно анализу деятельности должника следует, что на протяжении 10 лет общество «Завод строительных конструкций» обеспечивало потребности в ЖБИиК на территории Чайковского муниципального района, Пермского края, Удмуртской республики; указанные изделия применялись для гражданского и промышленного строительства; предприятие обеспечивало работой более 350 человек (среднесписочно).

Предприятие осуществляло деятельность с применением оборудования, механизмов, попадающих под категорию «Опасные производственные объекты». Эксплуатация указанных объектов было сопряжена с необходимостью обслуживания указанного оборудования узкими профильными специалистами, необходимостью выполнения требований законодательства в области промышленной безопасности, экологии и метрологии. В силу этого, в производственной деятельности присутствовали вредные факторы, которые требовали дополнительного обеспечения средствами индивидуальной защиты, средствами измерения, дополнительного медицинского сопровождения, выполнения требований, установленных при аттестации рабочих мест, предоставления работникам льгот, предусмотренные для профессий с вредными факторами и все это было обязано обеспечивать предприятия за счет собственных средств.

Согласно данным бухгалтерского баланса за 2011 год активы должника составляли в сумме 22 984 тыс. руб., в том числе: основные средства – 4 915 тыс. руб., нематериальные активы – 246 тыс. руб., доходные вложения в материальные ценности – 465 тыс. руб., финансовые вложения – 3 556 тыс. руб., отложенные налоговые активы – 920 тыс. руб., запасы – 1 201 тыс. руб., дебиторская задолженность – 11 549 тыс. руб. Кредиторская задолженность составила 28 754 тыс. руб.

Показатели баланса активов должника за 2012 года составляли 13 384 тыс. руб., в том числе: основные средства – 2 763 тыс. руб., нематериальные активы - 246 тыс. руб., доходные вложения в материальные ценности – 480 тыс. руб., финансовые вложения – 3 556 тыс. руб., отложенные налоговые активы – 1 566 тыс. руб., запасы – 1 498 тыс. руб., дебиторская задолженность – 3 144 тыс. руб. Кредиторская задолженность составила 24 470 тыс. руб.

Показатели баланса активов должника на 31.03.2013 составляли в размере 19 816 тыс. руб., в том числе: основные средства – 2 765 тыс. руб., нематериальные активы – 246 тыс. руб., доходные вложения в материальные ценности – 466 тыс. руб., финансовые вложения – 3 556 тыс. руб., отложенные налоговые активы – 2 285 тыс. руб., запасы – 1 389 тыс. руб., дебиторская задолженность – 8 518 тыс. руб. Кредиторская задолженность составила 26 174 тыс. руб.

Показатели баланса активов должника на 30.09.2013 составили в размере 29 549 тыс. руб., в том числе: основные средства – 2 952 тыс. руб., нематериальные активы – 246 тыс. руб., доходные вложения в материальные ценности – 485 тыс. руб., финансовые вложения – 3 556 тыс. руб., отложенные налоговые активы – 694 тыс. руб., запасы – 1 568 тыс. руб., дебиторская задолженность – 19 992 тыс. руб. Кредиторская задолженность составила 28 997 тыс. руб.

Показатели балансов за 2013 году в целом составили в сумме 24 035 тыс. руб., в том числе: основные средства – 4 322 тыс. руб., запасы – 1 942 тыс. руб., дебиторская задолженность 12 245 тыс. руб. Кредиторская задолженность – 27 976 тыс. руб.

Согласно бухгалтерскому балансу за 2014 год активы должника составили в сумме 33 179 тыс. руб., в том числе: основные средства – 3 576 тыс. руб., запасы – 2 229 тыс. руб., дебиторская задолженность – 22 064 тыс. руб. Кредиторская задолженность – 37 630 тыс. руб.

Согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.03.2015 активы должника составили в сумме 33 462 тыс. руб., в том числе: основные средства – 3 576 тыс. руб., финансовые вложения – 3 556 тыс. руб., запасы – 2 229 тыс. руб., дебиторская задолженность – 22 064 тыс. руб. Кредиторская задолженность – 46 055 тыс. руб.

Показатели баланса активов должника на 30.06.2015 составили в размере 34 492 тыс. руб., в том числе: основные средства – 2 649 тыс. руб., нематериальные активы - 246 тыс. руб., доходные вложения в материальные ценности – 308 тыс. руб., финансовые вложения – 3 556 тыс. руб., отложенные налоговые активы – 2 444 тыс. руб., запасы – 2 043 тыс. руб., дебиторская задолженность – 19 484 тыс. руб. Кредиторская задолженность составила 52 367 тыс. руб.

Согласно анализу временного управляющего наличие у должника внеоборотных активов, особенно основных средств, является положительным фактором, свидетельствующим о наличии возможности его реализации и расчетов с кредиторами. Так, на конец анализируемого периода должник имеет внеоборотные активы на сумму 9 814 тыс. руб., в том числе нематериальные активы 246 тыс. руб., основные средства 2 530 тыс. руб., доходные вложения в материальные ценности 297 тыс. руб., долгосрочные финансовые вложения 3 556 тыс. руб., отложенные налоговые активы 3 185 тыс. руб. Оборотные активы за анализируемый период увеличились с 4 773 тыс. руб. до 21 903 тыс. руб. Временным управляющим сделан вывод о том, что наличие оборотных активов является положительной тенденцией, в составе активов присутствует база для взыскания средств за счет ликвидного имущества.

Также временным управляющим отмечено, что обязательства должника на конец анализируемого периода составляют 54 722 тыс. руб., что значительно превышает собственные средства. В связи с тем, что предприятие в настоящее время не работает, и не ведет хозяйственной деятельности и ввиду фактического отсутствия выручки и прибыли от текущей деятельности у должника в достаточном объеме, временным управляющим сделан вывод о том, что должник в перспективе не в состоянии покрыть текущие обязательства из выручки.

Погашение обязательств за счет имущества, отраженного в последнем бухгалтерском балансе должника, возможно частично, в том числе за счет реализации внеоборотных активов, запасов, взыскания краткосрочной дебиторской задолженности, балансовой стоимостью 31 718 тыс. руб.

Временным управляющим сделан вывод о том, что денежных средств, полученных от возможной реализации всего имущества предприятия согласно данным отчетности на конец анализируемого периода недостаточно для погашения кредиторской задолженности.

Как верно отмечено судом первой инстанции, показатели бухгалтерского баланса сами по себе не могут рассматриваться как безусловное доказательство необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку отражают лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду.

Сам по себе факт увеличения размера обязательств должника и непокрытого убытка от осуществления деятельности при установлении иных конкретных обстоятельств не означает, что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами и руководитель должника обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника (определение ВАС РФ от 24.07.2014 №ВАС-9705/14).

В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (Постановление № 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц, чего при рассмотрении настоящего дела не установлено.

Поэтому сам по себе признак недостаточности имущества у должника не может свидетельствовать о наступлении обязанности у ответчиков подать заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Для определения причин возникновения банкротства, судом по настоящему обособленному спору назначена экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «Консалтинговая группа «Капитал» Маринову Илье Олеговичу.

По первому вопросу: Анализ финансово-хозяйственной деятельности ООО «Завод строительных конструкций» в период с 2012 по 2015 годы включительно, в том числе определить объективные (связанные с общеэкономической ситуацией) и субъективные (вытекающие непосредственно из деятельности самого предприятия) причины банкротства, экспертом сделаны следующие выводы.

Из анализа финансовых показателей ООО «ЗСК» за 2012-2015 годы следует вывод, что общество могло осуществлять безубыточную деятельность при объеме реализации услуг, превышающем 30 млн. руб. в квартал. При существующей структуре затрат ООО «ЗСК» имело положительные финансовые результаты и положительную динамику финансовых коэффициентов.

Как указано в заключении выручка ООО «ЗСК» превышала 30 млн. руб. в квартал с 3 кв. 2013 года по 3 кв. 2014 года. По данным бухгалтерских балансов ООО «ЗСК» за указанный период непокрытый убыток снижался и по состоянию на 30.09.2013 непокрытый убыток составлял 7 217 тыс. руб., а по состоянию на 30.06.2014 непокрытый убыток снизился до 4 390 тыс. руб.

В случае сохранения в 2014-2015 годах доходов на уровне, превышающем 30 млн. руб. в квартал, ООО «ЗСК» имело возможность покрыть за счет прибыли текущих периодов убытки предыдущих периодов и стабилизировать финансовое состояние.

Снижение объемов реализации в 2015 году не позволило предприятию сохранить стабильность функционирования, повлекло за собой снижение денежных средств в обороте, о чем свидетельствуют финансовые коэффициенты 2015 года. Указание снижение реализации явилось следствием общих рыночных условий и тенденций к снижению реализации в отрасли в 2014-2015 годы и послужило причиной банкротства ООО «ЗСК».

Об указанном также свидетельствуют статистические данные, приведенные самим арбитражным управляющим в отчете (т. 1, л.д. 88); ввод жилых домов в г. Чайковский снизился с 34,7 тыс. кв.м. в 2013 года до 17,4 тыс. кв.м. в 2014 году (в два раза).

Таким образом, причины банкротства ООО «ЗСК» являлись объективными, связанными с общеэкономической ситуацией.

Более того, согласно пояснениям третьего лица Карабанова С.А., ответчиков и представленной копии протокола совещания по утверждению мероприятий по модернизации и снижения затрат, отраженные в указанном протоколе мероприятия частично реализованы в 2012-2015 годах: проведена система газоснабжения, в связи с тем прекращена покупку пара в ООО «Котельная», проведен энергоаудит с привлечением ООО «ЭнергоТехнология» в 2013-2014 годах, проведены работы по усовершенствованию производственных мощностей, уменьшению энергозатрат. В соответствии с приказом руководителя, основная масса работников была уволена с 04.09.2015. Численность работающего персонала за период с 30.06.2015 была сокращена с 252 чел. до 6 чел.

Должник осуществлял операции по счетам, производя как текущие платежи, так и погашая задолженности прошлых лет, что следует из представленных в материалы дела выписок по счету ООО «ЗСК».

Кроме того, за период с 30.06.2015 по 29.12.2015 работникам предприятия было перечислено 11,8 млн. руб. (зарплата, выходные и иные пособия, компенсация за отпуск). В итоге, задолженность по заработной плате перед работниками в сумме 3 101 213,6 руб. по состоянию на 29.06.2015 была погашена, а остаток задолженности, образовавшейся по зарплате и иным выплатам в сумме 2 107 076,71 руб. был передан руководителем должника Симаковым А.А. конкурсному управляющему по акту приема-передачи № 6 от 19.01.2016.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая бухгалтерский анализ должника за периоды с 2012-2015 годы, специфику его хозяйственной деятельности, действительную причину банкротства должника, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что несмотря на временные финансовые затруднения, ответчик добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок и приложил необходимые усилия для достижения такого результата. В рассматриваемом случае действия ответчиков не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Банкротство должника обусловлено исключительно внешними факторами.

Доказательств, безусловно свидетельствующих об обратном, конкурсным управляющим не представлено; доводов опровергающих приведенные выше обстоятельства и выводы эксперта в апелляционной жалобе не приведено.

Таким образом, следует признать, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения Богатырева С.А. к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, предусмотренную п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Учитывая, что Дергунов Н.Н. осуществлял руководство должником незначительный период времени (27.04.2015-28.06.2015), осуществление должником хозяйственной деятельности с третьего квартала 2013 года по конец 2014 года являлась прибыльным, принимая во внимание объем и специфику деятельности должника, а также обращение уполномоченного органа в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом 23.06.2015, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о том, что оснований для привлечения Дергунова Н.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о признании общества банкротом также не имеется.

В связи с чем отказ суда первой инстанции в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в данной части является правомерным.

В отношении иных оснований для привлечения Богатырева С.А. и Симакова А.А. к субсидиарной ответственности положенных в обоснование заявления апелляционным судом установлено следующее.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований Богатыреву С.А. ссылается на то, что в период руководства должником, Богатырев С.А. осуществлял крайне неэффективное руководство, приведшее к накоплению долгов и убытков, что в конечном итоге привело к банкротству.

В частности конкурсный управляющий указывал, что при проведении анализа финансово-хозяйственной деятельности должника за период 01.01.2011-30.06.2015 выявлено, что должник получил убытки в сумме 18 165 тыс. руб.

Согласно бухгалтерской отчетности должника убытки должника в 2011 году составили 5 598 тыс. руб., в 2012 году – 5 187 тыс. руб.. В 2013-2014 годах деятельность должника являлась прибыльной; прибыль в 2013 году составила 634 тыс. руб., в 2014 году – 1 208 тыс. руб. В первом полугодии 2015 года убыток составил 9 222 тыс. руб.

Как указывает управляющий, с 01.01.2011 имел место факт роста убытков, роста обязательств, превышение обязательств над активами, то есть должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Убыточная деятельность в результате действий (бездействий) Богатырева С.А. привела к уменьшению размера имущества должника, приведшее к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (денежных средств).

Из представленного в материалы дела заключения эксперта следует, что доля основных средств в структуре активов баланса составляла от 13,35% до 20,64%, долгосрочные финансовые вложения составляли от 18,05% до 26,57%, краткосрочная дебиторская задолженность составляла от 42,99% до 67,66%. При этом, резких изменений удельного веса тех или иных активов не наблюдается.

В частности, в 4 квартале 2012 года, на фоне снижения суммы дебиторской задолженности никакие активы в балансе ООО «ЗСК» не появились. Стоимость нематериальных активов и долгосрочных финансовых вложений не изменилась, стоимость основных средств снизилась на 193 тыс. руб., стоимость запасов возросла на 271 тыс. руб. Увеличилась сумма отложенных налоговых активов на 587 тыс. руб., но это величина расчетная и от вложения денежных средств не зависит.

В 4 квартале 2012 года руководством ООО «ЗСК» не было приобретено никаких активов на сумму, соотносимую с разницей между суммой снижения дебиторской задолженности и суммой снижения кредиторской задолженности (4 081 тыс. руб. (7 907 – 3 826)); руководство ООО «ЗСК» не выводило денежные средства из хозяйственного оборота организации приобретением ненужных активов, и необходимо анализировать доходы и расходы ООО «ЗСК» за этот период. В 4 квартале 2012 года себестоимость продукции (работ, услуг) ООО «ЗСК» существенно выросла по сравнению с аналогичным показателем 3-го квартала 2012 года с 17 579 тыс. руб. до 22 836 тыс. руб., то есть на 5 257 тыс. руб.

В 3 квартале 2013 года выручка от реализации существенно выросла по отношению к остальным кварталам 2013 года и составила 33 100 тыс. руб. в квартал. Данный показатель на 46 % превысил уровень 2 квартала 2013 года, что в абсолютных показателях составило 10 418 тыс. руб. При этом доля выручки в общей сумме доходов оставалась высокой и составляла от 91% до 98%. Рост выручки при относительно неизменных расходах привел к образованию в 3 квартале 2013 года существенной прибыли от продаж в сумме 9 465 тыс. руб. (28,6% от выручки), что в свою очередь привело к формированию чистой прибыли в сумме 7 702 тыс. руб. в квартал.

В 2014 году выручка от продаж оставалась на достаточно высоком уровне и составляла от 26 895 тыс. руб. до 36 266 тыс. руб. В 4 квартале 2014 года выручка имела негативную динамику и уменьшилась на 25,8% по отношению к 3 кварталу 2014 года.

В 2015 году продолжилось снижение выручки; в первом квартале 2015 года выручка сократилась еще на 27,8% по отношению к 4 кварталу 2014 года, во втором квартале еще на 23% по отношению к первому кварталу. В 4 квартале 2015 года выручка от реализации отсутствовала.

Учитывая показатели деятельности должника, экспертом сделан вывод, что на протяжении 2012-2015 годов имелся значительный период (с 3 квартала 2013 года по 4 квартал 2014 года включительно) на протяжении которого ООО «ЗСК» имело чистую прибыль, в результате чего финансовые коэффициенты имели положительную динамику.

Из указанного следует вывод о том, что ООО «ЗСК» было способно осуществлять безубыточную деятельность в случае наличия достаточного объема реализации услуг по переработке и выпуску продукции.

Указанное свидетельствует о недоказанности конкурсным управляющим наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) руководителя должника и невозможностью погашения требований кредиторов должника в ввиду неэффективности руководства ООО «ЗСК» и роста убытков.

Кроме того, как справедливо отмечено судом, кредиторы ООО «Котельная», ЗАО «Росстэк», ООО «Челси», требованиях которых включены в реестр кредиторов должника, являются заинтересованными лицами по отношению к должнику. В частности, учредителем ООО «Котельная» является ООО «ЗСК»; ЗАО «Росстэк» являлся учредителем должника ООО «ЗСК» и управляющей компанией ООО «Челси». В настоящее время кредиторы ООО «Котельная», ООО «Декон», ООО «СтройБизнесКонсалтинг», ЗАО «Росстэк» исключены из ЕГРЮЛ.

Утверждение конкурсного управляющего о том, что к накоплению убытков и появлению неисполненных обязательств привело наличие договора с управляющей компанией ЗАО «Росстэк» (договор об оказании услуг по осуществлению функций исполнительного органа от 28.07.2010 № 06-10/У) не нашло своего подтверждения в судебном заседании апелляционного суда.

Экспертом, при проведении экспертизы по второму вопросу о влиянии на причины банкротства действий/бездействий в рамках договорных отношений ООО «ЗСК» с ЗАО «Росстэк» (договор управления) установлено следующее.

В соответствии с п. 2.3 данного договора управляющая организация (ЗАО «Росстэк») осуществляет следующие виды деятельности: оказание услуг по организации управления производственно-хозяйственной, технологической, конструкторской деятельностью; управление и ведение бухгалтерского учета и отчетности, налоговой отчетности и планово-экономической деятельности; организация делопроизводства; организация договорной и правовой работы; управление техническими вопросами, в том числе работы по ремонту и поддержанию оборудования, машин, технических средств в рабочем состоянии; управление работами по технике безопасности; управление работами технического контроля; оказание информационных и аналитических услуг; оказание услуг по хранению имущества и материальных ценностей; осуществление всех видов образовательной деятельности; все виды материально-технического обеспечения Общества; все виды коммерческих услуг.

В материалы дела представлены штатные расписания ООО «ЗСК» за 2012-2015 годы, в частности штатные расписания, утвержденные 24.12.2012, 03.06.2013 и 01.09.2014.

В ходе исследования экспертом проведен анализ указанных штатных расписаний, в результате которого установлено, что в штатных расписаниях ООО «ЗСК» отсутствуют следующие должности: директора, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа; главного бухгалтера и заместителя (помощника) главного бухгалтера; финансового директора (заместителя директора по финансам); руководителя (сотрудника) планово-экономического отдела; юриста; руководителя отдела кадров (сотрудника кадровой службы); делопроизводителя.

Следовательно, заключение договора между ООО «ЗСК» и ЗАО «Росстэк» об оказании услуг по осуществлению функций исполнительного органа не приводил к дублированию функциональных обязанностей сотрудников ООО «ЗСК».

Также экспертом установлено, что функции, переданные по указанному договору в ЗАО «Росстэк» действительно были необходимы для осуществления деятельности ООО «ЗСК», а именно исполнение функции исполнительного органа, ведение бухгалтерского и налогового учета, осуществление подбора и трудоустройства кадров, ведение общего делопроизводство, осуществление управления планово-экономической и финансовой деятельностью предприятия.

Наличие данного персонала в штате ООО «ЗСК» создавало бы дополнительные затраты в виде заработной платы указанных сотрудников, отчислений в фонды с указанной заработной платы, расходов по созданию рабочих мест и оборудованию их соответствующей техникой, а также прочих расходов, связанных с обеспечением деятельности данного управленческого персонала.

В анализируемом периоде указанные расходы в деятельности ООО «ЗСК» не возникали, а замещались расходами по оплате услуг управления, оказываемых ЗАО «Росстэк».

По результатам анализа экспертом сделан вывод, что заключение и исполнение договора управления от 28.07.2010 № 6-10/У между ООО «ЗСК» и ЗАО «Росстэк» являлось необходимым условием осуществления деятельности ООО «ЗСК», а возможные отклонения в стоимости услуг не являлись причиной возникновения банкротства предприятия.

Также судом первой инстанции принято во внимание, что ЗАО «Росстэк» и ООО «ЗСК» имели длительные договорные отношения, со стороны ЗАО «Росстэк» оказывалась услуга по управлению, с ежемесячной стоимостью 544 465,99 руб., в том числе НДС 18%.

При рассмотрении в рамках настоящего дела о банкротстве обособленного спора о включении в реестр требований кредиторов ООО «ЗСК» требования ЗАО «Росстэк» в размере 9 009 252,97 руб., основанного на договоре оказания услуг по осуществлению функций исполнительного органа от 28.07.2010 № 06-10/У.

Указанная сделка с дополнительными соглашениями оспаривалась конкурсным управляющим в части завышения стоимости оказанных услуг за период с 30.06.2012 по 30.06.2015, на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, как совершенная с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 27.12.2016 (резолютивная часть объявлена 20.12.2016) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2017 определение суда от 27.12.2016 по делу № А50-13613/2015 оставлено без изменения.

Апелляционным судом при рассмотрении жалобы конкурсного управляющего доводы о том, что в отсутствие спорного договора должник не получил бы убытки и более того, работал с прибылью, которая могла быть направлена на погашение имеющихся у него обязательств, были отклонены в связи с не предоставлением доказательств того, что в случае отсутствия спорного договора и осуществлении обществом «Завод строительных конструкций» управленческих функций самостоятельно, предприятие понесло бы меньшие расходы, связанные, в частности, с содержанием соответствующих штатных единиц, исчислением заработной платы и начислением предусмотренных действующим законодательством обязательных взносов, нежели чем те, которые были понесены в связи с привлечением для осуществление данных функций специализированной организации. Доказательства того, что убыточность деятельности должника находилась в причинно-следственной связи с исполнением должником обязательств по оплате по оспариваемому договору, в материалах дела отсутствуют (ст. 65 АПК РФ).

Кроме того, в опровержение утверждений конкурсного управляющего, экспертом также сделан вывод, что договор подряда на выполнение работ по переработке давальческого сырья от 18.07.2005 № 02-05/Пд, заключенный между ООО «ЗСК» (подрядчик) и ООО Торговый дом «Завод строительных конструкций» (заказчик) не был направлен на вывод прибыли из ООО «ЗСК» и не повлиял на банкротство предприятия. Договоры аренды, заключенные должником с ООО «Челси» не оказали влияние на банкротство ООО «ЗСК».

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности доводов конкурсного управляющего об осуществлении Богатыревым С.А. крайне неэффективного руководства, приведшее к накоплению долгов и убытков, и в конечном итоге привело к банкротству должника, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления в данной части.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, в отсутствие доказательств обратного, оснований не согласиться с данным выводом суда первой инстанции, у апелляционного суда не имеется. Убедительных доводов, основанных на документально подтвержденных обстоятельствах, опровергающих вышеизложенное, в апелляционной жалобе конкурсным управляющим не приведено.

В отношении требований о привлечении к субсидиарной ответственности Симакова А.А. в связи с непередачей конкурсному управляющему всей документации об активах должника судом установлено, Симаков А.А. являлся руководителем должника в период с 29.06.2016 до 17.01.2016 – момента введения в отношении должника конкурсного производства.

В обоснование заявления о привлечении Симакова А.А. к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий, приводя данные бухгалтерской отчетности на 30.06.2015, указывал на наличие у должника запасов на сумму 2 043 тыс. руб., прочих оборотных активов 3 758 тыс. руб. Согласно перечню дебиторов, составленному Симаковым А.А. и переданному временному управляющему, дебиторская задолженность составляла 23 189 437,12 руб.

При введении процедуры конкурсного производства 18.01.2016 Симаковым А.А. конкурсному управляющему переданы только документы на дебиторскую задолженность в сумме 12 798 748,40 руб. При этом, большая часть из указанной суммы, составляла дебиторская задолженность ООО ТД «ЗСК» в сумме 7 833 295,49 руб., возникшая после 30.06.2015 и не входящая в указанный выше список.

Конкурсный управляющий отмечает, что из существующей на 30.06.2015 дебиторской задолженности 23 189 437,12 руб., конкурсному управляющему фактически передана только задолженность на сумму 4 965 452,91 руб. (12 798 748,40 руб. – 7 833 295,49 руб.)

Таким образом, конкурсный управляющий считает, что Симаковым А.А. не исполнена надлежащим образом обязанность по передаче документов на дебиторскую задолженность 18 223 984,21 руб. (23 189 437,12 руб. – 4 965 452,91 руб.). Документы по запасам на сумму 2 043 тыс. руб., прочие оборотные активы на сумму 3 758 тыс. руб. также не переданы.

В силу положений п. 3.2 ст. 64, абзаца четвертого п. 1 ст. 94, абзаца второго п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника.

Как указывалось ранее основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника также может являть и то, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации или принятия решения о признании должника банкротом) отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абз. 4 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

При этом, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены указанные презумпции, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно имеющемуся в материалах дела бухгалтерскому балансу ООО «ЗСК» по состоянию на 30.06.2015 оборотные активы должника составляли 25 288 тыс. руб., из которых: 2 043 тыс. руб. – запасы; 19 484 тыс. руб. – дебиторская задолженность; 5 тыс. руб. – денежные средства и денежные эквиваленты; 3 756 тыс. руб. – прочие оборотные активы (т. 1, л.д. 78 оборотная сторона-79).

Согласно данным в суде первой инстанции пояснениям, вся имеющаяся документация должника была передана конкурсному управляющему по актам приема-передачи в несколько приемов, а именно:

- Акт приема-передачи учредительных и иных документов № 1 от 19.01.2016 на 1 листе;

- Акт приема-передачи круглой печати и штампов № 2 от 19.01.2016 на 1 листе;

- Акт приема-передачи основных средств № 3 от 19.01.2016 на 1 листе;

- Акт приема-передачи кредиторской задолженности № 4 от 19.01.2016 на 4 листах;

- Акт приема-передачи дебиторской задолженности № 5 от 19.01.2016 на 4листах;

- Акт приема-передачи задолженности по заработной плате № 6 от 19.01.2016 на 5 листах;

- Акт приема-передачи недостачи по сырью № 9 от 19.01.2016 на 1 листе;

- Акт приема-передачи денежных средств и документов № 10 от 19.01.2016 на 1 листе;

Также конкурсному управляющему была передана вся учетная база, отражающая финансово-хозяйственную деятельность предприятия с 2011 года, на бумажных носителях и в электронном виде вместе с сервером и рабочими компьютерами.

Данные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела актами-приема передачи документов, в том числе документы бухгалтерского учета, печать, учредительные документы, иные документы, отражающие хозяйственную деятельность должника, в том числе все действующие договоры должника с контрагентами.

Приказом № 530/1 от 30.06.2015 Симаковым А.А. проведена внеплановая инвентаризация по наличию материалов и основных средств на производствах ООО «ЗСК»; расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами с данными бухгалтерского учета и оформления результатов инвентаризации.

По результатам внеплановой инвентаризации была выявлена недостача давальческого сырья и материалов (гравий в количестве 6 076 051,6 кг, песок в количестве 2 542 438,8 кг, цемент марки М-500, М-400) на сумму 5 761 тыс. руб. По факту недостачи руководителем должника Симаковым А.А. 18.08.2015 было подано заявление в Отдел МВД России по Чайковскому району. В возбуждении уголовного дела отказано.

После прекращения производственной деятельности и увольнения работников ООО «ЗСК» после 04.09.2015 все материальные ценности, находящиеся на складах (запасы) были реализованы в виду отсутствия у должника собственных складских помещений; места для хранения имущества арендовались. Вырученные от продажи ТМЦ денежные средства в незначительной сумме в связи с низкой ликвидностью имущества полностью направлены на погашение задолженности перед работниками.

Из имеющейся по состоянию на 30.06.2015 года дебиторской задолженности на сумму 19 484 тыс. руб. самым крупным дебиторам являлось ООО ТД «ЗСК» с суммой задолженности 15 959 тыс. руб.

За счет производственной деятельности ООО «ЗСК» в период с 30.06.2015 по 04.09.2015 и взаиморасчетов между ООО «ЗСК» и ООО ТД «ЗСК» сумма дебиторской задолженности ежемесячно изменялась – начислялась и выплачивалась заработная плата работникам, пособия и компенсации за неиспользованные отпуска, выставлялись встречные счета.

В частности в период с 01.07.2015 по 28.12.2015 было выплачено за счет добровольного перечисления от дебитора – ООО ТД «ЗСК» 16 033 тыс. руб., в том числе на выплату зарплаты – 11 837 тыс. руб. По состоянию на 30.06.2015, задолженность по заработной плате составляла 3 101 213,6 руб. и не являлась постоянной величиной. Ежемесячно работникам начислялась заработная плата, производились ее выплаты. По состоянию па 18.01.2016 в конкурсное производство была передана задолженность по заработной плате 2 107 тыс. руб.

Денежные средства, поступавшие от дебиторов на расчетный счет ООО «ЗСК», при наличии непогашенной картотеки находились под контролем обслуживающего банка и направлялись на оплату текущих обязательств, в том числе обязательных платежей.

По состоянию на 18.01.2016 дебиторская задолженность в сумме 12 813 748,4 руб. была передана конкурсному управляющему со всеми первичными бухгалтерскими документами, подтверждающими задолженность. В том числе, была передана дебиторская задолженность ООО ТД «ЗСК» в сумме 7 833 295,49 руб. и ОАО «РЭУ» - 1 019 914,86руб.

Данные обстоятельства конкурсным управляющим не опровергнуты.

Документы, подтверждающие наличие и выбытие имущества должника за период с 30.06.2015 по 18.01.2016 на сумму 12 486 251,6 руб., как следует из заявления конкурсного управляющего, были переданы ему по акту приема-передачи учредительных и иных документов № 1от 19.01.2016 (п. 13 – Прочие в количестве 54 дела).

При этом, конкурсным управляющим на отсутствие каких-либо конкретных документов, которые должны были бы иметься у должника и не вошли в состав документов, переданных ему по актам приема-передачи, не указано, равно как и не подтверждено, что отсутствие таких документов повлекло невозможность осуществления расчетов с кредиторами должника.

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, конкурсный управляющий получил в свое распоряжение все имущество должника, которое было у должника на балансе на дату признания должника несостоятельным (банкротом).

Доказательств сокрытия ответчиком сведений об имуществе должника, нарушения правил сохранности документации, привлечения его за это к налоговой ответственности, утрате документов вследствие его виновных действий материалы дела не содержат.

Документально обоснованных доводов о наличии в распоряжении Симакова А.А. иной документации и имущества должника, а также об уклонении Симакова А.А. от ее передачи, за счет которой могла бы быть пополнена конкурсная масса, конкурсным управляющим не приведено.

Отсутствие документов у лица, у которого они истребуются, означает объективную невозможность исполнения им обязанности по передаче документов арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве.

Поскольку добросовестность участников правоотношений предполагается, факт наличия у Симакова А.А. документов и имущества должника не подтвержден, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для привлечения Симакова А.А. к субсидиарной ответственности за непердачу всей документации по активам должника.

Доводов, опровергающих данные обстоятельства, конкурсным управляющим в апелляционной жалобе не приведено.

Утверждение конкурсного управляющего о том, что в период процедуры наблюдения были выявлены факты мошенничества и хищения руководством имущества (продукции) ООО «Завод строительных конструкций» обоснованно ссылкой о совершении Симаковым А.А. от имени должника сделки по отчуждению в адрес ООО ТД «ЗСК» товаров на общую сумму 13 838 751,46 руб. без письменного согласования с временным управляющим. Также по мнению конкурсного управляющего в результате указанной сделки через ООО ТД «ЗСК» третьим лицам было отчуждено имущества должника, при этом денежные средств по оплате товара должнику так и не поступили.

Проверяя данное утверждение судом установлено, что в период с 01.07.2015 по 07.09.2015 ООО «ЗСК» поставило в адрес ООО ТД «ЗСК» товар на общую сумму 13 838 751,46 руб. по универсальным передаточным документам от 31.07.2015 № 299, от 31.08.2015 № 314, от 01.09.2015 № 311, от 04.09.2015 № 337, от 04.09.2015 № 377, от № 307, от 31.07.2015 № 294, от 07.09.2015 № 351, от 23.07.2015 № 269, от 31.07.2015 № 270.

Обязательства по оплате поставленного товара исполнено ООО ТД «ЗСК» частично на сумму 4 741 733,33 руб.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 07.11.2016 по делу № А50-19099/2016 удовлетворены исковые требования с ООО ТД «ЗСК» в пользу ООО «ЗСК» взыскано 10 164 711,72 руб., из которых: 9 097 018,13 руб. основной долг за поставленный товар, 1 067 693,59 руб. проценты начисленные на сумму долга за период с 01.07.2015 по 07.11.2016.

Согласно представленным документам, хозяйственные связи между ООО «ЗСК» и ООО ТД «ЗСК» являлись длительными и были основаны, в том числе, на договоре подряда на выполнение работ по переработке давальческого сырья от 18.07.2005 № 02-05/Пд.

ООО ТД «ЗСК» передавал ООО «ЗСК» сырье и материалы для производства железобетонных изделий ежемесячно, предоставлял обществу заказ на изготовление определенного вида продукции, после чего осуществлял реализацию изготовленных ООО «ЗСК» железобетонных изделий. Таким образом, выполнение должником по договору подряда работ не может быть расценена как разовая «сделка по отчуждению товаров», поскольку отгрузка проводилась по длящемуся договору по переработке давальческого сырья в условиях обычной хозяйственной деятельности.

ООО «ЗСК» передавало ООО ТД «ЗСК» изготовленные ж/б изделия для последующей реализации.

Реализация железобетонных изделий, которые были изготовлены ООО «ЗСК» и передан как результат работ в ООО ТД «ЗСК», носит сезонный характер, как и впрочем вся деятельность строительной отрасли.

Согласно пояснениям Симакова А.А., ООО ТД «ЗСК» в период с октября 2015 года по февраль 2016 года исполняло обязательства заказчика по договору подряда – завершал расчеты с ООО «ЗСК». К моменту вступления в должность директора ООО ТД «ЗСК» Симакова А.А. заказы в ООО «ЗСК» уже не размещались, в связи с отсутствием возможности подрядчика исполнять свои обязательства по договору, сам договор в уведомительном порядке был расторгнут.

При проведении судебной экспертизы, экспертом по вопросу о влиянии на причины банкротства действий/бездействий в рамках договорных отношений ООО «ЗСК» - ООО ТД «ЗСК» (договор на переработку давальческого сырья) установлено следующее.

Как указано выше в тексте данного заключения между ООО «ЗСК» (подрядчик) и ООО ТД «ЗСК» (заказчик) 18.07.2005 был заключен договор подряда на выполнение работ по переработке давальческого сырья № 02-05/Пд (т. 2, л.д. 88-89).

Из Книг продаж, представленных в материалы дела, следует, что ООО ТД «ЗСК» являлся основным покупателем работ, производимых ООО «ЗСК».

В соответствии с п. 3.1 договора № 02-05/Пд работы по изготовлению готовой продукции производятся из сырья заказчика. То есть основные материалы (цемент, метал, известь, песок, гравий, щебень, химическая добавка и т.п.) принадлежали на праве собственности заказчику, которому принадлежала и готовая продукция, а ООО «ЗСК» оказывало услуги по переработке материалов и изготовлению продукции.

Из сказанного выше экспертом сделан вывод, что основные производственные материалы не входили состав затрат ООО «ЗСК» в силу структуры договорных отношений по переработке давальческого сырья. В силу этих же причин в ООО «ЗСК» не возникало готовой продукции. Готовая продукция возникала в ООО ТД «ЗСК», себестоимость которой формировалась из стоимости основных материалов и услуг ООО «ЗСК» по переработке материалов.

При таких обстоятельствах у ООО «ЗСК» не возникала необходимость приобретения основного сырья и продажи готовой продукции. Приобретение основного сырья и продажа готовой продукции требуют от предприятия дополнительных расходов. При этом существенно увеличивается потребность предприятия в оборотных средствах. А именно, предприятие должно за свой счет приобрести основное сырье запустить его в производственный цикл, произвести готовую продукцию и получить возврат собственных денежных средств только после реализации готовой продукции. Поэтому распределение прибыли от реализации готовой продукции между заказчиком по договору переработки и переработчиком является экономически обоснованным. Определяющим фактором при этом является стоимость услуг по переработке.

Проведенный экспертом анализ показал, что стоимость услуг по переработке покрывала все необходимые затраты ООО «ЗСК», что приводило к прибыльности деятельности ООО «ЗСК» в тех периодах, в которых выполнялся определенный объем работ по переработке. Производственные мощности позволяли ООО «ЗСК» производить объем работ по переработке, необходимый для обеспечения безубыточной деятельности.

Более того, ООО «ЗСК» (истец) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к Жуку Александру Валерьевичу, Бушмакину Ивану Николаевичу, Лопотееву Владимиру Леонидовичу, Казакову Геннадию Егоровичу, Новикову Павлу Вячеславовичу, Рыкунову Владимиру Александровичу о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ТД «ЗСК», взыскании с ответчиков в пользу ООО «ЗСК» солидарно задолженности в сумме 10 164 711,72 руб. по обязательствам ООО ТД «ЗСК» на основании п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (Закон об обществах).

По результатам рассмотрения указанного спора арбитражным судом вынесены судебные акты о привлечении Казакова Г.Е., Новикова П.В., Рыкунова В.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ТД «ЗСК», с указанных лиц солидарно в пользу ООО «ЗСК» взыскана задолженность по обязательствам ООО ТД «ЗСК» в сумме 10 164 711,72 руб. В привлечении к субсидиарной ответственности Бушмакина И.Н., Лопотеева В.Л. судами отказано (решение Арбитражного суда Пермского края от 31.09.2018, постановление апелляционного суда от 06.12.2018, постановление суда кассационной инстанции от 25.03.2019, решение Арбитражного суда Пермского края от 07.09.2019, постановление апелляционного суда от 13.11.2019).

Отказывая в привлечении Бушмакина И.Н. и Лопотеева В.Л. к субсидиарной ответственности, суды исходили из недоказанности того, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ответчики уклонялись от погашения задолженности перед истцом, скрывали имущество общества, выводили активы и т.д., а также наличия в действиях ответчиков умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекших невозможность исполнения в будущем перед истцом обязательств.

Судами также установлено, что согласно сведениям с расчетных счетов, данных бухгалтерской отчетности, ООО ТД «ЗСК» в период с 13.07.2015 по 20.02.2016 вело хозяйственную деятельность, имело взаимоотношения с контрагентами, на расчетный счет поступали денежные средства, производились перечисления денежных средств в пользу контрагентов общества, в том числе, в пользу ООО «ЗСК». Как следует из двусторонних актов сверок взаимных расчетов, в период, когда ответчики Бушмакин И.Н., Лопотеев В.Л. являлись директорами ООО ТД «ЗСК», общая сумма задолженности, выплаченная обществом в пользу истца составила 5 457 235,25 руб. В материалах дела имеется гарантийное письмо № 217 от 23.10.2015, подписанное Лопотеевым В.Л. как директором ООО ТД «ЗСК», адресованное истцу, в котором истцу сообщалось о существенном спаде деятельности и сезонности в строительной отрасли, принятии мер по взысканию задолженности со своих контрагентов, об обязании произвести расчеты с истцом в срок до 30.04.2016.

Учитывая установленные вступившими в законную силу судебными актами обстоятельства по реализации товара в рамках хозяйственной деятельности должника, основания полагать, что со стороны Симакова А.А. были совершены неправомерные действия при отчуждении имущества должника, отсутствуют. Иного конкурсным управляющим не доказано.

Также конкурсный управляющий указывал на то, что зная о наличии задолженности ОАО «РЭУ» перед должником в размере 1 019 914,86 руб., Симаков А.А. не предпринял никаких мер по ее взысканию, включению требований в реестр требований кредиторов ОАО «РЭУ». Такое бездействие Симакова А.А., по мнению управляющего, привело к утрате реальной возможности взыскания долга с ОАО «РЭУ».

Вместе с тем, ка установлено судом, производство по делу о банкротстве ОАО «РЭУ» возбуждено определением Арбитражного суда города Москвы от 14.04.2014 (дело № А40-55638/2014); определением от 05.06.2014 в отношении ОАО «РЭУ» введена процедура наблюдения; решением арбитражного суда от 23.09.2015 ОАО «РЭУ» признано несостоятельным (банкротом). Реестр требований кредиторов ОАО «РЭУ» закрыт 26.11.2015.

Определением от 20.10.2015 конкурсным управляющим ОАО «РЭУ» утвержден арбитражный управляющий Кацер Евгений Игоревич; заменено наименование должника с ОАО «РЭУ» на АО «РЭУ». Учредителем (акционером) АО «РЭУ» является Министерство обороны РФ.

Материалами дела подтверждено и конкурсным управляющим не опровергнуто, что руководителями ООО «ЗСК» предпринимались меры по взысканию с ОАО «РЭУ» задолженности, что подтверждается письмами ООО «ЗСК» от 18.07.2014, 15.01.2015, ответом ОАО «РЭУ» от 28.01.2015.

ОАО «РЭУ» в письме от 28.01.2015 в ответ на требование ООО «ЗСК» от 15.01.2015 о погашении задолженности, уведомило должника о том, что задолженность по договору № 63/13-Ут от 19.11.2013 перед ООО «ЗСК» в сумме 1 019 914,68 руб., в том числе НДС18%, включена в реестр платежей на март 2015 года, с учетом очередности перед контрагентами за коммунальные услуги.

Письмом в военную комендатуру подтверждается факт отключения от теплоносителя исх. № 54 от 25.03.2014.

Согласно выписке контур-фокус в отношении ОАО «РЭУ» остаток суммы к взысканию в рамках исполнительного производства составляет 6,3 млрд. руб. (всего 2497 исполнительных листов).

Проанализировав представленные в дело доказательства по дебиторской задолженности 1 019 914,86 руб., а также оценив документы бухгалтерского учета должника, при наличии возбуждения дела о банкротстве в отношении ОАО «РЭУ» в 2014 году и исполнительных производств на сумму более 6,3 млрд. руб., принятые руководителями должника меры по взысканию дебиторской задолженности, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что конкурсная масса ООО «ЗСК» за счет спорной задолженности фактически сформирована быть не могла.

Принимая во внимание неустановленность причинно-следственной связи между отсутствием у конкурсного управляющего документов и невозможностью или затруднительностью пополнения конкурсной массы должника, недоказанность причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате бездействия Симакова А.А., либо совершения им убыточных сделок, суд констатировал отсутствие оснований для привлечения Симаков А.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

С учетом установленных по делу обстоятельств, в отсутствие доказательств обратного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться в выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения Симакова А.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по приведенным конкурсным управляющим доводам.

Основанием для обращения с требованием для привлечения к субсидиарной ответственности ЗАО «Росстэк», конкурсный управляющий указывал на невозможность полного погашения требований кредиторов в связи с заключением договора об оказании услуг по осуществлению функций исполнительного органа от 28.07.2010 № 06-10/У. При этом управляющий отмечал, что при отсутствии указанного договора, должник не получил бы убытки и работал с прибылью 12 595 523,52 руб.; ссылался на завышение расходов, в связи с оплатой должником услуг по оспариваемому договору и заработной платы штатным сотрудникам управления, и формальный статус у общества исполнительного органа должника, поскольку фактически вся деятельность велась штатными сотрудниками должника

Прекращая производство по заявлению в части привлечения к субсидиарной ответственности ЗАО «Росстэк», суд первой инстанции исходил из прекращения деятельности ЗАО «Росстэк», о чем в ЕГРЮЛ 22.01.2019 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 17 по Пермскому краю внесена запись об исключении общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица.

Производство по заявлению в части требований к ЗАО «Росстэк» осуществлено судом первой инстанции в соответствии с положениями ч. 1 ст. 150 АПК РФ.

Доводов о неправомерности прекращения арбитражным судом производства по заявлению в отношении ЗАО «Росстэк» конкурсным управляющим в апелляционной жалобе не приведено.

Более того, суд первой инстанции обоснованно отметил, что при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности Богатырева С.А. по заключению договора об оказании услуг по осуществлению функций исполнительного органа от 28.07.2010 № 06-10/У, судом установлено о необходимости заключения спорного договора по управлению обществом.

Доводы конкурсного управляющего о завышении суммы оказания услуг проанализированы судом при оспаривании конкурсным управляющим договора об оказании услуг по осуществлению функций исполнительного органа от 28.07.2010 № 06-10/У и признаны необоснованными. В настоящее время ЗАО «Росстэк» включено в реестре требований кредиторов ООО «ЗСК» на сумму 9 009 252,97 руб., основанное на ненадлежащем исполнении должником обязательств по оплате оказанных услуг по осуществлению функций исполнительного органа от 28.07.2010 № 06-10/У.

Выводы суда первой инстанции положенные в обоснование обжалуемого судебного акта основаны на представленных в дело доказательствах, которым в порядке ст. 71 АПК РФ дана надлежащая правовая оценка, при полном установлении обстоятельств имеющих значение для дела с правильным применением норм права.

Доводы, приведенные конкурсным управляющим в апелляционной жалобе, полностью дублируют доводы и обстоятельства положенные в обоснование заявленных требований. Обстоятельства, которые не были учтены судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта, конкурсным управляющим в жалобе не приведено.

Иных доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

Оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ для отмены (изменения) определения суда от 20.01.2020, судом апелляционной инстанции не установлено. Нарушения или неправильное применение норм материального или процессуального права судом первой инстанции не допущены.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 20 января 2020 года по делу № А50-13613/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


О.Н. Чепурченко



Судьи


Т.Ю. Плахова





В.А. Романов