Постановление от 13 декабря 2022 г. по делу № А63-12000/2016

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14



ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Ессентуки Дело № А63-12000/2016

13.12.2022

Резолютивная часть постановления объявлена 06.12.2022

Полный текст постановления изготовлен 13.12.2022


Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Годило Н.Н., судей: Бейтуганова З.А., Джамбулатова С.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ПАО «Сбербанк России»: ФИО2 по доверенности от 18.02.2022 № 5230/31-Д, в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, после перерыва: в отсутствие лиц, участвующих в деле, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы арбитражных управляющих ФИО3 и ФИО4, Ассоциации Евросибирской саморегулируемой организации арбитражных управляющих на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.09.2022 по делу № А63-12000/2016,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности ФИО5 (далее по тексту - ФИО5, должник) 27.11.2020 в суд поступило заявление ПАО «Сбербанк России» (далее по тексту - ПАО Сбербанк, банк, заявитель) о взыскании с арбитражного управляющего ФИО6 (ФИО7) Мадии Атлыевны (далее по тексту – арбитражный управляющий ФИО3) в пользу должника убытков в размере 2 006 000 рублей.

В ходе рассмотрения обособленного спора, в суде первой инстанции от арбитражного управляющего ФИО3 поступило ходатайство о привлечении в качестве соответчика ФИО4 (далее по тексту – арбитражный управляющий ФИО4)

Определением от 18.05.2021 в качестве соответчика в данный спор привлечен арбитражный управляющий ФИО4

15.06.2022 от ПАО Сбербанк поступило ходатайство об увеличении заявленных требований, в соответствии с которым банк просил суд взыскать солидарно с арбитражных управляющих ФИО3 и ФИО4 в пользу должника убытки в размере 2 092 000 руб. В обоснование увеличения размера убытков заявитель сослался на заключение эксперта, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства, реализованного должником по договору купли – продажи от 14.12.2014, на дату его отчуждения составляла 2 092 000 руб.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 27.09.2022 к рассмотрению приняты уточненные требования заявителя и удовлетворены. Солидарно с ФИО4 и ФИО8 в конкурсную массу ФИО5 взысканы убытки в сумме 2 092 000 рублей в связи с несвоевременной подачей заявления об оспаривании сделки должника. Распределены судебные расходы.

Арбитражные управляющие ФИО8 и ФИО4, Ассоциация Евросибирской саморегулируемой организации арбитражных управляющих обжаловали определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ).

В апелляционных жалобах заявители приводят доводы о том, что судом первой инстанции неверно установлена причинно-следственная связь между пропуском срока давности для обжалования сделки и наличием вины арбитражных управляющих в бездействии по обжалованию сделки; о возможности банка самостоятельно оспорить сделку; податели жалоб указывают на отсутствие доказательств того, что в результате оспаривания конкурсная массы бы однозначно пополнилась; одновременно указав на отсутствие факта причинения убытков, поскольку транспортное средство находится в залоге ПАО Сбербанк, который как залогодержатель имеет возможность самостоятельно обратить взыскание на заложенное имущество.

Определением суда от 02.11.2022 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное разбирательство по рассмотрению апелляционных жалоб назначено на 13.12.2022.

Информация о времени и месте судебного заседания вместе с соответствующим файлом размещена на сайте http://kad.arbitr.ru/ в соответствии положениями статьи 121 АПК РФ.

В отзыве на апелляционные жалобы ПАО Сбербанк с доводами, изложенными в жалобе не согласилось, просило определение суда оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения.

Судебное заседание в апелляционной инстанции проходило посредством использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание).

Представитель ПАО Сбербанк озвучил свою позицию, просил в удовлетворении апелляционных жалоб отказать.

ФИО4 заявивший, ходатайство об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции, на связь с судом посредством сервиса «онлайн-заседания» информационной системы «Картотека арбитражных дел» не вышел.

Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, что подтверждается возможностью участия представителя ПАО Сбербанк, технические неполадки отсутствуют, представителям сторон обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся в сфере их контроля, а также принимая во внимание письменную позицию заявителя, изложенную в апелляционный жалобе, суд апелляционной инстанции не усмотрел предусмотренных статьей 158 АПК РФ оснований для отложения судебного заседания.

Участие в судебном заседании в режиме онлайн-заседания представляет собой способ явки в судебное заседание. Суд апелляционной инстанции обеспечил со своей стороны возможность использовать такой способ явки и участия в судебном заседании.

Организация и техническое обеспечение участия в онлайн-заседании заявителя, лежит на самом лице.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.09.2022 по делу № А63-12000/2016 не подлежит отмене, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Обязанность действовать добросовестно является универсальным гражданско-правовым принципом, получившим свое отражение в нормах действующего права (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 6, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) (далее по тексту – ГК РФ).

Применительно к деятельности арбитражного управляющего названный общий принцип ретранслирован в законодательство о банкротстве в качестве специальной нормы (с аналогичным содержанием). Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), определение № 306-ЭС16-4837).

Пунктом 1 статьи 20 Закона о банкротстве установлено, что арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую названным Федеральным законом профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой. Соблюдение требований законодательства о банкротстве (несостоятельности) является профессиональной обязанностью арбитражного управляющего.

Учитывая существование объективно обусловленной повышенной конфликтности между заинтересованными лицами в отношениях, связанных с институтом банкротства, возложение на арбитражного управляющего соответствующей обязанности в числе прочего означает, что он как профессиональный антикризисный менеджер в ситуации неопределенности правового регулирования должен действовать исходя из баланса объективно противопоставленных интересов вовлеченных в процесс несостоятельности лиц с учетом заложенных в действующих нормах права ценностных ориентиров, предопределяющих цели законодательного регулирования.

В случае причинения арбитражным управляющим убытков неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, последний обязан их возместить должнику, кредиторам и иным лицам.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

В пункте 2 статьи 15 ГК РФ определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, причинившего вред, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом (статья 1064 ГК РФ).

Таким образом, предусмотренная приведенными нормами права мера ответственности носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности заявителем совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 №150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из материалов дела следует, что обращаясь в суд с заявленными требованиями банк, ссылается на факт их причинения бездействиями ответчиков, своевременно не оспоривших сделку должника по отчуждению ФИО5 14.12.2014 ликвидного имущества, что сделало невозможным пополнение конкурсной массы должника и, как следствие, привело к нарушению имущественных интересов кредиторов должника. Размер убытков определен в размере стоимости не включённого в конкурсную массу транспортного средства, реализованного по не оспоренной в пределах срока исковой давности сделки должника.

Из пунктов 2, 4 статьи 20.3, пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве следует, что арбитражный управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, должен анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности; принимать меры по защите имущества должника, а также по поиску, выявлению и возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц. Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований.

Для реализации этих интересов и возврата должнику его имущества финансовый управляющий наделен помимо прочего правами по оспариванию по своей инициативе сделок должника (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением. В частности, разумный управляющий запрашивает у должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника, запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника. Затем управляющий оценивает реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом заявлений об оспаривании сделок.

Под надлежащим предъявлением в арбитражный суд требования о признании недействительным договора понимается подача заявления с соблюдением правил о форме и содержании такого заявления, а также других положений процессуального закона и Закона о банкротстве (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.02.2012 № 15935/11).

Как профессиональный участник в деле о банкротства арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок. Действуя разумно и осмотрительно, арбитражный управляющий понимает, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), поэтому обращается в суд в пределах годичного срока исковой давности, предусмотренного для оспоримых сделок. Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если исковая давность по требованию о признании сделки недействительной пропущена по вине арбитражного управляющего, то с него могут быть взысканы убытки, причиненные таким пропуском, в размере, определяемом судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63). Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно (статья 1080 ГК РФ).

В силу гражданско-правового характера ответственности финансового управляющего убытки подлежат взысканию посредством доказывания истцом всех признаков состава правонарушения.

В рассматриваемом споре о взыскании с ФИО8 и ФИО4 убытков, ответчикам вменялось бездействие по своевременному оспариванию сделки, в связи с чем установлению подлежат следующие обстоятельства:

- дата и условия совершения сделки по отчуждению ФИО5 в пользу ФИО9 транспортного средства MERSEDES BENZ 1844 ACTROS LS, 2008 г.в., цвет: белый, VIN: <***>, г.р.з. <***> (в том числе цена сделки);

- период исполнения обязанностей финансового управляющего должником; - дата, когда первый финансовый управляющий узнал или должен был узнать о сделке (начало течения срока исковой давности), а также дата, когда об этих сделке узнал или должен был узнать последующий финансовый управляющий;

- наличие достаточных оснований полагать о недействительности (подозрительности или предпочтительности) сделки и дата, когда каждый из конкурсных управляющих должен был знать об указанных основаниях;

- наличие у финансового управляющего объективных препятствий для оспаривания сделки;

- вероятность признания сделки недействительной и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, которые подлежали бы возвращению в конкурсную массу;

- размер убытков, причиненных кредиторам.

Как следует из материалов дела, 14.12.2014 между ФИО5 (продавец) и ФИО9, г. Сальск (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства - Mersedes Benz 1844 Actros LS, 2008 года выпуска, цвет белый, VIN: <***> по цене в 30 000 руб.

В договоре купли-продажи от 14.12.2014 указано, что стоимость транспортного средства определена продавцом и покупателем. Расчет проведен полностью при подписании договора.

Факт заключения договора и изменения собственника зарегистрирован 16.12.2014.

При этом, должником было продано транспортное средство, находящееся в залоге у ПАО Сбербанк на основании договора залога №031200180/0137-3 от 26.12.2012, заключённого в обеспечение исполнения обязательств ФИО5 по договору от 15.11.2012 №031200180/0137 об открытии невозобновляемой кредитной линии (со свободным режимом выборки).

29.09.2016 ПАО «Сбербанк России» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании ИП ФИО5 несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 02.02.2017 (дата объявления резолютивной части 26.01.2017) ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Определением от 04.10.2017 суд отстранил арбитражного управляющего ФИО4 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Определением от 26.10.2017 суд утвердил на должность финансового управляющего должника ФИО3 (ранее – ФИО7).

Определением от 16.11.2018 арбитражный управляющий ФИО3 освобождена от исполнения возложенных на нее обязанностей финансового управляющего ФИО5, на должность финансового управляющего утвержден ФИО4

Согласно пункту 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, правом на оспаривание сделок должника финансовый управляющий обладает с даты введения процедуры реструктуризации долгов гражданина. Срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Поскольку в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 процедура реструктуризации долгов не вводилась, то право на оспаривание сделок должника возникло у финансового управляющего с даты введения процедуры реализации имущества гражданина.

При этом факт отчуждения транспортного средства Mersedes Benz 1844 Actros LS, 2008 года выпуска, цвет белый, VIN: <***> был установлен судом в заседании 26.01.2017 при рассмотрении заявления банка о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом), включении требований банка в реестр требований кредиторов должника и признании за банком статуса залогового кредитора.

Данный факт отражен в решении суда от 02.02.2017 и подтверждён пояснениями должника, а также сведениями, полученными из МРЭО ГИБДД от 24.12.2016, и приобщенными в материалы дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5

В рамках рассмотрения споров установлено, что с заявлением о признании сделки недействительной финансовый управляющий ФИО4 обратился лишь 26.12.2019, т.е. спустя более 2 лет и 10 месяцев после введения процедуры реализации имущества ФИО5

Сделка была оспорена по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В ходе рассмотрения заявления ФИО5 и ФИО9 заявили о пропуске срока исковой давности по оспариванию сделки.

При оценке обоснованности заявленных ходатайств о применении срока давности суду не представлено обстоятельств, препятствующих управляющему своевременно обратиться в суд с заявлением, в связи с чем 27.05.2020 определением Арбитражного суда Ставропольского края по делу № А63-12000/2016 (резолютивная часть оглашена 26.05.2020), оставленным без изменения апелляционным судом (постановление от 21.07.2020), в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано в связи с пропуском годичного срока исковой давности.

Доводы управляющего о том, что ему поздно была представлена копия оспариваемого договора судом были отклонены, поскольку суд пришел к выводу о наличии у ФИО4 сведений совершенной сделки в мае-июле 2017 года.

Таким образом, факт пропуска срока исковой давности установлен судебными актами.

Доводы апелляционных жалобы о том, что судом первой инстанции неверно установлена причинно-следственная связь между пропуском срока давности для обжалования сделки и наличием вины арбитражных управляющих в бездействии по обжалованию сделки, признаются апелляционным судом несостоятельными.

При оценке наличия причинно-следственной связи между бездействием финансовых управляющих и наступлением неблагоприятных последствий судом первой инстанции установлено следующее.

На основании документов, имеющихся в обособленном споре по рассмотрению заявления финансового управляющего ФИО5 ФИО4 об истребовании из ГУ МВД России по Ставропольскому краю копий документов, послуживших основанием для совершения регистрационных действий в отношении транспортных средств, ранее принадлежащих должнику, судом установлено, что 04.02.2017 ФИО4 направил в адрес МРЭО ГИБДД г. Ставрополя запрос – уведомление от 03.02.2017, содержащий, в том числе требование о предоставлении в адрес арбитражного управляющего сведений об автотранспортных средствах, зарегистрированных за ФИО5, а также о транспортных средствах, числящихся за должником и снятых с учета в течение трех последний лет, с предоставлением копий документов, на основании которых совершались регистрационные действия.

Аналогичный запрос был направлен финансовым управляющим в адрес РЭО ГИБДД МВД в г. Ессентуках.

10.02.2017 РЭО ОГИБДД ОМВД России по г. Ессентуки проинформировал ФИО4 о том, что за ФИО5 транспортные средства не зарегистрированы.

Также в его адрес были направлены электронные карточки учета транспортных средств, числящихся ранее за ФИО5 (сопроводительной письмо № 91/181 от 10.02.2017).

16.02.20.17 карточки учета автотранспортных средств, зарегистрированных за ФИО5 и снятых с регистрационного учета, в адрес ФИО4 также были направлены МРЭО ГИБДД г. Ставрополя сопроводительным письмом 50/306. Одновременно с указанными карточками регистрирующий орган направил в адрес финансового управляющего должником копии имеющихся у него договоров купли – продажи транспортных средств, проинформировав при этом о том, что по состоянию на 16.02.2017 за ФИО5 транспортные средства не зарегистрированы.

02.03.2017 ФИО4 в адрес РЭО ОГИБДД ОМВД России по г. Ессентуки и МРЭО ГИБДД г. Ставрополя направил запросы о предоставлении копий документов, послуживших основанием для снятия с регистрационного учета ранее принадлежащих ФИО5 транспортных средств, в том числе Mersedes Benz 1844 Actros LS, 2008 года выпуска, цвет белый, VIN: <***>. Также финансовый управляющий запросил соответствующие договоры у должника.

10.03.2017 ФИО5 проинформировал ФИО4 о том, что договоры купли – продажи транспортных средств у него не сохранились и им предпринимаются меры по их восстановлению. МРЭО ГИБДД г. Ставрополя 15.03.2017 направило в адрес ФИО4 копию договора купли – продажи от 22.12.2014, послужившего основанием к смене собственника на транспортном средстве марки KOEGEL SNCO 24.

Не получив от вышеуказанных органов договоров, послуживших основанием к смене собственника в отношении иных транспортных средств должника, ФИО4 23.05.2017 обратился в суд с заявлением об истребовании у МРЭО ГИБДД г. Ставрополя копий соответствующих документов, в том числе договора, на основании которого произошла смена собственника в отношении Mersedes Benz 1844 Actros LS.

Определением от 30.05.2017 заявление принято судом и назначено к рассмотрению в судебное заседание на 29.06.2017.

26.06.2017 в суд из МРЭО ГИБДД г. Ставрополя поступили письменные пояснения, отражающие в хронологическом порядке совершенные МРЭО ГИБДД г. Ставрополя действия по исполнению запросов ФИО4 Одновременно предоставлена переписка с арбитражным управляющим, подтверждающая направление в его адрес электронных карточек учета транспортных средств, числящихся ранее за ФИО5, и имеющихся у МРЭО ГИБДД г. Ставрополя договоров купли – продажи ФИО5 транспортных средств.

Из представленных документов направление МРЭО ГИБДД г. Ставрополя в адрес финансового управляющего должником договора купли – продажи спорного имущества не усматривается.

Вместе с тем, 10.05.2017 МРЭО ГИБДД г. Ставрополя, направляя в адрес ФИО4 копию договора купли – продажи транспортного средства марки KOEGEL SNCO 24, направило также в адрес арбитражного управляющего сведения о транспортных средствах, числящихся ранее за ФИО5

Из данных сведений усматривается, что Mersedes Benz 1844 Actros LS, 2008 года выпуска, цвет белый, VIN: <***> реализован ФИО5 ФИО9, зарегистрированному в городе Сальске.

Более того, в данных сведениях содержится информация о месте нахождения договора купли – продажи от 14.12.2014 вышеназванного транспортного средства (отделение № 3 МРЭО ГИБДД ГУ МВД России по Ростовской области (г. Сальск)).

28.06.2017 ФИО4 уменьшил изначально заявленные требования, оставив истребование договоров в отношении 8 транспортных средств, в том числе спорного, подтвердив в своем заявлении факт получения договоров купли – продажи в отношении нескольких транспортных средств, ранее принадлежащих должнику.

В судебном заседании 29.06.2017 заявитель отказался от требований в полном объеме, в том числе уточненных.

Определением от 29.06.2017 отказ принят судом, производство по обособленному спору прекращено.

Таким образом, располагая как минимум на 28.06.2017 (дата подачи уточненного заявления об истребовании документов, содержащего сведения о получении от регистрирующих органов документов), информацией о месте нахождения договора купли – продажи автомобиля марки Mersedes Benz 1844 Actros LS, 2008 года выпуска, цвет белый, VIN: <***>, ФИО4 должен был оперативно запросить у отделения № 3 МРЭО ГИБДД ГУ МВД России по Ростовской области (г. Сальск) копию договора купли – продажи от 14.12.2014, заключенного ФИО5 и ФИО10

Кроме того, с 26.06.2017 документы, поступившие из МРЭО ГИБДД г. Ставрополя и содержащие информацию о месте нахождения договора купли – продажи спорного автомобиля, находятся в материалах обособленного спора по заявлению ФИО4 об истребовании доказательств, рассмотренного в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 В силу чего ФИО4 имел реальную возможность своевременно ознакомиться с материалами дела и направить надлежащему лицу соответствующий запрос.

Доказательств принятия ФИО4 оперативных, своевременных мер, направленных на получение договора купли – продажи от 14.12.2014 от надлежащего лица, ФИО4 не представлено ни в данный обособленный спор, ни в спор по рассмотрению его заявления о признании договора купли – продажи от 14.12.2014 недействительным.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что при надлежащем исполнении возложенных на ФИО4 обязанностей по оперативному истребованию документов у лица, который ими располагает, финансовый управляющий должником имел реальную возможность получить договор купли – продажи не позднее июля 2017 года, т.е. задолго до своего отстранения от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО5 (04.10.2017).

В условиях продажи должником имущества в предверии банкротства разумный и осмотрительный финансовый управляющий, основываясь на совокупности различных источников информации, проверяет обстоятельства сделок на их соответствие требованиям статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, в том числе сопоставляет цену отчужденного имущества с рыночной.

В данном случае банк указывает на совокупность обстоятельств, объективно порождающих сомнения у среднего разумного добросовестного лица в равноценности встречного исполнения, поскольку договор содержат очевидно заниженную стоимость (30 000 руб. за транспортное средство марки Mersedes Benz 1844 Actros LS, 2008 года выпуска). При этом договор купли – продажи от 14.12.2014 не содержит сведений о реализации имущества в технически неисправном либо технички непригодном к использованию по назначению состоянии.

Данный договор заключен 14.12.2014, дело о несостоятельности ФИО5 возбуждено 06.10.2016, т.е. в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, исходя из условий договора купли – продажи от 14.12.2014, пришел к выводу о том, что данный договор имел явные основания для его оспаривания и должен был породить сомнения в его действительности у ФИО4 в день его получения.

Соответственно оперативно запросив договор купли – продажи от 14.12.2014 у отделения № 3 (дислокация г. Сальск) МРЭО ГИБДД ГУ МВД России по Ростовской обрасти, ФИО4 имел реальную возможность (не менее 2 месяцев: август, сентябрь 2017 года) оспорить данный договор, как в пределах срока исковой давности, так и в период до своего отстранения (04.10.2017), однако без объективных на то препятствий, не сделал этого.

Таким образом, учитывая данные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии в действиях ФИО4 признака противоправности.

Рассматривая требования о солидарном взыскании убытков с двух арбитражных управляющих, исполняющих обязанности финансовых управляющих ФИО5 в период срока исковой давности, предусмотренного для оспаривания сделки, суд первой инстанции также пришел к выводу о наличия оснований для взыскания убытков и с ФИО8

Судом установлено, что на должность финансового управляющего ФИО5 ФИО8 утверждена 19.10.2017. Определение суда в полном объеме изготовлено 26.10.2017.

Согласно сведениям, содержащимся в картотеке арбитражных дел, названное определение в открытом доступе опубликовано 28.10.2017. Утверждая ФИО8 финансовым управляющим должника, суд одновременно названным судебным актом обязал ФИО4 передать ФИО8 всю документацию в отношении ФИО5

В силу положений абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве ФИО4 обязан был в течение трех дней с даты утверждения ФИО8 финансовым управляющим ФИО5 обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей ФИО5

Судом установлено, что с заявлением об истребовании у ФИО4 документации вновь утверждённый управляющий в суд не обращалась.

Кроме того, действуя разумно и добросовестно ФИО8 имела реальную и фактическую возможность в кратчайшие сроки ознакомиться с материалами дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, в том числе со всеми обособленными спорами, инициированными в рамках дела А63-12000/2016, в Арбитражном суде Ставропольского края.

При этом, как указывал суд ранее, в суде с 26.01.2017 имелась информация об отчуждении ФИО5 транспортного средства Mersedes Benz 1844 Actros LS, 2008 года выпуска, цвет белый, VIN: <***>, а также с 26.06.2017 - информация о месте нахождения договора купли – продажи спорного автомобиля.

В силу чего ФИО6 (ранее ФИО7) М.А. своевременно приступив к исполнению обязанностей финансового управляющего ФИО5 была обязана и имела реальную возможность своевременно направить надлежащему лицу запрос копии договора купли – продажи от 14.12.2014. Доказательств совершения таких действий ФИО3 в материалы настоящего спора не предоставлено.

Исходя из даты утверждения ФИО8 финансовым управляющим ФИО5, разумных сроков на ознакомление с документами, отражающими деятельность ФИО5, сроков, установленных законодателем для исполнения государственными органами запросов арбитражных управлявших (7 дней), а также условий сделки, очевидно указывающих на ее подозрительность, суд приходит к выводу о наличии у ФИО8 реальной возможности своевременно, в пределах срока исковой давности (до 02.02.2018) оспорить договор купли – продажи транспортного средства от 14.12.2014, заключённого ФИО5 с ФИО9

Без объективных на то препятствий ФИО8 вышеуказанные действия не совершила, в связи с чем, в ее бездействиях имеется признак противоправности.

Таким образом, в силу возложенных на арбитражных управляющих законом обязанности действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно, последние несут ответственность, в том числе за непринятие мер по своевременному оспариванию сделки должника, ФИО4 и ФИО8 имели возможность своевременно, в пределах срока исковой давности, оспорить в судебном порядке договор купли – продажи от 14.12.2014, однако, без объективных препятствий не сделали этого, в связи с чем данные обстоятельства привели к не поступлению в конкурсную массу денежных средств.

В связи с изложенным, судом первой инстанции обоснованно применены положения статьи 1080 ГК РФ в отношении ФИО4 и ФИО8

По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В целях определения рыночной стоимости спорного имущества на дату его отчуждения, которой определяется размер убытков, определением суда от 24.01.2022 назначена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости спорного имущества, поручив проведение экспертизы ООО «Арсенал» в составе эксперта ФИО11.

Согласно поступившему заключению рыночная стоимость транспортного средства Mersedes Benz 1844 Actros LS, 2008 года выпуска, цвет белый, VIN: <***> по состоянию на 14.12.2014 составляла 2 092 000 руб.

Результаты судебной экспертизы оценены судом с учетом положений статьи 86 АПК РФ, пункта 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», в соответствии с которыми указанное заключение не вызывает сомнений относительно выводов, поскольку отраженные в них данные полные, конкретные и ясные, ответы на поставленные вопросы не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений, по форме и содержанию заключение соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, в связи с чем обоснованно принято в качестве допустимого, достаточного и убедительного доказательства размера возмещения убытков.

Доводы апелляционных жалоб на отсутствие доказательств того, что в результате оспаривания сделки конкурсная масса однозначно бы пополнилась, признаются апелляционным судом несостоятельными, поскольку договор имел явные основания для его оспаривания и должен был породить сомнения у арбитражных управляющих в его действительности, еще на моменте изучения и сбора документов должника.

В рекомендациях, изложенных в абзаце 4 пункта 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» разъяснено, что под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков. Неоспаривание сделки потенциально связано с возможностью неувеличения конкурсной массы, а значит, с убытками для должника и его кредиторов.

С учетом изложенного, суд пришел к обоснованному выводу о том, что не обращение арбитражных управляющих в установленном порядке в арбитражный суд с заявлением об оспаривании указанных сделок должника не отвечает признакам разумности, осмотрительности и не свидетельствует об осуществлении деятельности в интересах кредитора должника.

Доводы подателей жалоб о наличии у кредитора возможности самостоятельно оспорить сделки, отклоняется, поскольку эффективные меры по защите конкурсной массы и прав кредиторов в силу положений пункта 3 статьи 20.3 Закона о банкротстве должны предприниматься прежде всего самим управляющим.

Действительно, в соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявления об оспаривании сделок должника также могут быть поданы конкурсным кредитором, размер задолженности перед которым составляет более 10 процентов от общего размера кредиторской задолженности, либо конкурсным управляющим по решению собрания (комитета) кредиторов.

Вместе с тем данные нормы не могут быть истолкованы таким образом, что наличие в деле о банкротстве мажоритарных кредиторов переносит на последних обязанность по обращению в суд с заявлениями о признании сделок недействительными.

Апеллянты, ссылаясь на факт не обращения конкурсного кредитора с подобным требованием как оправдание столь длительного бездействия управляющего, не учли, что у конкурсного кредитора есть право обжаловать сделки должника, а у арбитражного управляющего - безусловная обязанность (при наличии к тому достаточных оснований), которая не может быть переложена на иных лиц, не обладающих всей полнотой информации и документов об обстоятельствах совершения сделок.

Доводы апелляционной жалобы ФИО4 относительно нахождения транспортного средства в залоге у банка и возможности обратить на него взыскание, отклоняются апелляционным судом, поскольку спорная сделка не признана недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 352 ГК РФ залог прекращается, если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога.

Таким образом, требование об обращении взыскания на предмет залога, адресованное не к залогодателю, а к лицу, которое приобрело предмет залога, не подлежит удовлетворению при условии доказанности того, что это лицо возмездно приобрело предмет залога и не знало и не могло знать об обременении имущества залогом.

Материалами дела подтверждается, что уже с 27.03.2020, в период обращения арбитражного управляющего ФИО4 в суд с заявлением о признании сделки недействительной, собственником спорного транспортного средства был не покупатель – ФИО9, а иное лицо – ФИО12

Поскольку утрата предмета залога влечет прекращение залога, а в деле о банкротстве прекращение права залога влечет утрату статуса залогового кредитора, указанные обстоятельства привели к утрате банком возможности преимущественного удовлетворения своих требований за счет реализации предмета залога.

Таким образом, довод арбитражного управляющего ФИО4 о возможности банка как залогодержателя обратить взыскание на данное транспортное средство является несостоятельным.

Доводы апелляционных жалоб, повторяют изложенную заявителями в ходе рассмотрения обособленного спора позицию, основаны на иной, отличной от изложенной в судебном акте оценке судом первой инстанции представленных в материалы дела доказательств и обстоятельств спора, которые уже были предметом исследования суда и им дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем их повторение в апелляционной жалобе представляет собой требование о переоценке доказательств и обстоятельств дела, что само по себе не может служить основанием для его отмены, ввиду правильного применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено. С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.

руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.09.2022 по делу № А63-12000/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.


Председательствующий Н.Н. Годило


Судьи З.А. Бейтуганов


С.И. Джамбулатов