Постановление от 25 мая 2022 г. по делу № А23-292/2021

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула



Дело № А23-292/2021

(20АП-1940/2022)


Резолютивная часть постановления объявлена 18.05.2022

Постановление изготовлено в полном объеме 25.05.2022


Двадцатый арбитражного апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А., судей Афанасьевой Е.И. и Мосиной Е.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании: от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Теплицэнергострой" ФИО2 – предстаивтеля ФИО3 (доверенность от 10.01.2022), от общества с ограниченной ответственностью "Техносервис" – представителя ФИО4 (доверенность от 12.03.2022), в отсутствие иных заинтересованных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Теплицэнергострой" ФИО2 на определение Арбитражного суда Калужской области от 24.02.2022 по делу № А23-292/2021 (судья Сыбачин А.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Теплицэнергострой" ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, при участии в качестве ответчика общества с ограниченной ответственностью "Техносервис", в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Теплицэнергострой" (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Теплицэнергострой".

Решением Арбитражного суда Калужской области от 22.03.2021 (резолютивная часть которого объявлена 15.03.2021) должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Сведения о введении процедуры опубликованы в газете Коммерсантъ 27.03.2021.

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью "Теплицэнергострой" ФИО2 обратился в Арбитражный суд Калужской области с заявлением о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств в размере 1 084 539 руб. по договорам аренды №1, 2 от 08.10.2018 в пользу ООО "Техносервис" и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 24.02.2022 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Теплицэнергострой" ФИО2 о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств в размере 1 084 539 руб. по договорам аренды №1, 2 от 08.10.2018 в пользу общества с ограниченной ответственностью "Техносервис".

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью "Теплицэнергострой" ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просил отменить определение и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы конкурсный управляющий ссылается на то, что договоры аренды №1 и № 2 от 08.10.2018 являются мнимыми сделками, направленными на вывод денежных средств.

Указывает, что в предмете договоров № 1 и № 2 от 08.10.2018 отсутствует цель использования помещений, расположенных по адресу: <...> общей площадью 1 147,10 кв. м. (278,2 кв. м и 868,9 кв. м).

Отмечает, что ООО «Техносервис» не представлено в материалы дела каких-либо документальных доказательств каким образом использовались арендованные помещения.

Выражает несогласие с выводом суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим должника не представлено сведений о наличии у должника какой-либо иной производственной базы в разумном отдалении от строительного объекта.

Конкурсный управляющий указывает, что согласно договору подряда № 01-10-218 от 01.10.2018, заключенному между ООО «Агростройподряд» (генподрядчик) и ООО «Теплицэнергосгрой» (подрядчик), в обязанности генподрядчика (ООО «Агростройподряд») входит обеспечить строительную площадку и строительный городок электро и водоснабжением в согласованных подрядчиком объемах, предоставить подрядчику места для обустройства строительного городка и временного склада, предоставлять подрядчику материалы и оборудование с документацией для монтажа.

Считает, что судом первой инстанции необоснованно не дана оценка тому обстоятельству, что договоры аренды № 1 и № 2 от 08.10.2018 и договор фрахтования транспортного средства для перевозки пассажиров, заключенный между ООО «Теплицэнергострой» и ИП ФИО5 заключены одновременно 08.10.2018, а также, что генеральный директор ООО «Техносервис» и ИП ФИО5 одно и тоже лицо. Адрес арендованных площадей и место отъезда по договору фрахтования один и тот же: <...>.

Обращает внимание на то, что ни в одном платежном поручении не указан период внесения арендных платежей, денежные средства перечислялись произвольно по 100 000 руб., 50 000 руб., 150 000руб. 200 000 руб., при наличии на счете должника денежных средств.

Указывает, что переменная арендная плата арендодателем не выставлялась и не предъявлялась, акты по переменной части арендной платы со стороны должника никогда не подписывались.

Считает, что судом первой инстанции не учтены доводы конкурсного управляющего о том, что должник фактического не использовал помещения.

Конкурсный управляющий считает, что исходя из поведения сторон, договоры аренды помещений являются мнимыми сделками, направленными на вывод денежных с расчетного счета должника.

Общество с ограниченной ответственностью "Техносервис" в письменном отзыве на апелляционную жалобу, считая обжалуемое определение законным и обоснованным, просило оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Теплицэнергострой" ФИО2 поддерживал доводы апелляционной жалобы.

Представитель общества с ограниченной ответственностью "Техносервис" возражал против доводов апелляционной жалобы.

Иные заинтересованные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции после перерыва не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и изложенные в отзывах возражения, заслушав позицию представителей сторон, участвовавших в судебном заседании, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом.

На основании пункта 3 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 №127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном законе.

На основании пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III .1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в силу пункта 1 статьи 61.1 данного закона) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, конкурсный управляющий в обоснование заявленного требования о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств в размере 1 084 539 руб. по договорам аренды №1, 2 от 08.10.2018 в пользу общества с ограниченной ответственностью "Техносервис" ссылался на то, что пунктом 2.3.1 договора №1 предусмотрена обязанность должника как арендодателя использовать имущество по прямому назначению, указанному в предмете договора, однако, какое-либо назначение в предмете договора не указано. Арендодатель в нарушение пункта 3.1 договоров не начислял переменную арендную плату, не расторг договор в соответствии с пунктом 4.3 договора при возникновении просроченной задолженности, сдача помещений в аренду отсутствует в заявленных кодах ОКВЭД ответчика, у должника отсутствовала необходимость арендовать помещения в Тульской области, что в совокупности свидетельствует о мнимости заключенной сторонами сделки.

Возражая в суде первой инстанции против заявленных требований конкурсного управляющего должника ООО «Техносервис» указало на то, что имущество фактически было использовано должником для организации хранения материалов, задействованных в возведении объекта недвижимого имущества «Тепличный комплекс «Тульский» (Тульская область, Щекинский р-н, МО Ломинцевское, в 160 м южнее п. Рудный), в обоснование чего представило в материалы дела договор фрахтования от 08.10.2018, в соответствии с которым руководитель ответчика, действуя как индивидуальный предприниматель, осуществлял перевозки между строительным объектом и арендуемыми зданиями, представлены путевые листы, в соответствии с которыми расстояние между объектами составляет 12 км.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» содержатся разъяснения о том, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

В данном случае решением от 15.03.2021 Арбитражным судом Калужской области введена процедура конкурсного производства.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции верно пришел к выводу, что вышеуказанный срок заявителем не пропущен.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Конкурсный управляющий должника мотивировал свою позицию мнимостью оспариваемых сделок, не отрицая равноценность встречного предоставления в случае наличия такового.

Судебная коллегия соглашается с судом первой инстанции о том, что пороков сделок - договоров аренды применительно к правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве исходя из имеющихся в материалах дела доказательств не установлено.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу N А41- 48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена.

При этом, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.04.2011 N 16002/10).

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 N 1446/14 по делу N А41-36402/2012 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

В настоящем деле судом первой инстанции установлено, что должник вел экономическую деятельность на территории Тульской области, осуществлял строительство тепличного комплекса.

Исходя из имеющихся в материалах дела путевых листов, расстояние между арендованными помещениями и строительным объектом составило 12 км.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции был опрошен свидетель ФИО6, предупрежденная судом об уголовной ответственности по статьям 307 и 308 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний.

Согласно свидетельским показаниям ФИО6, с 03.12.2018 она работает в должности инженера ПТО ООО «Агростройподряд», являвшегося заказчиком строительства тепличного комплекса, в силу должностных обязанностей она осуществляет коммуникацию с подрядчиками. ООО «Техносервис» являлось подрядчиком строительства тепличного комплекса, развертывание строительной площадки непосредственно по адресу расположения будущего тепличного комплекса было невозможно, поскольку на месте предполагаемого строительства отсутствовали какие-либо строения и инфраструктура. ФИО6 пояснила суду, что она самостоятельно выезжала по адресу помещений ООО "Теплицэнергострой", арендованных у ООО "Техносервис", часть работ на строительном объекте выполнялась именно силами ООО "Теплицэнергострой".

При этом конкурсным управляющим должником не представлено сведений о наличии у должника какой-либо иной производственной базы в разумном отдалении от строительного объекта. Не представлено также управляющим и каких-либо сведений о взаимосвязанности и взаимообусловленности действий должника и ответчика.

Напротив, арбитражный управляющий обратил внимание на недостатки юридической техники в оформлении договоров.

Довод конкурсного управляющего о выполнении работ силами третьих лиц правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку представленные в материалы дела копии договоров не могут с необходимой достоверностью подтверждать ни факт передачи подрядных обязательств сторонним организациям, ни объем переданных третьим лицам обязательств. Пояснений о возможности выполнения работ самим должником в отсутствие складских помещений не представлено.

Также судом первой инстанции обоснованно отклонен довод конкурсного управляющего о том, что сторонам надлежало заключить и исполнить договор хранения, поскольку модель экономического поведения и распределение рисков утраты имущества осуществляются по усмотрению сторон, аренда складских помещений является одной из форм обеспечения сохранности имущества.

То обстоятельство, что арендодатель в нарушение пункта 3.1 договоров не заявил к взысканию переменную арендную плату, не расторг договор в соответствии с пунктом 4.3 договора при возникновении просроченной задолженности, не свидетельствует о мнимом характере сделки с учетом предшествующей оплаты арендатором суммы 1 084 539 руб.

Доводы конкурсного управляющего об отсутствии документов, подтверждающих поставку товаров в пользу должника по адресу арендуемых помещений, правомерно не приняты судом первой инстанции, исходя из объективной невозможности для арендодателя располагать документами хозяйственной деятельности арендатора.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор и последняя знала о неправомерных действиях должника.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Наличие такого поведения у сторон оспариваемой сделки судом первой инстанции не установлено, доказательств его наличия в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание вышеизложенное, ввиду отсутствия доказательств формирования искусственного документооборота при наличии доказательств реального пользования должником спорными помещениями и, как следствие, отсутствия доказательств наличия совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статьи 170 ГК РФ, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания недействительными платежи по договорам №1, 2 от 08.10.2018 и взыскания денежных средств в конкурсную массу должника.

Доводы конкурсного управляющего ООО "Теплицэнергострой" Кима М.Н., изложенные в апелляционной жалобе о том, что договоры аренды № 1 и № 2 от 08.10.2018 являются мнимыми сделками, направленными на вывод денежных средств, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку они направлены на переоценку установленных судом первой инстанции по данному обособленному спору обстоятельств.

Довод жалобы о том, что в предмете договоров № 1 и № 2 от 08.10.2018 отсутствует цель использования помещений, расположенных по адресу: <...>, является несостоятельным и подлежит отклонению судебной коллегией.

В силу п. 1 ст. 615 Гражданского кодекса Российской Федерации, арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества.

Как следует из свидетельства о государственной регистрации права серии 71-АГ №157888 от 25.06.2010, выданного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области, ООО «Техносервис» на праве собственности принадлежит здание общей площадью 868,9 кв. м, расположенное по адресу: <...>, имеет назначение: «Нежилое здание».

Здание общей площадью 278,2 кв. м. по адресу: <...> также имеет назначение: «Нежилое здание» согласно свидетельству о государственной регистрации права 71-АГ №244950 от 17.12.2010, выданного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области.

Таким образом, использование ООО «Теплицэнергострой» указанных нежилых зданий для размещения офисных помещений с целью обсуждения рабочих вопросов, а также для организации хранения материалов, оборудования и инструментов, необходимых в возведении объекта недвижимого имущества «Тепличный комплекс «Тульский» ввиду отсутствия каких-либо строений и инфраструктуры на месте строительства по адресу: Тульская область, Щекинский район, МО Ломинцевское, в 160 м. южнее п. Рудный, что следует из показаний свидетеля ФИО6, не противоречит законодательству Российской Федерации.

Конкурсным управляющим ООО «Теплицэнергострой» не представлено в материалы дела сведений о наличии у должника какой-либо иной производственной базы в разумном отдалении от строительного объекта.

Кроме того, добросовестность заключения договоров аренды подтверждается перепиской между ООО «Техносервис» и ООО «Теплицэнергострой» посредством электронной почты за период с 13.11.2019 по 20.01.2020, из которой следует, что ООО «Техносервис» просило ООО «Теплицэнергострой» подписать и направить в свой адрес акт сверки за 2019 год, а также акты выполненных работ.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ссылался на то, что согласно сведениям ЕГРЮЛ основной вид деятельности ООО «Техносервис» не предполагает сдачу нежилых помещений в аренду, что исключает деятельность общества в качестве арендодателя.

Согласно пункту 1 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации под правоспособностью юридического лица понимается способность иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности.

Как разъяснено в пункте 18 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров необходимо учитывать, что коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных организаций, предусмотренных законом, наделены общей правоспособностью (статья 49) и могут осуществлять любые виды предпринимательской деятельности, не запрещенные законом, если в учредительных документах таких коммерческих организаций не содержится исчерпывающий (законченный) перечень видов деятельности, которыми соответствующая организация вправе заниматься.

Из материалов дела следует, что Федеральная налоговая служба письмом №СА-17-2/229@ от 22.08.2019 подтвердила, что присвоение организации какого-либо кода по ОКВЭД не создает для нее препятствия работать в других сферах.

Исходя из изложенного, довод конкурсного управляющего о том, что поскольку в ЕГРЮЛ (на момент сдачи вышеназванных нежилых помещений в аренду) не был внесен соответствующий ОКВЭД о деятельности по сдаче нежилых помещений в аренду, ООО «Техносервис» не могло осуществлять сдачу в аренду указанных помещений, является ошибочным.

Суд апелляционной инстанции также отклоняет доводы конкурсного управляющего, изложенные в апелляционной жалобе о том, что накопив задолженность, ООО «Техносервис», осуществляющий предпринимательскую деятельность, не приняло мер к досрочному расторжению договоров аренды, а также ко взысканию с должника данной задолженности.

С учетом предшествующей оплаты ООО «Теплицэнергострой» арендной платы в сумме 1 084 539 рублей, расторжение договора аренды в связи с пропуском срока платежей является правом, а не обязанностью арендодателя, равно как и определение момента обращения в суд с требованием о взыскании задолженности, и само по себе не является доказательством мнимости сделки.

Не свидетельствует о мнимом характере сделок и то обстоятельство, что ООО «Техносервис» не воспользовалось своим правом и не заявило к взысканию переменную арендную плату, установленную п. 3.1 договоров аренды.

Таким образом, имеющиеся в материалах дела доказательства в совокупности позволяют сделать вывод о добросовестности сделок, исключив тем самым признаки мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (п. 1 ст. 70 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По мнению судебной коллегии, обстоятельства дела исследованы судом полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Доводы апелляционной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемого определения, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой судом первой инстанции установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Кодекса, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены вынесенного определения.

В соответствии с частью 3 статьи 271 АПК РФ в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных в связи с подачей апелляционной жалобы.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Таким образом, расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 24.02.2022 по делу № А23-292/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.


Председательствующий судья

Судьи


Ю.А. Волкова

Е.И. Афанасьева

Е.В. Мосина