Постановление от 17 августа 2023 г. по делу № А43-22280/2021

Дело № А43-22280/2021
17 августа 2023 года
г. Владимир


Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 августа 2023 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Устиновой Н.В., судей Наумовой Е.Н., Ковбасюка А.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Атомстройэкспорт» на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 07.06.2023 по делу № А43-22280/2021, принятое по иску акционерного общества «Атомстройэкспорт» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к акционерному обществу «Завод Энергетического оборудования Энергопоток» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании <***> руб., третье лицо: общество с ограниченной ответственностью Научно-производственная компания «Бекар», при участии в судебном заседании: от заявителя (истца) - акционерного общества «Атомстройэкспорт» - ФИО2 (по доверенности от 19.12.2019 сроком действия по 30.09.2024 и диплому); от ответчика - акционерного общества «Завод Энергетического оборудования Энергопоток» - ФИО3 (по доверенности от 28.07.2023 сроком действия по 31.12.2024 и диплому), ФИО4 (адвоката, по доверенности от 02.02.2023 сроком действия по 31.12.2023); от третьего лица - общества с ограниченной ответственностью Научно-производственной компании «Бекар» - ФИО4 (адвоката, по доверенности от 20.02.2023 сроком действия по 31.12.2023).

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил.

Акционерное общество «Атомстройэкспорт» (далее - Общество) обратилось в арбитражный суд с иском к акционерному обществу «Завод Энергетического Оборудования Энергопоток» (далее - Завод) о взыскании <***> руб. убытков, понесенных в связи с поставкой товара ненадлежащего качества.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью Научно-производственная компания «Бекар» (далее - Компания).

Решением от 07.06.2023 Арбитражный суд Нижегородской области отказал в удовлетворении иска.

Не согласившись с принятым судебным актом, Общество обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и назначить проведение судебной экспертизы по делу.

Данная апелляционная жалоба принята и назначена к рассмотрению.

Обжалуя судебный акт, заявитель ссылается на то, что принятое судом решение полностью основано на выводах суда, сделанных при рассмотрении дела № А43-22668/2021, в котором Завод и Компания отказались от заявления ходатайства о проведении судебной экспертизы качества товаров (дисковых затворов) и исследование качества поставленных ответчиком затворов не проводилось. Считает необоснованным отклонение судом первой инстанции в рамках настоящего дела ходатайства истца о назначении экспертизы. Отметил, что надлежащие доказательства, подтверждающие отсутствие скрытых заводских дефектов дисковых затворов, в материалах настоящего дела и дела № А43-22668/2021 отсутствуют. По мнению заявителя, материалами дела подтверждается наличие гарантийного дефекта оборудования. Не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что требование к ответчику о замене товара являлось заведомо неисполнимым, лишающим последнего возможности реально заменить затворы дисковые, поскольку ответчиком не доказано, что истец отказался принять исполнение требования о замене некачественных товаров после заключения договора с ЗАО «Саратовэнергомашкомплект» на восполняющую закупку. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

В судебном заседании от 10.08.2023 представитель заявителя поддержал доводы апелляционной жалобы и ходатайство о назначении по делу экспертизы.

Завод и Компания в отзыве на апелляционную жалобу и их представители в заседании суда возразили по доводам заявителя, считая их несостоятельными, и просили решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения. Также ответчик и третье лицо возразили в отношении удовлетворения ходатайства истца о назначении экспертизы.

Ходатайство о назначении экспертизы судом апелляционной инстанции рассмотрено и отклонено.

Судебные экспертизы проводятся арбитражным судом в случаях, в порядке и по основаниям, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании части 2 статьи 64, частей 4, 5 статьи 71, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами. Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

С учетом имеющихся в деле доказательств, фактических обстоятельств дела, доводов и пояснений лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии необходимости проведения экспертизы.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела, изучив доводы заявителя апелляционной жалобы и возражения на них, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены (изменения) судебного акта.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между Обществом (покупатель) и Заводом (поставщик) заключен договор поставки затворов дисковых общепромышленных для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС от 31.08.2015 № 7759/150700, по условиям которого поставщик обязался изготовить, поставить и доставить оборудование, указанное в спецификациях № 1 и № 2 (приложения № 1.1 и 1.2 к договору) для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС. Покупатель обязался провести входной контроль оборудования и произвести его оплату в соответствии с условиями договора.

Согласно пункту 3.1 договора общая цена договора соответствует стоимости оборудования, указанного в приложениях № 1.1 и 1.2 к договору, и составляет 17 405 000 руб. с учетом НДС 18%, в том числе для энергоблока № 1 Белорусской АЭС по спецификации № 1 (приложение № 1.1 к договору) - 9 016 380 руб. с учетом НДС 18%, для энергоблока № 2 Белорусской АЭС по спецификации № 2 (приложение № 1.2 к договору) - 8 388 620 руб. с учетом НДС 18%.

Поставщик в период с 25.05.2016 по 09.12.2016 произвел поставку оборудования на Белорусскую АЭС. По результатам проведения входного контроля поставленного оборудования оформлены акты: от 19.06.2016 № ТА-985-16, от 16.11.2017 № ТА-1483П-17, от 16.05.2017 № ТА-1578П-17. Акты подписаны без замечаний.

В мае 2019 года при проведении гидравлических испытаний системы 10PGB выявлена негерметичность затворов дисковых (уведомление от 23.05.2019 № 2386). Специалистами завода-изготовителя – Компании, для устранения причин негерметичности выполнена настройка положения органов всех затворов и выполнена замена уплотнения запорного органа на затворе 10PGB17AA004, а также подтверждена необходимость замены 16 уплотнительных элементов (Ду250 - 14 шт., ДуЗОО - 2 шт.).

Решением от 03.06.2019 № 420-19 комиссия допустила систему 10PGB к гидравлическим испытаниям. В соответствии с решением комиссии специалистами завода-изготовителя – Компании, выполнена замена уплотнений на затворах Ду250 в количестве 14 шт. В случае неудовлетворительных итогов проведения гидравлических испытаний системы 10PGB вся арматура производства Компании, поставленная ответчиком для энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС, должна быть заменена на фланцевую, герметичную в обоих направлениях.

В период с 30.07.2019 по 01.08.2019 специалистами завода-изготовителя – Компании, выполнена настройка положения запорных органов 31 ед. затворов PGB и в результате повторных гидравлических испытаний системы 10PGB получен отрицательный результат (зафиксировано падение давления 0,5 МПа в течении 5 минут, что не соответствует критериям успешности п. 12.1 Программы гидравлических испытаний на системе 10PGB (BLR1.A.534.1.0UMA&&.PGB&&. 021.РС.001).

Пунктом 1.1.1.14 ТУ 3742-003-17049080-2013 установлено требование по герметичности: «для затворов серии БК-992 - класс А по ГОСТ Р 54808-2011 в основном направлении по стрелке, класс В по ГОСТ Р 54808-2011- в обратном направлении».

По пояснениям истца, по результатам гидравлических испытаний затворы дисковые Ду250, Ду300, Ду800 не обеспечивают герметичность в основном направлении - класс «А», что является невыполнением пункта 1.1.1.14 ТУ 3742-003-17049080-2013.

Комиссией по расследованию несоответствия с участием представителей ответчика и завода-изготовителя – Компании, произведен расчет, определена суммарная допустимая (нормативная) величина протечки затворов системе 10PGB по классу герметичности «В», которая составляют 7,14 см3/мин, соответственно за 5 минут суммарная допустимая протечка составляет 35,7 см3. Рассчитана фактическая протечка затворов системе 10PGB при падении давления на 0,5 МПа в течение 5 минут, которая составила 37,5 литров или 37 500 см3, что в 1050 раз больше чем допустимые протечки по ГОСТ Р 54808-2011. Проведенный расчет фактических протечек затворов системы 10PGB показал невыполнение требования пункта 1.1.1.14 ТУ по критериям герметичности класса «В» - в обратном направлении. Затворы дисковые не обеспечивают герметичность, указанную в ТУ, как в прямом, так и в обратном направлении.

В обоснование исковых требований истец сослался на акт расследования от 31.07.2020 № РР0002386, которым установлено, что несоответствие возникло по вине поставщика оборудования – Завода, вследствие поставки затворов дисковых для энергоблока № 1 Белорусской АЭС системы 10PGB в количестве 31 единиц ненадлежащего качества. Несоответствие является скрытым заводским дефектом.

В соответствии с пунктом 11.5 договора гарантийный срок на поставленное и доставленное оборудование в соответствии со спецификацией № 1 (приложение № 1.1 к договору), в том числе на оборудование, поставленное и доставленное взамен дефектного, исчисляется с даты подписания акта входного контроля оборудования и заканчивается 30.11.2020, то есть по истечении 24 месяцев с планируемой даты подписания акта приемки пускового комплекса блока, законченного строительством, в рамках контракта (30.11.2018), если больший срок не предусмотрен проектной, конструкторской и нормативно-технической документацией или документацией завода-изготовителя.

Истец направил в адрес ответчика требование от 05.08.2020 № РР0000588 об устранении несоответствия в срок до 21.08.2020, которое не было удовлетворено поставщиком.

В силу пункта 11.3 договора поставщик обязан за свой счет в срок, указанный покупателем, устранить все выявленные недостатки и/или дефекты и/или несоответствия, обнаруженные в течение гарантийного срока, либо заменить оборудование и/или его части ненадлежащего качества на оборудование и/или его части надлежащего качества. В противном случае покупатель вправе устранить недостатки и/или дефекты и/или несоответствия собственными и/или привлеченными силами с отнесением при этом всех подтвержденных документально затрат и расходов на поставщика, а также предъявить штрафные санкции, предусмотренные договором.

Истец указал, что между Обществом и ЗАО «Саратовэнергомашкомплект» заключен договор поставки затворов дисковых от 30.12.2019 № 7759/191440 взамен затворов, поставленных Заводом. Стоимость повторной закупки составила с учетом НДС <***> руб.

Претензиями от 21.10.2020 № 51/2020-ПРЕТ, от 18.03.2021 № 007/25/2021-ПРЕТ истец просил ответчика перечислить на расчетный счет <***> руб.

Письмом от 23.11.2020 № 2410 поставщик отказался от удовлетворения требования о возмещении убытков Общества в указанной сумме, ссылаясь на обязанность покупателя доказать причину возникновения дефектов.

Указанные выше обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Оценив представленные в дело доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, с чем суд апелляционной инстанции соглашается.

Как верно установлено судом первой инстанции, между сторонами сложились отношения, вытекающие из смешанного договора поставки и подряда (главы 30, 37 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

На основании пункта 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача заказчику результата работ является основанием возникновения у заказчика обязательства по оплате выполненных работ.

Статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В статье 469 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. Если законом или в установленном им порядке предусмотрены обязательные требования к качеству продаваемого товара, то продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязан передать покупателю товар, соответствующий этим обязательным требованиям.

В силу статьи 474 Гражданского кодекса Российской Федерации проверка качества товара может быть предусмотрена законом, иными правовыми актами, обязательными требованиями государственных стандартов или договором купли-продажи. Порядок проверки качества товара устанавливается законом, иными правовыми актами, обязательными требованиями государственных стандартов или договором. В случаях, когда порядок проверки установлен законом, иными правовыми актами, обязательными требованиями государственных стандартов, порядок проверки качества товаров, определяемый договором, должен соответствовать этим требованиям.

В силу статьи 513 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан проверить количество и качество принятых товаров в порядке, установленном законом, иными правовыми актами, договором или обычаями делового оборота.

Пунктом 1 статьи 518 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что покупатель (получатель), которому поставлены товары ненадлежащего качества, вправе предъявить поставщику требования, предусмотренные статьей 475 настоящего Кодекса, за исключением случая, когда поставщик, получивший уведомление покупателя о недостатках поставленных товаров, без промедления заменит поставленные товары товарами надлежащего качества.

Если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара (часть 1 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы; потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

В отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы (пункт 2 статьи 476 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 11.5 договора, гарантийный срок на поставленное и доставленное оборудование в соответствии со спецификацией № 1 (приложение № 1.1 к договору), в том числе на оборудование, поставленное и доставленное взамен дефектного, исчисляется с даты подписания акта входного контроля оборудования и заканчивается 30.11.2020, то есть по истечении 24 месяцев с планируемой даты подписания акта приемки пускового комплекса блока, законченного строительством, в рамках контракта (30.11.2018), если больший срок не предусмотрен проектной, конструкторской и нормативно-технической документацией или документацией завода-изготовителя.

Из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что недостатки товара выявлены в пределах гарантийного срока, установленного договором.

Возражая против заявленных требований, ответчик и третье сослались на то, что негерметичность арматуры возникла по причине неверного подбора (типа) разновидности арматуры по вине проектного блока Общества, что отражено в акте расследования выявленных несоответствий от 16.10.2019 № РР0000426, следовательно, причинно-следственная связь между поставкой арматуры и расходами истца по демонтажу и монтажу арматуры, отсутствует.

Как следует из материалов дела, спорные затворы дисковые демонтированы истцом, находятся на территории Республики Беларусь.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области от 15.07.2022 по делу № А43-22668/2021 установлено следующее.

18.07.2012 между заказчиком - Республиканским унитарным предприятием «Белорусская атомная электростанция» (Республика Беларусь) и истцом - Обществом (Российская Федерация) заключен генеральный контакт № 77-598/110700 на сооружение Белорусской АЭС.

19.05.2014 генеральным директором Компании утверждены Технические условия ТУ3742-003-17049080-2013. Затворы дисковые DN 50-2400 РМ,0-4,0МПа (10-40 кгс/см2) (далее - ТУ, ТУ3742-003-17049080-2013).

В 2015 году проектным блоком управляющей компании истца в Республике Беларусь для использования при сооружении Белорусской атомной электростанции выдана проектная потребность на закупку затворов дисковых системы PGB (маркировка арматуры).

Управлением закупок управляющей компании Общества в Республике Беларусь сформирован лот № 7408/493 Блр 1.2/п-15 «Поставка затворов дисковых общепромышленных для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС».

07.05.2015 на официальном сайте о размещении заказов на закупки товаров, работ и услуг для нужд Госкорпорации «Росатом» опубликованы сведения о закупке: Номер закупки: 180507/0536/488; Организатор закупки: Акционерное общество «Нижегородская инжиниринговая компания Атомэнергопроект» (АО «НИАЭП»); Лот № 1: Право на заключение договора на поставку товара по лоту № 7408/493 Блр 1.2/п-15 «Поставка затворов дисковых общепромышленных для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС»; Предметы лота: Поставка затворов дисковых общепромышленных для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС, 1,000 КМП определяется в соответствии со статьей 2 проекта договора. Номер позиции закупки в ГПЗ:7408/493; Статус лота: Проведен. Результат лота: Определен победитель.

21.07.2015 в процессе регламентированных процедур закупки получено экспертное заключение № 7408/496 Блр1.2/п-15 по оценке соответствия заявок (в т.ч. Завода) на участие в процедуре закупки техническим требованиям к поставляемым товарам на отборочной стадии рассмотрения заявок.

31.08.2015 по результатам вышеуказанных процедур закупки и на основании протокола от 04.08.2015 № 7408/493 Блр 1,2/П-15-10 между истцом - покупателем и ответчиком - поставщиком заключен договор поставки затворов дисковых общепромышленных для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС (поставщик - резидент Российской Федерации) № 7759/150700 (завод - изготовитель – Компания).

Согласно пункту 2.1 договора от 31.08.2015 № 7759/150700 поставщик – Завод, обязался изготовить, поставить и доставить в место доставки оборудование, указанное в Спецификациях № 1 и № 2 (Приложения № 1.1 и № 1.2 к договору) для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС. Покупатель обязался провести входной контроль оборудования и произвести его оплату в соответствии с условиями договора.

В Спецификации № 1, Приложение 1.1 к договору от 31.08.2015 № 7759/150700 (позиции №№ 10-40) указана 31 единица затворов дисковых с маркировкой арматуры 10 PGB серии БК-992 (тип), а в графе 20 указано на то, что поставка вышеуказанных затворов дисковых осуществляется в соответствии с техническими условиями ТУ3742-003-17049080-2013, разработанными и утвержденными заводом - изготовителем (Компанией).

Согласно пункту 1.1.1.8 указанных ТУ: Тип присоединения к трубопроводу - «межфланцевое», «фланцевое», «под приварку».

В соответствии с пунктом 1.1.1.16 ТУ: Направление подачи рабочей среды: для затворов серии БК-991-любое; для затворов серии БК-992, БК-993 - согласно стрелке на корпусе.

Для затворов серии БК-992 и БК-993 допускается двусторонняя подача среды с условием обеспечения класса герметичности согласно пункту 1.1.1.14 (Приложение № 3 к ТУ, таблица 3.1 - Основные технические характеристики затворов серии БК-992 (с двойным эксцентриситетом), Приложение № 4 к ТУ, таблица 4.1 - Основные технические характеристики затворов серии БК-993 (с тройным эксцентриситетом).

В пункте 1.1.1.14 ТУ указано: класс герметичности в запорном органе: для затворов серии БК-992-класс «А» по ГОСТ Р 54808-2011 в основном направлении по стрелке, класс «В» по ГОСТ Р 54808-2011 в обратном направлении.

При этом, класс герметичности «А» в обоих направлениях в ТУ 3742-003-17049080-2013 для серии БК-992 не предусмотрен.

Таким образом, по условиям договора от 31.08.2015 № 7759/150700 поставщик - Завод по Приложению 1.1 в Спецификации № 1 обязался поставить истцу затворы серии БК - 992 - класс герметичности «А» по ГОСТ Р 54808-2011 в основном направлении по стрелке, класс «В» по ГОСТ Р 54880-2011 в обратном направлении, как это было предусмотрено указанным договором и ТУ 3742-003-17049080-2013.

17.09.2015 между Заводом как покупателем и заводом-изготовителем Компанией как поставщиком заключен договор поставки затворов дисковых общепромышленных для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС от 17.09.2015 № 159/15-Энп/150700. Предмет поставки по этому договору являлся одним и тем же, что и у ответчика - поставщика перед истцом.

Так, в Спецификации № 1, Приложение 1.1 к договору от 17.19.2015 № 159/15-Энп/150700 (позиции №№ 10-40) указана 31 единица затворов дисковых с маркировкой арматуры 10 PGB серии БК-992, а в графе 20 предусмотрена, поставка этих затворов в соответствии с ТУ 3247-003-17049080-2013.

05.06.2014 согласованы ТУ3742-003-17049080-2013.

В период с 25.05.2016 по 09.12.2016, Заводом по договору от 31.08.2015 № 7759/150700 произведена поставка 31 единицы затворов дисковых общепромышленных по товарным накладным: от 25.05.2016 № 23; от 24.08.2016 № К37; от 20.09.2016 № К49; от 09.12.2016 № К128.

Во исполнение пункта 10.2 договора истцом в месте доставки 19.07.2016, 16.05.2017 и 16.11.2017 проведен входной контроль оборудования (арматура производства Компании, поступившая на площадку строительства Белорусской АЭС для энергоблока № 1 в количестве 31 единицы), подписаны акты входного контроля: от 19.07.2016 № ТА-985-16 (заключение: оборудование прошло входной контроль без замечаний, соответствует требованиям НД и может быть выдано в монтаж. Приложение: протокол от 20.06.2016); от 16.05.2017 № ТА-1578П-17 (заключение: оборудование прошло входной контроль без замечаний, соответствует требованиям НД и может быть выдано в монтаж. Приложение: протокол от 20.04.2017, акт выполненных работ от 20.04.2017, заключение № 44 по капиллярному контролю цветным методом от 23.09.2016, акт ВИК от 23.09.2016 № 45); от 16.11.2017 № ТА-1483П-17 (заключение: оборудование прошло входной контроль без замечаний, соответствует требованиям НД и может быть выдано в монтаж, акт выполненных работ от 30.05.2017, протокол от 31.05.2017).

Затворы смонтированы субподрядными организациями - ООО «Волгодонское монтажное управление» и ОАО «Центроэнергомонтаж».

23.05.2019 АО «Атомтехэнерго» при пусконаладочных работах на этапе их подготовительного периода по «Программе гидравлических испытаний на системе промконтура потребителей нормальной эксплуатации 10PGB в здании турбины 10UWA (ID работ: 4519)» зафиксировано несоответствие оборудования, подтвержденное уведомлением о несоответствии (NBLRI-CMATE-PGB-1415-22/05/2019, от 23.05.2019 № 2386. Описание обнаруженного несоответствия: при настройке угла поворота закрытия затворов редуктор выходит из зацепления, предположительно затвор проходит седло (перезакрывается) или некорректная работа редуктора, KKS10PGB17AA002,004,006, 10PGB18AA002,004,006 выходные затворы т/о 10MKF). Директор по поставкам АО «АСЭ» уведомил с просьбой прибыть 24.05.2019 к 8:00 на площадку Белорусской АЭС для дефектации затворов ответчика - АО «ЗЭО Энергопоток» и третье лицо ООО НПК «Бекар» (письмо от 22.05.2019 № 40-260-2/22980).

23.05.2019 заместитель главного инженера по эксплуатации Белорусской АЭС направил в адрес Общества и Компании письмо № 22-15/6997 о вызове представителей завода - изготовителя в связи с тем, что: «В ходе гидравлических испытаний данной системы выявлена негерметичность арматуры 10PGB17 АА004, обусловленная неправильной заводской настройкой положения запорного органа».

25.05.2019 комиссией в составе представителей завода-изготовителя - Компании; государственного предприятия «Белорусская АЭС»; «АТЭК»; АО ИК «АСЭ»; ООО «ВдМУ», составлен акт от 25.05.2019 о том, что специалисты завода-изготовителя (Компании) по устному требованию представителей ГП «БелАЭС» выполнили настройку положения запорных органов арматуры 10PGB17AA004 производства Компании, на штоках арматуры нанесли метки положения запорного органа в дополнении к имеющимся на приводных устройствах штатных указателей положения, выполнили замену уплотнения запорного органа арматуры 10PGB17AA004, также провели опрессовку указанной арматуры на давление 1,5 МПа (результат положительный, утечек не обнаружено).

Комиссия решила демонтированную арматуру 10PGB17AA004 допустить к установке на штатное место: заводу-изготовителю арматуры (Компании) за свой счет поставить на площадку строительства Белорусской АЭС комплект уплотнений на арматуру производства Компании для системы PGB энергоблока № 1 в количестве 31 шт. в рамках гарантийных обязательств; заводу-изготовителю обеспечить поставку дополнительного комплекта уплотнений в составе ЗИП (ДУ250 - 6 шт., ДУ300 - 2 шт., ДУ800 - 2 шт., ДУ500 - 3 шт., ДУ400 - 3 шт.).

Акт подписан при наличии особого мнения представителей Компании о нецелесообразности замены уплотнений на затворах Ду 400-800.

03.06.2019 комиссией в составе представителей заказчика - государственного предприятия «Белорусская АЭС», АО ИК «АСЭ» (без участия представителей ответчика и завода-изготовителя) принято решение от 03.06.2019 № 420-19: допустить систему промконтура охлаждения неответственных потребителей 10PGB к гидравлическим испытаниям при выполнении следующих условий: генподрядчику обеспечить поставку на Белорусскую АЭС уплотнительных элементов затворов Ду 250 - 14 шт., Ду 300-2 шт. в срок не позднее 14.06.2019; генподрядчику организовать работы по демонтажу затворов Ду250-14 шт., Ду 300-2 шт. для замены поврежденных уплотнений; наладочной организации для достижения герметичности затворов 10PGB17АА002,004,006, 10PGB18 АА002,004,006, 10PGB04 АА002, 10PGB11,12,13АА104, 10PGB11Д2ДЗАА105 при выводе теплообменного оборудования в ремонт обеспечить их разворот и установку в положение, соответствующее направлению рабочей среды против стрелки на корпусе; генподрядчику обеспечить присутствие на площадке строительства АЭС представителя завода-изготовителя арматуры при замене уплотнений и проведении «ГИ»; генподрядчику на основании достигнутых договоренностей с Компанией (отражено в акте) обеспечить поставку на Белорусскую АЭС комплекта ЗИП: Ду 250-5 шт., Ду 300-2 шт., Ду 800-2 шт., Ду 500 - 3 шт., Ду 400 - 3 шт.) в срок до 14.06.2019; в случае неудовлетворительных итогов проведения «ГИ» системы 10PGB генподрядчику за своей счет выполнить замену всей арматуры производства Компании энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС на фланцевую, герметичную в обоих направлениях; по факту успешного проведения «ГИ» и оформления отчетных документов систему 10PGB передать в ПНР по акту формы М28.

25.06.2019 представителями АО «Атомтехэнерго», АО ИК «АСЭ», заказчика - государственного предприятия «Белорусская АЭС», ООО «ВдМУ» составлен акт о выявленных дефектах (несоответствиях) оборудования № РР0001256, согласно которому на этапе подготовительного периода пусконаладочных работ в 31 дисковом затворе обнаружены несоответствия: «При настройке угла поворота закрытия затворов редуктор выходит из зацепления, предположительно затвор проходит седло (перезакрывается) или некорректная работа редуктора». Причина несоответствия: дефект уплотнительных поверхностей. Организация-виновник: не установлено. Для устранения выявленных дефектов/несоответствий необходимо:

- выдать проектное решение об изменении типа арматуры на фланцевую, герметичную в обоих направлениях и закупить 62 единицы арматуры для систем 10(20) PGB. Имеющуюся арматуру применить на другом оборудовании энергоблока. В качестве ответственного: лица указан проектный блок. Также установлен срок: 01.10.2019;

- выполнить мероприятия технического решения № 656-19 «О замене арматуры на системе промконтура охлаждения неответственных потребителей» в указанные сроки.

Данный акт составлен в отсутствие представителей ответчика и завода-изготовителя. Вывод о причинах несоответствия (дефект уплотнительной поверхности) 31 единицы затворов сделан на основе обследования 1 демонтированной единицы оборудования с кодом 10PGB17AA004. В дальнейшем при демонтаже и осмотре всех затворов факт повреждения уплотнительной поверхности не подтвержден.

11.07.2019 во исполнение требований решения от 03.06.2019 № 420-19 комиссии представителей заказчика - государственного предприятия «Белорусская АЭС», а также АО ИК «АСЭ» в период с 09.07.2019 по 11.07.2019 специалистами завода-изготовителя Компании выполнены следующие работы:

1. На площадку поставлены уплотнительные элементы Ду 250 - 20 шт., Ду 300-4 шт.;

2. Выполнены работы по замене уплотнений на затворах Ду 250 (14 шт.), на Ду 300 - 2 шт., уплотнения не заменяли по причине их удовлетворительного состояния;

3. Выполнены гидравлические испытания 16 единиц арматуры с замененными уплотнениями - замечания не выявлены;

4. Выполнена замена подшипников редуктора на затворе 10PGB18AA006.

Выполнение перечисленных работ подтверждено актом выполненных Компанией работ от 11.07.2019, гидроиспытания проводились по каждому изделию индивидуально, вне трубопроводной системы.

19.07.2019 и.о.главного инженера атомной электростанции - заместителем главного инженера по эксплуатации Белорусской АЭС в адрес директора по строительству Белорусской АЭС - директора представительства АО ИК «АСЭ», управляющей организации Общества в Республике Беларусь направлено письмо от 19.07.2019 № 22-15/9958 «О замене арматуры», согласно которому истцу сообщено о том, что 17.07.2019 проведены повторные гидравлические испытания системы промконтура охлаждения неответственных потребителей 10PGB после замены уплотнений и настройки положения запорного органа негерметичной арматуры. Результат испытаний неудовлетворительный, зафиксирована неплотность затворов дисковых при давлении 0,3 МПа (давление «ГИ» по программе - 1,0 МПа). Обращено внимание на то, что рассматриваемая система необходима для охлаждения основного оборудования, задействованного на этапах А3.1, A3.2.

В соответствии с требованиями согласованного всеми заинтересованными сторонами решения от 03.06.2019 № 420-19 генподрядчику (АО «НИАЭП») предложено обеспечить замену всей запорной арматуры системы PGB производства Компании энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС на фланцевую герметичную в обоих направлениях.

01.08.2019 составлен акт выполненных работ от 01.08.2019, согласно которому в период с 30.07.2019 по 01.08.2019 в рамках подготовки к проведению повторных ГИ системы промконтура охлаждения неответственных потребителей 10PGB специалистами Компании выполнены работы по настройке положения запорных органов 31 единицы арматуры 10PGB производства Компании.

Проведены «ГИ» системы 10PGB после настройки положения запорных органов арматуры давлением 0,96 МПа. Результат испытаний отрицательный - падение давления 0,5 МПа за 5 минут, выявлена неплотность затворов дисковых Ду 250 - 10PGB17AA005,006, 10PGB18AA001,002,005,006, Ду 800 - 10PGB13AA101, Ду 500-10PGB1113AA102, 10PGB11-13AA103, Ду 400 - 10PGB11-13АА104, Ду 400 - 10PGB11-13АА105 в закрытом положении.

С учетом отрицательного результата комиссия приняла решение «ГИ» и в соответствии с требованиями решения от 03.06.2019 № 420-19 требуется замена 62 единиц арматуры производства Компании системы 10(20)PGB энергоблоков № 1 и № 2 на фланцевую, герметичную в обоих направлениях».

Акт выполненных работ от 01.08.2019 подписан с особым мнением представителя Компании, что затворы Ду 400 и Ду 500 негерметичны из-за того, что давление подавалось против стрелки на корпусе. Герметичность против стрелки - класс «В».

30.07.2019 и 31.07.2019 представителями Компании проводились работы по регулировке концевых упоров редукторов, установленных в системе затворов, с последующим испытанием рабочим давлением на герметичность в затворе. Результаты испытаний - положительные, что подтверждено записями в Блочном журнале.

07.08.2019 от заместителя главного инженера по эксплуатации Белорусской АЭС в адрес директора по поставкам АО ИК «АСЭ», управляющей организации Общества в Республике Беларусь и директора по проектированию Белорусской АЭС АО ИК «АСЭ», управляющей организации Общества в Республике Беларусь поступило письмо от 07.08.2019 № 22-15/10796 с повторным напоминанием о том, что во исполнение требований решения от 03.06.2019 № 420-19 в случае неудовлетворительных итогов проведения ГИ системы 10PGB генподрядчику АО «НИАЭП» за свой счет (необходимо) выполнить замену всей арматуры производства Компании энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС на фланцевую герметичную в обоих направлениях. Более того, требуется закупить арматуру типа и исполнения, предусмотренных проектом BLRl.fl.ll0.1.OUMA&&.PGB&&.021.AC.0001 IstOO.pg (межфланцевая, класс герметичности А, тип уплотнения «металл по металлу», ТУ 3742-021-55377430-10).

19.08.2019 в адрес вице-президента - директора проекта по сооружению Белорусской АЭС АО ИК «АСЭ» от и.о.вице-президента по закупкам и поставкам АО ИК «АСЭ» поступила служебная записка от 19.08.2019 № А40-260-2/73478-ВК следующего содержания: «В соответствии с Вашим поручением о дополнительной закупке 62 единиц затворов системы 10(20)PGB, в связи с требованием заказчика (исх. от 19.07.2019 № 22-15/9958, от 07.08.2019 № 22-15/10796), взамен поставленных по договору от 31.08.2019 № 7759/150700 поставщиком - Заводом (завод-изготовитель Компания), сообщаю:

Проведенные мероприятия с участием завода-изготовителя не привели к желаемым результатам, а именно: представители завода-изготовителя Компании вызывались три раза:

1. Вызов представителя завода-изготовителя 25.05.2019, с составлением акта выполненных работ от 11.07.2019 о замене уплотнений. Результаты выезда - уплотнения замены, оформлено решение от 03.06.2019 № 420-19 о замене уплотнений, арматура передана в монтаж. После замены уплотнений при испытаниях на стенде подтверждались положительные результаты (акт выполненных работ от 11.07.2019);

2. Вызов представителя завода-изготовителя на фиксацию выявленного несоответствия «При настройке угла поворота закрытия затворов редуктор выходит из зацепления». Результатов выезда не зафиксировано документально;

3. Вызов представителя завода-изготовителя 30.07.2019 с составлением акта выполненных работ о проведении гидроиспытаний затворов 19 единиц в составе трубопроводов. Результат испытаний - отрицательный, падение давления затвора Р = 0,95 ПМа составило 0,5 МПа за 5 минут, (при проведении испытаний не было указано, какой средой проводились испытания в составе трубопровода, а именно хим. состав, наличие механических примесей и т.д.). Поскольку по итогам проведенных мероприятий виновная сторона не выявлена, для определения источника финансирования на повторную закупку арматуры, прошу Вас поручить организовать расследование причин негерметичности арматуры с оформлением документов установленной формы с обязательным присутствием представителей поставщика, завода-изготовителя, проектного блока, управления поставок.

19.08.2019 с главным инженером атомной электростанции государственного предприятия «Белорусская АЭС» согласовано и утверждено главным инженером представительства АО ИК «АСЭ» - управляющей организации истца в Республике Беларусь техническое решение от 19.08.2019 № 656-19 «О замене арматуры на системе промконтура охлаждения неответственных потребителей (10PGB)» следующего содержания: Объект: Белорусская АЭС Блок № 1 Здание машинного зала 10UMA, арматура системы промконтура охлаждения неответственных потребителей (10PGB). Обоснование: В период с 30.07.2019 по 01.08.2019 в рамках подготовки к проведению повторных ГИ системы промконтура охлаждения неответственных потребителей (10PGB) специалистами Компании выполнены работы по настройке положения запорных органов 31 единицы арматуры 10PGB производства Компании. Проведены ГИ системы 10PGB после настройки положения запорных органов арматуры давлением 0,96 МПа. Результат испытаний отрицательный - падение давления 0,5 МПа за 5 минут, выявлена неплотность затворов: ДУ250 - 10PGB17AA005,006, 10PGB18AA001,002,005,006, ДУ800-10РСВ13АА101, ДУ500 10PGB1113AA102, 10PGB11-13AA103, ДУ400 - 10PGB11-13AA104, ДУ400 - 10PGB11-13АА105 в закрытом положении. По результатам принято решение:

1. По результатам выполненной опрессовки на рабочее давление Р = 0,8 МПа подтверждена плотность и работоспособность системы в пределах промконтура охлаждения неответственных потребителей 10PGB. На основании положительных результатов опрессовки составить акт готовности системы 10PGB к производству работ на подэтапе А-3,2, Срок-30.08.2019. Ответственный - Общество;

2. Разрешить эксплуатацию системы промконтура охлаждения неответственных потребителей 10PGB для выполнения работ на подэтапе А-3,2 оперативным персоналом ГП «Белорусская АЭС» под техническим руководством АО «АТЭК». Срок - окончание подэтапа А-3,2. Ответственный - АО «АТЭК», ГП «Белорусская АЭС»;

3. Выполнить закупку и поставку арматуры на систему промконутра охлаждения неответственных потребителей 10PGB: 10PGB11AA101,102, 10PGB12AA101,102, 10PGB13AA101,102, 10PGB11AA103,104,105, 10PGB12AA103,104,105 10PGB13AA103,104,105, 10PGB04AA001,002, 10PGB17AA001,002,004,005,006, 10PGB18AA001,002,003,004,005,006, 10PGB15AA001,002 в количестве 31 единицы, тип и исполнение в соответствии с письмом ГП «Белорусская АЭС» от 07.08.2019 № 22-15,10796 (межфланцевая, класс герметичности «А», тип уплотнения «металл по металлу», по ТУ 3742-021-55377430-10). Срок-до 30.11.2019. Ответственный - АО ИК «АСЭ»;

4. Выполнить замену арматуры системы промконтура охлаждения неответственных потребителей 10PGB. Срок - на подэтапе А-4. Ответственный - АО ИК «АСЭ»;

5. После замены арматуры выполнить ПМО и ГИ промконутра охлаждения неответственных потребителей 10PGB. При положительных результатах испытаний передать систему 10PGB в ПНР актом М-28. Срок - на подэтапе А-4. Ответственный - ВдМУ, Общество, АО ИК «АСЭ», ГП «Белорусская АЭС»;

6. Техническое решение по пунктам 3, 4, 5 выполнить на энергоблоке № 2 Белорусской АЭС. Срок - на подэтапе А-4. Ответственный - ВдМУ, Общество, АО ИК «АСЭ», ГП «Белорусская АЭС».

27.09.2019 истцом принято распоряжение от 27.09.2019 № 40-01-227/2748-Р «О закупке затворов дисковых общепромышленных для энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС» следующего содержания: в связи с оформленным техническим решением от 19.08.2019 № 656-19 по сооружению Белорусской АЭС и по требованию Белорусского заказчика заменить затворы дисковые общепромышленные, поставленные по договору с АО «ЗЭО Энергопоток» от 31.08.2015 № 7759/150700 для блоков № 1 и № 2 на межфланцевые, по классу герметичности «А» в обе стороны, ТУ 3742-021-55377430-10 по типу САЗ 99022.

03.10.2019 вице-президентом - директором проекта по сооружению Белорусской АЭС АО ИК «АСЭ» принято распоряжение № 40-01-227/2807-Р «О проведении расследования несоответствий, выявленных в процессе сооружения Белорусской АЭС».

16.10.2019 членами комиссии, назначенной вышеуказанным распоряжением от 03.10.2019 № 40-01-227/2807-Р из работников представительства АО ИК «АСЭ» в Республике Беларусь при участии представителей государственного предприятия «Белорусская АЭС»; Компании; Завода; АО «ВдМУ»; АО «Атомтехэнерго» составлен акт № РР0000426 расследования выявленных несоответствий от 16.10.2019, в котором указано на то, что «при настройке угла поворота закрытия затворов редуктор выходит из зацепления, предположительно затвор проходит седло (перезакрывается) или некорректная работа редуктора, KKS 10PGB17AA002,004,006, 10PGB18AA002,004,006 выходные затворы т/о 10MKF». В уведомлении о несоответствии от 23.05.2019 № 2386 внесена заместителем начальника ТЦ БелАЭС: «в ходе ГИ обнаружена негерметичность 28 единиц арматуры системы 10PGB: обвязка насосов PGB, теплообменник MKF, теплообменник PGB, выход из бака PGB». Для устранения выявленного несоответствия проведена комиссия и составлен акт о выявленных дефектах (несоответствиях) оборудования от 25.06.2019 № РР0001256 с учетом и указания всех единиц арматуры. В акте выявленных несоответствий не установлена организация-виновник. Завод по договору от 13.08.2018 № 7759/150700 на площадку строительства энергоблока № 1 Белорусской АЭС поставлена 31 единица запорной арматуры производства Компании в исполнении «под приварку» для системы промконтура охлаждения неответственных потребителей 10PGB. В ходе гидравлических испытаний данной системы выявлена негерметичность арматуры (31 единица). Операции по настройке положения запорного органа, проведенные специалистами наладочной организации завода-изготовителя, требуемую герметичность не обеспечили. Система промконтура охлаждения неответственных потребителей 10PGB используется для охлаждения оборудования, останов которого неизбежно приведет к останову энергоблока. Указанное несоответствие возникло по причине неверного подбора типа арматуры, согласно проектной и заводской документации арматура системы 10PGB имеет герметичность в одном направлении, что не обеспечивает возможность вывода в ремонт оборудование данной системы и не обеспечивает требуемого уровня надежности системы в целом по вине проектного блока. Комиссия признает, что выявленный случай относится к категории «внутренняя вина». Несоответствие является скрытым и не могло быть обнаружено в момент приемки продукции по количеству и качеству.

Для устранения несоответствия указано на необходимость выдать проектное решение об изменении типа арматуры на фланцевую, герметичную в обоих направлениях. Внести изменения в проект. Ответственный: проектный блок. Срок: 10.10.2019. Выполнить мероприятия технического решения от 19.08.2019 № 656-19 «О замене арматуры на системе промконтура охлаждения неответственных потребителей» в указанные сроки. Закупить 62 единицы арматуры для систем 10(20)PGB. Срок: в соответствии с распоряжением от 27.09.2019 № 40-01-227/2748-Р. Рассмотреть возможность использования имеющейся арматуры на других системах Белорусской АЭС.

Вышеуказанный акт № РР0000426 расследования выявленных несоответствий подписан без возражений. Имеющаяся на акте приписка «вина проектного блока не подтверждена» не заверена надлежащим образом, отсутствует подпись и расшифровка лица, которым сделана указанная приписка.

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлено, что 16.10.2019 в акте № РР0000426 расследования выявленных несоответствий сделан вывод о том, что тип арматуры подобран неверно, согласно проектной и заводской документации арматура системы 10 PGB имеет герметичность в одном направлении, что не обеспечивает возможность вывода в ремонт оборудования данной системы и не обеспечивает требуемого уровня надежности системы в целом по вине проектного блока. Комиссия признала, что выявленный случай относится к категории «внутренняя вина», то есть признала факт отсутствия вины поставщика (ответчика) и завода-изготовителя Компании в необеспечении герметичности арматуры из-за проектной ошибки истца.

Согласно абзацу 4 пункта 11.2 заключенного между истцом и ответчиком договора от 31.08.2015 № 7759/150700 стороны пришли к соглашению, что акт расследования выявленных несоответствий оборудования будет иметь силу надлежащего доказательства нарушения условий договора и/или технических условий или иной технической документации на него.

Следовательно, акт от 16.10.2019 № РР0000426 расследования выявленных несоответствий, согласно которому негерметичность арматуры возникла по причине неверного подбора типа арматуры по вине проектного блока истца, является надлежащим доказательством отсутствия вины ответчика и завода-изготовителя Компании. Этот акт не отменен, не признан недействительным.

Поскольку проектная ошибка по выбору не того товара, который требовался для сооружения энергоблоков АЭС, была допущена самим покупателем (истцом), никаких претензий к поставщику (ответчику) и к заводу-изготовителю (третьему лицу) не предъявлялось.

Покупатель разработал новое проектное решение: а) об изменении типа закупаемой им арматуры - вместо способа присоединения к трубопроводу «под приварку» на «межфланцевую с комплектом ответных фланцев и крепежом»; б) об изменении класса герметичности - «А» в основном направлении и класса герметичности «В» - в обратном направлении, как это было согласовано в ТУ 3742-003-17049080-2013, на класс герметичности «А» в обоих направлениях; в) об изменении типа уплотнения - с EPDM (резина) на «металл по металлу»; выполнил мероприятия технического решения от 19.08.2019 № 656-19 «О замене арматуры на системе промконтура охлаждения неответственных потребителей»; закупил 30.12.2019 у другого поставщика - ЗАО «Саратовэнергомашкомплект» на основании договора от 30.12.2019 № 7759/191440 затворы дисковые до ДШ00 для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС, т.е. затворы другого типа, уже по ТУ 3742-021-55377430-10.

04.03.2020 между истцом и подрядчиком ООО «ВдМУ» составлен акт № 18 приемки выполненных работ и ведомость объемов работ, согласно которым ООО «ВдМУ» выполнило работы по демонтажу 31 шт. затворов дисковых производства Компании и осуществило монтаж 31 шт. затворов дисковых до DN 800 производства ЗАО «Саратовэнергомашкомплект».

Таким образом, 31 шт. затворов дисковых общепромышленных производства Компании к 04.03.2020 заменены на 31 шт. затворов дисковых до DN 800, поставленных ЗАО «Саратовэнергомашкомплект». Затворы Компании запланировано использовать истцом на других системах Белорусской АЭС.

31.07.2020, то есть по прошествии более девяти месяцев после принятия акта от 16.10.2019 № РР0000426 расследования выявленных несоответствий и спустя более четырех месяцев после демонтажа 31 шт. затворов дисковых производства Компании (дата демонтажа 04.03.2020), повторной комиссией сделан противоположный вывод о том, что затворы не обеспечивают герметичность, указанную в ТУ как в прямом, так и в обратном направлении. В акте для устранения несоответствия на 31.07.2020 предложено выполнить замену арматуры 10PGB в количестве 31 ед., ответственный Завод.

Акт от 31.07.2020 со стороны Завода и Компании подписан с особым мнением.

Так, в особом мнении указано следующее: арматура, изготовленная Компанией по договору от 13.08.2015 № 7759/150700 на систему PGB, соответствует требованиям ТУ/ТЗ, требованиям договора, а также требованиям договорной спецификации, в которой отсутствует условие двусторонней герметичности. Обращаем внимание на то, что ТУ 3742-003-17049080-2013 «Затворы дисковые» согласованы Генпроектировщиком и Генподрядчиком. Также заводом-изготовителем были выданы и согласованы Генпроектировщиком и Генподрядчиком исходные данные для проектирования. Соответствие оборудования подтверждено протоколами гидроиспытаний и актами ПСИ. Эти документы входят в комплект сопроводительной документации. В договоре нет специальных требований по классу герметичности арматуры. Замечания, выявленные в ходе проведения входного контроля на площадке строительства БелАЭС, устранены в полном объеме, что подтверждается актами выполненных работ и полученными чистыми актами ВК. Считаем, что поставщик выполнил свои обязательства по поставке оборудования. Замечания заказчика, полученные в ходе проведения ПНР, также устранены, что подтверждается актами выполненных работ, подписанными и заказчиком. В результате работ были заменены уплотнения на 14 (четырнадцати) шт. затворов Ду250, затворы опрессованы, протечки отсутствуют. Акт выполненных работ от 25.05.2019, акт выполненных работ от 11.07.2019. Проведенные впоследствии гидроиспытания участка трубопровода относятся ко всему трубопроводу и судить о герметичности каждой единицы арматуры некорректно. Программа проведения гидроиспытаний не была предоставлена для ознакомления, невозможно определить соответствие данного документа программе испытаний арматуры, отсутствуют сведения о параметрах среды и давления при испытаниях. Герметичность арматуры определяется в результате гидроиспытаний на стенде в соответствии с ПМИ завода-изготовителя арматуры. Обращаем внимание на то, что монтаж арматуры на трубопровод осуществлен без контроля со стороны поставщика или завода-изготовителя, тем самым нарушены пункты 1.5.3, 1.5.4 договора поставки. В сентябре 2019 года было осуществлено расследование выявленных несоответствий с оформлением акта от 23.09.2019 № РР0000426 где было указано что комиссия признает, что выявленный случай относится к категории «внутренняя вина».

Согласно абзацу 4 пункта 11.2 договора от 31.08.2015 № 7759/150700 акт расследования выявленных несоответствий оборудования будет иметь силу надлежащего доказательства нарушения условий договора и/или технических условий или иной технической документации на него.

В случае расхождения мнения заказчика, покупателя, поставщика относительно причин несоответствия оборудования условиям договора, любая сторона вправе привлечь независимую компетентную организацию для определения причин несоответствия и виновной стороны (абзац 5 пункта 11.2 договора от 31.08.2015 № 7759/150700).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 23.02.1999 № 4-П, из смысла статей 8 (часть 1) и 34 (часть 2) Конституции Российской Федерации вытекает признание свободы договора как одной из гарантируемых государством свобод человека и гражданина. Содержащийся в пункте 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации принцип свободы договора относится к основным началам гражданского законодательства. Данное законоположение направлено на обеспечение свободы договора и баланса интересов его сторон.

Из материалов дела следует, что 16.10.2019 членами комиссии, назначенной вышеуказанным распоряжением от 03.10.2019 № 40-01-227/2807-Р из работников представительства АО ИК «АСЭ» в Республике Беларусь при участии представителей государственного предприятия «Белорусская АЭС»; Компании; Завода; АО «ВдМУ»; АО «Атомтехэнерго» составлен акт от 16.10.2019 № РР0000426 расследования выявленных несоответствий, в котором причина выявленных несоответствий установлена как неверный подбор типа арматуры, согласно проектной и заводской документации арматура системы 10PGB имеет герметичность в одном направлении, что не обеспечивает возможность вывода в ремонт оборудование данной системы и не обеспечивает требуемого уровня надежности системы в целом по вине проектного блока. Комиссия признала, что выявленный случай относится к категории «внутренняя вина». Несоответствие является скрытым и не могло быть обнаружено в момент приемки продукции по количеству и качеству.

Акт от 16.10.2019 подписан членами комиссии без замечаний.

В нарушении абзаца 5 пункта 11.2 договора от 31.08.2015 № 7759/150700 для определения иных причин несоответствия и иной виновной стороны независимая компетентная организация истцом не была привлечена.

Напротив, Общество разработало новое проектное решение, выполнило мероприятия технического решения от 19.08.2019 № 656-19 «О замене арматуры на системе промконтура охлаждения неответственных потребителей»; закупило 30.12.2019 у другого поставщика - ЗАО «Саратовэнергомашкомплект», затворы дисковые до ДШ00 для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС, т.е. затворы другого типа, уже по ТУ 3742-021-55377430-10. Далее, а именно: 04.03.2020, истцом с привлечением сил подрядной организации выполнены работы по демонтажу 31 шт. затворов дисковых производства Компании и осуществило монтаж 31 шт. затворов дисковых до DN 800 производства ЗАО «Саратовэнергомашкомплект».

Судом при рассмотрении дела № А43-22668/2021 установлен факт приобретения затворов другой разновидности, имеющих другие технические характеристики; в качестве доказательства принято заключение специалиста от 31.03.2022 № 7463, согласно выводам которого товар, указанный в Спецификации № 1 к договору от 30.12.2019 № 7759/191440, номера позиций с 1 по 31, заключенному между Обществом (покупатель) и ЗАО «Саратовэнергомашкомплект» (поставщик) в сравнении со Спецификацией - Приложением № 1.1 к договору от 31.08.2015 № 7759/150700, номера позиций с 10 по 40, заключенному между Обществом (покупатель) и Заводом (поставщик), не является идентичным. Согласно указанным спецификациям товар не является идентичным и имеет различия по способу присоединения, материалу уплотнения, классу герметичности.

При этом судом при рассмотрении дела № А43-22668/2021 установлено, что повторное расследование, отраженное и зафиксированное в акте от 31.07.2020, проведено без проведения каких-либо дополнительных испытаний, без установления иных негативных обстоятельств поставки и монтажа затворов дисковых общепромышленных производства Компании. В основу повторного расследования положены все те же документы, на основании которых проводилось расследование от 16.10.2019, а именно: акт от 01.08.2019. Кроме того, в акте повторного расследования имеется ссылка на проведенный проектным блоком АО ИК «АСЭ» расчет, по которому определена суммарная допустимая (нормативная) величина протечки затворов системе 10PGB по классу герметичности «В», которая составляют 7,14 см3/мин, соответственно за 5 минут суммарная допустимая протечка составляет 35,7 см3. Рассчитана фактическая протечка затворов системе 10PGB при падении давления на 0,5 МПа в течение 5 минут, которая составила 37,5 литров или 37 500 см3, что в 1050 раз больше чем допустимые протечки по ГОСТ Р 54808-2011. Проведенный расчет фактических протечек затворов системы 10PGB показал невыполнение требования пункта 1.1.1.14 ТУ по критериям герметичности класса «В» - в обратном направлении. Затворы дисковые не обеспечивают герметичность, указанную в ТУ, как в прямом, так и в обратном направлении.

Как следует из материалов дела и установлено судом при рассмотрении дела № А43-22668/2021 акт от 31.07.2020 со стороны Завода и Компании подписан с особым мнением, в том числе по представленному расчету.

ГОСТ Р 54808-2011 утратил силу с 01.04.2017 в связи с изданием Приказа Росстандарта от 26.05.2015 № 440-ст. Взамен введен в действие ГОСТ 9544-2015.

Нормы герметичности в запорном органе арматуры определяются согласно ГОСТ 9544-2015 «Арматура трубопроводная. Нормы герметичности затворов». Приведенные в стандарте нормы герметичности и способы их определения применяют при всех видах испытаний, а также при проверках герметичности затвора арматуры в процессе эксплуатации и выражены в виде фактического расхода среды, с единицей измерения (см3/мин, мм3/сек). Расчетные способы определения суммарных протечек в ГОСТ 9544-2015 не предусмотрены. Произведенный проектным блоком «Расчет определения суммарной допустимой величины протечки». Произведенный проектным блоком «Расчет определения суммарной допустимой величины протечки» основан на величине падения давления с размерностью МПа, то есть является нелегитимным и не может быть доказательством несоответствия затворов Компании ТУ 3742-003-17049080-2013.

Судом при рассмотрении дела № А43-22668/2021 в качестве доказательства принято заключение специалистов (рецензия) от 29.12.2021, согласно которому оборудование завода-изготовителя Компании установлено и фактически использовалось с нарушением эксплуатационной документации. Без обоснования, в отсутствие подтверждений фактического соблюдения Программы и методики испытаний системы, сделаны выводы о неисправности затворов дисковых как единственной возможной причине падения давления в системе, места фактических утечек не установлены, фактический замер утечки в запорном органе арматуры не зафиксирован и не измерен, следовательно, не установлен и класс утечки. В расчете суммарных протечек не обосновано, почему для расчета рассматриваются только арматуры Компании и не учитывается оборудование других поставщиков, в то время как спорная арматура составляет лишь 13% от арматуры, принимающей участие в испытаниях по 1 этапу и 7% по 2 этапу. В расчете суммарных протечек количество арматуры Компании не соответствует количеству граничной арматуры, предусмотренной Программой.

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом, установлено, что проведенные испытания на прочность и плотность трубопровода не позволяют судить о герметичности арматуры Компании, не фиксируют места фактических утечек, не устанавливают их фактический объем, а, следовательно, «Расчет возможных протечек дисковых затворов при проведении испытаний на системе PGB» является необоснованным. Выводы в указанном расчете суд не признал достоверными.

Судом при рассмотрении дела № А43-22668/2021 установлено, что проведение повторного расследования выявленных несоответствий оборудования условиями договора от 31.08.2015 № 7759/150700, в том числе его статьей 11 («Гарантийный срок»), не предусмотрено. В акте повторного расследования от 31.07.2020 № РР0002386 выводы комиссии о вине проектного блока Общества в неправильном выборе разновидности (типа) арматуры, сделанные в изначальном акте расследования выявленных несоответствий от 16.10.2019 № РР0000426, не опровергнуты.

Кроме того, по Приложению № 1 к дополнительному соглашению № 1 к договору от 31.08.2015 № 7750/150700 Общество закупило у Завода и установило на энергоблоке № 1 Белорусской АЭС 40 шт., а не 31 шт. затворов дисковых общепромышленных, к 9 (девяти) затворам дисковым типа БК 991С.100.16.М-Э, имеющим класс герметичности «А» в обоих направлениях, у истца – Общества, и комиссии претензии отсутствуют.

Доводы истца о том, что проведение повторного расследования несоответствий не является нарушением договора, так как решение о нем принято руководителем проекта на основании пункта 5.3 таблицы 3 Стандарта организации СТО 8841271.233.010 «Положение. Управление несоответствиями при сооружении и гарантийной эксплуатации АЭС», были предметом рассмотрения суда в рамках дела № А43-22668/2021 и отклонены в силу следующего.

Согласно пункту 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства.

Условиями договора от 31.08.2015 № 7759/150700, заключенного между истцом и ответчиком, соблюдение требований стандарта предприятия самого истца - СТО 8841271.233.010 «Положение. Управление несоответствиями при сооружении и гарантийной эксплуатации АЭС», для Завода и Компании не предусмотрено. Поэтому проведение истцом повторного расследования с составлением акта повторного расследования от 31.07.2020 № РР0002386 на основании СТО 8841271.233.010 «Положение. Управление несоответствиями при сооружении и гарантийной эксплуатации АЭС» условиям договора от 31.08.2015 № 7759/150700 не соответствует. Кроме того, из Стандарта организации СТО 8841271.010-2019 «Положение. Управление несоответствиями при сооружении и гарантийной эксплуатации АЭС» следует, что этот Стандарт разработан акционерным обществом Инжиниринговая компания «АСЭ», утвержден и введен в действие приказом от 03.12.2019 № 40/1759-П для совместного применения Общества и АО ИК «АСЭ», а не для третьих лиц. Более того, в действовавшей на дату составления акта повторного расследования от 31.07.2020 № РР0002386 редакции Стандарта организации СТО 8841271.233.010-2019, в том числе в пункте 5.3 таблицы 3 возможность проведения повторного расследования не предусмотрена. В пункте 5.3 таблицы 3 введенной приказом АО ИК «АСЭ» от 07.06.2021 № 40/53 8-П редакции Стандарта организации СТО 8841271.238.010-2021 (взамен СТО 8841271.238.010-2019), действительно появилось положение, согласно которому в случае, если по результатам расследования не установлена причина несоответствия, организация-контрагент, допустившая несоответствие, по решению руководителя проекта (при необходимости) может быть проведено повторное расследование. Однако эта редакция пункта 5.3 таблицы 3 СТО 8841271.238.010-2021 на момент составления акта повторного расследования от 31.07.2020 № РР0002386 не действовала. Кроме того, первоначальным актом расследования выявленных несоответствий от 16.10.2019 № РР0000426 установлена причина несоответствия и организация, допустившая это несоответствие. Указанное несоответствие возникло по причине неверного подбора типа арматуры, согласно проектной и заводской документации арматура системы PGB имеет герметичность в одном направлении, что не обеспечивает возможность вывода в ремонт оборудование данной системы и не обеспечивает требуемого уровня надежности работы системы в целом по вине проектного блока.

Судом установлено, что в соответствии с недействующей на момент проведения повторного расследования редакцией пункта 5.3 таблицы 3 СТО 8841271.010-2021 истец законных оснований проводить повторное расследование с составлением акта повторного расследования от 31.08.2020 № РР0002386 не имел права.

Таким образом, поскольку акт расследования выявленных несоответствий от 16.10.2019 № РР0000426 в рамках дела № А43-22668/2021 признан судом надлежащим доказательством нарушения условий договора от 31.08.2015 № 7759/150700 именно истцом, то понесенные последним расходы на закупку другой разновидности типа арматуры у ЗАО «Саратовэнергомашкомплект» в заявленной сумме не подлежат удовлетворению.

Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Утверждение Общества о том, что ответчик не доказал в соответствии с пунктом 2 статьи 476 Гражданского кодекса Российской Федерации наличие вины истца в возникновении дефекта арматуры, является необоснованным, поскольку затворы дисковые производства Компании соответствуют условиям договора от 31.08.2015 № 7759/150700, а замена их 04.03.2020 путем демонтажа на другую разновидность затворов, производства ЗАО «Саратовэнергомашкомплект», осуществлена для исправления проектной ошибки, допущенной истцом.

Довод Общества о включении в документацию о закупке технических и качественных характеристик, а также эксплуатационных характеристик предмета закупки (в частности типа, разновидности затворов) по лоту № 7408/493 Блр 1,2/П-15 «Поставка затворов дисковых общепромышленных для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС», не заказчиком Обществом, а третьим лицом - изготовителем Компанией, также был предметом рассмотрения в рамках дела № А43-22668/2021 и не принят судом как не соответствующий материалам дела и противоречащий пункту 9 статьи 3.2 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее - Закон о закупках).

Судом при рассмотрении дела № А43-22668/2021 отклонен также довод истца о том, что проведение ответчиком и третьим лицом работ по настройке запорных органов арматуры, нанесению меток положения запорного органа, замене уплотнения запорного органа одной арматуры 10 PGB17FF004 по акту от 25.05.2019; работ по поставке уплотнительных элементов ДУ250-20 шт., ДУ300-4 шт., по замене уплотнений на затворах ДУ250 (14 шт.), по замене подшипников редуктора на затворе 10PGB18AA006 по акту от 11.07.2019, не привело к положительному результату и по акту выполненных работ от 01.08.2019 в результате проведенных гидравлических испытаний системы 10PGB получен отрицательный результат.

Довод истца о том, что фактические протечки затворов класса «В» не соответствуют требованиям 1.1.1.14 ТУ к затворам класса «В» по критериям герметичности судом рассматривался в рамках дела № А43-22668/2021 и отклонен, поскольку никаких фактических протечек затворов класса «В» в акте выполненных работ от 01.08.2019 не зафиксировано и в результате гидравлических испытаний фактических протечек затворов класса «В» установлено не было.

В отношении расчета возможных протечек дисковых затворов при проведении испытаний по системе PGB BLR 1.D. 130.1.0UMA&&.PGB&&.021.RZ.0001 (2021) (далее - Расчет возможных протечек) судом при рассмотрении дела № А43-22668/2021 установлено, что данный расчет основан на следующих исходных данных (параметрах ресурсов проведенных работ):

- значение давления гидравлических испытаний в составе системы PGB 0,96 МПа (акт выполненных работ от 01.08.2019);

- падение давления при гидравлических испытаниях 0,5 МПа за 5 минут (акт выполненных работ от 01.08.2019). Указанные исходные данные получены истцом с нарушением «Программы гидравлических испытаний на системе промконтура потребителей нормальной эксплуатации 10 PGB на здании турбины 10UМА.Белорусской АЭС. АЭС». Расчет возможных протечек, основанный на недостоверных исходных данных, не может быть признан надлежащим доказательством выводов истца о том, что причинами падения давления при проведении 01.08.2019 гидравлических испытаний являлся скрытый заводской дефект 31 шт. дисковых затворов производства Компании, так как в ходе проведения этих гидравлических испытаний допущены следующие нарушения Программы гидравлических испытаний: фиксация исходных данных проведенных 01.08.2019 гидравлических испытаний (значение давления гидравлических испытаний в составе системы PGB - 0,96 МПа; падение давления при гидравлических испытаниях - 0,5 Мпа за 5 минут), осуществлена в акте выполненных работ от 01.08.2019. Указанный акт подписан тремя представителями - участниками гидравлических испытаний: представителем Белорусской АЭС; представителем Завода и Компании. Согласно пункту 3.1 Программы гидравлических испытаний в подготовке и выполнении испытаний по программе принимает участие персонал: представительства АО ИК «АСЭ»; АО «АТЭ» (АО «Атомтехэнерго»); МО (монтажная организация); ГП «Белорусская АЭС». При этом в соответствии с пунктом 3.2.3 Программы ГИ АО «АТЭ» (АО «Атомтехэнерго») обязано произвести контроль и регистрацию параметров при проведении работ по Программе; произвести контроль выполнения работ по Программе в соответствии с критериями, указанными в Программе; согласовать акты выполненных работ по Программе. Из акта выполненных работ от 01.08.2019 следует, что при проведении гидравлических испытаний персонал АО «АТЭ» (АО «Атомтехэнерго») не присутствовал, в связи с чем указанная организация не производила контроль и регистрацию 01.08.2019 параметров при проведении работ по программе, в т.ч. - контроль и регистрацию значения давления гидравлических испытаний в составе системы PGB 0,96 МПа и падения давления при гидравлических испытаниях 0,5 МПа за 5 минут, отраженных в акте выполненных работ от 01.08.2019. Акт выполненных работ от 01.08.2019 в нарушение пункта 3.2.3 Программы ГИ не согласован АО «АТЭ» (АО «Атомтехэнерго»).

Судом при рассмотрении дела № А43-22668/2021 установлено, что полученные без участия АО «Атомтехэнерго» в нарушение пункта 3.2.3 Программы ГИ в результате гидравлических испытаний и отраженные в акте выполненных работ от 01.08.2019 исходные данные (параметры проведенных работ и их результаты): значение давления гидравлических испытаний в составе системы PGB - 0,96 МПа; падение давления при гидравлических испытаниях - 0,5 МПа за 5 минут), - без контроля и регистрации в установленном порядке этих параметров АО «Атомтехэнерго», не могут быть признаны обоснованными, в связи с чем расчет возможных протечек дисковых затворов при проведении испытаний на системе PGB, сделанный специалистами истца, также не является обоснованным. Согласно пункту 6.9 Программы гидравлических испытаний во время проведения гидравлических испытаний контроль параметров производится по двум поверенным показывающим манометрам со шкалой (0-0,6) МПа, (0-1,6) МПа, типа МП-4-У и классом точности не ниже 1,5. В пункте 7.4 Программы гидравлических испытаний указано используемые средства измерений должны быть проверены, иметь клеймо в соответствии с требованиями статьи 1 Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений», иметь действующие свидетельства о поверке и внесены в протоколы, акты об окончании испытаний». В акте выполненных работ от 01.08.2019 нет данных о двух показывающих манометрах, об их типе, классе точности, о поверке, о наличии клейма и о свидетельстве о поверке, что не позволяет использовать исходные данные, а именно - значение давления гидравлических испытаний в составе системы PGB - 0,96 МПа; падение давления при гидравлических испытаниях - 0,5 МПа за 5 минут, - в качестве доказательства падения давления в системе PGB якобы в результате заводского дефекта дисковых затворов, а также свидетельствует о необоснованности проведенного проектным блоком истца расчета возможных протечек дисковых затворов при проведении испытаний на системе 10PGB, основанного на этих исходных данных. Кроме того, в Расчете возможных протечек вывод о наличии скрытого заводского дефекта дисковых затворов производства Компании является лишь предположением специалистов, сделавших этот расчет.

Расчет, основанный на исходных данных, полученных с нарушением «Программы гидравлических испытаний на системе промконтура потребителей нормальной эксплуатации 10PGB в здании турбины 10UМА.Белорусской АЭС BLR1.A.534.1.0UMA&&.PGB&&.021.PC.0001», и на предположениях, в рамках дела № А43-22668/2021 не признан судом достоверным, в связи с чем судом сделан вывод о неподтвержденности выводов Общества о наличии и причинах падения давления при проведении 01.08.2019 гидравлических испытаний на системе 10 PGB, в т.ч. 31 шт. дисковых затворов производства ООО НПК «Бекар».

Утверждение истца о невозможности применения поставленной в адрес Общества арматуры в связи с имеющимся и не устраненным до настоящего времени дефектом противоречит письму истца в адрес ответчика от 14.10.2021 № 007-007/348/49517 «О применении затворов дисковых ООО НПК «Бекар»», согласно которому истец просит представителей Завода и Компании прибыть на площадку сооружения Белорусской АЭС для принятия решений о применении затворов дисковых производства Компании на других объектах строительства АЭС.

Кроме того, актом расследования выявленных несоответствий от 16.10.2019 № РР0000426 установлена вина истца в возникновении не дефекта товара, а его несоответствия условиям договора от 31.08.2015 № 7759/150700, возникшего по причине неверного подбора типа (разновидности) арматуры. В пункте 4 указанного акта от 16.10.2019 № РР0000426 комиссия для устранения указанного несоответствия также предложила рассмотреть возможность использования арматуры производства Компании на других системах Белорусской АЭС.

Вышеуказанные документы подтверждают надлежащее качество товара производства Компании и то, что их замена на другой вид товара произведена из-за ошибки, допущенной при проектировании, а расходы истца на повторную закупку товаров не находятся в причинной связи с какими-либо нарушениями ответчиком условий договора от 31.08.2015 № 7759/150700.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 которой определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего факт убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в возмещении убытков должно быть отказано.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее –
Постановление Пленума № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 7.1.2 заключенного между истцом и ответчиком договора от 31.08.2015 № 7759/150700, если поставщик не поставил предусмотренное договором оборудование либо не выполнил обоснованное требование покупателя о замене некачественного оборудования или о доукомплектовании оборудования в срок, указанный покупателем, покупатель вправе приобрести недопоставленное оборудование у других лиц с отнесением на поставщика всех документально подтвержденных затрат, включая разницу между установленной договором ценой и ценой по совершаемой взамен сделке.

Таким образом, право приобрести товары у других лиц взамен поставленного некачественного оборудования с отнесением на поставщика всех необходимых и разумных расходов возникает у покупателя только в случае невыполнения поставщиком требования о замене или доукомплектовании недоброкачественных товаров.

Аналогичные требования установлены статьей 475 и пунктом 1 статьи 520 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Письмо с требованием о замене некачественного товара до заключения истцом сделки с ЗАО «Саратовэнергомашкомлект» (договор от 30.12.2019 № 7759/191440) покупатель поставщику не направлял. Такое требование № РР0000588 об устранении несоответствий от 05.08.2020 № 40-89-46-1/13698 направлено Обществом в адрес ответчика 05.08.2020, то есть более чем через 7 месяцев уже после покупки им нового товара (оборудования) у ЗАО «Саратовэнергомашкоплект» и через 5 месяцев после окончания 04.03.2020 подрядчиком ООО «ВдМУ» выполнения работ по демонтажу 31 шт. затворов дисковых производства Компании и монтажу вместо них 31 шт. затворов дисковых до DN 800 производства ЗАО «Саратовэнергомашкомплект». Следовательно, как верно констатировал суд первой инстанции, у Общества право на приобретение оборудования у других лиц с отнесением на поставщика документально подтвержденных затрат не возникло.

Кроме того, требование № РР0000588 об устранении несоответствия от 05.08.2020 № 40-89-46-4-1/13698 к ответчику заменить до 28.08.2020 товар являлось заведомо неисполнимым, лишающим Завод и Компанию возможности реально заменить затворы дисковые общепромышленные для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2.1 договора поставки затворов общепромышленных для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС от 31.08.2015 № 7759/150700, заключенного Обществом с Заводом, последний помимо изготовления, поставки и доставки оборудования обязался в том числе произвести шеф-монтаж оборудования согласно конструкторской документации завода-изготовителя. При этом, комиссия решила заменить арматуру в количестве 31 ед. 31.07.2020, в то время как покупатель уже 30.12.2019, т.е. за 7 месяцев до этого, заключил с другим поставщиком - ЗАО «Саратовэнергомашкомплект» договор поставки затворов дисковых до DN 800 для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС от 30.12.2019 № 7759/191440 и за 5 месяцев до этого при содействии подрядчика ООО «ВдМУ» к 04.03.2020 демонтировал затворы дисковые производства Компании и установил другие затворы дисковые до DN 800 в процессе сооружения энергоблока № 1 Белорусской АЭС производства ЗАО «Саратовэнергомашкомплект».

Следовательно, суд первой инстанции, вопреки доводам заявителя жалобы, верно отметил, что заменить уже демонтированную покупателем арматуру 10PGB в количестве 31 единиц на другую, как это предусмотрено пунктом 2.1 договора от 31.08.2015 № 7759/150700, с осуществлением шеф-монтажа, в то время как в процессе сооружения энергоблока № 1 Белорусской АЭС вместо этой арматуры покупателем была уже установлена приобретенная у ЗАО «Саратовэнергомашкомплект» другая арматура, не представляется возможным.

Довод истца о том, что требования о замене товара не заявлялось с целью избежания значительных штрафных санкций по генеральному контракту на сооружение Белорусской АЭС, не отменяет предусмотренного пунктом 7.1.2 договора поставки затворов дисковых общепромышленных для сооружения энергоблоков № 1 и № 2 Белорусской АЭС от 31.08.2015 № 7759/150700 положения, согласно которому право приобрести товары у других лиц взамен поставленного некачественного оборудования с отнесением на поставщика всех необходимых и разумных расходов возникает у покупателя только в случае невыполнения поставщиком требования о замене недоброкачественных товаров.

Ссылка истца на статью 397 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяющей ему для уменьшения убытков поручить выполнение обязательства третьим лицам и потребовать от должника возмещения понесенных расходов и других убытков без предъявления требования к Заводу о замене товара, является необоснованной, так как в пункте 7.1.2 договора от 31.08.2015 № 7759/150700 предусмотрено иное.

Понесенные истцом расходы возникли из-за проектной ошибки, в результате которой произведена замена одного типа затворов на другой тип затворов, в силу чего указанные расходы не могут являться расходами на устранение недостатков товара, полученного от Завода, на основании пункта 1 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации истец требует оплатить ему расходы на устранение недостатков товара - 31 шт. в дисковых общепромышленных, изготовленных Компанией по ТУ 3742-003-17049080-2013 и приобретенных за 8 311 920 руб. у Завода, в виде полной стоимости другого товара - 31 шт. затворов дисковых до DN 800, изготовленных по ТУ 3742-021-130-10 и приобретенных у ЗАО «Саратовэнергомашкомплект» за <***> руб.

Таким образом, убытки определены Обществом в виде полной стоимости товара, который приобретен им у ЗАО «Саратовэнергомашкомплект», однако такое определение убытков противоречит пункту 7.1.2 заключенного между истцом и ответчиком договора от 31.08.2015 № 7759/150700, согласно которому если поставщик не поставил предусмотренное договором оборудование, либо не выполнил обоснованное требование покупателя о замене некачественного оборудования или о доукомплектовании оборудования в срок, указанный покупателем, покупатель вправе приобрести недопоставленное оборудование у других лиц с отнесением на поставщика всех документально подтвержденных затрат, включая разницу между установленной договором ценой и ценой по совершаемой взамен сделке.

Кроме того, определение Обществом убытков в виде полной стоимости товара, приобретенного у ЗАО «Саратовэнергомашкомплект», противоречит также порядку исчисления убытков, предусмотренному статьей 524 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательств продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке.

Договор от 31.08.2015 № 7759/150700 между истцом и ответчиком в установленном порядке не расторгнут, т.е. является действующим, в связи с чем порядок исчисления убытков, предусмотренный статьей 524 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению на основании статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации (применение гражданского законодательства по аналогии).

Из расчета в исковом заявлении не видно, чтобы истцом в соответствии с пунктом 7.1.2 договора от 31.08.2015 № 7759/150700 учитывалась какая-либо разница между установленной договором от 31.08.2015 № 7759/150700 ценой и ценой по совершенной между Обществом и ЗАО «Саратовэнергомашкомплект» взамен сделке (договор поставки от 30.12.2019 № 7759/191440), а также разумность расходов на приобретение другого товара, в связи с чем предъявленный истцом к взысканию размер убытков не доказан.

При этом, истец также включил в расчет суммы исковых требований сумму налога на добавленную стоимость (далее - НДС).

Наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Вместе с тем по общему правилу исключается как неполное возмещение понесенных убытков, так и обогащение потерпевшего за счет причинителя вреда. В частности, не могут быть включены в состав убытков расходы, хотя и понесенные потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объеме за счет иных источников. В противном случае создавались бы основания для неоднократного получения потерпевшим одних и тех же сумм возмещения и, соответственно, извлечения им имущественной выгоды, что противоречит целям института возмещения вреда.

В силу пункта 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 указанного Кодекса, на установленные данной статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им, в частности, при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации (пункт 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации).

Механизм вычетов в налоговом праве способствует соблюдению баланса частных и публичных интересов в сфере налогообложения и обеспечения экономической обоснованности принимаемых к вычету сумм налога, обеспечивая условия для движения эквивалентных по стоимости, хотя различных по направлению потоков денежных средств, одного - от налогоплательщика к поставщику в виде фактически уплаченных сумм налога, а другого - к налогоплательщику из бюджета в виде предоставленного законом налогового вычета, приводящего к уменьшению итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, либо возмещению суммы налога из бюджета (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О).

Следовательно, наличие права на вычет сумм налога исключает уменьшение имущественной сферы лица и, соответственно, применение статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом из материалов дела не следует, что истец не являлся плательщиком НДС либо в силу положений статьи 170 Налогового кодекса Российской Федерации не имел права на применение налогового вычета по работам, приобретенным в целях устранения недостатков работ.

Учитывая недоказанность истцом того обстоятельства, что предъявленные ему суммы налога не были и не могут быть приняты к вычету, иное толкование норм налогового и гражданского законодательства, может привести к нарушению баланса прав участников рассматриваемых отношений, неосновательному обогащению налогоплательщика посредством получения сумм, уплаченных в качестве НДС, дважды - из бюджета и от своего контрагента, без какого-либо встречного предоставления.

Кроме того, согласно положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными и признаются злоупотреблением правом. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение уполномоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума № 25 разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, для признания действий каких-либо лиц злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел таких лиц был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной их целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Как установлено судом, спорный товар демонтирован истцом до окончания гарантийного срока, установленного пунктом 11.5 договора.

В отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы (пункт 2 статьи 476 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указывалось выше, из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что недостатки товара выявлены в пределах гарантийного срока, установленного договором.

В данном случае, суд первой инстанции пришел к выводу, что истец злоупотребил правом, лишив ответчика возможности предоставления доказательств по определению причин и характера несоответствий затворов, возможности их устранения.

В связи с демонтажем товара невозможно установить причину выявленных недостатков. Непредставление и демонтаж спорного товара истцом повлекло невозможность проведения судебной экспертизы, что свидетельствует о наличии в его действиях признаков злоупотребления правом.

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 514 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда покупатель (получатель) в соответствии с законом, иными правовыми актами или договором поставки отказывается от переданного поставщиком товара, он обязан обеспечить сохранность этого товара (ответственное хранение) и незамедлительно уведомить поставщика. При этом, в силу пункта 2 статьи 514 Гражданского кодекса Российской Федерации поставщик обязан вывезти товар, принятый покупателем (получателем) на ответственное хранение, или распорядиться им в разумный срок.

В нарушение вышеуказанных норм, демонтированный товар на ответственное хранение покупателем (истцом) не принят. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. В силу чего опасения ответчика и третьего лица о неизвестных условиях хранения (учитывая длительный период времени, прошедший с момента демонтажа с 04.03.2020), что в значительной мере может повлиять на результаты судебной экспертизы, являются аргументированными и заслуживающими внимания. Кроме того, представители ответчика и третьего лица обратили внимание суда на то, что изначально проверка затворов на герметичность (гидравлические испытания) проводилась при нахождении их в системе, а в настоящий момент ввиду их демонтажа проверка на герметичность затворов в системе, не представляется возможной.

Согласно статье 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон, которые пользуются равными правами, в том числе, на представление доказательств, своих доводов и объяснений. При этом арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение.

В общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600 (5-8)). Отступления от него должны быть обусловлены весомыми обстоятельствами, указывающими на явное неравенство сторон в возможности доказывания значимых для дела обстоятельств (условиями банкротства, аффилированности и пр.).

Обычный стандарт доказывания предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска. В этом случае состав доказательств, достаточных для подтверждения оснований иска (как и для их опровержения), должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при типичном развитии, которыми должна располагать его сторона.

По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального оппонента.

Таким образом, выводы о доказанности того или иного обстоятельства не могут быть основаны только на односторонних утверждениях одной из спорящих сторон без наличия иных доказательств.

Учитывая, что в нарушение требований статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец не представил в материалы дела какие-либо достоверные доказательства, подтверждающие факт поставки ответчиком товара ненадлежащего качества, суд первой инстанции не усмотрел оснований для привлечения ответчика к ответственности в виде возмещения убытков.

По результатам повторного рассмотрения дела, суд апелляционной инстанции считает правомерным отказ в удовлетворении иска.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции полно, всесторонне и объективно исследовал представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установил все имеющие значение для дела обстоятельства и дал им надлежащую правовую оценку, не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

Доводы заявителя жалобы проверены и отклонены ввиду их несостоятельности.

Ссылка заявителя жалобы относительно неправомерного отказа в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы отклоняется.

Заявленное истцом ходатайство надлежащим образом рассмотрено судом первой инстанции и отклонено, что признается судебной коллегией обоснованным.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии со статьями 64, 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

При этом доказательства должны отвечать требованиям относимости и допустимости (статьи 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу. Удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон спора о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В данном случае суд изучил имеющиеся в деле доказательства и пришел к выводу об отсутствии необходимости в проведении экспертизы.

При этом судом первой инстанции отмечено, что постановка вопросов по определению качества материала дисковых затворов, технических и качественных характеристик дисковых затворов невозможна, поскольку затворы демонтированы истцом. В данном случае суд также принял во внимание отсутствие объектов исследования, отсутствие документов, подтверждающих принятие их на ответственное хранение.

Кроме того, судом первой инстанции учтено, что решением Арбитражного суда Нижегородской области от 15.07.2022 по делу № А43-22668/2021 установлено отсутствие вины ответчика (поставщика) и третьего лица (завода-изготовителя) в необеспечении герметичности арматуры.

С учетом предмета и основания иска, а также представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции также не усмотрел необходимости в назначении по делу судебной экспертизы.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы, по сути, сводятся к несогласию заявителя жалобы с произведенной судом первой инстанции оценкой обстоятельств спора, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции. Наличие у заявителя собственной правовой позиции по спорному вопросу не является основанием для отмены принятого по делу судебного акта, основанного на полном, всестороннем и объективном исследовании представленных в дело доказательств и обстоятельств спора.

Аргументов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, заявителем не приведено и судом апелляционной инстанции при проверке доводов заявителя не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным, поскольку оно принято исходя из фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены (изменения) судебного акта по доводам заявителя, отклоненным по изложенным выше мотивам, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 07.06.2023 по делу № А43-22280/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Атомстройэкспорт» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня его принятия.

Председательствующий судья

Н.В. Устинова

Судьи

Е.Н. Наумова

А.Н. Ковбасюк