Постановление от 8 ноября 2024 г. по делу № А56-9615/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-9615/2021
08 ноября 2024 года
г. Санкт-Петербург
/уб.1

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 08 ноября 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Будариной Е.В.

судей Морозовой Н.А., Серебровой А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Дмитриевой Т.А.;

при участии лиц согласно протоколу судебного заседания;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы 13АП-29171/2024, 13АП-29168/2024) конкурсного управляющего ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Доктор права» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.07.2024 по делу № А56-9615/2021/уб.1 (судья Ю.В. Ильенко), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СПб-Нефтепродукт»,

ответчики:

1. ФИО3,

2. ФИО7 (ранее – ФИО6) Михаил Евгеньевич,

3. ФИО4,

4 . ФИО5



установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 02.06.2021 в отношении ООО «СПб-Нефтепродукт» (далее – Должник, Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.09.2021 в отношении ООО «СПб-Нефтепродукт» прекращена процедура наблюдения, в отношении должника введена процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В арбитражный суд посредством электронного сервиса «Мой арбитр» поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 (далее – заявитель) о взыскании убытков, в котором заявитель просил:

- солидарно взыскать с бывших руководителей ООО «СПб-Нефтепродукт» ФИО3 и ФИО6 (в настоящее время – ФИО7) Михаила Евгеньевича убытки в общей сумме 88 156 056,83 руб., причиненные Должнику бездействием указанных ответчиков, выразившимся в не взыскании дебиторской задолженности ООО «СПб-Нефтепродукт»;

- взыскать с бывшего генерального директора ООО «СПб-Нефтепродукт» ФИО6 убытки в общей сумме 1 953 215,18 руб., причиненные бездействием данного ответчика по не взысканию дебиторской задолженности ООО «СПб-Нефтепродукт»;

- взыскать с ФИО6 убытки, причиненные его действиями Должнику в результате совершения подозрительных сделок, а именно: по договору № 2-2009 от 30.12.2009, заключенному с ООО «ТЭК-МИАЛ» в общей сумме 698 511 217,10 руб.; по договорам купли-продажи векселей от 29.06.2012 и от 11.07.2012 на общую сумму 39 264 000,00 руб.; по снятию наличных денежных средств через кассу Должника в общей сумме 14 633 076, 00 руб.;

- взыскать с бывшего генерального директора ООО «СПб-Нефтепродукт» ФИО4 убытки в сумме 3 000 000, 00 руб., причиненные бездействием данного ответчика по не взысканию дебиторской задолженности ООО «СПб-Нефтепродукт»;

- взыскать с ФИО3, ФИО6, ФИО4 и ФИО5 причиненные Должнику убытки в сумме 261 797 тыс. руб., в результате непередачи документов, подтверждающих наличие у Общества активов в виде долговых ценных бумаг на указанную сумму.

Указанное заявление конкурсного управляющего ФИО2 было принято арбитражным судом к производству определением от 11.04.2024.

Определением Арбитражного суда города Санкт - Петербурга и Ленинградской области от 04.04.2024 ФИО2 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве Общества, конкурсным управляющим ООО «СПб-Нефтеподукт» утвержден ФИО1, являющийся членом Ассоциации арбитражных управляющих «СЦЭАУ».

08 мая 2024 года .05.2024 (дата регистрации 15.05.2024) через электронную систему подачи документов «Мой арбитр» от конкурсного управляющего ФИО1 поступило ходатайство об уточнении заявления, в котором последний просил, по сути, квалифицировать предъявленные к ответчикам требования, как требование о привлечении их к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований конкурсных кредиторов, поскольку именно действия (бездействия) ответчиков послужили причиной наступления объективного банкротства Общества.

Также ФИО1 в своем ходатайстве ссылался на непередачу ответчиками финансово-хозяйственной документации Общество, что не позволило сформировать его конкурсную массу.

29 мая 2024 года в 15 час. 01 мин. от конкурсного кредитора Должника ООО «Доктор права» (далее – Кредитор, Компания), являющегося правопреемником АО «Международный банк Санкт - Петербурга» (далее – Банк, АО «МБСП») на основании определения Арбитражного суда города Санкт - Петербурга и Ленинградской области от 13.10.2023, посредством электронной системы подачи документов «Мой арбитр» поступило заявление, в котором Кредитор поддержал уточненные требования конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, однако указал что с ФИО7 и ФИО4 в любом случае подлежат взысканию причиненные ООО «СПб-Нефтепродукт» убытки в общем размере 812 529 986,65 руб.

Определением арбитражного суда от 25.07.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего имуществом Общества отказано в полном объеме.

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 25.07.2024 конкурсный управляющий ФИО1 и ООО «Доктор права» обратились в Тринадцатый арбитражный суд с апелляционными жалобами, в которых просятт определение отменить.

В обоснование доводов своих апелляционных жалоб заявители ссылаются на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, указывая при этом на то, что суд без учета разъяснений, изложенных в пункте постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), рассмотрел заявление конкурсного управляющего как требование о взыскании убытков, не переквалифицировав его на требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СПб-Нефтепродукт».

ФИО7, ФИО4, и ФИО5 направили отзывы на апелляционные жалобы, в которых возражали против их удовлетворения, ссылаясь на необоснованность изложенных в них доводов и их несоответствие фактическим обстоятельствам дела.

До рассмотрения настоящих апелляционных жалоб по существу от конкурсного управляющего ФИО1 и ООО «Доктор права» поступили ходатайства об исключении из доказательств по делу копий актов зачетов и соглашения об отступном, представленных в суд первой инстанции ответчиком ФИО4

В судебном заседании 17.10.2024 представители конкурсного управляющего и ООО «Доктор права» поддержали данные ходатайства, представители ответчиков возражали против их удовлетворения.

Апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайства связи с тем, что судом первой инстанции данные доказательства приобщены к материалами дела до рассмотрения настоящего обособленного спора и были исследованы судом до вынесения судебного акта (объявления его резолютивной части) по результатам рассмотрения спора.

Кроме того, как следует из аудиозаписи судебного заседания арбитражного суда первой инстанции от 05.07.2024 председательствующий судья Ильенко Ю.В. в данном судебном заседании озвучила, что суд первой инстанции ознакомился со всеми материалами, поступившими в суд до начала заседания.

Также в ходе судебного разбирательства до удаления суда в совещательную комнату для вынесения окончательного судебного акта по результатам рассмотрения обособленного спора председательствующим судьей было объявлено, что ФИО4 на пяти листах представлен отзыв на заявление конкурсного управляющего (датирован 04.07.2024), а также дополнительные документы к нему.

Представитель ФИО4 в своем выступлении на стадии прений ссылался на спорные акты взаимозачетов между ООО «И-Инвест» и соглашение об отступном, заключенное между Должником и оффшорной компанией, зарегистрированной в Республике Кипр (том № 6, л.д. 184-196).

При этом ни конкурсный управляющий Обществом, ни представитель ООО «Доктор права» не возражали против приобщения указанных выше документов к материалам дела, ходатайств о возобновлении судебного разбирательства со стадии исследования доказательств по делу и об отложении в связи с этим судебного заседания для ознакомления с представленными документами апеллянты не заявляли, а учитывая в материалах дела наличие иных доказательств, достаточных для рассмотрения настоящих апелляционных жалоб по существу, судебная коллегия не усматривает оснований, предусмотренных арбитражным процессуальным законодательством, для удовлетворения указанного выше ходатайства.

Также ООО «Доктор права» заявило ходатайство о фальсификации доказательств по делу: копий актов зачетов и соглашения об отступном, представленных в суд первой инстанции ответчиком ФИО4 вместе с отзывом.

В соответствии со статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания.

Представители ответчиков возражали против удовлетворения заявленного ООО «Доктор права» ходатайства.

Частью 3 статьи 268 АПК РФ предусмотрено, что при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

В данной ситуации ходатайство о фальсификации представленных ФИО4 доказательств в суде первой инстанции Компанией не заявлялось, при том, что с учетом приведенных выше обстоятельств ООО «Доктор права» не было лишено возможности его заявить.

Таким образом, суд апелляционной не находит оснований для принятия заявления ООО «Доктор права» о фальсификации доказательств к рассмотрению в порядке статьи 161 АПК РФ и совершения в связи с этим необходимых процессуальных действий по его проверке.

Кроме того, ООО «Доктор права» в целях установления расходования ФИО7 и ФИО4 денежных средств, полученных от Должника в 2012 году заявило ходатайство об истребовании от УФНС по Санкт - Петербургу справок о банковских счетах ФИО7 и ФИО4 за период с 2012 по 2021 г.г., а также от АО «Международный банк Санкт - Петербурга» выписок по операциям на счетах ФИО7 и ФИО4, открытых в этом банке за период с 2012 по 2021 г.г..

В удовлетворении аналогичного ходатайства, заявленного в суде первой инстанции, арбитражный суд первой инстанции отказал.

Рассмотрев в порядке статьи 66 АПК РФ вновь заявленное Компанией ходатайство в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия полагает, что в деле имеется достаточная совокупность доказательств для рассмотрения настоящих апелляционных жалоб, в связи с чем не усматривает оснований для его удовлетворения, учитывая, в том числе, что период получения ответчиками денежных средств от Должника, который заявлен Компанией, выходит за пределы установленного законодательством пятилетнего срока хранения соответствующей документации.

В настоящем судебном заседании представители конкурсного управляющего имуществом Должника и ООО «Доктор права» поддержали доводы, изложенные в своих апелляционных жалобах, указав, что суд неверно квалифицировал требования конкурсного управляющего как требование о взыскании убытков с ответчиков, а не как заявление о привлечении к субсидиарной ответственности.

Представители ответчиков возражали против удовлетворения апелляционных жалоб по обстоятельствам, приведенных в соответствующих отзывах и дополнительных пояснениях.

При рассмотрении настоящих апелляционных жалоб уже на стадии прений представитель ООО «Доктор» заявил о необходимости оглашения содержания имеющихся в деле доказательств, в связи с чем суд апелляционной инстанции в судебном заседании 17.10.2024 возобновил исследование доказательств по делу (статья 165 АПК РФ), объявив при этом перерыв до 17 час. 30 мин., судебное заседание продолжено 17.10.2024 в 17 час. 33 мин.

Во время оглашения 17.10.2024 содержания имеющихся в деле судебных актов и документов, представитель ООО «Доктор» заявил, что настаивает только на оглашении содержания актов зачетов и соглашения об отступном - том № 6 л.д. 189-192, другие участвующие в судебном заседании лица не возражали против оглашения содержания только указанных конкретных документов.

Завершив исследование доказательств по делу в судебном заседании 17.10.2024 до начала стадии прений и реплик (статья 164 АПК РФ), суд апелляционной инстанции объявил в судебном заседании перерыв до 24.10.2024 до 12 час.40 мин.

В судебном заседании 24.10.2024, продолженном после объявленного перерыва, участники судебного процесса в прениях поддержали ранее заявленные правовые позиции по обособленному спору.

Поскольку иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалобы рассмотрены в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Повторно исследовав представленные в материалы обособленного спора доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы и правовых позиций иных участвующих в деле лиц, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и отмены обжалуемого определения.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

В силу положений статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к ответственности другого лица - основного должника по обязательству.

Статьей 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ») признана утратившей силу статья 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ настоящий Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Основания привлечения к субсидиарной ответственности и размер субсидиарной ответственности являются материальной частью правовой нормы, а порядок рассмотрения такого заявления судом, является процессуальной частью данной правовой нормы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Согласно части 4 статьи 3 АПК РФ судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Таким образом, при рассмотрении настоящего заявления подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения оспоримых действий (бездействия).

Пунктом 5 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

При этом под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к ответственности другого лица - основного должника по обязательству (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в спорный период) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Как разъяснено в пункте 20 Постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное; недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В данном случае, вопреки доводам апеллянтов, арбитражным судом первой инстанции были исследованы все приведенные конкурсным управляющим и Компанией обстоятельства, которые, по их мнению могли бы явиться основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества либо к ответственности в виде взыскания убытков.

Как следует из материалов дела, ООО «СПБ-Нефтепродукт» зарегистрировано 11.04.2008, что подтверждается внесением в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) записи за государственным номером 1089847147312 от 11.04.2008).

В различные периоды времени ФИО3, ФИО7, ФИО4 и ФИО5 с даты создания Общества занимали должность генерального директора данной организации: ФИО3 с 05.06.2008 по 12.09.2011; ФИО7 с 13.09.2011 по 26.03.2014; ФИО4 с 24.03.2014 по 13.05.2021; ФИО5 с 13.06.2021 по 13.10.2021.

Таким образом, указанные лица по смыслу положений статьи 61.10. Закона о банкротстве являлись контролирующими Должника лицами.

Возражая против предъявленных к ним конкурсным управляющим требований, ответчики, в числе прочего, заявили о пропуске заявителем сроков исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску истца, право которого нарушено.

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса, а течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 указанного Кодекса), при этом в силу положений пункта 2 статьи 196 ГК РФ пресекательный срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком поиску о защите этого права.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»,поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен быть узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

По общему правилу изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

По смыслу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющееся основанием для привлечения виновных лиц к ответственности.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции сослался, в том числе, на истечение срока исковой давности по требованиям, предъявленным к ответчикам ФИО3 и ФИО7

Между тем, отказ арбитражного суда в привлечении указанных лиц, а также других ответчиков (ФИО4 и ФИО5) к ответственности основан не только на том, что заявление подано конкурсным управляющим за пределами пресекательного срока исковой давности, но и в связи с тем, что заявителем не доказана вся совокупность обстоятельств, свидетельствующих о наличии вины ответчиков в доведении Общества до банкротства и, как следствие, невозможности погашения требований конкурсных кредиторов.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, им было выявлено, что задолженность перед кредитором ООО «Доктор права» (правопреемником АО «МБСП») возникла вследствие неисполнения обязательств по кредитному договору №5331-12 от 21.06.2012, заключенному в период исполнения ФИО7 полномочий руководителя Должника

По результатам проведения финансового анализа конкурсным управляющим был сделан вывод о том, что до 2012 года Должник являлся платежеспособным, то есть имел достаточный объем активов, необходимых для покрытия краткосрочных и долгосрочных обязательств.

В целях анализа реальной деятельности Должника конкурсным управляющим были исследованы выписки по банковским счетам Общества за период с 2012 по 2022 годы.

Из материалов дела усматривается, что основным видом деятельности и источником доходов Должника являлась деятельность по реализации нефтепродуктов. С 2012 года до середины 2013 года предприятие регулярно получало денежные средства от реализации нефтепродуктов. Последнее поступление от реализации нефтепродуктов по выписке датируется 08.07.2013 (номер операции 1349). После указанной даты деятельность по реализации нефтепродуктов была прекращена, что, по мнению управляющего, свидетельствует об утрате основного источника финансирования. Последние операции, направленные на возврат кредита, были совершены 24.12.2012, дальнейшее гашение кредита за счет собственных средств Должника было прекращено, а последующее гашение кредитной задолженности происходило за счет реализации имущества поручителей и залогодателей.

По мнению конкурсного управляющего, к объективному банкротству Общества привели следующие действия ответчика ФИО7:

- снятие со счета Должника денежных средств на сумму 14 633 076 руб. в период с 26.06.2012 по 06.08.2012;

- перевод денежных средств в пользу аффилированного с ним ООО «ТЭК-МИАЛ» в размере 48 255 000 руб. в период с 04.07.2012 по 28.02.2013;

- перевод денежных средств по договору № 2-2009нп от 30.12.2009, заключенному с ООО «ТЭК-МИАЛ», в размере 698 511 217,10 руб.

По мнению заявителя указанные действия непосредственно и напрямую уменьшили активы Должника на сумму свыше 100 млн. руб., при том, что без совершения ФИО7 этих действий у Должника было бы достаточно активов для погашения долга по кредитному договору и, следовательно, объективное банкротство Общества не наступило бы.

Также конкурсный управляющий ссылался не необоснованное перечисление ФИО4 в период с 2014 по 2016 г.г. денежных средств со счета Должника в свою пользу и в пользу аффилированного с ним ООО «Офис-Центр» денежных средств в общей сумме 17 892 410,65 руб., а также на непринятие данным ответчиком действий по взысканию с ФИО7 14 633 076 руб., снятых последним со счета Должника, и 48 255 000 руб., перечисленных в пользу ООО «ТЭК-МИАЛ».

Кроме того, заявитель указывает, что согласно данным бухгалтерской отчетности основным активом Общества являлась лишь дебиторская задолженность.

Так, ответчиками в налоговый орган были представлены сведения о дебиторской задолженности Общества: 465 125 000 руб. в 2012 году; 301 037 000 руб. в 2013 году; 213 607 000 руб. в 2014 году; 124 708 000 руб. в 2015 году; 121 414 000 руб. в 2016 году; 110 756 000 руб. в 2017 году; 110 764 000 руб. в 2018 году; 110 764 000 руб. в 2019 году; 110 764 000 руб. в 2020 году.

По мнению конкурсного управляющего размер дебиторской задолженности даже в год, предшествовавший году подачи заявления о признании Должника банкротом, превышал 100 млн.руб., что позволило бы в случае передачи ответчиками соответствующих подтверждающих документов погасить кредиторскую задолженность, однако неисполнение бывшими руководителями Общества обязанности по передаче конкурсному управляющему документации привело к тому, что он был лишен возможности идентифицировать дебиторов и предъявить к ним требование о взыскании долга.

Исследовав и оценив совокупность имеющихся в деле доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции, пришел к выводу о недоказанности заявителем наличия всей совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении ответчиками действий либо их бездействии, повлекших объективное банкротство Общества.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для вывода об обратном.

Вопреки доводам апеллянтов, в материалах обособленного спора, как и основного дела о банкротстве ООО «СПб-Нефтепродукт», нет безусловных доказательств, того, что в период исполнения ответчиками обязанностей единоличного исполнительного органа ООО «СПб-Нефтепродукт» перечисление денежных средств со счета Должника и снятие денег наличными в пользу ФИО7 ФИО4, ООО «ТЭК-МИАЛ», ООО «И-Инвест», ООО «Офис-Центр» носило безвозмездный характер и было совершено исключительно с целью вывода данного актива Общества для недопущения обращения на него взыскания в пользу единственного кредитора Должника – АО «МБСП» (правопредшественник ООО «Доктор права»).

Доводы об аффилированности ООО «ТЭК-МИАЛ», ООО «И-Инвест» и ООО «Офис-Центр» с Должником через ответчиков основаны на предположениях апеллянтов и в порядке статей 65-68 АПК РФ достоверно не подтверждены, доказательства обратного в порядке статьи 65 АПК РФ не представлены.

Доводы конкурсного управляющего и Кредитора относительно уклонения ответчиков от исполнения обязанности, установленной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, правомерно отклонены арбитражным судом первой инстанции ввиду следующего.

Определением Арбитражного суда города Санкт - Петербурга и Ленинградской области от 16.10.2023 по обособленному спору № А56-9615/2021/истр.1, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2024, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «СПб-Нефтепродукт» об истребовании от ФИО3, ФИО7, ФИО4 и ФИО5 документов, подтверждающих наличие у Общества дебиторской задолженности на сумму 110 764 тыс.руб.

Так, судом апелляционной инстанции при рассмотрении указанного выше обособленного спора установлено, что вся имеющаяся документация Должника передавалась от предыдущего руководителя последующему (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2024 по обособленному спору № А56-9615/2021/истр.1).

В частности, ФИО3 при смене генерального директора 12.09.2011 передал документацию Должника ФИО7, который, в свою очередь, передал имеющуюся у него документацию Общества ФИО4

Согласно пояснениям ФИО4, принятым во внимание судом апелляционной инстанции при рассмотрении обособленного спора № А56-9615/2021/истр.1, все имеющиеся в распоряжении ФИО4 документы (были переданы по акту приема-передачи от 13.05.2021 ФИО5, который данный факт не отрицал, ссылаясь на дальнейшую передачу этой документации конкурсному управляющему, что в порядке статьи 65 АПК РФ не опровергнуто.

Кроме того, в рассматриваемой ситуации нет доказательств и того, что конкурсный управляющий (как первый, утвержденный в деле о банкротстве, так и его процессуальный правопреемник) был лишен возможности установить наличие у Общества дебиторской задолженности, подлежащей взысканию, и определить конкретных дебиторов, проанализировав операции по расчетным счетам ООО «СПб-Нефтепродукт», а также получить необходимые сведения путем направления этим дебиторам соответствующих запросов, либо в судебном порядке истребовать недостающие доказательства (статья 66 АПК РФ) в целях проведения мероприятий, направленных на пополнение конкурсной массы (статья 129 Закона о банкротстве).

Безусловных доказательств сокрытия ответчиками сведений об имуществе Общества, нарушения правил сохранности его документации, привлечения их к налоговой ответственности, утрате документов вследствие их виновных действий материалы дела не содержат.

Также судом первой инстанции учтено, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителей должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Также арбитражный суд первой инстанции верно отметил следующее.

Поскольку привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, инициирование судебного разбирательства предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности требований конкурсного управляющего.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчиков, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества. Наличие в деле таких обстоятельств судом не установлено, а конкурсным управляющим и Компанией в состязательном процессе не доказано.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает, что при рассмотрении настоящего обособленного спора арбитражным судом первой инстанции были исследованы и проанализированы все обстоятельства, которые могли бы явиться основанием как для привлечения ответчиков к ответственности в виде взыскания убытков в пользу Должника по правилам, установленным статьями 15, 53.1 ГК РФ, так и по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве в редакции, действовавшей в спорные периоды (статья 10, глава III.2), в связи с чем законных оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований (с учетом их уточнения и представленных Компанией дополнений) апелляционный суд также не усматривает.

Несогласие апеллянтов с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки, в связи с чем нет оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции также не установлено.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.07.2024 по обособленному спору № А56-9615/2021/уб.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий


Е.В. Бударина


Судьи


Н.А. Морозова


А.Ю. Сереброва