Постановление от 1 ноября 2023 г. по делу № А40-158625/2021

1011/2023-305860(1)



ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12 адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 09АП-65614/2023

г. Москва Дело № А40-158625/21 01.11.2023

резолютивная часть постановления объявлена 25.10.2023 постановление изготовлено в полном объеме 01.11.2023

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой, судей А.Г. Ахмедова, С.А. Назаровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2023 по спору о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АРОСЕР»,

с участием представителей, согласно протоколу судебного заседания,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2022 ООО «АРОСЕР» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим ООО «АРОСЕР» утверждена ФИО2.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, а также о взыскании с него убытков.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2023 отказано в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания и ходатайства об истребовании доказательств; заявление конкурсного управляющего ООО «АРОСЕР» удовлетворено в полном объеме, признано наличие оснований для привлечения бывшего руководителя должника ООО «АРОСЕР» - ФИО1 к субсидиарной ответственности; приостановлено производство по рассмотрению заявления в части определении размера субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ООО «АРОСЕР» по делу № А40-158625/21-186-468Б до окончания расчетов с кредиторами. Кроме того, указанным определением с ФИО1 взыскано в пользу ООО «АРОСЕР» убытков в сумме 246 454,39 руб.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением, Кадыров Г.У. обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

ФИО1 в своей апелляционной жалобе указывает на необоснованность отказа судом первой инстанции в отложении судебного заседания и истребовании доказательств. Кроме того, апеллянт ссылается на нарушение судом первой инстанции порядка проведения судебного заседания. Также по мнению заявителя апелляционной жалобы суд первой инстанции необоснованно признал аудиозаписи телефонных разговоров ненадлежащими доказательствами.

В судебном заседании представитель ФИО1 апелляционную жалобу поддержал по доводам, изложенным в ней, просил определение суда первой инстанции от 24.08.2023 отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителя ФИО1, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, заявление конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности основано на положениях статей 61.11, 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано не исполнением обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника, совершением действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов, а также причинение своими действиями убытков.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, исходил из представления конкурсным управляющим достаточных доказательств наличия обязательных условий при которых возможно привлечение ФИО1 к субсидиарной ответственности и взыскания с него убытков 246 454,39 руб., а также приостановил производство по рассмотрению заявления в части определении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. При этом суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения ходатайств ФИО1 об отложении судебного заседания и истребования доказательств.

Суд апелляционной инстанции, изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, а также выслушав позиции сторон, приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ФИО1 являлся руководителем ООО «АРОСЕР» и участника должника с долей в уставном капитале - 50%.

Возражая относительно статуса контролирующего должника лица, Кадыров Г.У. ссылался на то, что 29.07.2016 им составлено заявление об увольнении по собственному желанию с должности директора ООО «АРОСЕР» и о выходе из состава учредителей.

Согласно доводам ФИО1, указанное заявление, все документы, печати и штампы ООО «АРОСЕР» были переданы им представителю другого участника должника - Рожка С.С., и, впоследствии, он 07.09.2016 выехал за пределы Российской Федерации не возвращался обратно.

Таким образом, как указывает ФИО1, им осуществлены все действия, направленные на прекращение полномочий генерального директора и прекращение участия в ООО «АРОСЕР», тогда как Рожком С.С. документы в налоговый орган для отражения указанных сведений в ЕГРЮЛ направлены не были.

В подтверждение указанной позиции ответчиком представлены заявление от 05.04.2021 о снятии полномочий генерального директора ООО «АРОСЕР», заявление от 05.04.2021 о выходе из состава участников ООО «АРОСЕР», заявление от 29.07.2016 о снятии полномочий генерального директора ООО «АРОСЕР», ручные записи телефонных разговоров, копия двух первых страниц заграничного паспорта ФИО1, а также доверенности, выданные ФИО1 за пределами Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 33, статьи 39, пункта 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» генеральный директор общества с ограниченной ответственностью вступает в должность генерального директора общества с момента принятия соответствующего решения уполномоченным органом управления обществом.

В силу пункта 5 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» при смене руководителя организации необходимо уведомить об этом налоговый орган для внесения соответствующих изменений в ЕГРЮЛ в течение трех рабочих дней со дня вступления в силу трудового договора, заключенного с новым руководителем.

Вместе с тем, в соответствии со статьей 280 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации имеет право досрочно расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя (собственника имущества организации, его представителя) в письменной форме не позднее чем за один месяц.

Как следует из материалов дела 05.04.2021 и 29.07.2016 ФИО1 действительно были составлены заявления, адресованные второму участнику ООО «АРОСЕР» Рожку С.С., о снятии ФИО1 с должности генерального директора общества.

Однако доказательств направления или вручения Рожку С.С. заявлений ФИО1 в материалы дела не представлено, в связи с чем суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ФИО1 вопреки положениям статьи 280 Трудового кодекса Российской Федерации не направил (вручил) данное заявление работодателю (второму участнику должника), а следовательно его полномочия в качестве руководителя не прекратились ни 05.04.2021, ни 29.07.2016.

При этом представленные записи телефонных разговоров являются документами, не подписанными кем-либо, и не позволяющими установить достоверность указанных в них сведений; представленные копии двух страниц заграничного паспорта Кадырова Г.У. подтверждают лишь сам факт наличия данного заграничного паспорта и не отражают факт пересечения когда-либо Кадыровым Г.У. границы; сам по себе факт выдачи в определенный день доверенностей за пределами Российской Федерации не свидетельствует о нахождении Кадырова Г.У. за пределами Российской Федерации в продолжительный период совершения вменяемых сделок.

Более того, сам по себе факт нахождения ФИО1 за пределами Российской Федерации, если бы он был подтвержден, в любом случае не имеет правового значения, поскольку не исключает совершения действий по управлению обществом, а также оказание влияния на его деятельность, в том числе через уполномоченных лиц.

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно признал ФИО1 контролирующим должника лицом.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете)).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Поскольку ответственность руководителя должника является гражданско- правовой, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

Следуя правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12 по делу А40-82872/10-70-400Б, необходимо установить следующие обстоятельства:

- объективная сторона – установление факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации;

- субъективная сторона – вина; должно быть установлено, предпринял ли руководитель должника все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, проявил ли ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота;

- причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов

- размер субсидиарной ответственности, который по общему правилу определяется как сумма требований, включенных в реестр требований кредиторов, но не удовлетворенных в связи с недостаточностью конкурсной массы, при этом размер ответственности может быть снижен, если привлекаемое к ответственности лицо докажет, что размер вреда, причиненного им имущественным интересам кредиторов отсутствием документации существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению;

- установление специального субъекта - руководителя должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.12.2021 в отношении ООО «АРОСЕР» введена процедура наблюдения, суд определил не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего

представить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2022 ООО «АРОСЕР» признано банкротом, от управления и распоряжения имуществом должника были отстранены органы управления (в том числе единоличные), обязав их передать конкурсному управляющему в трехдневный срок бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штаммы, материальные и иные ценности должника.

Однако, ФИО1 данную обязанность не исполнил.

Конкурсным управляющим получен исполнительный лист серии ФС № 040640774, выданный во исполнение решения от 25.08.2022 в части наложения обязанности на руководителя должника передать конкурсному управляющему в трехдневный срок с момента его утверждения бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника.

Однако ответчик так и не исполнил обязанность по передаче всей документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, в том числе выписок по счетам должника, им, исходя из назначения платежей, осуществлялись перечисления по контракту № 41/1/2020 от 20.10.2020, счету № 141 от 23.10.2020, договору № 1/1/2021 от 04.01.2021.

Вместе с тем бывшим руководителем должника не переданы и документы первичного учета, раскрывающие обстоятельства совершения должником указанных сделок.

Уклонение бывшего руководителя должника ФИО1 от выполнения требований Закона о банкротстве, воспрепятствовало формированию конкурсной массы, не позволило выявить имущество должника, дебиторскую задолженность, а также провести надлежащий анализ документов должника отражающих отчуждение активов должника и установить основания для оспаривания сделок должника, что препятствует деятельности конкурсного управляющего, а в конечном итоге причинило ущерб кредиторам, чьи требования установлены арбитражным судом и включены в реестр требований кредиторов.

Учитывая изложенное суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о доказанности конкурсным управляющим наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за не исполнение обязанности по передаче документации документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Что касается доводов конкурсного управляющего должника о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за совершение действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего

должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. (пункт 16 Постановления № 53).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско- правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как указывал заявитель, в периоды когда ФИО1 являлся генеральным директором и участником должника с долей 50 %, а именно в период с 19.11.2020 по 02.12.2020, со счета должника № 40702810300000033514, открытого в АО «Райффайзенбанк», а также в период с 14.01.2021 по 27.01.2021

со счета № 40702810101500080237, открытого в ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие», в пользу ООО «Росер» были перечислены денежные средства в общем размере 8 420 000 руб.

Указанные сделки, как указывает конкурсный управляющий, повлекли за собой причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов, и, как следствие, невозможность полного погашения требований кредиторов.

Вместе с тем, само по себе совершения действий по перечислению денежных средств недостаточно для привлечения к субсидиарной ответственности. Необходимо, чтобы в результате этого возник вред для кредиторов должника, а контролирующие лица должника получили выгоду.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Иными словами, сам по себе факт совершения должником подозрительной сделки, не влечет для контролирующих должника лиц бремени субсидиарной ответственности даже в том случае, если контрагентом должника по такой сделке являлось аффилированное или иное заинтересованное лицо.

Последствия неисполнения любым (в том числе аффилированным) лицом обязательств гражданско-правового характера установлены действующим гражданским законодательством и законодательством о банкротстве. Так, в том случае, если заинтересованное лицо заключило с должником ряд гражданско-правовых сделок, то требования, вытекающие из таких договоров, могут быть квалифицированы либо как вытекающие из компенсационного финансирования, либо как вытекающие из мнимых сделок, не предусматривающих реального исполнения.

Между тем конкурсным управляющим не доказано, что приведенные сделки относятся к числу значимых для должника применительно к масштабам его деятельности и повлияли на деятельность общества и на его финансовое состояние. То есть конкурсным управляющим не доказано, что указанные сделки отвечают критерию значимости или критерию существенной убыточности для должника.

В нарушение положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не доказано ухудшение финансового состояния должника перечислением денежных средств в пользу указанных лиц, доведение его до кризисного состояния в результате совершения данных сделок.

Каких-либо иных конкретных обстоятельств, противоправных действий (заключения иных сделок, принятия управленческих решений и пр.), совершенных заинтересованным лицом, в результате которых у должника наступила кризисная ситуация, происходило ее развитие и переход в стадию объективного банкротства, конкурсным управляющим не приведено.

Таким образом, материалами дела не подтверждается наличие оснований для привлечения Кадырова Г.У. к субсидиарной ответственности за совершение действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов.

Что касается доводов конкурсного управляющего должника о наличии оснований для взыскания с ответчика убытков суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Требование, предусмотренное пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника, в том числе, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

На основании пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно представить доказательства неправомерности действий ответчика либо ненадлежащего исполнения им своих обязательств, доказательства наличия убытков и их размер, обосновать наличие причинно-следственной связи между неправомерными действиями ответчика и наступившими для истца негативными имущественными последствиями.

Согласно доводам заявления конкурсного управляющего, в период с 01.02.2021 по 09.04.2021 с лицевого счета № 40702810101500080237 открытого в Филиал Точка ПАО Банка «Финансовая Корпорация Открытие» были совершены операции на общую сумму 246 454,39 руб.

Как указывает конкурсный управляющий, к указанному расчетному счету выдавалась банковская карта, держателем которой являлся ФИО1, что подтверждается ответом Филиала Точка ПАО Банка «Финансовая Корпорация Открытие» от 25.03.2022 № 03-07/7700.

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, денежные средства должника в размере 246 454,39 руб. были потрачены ФИО1 на личные нужды.

До настоящего времени денежные средства должнику возвращены не были, документы, подтверждающие расходование денежных средств на нужды должника, у конкурсного управляющего отсутствуют.

При этом отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако таких доказательств ФИО1 не представлено.

Таким образом, расходование ФИО1 денежных средств с расчетного счета должника при отсутствии исполнения встречного обязательства в форме предоставления отчетности о расходовании денежных средств либо обязательств их возврата является юридически значимым действием, направленным на вывод активов из хозяйственного оборота организации.

Для подтверждения исполнения встречного обязательства ФИО1 должен был подтвердить расход полученной под отчет спорной денежной суммы первичными учетными документами, свидетельствующими о направлении данной суммы на нужды общества, либо представить документы о возврате неизрасходованной подотчетной суммы в кассу общества (корешок приходного ордера, выдаваемого вносителю денежных средств).

Однако заинтересованным лицом такие доказательства на полученные суммы не представлены, как и не представлены документы, которые бы позволили прийти к выводу, что ее действия отвечали интересам юридического лица, а снятие наличных денежных средств со счета возглавляемого им общества в соответствующих суммах являлось обычной хозяйственной деятельности ООО «АРОСЕР».

Учитывая изложенное суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о доказанности конкурсным управляющим наличия оснований для взыскания с ФИО1 убытков в заявленном размере.

Довод апелляционной жалобы о необоснованности отказа судом первой инстанции в отложении судебного заседания и истребовании доказательств отклоняется, как основанный на неверном понимании норм процессуального права. Так в силу положений статей 46, 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истребование доказательств и отложение судебного заседания относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение таких ходатайств является правом, а не обязанностью суда.

Довод апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции порядка проведения судебного заседания отклоняется, как необоснованный.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что согласно протоколу судебного заседания был определен порядок проведения процессуальных действий, возражений заявлено не было. Замечания на протокол судебного заседания ФИО1 не подавались.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно признал аудиозаписи телефонных разговоров ненадлежащими доказательствами отклоняется, как ошибочный.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (пункт 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В качестве доказательств допускаются объяснения лиц, участвующих в деле, и иных участников арбитражного процесса, полученные путем использования систем видеоконференц-связи либо системы веб-конференции (пункт 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Как указывалось ранее, представленные записи телефонных разговоров являются документами, не подписанными кем-либо, и не позволяющими установить достоверность указанных в них сведений.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии вины ФИО1 в не передачи документации должника, в том числе по причине нахождения им за пределами Российской Федерации был предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше. Вопреки доводам апеллянта им не были предприняты надлежащие меры по освобождению его от должности руководителя ООО «АРОСЕР». Кроме того, ФИО1 не представлены надлежащие доказательства передачи всей документации и материальных ценностей ООО «АРОСЕР» второму участнику обществу или иному уполномоченному лицу.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены определения Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2023 и удовлетворения апелляционной жалобы.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.Ц. Бальжинимаева

Судьи: А.Г. Ахмедов

С.А. Назарова