Постановление от 28 мая 2024 г. по делу № А40-281830/2022

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-20481/2024

Дело № А40-281830/22
г. Москва
29 мая 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 мая 2024 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.А. Комарова, 

судей Ю.Л. Головачевой, А.Г. Ахмедова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2024 по делу № А40-281830/22, об отказе в удовлетворении заявления конкурсного кредитора ФИО1 о признании недействительной сделкой брачный договор от 01.03.2022г. № 77 АГ 9029188, заключенный между должником ФИО2 (супруг) и ФИО3 (супруга) и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2,

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания 



У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы суда от 21.02.2023 ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: гор. Ульяновск, СНИЛС <***>, ИНН <***>, адрес регистрации: г. Москва, г. Москва, р-н Лианозово, ул. Череповецкая, д. 24, кв. 164) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества должника.

Финансовым управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО4 (ИНН <***>, регистрационный номер в едином государственном реестре арбитражных управляющих 498, адрес для корреспонденции: 119146, г. Москва, а/я 441), являющийся членом СРО «Союз менеджеров и арбитражных управляющих».

Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» №41 от 11.03.2023.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного кредитора ФИО1 о признании недействительной сделкой – брачный договор от 01.03.2022г. №77 АГ 9029188, заключенный между должником ФИО2 (супруг) и ФИО3 (супруга) и применении последствий недействительности сделки.

Представитель кредитора, доводы, изложенные в заявлении, поддержал.

Представитель заинтересованного лиц возражал по доводам, изложенным в заявлении.

В материалы дела поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

Суд, совещаясь на месте, протокольным определением отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, в связи с отсутствием препятствий для рассмотрения спора в настоящем судебном заседании.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2024 г. в удовлетворении заявления ФИО1 отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2024 г. отменить, принять новый судебный акт.

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными федеральным законом, регулирующим вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно п. 1 ст. 213.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу решением Бутырского районного суда г. Москвы от 01.03.2022г. по делу № 2-1226/2022, с ФИО2 взыскана в пользу ФИО1 задолженность по договору займа от 24.04.2018г. в размере 1 100 000 руб., проценты за пользование займом в размере 2 807 936 руб. 98 коп., неустойка в размере 1 924 000 руб. и расходы на государственную пошлину в размере 60 000 руб.

Указанная задолженность являлась основанием для возбуждения настоящего дела о несостоятельности.

01.03.2022г. между гражданином-должником ФИО2 (супруг) и ФИО3 (супруга) закончен брачный договор № 77 АГ 9029188, где супруги установили раздельный режим собственности на любое имущество, приобретенное супругами в браке до и после заключения договора (п. 2.1).

В том числе супруги предусмотрели, что обязанность по возврату используемых кредитных средств является личной обязанностью того супруга на чье имя оно выдавалось.

Обращаясь с настоящим заявлением, кредитор указал, что в период брака (брак заключен 03.09.2011г., запись 4781) ФИО3 реализовала совместно нажитое имущество – Хендэ Солярис, VIN <***> (27.08.2020г.-15.02.2023г.) и Ситроен Berlingo, VIN <***> (22.03.2021г.-31.05.2022г.), а также в собственности бывшей супруги гражданина-должника имеется транспортное средство Geely Coolray, VIN <***> и недвижимое имущество – земельный участок с кад. № 50:12:0020306:375 и расположенный на нем дом с кад. № 50:12:0020306:637.

Кредитор указал, что заключение брачного договора направлено на недопущение обращения взыскания на совместно нажитое имущество и как следствие сокрытие конкурсной массы и причинение вреда кредиторам.

В соответствии со статьями 40 и 42 Семейного кодекса РФ под брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 СК РФ), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.

Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ для недействительности сделок (статья 44 СК РФ).

В подпункте 4 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы III.1 ФЗ от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010г. № 63) установлено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Заявление о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) принято судом к производству 21.12.2022г., в то время как оспариваемый брачный договор заключён 01.03.2022г., то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указано ранее, в соответствии с приведенными фактами договор займа с кредитором заключен должником после регистрации брака (брак заключен 03.09.2011г., а договор займа заключен 24.04.2018г.).

Таким образом, по мнению заявителя, на возникшую задолженность распространяется единый правовой режим в силу единства принципов, оснований и источников формирования общего имущества и долгов.

В соответствии с п. 1 ст. 3 Федерального закона от 21.12.2013г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» потребительский кредит (заем) - денежные средства, предоставленные кредитором заемщику на основании кредитного договора, договора займа, в том числе с использованием электронных средств платежа, в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, в том числе с лимитом кредитования.

К потребительским относятся займы, по которым полученные денежные средства можно тратить только на личные нужды или нужды семьи заёмщика.

Общие обязательства супругов и общее имущество супругов имеют единый правовой режим в силу единства принципов, оснований и источников формирования общего имущества и долгов.

В силу этого презумпция общности имущества, нажитого в период брака, предопределяет и общность обязательств супругов.

Пунктом 2 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Общей совместной собственностью супругов (п. п. 1 и 2 ст. 34 СК РФ) является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. ст. 128, 129, п. п. 1 и 2 ст. 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства.

Данный вывод содержится во многих судебных актах различных инстанций (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.06.2017г. № 4-КГ17-28, от 06.09.2016г. № 38-КГ16-5).

Для возложения на супруга обязанности по возврату заемных средств необходимо установить, что обязательство является общим, то есть, как следует из п. 2 ст. 45 СК РФ, возникло по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо является обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.

По мнению заявителя, в рассматриваемом случае денежные средства получены должником на потребительские цели в период после регистрации брака.

При рассмотрении дела о взыскании по договору займа районным судом должник не оспаривал факт заключения договора, а также не доказывал тот факт, что денежные средства были потрачены не на семейные нужды.

Поскольку в рамках дела о банкротстве гражданина подлежит реализации только его личное имущество и имущество, принадлежащее ему и его супругу на праве общей собственности, основным последствием удовлетворения указанного заявления является включение в конкурсную массу должника той части выручки от продажи общего имущества, которая приходится на долю супруга должника (п. 7 ст. 213.26 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Вместе с тем, судом установлено, что 01.03.2022г. между супругами заключен брачный договор, удостоверенный нотариусом, зарегистрированный в реестре, в соответствии с которым супруги изменили установленный статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации режим совместной собственности и установили раздельный режим собственности на имущество, которое было и будет приобретено в период брака, а также на момент расторжения брака.

В соответствии с условиями брачного договора, долги (обязательства), возникшие у каждого из супругов во время брака, являются долгами (обязательствами) того супруга, по инициативе которого они возникли, и исполняются этим супругом самостоятельно за счёт имущества, являющегося его индивидуальной (личной) собственностью.

По обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга.

По мнению заявителя, брачный договор заключен при злоупотреблении правом с целью недопущения обращения взыскания на имущество супруги.

Согласно п. 1 ст. 213.32 Закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно статьям 61.1, 61.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий должника вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, как по общим основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, так и по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 2 статьи 46 СК РФ кредитор (кредиторы) супруга должника вправе требовать изменения условий или расторжения заключенного между ними договора в связи с существенно изменившимися обстоятельствами в порядке, установленном статьями 451-453 ГК РФ.

Несмотря на то, что действующее законодательство не запрещает заключение договоров между заинтересованными лицами, более того, правовая природа брачного договора предполагает его совершение между супругами, брачный договор не должен искусственно ставить одного из них в крайне неблагоприятное положение, например, вследствие существенной непропорциональности долей в общем имуществе.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 04.12.2003г. № 456-0 и в Постановлении от 12.07.2007г. № 10-П, направленной на защиту интересов кредиторов от недобросовестного поведения должника, исходя из общеправового принципа справедливости в сфере регулирования имущественных отношений, основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, защита права собственности и иных имущественных прав (в том числе прав требования) должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников.

Необходимым условием для признания брачного договора недействительным на основании статей 10, 168 ГК РФ является не сам факт его заключения без уведомления кредиторов, а невозможность реализации такими кредиторами гарантий, предусмотренных статьёй 46 СК РФ (например, должник заключает брачный договор в преддверие принятия на себя обязательств в целях обхода требований пункта 1 статьи 46 СК РФ и сохранения имущества супругов).

В силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов (о намерении причинения которого необходимо доказать в соответствии со статьей 10 ГК РФ), понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершённых должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации при вынесении Определения от 01.12.2015г. № 4-КГ15-54 пришла к выводу, что под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

Таким образом, суд отметил, что при рассмотрении доводов заявителя о недействительности брачного договора следует установить, какой вред такой договор принес конкурсной массе и кредитором должника.

Суд согласился с доводами заявителя о том, что брачный договор заключен непосредственно при рассмотрении в суде общей юрисдикции обоснованности исковых требований кредитора.

Суд отметил, что ФИО3, являясь супругой должника с 2011г., а, следовательно, являясь аффилированным по отношению к должнику лицом, не могла не знать о должности супруга и сделках, совершенных в 2018г. по заключению договора займа.

Между тем, как указывалось ранее, суд пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае следует установить действительно ли заключение брачного договора привело к нарушению прав и интересов кредиторов.

Возражая против доводов кредитора, ответчик ФИО3 указала, что земельный участок с возведенным на нем домом приобретен в 2012-2015гг.

То есть за долго до получения должником займа от кредитора.

Спорные транспортные средства приобретены в период после такого займа.

Вместе с тем, указанное кредитором имущество приобреталось за ее личные денежные средства или на подаренные от матери.

Брачный договор заключен в связи с тем, что гражданин-должник долгое время не имеет доходов и бремя содержания лежит исключительно на ней.

Так, в качестве доказательств своей позиции ФИО3 указала, что земельный участок и дом приобретены за денежные средства от реализации принадлежащей ей и её брату квартиры, что подтверждается договором купли-продажи квартиры и оформлением права собственности на земельный участок и расположенный дом на ФИО3 и ее брата в равных долях (1/2 доли).

При этом суд отметил, что указанное имущество зарегистрировано задолго до заключения договора займа должника с кредитором, что в свою очередь исключает тот факт, что указанное имущество приобреталась в том числе за денежные средства, перечисленные по договору займа.

Относительно транспортных средств ФИО3 пояснила следующее.

Хендэ Солярис, VIN <***> приобреталось за денежные средства матери ФИО3 – ФИО5 полученные с продажи собственного автотранспортного средства, что подтверждается соответствующим договором продажи, заключенным непосредственно перед покупкой указанного автомобиля.

Ситроен Berlingo, VIN <***> 2010 г.в. приобретен 12.03.2021г. за 200 000 руб. и реализован 19.02.2022г. за 170 000 руб., при этом указанное транспортное средство приобреталось в 2019г. в рассрочку по договоренности между сторонами, а денежные средства за него передавались покупателем матерью ФИО3 – ФИО5, что подтверждается соответствующими выписками.

Бремя расходов также неслись ФИО3 и ФИО5, что подтверждаются представленными документами об оплате налога, штрафов и пр.

В последующем, после продажи указанных транспортных средств, ФИО3 приобретает Geely Coolray, VIN <***> в лизинг и несет бремя как расходов, связанных с содержанием транспортного средства, так и с оплатой лизинговых платежей.

Кроме того, кредитором не представлено доказательств, что спорные транспортные средства имели цену выше, чем та, которая была указана при их покупке и продаже.

Как следует из договора от 22.08.2020г. Хендэ Солярис приобретен за 100 000 руб., а Ситроен Berlingo по договору от 18.08.2020 за 200 000 руб., в то время как кредитор пришел к выводу об их стоимости в 800 000 и 700 000 руб. соответственно.

Резюмируя изложенное, суд отметил, что земельный участок и расположенный на нем дом приобретены за денежные средства ФИО3 полученные с продажи ее собственности нажитой до заключения брака, а транспортные средства приобретены на денежные средства её матери, переданные в дар, что в свою очередь исключает указанное имущество как совместно нажитое имущество в период брака.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Исходя из пункта 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008г. № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки является основанием для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009г. № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из изложенного, арбитражный суд пришел к выводу, что поскольку сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Как указано ранее, иного имущества, зарегистрированного за ФИО3 в период брака судом не установлено, в связи с чем исключается причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Поскольку судом не обнаружено имущество, которое стороны пытались скрыть при помощи заключения брачного договора и введению раздельного режима собственности суд также исключил факт того, что стороны действовали при злоупотреблении правом с целью сокрытия имущества.

Как указывалось, ранее пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010г. № 63) установлено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В рассматриваемом случае судом не установлено, что в результате заключения спорного брачного договора причинен имущественный вред правам кредиторов, а также не установлено, что стороны преследовали целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, что в свою очередь исключает признание брачного договора недействительным в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Судом также не установлена неравноценность встречного исполнения, поскольку как указано ранее, рассматриваемое имущество не являлось совместно нажитым, что в свою очередь исключает признание брачного договора недействительным в соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Не установлено также и злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ) сторонами при заключении спорного договора.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции в удовлетворении заявления конкурсного кредитора ФИО1 о признании недействительной сделкой брачный договор от 01.03.2022г. № 77 АГ 9029188, заключенный между должником ФИО2 (супруг) и ФИО3 (супруга) и применении последствий недействительности сделки отказал в полном объеме.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Доводы апеллянта о том, что заключение брачного договора имело цель причинить вред имущественным правам кредиторов в связи с отчуждением ликвидного имущества в пользу ответчика, поскольку супругой должника – ФИО3 реализовано совместно нажитое имущество в период брака (брак заключен 03.09.2011 г., брак прекращен 09.12.2022 г.), судом не принимаются.

В ходе проведенного анализа сделок, финансовым управляющим выявлено, что за супругой зарегистрированы на основании договора купли-продажи земельного участка от 05.09.2012 г. объекты недвижимого имущества, а именно: земельный участок и расположенное на нем жилое здание, представляющее собой единственное жилье. Данные сведения подтверждаются Выпиской из ЕГРН о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости, а также сведениями, полученными из интернет-сервиса «Публичная кадастровая карта».

Оспаривание брачного договора, с целью привлечения данного имущества в конкурсную массу нецелесообразно, в связи с тем, что в отношении данного имущества будет установлен исполнительский иммунитет на основании п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве и абз. 2 ч.1 ст. 446 ГПК РФ.

На основании ответов из регистрирующих органов, за бывшей супругой должника зарегистрировано транспортное средство GEELY COOLRAY, VIN <***>. Указанное транспортное средство не подлежит включению в конкурсную массу, поскольку является предметом лизинга и собственностью лизингодателя (ООО «Газпромбанк Автолизинг») (ст. 608, 665 ГК РФ, ст. 11 ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)».

Кроме того, бывшей супругой должника совершены сделки по отчуждению движимого имущества:

1)           ХЕНДЭ СОЛЯРИС, VIN <***>, 2011 г. выпуска, на основании договора купли-продажи от 11.10.2021 г., стоимость реализованного имущества составила 300 000 руб. (приложение 10);

2)           СИТРОЕН BERLINGO, VIN <***>, 2010 г. выпуска, на основании договора купли-продажи от 19.02.2022 г. стоимость реализованного имущества составила 170 000 руб. (приложение 9);

Согласно действующему законодательству и п. 8 Постановления Пленума ВАС России от 23 декабря 2010 г. № 63, финансовым управляющим проведено сравнение условий сделок (марка, модель автомобиля,   год   выпуска,   пробег,   отсутствие   ДТП,   год   продажи   т.д.)   по   реализации   транспортных средств, отчужденных бывшей супругой должника, с аналогичными сделками, которые совершались иными участниками оборота. В результате проведенного анализа, основанного на открытой информации, представленной на существующих торговых площадках, установлено, что транспортные средства были реализованы, в соответствии с рыночной ценой, что исключает недобросовестное занижение цены.

Таким образом, в действиях супруги должника отсутствуют основания для оспаривания сделок, предусмотренные действующим законодательством, в связи с чем отсутствует цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее-Постановления № 63) для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 6 Постановления N 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)           на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б)           имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Конкурсный кредитор ФИО1 полагает, что брачный договор, согласно которому устанавливается режим раздельной собственности супругов, был заключен между должником и его супругой исключительно в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника на стоимость имущества, в отношении которого принят раздельный режим имущества супругов, поскольку при его заключении стороны преследовали цель уменьшения конкурсной массы в связи с прекращением права на имущество, на которое могло быть обращено взыскание по обязательствам перед кредиторами.

Кроме того, обосновывая свою позицию, конкурсный кредитор исходит из того, что супруга должника, как заинтересованное лицо, при заключении брачного договора заведомо осведомлена о совершении спорной сделки, об ущемлении интересов кредиторов и умышлено причиняла вред их правам.

Заявитель указывает, что безвозмездное отчуждение должником в пользу ответчика – ФИО3, имеющихся у него ликвидных активов при наличии существенной просроченной задолженности по обязательствам, при условиии заинтересованности  сторон  сделки, а также совместность и согласованность действий супругов, свидетельствует о том, что стороны брачного договора целенаправленно использовали его заключение не в качестве средства защиты имущественных интересов супругов, а как способ недобросовестной защиты общего имущества от требований кредиторов.

Положения п.1 ст. 10 ГК РФ предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Действующее законодательство не запрещает заключение договора между заинтересованными лицами, более того правовая природа брачного договора предполагает его заключение между супругами. То обстоятельство, что супруга должника является заинтересованным лицом по отношению к должнику, не исключает действия в их отношении презумпции добросовестности.

Презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности и неразумности этих действий (Определение ВС РФ от 01.09.2015 № 5-КГ15-92).

Поскольку, злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки, финансовый управляющий, оценивая действия сторон как добросовестные, не усматривает в действиях супругов по заключению брачного договора умысла у обоих участников сделки, их сознательного, целенаправленного поведения на причинения вреда кредиторам. Соответственно, заключенный брачный договор не является способом недобросовестной защиты общего имущества от требований кредиторов.

Между тем, заявителем (конкурсным кредитором) не представлено каких-либо достаточных доказательств злоупотребления правом сторонами сделки, в частности в отношении супруги должника. Тем временем, действия супруги должника возможно квалифицировать как добросовестные, в частности в соответствии со ст. 12 ГК РФ (Способы защиты права), выраженные в признании права и изменении правоотношений.

В адрес финансового управляющего и Арбитражного суда города Москвы поступило возражение на заявление кредитора ответчика ФИО3 по обстоятельствам дела.

В связи с длительным не трудоустройством должника, напряженными отношениями между супругами, 01.03.2022 г. был заключен брачный договор с целью защиты имущественных интересов супругов и дальнейшим приобретением супругой имущества.

Кроме того, следует учитывать, что должник длительное время не осуществляет трудовую деятельность, а выписки по счетам должника свидетельствуют об отсутствии у ФИО2 достаточных денежных накоплений для приобретения дорогостоящих автомобилей и недвижимого имущества в спорный период. В то же время бывшая супруга должника с 19.11.2020 г. зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, что подтверждается выпиской из ЕГРИП. Таким образом, бремя содержания семьи лежало исключительно на супруге должника.

В возражении ФИО3 указывает, что земельный участок с возведенным на нем жилым зданием приобретен, во-первых, задолго до получения должником займа от кредитора.

Во-вторых, в своей позиции ФИО3 указывает, что земельный участок и дом приобретены за денежные средства от реализации, принадлежащей ей и её брату квартиры, что подтверждается договором купли-продажи квартиры и оформлением права собственности на земельный участок и расположенный дом на ФИО3 и ее брата в равных долях (1/2 доли).

Таким образом, в связи с тем, что имущество зарегистрировано задолго до заключения договора займа должника с кредитором, свидетельствует о том, что указанное имущество не могло быть приобретено в том числе за денежные средства, перечисленные по договору займа.

Спорные транспортные средства приобретены также за личные денежные средства или на подаренные от матери.

Так Хендэ Солярис, VIN <***> приобреталось за денежные средства матери ответчика – ФИО5, полученные с продажи собственного автотранспортного средства, что подтверждается соответствующим договором, имеющимся в материалах дела, заключенным непосредственно перед покупкой указанного автомобиля.

Транспортное средство Ситроен Berlingo, VIN <***> 2010 г.в. приобретен 12.03.2021 г. за 200 000 руб. и реализовано 19.02.2022 г. за 170 000 руб., при этом указанное транспортное средство приобреталось в рассрочку по договоренности между сторонами, а денежные средства за него передавались покупателем матерью ФИО3 – ФИО5, что подтверждается соответствующими выписками. Бремя расходов также неслись ФИО3 и ФИО5, что подтверждаются представленными документами об оплате налога, штрафов и пр.

Кроме того, после реализации указанных транспортных средств, между ФИО3 и ООО «Газпромбанк Автолизинг» заключен договор лизинга Geely Coolray, VIN <***>, в соответствии с которым, супруга должника несет бремя как расходов, связанных с содержанием транспортного средства, так и с оплатой лизинговых платежей.

Следовательно, юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, исключает такое имущество из режима общей совместной собственности (абз. 4 п. 15 постановления Пленума ВС РФ № 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака").

Таким образом, факт согласования в брачном договоре условия о том, что имущество, которое было приобретено или будет приобретено супругами во время брака, будет являться собственностью того из супругов, на имя которого оно оформлено или зарегистрировано, при доказанности факта приобретения спорного имущества за счет личных средств одного из супругов, не может свидетельствовать о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника.

В соответствии с Определением ВС РФ от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779(1,2) по делу N А53-38570/2018 действия арбитражного управляющего, воздержавшегося от бесперспективного оспаривания сделок, разумны, рациональны, направлены на реализацию целей конкурсного производства, а значит, правомерны. В правовой позиции заключено, что: «Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. Однако, не всякое оспаривание может привести к положительному для конкурсной массы результату.», а также «деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий».

На основании абз. 2 ч. 7 ПП ВС РФ РФ от 25.12.2018 N 48 (О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан) «Вместе с тем супруг (бывший супруг), полагающий, что реализация общего имущества в деле о банкротстве не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства (пункт 3 статьи 38 СК РФ). Данное требование подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. К участию в деле о разделе общего имущества супругов привлекается финансовый управляющий. Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять участие в рассмотрении названного иска в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 ГПК РФ). Подлежащее разделу общее имущество супругов не может быть реализовано в рамках процедур банкротства до разрешения указанного спора судом общей юрисдикции.»

Соответственно, оспаривание брачного договора позволит воспользоваться супруге должника правом на обращение в суд общей юрисдикции с заявлением о разделе совместно нажитого имущества. Согласно имеющимся сведениям, а именно: копия трудовой книжки должника, ответ из Социального фонда России, ответ из Федеральной налоговой службы - возражения должника в споре о разделе имущества являются бесперспективными, в связи с отсутствием заработка связанного с осуществлением как трудовой, так и иной коммерческой деятельности. В связи с чем оспаривание брачного договора, также как и сделок, не приведет к цели процедуры реализации имущества, поскольку, обратившись в суд общей юрисдикции, с требованием о разделе общего имущества супругов, спорное имущество будет признано личным имуществом супруги должника, что не позволит включить его в конкурсную массу и не приведет ни к чему, кроме как необоснованному затягиванию сроков проведения процедуры реализации имущества.

При подаче в Арбитражный суд города Москвы заявления о признании недействительной сделкой брачный договор и применении последствий недействительности сделки, кредитор утверждал, что должник утратил права на имущество общей стоимостью 3 000 000 руб., при этом, в нарушение ч. 3 ст. 65 АПК РФ, отсутствует обоснование данной стоимости.

В соответствии со ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст.71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч.4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный суд  



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2024 по делу № А40-281830/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                     А.А. Комаров

Судьи:                                                                                                            Ю.Л. Головачева

                                                                                                             А.Г. Ахмедов