Постановление от 17 июня 2022 г. по делу № А46-7121/2021

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-7121/2021
17 июня 2022 года
город Омск




Резолютивная часть постановления объявлена 09 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 июня 2022 года.


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Тетериной Н.В.,

судей Рожкова Д.Г., Солодкевич Ю.М.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-14413/2021) общества с ограниченной ответственностью «Базис» на решение Арбитражного суда Омской области от 21.10.2021 по делу № А46-7121/2021 (судья Пермяков В.В.), принятое по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Базис» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании убытков в размере 20 000 000 руб., при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП 305550518100014),

при участии в судебном заседании представителей:

индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 14.01.2022 № 77АГ 8465334 сроком действия три года);

индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО5 (доверенность от 02.10.2021 № 77АГ 7780981 сроком действия пять лет);

общества с ограниченной ответственностью «Базис» - ФИО6 (доверенность № от 10.06.2021 сроком действия три года, диплом от 13.07.2001 № 990); ФИО7 - (доверенность от 04.02.2022 сроком действия три года);

установил:

ФИО2 (далее - ФИО2, истец, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Базис» (далее - ООО «Базис», ответчик, общество) о взыскании убытков в размере 20 000 000 руб.

Определением от 25.05.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее - ИП ФИО3, третье лицо).

Решением Арбитражного суда Омской области от 21.10.2021 исковые требования ФИО2 удовлетворены, распределены судебные расходы.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Базис» обратилось в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование апелляционной жалобы приведены доводы о том, что судом первой инстанции не дана оценка доводам общества относительно мнимости предварительного договора купли-продажи недвижимости от 05.04.2019, как и действий по выплате истцом штрафа третьему лицу в размере 20 000 000 руб. на основании означенного договора; не рассмотрен вопрос об уменьшении суммы убытков до фактически понесенных затрат кредитора (ФИО3); факт уплаты истцом штрафа по предварительному договору купли-продажи недвижимости от 05.04.2019 не является доказательством возникновения у истца убытков, обусловленных именно действиями ответчика; у ФИО2 отсутствовала обязанность оплатить штраф по предварительному договору от 05.04.2019 в связи с прекращением его действия; ФИО2 не представлено доказательств о принятии им всех зависящих от него мер для предотвращения либо уменьшения убытков; суд первой инстанции сделал необоснованный вывод о том, что у ФИО3 имелась реальная возможность приобрести объекты недвижимости за 100 млн. руб. Кроме того ФИО2, вступая во взаимоотношения по поводу спорных объектов недвижимости одновременно с двумя лицами, действовал недобросовестно и собственными действиями способствовал причинению убытков.

Вместе с апелляционной жалобой общество ходатайствовало об истребовании доказательств в порядке пункта 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Предприниматель, возражая против приведенных в апелляционной жалобе доводов, представил отзыв.

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции ответчик заявил ходатайство о назначении судебно-технической экспертизы по вопросу давности изготовления основного доказательства по делу - предварительного договора купли-продажи недвижимости от 05.04.2019.

Также общество представило в материалы дела заключение специалиста № 48/21 о давности изготовления предварительного договора купли-продажи недвижимости от 05.04.2019 и досудебной претензии от 20.07.2020, соглашения об отступном от 31.10.2020; заключение специалиста № 18/01-2022 о финансовой возможности третьего лица приобрести объект недвижимости стоимостью 100 млн. руб. (приобщенные к материалам дела в порядке части 2 статьи 268 АПК РФ).

Определением от 25.01.2022 ходатайство ООО «Базис» о назначении экспертизы удовлетворено. Назначена по делу № А46-7121/2021 экспертиза. Производство по делу № А46-7121/2021 приостановлено до завершения судебной экспертизы.

Определением от 25.01.2022 также удовлетворено ходатайство об истребовании доказательств.

12.05.2022 в Восьмой арбитражный апелляционный суд от общества с ограниченной ответственностью «Альтернатива» поступило заключение судебной экспертизы № 57-05/22.

Определением от 16.05.2022 назначено судебное заседание для рассмотрения вопроса о возможности возобновления производства по делу № А46-7121/2021 на 09.06.2022 в 11 час. 15 мин., в случае положительного решения вопроса о возобновлении производства по делу назначить судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы на 09.06.2022 на 11 час. 20 мин.

Определением от 09.06.2022 производство по делу № А46-7121/2021 возобновлено.

Общество представило дополнительные доводы к апелляционной жалобе.

Коллегия судей перешла к рассмотрению доводов апелляционной жалобы по существу с учетом представленного заключения эксперта и истребованных документов и сведений.

Предприниматель заявил ходатайство о вызове эксперта в судебное заседание, поскольку считает, что заключение подготовленное экспертом ФИО8 содержит выводы, которые носят в значительной степени вероятностный предположительный характер и никаким образом не подтверждаются исследовательской частью. С учетом данных выводов, истец полагает, что имеются основания для вызова эксперта общества с ограниченной ответственностью «Альтернатива» (далее - ООО «Альтернатива») ФИО8 для дачи пояснений относительно использованных методик и полученных выводов. Также представил в обоснование своего ходатайства экспертное мнение на заключение эксперта и акт экспертного исследования от 15.02.2022 № 240/1-6.

Представитель общества возражал против заявленного ходатайства, полагая, что экспертное заключение ООО «Альтернатива» не содержит противоречивых выводов. Также возражал против приобщения к материалам дела дополнительных материалов.

Представитель ИП ФИО3 поддержал заявленное истцом ходатайство.

Коллегия судей, рассмотрев вопрос о вызове эксперта в судебное заседания, считает такое ходатайство не подлежащим удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии с абзацем вторым части 3 статьи 86 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание.

Абзацем третьим названной нормы права предусматривается, что эксперт после оглашения его заключения вправе дать по нему необходимые пояснения, а также обязан ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда. При этом ответы эксперта на дополнительные вопросы заносятся в протокол судебного заседания.

Таким образом, вопрос о необходимости вызова эксперта относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу и является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Принимая во внимание, что ходатайство о вызове в суд эксперта не содержит доводов относительно неясности или неточности проведенного экспертного исследование, не содержит вопросов, подлежащих разъяснению, при этом представленное экспертное заключение возможно оценить вне получения дополнительных пояснений от эксперта, апелляционная коллегия отклоняет соответствующее ходатайство ФИО2

При этом апелляционный суд считает, что представленные истцом экспертное мнение на заключение эксперта и акт экспертного исследования от 15.02.2022 № 240/1-6 не свидетельствуют о наличии каких-либо пробелов в экспертном заключении ООО «Альтернатива», подлежащих устранению путем вызова эксперта для дачи соответствующих пояснений.

Так, в акте экспертного исследования от 15.02.2022 № 240/1-6 применены способы и методики проверки спорного договора на предмет установления давности его изготовления, которые использованы и при проведении судебной экспертизы, однако эксперт ООО «Альтернатива» провел более широкий анализ объекта исследования, применив дополнительные методы, которые последовательно прописаны в исследовательской части экспертного заключения с указанием использованных при этом методических материалов (лист 3 заключения № 57-05/22).

Экспертное же мнение представляет собой субъективную позицию лица, являющегося экспертом той же организации, которая подготовила экспертное исследование от 15.02.2022 № 240/1-6.

Пот существу рассматриваемого спора представители ответчика в заседании суда апелляционной инстанции поддержали требования, изложенные в апелляционной жалобе, просили отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель истца, третьего лица просили оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции установил, что исковые требования мотивированы следующими обстоятельствами.

Предпринимателю на праве собственности принадлежит объект незавершённого строительства с кадастровым номером 55:36:050208:11609 (проектируемое назначение - нежилое здание), расположенный по адресу: город Омск, САО, проспект Мира, а также земельный участок с кадастровым номером 55:36:050208:11618, площадью 6 678 кв.м., с видом разрешённого использования - для размещения административных и офисных зданий, объектов образования, науки, здравоохранения и социального обеспечения, физической культуры и спорта, культуры, искусства, религии.

Право собственности на недвижимое имущество приобретено ФИО2 на торгах, проводимых обществом с ограниченной ответственностью научно-производственное объединение «Мостовик».

В целях отчуждения приобретенного объекта недвижимости ФИО2 и ИП ФИО3 подписали предварительный договор купли-продажи от 05.04.2019 (далее – предварительный договор от 05.04.2019), в соответствии с пунктом 1.1 которого предметом настоящего договора является обязательство сторон заключить в будущем основной договор купли-продажи недвижимости (далее - основной договор), указанной в пункте 2.1 настоящего договора, на условиях, предусмотренных настоящим предварительным договором.

Согласно пункту 1.2 основной договор будет заключен сторонами в срок до 31.12.2019.

Кроме того, в пункте 3.2 предварительного договора от 05.04.2019 стороны согласовали, что если в связи с нарушением продавцом условий предварительного договора (в том числе в связи с уклонением продавца от заключения основного договора, наличия в отношении отчуждаемых объектов недвижимости притязаний третьих лиц) основной договор не будет заключён, продавец обязался уплатить в пользу покупателя штраф в размере 20 000 000 руб.

В обозначенный предварительным договором от 05.04.2019 срок основной договор купли-продажи недвижимого имущества не заключен, предпринимателем в пользу третьего лица выплачен штраф в размере 20 000 000 руб. в соответствии с пунктом 3.2. предварительного договора от 05.04.2019.

Полагая, что причиной невозможности заключения основного договора между истцом и третьим лицом послужило принятие обеспечительных мер в рамках дела № А46-8202/2019, инициированного обществом, о запрете регистрационных действий в отношении объекта недвижимости (объект незавершённого строительства с кадастровым номером 55:36:050208:11609), предприниматель обратился в суд с требованием о возмещении понесенных им убытков в размере 20 000 000 руб. (оплаченный ИП ФИО3 штраф).

Арбитражный суд Омской области, руководствуясь положениями статей 8, 12, 15, 59, 330, 331, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, содержащимися в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25), установив прямую причинно-следственную связь между понесенными истцом убытками, в виде выплаты штрафа, и действиями ответчика, направленными на принятие обеспечительных мер в рамках дела № А46-8202/2019, удовлетворил исковые требования в полном объеме.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены оспариваемого решения.

Под убытками в силу статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 ГК РФ).

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о взыскании убытков разъяснены в постановлении № 25 и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановлении № 7).

В пункте 11 постановления № 25 указано, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

Из пункта 12 постановления № 25 следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Примерные разъяснения приведены в пункте 5 постановления № 7.

Применительно к настоящему случаю предприниматель в качестве убытков расценивает выплаченный им в рамках предварительного договора от 05.04.2019 штраф в размере 20 000 000 руб., указывая на то, что именно общество является лицом, в результате действий/бездействий которого предприниматель вынужден оплатить штраф. Истец ссылается на дело № А46-8202/2019, в рамках которого на предмет купли-продажи предварительного договора от 05.04.2019 наложены обеспечительные меры, явившиеся препятствием для заключения основного договора купли-продажи.

Иными словами, предприниматель просит компенсировать потери, связанные с принятием обеспечительных мер в рамках дела № А46-8202/2019, принятых по инициативе общества.

В соответствии с частью 1 статьи 90 АПК РФ лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о принятии обеспечительных мер.

В статье 98 АПК РФ закреплено специальное правило, в силу которого ответчик и другие лица, чьи права и (или) законные интересы нарушены обеспечением иска, после вступления в законную силу судебного акта арбитражного суда об отказе в удовлетворении иска вправе требовать от истца, по заявлению которого были приняты обеспечительные меры, возмещения убытков.

Как указано в пункте 34 Обзора судебной практики Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, само по себе обращение с заявлением о принятии обеспечительных мер не может рассматриваться как противоправное поведение, даже если впоследствии иск лица, подавшего ходатайство о принятии обеспечительных мер, будет признан судом необоснованным. Вместе с тем правопорядок не должен содействовать как испрашиванию обеспечительных мер по необоснованным искам, так и освобождению от ответственности субъектов, заявивших соответствующие требования.

Таким образом, в предмет доказывания по иску о взыскании убытков или выплате компенсации в связи с обеспечением иска, не входит установление виновности инициировавшего принятие обеспечительных мер лица, поскольку право на возмещение убытков от обеспечительных мер либо право на получение компенсации основаны на положениях пункта 3 статьи 1064 ГК РФ и возникают в силу прямого указания закона (статья 98 АПК РФ).

Данная правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.05.2016 № 308-ЭС15-18503, от 14.09.2015 № 307-ЭС15-3663.

Таким образом, для удовлетворения иска о взыскании убытков вследствие принятия обеспечительных мер истцу необходимо доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к названному виду гражданско-правовой ответственности, а именно: принятие обеспечительных мер по заявлению соответствующего лица, размер понесенных убытков и причинно-следственную связь между действиями по заявлению об обеспечении иска и возникшими в результате этого убытками.

Недоказанность одного из элементов является основанием для отказа в удовлетворении иска.

В силу процессуального правила доказывания (часть 1 статьи 65 АПК РФ) каждое лицо, участвующее в деле, обязано представлять доказательства в обоснование своих требований и возражений по иску.

Таким образом, на истце лежит обязанность доказать, что в результате принятых по инициативе ответчика обеспечительных мер, его законные права и охраняемые интересы были нарушены, что привело к расходам, являющимся для истца убытками.

Обосновывая свои требования, предприниматель указал на то, что в рамках дела № А46-8202/2019 суд отказал в удовлетворении исковых требований общества о признании права собственности и обязании передать имущество.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2020 и постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.05.2020 по делу № А46-8202/2019 указанный судебный акт оставлен без изменения.

В ходе рассмотрения указанного дела, по заявлению ООО «Базис» приняты меры по обеспечению иска (постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2019 по делу № А46-8202/2019), в том числе в виде запрета регистрационных действий в отношении объекта незавершенного строительства, назначение: нежилое здание, кадастровый номер: 55:36:050208:11609, площадь застройки: 8887,4 кв. м, степень готовности объекта: 95%, адрес (местоположение): Российская Федерация, Омская область, г. Омск, ФИО9, пр. Мира.

При этом обеспечительные меры действовали в течение десяти месяцев и отменены определением Арбитражного суда Омской области от 13.02.2020, оставленным без изменения постановлением Восьмого Арбитражного апелляционного суда от 01.06.2020.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.02.2020 по ходатайству общества наложены аналогичные меры, отмененные 28.05.2020.

Приняв во внимание, изложенное суд первой инстанции пришел к выводу о том, что именно в связи с действиями общества обеспечительные меры продолжали действовать после вступления в силу судебного акта об отказе в удовлетворении требований общества и уплаченная истцом неустойка в размере 20 000 000 руб. в связи с невозможностью заключить основной договор купли-продажи с третьим лицом, находится в прямой причинно-следственной связи с действиями ответчика.

Между тем истцом заявлено о мнимости предварительного договора от 05.04.2019, так и самого факта выплаты предпринимателем штрафа на основании данного договора.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение, что не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ (пункт 86 постановления № 25).

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

При этом, совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся.

Поэтому при рассмотрении вопроса о мнимости договора, суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.

В данном случае истцом и третьим лицом утверждение истца о фактической аффилированности сторон предварительного договора от 05.04.2019 (подробно раскрыты в дополнительных доводах, зарегистрированных 09.06.2022) не опровергнуты.

Аффилированность сторон сделки, в свою очередь, принципиально влияет на распределение бремени доказывания при рассмотрении доводов о признании ее недействительной, поскольку с одной стороны, являющиеся сторонами договора аффилированные лица (в отличие от обычных участников гражданского оборота, вступающих в обязательственные отношения с должником) имеют гораздо больше возможностей осуществить формальное исполнение мнимой сделки лишь для вида. С другой стороны, есть объективная сложность получения не связанным со сторонами спорного договора лицом отсутствующих у него прямых доказательств мнимости.

В ситуации, когда не связанный со сторонами спорного договора лицо представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования убытков, аффилированное лицо не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора и платежных документов, со ссылкой на которые денежные средства и имущество переходило внутри группы) в подтверждение реальности отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, заключение предварительного договора обусловлено разумными экономическими причинами.

При этом аффилированное лицо не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если такое лицо не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9, 65 АПК РФ), а сделка подлежит квалификации по правилам, установленным статьей 170 ГК РФ.

В рассматриваемом случае о мнимости предварительного договора от 05.04.2019 свидетельствуют следующие обстоятельства.

Принцип свободы договора предусматривает предоставление участникам гражданских правоотношений в качестве общего правила возможности по своему усмотрению решать вопрос о вступлении в договорные отношения с другими участниками и определять условия таких отношений, а также заключать договоры, как предусмотренные, так и не предусмотренные законом.

Предварительным договором является такое соглашение сторон, которым они устанавливают взаимное обязательство заключить в будущем основной договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг на условиях, предусмотренных предварительным договором (пункт 1 статьи 429 ГК РФ).

Заключив предварительный договор от 05.04.2019, ФИО2 тем самым выразил свою волю на отчуждение имущества и принял на себя обязательство по заключению основного договора, которое должно быть исполнено в соответствии с положениями статьей 309 ГК РФ.

Однако, вступая в такие правоотношения, как предварительный договор, стороны не раскрывают экономическую целесообразность заключения именно предварительного договора в отсутствие препятствий к заключению договора купли-продажи недвижимости без предварительных правоотношений с учетом того, что в апреле 2019 года обеспечительные меры не были приняты (запрет установлен постановлением от 15.07.2019), право собственности на предмет купли-продажи уже было зарегистрировано за истцом.

Поясняя о причинах заключения предварительного договора, ИП ФИО3 сослалась на предмет сделки являющийся объектом незавершенного строительства, что предопределяло по ее мнению необходимость проведения строительно-технического анализа степени фактической готовности объекта незавершенного строительства для определения стоимости такого объекта.

Однако, исходя из пункта 2.3 предварительного договора от 05.04.2019, цена приобретаемых объектов недвижимости установлена в размере 100 000 000 руб., таковая является окончательной и изменению не подлежит.

Следовательно, проведение строительно-технической экспертизы, по своей сути, не является обязательным и из условий договора следует, что ИП ФИО3 согласна со стоимостью объекта и выразила готовность приобрести данный объект в имеющемся состоянии.

Более того, согласовывая как окончательную цену имущества, покупатель должен иметь представление о характеристиках приобретаемого объекта недвижимости уже в этот момент, а не после.

К тому же перед судом и не раскрыты доказательства того, что намерение провести строительно-технический анализ объекта купли-продажи реализовано третьим лицом.

Также не является целесообразной причиной заключения предварительного договора отсутствие у третьего лица денежных средств единовременно в размере 100 000 000 руб., поскольку в силу статей 488, 489 ГК РФ возможно согласование условий договора об оплате в рассрочку, в кредит, то есть предусмотреть индивидуальный для этого договора порядок оплаты, который устроил бы обе стороны.

Следовательно, у сторон имеющих намерение совершить действия по передаче объекта незавершенного строительства отсутствовали какие-либо препятствия на заключение основного договора купли-продажи, а необходимости в заключении предварительного договора не имелось.

Кроме того, из решения Арбитражного суда Омской области от 18.10.2019 по делу № А46-8202/2019 следует, что ФИО2 до заключения спорного предварительного договора подписал предварительный договор 30.01.2019 с ООО «Базис» в отношении того же объекта незавершённого строительства.

Пунктом 1.2.1. предварительного договора от 30.01.2019 стороны согласовали общую цену передаваемого имущества в размере 15 850 000 руб., включая:

- 13 125 000 руб. за объект незавершённого строительства с кадастровым номером 55:36:050208:11609;

- 1 900 000 руб. за долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 55:36:050208:11618;

- 95 000 руб. за долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 55:36:050208:11619;

- 50 000 руб. за ЛВС Новый корпус №220108-5688/1-13-СК;

- 15 000 руб. за подстанцию КТП ТВ 250/6/0,4 с ТМ 250/6/0,4;

- 665 000 руб. за право аренды земельного участка с кадастровым номером 55:36:050208:3367.

Во исполнение принятых на себя обязательств по предварительному договору от 30.01.2019 ООО «Базис» перечислило стоимость передаваемого имущества, следующим образом:

- сумму 9 342 000 руб. платёжным поручением от 01.02.2019 № 8;

- сумму 6 508 000 руб. путём внесения платежным поручением от 13.02.2019 № 10 денежных средств на депозит нотариуса нотариального округа г. Омск ФИО10

На момент заключения сторонами предварительного договора (30.01.2019) вышеуказанное имущество и право аренды приобретено ответчиком на открытых торгах по продаже посредством публичного предложения имущества признанного несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «НПО «Мостовик» (ИНН <***>), проходивших 02.11.2018.

Оплата продавцом произведена 16.01.2019, однако по состоянию на 30.01.2019 право собственности на имущество и право аренды земельного участка к ФИО2 не перешло (пункт 1.3 предварительного договора от 30.01.2019), что явилось основанием для заключения предварительного договора.

В период с 15.02.2019 по 21.02.2019 Управлением Росреестра по Омской области право собственности ФИО2 на спорные объекты зарегистрировано в установленном законом порядке

При этом, ООО «Базис» неоднократно обращалось к ФИО2 с предложением обменяться оригиналами договора, однако продавец уклонялся от исполнения своих обязательств по предварительному договору от 30.01.2019.

При этом ФИО2 в рамках дела № А46-8202/2019 заявлял о недействительности договора купли-продажи от 30.01.2019, однако каких-либо доводов о наличии договора с ИП ФИО3 в отношении того же объекта недвижимости от 05.04.2019 не приводил.

Отсутствие между истцом и ответчиком договора купли-продажи недвижимого имущества в виде подписанного обеими сторонами одного документа, послужило основанием для выводов суда о несоблюдении формы договора продажи недвижимости, что повлекло за собой и констатацию недействительности такого договора.

Между тем, несмотря на это, 06.05.2019 ФИО2 совершил действия по получению денежных средств в размере 6 508 000 руб. с депозита нотариуса нотариального округа г. Омск ФИО10, которые внесены обществом в целях расчета по предварительному договору от 30.01.2019.

Указанные обстоятельства свидетельствуют либо об отсутствии на 06.05.2019 предварительного договора от 05.04.2019, либо о противоречивом поведении ФИО2 в случае наличия на 06.05.2019 предварительного договора от 05.04.2019, который принимал оплату стоимости спорного объекта от ответчика и параллельно заключил еще один предварительный договор купли-продажи того же имущества с третьим лицом. Такое поведение нарушает принцип эстоппель, его нельзя признать логичным и последовательным, соответствующему обычному поведению хозяйствующего субъекта.

К тому же, не имеет логического объяснения и экономического смысла принятия такого обеспечения исполнения обязательств, как штрафа в размере 20 000 000 руб. ФИО2 (при наличии спора в отношении предмета предварительного договора купли-продажи и задолженности перед обществом в размере 15 850 000 руб.), которое при наличии заведомо спорных правоотношений с обществом могут затруднить отчуждение объекта незавершенного строительства.

Статья 10 ГК РФ закрепляет принцип недопустимости злоупотребления правами и определяет общие границы осуществления гражданских прав и обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять их в своих интересах, не нарушая при этом интересов других лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются неправомерными и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу и употребить право во вред другому лицу.

Таким образом, из содержания указанных норм следует, что под злоупотреблением понимается умышленное поведение го лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающим условия для наступления вреда.

Следовательно, заключая договор с ИП ФИО3, в котором предусматривался штраф в размере 20 000 000 руб., и получение параллельно денежных средств от ООО «Базис» в счет расчетов за ту же недвижимость, ФИО2 совершал все необходимые действия для формального наступления убытков, в целях последующего предъявления денежных требований к обществу.

При этом апелляционный суд также учитывает, что в соответствии с пунктом 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (пункт 3 статьи 71 АПК РФ).

Однако в настоящем случае, по итогам проверки предварительного договора от 05.04.2019, положенного истцом в основу требований о взыскании убытков в размере 20 000 000 руб., установлено, что такой договор содержит сведения не соответствующие действительности.

Так, в пункте 2.2 предварительного договора указано, что объекты недвижимости приобретены в собственность продавца на основании договора купли-продажи недвижимости от 20.12.2018 № 1113/232Н/1 и зарегистрированы за продавцом в установленном порядке 21.02.2020, в то время, как договор заключен в 2019 году и не мог содержать ссылку на 2020 год, за исключением возможной опечатки в данной части. Однако логичным представляется, что такая опечатка вероятнее при наборе текста в 2020 году, а не в 2019 году.

Кроме того, при рассмотрении дела на стадии апелляционного обжалования в целях устранения сомнений относительно реальности заключения предварительного договора от 05.04.2019 в обозначенный в данном договоре периоде времени назначено проведение экспертизы.

По итогам проведения экспертного исследования представлено заключение эксперта № 57-05/22, согласно которому экспертом ФИО8 сделаны выводы о том, что печатные тексты предварительного договора от 05.04.2019 и досудебной претензии от 20.07.2020 распечатаны с использованием одного и того же картриджа знакосинтезирующего устройства, и распечатаны практически на одной стадии эксплуатации картриджа.

Печатный текст соглашения об отступном от 31.10.2020 нанесен с помощью картриджа, отличного от того, на котором распечатаны печатные тексты предварительного договора от 05.04.2019 и досудебной претензии от 20.07.2020.

При этом установлены признаки возможного нанесения печатных текстов предварительного договора от 05.04.2019 и досудебной претензии от 20.07.2020 практически одновременно или в короткий по времени период времени и признаки возможного исполнения рукописных реквизитов (рукописных текстов и подписей) в предварительном договоре от 05.04.2019, в досудебной претензии от 20.07.2020 и в соглашении об отступном от 31.10.2020 практически одновременно или в короткий по времени период времени.

Так, несмотря на то, что исходя из текста заключения эксперта №57-05/22, установить абсолютную давность исполнения подписей не представилось возможным в связи с тем, что в вырезках из штрихов подписей от имени ФИО2 и ФИО3, исполненных в договоре, 2-ФЭТ был обнаружен на уровне, значительно ниже допустимого, повторное проведение ГЖХ-анализа, в связи с этим было нецелесообразным. В настоящее время отсутствуют соответствующие экспертные методики (страница 12-13 заключения).

Но, при определении относительной давности изготовления документов эксперт установил, что все анализированные рукописные реквизиты (рукописный текст и подписи от имени ФИО2 и ФИО3) в договоре, претензии, соглашении исполнены одной и той же пастой, одной и той же шариковой ручкой, находящейся в одной и той же стадии эксплуатации и полагает, что их исполнение в даты, которые разделяют значительные периоды времени (1 год и 3 месяца), является событием маловероятным. Экспертом был установлен дефект шариковой ручки в виде посторонних сгустков пасты при исполнении овального элемента.

Дефект в виде посторонних сгустков пасты при исполнении овальных элементов или на переходах от штрихов, исполненными сгибательными движениями, к штрихам, исполненным разгибательными движениями, или на началах штрихов, обусловлен тем, что при эксплуатации шариковой ручки происходит увеличение зазора между шариком и обоймой, что приводит к повышенному выделению пасты в зазоре, которая в последствие выноситься в штрихи в виде сгустков (страница 14 заключения).

Все вышеописанное позволяет утверждать, что подписи от имени ФИО2 в договоре (дата в тексте 05 апреля 2019 года), в претензии (подпись датирована – 30.07.2020г) и в соглашении (дата в тексте – 31 октября 2020г) исполнены одной и той же пастой, одной и той же шариковой ручкой, находящейся в одной стадии эксплуатации.

Аналогичные выводы эксперта на всех исследуемых документах по рукописной подписи ФИО3

Кроме того, при идентификационном (сравнительном) исследовании печатных текстов договора и претензии установлено, что штрихи буквенно-цифровых знаков печатных текстов договора и претензии практически не различаются между собой по дефекту печати в виде непропечатки части штрихов в одноименных знаках, также имеется одинаковый характер распределения тонера по полю штрихов буквенно-цифровых знаков (страница 8-9 заключения).

Указанное позволило эксперту установить, что печатные тексты договора и претензии были распечатаны практически на одной стадии эксплуатации картриджа, следовательно, их исполнение в даты, которые разделяют значительные периоды времени, является также событием маловероятным.

Из анализа представленных на исследование эксперту предварительного договора от 05.04.2019 и досудебной претензии от 20.07.2020, сделан вывод о том, что такие документы изготавливались фактически одномоментно.

По оценке суда апелляционной инстанции, заключение судебного эксперта соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам данного вида (статья 86 АПК РФ), включает полные данные о содержании и результатах исследования с указанием примененного метода, оценку результатов исследований, обоснованные выводы по результатам исследования. Заключение содержит всю необходимую информацию, предусмотренную действующим законодательством, соответствует принципам существенности, обоснованности, однозначности, проверяемости, достаточности. Выводы эксперта логичны и обоснованы приведением соответствующих сведений, таких как наличие характерных врезок штрихов, свидетельствующих об использовании одной шариковой ручки в один и тот же временной промежуток при подписании спорных документов, одинаковый характер распределения тонера по полю штрихов на всех документах, свидетельствующий об использовании картриджа в один временной промежуток.

Таким образом, с учетом результатов экспертного исследования, указывающего на то, что и предварительный договор от 05.04.2019 и претензия от 20.07.2020 изготовлены практически в один и тот же период времени, коллегия судей приходит к выводу о том, что спорный предварительный договор не является достоверным доказательством по делу и не может свидетельствовать о согласовании условий такого договора 05.04.2019.

При этом доводы ФИО2 о вероятностном и предположительном характере выводов эксперта подлежат отклонению, как необоснованные и не подтвержденные соответствующими доказательствами (статьи 9, 65 АПК РФ).

Учитывая выводы и исследовательскую часть экспертного заключения № 57-05/22, предварительный договор от 05.04.2019 изготовлен исключительно с целью формирования доказательственной базы для предъявления настоящего искового заявления.

Дополнительно, коллегия судей считает необходимым указать на недобросовестное процессуальное поведение истца в ходе рассмотрения настоящей апелляционной жалобы.

Так, определением от 25.01.2022 производство по делу в связи с назначением экспертизы приостановлено, ФИО2 определено в течение пяти рабочих дней (в срок до 26.01.2022) представить в материалы дела оригиналы предварительного договора купли-продажи недвижимости от 05.04.2019; досудебной претензии от 20.07.2020; соглашения об отступном от 31.10.2020 необходимых для исследования экспертом.

Неоднократно стороной истца заявлялось ходатайство о продлении срока представления в материалы дела обозначенных документов, мотивированное болезнью ФИО2, находящегося в г. Москва.

Определение исполнено только 24.02.2022.

Однако истцом 09.06.2022 представлен акт экспертного исследования от 15.02.2022 № 240/1-6, согласно которому предварительный договор от 05.04.2019 передан стороной истца (отцом ФИО2) на исследование эксперту в порядке внесудебного исследования на предмет возможности установления давности изготовления данного документа.

И только убедившись в том, что установить абсолютную давность исполнения подписей не представляется возможным, истец исполнил определение апелляционного суда, представив в материалы дела оригинал предварительного договора от 05.04.2019.

Ответчик также указывает и на отсутствие финансовой возможности у истца произвести выплату штрафа в размере 20 000 000 руб.

В подтверждение данных доводов апелляционным судом истребована соответствующая информация из кредитных организаций (выписки по расчетным счетам ФИО2 с 01.01.2020 по 31.10.2020).

Так, в материалах дела представлены выписки по расчетным счетам ФИО2 и ИП ФИО2 за период с 01.01.2020 по 31.10.2020 из акционерного общества «Райффайзенбанк» (Сибирский филиал АО), из акционерного общества «Альфа-Банк», из открытого акционерного общества «СКБ-банк», из публичного акционерного общества Банк ВТБ (ПАО), из публичного акционерного общества «Сбербанк России», из публичного акционерного общества ФК «Открытие», из анализа которых следует, что за обозначенный период по расчетным счетам либо отсутствует движение денежных средств, либо отсутствует снятие наличных денежных средств, зафиксировано только снятие наличных денежных средств по одному расчетному счету на сумму 62 260 руб. (в то время как, по утверждению истца и третьего лица, 15 000 000 руб. передавались ФИО2 именно наличными денежными средствами); переводов, как и пополнение счетов сопоставимых сумме 20 000 000 руб. не зафиксировано.

Более того, усматривается, что в этот же период истец получает заемные денежные средства. Указанное косвенно может свидетельствовать об отсутствии необходимых для выплаты по рассматриваемому договору штрафа накоплений наличных денежных средств у ФИО2

Ссылка истца на наличие дохода в 2018-2019г.г. порядка 40 млн.руб. не подтверждает факт наличия возможности у ФИО2 произвести выплату штрафа в отсутствие информации о расходах истца в этот же период.

Доводы о том, что наличные денежных средства в счет уплаты штрафа имелись по итогам заключения договора от 20.12.2018, в соответствие с которым ФИО2 продал принадлежащую ему долю в общей долевой собственности на объект недвижимости по адресу: <...> за 27 500 000 руб., не раскрыты перед судом в полной мере, поскольку не представлено сведений о расходных операциях в двух летний период, позволивших сохранить такую сумму денежных средств.

Кроме того, принимая во внимание положения пункта 1.3. договора от 20.12.2018 объект продажи обременен ипотекой в пользу залогодержателя ФИО11 по договору залога от 13.02.2017, порождающим на стороне продавца обязанность выплатить денежные средства, переданные при подписании договора по расписке в размере 10 000 000 руб.

К тому же обстоятельства отсутствия денежных средств также усматриваются из поведения самого ФИО2, использовавшего заемные денежные средства в своей деятельности, и не исполнившего решение Арбитражного суда Омской области от 03.07.2020 про делу № А46-2026/2020 о взыскании в пользу общества 15 850 000 руб. задолженности уплаченных денежных средств по недействительной сделке.

ИП ФИО3 в обоснование дальнейшего использования наличных денежных средств, полученных 31.10.2020 от ФИО2 привела выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество о приобретении двух квартир и парковочных мест по адресу: <...> дом. 5.

Однако, такие доказательства не могут свидетельствовать о последующем аккумулировании денежных средств в размере 15 000 000 руб. (5 000 000 руб. погашено ФИО2 путем подписания соглашения об отступном от 31.10.2020), поскольку из той же выписки следует, что квартира 133 - приобретена в ипотеку, то есть с использованием заемных денежных средств 11.03.2021 года (через пять месяцев после получения денег в виде штрафа), квартира 60 - приобретена по договору от 15.10.2020 № К0060-КК8-1/ДДУ до получения наличных денежных средств от ФИО2

Данные обстоятельства в совокупности образуют презумпцию противоправной цели совершения сделки, мнимости предварительного договора от 05.04.2019.

При этом презумпция противоправной цели совершения сделки может опровергнута истцом путем предоставления соответствующих доказательств.

Реализуя бремя доказывания истцу необходимо представить суду ясные и убедительные доказательств в подтверждение своих требований и возражений. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором. Изучению подлежит сама возможность исполнения сделки, ее реальности, фактической исполнимости.

Применительно к настоящему случаю, истцом такая презумпция не опровергнута, доказательств возможность исполнения сделки, ее реальности, фактической исполнимости не представлено.

Таким образом, исходя из изложенного, истец и третье лицо не стремились достигнуть определенных в предварительном договоре от 05.04.2019 правовых последствий, подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении предварительного договора купли-продажи.

Соответственно такие правоотношения ФИО2 и ФИО3 отвечают признакам мнимой сделки.

При таких обстоятельствах следует констатировать недоказанность истцом всей совокупности условий, необходимых для возложения на ответчика такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков, а потому в удовлетворении иска следовало отказать.

Таким образом, обжалуемое решение подлежит отмене.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на истца, в связи с отказом в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 269, частью 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Омской области от 21.10.2021 по делу № А46-7121/2021 отменить, принять новый судебный акт.

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Базис» (ИНН <***>, ОГРН <***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб., по оплате экспертизы в размере 65 000 руб.

Выплатить с депозитного счета Восьмого арбитражного апелляционного суда обществу с ограниченной ответственностью «Альтернатива» 65 000 руб., внесенные по чеку-ордеру от 11.01.2022 за проведение экспертизы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.


Председательствующий


Н.В. Тетерина


Судьи


Д.Г. Рожков

Ю.М. Солодкевич