Постановление от 26 августа 2025 г. по делу № А55-1819/2017

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

11АП-7683/2025

Дело № А55-1819/2017
г. Самара
27 августа 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21.08.2025.

Постановление в полном объеме изготовлено 27.08.2025.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Бессмертной О.А., судей Александрова А.И., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шляпниковой О.В.,

при участии в судебном заседании:

от арбитражного управляющего ФИО1 - представитель ФИО2, доверенность от 25.03.2025,

от ФИО3 - представитель ФИО4, доверенность от 01.04.2025,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2,

апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Самарской области от 23.05.2025 о завершении процедуры реализации имущества должника, неприменении в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении реализации имущества гражданина

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 01.02.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника по заявлению акционерного общества «Кошелев-Банк».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 22.05.2017 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО2.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23.11.2017 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации его имущества.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 21.05.2019 финансовым управляющим должника утвержден ФИО1.

От финансового управляющего должника поступило ходатайство о завершении реализации имущества должника без освобождении гражданина от заявленных обязательств (п.4. ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Должник представил в материалы дела отзыв, согласно которому он просит завершить процедуру реализации имущества и освободить его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при ведении реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 23.05.2025 завершена процедура реализации имущества в отношении ФИО3

Суд определил: не применять к ФИО3 правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

В апелляционной жалобе, должник ссылается на следующие обстоятельства:

судом не принято во внимание и не дана оценка довода о том, что принятые на себя обязательства должником были заключены для обеспечения исполнения обязательств юридических лиц;

отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами;

факт того, что должник длительное время не трудоустраивался, не может служить обстоятельством, влекущим неосвобождение от долгов;

судом не дана оценка доводам ФИО3 о том, каким образом совершенные правонарушения негативно повлияли на ход и результаты процедуры банкротства и повлекли нарушение прав его кредиторов;

сокрытие имущества в процедуре банкротства, в т.ч. автомобиля, не причинило нарушений прав кредиторов, поскольку все имущество было реализовано в процедуре банкротства;

факт признания сделок недействительными не является достаточным основанием для неприменения к должнику правила об освобождении от обязательств;

судом не раскрыто, какое именно содействие финансовому управляющему им не было оказано и какие это повлекло негативные последствия.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2025 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание на 21.08.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От арбитражного управляющего ФИО1 поступил отзыв на апелляционную жалобу, приобщенный к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель арбитражного управляющего ФИО1 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта - неосвобождение ФИО3 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу ч. 5 ст. 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части при отсутствии возражений.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" указано, что при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений от сторон не поступило.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Как следует из материалов дела, финансовый управляющий представил в дело ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника.

При этом, финансовый управляющий ходатайствовал о неприменении в отношении ФИО3 правил об освобождении от исполнения обязательств.

Суд первой инстанции, исходя из представленных финансовым управляющим документов, установил, что остаток задолженности по реестру требований кредиторов составляет 142 630 626,47 руб.

За 8 лет из конкурсной массы было выплачено 2 635 233,21 руб.

Погашение реестровой задолженности производилось частично.

Финансовым управляющим должника не установлено признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у гражданина-должника.

Восстановление платежеспособности должника невозможно по причине отсутствия дохода.

Возможность пополнить конкурсную массу отсутствует.

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения имущества должника и увеличения конкурсной массы, финансовым управляющим представлены не были.

Установив, что в ходе процедуры банкротства в полном объеме проведены все необходимые мероприятия в рамках процедуры реализации имущества должника, суд первой инстанции пришел к выводу о завершении процедуры реализации имущества ФИО3

При этом суд первой инстанции определил не применять в отношении ФИО3 правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, исходя из недобросовестности должника, поскольку последний будучи трудоспособным официально нигде не трудоустроен, источник своего дохода не раскрывает, доходы, полученные от аренды имущества не направил в конкурсную массу, привлечен к административной ответственности за воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего, сокрытие имущества в ходе процедуры банкротства (автомобиль марки, модель Audi Q7, VIN <***>).

Повторно рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта в части, в связи со следующим.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Судебный акт обжалуется в части не применения к должнику правил об освобождении гражданина от исполнения обязательств перед.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 №51 в случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и т.п.), суд вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 данной статьи.

Согласно абзацу второму пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если гражданин не представил необходимые сведения или представил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ) и целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" (далее - Постановление N 45), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на злостное уклонение от исполнения обязательств.

По общему правилу, закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правил об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.

Как разъяснено в пункте 42 Постановления N 45 целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Недобросовестное поведение должника должно быть подтверждено достаточными доказательствами.

В качестве одного из оснований для неосвобождения должника от обязательств перед кредиторами финансовый управляющий указывал на сокрытие должником источников своего дохода, отсутствие сведений об официальном трудоустройстве.

Должник полагал, что данный факт не может служить обстоятельством, влекущим неосвобождение от долгов.

Данный довод должника отклоняется судебной коллегией на основании следующего.

Так, согласно материалам дела с 2017 года, то есть в течение всей процедуры реализации имущества гражданина должник не был трудоустроен.

Данные обстоятельства повлекли дополнительные расходы за счет средств конкурсной массы, которые могли быть распределены между кредиторами, в том числе выплаты алиментов на сумму 2 518 982,21 руб., прожиточного минимума - 116 251 руб., коммунальных платежей - 312 431,50 руб.

Должник осуществлял сдачу в аренду квартиры, расположенной по адресу: <...>, а также квартиры, расположенной по адресу: <...>.

Полученную аренду плату в конкурсную массу не направлял.

Сдача в аренду квартиры, расположенной по адресу: <...> подтверждалась должником лично в судебных заседаниях, что зафиксировано посредством аудиозаписи. Должник пояснял, что вырученные средства он тратит на квартплату, однако, при реализации квартиры была выявлена задолженность ФИО3, оплаченная из конкурсной массы в размере 58 757,68 руб.

Сдача в аренду квартиры, расположенной по адресу: <...>, подтверждается письмом директора ТСЖ «Тихая Гавань-1» № 119 от 07.09.2021.

Доход от сдачи в аренду жилья в конкурсную массу также не поступал.

Коммунальные платежи должником не оплачивались, образовавшаяся задолженность ФИО3 была погашена из конкурсной массы в размере 312 431,50 руб.

Оплата всей задолженности по коммунальным платежам за счет конкурсной массы составила 371 189,18 руб.

Коммунальные платежи по квартире, являющейся единственным жильем, также были оплачены из конкурсной массы.

Таким образом, суд первой инстанции установил, что у ФИО3 имелись источники дохода, которые он скрывал от кредиторов, финансового управляющего и суда.

Также суд первой инстанции принял во внимание, что ФИО3, являясь трудоспособным лицом, не имел препятствий к осуществлению трудовой деятельности, инвалидом не признавался.

Однако с момента введения процедуры реализации имущества (23.11.2017) по настоящее время он официально не трудоустроен, на учете в Центре занятости населения не состоит, никаких мер по трудоустройству не принимал (за исключением непродолжительного периода работы в ООО ЗПУ «Квалитет», где 153 333 руб. он получил самостоятельно.

Согласно письму ООО «ЗТУ «Квалитет» № 3 от 28.08.2018 г., заработную плату в сумме 153 333 руб. ФИО3 получил самостоятельно, о факте трудоустройства и получения дохода финансовому управляющему не сообщил, полученные денежные средства присвоил, текущие платежи (алименты и коммунальные расходы) из данной суммы не оплатил.

ФИО3 уклонился от осуществления трудовой деятельности и получения регулярного дохода, за счет которого мог бы выплачиваться прожиточный минимум и алименты на содержание его детей.

Таким образом, суд первой инстанции полагал, что поведение должника не соответствует критериям добросовестности и разумности.

Согласно сведениям из ГКУ Самарской области «Центр занятости населения городского округа Самара» (справка № 2901 от 17.06.2019) ФИО3 не зарегистрирован в качестве безработного и пособие по безработице не получает.

Таким образом, из материалов дела следует, что должник избегал оплаты задолженности перед кредиторами, намеренно не трудоустраивался.

В деле отсутствуют доказательства о наличии источника дохода для проживаний должника, членов его семьи.

При этом, очевидно должник производил определенные расходы, необходимые для жизни и ведения дела о банкротстве (заявления, ходатайства и участие в заседаниях от имени должника осуществляли представители). Источники дохода при этом должником раскрыты не были.

Также в деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие о невозможности должника вести трудовую деятельность, наличие каких-либо заболеваний.

Исходя из изложенного, должник не был нацелен на снижение сумм обязательств перед кредиторами, в том числе путем устройства на любую оплачиваемую работу для уменьшения долговых обязательств.

Судом первой инстанции также учтено, что банкротство граждан по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

Обращаясь с апелляционной жалобой, должник ссылается на то, что само по себе отсутствие у должника трудоустройства, достаточного дохода для погашения обязательств перед кредиторами и неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке не подтверждает умысла должника на причинение им вреда и не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Действительно, в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конституция Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Бесспорных доказательств того, что должник целенаправленно не устраивается на работу, в материалы дела представлено не было (статья 65 АПК РФ).

Вместе с тем, судом первой инстанции данный довод был оценен в совокупности с иными установленными по делу обстоятельствами.

Так, судом было учтено, что отсутствие трудоустройства с 2017 года на протяжении всей процедуры реализации имущества гражданина привело к тому, что из конкурсной массы были израсходованы дополнительные денежные средства, которые могли быть распределены между кредиторами, в т.ч. выплаты алиментов на сумму 2 518 982,21 руб., прожиточного минимума - 116 251,00 руб., коммунальных платежей - 312 431,50 руб.

Кроме того, судом установлено, что у ФИО3 имелись источники дохода, которые он скрывал от кредиторов, финансового управляющего и суда.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение.

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно или недобросовестно, в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, выведению активов, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество, то, в силу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, эти обстоятельства лишают должника права на освобождение от долгов (пункт 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021)).

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан").

Судом первой инстанции также установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства получения должником согласия финансового управляющего на распоряжение имуществом и осуществления последним контроля за возможным получением дохода от передачи имущества в пользование третьим лицам.

Между тем, возмездное предложение должником своего имущества в пользование третьим лицам за плату в процедуре реализации имущества должника, в обход предусмотренной Законом о банкротстве процедуры управления имуществом должника, не раскрытое лицам, участвующим в деле о банкротстве, указывает на недобросовестность ФИО3

При этом отсутствие перечислений за аренду квартиры на счет должника, факта получения должником дохода, сокрытого от финансового управляющего и конкурсных кредиторов, не исключает.

Относительно довода о том, что должник привлечен к административной ответственности, однако, судом не дана оценка доводам ФИО3 о том, совершенные правонарушения негативно повлияли на ход и результаты процедуры банкротства и повлекли нарушение прав его кредиторов, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно материалам дела определением Арбитражного суда Самарской области от 09.08.2017 по делу №А55-1819/2017 удовлетворено ходатайство финансового управляющего об истребовании документов в процедуре реструктуризации долгов гражданина ФИО3

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.01.2018 по делу № А55-1819/2017 удовлетворено ходатайство финансового управляющего об истребовании документов и имущества в процедуре реализации имущества гражданина ФИО3

Решением Арбитражного суда Самарской области от 27.11.2017 по делу № А55-26240/2017 по заявлению прокуратуры ФИО3 привлечен к административной ответственности (п. 7 ст. 14.13 КоАП РФ - воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего).

Решением Арбитражного суда Самарской области от 08.05.2018 г. по заявлению прокуратуры ФИО3 повторно привлечен к административной ответственности (п. 7 ст. 14.13 КоАП РФ - воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего).

Указанные судебные акты вступили в законную силу.

Факты воспрепятствования деятельности арбитражного управляющего, установленные вышеуказанными судебными актами, не подлежат повторному доказыванию в силу пункта 2 статьи 69 АПК РФ.

В указанных судебных актах о привлечении ФИО3 к административной ответственности за его противоправные виновные деяния, отдельно указывалось на невозможность применения правил о малозначительности правонарушения. Статья 2.9 КоАП РФ не применялась по отношению к нему.

Таким образом, довод ФИО3 об отсутствии негативного влияния совершенных правонарушений на ход и результаты процедуры банкротства и отсутствие нарушения прав его кредиторов противоречит обстоятельствам дела.

Согласно части 7 статьи 14.13. КоАП РФ незаконное воспрепятствование индивидуальным предпринимателем или гражданином деятельности арбитражного управляющего, утвержденного арбитражным судом в деле о банкротстве индивидуального предпринимателя или гражданина, включая уклонение или отказ от предоставления информации в случаях, предусмотренных законодательством о несостоятельности (банкротстве), передачи арбитражному управляющему документов, необходимых для исполнения возложенных на него обязанностей, если эти действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемых деяний, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на граждан в размере от одной тысячи до трех тысяч рублей; на должностных лиц - от пяти тысяч до десяти тысяч рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до двух лет.

Согласно пункту 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве гражданин обязан предоставлять финансовому управляющему по его требованию любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения в течение пятнадцати дней с даты получения требования об этом.

Как разъяснено в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела. В случае когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления).

По смыслу абзацев седьмого и десятого пункта 1 статьи 20.3, пункта 7 и абзаца первого пункта 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве вправе запрашивать во внесудебном порядке у третьих лиц, а также у государственных органов и органов местного самоуправления сведения, необходимые для проведения процедур банкротства.

Объективная сторона правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 7 статьи 14.13. КоАП РФ, выражается в незаконном воспрепятствовании деятельности арбитражного управляющего, включая уклонение или отказ от предоставления информации в случаях, предусмотренных законодательством о несостоятельности (банкротстве), передачи арбитражному управляющему документов, необходимых для исполнения возложенных на него обязанностей. Таким образом, в предмет доказывания объективной стороны правонарушения входит не само по себе установление факта непередачи документов; необходимо доказать, как указанное обстоятельство отрицательно повлияло на проведение процедуры банкротства с выяснением вопроса о наличии документов в распоряжении гражданина и возможности их получения (восстановления).

Так, прокуратурой Советского района г. Самары было установлено, что незаконное воспрепятствовании гражданином деятельности арбитражного управляющего, утвержденного арбитражным судом в деле о банкротстве гражданина, в данном случае выражалось в уклонении или отказе от предоставления информации, передачи арбитражному управляющему документов, необходимых для исполнения возложенных на него обязанностей.

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о недобросовестности поведения должника и о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед его кредиторами.

Исходя из установленного законодателем условия применения механизма освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, следует отметить, что освобождение должника от исполнения обязательств не является правовой целью банкротства гражданина, напротив данный способ прекращения исполнения обязательств должен применяться в исключительных случаях.

Должником выражается исключительно несогласие с правовой оценкой его действий и бездействий, а также отказа от сотрудничества.

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы ФИО3 не приведено ни одного довода о том, как и каким-либо образом он содействовал в проведении процедуры, сокращении издержек и сроков, пытался минимизировать негативные последствия, которые понесли кредиторы в связи с неисполнением им взятых на себя обязательств.

В силу абзаца 2 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина.

Недобросовестное поведение гражданина исключает возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности посредством процедуры банкротства.

Довод апелляционной жалобы о том, что принятые должником обязательства были заключены для обеспечения исполнения обязательств юридических лиц, подлежит отклонению на основании следующего.

Оценивая платежеспособность поручителя, Банк, в первую очередь, формировал свое волеизъявление непосредственно на принятие соответствующего обеспечения, а не на выдачу самого кредита, по которому заемщиком выступало юридическое лицо, финансовые показатели деятельности которого также оценивались при принятии решения о предоставлении заемных денежных средств.

Должник, принимая на себя обязательства, связанные с поручительством по кредитованию подконтрольных ему групп компаний, должен был отдавать себе отчет в предпринимательских рисках, единолично распоряжаясь полученными денежными средствами.

ФИО3 являлся бенефициаром и лицом, распоряжавшимся финансовыми потоками подконтрольных организаций.

Процедура банкротства в отношении должника возбуждена 01.02.2017. Период возникновения задолженности, которая была включена в последующем в реестр требований кредиторов должника - 2016 год.

В период неплатежеспособности подконтрольных юридических лиц ФИО3 совершались сделки по выводу собственного недвижимого имущества на родственников с целью уклонения от исполнения принятых на себя обязательств, что подтверждается следующими судебными актами.

Так, постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2018 по делу № А55-1819/2017 договор купли-продажи жилого помещения от 06.05.2016 г. признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде возврата квартиры, площадью 61,5 кв.м., этаж 2, адрес объекта: <...>, кадастровый номер: 63:01:0405003:2027 в собственность ФИО3

Признавая сделку недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 10 ГК РФ, суд установил, что ФИО3, являвшийся учредителем и руководителем ООО «Комплект-Сервис» и ЗАО «Самарский фланцевый завод» в период их фактической неплатежеспособности переоформил вышеуказанную квартиру на заинтересованное лицо - ФИО5, являющуюся матерью его супруги ФИО6

Судом было установлено, что сделка совершена по заниженной стоимости, при этом ФИО5 какой-либо оплаты по договору не производила.

Также постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2018 по делу № А55-1819/2017 признана недействительной сделка от 27.04.2016 заключенная между ФИО3 и ФИО7 по купле-продаже квартиры, применены последствия недействительности сделки в виде возврата квартиры, площадью 152.30 кв.м., этаж 5, адрес объекта: <...>, в собственность ФИО3

На момент совершения оспариваемой сделки, должник являлся учредителем и директором ООО «Комплект-Сервис».

Решением Арбитражного суда Самарской области от 07.11.2016г. по делу А55-20055/2016 ООО «Комплект-Сервис» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника. Директором Общества являлся ФИО3

Общество имело кредитный договор <***> от 17.09.2014г.; кредитный договор <***> от 26.08.2015г.

В обеспечение обязательств по ним с ФИО3 были заключены договора поручительства №ДП-14-020-309 от 17.09.2014г. в редакции дополнительного соглашения №1 от 26.12.2014г., заключенный в обеспечение обязательств ООО «Комплект-Сервис» по кредитному договору <***> от 17.09.2014г.; договор поручительства №ДП-15-065-8 от 26.08.2015г. в редакции дополнительных соглашений №1 от 26.05.2016г. и №2 от 27.06.2016г., заключенный в обеспечение обязательств ООО «Комплект-Сервис» по кредитному договору <***>- 065 от 26.08.2015г.; договор поручительства №ДП-14- 019-105 от 17.09.2014г. в редакции дополнительного соглашения №1 от 26.12.2014г., заключенный в обеспечение обязательств ЗАО «САМАРСКИЙ ФЛАНЦЕВЫЙ ЗАВОД» по кредитному договор <***> от 17.09.2014г.

Согласно выписке по лицевому счету основного заемщика - ООО «КомплектСервис», начиная с июня 2015 года образовалась первая просрочка оплаты по договорам.

Начиная с марта 2016 г., т.е. за 2 месяца до совершения оспариваемой сделки, за ООО «Комплект-Сервис» образовалась непрерывная просроченная задолженность, что также подтверждается выписками по лицевому счету.

Таким образом, установлено, что ФИО3 был осведомлен о неудовлетворительном финансовом состоянии ООО «Комплект-Сервис».

На момент совершения оспариваемой сделки ФИО3 являлся поручителем по обязательствам ООО «Комплект-Сервис» перед ПАО «Промсвязьбанк» и АО «Кошелев Банк», суммарная задолженность перед которыми составила более 250 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области по делу № А55-1819/2017 от 15.08.2017 в реестр требований кредиторов ФИО3 включены требования кредитора ПАО Банк ФК Открытие в сумме 1 454 366,12 руб., за период задолженности за 2014г.

Таким образом, ФИО3 обладал признаками неплатежеспособности, начиная с 2014 г.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 18.05.2017 в реестр требований кредиторов должника ФИО3 включены требования кредитора АО «Кошелев Банк» в сумме 174 256 201,95 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09.08.2017 в реестр требований кредиторов должника ФИО3 включены требования ПАО «Промсвязьбанк» в сумме 88 903 941,62 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 11.08.2017 г. в реестр требований ФИО3 включены требования ООО ТД «Самара-Ойл» в сумме 1 761 451,29 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.08.2017 в реестр требований кредиторов должника включены требования ФНС России в сумме 87 787,62 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.08.2017 в реестр требований кредиторов должника включены требования ПАО Банк ФК Открытие в сумме 1 454 366,12 руб.

Таким образом, судом установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе с наступившими к моменту заключения договора купли-продажи, сроком исполнения.

Указанные обстоятельства подтверждают, что ФИО3 как поручитель сознательно стремился избежать исполнения своих обязательств перед кредиторами. Необходимость оспаривания сделок, совершенных должником, привела к затягиванию процедуры и финансовым потерям для кредиторов.

Довод апелляционной жалобы о том, что судом не принято во внимание и не дана оценка того, что принятые на себя обязательства должником были заключены для обеспечения исполнения обязательств юридических лицо подлежит отклонению, поскольку противоречит установленным по делу обстоятельствам.

ФИО3 получал денежные средства по кредитным договорам, т.к. являлся руководителем и бенефициаром юридических лиц - заемщиков.

Должник, принимая на себя обязательства, связанные с поручительством по кредитованию подконтрольных ему групп компаний, должен был отдавать себе отчет в предпринимательских рисках, единолично распоряжаясь полученными денежными средствами. В отзыве умалчивается, что ФИО3 являлся бенефициаром и лицом, распоряжавшимся финансовыми потоками подконтрольных организаций. Куда были направлены полученные по кредитам денежные средства, не раскрывается.

Процедура банкротства в отношении должника возбуждена 01.02.2017 г. Период возникновения задолженности, которая была включена в последующем в реестр требований кредиторов должника - 2016 год.

В период неплатежеспособности подконтрольных юридических лиц ФИО3 совершались сделки по выводу собственного недвижимого имущества на родственников с целью уклонения от исполнения принятых на себя обязательств.

Указанные обстоятельства подтверждены судебными актами.

Таким образом, вопреки позиции апеллянта суд первой инстанции пришел к верному выводу, что при возникновении долга по договорам поручительства ФИО3 действовал недобросовестно, предпринимал действия по сокрытию имущества.

Также судом первой инстанции установлено, что ФИО3 в процедуре банкротства было скрыто имущество, в том числе автомобиль. Передача последнего в конкурсную массу была осуществлена против воли должника службой судебных приставов (акт ОСП Октябрьского района г. Самара о произведении описи и ареста транспортного средства от 28.1 1.2018).

Довод апелляционной жалобы об отсутствии причинения вреда кредиторам должника совершенными и оспоренными в судебном порядке сделками ввиду поступления оспоренного имущества в конкурсную массу подлежит отклонению на основании следующего.

Так, постановлениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2018 г. (резолютивная часть) отменены Определения Арбитражного суда Самарской области по делу № А55-1819/2017 от 28.09.2017, приняты новые судебные акты, признаны недействительными следующие сделки должника:

1. Договор купли-продажи жилого помещения от 06.05.2016 г., совершенный между ФИО3 и ФИО5, предмет договора: квартира, площадью 61,5 кв. м., этаж 2, адрес объекта: <...>, кадастровый номер 63:01:0405003:2027. Цена договора - 1 700 000 (Один миллион семьсот тысяч) руб.

2. Договор купли-продажи жилого помещения от 27.04.2016 г., совершенный между ФИО3 и ФИО7, предмет договора: квартира, площадью 152,30 кв. м., этаж 5, адрес объекта: <...>, кадастровый номер 63:01:0256001:710. Цена договора - 1 000 000 (Один миллион) руб. Применены последствия недействительности сделок.

Постановлениями арбитражного суда Поволжского округа от 26.06.2018 г. и 28.06.2018 г. постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного, суда от 06.04.2018 г., которыми отменены определения Арбитражного суда Самарской области от 28.09.2017 г. по делу № А55-1819/2017 оставлены без изменения.

Финансовым управляющим были приняты меры по регистрации права собственности должника на объекты недвижимости.

Также финансовым управляющим направлялось заявление об оспаривании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: г. Самара, Промышленный район, ул. Солнечная, д. 28, кв.82 от 10.08.2021 г.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.04.2022 по делу № А55-1819/2017 по делу № А55-1819/2017 признан недействительным договор дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 10.08.2021 г., заключенный между ФИО6 и ФИО5

Применены последствия недействительности сделки путем возврата в конкурсную массу должника -ФИО3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру общей площадью 61,5 кв.м., этаж 2, находящуюся по адресу: г. Самара, Промышленный район, ул. Солнечная, д. 28, кв.82, кадастровый номер 63:01:0405003:2027.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2022 г. по делу № А55-1819/2017 определение Арбитражного суда Самарской области от 20.04.2022 по делу №А55-1819/2017 отменено в части применения последствий недействительности сделки.

В указанной части принят новый судебный акт. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО6 в собственность доли в праве общей долевой собственности на квартиру кадастровый номер 63:01:0405003:2027, общей площадью 61,5 кв.м., этаж 2, расположенную по адресу: г. Самара, Промышленный район, ул. Солнечная, д. 28, кв. 82. В остальной части определение Арбитражного суда Самарской области от 20.04.2022 оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа по делу № А55-1819/17 11.10.2022 постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2022 по делу № А55-1819/2017 оставлено без изменения.

Судами установлено, что спорная квартира является общим имуществом ФИО3 и ФИО6 и должна реализовываться как единый объект в процедуре банкротства ФИО3 в соответствии с положениями п. 7. ст. 213.26 Закона о банкротстве.

ФИО6 на протяжении года уклонялась от принятия доли в квартире и государственной регистрации права собственности на нее в Росреестре.

В целях принудительного исполнения постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2022 по делу №А55-1819/2017 финансовому управляющему Арбитражным судом Самарской области был выдан исполнительный лист серия ФС № 039909755 от 12.04.2023 г. по делу № А55-1819/2017, направленный в службу судебных приставов.

После этого УФРС по Самарской области было зарегистрировано право собственности на квартиру за ФИО6 только 03.08.2023.

На протяжении рассмотрения обособленного спора об оспаривании сделки должник поддерживал позицию ФИО6, указывал на законность договора дарения.

ФИО3 и ФИО6 с учетом совместного проживания и ведения совместного хозяйства (установлено Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2021 г. по делу № А55-1819/2017) связаны общими экономическими интересами и сознательно уклонялись от взятых на себя должником обязательств перед кредиторами.

Действиями по незаконному отчуждению квартиры по адресу: <...>, и последующему уклонению от оформления права собственности кредиторам должника был причинен вред кредиторам в связи с затягиванием процедуры и, как следствие, финансовыми потерями.

Согласно пункту 60 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан" (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025) в процедурах банкротства гражданин-должник обязан представить информацию о своем финансовом положении, в том числе сведения о своем имуществе с указанием местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Исключение могут составлять случаи, когда должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее представить либо ввиду его добросовестного заблуждения относительно ее значимости для решения вопросов банкротства.

Если должник при возникновении или исполнении обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение от долгов, что указывается судом в судебном акте. По этому же основанию не допускается и освобождение гражданина от обязательств по завершении процедуры внесудебного банкротства гражданина (пункт 2 статьи 223.6 Закона о банкротстве).

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

При этом, поскольку процедура банкротства осуществляется под контролем суда, он должен обеспечить соблюдение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, по общему правилу разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве) и зависит, как уже отмечалось, от добросовестности должника.

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее по тексту - Постановление № 45), согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце.

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу, закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение защиты интересов кредиторов.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

Институт банкротства - это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались.

При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее по тексту - Постановление №25)).

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте.

По этому же основанию не допускается и освобождение гражданина от обязательств по завершении процедуры внесудебного банкротства гражданина (пункт 2 статьи 223.6 Закона о банкротстве).

По общему правилу, закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение защиты интересов кредиторов.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

В силу части 3 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В абзацах 3 и 4 пункта 1 постановления №25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (в частности сокрытие или умышленное уничтожение имущества), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении него правила об освобождении от исполнения обязательств.

Доводы, приведенные ФИО3 в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, так как указанных выводов суда первой инстанции не опровергают, не свидетельствуют о допущении судом нарушений норм материального и процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, и, по сути, сводятся к несогласию заявителя жалобы с результатами указанной оценки суда, фактически дублируют доводы, приводимые им в суде первой инстанции и получившие оценку со стороны суда.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на заявителя жалобы.

Однако в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации ФИО3 освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы, в связи с чем уплаченная им государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы в размере 10 000 руб. подлежит возврату из федерального бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 23.05.2025 по делу № А55-1819/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Возвратить ФИО3 государственную пошлину, уплаченную за рассмотрение апелляционной жалобы чеком по операции от 23.06.2025, в размере 10 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий О.А. Бессмертная


Судьи А.И. Александров


Е.А. Серова