Постановление от 20 сентября 2023 г. по делу № А60-63085/2022

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-9270/2023-АК
г. Пермь
20 сентября 2023 года
Дело № А60-63085/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 сентября 2023 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Гладких Е.О.,

судей Даниловой И.П., Макарова Т.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

представителя истца ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» и третьего лица ФИО2- ФИО3 (доверенности от 23.06.2023, 05.05.2022),

представителей ответчика арбитражного управляющего ФИО4- ФИО5, ФИО6 (доверенность от 03.04.2023)

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, общества с ограниченной ответственностью «ДОЗ-Тагилстроевский», на решение Арбитражного суда Свердловской области от 22 июня 2023 года по делу № А60-63085/2022,



установил:

определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДОЗ – ТАГИЛСТРОЕВСКИЙ».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.02.2021 заявление ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 16 по Свердловской области о признании общества с ограниченной ответственностью «ДОЗ – ТАГИЛСТРОЕВСКИЙ» (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным в отношении должника введена процедура наблюдения до 31.05.2021.

Решением арбитражного суда Свердловской области от 27.07.2021 по делу № А60-57812/2020 общество с ограниченной ответственностью «ДОЗ – Тагилстроевский» (ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства.

Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4, член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определением от 12.10.2022 производство по делу о банкротстве Общества с ограниченной ответственностью «ДОЗ – Тагилстроевский» прекращено.

В Арбитражный суд Свердловской области поступило исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «ДОЗ-Тагилстроевский» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к конкурсному управляющему ФИО4 о взыскании убытков, с учетом уточнения требований, в сумме 2 099 558,34 руб.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22 июня 2023 года в удовлетворении искового заявления отказано; с общества с ограниченной ответственностью «ДОЗ-Тагилстроевский» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 33 334 руб.; обществу с ограниченной ответственностью «ДОЗ-Тагилстроевский» с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области возвращены денежные средства в размере 83 000 руб., перечисленные на экспертизу по платежному поручению от 02.05.2023 № 4.

Не согласившись с постановленным судебным актом, истец ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» обратился с апелляционной жалобой, в соответствии с которой просит решение Арбитражного суда Свердловской области от 22 июня 023 года в обжалуемой части отменить; принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что решение суда первой инстанции вынесено с грубыми нарушениями закона. Практически все доводы истца оставлены без внимания и оценки. Доказательствам, представленным истцом, не дана надлежащая оценка. Выводы, которые суд сделал, являются немотивированными и полностью несоответствующими материалам дела и фактическим обстоятельствам.

В частности указал на то, что суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства того: действительно ли ФИО4 получил требование от ФИО7 о привлечении оценщика до даты его привлечения, так как материалы дела не содержат таких доказательств, и при этом суд не запросил у ответчика дополнительных доказательств; действительно ли ИП ФИО8 оказывала юридические услуги для ФИО4, поскольку материалы дела не содержат каких-либо доказательств того, что услуги были оказаны, а в назначении экспертизы суд необоснованно отказал; суд первой инстанции не установил нарушения ФИО4, допущенные при проведении процедуры банкротства, которые могли бы быть основанием для снижения размера вознаграждений.

Суд первой инстанции неверно счел доказанным получение ФИО4 требования от ФИО7 о привлечении оценщика до даты привлечения оценщика; неверно счел доказанным, что стоимость оплаты услуг кадастрового инженера является рыночной и то, что указанные услуги были необходимы для завершения процедуры банкротства; совокупность доказательств и обстоятельств не достоверно подтверждают то, что ИП ФИО8 оказывала услуги для ФИО4, следовательно, обстоятельство не является доказанным.

Суд неверно сделал вывод о том, что истец не оспаривает, что процессуальные документы, составленные ИП ФИО8, находятся в деле о банкротстве. Истец, наоборот, неоднократно сообщал, что такие документы отсутствуют.

Суд первой инстанции неверно применил нормы материального права, а именно, положения статей 63-66 Закона о банкротстве, поскольку указал, что у ФИО4 имелась возможность привлечь специалиста для составления финансового анализа должника в период процедуры наблюдения, и что закон о банкротстве ему этого не запрещает; нарушил нормы процессуально права в части неприменения положений ст. 161 АПК РФ, не проверив документы, о фальсификации которых было заявлено; нарушил положения, установленные ст. 170 АПК РФ, поскольку ни один из доводов истца не отражены в судебном акте. Мотивы, по которым суд сделал выводы, не указаны в решении, что также является нарушением ст. 170 АПК РФ; неверно применил нормы права, согласно которым, управляющий вправе привлечь оценщика только после получения такого требования от кредиторов.

Также текст апелляционной жалобы истца содержит ходатайство о фальсификации доказательств, представленных ответчиком.

До начала судебного заседания от Ассоциации Евросибирской саморегулируемой организации арбитражных управляющих поступил отзыв на апелляционную жалобу, просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать в полном объеме.

От арбитражного управляющего ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. В представленной письменной позиции по ходатайству истца о назначении экспертизы давности изготовления документа указал на то, что, в случае если такое ходатайство истцом будет завялено, он возражает против его удовлетворения, поскольку проведение экспертизы (с учетом особенностей методики исследования) не позволит получить однозначный ответ о том, являются ли спорные доказательства фальсифицированными.

От третьего лица ИП ФИО9 поступил отзыв на апелляционную жалобу, просит решение Арбитражного суда Свердловской области от 22 июня 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу- без удовлетворения.

От третьего лица ФИО2 поступило ходатайство о назначении по делу судебной технической экспертизы документа.

От истца поступило заявление о частичном отказе от исковых требований.

ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» отказывается от требований в части взыскания с ФИО4 убытков в размере: 18 000 руб.- за перечисление в пользу Ассоциации «МСО» за экспертизу отчета по договору; 120 102,93 руб.- за необоснованное перечисление в свою пользу в качестве возмещения расходов по делу о банкротстве; 59 600 руб. – как излишне полученное дополнительное (процентное) вознаграждение временного управляющего; 33 709,68 руб.- как излишне полученное вознаграждение временного управляющего; 82 290,35 руб.- как излишне полученное вознаграждение конкурсного управляющего; 363 845,38 руб.- как излишне полученное вознаграждение в виде дополнительного вознаграждения (процентов) конкурсного управляющего; 440 000 руб.- за необоснованную оплату налога.

Истец поддерживает требования о взыскании убытков в сумме 982 000 руб., из которых: 100 000 руб.- за необоснованное перечисление в пользу ООО «НОТА ГРУПП» за оценку имущества должника; 30 000 руб.- за перечисление в пользу ИП ФИО9 за оказание содействия по подготовке анализа финансового состояния; 182 000 руб.- за перечисление в свою пользу в качестве оплаты возмездного оказания юридических услуг; 280 000 руб. за перечисление в пользу ИП ФИО10 за кадастровык работы; 390 000 руб.- за перечисление в пользу ИП ФИО9 за оказание бухгалтерских услуг.

В судебном заседании представитель истца- ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» и третьего лица ФИО2- ФИО3, действующий на основании доверенностей от 23.06.2023 и от 05.05.2022 соответственно, ходатайства о частичном отказе от исковых требований, о назначении по делу экспертизы, а также доводы апелляционной жалобы поддержал. Просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым требования истца удовлетворить.

Представители ответчика арбитражного управляющего ФИО4- ФИО6, ФИО5, действующие на основании доверенности от 03.04.2023, против принятия частичного отказа от исковых требований не возражали; против доводов апелляционной жалобы возражали, решение суда первой инстанции считают законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу- без удовлетворения. Вопрос о назначении экспертизы оставили на усмотрение суда.

Заявленное третьим лицом ходатайство о назначении по делу судебной технической экспертизы документа рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 159 АПК РФ, и отклонено ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 82 АПК РФ. Апелляционная коллегия пришла к выводу об отсутствии необходимости разрешения вопросов, требующих специальных знаний, с учетом пункта 1 статьи 64 АПК РФ, наличия доказательств, позволяющих рассмотреть спор по существу, их достаточности.

В соответствии с частью 2 статьи 49 АПК РФ истец праве при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

При решении вопроса о возможности принятия частичного отказа от заявленных требований суд апелляционной инстанции установил, что такой отказ не противоречит требованиям закона и не нарушает права и интересы иных лиц, в связи с чем, суд, руководствуясь статьей 49 АПК РФ, находит его подлежащим удовлетворению.

В этой части производство по заявлению ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» о взыскании с арбитражного управляющего убытков в размере 1 117 558,34 руб. подлежит прекращению на основании пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Сам по себе факт неудовлетворения либо неполного удовлетворения в ходе конкурсного производства требований кредитора не свидетельствует о причинении заявителю убытков именно действиями исполняющего обязанности конкурсного управляющего должника.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла статей 124 и 127 Закона о банкротстве цель конкурсного производства заключается в формировании конкурсной массы, ее реализации и последующем удовлетворении требований кредиторов.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 11 Информационного письма № 150, под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками, вину причинителя вреда.

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий исключает возможность применения ответственности в виде убытков и влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований об их возмещении.

Положениями пункта 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, определением суда от 24.12.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДОЗ – ТАГИЛСТРОЕВСКИЙ».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.02.2021 заявление ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 16 по Свердловской области о признании общества с ограниченной ответственностью «ДОЗ – ТАГИЛСТРОЕВСКИЙ» (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения до 31.05.2021.

Решением арбитражного суда Свердловской области от 27.07.2021 по делу № А60-57812/2020 общество с ограниченной ответственностью «ДОЗ – Тагилстроевский» (ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства.

Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4, член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определением от 12.10.2022 производство по делу о банкротстве Общества с ограниченной ответственностью «ДОЗ – Тагилстроевский» прекращено.

ФИО2 является единственным участником должника, а также кредитором должника. ФИО2 после передачи ему 12.09.2022 конкурсным управляющим должника сведений о расходовании денежных средств должника установил, что конкурсный управляющий необоснованно растратил денежные средств, причинив убытки конкурсной массе должника.

При указанных обстоятельствах, истец обратился в суд с рассматриваемым заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО4 убытков.

Суд первой инстанции, рассмотрев настоящий спор, не установил оснований для взыскания с арбитражного управляющего ФИО4 убытков.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, заслушав участвующих в деле лиц, проанализировав нормы материального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены принятого судебного акта в связи со следующим.

Обращаясь с исковыми требованиями о взыскании с управляющего убытков, истец ссылается на отсутствие необходимости в привлечении оценщика - Общества «НОТА ГРУПП» и необоснованность перечислений за его услуги 100 000 руб.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что привлечение оценщика инициировано одним из конкурсных кредиторов (ФИО7) в виду следующих обстоятельств:

В рамках дела о банкротстве Общества «ДОЗ-Тагилстроевский» кредитор и участник должника (ФИО2), не оспаривая решение собрания кредиторов об утверждении начальной стоимости имущества, обратился в суд с заявлением о разрешении разногласий относительно порядка реализации имущества, мотивируя свое заявление тем, что рыночная стоимость имущества составляет 48 097 583,55 руб. (при том, что ранее по признанной судом недействительной сделке между ООО «НТ-ДОЗ» и ООО «ДОЗ-Тагилстроевский», конечным бенефициаром которых является ФИО2, имущество отчуждалось по цене 9 340 100 руб., в то время как по итогам проведенной судом повторной экспертизы стоимость объекта определена в размере 11 050 000 руб., по результатам первоначальной экспертизы стоимость объекта составляла 41 251 000 руб.).

На основании договора от 16.11.2021№ 60-11/2021 должнику оказаны услуги по оценке принадлежащего ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» объекта недвижимости – помещение, назначение- нежилое, общая площадь- 1334,3 кв.м, этаж №1, расположенное по адресу: <...>, кадастровый (или условный) номер: 66:56:0203001:6005.

Указанное помещение включено в конкурсную массу на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 16.03.2018 по делу А60-18897/2012, которым признана недействительной сделка между ООО «НТ-ДОЗ» и ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» от 17.02.2017 по приобретению в собственность названного помещения, применены последствия в виде возврата данного помещения в пользу ООО «ДОЗ-Тагилстроевский».

На балансе должника на момент возбуждения дела о банкротстве помещение отражено не было, балансовой стоимости не имело.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу, что, в части определения рыночной стоимости имущества (с указанием в качестве рыночной цены стоимости, отвечающей интересам бенефициара в каждом конкретном случае), установление начальной цены продажи именно на основании отчета независимого оценщика требовалось не только для выставления имущества на торги по актуальной рыночной цене, но и во избежание споров относительно порядка продажи.

При этом, учитывая положения пункта 4.5 Порядка разграничения полномочий уполномоченного органа по представлению интересов Российской Федерации как кредитора в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, между центральным аппаратом ФНС России и территориальными органами ФНС России (утв. Приказом ФНС России от 03.10.2012 № ММВ-7-8/663@), суд первой инстанции отметил, что с учетом состава реестра кредиторов (подавляющая часть голосов в котором принадлежала уполномоченному органу), наличие требования уполномоченного органа о привлечении независимого оценщика в данном случае также подразумевается.

На основании договора от 20.05.2022 № 29-05/2022 должнику оказаны услуги по оценке права пользования принадлежащим ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» недвижимым имуществом.

Как верно указал суд первой инстанции, необходимость в получении соответствующей информации обусловлена наличием у должника оснований для истребования платы за пользование имуществом за период с момента вступления в законную силу определения Арбитражного суда Свердловской области от 16.03.2018 по делу А60-18897/2012 до даты реализации имущества с торгов в ходе процедуры в рамках дела № А60-57812/2020.

Так, определение о применении последствий недействительности сделки между ООО «НТ-ДОЗ» и ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» о возврате имущества в собственность должника фактически было исполнено в сентябре 2021 года в результате действий конкурсного управляющего, в течение всего этого времени вплоть до реализации имущество фактически использовалось ИП ФИО2

Письмом от 09.11.2021 № 19-15/27970@, направленным в адрес управляющего, уполномоченный орган указал на необходимость принятия мер по истребованию платы за пользование помещениями (неосновательного обогащения) в целях пополнения конкурсной массы.

Таким образом, привлечение оценщика вызвано необходимостью последующего предъявления иска в адрес пользователя в целях пополнения конкурсной массы, то есть услуги оценщика требовались для достижения целей процедуры банкротства (однако такой иск впоследствии подан не был в связи с обращением участника должника с ходатайством о прекращении дела о банкротстве).

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что действия управляющего в части привлечения им оценщика не имеют признака противоправности, что исключает возможность взыскания убытков.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в данной части.

При этом суд апелляционной инстанции отклоняет доводы истца о том, что конкурсный управляющий обладает необходимым объемом знаний и навыков для самостоятельного определения начальной цены реализации недвижимого имущества и не вправе привлекать независимого оценщика кроме как в случаях, прямо предусмотренных законом.

Действующим законодательством установлены случаи обязательного привлечения оценщика, однако не предусмотрен запрет на его привлечение в иных случаях, если такая необходимость обусловлена целями конкурсного производства.

Обязанность арбитражного управляющего действовать разумно, добросовестно, в интересах должника и кредиторов предполагает необходимость совершения любых (в том числе прямо не предусмотренных законом действий), имеющих целью максимальное пополнение конкурсной массы.

Как указывает арбитражный управляющий, в данном случае определение начальной цены продажи недвижимого имущества с привлечением специалиста оценщика было обусловлено наличием в рамках нескольких дел о банкротстве истца кардинально различных результатов оценки имущества.

Так, первоначально имущество являлось предметом сделки (признанной впоследствии недействительной) между истцом и ООО «НТ-ДОЗ» по цене 9 340 000 руб., первоначальная экспертиза о рыночной цене имущества установила стоимость 41 251 000 руб. (данный результат активно оспаривался единственным участником истца), повторная экспертиза установила стоимость 11 050 000 руб., а в рамках дела о банкротстве А60-57812/2020 при разрешении разногласий относительно порядка реализации имущества единственный участник истца настаивал на том, что цена имущества составляет 48 097 583,55 руб.

Единственный участник должника (истца) в ходе проведения процедур банкротства занимал различные позиции по вопросу о стоимости объекта (зависящие исключительно от его целей на конкретный момент времени).

В таких условиях арбитражный управляющий обязан был обеспечить максимально объективную оценку стоимости имущества, что требовало привлечения независимого оценщика.

Материалами дела подтверждается наличие обращения одного из кредиторов (ФИО7, размер требований которой составлял 4,45 % от общей суммы реестра) о необходимости привлечения оценщика, кроме того, основным кредитором должника являлся уполномоченный орган, который в соответствии 4.5 Порядка разграничения полномочий уполномоченного органа по представлению интересов Российской Федерации как кредитора в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, между центральным аппаратом ФНС России и территориальными органами ФНС России (утв. Приказом ФНС России от 03.10.2012 № ММВ-7-8/663@) обязан требовать привлечения независимого оценщика для оценки недвижимого имущества должника – следовательно, у конкурсного управляющего в любом случае имелась обязанность привлечь оценщика.

Истец считает, что привлечение оценщика для определения размера подлежащей взысканию в пользу должника платы за пользование имуществом не требовалось, поскольку дебитором истца являлся ИП ФИО2 (он же – кредитор, чьи требования учтены в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), следовательно, после полного погашения требований реестра за счет выручки от продажи здания дальнейшие мероприятия конкурсного производства не оправданны целями процедуры банкротства. Кроме того, истец отмечает, что требование о проведении оценки от кредиторов управляющему не поступало.

Данные доводы истца не могут быть приняты во внимание.

В данном случае предметом оценки выступало не имущество (имущественные права) должника, подлежащие реализации, а размер платы за пользование имуществом должника, который необходимо было установить для обращения в суд за взысканием неосновательного обогащения.

Обязанность собирать доказательства, обосновывающие размер требований, предусмотрена положениями ст. 65 АПК РФ, вследствие чего управляющий и привлек специалиста-оценщика для определения размера неосновательного обогащения.

Ссылка на отсутствие необходимости сбора доказательств для судебной защиты интересов должника в условиях полного погашения требований реестра, не основана на нормах закона. В течение всего срока проведения процедуры конкурсного производства до момента завершения или прекращения процедуры, арбитражный управляющий обязан предпринимать действия, направленные на пополнение конкурсной массы. Совпадение дебитора и учитываемого за реестром кредитора, чьи требования не были погашены, не отменяет необходимости установить реальный размер встречных денежных обязательств для их последующего исполнения или прекращения зачетом, иной подход мог бы привести к причинению должнику убытков.

Как указывает арбитражный управляющий, предметом спорных правоотношений между ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» и ИП ФИО2 являлась оплата пользования имуществом, которая производилась пользователем из расчета 70 000 руб. в месяц, в то время как оценщиком установлено, что рыночный размер платы должен составлять не менее 260 000 руб. в месяц – очевидно, что невыполнение управляющим действий по определению размера подлежащей взысканию в пользу должника дебиторской задолженности интересам должника противоречило.

Таким образом, привлечение ООО «НОТА-ГРУПП» соответствовало целям конкурсного производства.

Отказывая в удовлетворении требования истца о взыскании с арбитражного управляющего убытков за перечисление в пользу ИП ФИО9 30 000 руб. за оказание содействия по подготовке анализа финансового состояния, суд первой инстанции исходил из следующего.

Необходимость проведения финансового анализа общества обусловлена требованиями статьи 67 Закона о банкротстве.

Пункт 1 статьи 67 Закона о банкротстве возлагает на временного управляющего обязанность провести в процедуре наблюдения анализ финансового состояния должника, определить наличие (отсутствие) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства.

По правилам статьи 70 Закона о банкротстве анализ финансового состояния должника проводится в целях определения достаточности принадлежащего должнику имущества для покрытия расходов в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражным управляющим, а также в целях определения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника в порядке и в сроки, которые установлены названным Законом.

Анализ финансового состояния должен быть информативным, предназначенным для информирования суда и лиц, участвующих в деле о банкротстве, о текущем финансово-хозяйственном положении должника и позволяющим заинтересованным лицам составить обоснованное (учитывающее конкретные значимые факты хозяйственной жизни должника) мнение о необходимости и перспективах введения той или иной процедуры банкротства в отношении него. Анализ финансового состояния должника проводится в соответствии с Правилами проведения арбитражным управляющим финансового анализа, утв. Постановлением Правительства РФ № 367 от 25.06.2003 (далее – Правила). При проведении финансового анализа арбитражный управляющий должен руководствоваться принципами полноты и достоверности, в соответствии с которыми: в документах, содержащих анализ финансового состояния должника, указываются все данные, необходимые для оценки его платежеспособности; в ходе финансового анализа используются документально подтвержденные данные; все заключения и выводы основываются на расчетах и реальных фактах (пункт 5 Правил).

При этом положения Закона о банкротстве не содержат ограничений по привлечению при осуществлении арбитражным управляющим полномочий временного управляющего должника специалистов, обладающих специальными познаниями по вопросам, возникающим в процедуре банкротства, в том числе, в отношении проведения финансового анализа.

В соответствии с Единой программой подготовки арбитражных управляющих, утвержденной Приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 10.12.2009 № 517, арбитражный управляющий должен обладать комплексными знаниями, включающими познания в области гражданского, налогового, трудового и уголовного права, гражданского, арбитражного и уголовного процесса, бухгалтерского учета и финансового анализа, оценочной деятельности и менеджмента, для осуществления деятельности в качестве арбитражного управляющего.

Указанное означает, что в стандартной ситуации, когда документация должника предоставляется управляющему по его запросу должником своевременно и в полном объеме, является достоверной, а деятельность должника не характеризуется особой сложностью, составление анализа финансового состояния должника действительно является в норме обязанностью временного управляющего.

В рассматриваемом же случае проведение анализа финансового состояния должника было сопряжено со следующими сложностями, в частности, бухгалтерский баланс должника (отражающий исключительно наличие активов и пассивов в размере 10 тыс. руб.) являлся, очевидно, недостоверным (с учетом наличия в собственности должника ряда объектов недвижимого имущества, а также следующего из определения арбитражного суда от 01.09.2020 по делу № А60-18997/2012 факта неисполнения должником обязательств по мировому соглашению (общая сумма требований, включенных в мировое соглашение, составляет около 16,5 млн. руб.).

Проведение анализа финансового состояния должника требовало сопоставления и оценки (на предмет достоверности) не только документов, представленных должником, но и сведений, полученных управляющим из иных источников (от налогового органа, из открытых данных по предшествующим процедурам банкротства). Подобный анализ потребовал оценки имеющейся у должника документации на предмет достоверности путем сопоставления с иными данными и с учетом предположения о возможной неполноте представленных должником данных.

В рамках дела о банкротстве ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» при проведении анализа финансового состояния требовалась оценка имеющейся у управляющего информации о недобросовестных действиях должника и аффилированных к нему лиц (ООО «НТ-ДОЗ», ИП ФИО2, ООО «ЛАНА») для последующего представления собранию кредиторов полной и достоверной информации о соответствующих действиях.

Таким образом, поскольку, учитывая недобросовестное поведение должника, в целях проведения надлежащего анализа финансового состояния должника требовалось изучение предыдущих дел о банкротстве, первичной документации, сопоставление данной документации с данными бухгалтерской отчетности, выявление действительного фактического состояния должника, его деятельности, что в свою очередь требовало специальных знаний в области бухгалтерского учета и финансового аудита со спецификой банкротства, значительных временных затрат, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что привлечение специалиста для проведения финансового анализа является в данном случае оправданным, соответствует целям конкурсного производства.

При этом судом первой инстанции учтено, что стоимость услуг (30 000 руб.) является рыночной. Данный факт истцом не опровергнут.

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым отметить, что анализ финансового состояния ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» был представлен собранию кредиторов должника, являлся предметом рассмотрения арбитражным судом при рассмотрении отчета временного управляющего по результатам проведения процедуры наблюдения. Какие-либо вопросы, замечания, претензии в части качества и полноты анализа финансового состояния участниками дела о банкротстве на протяжении всего периода не заявлялись. Должник результаты анализа финансового состояния не оспаривал, ходатайство о проведении экспертизы не заявлял, с проведенным анализом и его выводами был согласен.

Доводы истца о том, что заключенный временным управляющим договор с ИП ФИО11 на проведение комплексного финансово-экономического анализа деятельности предприятия-банкрота не мог создавать какие-либо обязанности для должника, так как временный управляющий от имени должника действовать не вправе, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку в соответствии с пунктом 1 статьи 20.7 Закона о банкротстве, расходы на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, осуществляются за счет средств должника, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. Таким образом, законом не установлено ограничений относительно того, к какой процедуре банкротства могут относиться компенсируемые за счет должника расходы.

Отклоняя доводы истца об отсутствии необходимости в привлечении ИП ФИО9 для оказания услуг по ведению бухгалтерского учета, суд первой инстанции исходил из того, что привлечение бухгалтера было вызвано необходимостью выполнения требований налогового законодательства и законодательства о бухгалтерском учете, в части представления юридическим лицом - должником необходимого объема бухгалтерской отчетности в периоды, порядке и сроки, установленные налоговым законодательством.

Как верно указал суд первой инстанции, положения Закона о банкротстве не содержат императивной нормы о том, что ведение бухгалтерского и налогового учета должника должен выполнять лично арбитражный управляющий, кроме того, необходимость ведения учета (в том числе формирование отчетности) в автоматизированной системе требуют наличия специальных знаний в узкой области.

При этом заслуживают внимания доводы арбитражного управляющего, который указывает на то, что оказанные должнику бухгалтерские услуги являлись экономически эффективными.

Так, в ходе процедуры конкурсного производства бухгалтером был произведен анализ документов, представленных в обоснование требований Коржа С.К. (бывшего руководителя должника) о разрешении разногласий с конкурсным управляющим по вопросу о выплате задолженности по заработной плате (текущей и реестровой) в размере 389 354,82 руб. На основании данного анализа была сформирована правовая позиция, обосновывающая отсутствие у должника заявленных обязательств, в результате чего заявитель отказался от своих требований, – тем самым было предотвращено необоснованное расходование конкурсной массы в сумме 389 354,82 руб. на оплату требований Коржа С.К. (и дополнительного расходования средств на уплату НДФЛ и страховых взносов в размере около 130 000 руб.).

Кроме того, бухгалтером был произведен расчет налога по итогам реализации должником имущества. Выручка должника от продажи объекта недвижимости составила 17 190 000 руб. В расчете налога, уплачиваемого по УСН, бухгалтером учтены расходы на общую сумму 10 126 04,92 руб., что позволило определить налогооблагаемую базу в минимально возможном размере 7 063 295,08 руб. с начислением налога по ставке 7 % в размере 494 431 руб. – между тем в условиях ведения должником до начала процедуры банкротства бухгалтерского учета, не отражающего наличия каких-либо расходных обязательств, такой расчет налогооблагаемой базы следует признать исключительной заслугой профессионального бухгалтера, который не только использовал все имеющиеся возможности для учета расходов (в отсутствие должным образом учитываемой должником первичной документации), но и сделал это, обеспечив строгое соблюдение налогового законодательства, о чем свидетельствует отраженная в отзыве позиция налогового органа, подтвердившего отсутствие претензий к налогоплательщику по вопросу правильности исчисления налога.

Таким образом, результаты деятельности привлеченного бухгалтера свидетельствуют о достижении должником за счет приобретенных услуг положительного экономического эффекта, что подтверждает оправданность привлечения стороннего квалифицированного специалиста для оказания должнику услуг.

Вопреки доводам истца, стоимость бухгалтерских услуг в размере 30 000 руб. в месяц является соразмерной оказанным услугам, не превышает стоимости аналогичных услуг на рынке.

Все услуги оказаны полностью и надлежащим образом, какие-либо претензии по объему и качеству оказанных услуг ни у сторон, ни у участников дела о банкротстве не имелось.

Конкурсный управляющий в обоснование разумности заявленной стоимости услуг представил аналитическую справку.

Истцом доказательств чрезмерности стоимости услуг не представлено.

Отклоняя доводы истца об отсутствии необходимости привлечения ИП ФИО8 (14 000 руб. в месяц), суд первой инстанции исходил из того, что привлечение специалиста для оказания юридических услуг являлось обоснованным в виду значительного количества рассмотренных в рамках дела обособленных споров, что в свою очередь вызывало необходимость в подготовке большого числа процессуальных документов. При этом согласованные с исполнителем условия оплаты (из расчета 14 000 руб. в месяц) исходя из имеющихся на рынке юридических услуг г. Екатеринбурга свидетельствуют о привлечении исполнителя по минимально возможной и экономически оправданной цене.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в данной части.

Возражая против доводов истца о том, что юридические услуги должнику фактически не оказывались, арбитражный управляющий указывает на то, что в соответствии с условиями договора возмездного оказания юридических услуг от 02.08.2021, заключенного с ИП ФИО8, в обязанности исполнителя не входило представление интересов должника в судебных заседаниях либо самостоятельное направление процессуальных документов в суд. Обязанности исполнителя сознательно ограничены сторонами лишь формированием правовой позиции по обособленным спорам и подготовкой процессуальных документов, поскольку большой объем услуг повлек бы соразмерное увеличение стоимости (определенный сторонами размер абонентской платы (14 000 руб. в месяц) соответствует ориентировочно объему в 4 часа работы квалифицированного юриста исходя из существующих рыночных ставок почасовой оплаты. Очевидно, что представление интересов заказчика в многочисленных судебных заседаниях, что обычно тарифицируется по цене от 5 до 15 тыс. за заседание в зависимости от сложности спора, существенно увеличило бы расходы должника). Таким образом, арбитражный управляющий, руководствуясь необходимостью минимизации расходов должника, определил тот объем услуг, который мог быть им востребован и оплачен как с учетом целей конкурсного производства, так и с учетом необходимости сокращения расходов.

Вопреки доводам истца, по всем обособленным спорам в деле о банкротстве ООО «ДОЗ-Тагилстроевский», услуги по подготовке правовой позиции по которым отражены в актах ИП ФИО8, в деле о банкротстве имеются процессуальные документы. Поскольку, согласно представленным в дело актам сдачи-приемки оказанных услуг, соответствующие процессуальные документы подготовлены именно ИП ФИО8, что подтверждалось и самим ответчиком в ходе рассмотрения настоящего спора, а доказательств выполнения данной работы кем-то иным (в том числе лично арбитражным управляющим) истцом не представлено, довод об отсутствии фактически оказанных услуг не находит своего подтверждения.

Довод о невозможности оплаты услуг наличными при отсутствии кассового аппарата не обоснован, поскольку факт оплаты подтверждается приходными кассовыми ордерами. Действующим законодательством не предусмотрено, что единственным допустимым доказательством наличной оплаты может служить исключительно кассовый чек, следовательно, допущенное исполнителем нарушение кассовой дисциплины не может влиять на права и обязанности заказчика.

Рассматривая эпизод исковых требований по приобретению в интересах должника кадастровых работ (280 000 руб.), суд первой инстанции отметил, что указанные услуги, вопреки доводам и несогласию истца, являлись в данной ситуации необходимыми, обусловлены несоответствием сведений о недвижимом имуществе должника, включенных в ЕГРН на дату введения процедуры банкротства фактическим обстоятельствам.

Как указано выше, сам по себе факт полного погашения требований реестра (до момента вынесения судом определения о прекращении производства по делу о банкротстве) не освобождает арбитражного управляющего от исполнения всех возложенных на него законом обязанностей. К числу таких обязанностей относится принятие в ведение имущества должника и обеспечение его сохранности, а в случае, если имущество, числящееся в собственности должника фактически отсутствует – получение документального подтверждения такого отсутствия.

Именно указанная цель (проверка фактического наличия 8 объектов недвижимости, являющихся по данным ЕГРН собственностью должника) преследовалась управляющим при заключении договора на выполнение кадастровых работ от 14.02.2022.

Истец не отрицает того факта, что спорные объекты недвижимости действительно отсутствовали в натуре, хотя и числились в собственности должника. Следовательно, обязанность конкурсного управляющего как руководителя должника (независимо от предположений управляющего о дальнейшем ходе процедуры банкротства) состояла в обеспечении актуальности сведений о составе имущества должника, в том числе посредством внесения в кадастр недвижимости данных об утрате объектов недвижимости.

Относительно обоснованности стоимости услуг кадастрового инженера в материалы дела представлены письменные пояснения ФИО10 с подробным описанием всех предпринятых им действий по оказанию услуг должнику (эти действия включали в себя неоднократные натурные обследования места размещения объектов, запрос документов и информации в Росреестре, администрации города, подготовка ситуационного плана земельного участка и др.). Представленные же истцом коммерческие предложения о стоимости кадастровых услуг не содержат сведений о том, что при формировании предложения о цене принимались во внимание особенности проведения работ (нахождение объектов вне места нахождения кадастрового инженера, наличие наложения границ нескольких земельных участков, требовавших выяснения места расположения исследуемых объектов относительно границ вновь сформированных участков, отсутствие в распоряжении кадастрового инженера проектной и иной технической документации на обследуемые здания, кроме технических паспортов, что затрудняло сопоставление фактически размещенных на земельном участке объектов с обследуемыми, не учтена площадь обследуемых объектов), что свидетельствует о том, что предложенные цены носят исключительно предварительный, ориентировочный характер. С другой стороны, в материалах дела имеется коммерческое предложение ООО «Кадастровый поверенный» с указанием цены работ по обследованию 8 объектов- 320 000 руб., то есть выше стоимости услуг ИП ФИО10

Довод о том, что акты обследования, представленные для снятия объектов с кадастрового учета, подписаны не ИП ФИО10 не имеет правового значения. В материалах дела имеется договор между ИП ФИО10 и кадастровым инженером ФИО12, подтверждающий факт привлечения ФИО12 к выполнению работ по заказу ООО «ДОЗ-Тагилстроевский» в качестве субисполнителя. Действующим законодательством не предусмотрена обязанность кадастрового инженера, заключившего договор, оказывать услуги лично, следовательно, привлечение субисполнителей возможно (при условии наличия у них квалификации, требуемой в соответствии со ст. 29 ФЗ "О кадастровой деятельности").

Учитывая изложенные обстоятельства, факт возникновения заявленных убытков вследствие тех неправомерных действий арбитражного управляющего, на которые указывает истец, материалами дела не подтверждается.

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ истцом не представлены надлежащие и достаточные доказательства, возникновения убытков.

В связи с чем, основания для выводов, отличных от тех, которые изложены в обжалуемом решении, у суда первой инстанции отсутствовали.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы судом апелляционной инстанции рассмотрены и отклонены, как не свидетельствующие о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного акта и не влекущие его отмены.

Довод истца о том, что судом первой инстанции было необоснованно отказано в удовлетворении заявленного ходатайства о назначении экспертизы также является несостоятельным.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы, суд первой инстанции законно и обоснованно с учетом приведенных мотивов разрешения спора исходил из того, что необходимости в назначении судебной экспертизы не имеется. В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о назначении экспертизы отнесен на усмотрение арбитражного суда и разрешается в зависимости от необходимости разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.

Исходя из оснований отклонения ходатайства о назначении судебной экспертизы судом первой инстанции, обстоятельств настоящего дела, предмета и основания заявленного иска, представленных сторонами в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции считает, что основания для назначения экспертизы отсутствовали.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, руководствуясь статьей 15 ГК РФ, положениями Закона о банкротстве, в отсутствие доказательств, подтверждающих наличие совокупности условий, необходимых для привлечения арбитражного управляющего к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных требований.

Доводы заявителя апелляционной жалобы по существу не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения судебного акта. Каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, либо опровергали выводы арбитражного суда, истцом не приведено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 49, 150, 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд,



ПОСТАНОВИЛ:

принять частичный отказ истца, общества с ограниченной ответственностью «ДОЗ-Тагилстроевский» (ИНН <***>, ОГРН <***>)», от исковых требований к конкурсному управляющему ФИО4 в сумме 1 117 558 рублей 34 копейки.

В связи с принятым частичным отказом от иска решение Арбитражного суда Свердловской области от 22 июня 2023 года по делу № А60-63085/2022 в части требований общества с ограниченной ответственностью «ДОЗ-Тагилстроевский» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к конкурсному управляющему ФИО4 в сумме 1 117 558 рублей 34 копейки отменить и производство по делу в данной части прекратить.

В связи с принятым частичным отказом от иска изменить решение Арбитражного суда Свердловской области от 22 июня 2023 года по делу № А60-63085/2022 в части размера государственной пошлины, подлежащей взысканию с истца в доход федерального бюджета, а именно: взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДОЗ-Тагилстроевский» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по иску в размере 22 640 рублей.

В остальной части решение Арбитражного суда Свердловской области от 22 июня 2023 года по делу № А60-63085/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Е.О. Гладких



Судьи


И.П. Данилова




Т.В. Макаров